Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ему было бы стыдно за нас


ему было бы стыдно за нас

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://2.5.6.firepic.org/2/images/2015-10/10/abany6o0gvj8.gif
Андреа Хитченс в роли Кайла Максвелла;
Саманта Райли в роли Джорджии Максвелл;

Каждый человек борется с тем, чтобы уничтожить в себе ту боль, которая раздирает на куски. Кто-то много пьёт и старается обвинить близких, а кто-то просто замыкается в себе. Но чтобы не испытывал каждый, всегда приходит время для прощания. Близкий друг и возлюбленный неожиданно рано ушёл из жизни. И это горе ничем не залить и не заглушить. Не вычеркнуть из памяти. Но вместо того, чтобы сблизиться и пережить эту потерю вместе, собрав все силы, Кайл находит другой выход из положения - устроить на кладбище скандал, с грубыми и громкими обвинениями.

Отредактировано Samantha Riley (2015-10-10 23:03:25)

+1

2

[NIC]Georgia Maxwell[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/bxOuS.png[/AVA]

внешний вид

http://fr.best-wallpaper.net/wallpaper/1366x768/1307/Amber-Heard-14_1366x768.jpg

Моя жизнь разделась на "до" и "после".
Раньше я видела свет, а теперь бреду в неизвестности, пытаясь услышать его голос.
Он показал мне что такое жизнь, и что такое смерть.
Макс.

С его смерти прошло несколько дней. А может, больше. Я потеряла счет минутам и часам. Временами слышала движение стрелок, отдаляющих меня от него. От того дня, когда моя одежда испачкалась в его крови. Он умирал на моих руках, и я ничего не могла сделать. Его последний вдох. Его последний взгляд. Стоит мне закрыть глаза, и в темноте своего сознания я вновь возвращаюсь к тому страху, который лишь однажды увидела в его глазах. Он сжимая мою руку, задыхаясь. Мне было страшно тогда, страшно сейчас, и боюсь, это чувство станет моим будущем.
Несколько дней назад моя жизнь остановилось вместе с биением сердца моего любимого человека. Макс был обычным парнем с мечтами о счастливой жизни, о своей машине, и о большом путешествии. Ему всегда хотелось уехать в Ирландию. Он был влюблен в пейзажи страны, а высокие небоскребы словно не позволяли ему распахнуть крылья. Он был очень талантлив! Взяв в руку карандаш, мог нарисовать твоей портрет легким движением руки. Он так и не нарисовал меня. Говорил, что моя улыбка его сбивает, и он не может сконцентрироваться. Он любил меня так, как любила его я - искренней и всепоглощающей любовью, с которой забываешь про сон. С которой замечаешь первый снег. С которой хочется петь трезвым. С которым хочется радоваться морщинам. Но все закончилось. А ведь его убийцу не поймали, и даже не знают кого искать. Я не помню его лицо. Помню шапку, бороду, и как разило спиртным, но лицо словно размыто. Полиция до сих пор подозревает меня, словно я его приревновала к другой девушке, или он мне изменил, а я узнала. Он бы никогда. Пьяный незнакомец наставил на нас нож и требовал отдать деньги, но Макс не знал страха, и не хотел отдавать свое никому и никогда. Я помню как смеялся над незнакомцем, и как дразнил его, и как тот ударил его в бок, и еще раз. Макс открыл рот, но не издал не звука. Незнакомец ударил его еще раз, и срываясь с места, чтобы отпихнуть мужчину, я увидела на его руке кровь. Взгляд на Макса, и еле успеваю поймать его. Вместе с ним опускают на землю, и пытаюсь сдержать кровь, пьющую из ран. Боже, что это? Что происходит? Одной рукой я держала его шею, а второй пыталась остановить рану, но ничего не получалось. Женщина за спиной крикнула своему другу чтобы тот вызвал 911, но я не оборачивалась к ним лицом. Не сводя глаз с Макса, я не понимала почему кровь такого темного цвета, но когда кровь появилась на его губах, я поняла что происходит что-то страшное. Он смотрел на меня, но не мог ничего сказать. Я что-то кричала ему, повторяя его имя, но в какой-то момент я увидела, как жизнь покинула его тело. Глаза закатились, а голова повисла на моей руке. Открывая глаза, я сжимаю маленькую гоночную машинку, которую он мне подарил, и ставлю ее на свою прикроватную тумбочку. В отражении зеркала на меня смотрит девушка в черном платье, но я не узнаю ее. Медленно шагая к зеркалу, я прислушивалась как в коридоре ходят люди. Родители, младшие и старший собирались на похороны. Кайл ненавидит меня. Макс значил нечто большее и для него. Они были лучшими друзьями, наверное, с детства. Я никогда не слышала их истории, да и от брата мы долго скрывали отношения. Сейчас мы как никто нужны друг другу, но стоит мне появится в комнате, как Кайл уходит. Он даже не смотрит на меня!
- Все, поехали.
В коридоре были слышны шорохи, и вскоре дверь закрылась. Они уехали без меня, так как меня там видеть никто не хотел, и даже мама Макса запретила. Они все винят меня. Поправляя белый непослушный локон за ухо, я еще раз посмотрела в зеркало, надеясь на то, что выгляжу нормально, но красные заплаканные глаза выдавали всю мою боль. Поэтому я решила скрыть их под темными очками, но к несчастью, скрыться полностью под ними не удастся...

Такси приехало к воротам кладбища, и расплатившись с водителем, я вышла из машины и направилась к месту погребения. Чем ближе я подходила, чем отчетливее видела присутствующих. Я видела как на меня обратили внимание несколько человек, а потом еще, и как мама Макса схватила своего мужа за руку, кивком головы указывая на меня. Они меня ненавидят. Если бы у них была возможность, они бы и меня закопали...живьем. Но мне надо было с ним попрощаться.
Подходя ближе, я прошла мимо матери, которая попыталась сдержать меня за плечо, но в последний миг отпустила. Еще немного, и я бы подошла к гробу, если бы передо мной не возник брат.
- Кайл, отойди. Я хочу попрощаться, - не поднимая взгляда, я сказала тихо, и попыталась обойти его.

+3

3

внешний вид


Можно смириться с мыслью о своей неизбежной смерти,
но труднее принять неожиданную кончину близкого человека
.


     Эта ночь была для меня слишком тяжёлой. Долгое время не мог уснуть, ужасно болела голова, и кололо в груди. Пил одну таблетку за другой. Начались проблемы с одышкой. Кажется, я сегодня опять не смогу заснуть. Третий день бессонницы, а я ещё на ногах. Не хочется ни есть, не пить, уже не говорю о том, чтобы кого-то увидеть и поговорить с ним. То состояние, когда просто хочется застрелится. Но внутри, хорошо всё взвесив, понимаю, что это  не выход. Надоело постоянно искать лёгкие пути отступления. Не решусь просто всё вычеркнуть и забыть. Не тот человек, чтобы вот так просто отказаться от совместных воспоминаний. И только вижу перед собой его лицо, сразу выступают слёзы. Я никогда раньше так не плакал. Сдерживался, старался не издавать ни звука. Я должен казаться сильным и терпеть ту боль, которая никак не уйдёт прочь. Ради самого себя, в первую очередь. Сейчас тот переломный момент, когда я на грани. Могу сорваться, отыграться на близких людях, а позже об этом жалеть и просить у них прощения. Но не у неё. Она не достойна чтобы я к ней обращался, даже смотрел в ту сторону, где пронесётся её силуэт. Слишком много внимания. НЕЗАСЛУЖЕННОГО. Виновница. Готов кричать ей вслед, вместе с его матерью, - убийца. Нет, я не насмотрелся фильмов. Но знали бы вы, как сложно было сдержаться и не отправить её следом за ним. Сколько ужасных слов мною было сказано, когда она пыталась оправдаться. Кричала на меня, захлёбывалась слезами, умоляла не винить и простить. А я просто смотрел стеклянными глазами, пытаясь связать пару слов. Но как же всё четно. Просто разворачивался и уходил. Прочь. Чтобы не накликать беду. Чтобы, не дай Бог, не сделать ей больно. А так хотелось. Взять за горло и прижать к стене, наблюдая за тем, как в её милых, якобы невинных, глазах угасает жизнь. Это я вижу каждый раз перед собой, когда пытаюсь закрыть глаза. Это ненормально. Мы семья – кричу я, в холодном поту, вновь просыпаясь. И не такое присниться, правда, Макс? Поворачиваю голову к нашему с ним совместному фото. Уже третий день я общаюсь с ним так. Словно он рядом. Повторю – не нормально! Мне нужен психиатр… хотя, я не намерен сейчас раскрывать свою истерзанную душу. Просто я должен провести этот день в одиночестве, после похорон, естественно.

Five Finger Death Punch - Wrong Side of Heaven
«What have I done, and who have I become?»


     Открываю задвинутую вечером штору, и в комнату просачиваются яркие лучи солнца. Для такого дня слишком солнечно, – проговариваю про себя, после чего иду в душ. Рассеянный, не выспавшийся, с мешками под глазами и пустым взглядом. Я до сих пор не могу поверить в то, что его нет рядом. Что сегодня я в последний раз увижу его, но поздоровавшись, в ответ ничего не услышу. А после прощальных речей и море слёз, его мёртвое тело погрузят глубоко под землю. Смерть. Я ненавижу произносить это слово, ни про себя, ни вслух. Никогда не смогу простить ей то, что она забирает близких и любимых людей раньше срока. И мне плевать, что говорят другие. Плевать, когда думают, что этот период жизни ему и был отведён. ЛОЖЬ. Вокруг сплошная ложь. Он был слишком молод, толком ничего не добившись, ему было рано уходить. Это не смерть забрала его. А моя любимая сестра. Которая, между прочим, цела и невредима. Чёртов Бруклин, чёртовы её капризы и свобода, которую она так желала получить. Хочу крикнуть ей, забежав в комнату – Ты довольна? Добилась желаемого? Сжимаю кулаки и закрываю глаза. Холодная вода бежит по телу небольшим ручьём, но мне совершенно не холодно. Я ничего не чувствую, и от этого лишь ударяю кулаком по кафелю. Направляю в удар всю свою силу. Проступила кровь. А я, по-прежнему, верите, ничего не чувствую. – Пропади ты пропадом, – произношу шёпотом, но глубоко внутри понимаю, что нельзя так отзываться о людях. Нельзя желать им плохого. Но здесь я просто бессилен. Единственным решением – не попадаться на глаза. Все мы отходим, рано или поздно, от случившегося. Принимаем всё как есть, и идём дальше с мыслью о том, что именно этого и хотел бы тот человек, который незамедлительно покинул этот мир. Не нужно вечно страдать, и я это понимаю. Но прошло всего три дня, и меня можно понять. Надеюсь, Джо не глупая и не соизволит явиться на похороны, где её не ждут.

     Выхожу из душа, одеваюсь и направляюсь к выходу из комнаты. По пути хватаю бинт и, накручивая его на раненную руку, спускаюсь по лестнице. Все в сборе, кроме самой «виновницы», видимо, до неё дошло, что лучше отсидеться дома. Садимся все в отцовскую машину, и отправляемся в сторону кладбища. Буквально, минут десять прошло, а для меня будто часа четыре. Так тянулась эта поездка, думаю и не зря. Я не готов попрощаться с ним. До сих пор ещё не смирился с его смертью, какое там последнее слово? На глазах вновь проступают слёзы, но я быстро вытираю их платком. Выхожу из машины и вижу мать Макса. Она на ногах не стоит, еле держится, чтобы не слечь рядом с сыном. Ужасное зрелище, врагу не пожелаешь. Я хотел бы подойти к ней и как-то утешить, но слова сейчас не имеют никакого смысла. Таких как я здесь десятки, которые, лично бы мне, надоели своими утешающими пожелания заканчивающиеся словами «всё будет хорошо». Да нихера не будет. Человек мёртв. Мы никогда больше не сможем его увидеть. Какое, блять, «всё будет хорошо»? И я просто готов рвать и метать, лишь бы они заткнули свои рты и отстали от бедной женщины. От их слов ей только хуже. Вновь залилась слезами и чуть не потеряла сознание. Не зря вызвали скорую. Уверен – это только начало.

     Становлюсь возле семьи Макса, как близкий друг. Пытаюсь не смотреть на него, но глаза сами тянутся. За три дня он так изменился. Уже и не скажешь, что этот парень мой одногодка. Так сильно постарел. От подобных мыслей, не замечаю, как взор большинства присутствующих был направлен не в сторону покойника, а на другую персону. Поднимаю голову и вижу её. Совершенно лишённую совести. Нет слов высказать своё недовольство и злость. Джо подходит ближе, и я просто не позволяю пройти ей дальше. Слышу еле слышно «пропусти», но так и не осмеливаюсь сделать шаг в сторону.

     – Ты понимаешь, тебе бы не пришлось с ним прощаться, если бы держалась от него подальше. Если бы не посещали тебя глупые идеи, – беру осторожно её под руку и начинаю уводить ото всех. Понимая, что если она не уйдёт и начнёт настаивать на своём, то я сорвусь. Хоть и осознаю, что кладбище не лучшее место для семейных скандалов.  – Ты понимаешь, нам бы никому не пришлось с ним прощаться, – дополняю я свою незаконченную фразу, уже шепча ей на ухо. Мы отошли на метров пятнадцать. В дальнейшем, я планирую вернуться к остальным, она же – должна уйти прочь.
[NIC]Kyle Maxwell[/NIC]
[AVA]http://ucornell.rusff.ru/img/avatars/0016/74/d9/48-1443108613.png[/AVA]

Отредактировано Andrea Hitchens (2015-10-14 17:15:09)

+3

4

[NIC]Georgia Maxwell[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/bxOuS.png[/AVA]
Иногда, когда я хочу что-то сказать человеку, с которым давно не общаюсь, я создаю сообщение, пишу его адрес, набираю текст послания, но в самый последний момент, когда казалось бы, нажми "отправить" и жди ответа судьбы, я стираю свое послание...И только теперь понимаю, как легко отправить живым, и как сложно достучаться до мертвых. Абонент вне зоны доступа...

     Направляясь к нему медленным шагом с тревогой в сердце, я стараюсь не упасть. По телу бежит дрожь. В горле словно застрял комок воздуха, не могу дышать. Взгляд опущен вниз, а ведь куда еще? Смотреть на гроб? Боюсь. Увидеть красные глаза его матери? Боюсь! Почувствовать себя чужой для всех? Уже случилось. И когда казалось бы, семья рядом и должна подставить плечо, мой любимый старший брат становится моей преградой. Останавливая меня, он старается сделать все тихо и незаметно, но шанс упущен. Я не хочу устраивать сцен. Мечтаю не услышать очередное "это ты убила его", но как доказать людям обратное? Как показать им то, что видели только мои глаза и слышали мои уши? Как описать им чувство бессилия, когда ты ничего не можешь сделать, и умираешь вместе с человеком, истекающем кровью? Они не поймут. Не захотят. Осудят вновь. Дай им камень, и он полетит в меня. Я любила Макса, и готова была отдать свою жизнь за его спасение. За тот год, когда мы были вместе я почувствовала себя живой и особенной. Я улыбалась глядя в окно на яркое солнце. Я плакала в конце романтических фильмов, когда раньше не верила в такие чувства и кидала в экран подушку. Я чувствовала его прикосновения не телом. Душой.

      Кайл, пожалуйста. Я хочу с ним попрощаться. За что ТЫ так со мной? Стоя перед ним молча, медленно поднимая глаза с пуговиц на его рубашке, и смотрю в его глаза. Ему больно. Он ненавидит меня. Он ненавидит этот мир за несправедливость.
      – Ты понимаешь, тебе бы не пришлось с ним прощаться, если бы держалась от него подальше. Если бы не посещали тебя глупые идеи.
Сердце разрывается, и я не знаю как мне удается устоять. Прикусываю сухую нижнюю губу, я стараюсь сдержать слезы, но они предательски проступают. Он старается увести меня, и я пытаюсь избежать его холодной хватки, но сдаюсь. Он сильнее меня. Физически. Морально. Черт, Кайл! Ну почему? Только отойдя в сторону он вновь делает мне больно. Он хочет отправить меня в нокдаун.
     - Ты знаешь его, - я хотела повернуться, и посмотреть на него из далека, но не отважилась, струсила в очередной раз, - Ты знал его.
      Поправляя себя же, стараюсь вновь найти те последние силы, которые держат меня на ногах, и не расплакаться. Голос дрожит, но я стараюсь говорить четко и внятно.
     - Ты не дал мне шанса рассказать что произошло. Кайл, почему ты так жесток со мной? Они меня не знают, но ты знаешь! Лучше всех знаешь! Макс был самым дорогим для меня человеком, и я бы никогда ему не причинила боли, - стараясь понизить тон, я почувствовала как страх переходит в агрессию, - Он умирал на моих руках. Я видела его боль! Ты не представляешь что это такое!
     Позиция жертвы. Желание обороняться. Эмоции были мне не подвластны, а разум словно заблокировали. В разных ситуациях люди планируют свои действия, просчитывают ходы и следят за поведением, но не я, и не сегодня. Я даже не знала как поступить! Впервые за это время я могу поговорить с братом, рассказать ему все, что чувствую. Но я хочу попрощаться с Максом. Хочу увидеть его в последний раз! Вытирая аккуратно слезы тонкими дрожащими пальцами, стараюсь не испортить макияж, и окончательно не упасть в глазах присутствующих.
     - Я хочу попрощаться с ним, и я сделаю это. Может пытаться удержать меня, можешь накричать, можешь ударить, - смотрю ему прямо в глаза, словно бросая вызов "давай", и после маленькой паузы делаю несколько шагов назад, - Он умер, но он умер пытаясь спасти меня. Но в ту ночь умерла и я.
     Ноздри раздувались как у быка, а слезы вновь рвались наружу. Мне хотелось кричать! Хотелось упасть на колени, и кричать так громко, чтобы проезжающие мимо водители затормозили машины в панике. Но я шла к нему. Шла вперед, сжимая кулаки из последних сил. Обходя его друзей, я чувствовала осуждающий злой взгляд, но не отрывала глаза с зеленого газона.
     - Бессовестная, - послышался чей-то шепот за спиной, на миг остановивший меня.
     Напротив гроба сидела его мама, но я так и не смогла взглянуть на нее. Еще несколько шагов, и я возле черного гроба, украшенного разными виньетками в классическом бордовом стиле. И там, на белых тканях лежит он. Да, безусловно его постарались "оживить", но это был не он. Глядя на его руки и лицо, мне так хотелось прикоснуться к ним, но я так и не решилась. Страх того, что я запомню холод его прикосновений, и забуду тепло нежных объятий одолел меня.
     - Прости меня, Макс, - прошептав, я вновь вытерла слезы, и повернулась ко всем.
     Я хотела уйти по возможности тихо и спокойно, но стоило мне развернуться, я встретилась взглядом с его матерью. Мне никогда не было так страшно. Но самое глупое - я не знала откуда берется этот страх! Плевать я хотела на осуждения незнакомых людей, и вообще его родственников. Макс мечтал от них сбежать, так почему я должна их уважать? Только его мать была исключением. Ха, даже его младший брат не приехал! Но все внимание неожиданно с меня ушло на его мать. Она встала и подошла ко мне. Мы были с ней разного роста. Я была выше, но не слишком. Вокруг была мертвая тишина, и никто не мог ее нарушить. Только через мгновение раздалась звонкая пощечина. Женщина ударила меня по лицу с такой силой, что я почувствовала жар на лице. Мне было так больно, что я решила сбежать.
     Обойдя мать Макса, я быстрым шагом направилась прочь. Только проходя мимо брата, остановилась равняясь с ним плечо к плечу.
     - Прости меня.

     Я не помню как села в машину, и как приехала домой. Как я только не убилась по дороге? Я не думала ни о чем. Словно пьяная смотрела вперед и просто ехала по дороге. Даже припарковала машину криво, перегородив часть дороги. Но мне было плевать! Оставив ключи в машине, прошла по маминому газону, и только у порога дома сбросила обувь. Они хотят моей смерти. Пройдя в ванную комнату, открыла зеркальную дверцу шкафчика и достала мамины успокоительные таблетки. Они получат. Выйдя из ванной комнаты, прошла в отцовский кабинет, и взяла его дорогую бутылку виски, которую мы с Максом однажды хотели выпить, но решили припасти на "особый" случай. Вот он и пришел, Макс! За тебя!
     Спускаясь на первый этаж, остановилась на последних ступеньках, и решила выбрать это место для прощанья. Усевшись на предпоследнюю, открыла бутылку и баночку с таблетками. Запивая медленно по одной, я представляла его рядом. Чтобы он мне сейчас сказал?

Отредактировано Samantha Riley (2015-10-10 19:28:28)

+3

5

[AVA]http://ucornell.rusff.ru/img/avatars/0016/74/d9/48-1443108613.png[/AVA]
[NIC]Kyle Maxwell[/NIC]

     Я ужасно веду себя на похоронах. Ужасно веду себя по отношению к семье погибшего. Но я не мог держать себя  в руках, спокойно смотря на виновницу торжества, которая не заслуженно стояла передо мной. Ей хватило смелости явится сюда. Что же, и я проявил смелость в том, чтобы показать мужскую грубую силу и увести с глаз долой ту, чью душу уже не спасти. Скажите, что не правильно, возьмёте меня и осудите. А мне так плевать на чужое мнение. Самый ужасный брат года – ставьте на мне это клеймо, а я Вам стоя буду аплодировать. Кто окажется на её стороне, а кто придерживаться будет моей. Остались не понятыми, не захотели объясниться, вернее, не захотел я выслушать свою ранее любимую сестру. Может, это я не заслуживаю прощения? 

Как ни старайся, когда больно - болит. Это жизнь.

     Понимал, как больно ей было, старался понять, что она сейчас испытывает. Я, чёрт возьми, никогда так не старался понять человека. Знал, как безумно они любили, знал, как не могли друг без друга, но и понимал, к чему всё это приведёт. Понимал и не смог ничего сделать. Был беспомощным (ли просто делал вид?). Словно ожидая, пока это случится. А для чего? Чтобы произнести эту заклятую фразу: «А я же говорил». Может, именно ею я захотел растоптать свою родную сестру, показывая, к какой катастрофе привели эти абсурдные отношения. Готов носить эту ношу до конца своих дней, но готова ли она к этому? Я сознался в своей неправоте. Рассказал о своих мотивах, готов понести наказание. Но готова ли она, смотря мне в лицо, прекратить оправдываться и сказать правду? Показать настоящее лицо виновника, снимая маску наигранного несчастного очевидца. И слыша её слова в очередной раз, я усмехаюсь. Боюсь, я весь пропитан ненавистью и презрением. У меня начинается истерика и я готов ударить собственную сестру. Да что там, я готов забить её до смерти. А всё благодаря генам любимого дедули. С каждым годом всё больше становлюсь на него похожим. Не сдерживаю эмоций и становлюсь раздражительным. Чувствую, я не смогу это остановить. Механизм запущен. И чтобы подобного не происходило, все должны подстраиваться под моё мнение и не перечить. Но я сам понимаю, что прошу о невозможном. Называю после этого себя глупцом и закрываю глаза. Продолжаю слушать, как щебечет моя пташка. Сколько же переживания, сколько эмоционального порыва, сколько слёз. Меня ещё никто так не пытался задеть.

     – Жесток? Моя милая Джо, да сейчас я с тобой нежен и ласков. И тебе просто повезло, что мы на виду у всех. Тебе очень сильно повезло, что я еле сдерживаюсь, чтобы не сорваться, – делаю шаг назад, понимая, что чем ближе я к ней, тем трудней мне становится держать себя в руках. – Пусть я  сейчас ослеплён злобой и многое не пытаюсь понять, но одно мне предельно ясно – лучше бы в ту ночь, умерла ты. Лучше бы он стоял здесь со мной. Он, а не ты Джо.

     Сколько слов мы говорим сгоряча, и только потом  понимаем, что лучше бы молчали. Жалею ли я сейчас сказанном? Безумно. Но уже не остановить этот процесс. Я переиграл. Перестарался. Наговорил такую чушь, которую бы никто не сказал даже своего заклятому врагу. Она не простит меня, и я пойму её. Оставлю наедине с мыслями, разрешу ей ненавидеть своего старшего брата, оскорблять, вставлять палки мне в колёса, чтобы жизнь казалось адом. Я позволю ей творить безумства против меня и ничего не отвечу, не разозлюсь, как прежде это делал, дурным словом не обижу. И как жаль, что это я пойму не сразу. Как жаль, что потребуется время на осознание того, какие же совершались ошибки. И если сейчас, я жажду её смерти, глубоко внутри, я бы сам погиб за неё. Сильно люблю, дорожу, словно она единственный близкий мне человек. Но пойму я это не сейчас. И не через день. А за это время она лишь отдалиться от меня ещё больше. Не подпустит. Потом уже я буду искать повода, чтобы объясниться, но она не захочет выслушать. Видите эту закономерность? Поверьте мне, именно так и будет.

     Но я не любитель заглядывать в будущее, будет так, как будет. И если сейчас, я на миг дал слабину и отпустил её, через десять минут я пожалею об этом. А всё из-за Макса матери, которая тратит свои последние силы, чтобы встать и подойти к Джо. Думал, возможно, его мать проникнется ситуацией и простит мою сестру за совершенные с её сыном глупости, может она единственная, которая вспомнит о снисхождении и прошении. Но я ошибался, хотя ничему и не удивлён. Громкая пощёчина, от которой я сам скривился, не придя в восторг. Будто бы меня лично только что ударили, тем самым унизив. Но в голове прокручивается этот момент ещё раз, с сопровождением только одного слова: «Заслужила». Мне не жаль её. И рад тому, что благодаря этого отчаянному шагу, на который решилась мать Макса, Джо смогла покинуть похороны. Сбежала, покраснев от стыда. Я слышал, как она громко рыдала, не сдерживая свои эмоции. Ей боль больно. И это заметил не я один. Моему отцу было не спокойно, поэтому я с большим нежеланием согласился на его просьбу. Не собирался быть ей нянькой, но ничего не поделаешь. Я не смог перечить отцу, ссориться в такой день. Выскажу своё недовольство дома, а пока я, молча, покидаю похороны своего лучшего друга, толком, не успев попрощавшись. Ради неё, я во многом себе только что отказал. Ей жутко не повезёт, если я настигну её дома и там мы останемся наедине.



     Выдёргиваю из её рук бутылку и отбрасываю в сторону, то же самое проделываю и с непонятными таблетками, которых уже не стало половины. До конца не мог поверить, что моя сестра способна на такой лёгкий шаг. Она предпочла сдаться, просто простившись с этим миром. В ней погибает истинный боец, который давно не выбирался наружу. Не узнаю её. Она, за всю жизнь, ещё ни разу не позволяла усомниться в своей вере, решительности и уверенности. Тут, словно её подменили, отчего меня переклинило. Словно сработал какой-то выключатель.

     – Ты с ума сошла? Ненормальная, – и вот тот переломный момент, который изменит многое. Я ударяю её по лицу, со всей силы, от чего она начала приходить в чувства, – если не прекратишь этот цирк, следующий удар будет сильней, и поверь, он разукрасит твоё лицо на радость твоим конкуренткам. Стараюсь ей улыбаться, разрядить обстановку, но у меня ни черта не выходит. Я начал переживать за неё, за её состояние. Не знаю, сколько она выпила и сколько ещё продержится, и стоит ли вызывать скорую помощь. Не хочу зря наводить шум, но боюсь, что сам не справлюсь и сделаю только хуже. Чёрт, а ведь минут тридцать назад я желал ей смерти, а сейчас я молю богов о том, чтобы с ней всё было хорошо. Мне ещё не вручили награду за ужасного в мире брата? Думаю, я по-прежнему остаюсь победителем.

Отредактировано Andrea Hitchens (2015-10-14 17:19:50)

+3

6

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ему было бы стыдно за нас