Вверх Вниз
+14°C дождь
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Flames of lies


Flames of lies

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Участники: Ryden Westwood, Guido Montanelli
Место: Сакраменто, безымянная забегаловка в неблагополучном районе
Время: 15/17 октября 2015, вечер
О флештайме:
Как скорректировать расстановку криминальных сил в городе, приложив минимум усилий...

Отредактировано Guido Montanelli (2015-10-18 10:27:42)

+2

2

Как чувствует себя человек, добившийся того, чего хотел?.. Прошло чуть больше месяца с тех пор, как Райден прошла тот отрезок пути, который наметила себе для достижения своей цели; но это не значило, что Монтанелли просто забыл о том разговоре, что был между ними в тот вечер, свои обещания он привык сдерживать. Он обещал дать этой девчонке пространство для того, чтобы выплеснуть свою агрессию и злобу, своё желание мстить, и если уж совсем просто и честно - своё сумасшествие - и Райден его получит. А что будет с ней затем... Гвидо наплевать, по хорошему счёту, даже если она и не выживет этой ночью - скорбеть он не будет. Не по очередной психопатке, ни ставшей ему ни другом, ни полезной... Это цинично и жестоко, но Вествуд была для него ничем иным, чем расходным материалом - пока что не доказавшим своей надёжности, выживаемости, имевшую только причины - и никаких следствий. В ближайшее время, впрочем, это может измениться, и ему придётся признать, что заверения Рай не были пустой болтовнёй... но к этому моменту только предстоит подойти. И как именно это будет, в значительной степени будет зависеть и от того, что почувствует Вествуд, когда отомстит одному из убийц своего отца. Вернее, посчитает, что отомстила... может, этого будет достаточно для того, чтобы весь её запал кончился; может, это сведёт её с ума окончательно - или наоборот, достижение навязчивой идеи поспособствует выздоровлению... увидим. В руках дона Мафии, Райден Вествуд, дочь некогда знаменитого адвоката, была всего лишь средством. Оружием. Игрушкой - но игры возымеют другое последствие...
Влияние криминальных структур - это тоже своего рода политические игры. Правильно подбирая ключи, можно оказаться на вершине... не напрягаясь сильнее, чем требуется для их поворота в замках дверей. Одно из первых правил, что Гвидо усвоил в качестве босса - что не все вопросы решаются силой. И что даже имея силу на руках, не стоит её расходовать в том случае, если есть хорошие альтернативы... если можно достичь своих целей чужими силами. Чужими руками.
На улицах ситуация склонно меняться довольно стремительно. Раким Фармер и его уличная банда, "Красные семёрки", с Семьёй взаимодействовали уже почти два года, поддерживая их, Гвидо был уверен, что получит сильных союзников - но одновременно и тех, кто им не составит серьёзной конкуренции в будущем; влиться во что-то серьёзное у них всё равно не хватит мозгов, а вот создать на своём уровне выгодные условия для себя и своих друзей - могут вполне. В банде состояли, в большинстве своём, чёрные, действовали они на окраинах города, и встречу Райден Гвидо назначил как раз на их территории - в одном из баров, где тусовались иногда "семёрки".
Недавно у Семьи возникли некоторые разногласия с представителями фракции неонацистов, и Гвидо решил, что не помешает заручиться поддержкой друзей, у которых таких субъектов любить причин тоже по минимуму - на случай, если разногласия перейдут в конфликт более серьёзный... Раким запросил за это свою цену - его волновал рост влияния новой группировки, под названием "Street Fire", возникшей, по его словам, из остатков нескольких других банд - включая и испаноязычной "Luz Del Sol", которую ликвидировали в прошлом году. Мол если бы кто-то мог бы ослабить их позиции - у его ребят было бы больше времени, чтобы помочь итальянцам при необходимости... требования, впрочем, можно было бы считать разумными, если уж вписываться куда-то - то не оставляя тыл голым. Но объявлять войну на улицах Гвидо тоже не собирался, а "ослабить влияние"... это тоже понятие относительное.
Монтанелли сидел за самым дальним столиком, откуда мог бы видеть и барную стойку, и входную дверь, и ряд окон - и всё же, не заметить его, единственного белого в заведении, было бы достаточно трудно. Перед ним стояла тарелка, но заказ он сделал скорее из вежливости, поковыряв его вилкой немного, но попробовать местной кухни так и не решился. Впрочем, он не для того и прибыл сюда, чтобы есть...
- Привет, Райден. - Гвидо внимательно взглянул на девушку, словно пытаясь найти в её лице какие-то изменения, которые могли бы произойти за этот месяц. Что-нибудь во взгляде, что указало бы на какие-то перемены? Монтанелли осознавал, что играет, в прямом смысле, с огнём - и хотя и огонёк этот, казалось, был небольшим; легко мог вырасти до размеров целого пламени... но пока огонь подконтролен тебе - у тебя в руках огромный разрушительный потенциал. Главное - знать, как им управлять, и пока что Гвидо может себе позволить риск...
- Это один из тех, кто тебе нужен. - после того, как подошёл официант, осведомившись о заказе, а затем отошёл от столика, продолжил Монтанелли, пододвинув к Рай маленький листок бумаги с распечатанной фотокарточкой: - Извини, фотография вчерашняя, но это лучшее что я смог достать. Рамон Хидальго. Адрес на обратной стороне. - Гвидо говорил не то, что хладнокровно - скорее даже просто спокойно, можно сказать - лениво, словно разговаривали они с Райден не о чьей-то жизни, а о погоде или вот местной кухне; взгляд его, однако, заинтересованно блестел - ловя каждую эмоцию на лице Райден.

Внешний вид
Фотография

+3

3

Прекрасно осознавать, что цель оправдывает средства. Прекрасно также то, что Вествуд вряд ли об этом думает. Её очень редко посещали муки совести. Это не те бесы, с которыми она обычно имеет честь говорить - они совершенно не гуманные, и уж точно не будут умолять остановится. Именно они просили Райден поджечь волосы той отличницы из средней школы, именно они уничтожили дом Шона Вествуда. В одиночку бы девчонка не справилась. Ей не привыкать бежать от них в глубину ночи, или же пытаться выйти на контакт. Об убийстве они тоже просят иногда. Говорят, что не могут жить без крови и трупного запаха. Их притягательность заключается в одном - чтобы она не делала, и где бы не была... всегда можно съехать на отсутствие таблеток, должного лечения и, конечно же, свое собственное сумасшествие. Кто знает? Быть может, она и не была так тяжело больна. Скорее, являлась здоровым, начинающим убийцей. Разговоры с самой собой, иногда позволяют глубже копнуть к личности. Ближе к характеру. Это помогает сосредоточиться. Но, к сожалению, в зеркале за своим плечом, Райден видела совершенно иные образы. Ей казалось, что она чувствует их запах, слышит шаги. Кровь леденела в жилах, а мурашки скакали по коже, как бахнутые. До сегодняшнего дня, Райден отказывала своим бесам в услуге.
Голова была полна терзаний и безумных идей. Встреча с Гвидо Монтанелли не сулила ни черта хорошего.
Сегодня придется переступить через себя. Сегодня страсть к поджогам должна сыграть на руку. Сегодня рухнет та стена, которую она так жаждала, и одновременно так боялась перешагнуть.
- Здравствуйте, Гвидо, - и она с удовольствием бы добавила "рада вас видеть", да только особой радости это ей не доставляло. Смешанные чувства if you know what I mean. В разговоре с ним, Вествуд пыталась не говорить лишнего. Несмотря на безумие, она являлась далеко не глупой девчонкой и прекрасно понимала, что её проблемы нахрен никому не сдались. Она была для Монтанелли не более, чем вещью, оружием и безмолвным солдатом. И если она сдохнет в какой-нибудь канаве, он не произнесет молитву в её честь и уж точно не сыграет реквием на похоронах.
- Я могу его убить, - звучало не как вопрос. Скорее просто констатация факта. Райден не будет ничего спрашивать. Ей достаточно получить утвердительный кивок головы дона для завершения дискуссии. Положив фото в задний карман своих джинсов, она удаляется.

in this moment - W H O R EYou don't know how hard I fought to survive,
Waking up all alone when I was left to die.
And you don't know about this life I've lived,
Or these roads I've walked,
Or these deaths I've bled.

http://38.media.tumblr.com/tumblr_m9rpa9jV0m1ruvqz1o1_250.gif

Райден думала, что он моложе. Райден думала, что у него нет детей и семьи. Рамон Хидальго вполне походил на законопослушного латиноамериканца. Он проживал в большом белом доме с бассейном и мансардой. С такими чаще всего уважительно здороваются копы, а соседи приходят по воскресеньям на яблочный пирог. Ему было около пятидесяти лет, а может и моложе. В любом случае, при встрече, Вествуд не стала интересоваться его паспортными данными. Достаточно лишь одного факта - он был схож с мужчиной, изображенным на фото Монтанелли.
Она действовала вполне аккуратно. Для этого дела ей понадобилось взять напрокат машину - неприметный старенький "Ford" цвета металлик. Белоснежный кадиллак смотрелся бы через чур вычурно, да и обнаружили её бы сразу. Футболка "Ramones", чёрные джинсы заправленные в сапоги; смущенный взгляд и руки в задних карманах. Ей не привыкать строить из себя актрису. На плече болтался небольшой клатч, внутри которого припрятаны орудия убийства: пистолет, небольшой нож, отвертка и, конечно же, бензин и зажигалка. Не забыла она также и про бутылек с хлороформом. Сегодня она в роли обыкновенного американского подростка, чья тачка заглохла на середине пути. Стандартная история с ненавязчивым: "могу ли я позвонить?" Рай видела, как это обычно происходит в американских фильмах. Опыта в подобных делах у нее никогда не было, да и она слабо представляла, как оно происходит на деле у настоящих, профессиональных убийц.
Стоящим примером для нее послужила книга Трумэна Капотэ "Хладнокровное убийство". По сути, никаких причин убирать Рамона Хидальго не было. Нужно только сфабриковать пару улик, и завести следствие в совершенно другое русло. И, главное, не оставлять отпечатков. Виски сдавливало наростающее напряжение - Райден снова слышит голоса. Они, будто, повелевают ею.
- Можно, я воспользуюсь еще вашей ванной, - открыто улыбается, будто бы и в психушке никогда не была. Приветливый латинос радостно кивает ей, указывая на крайнюю дверь справа. Вествуд решает усыпить жертву для начала, чтобы не дергался. После чего, связывает его бельевой веревкой, найденной на заднем дворе. К ее сожалению, Хидальго оказался жирным и тяжелым боровом, которого не так просто таскать на себе. Поэтому она решила его оставить там же, где он, собственно, и лег. А далее, включить погромче музыкальный центр и приступить к самому вкусному.
- ...take my hand, and the best is yet to come, - спокойно напевала Вествуд, медленно надрезая фаланги пальцев, - Это тебе за маму, - указательный, - Это тебе за папу, - средний, - Это тебе за психушку, - безымянный, - Это за проституцию, - мизинец, - А это за мою сломанную жизнь, - Рамон очнулся еще тогда, когда Рай приступила к первому. Да, только она внимания не обращала ни на его слезы, ни на вопли, ни на упоминания о семье и детях. Кто помнил о ней, черт возьми? Кто интересовался, есть ли у Кевина Вествуда дочь? Всем было абсолютно насрать. Они делали свою работу. А теперь её черёд.
- Отпусти меня. Я дам тебе все, что ты хочешь, - Рай повернула голову набок, и прикусила нижнюю губу. Настолько жалкий и никчёмный Рамон, у которого уже по её милости отсутствовали пальцы на правой руке, вызывал у нее только чувства отвращения. Кто знает, быть может папа умолял его точно также?
- Тогда надеюсь, ты шаман, и сможешь поднять моих родителей из могилы, - Вествуд звонко рассмеялась, выуживая из сумки зажигалку и железную бутылочку, наполненную до краев бензином, - уверяю тебя, ты будешь страдать, - Райден облила его с ног до головы, подпалила зажигалкой лист бумаги и небрежно кинула его сверху на Хидальго. Она прекрасно понимала, что мужчина умрет не сразу. Поэтому просто заняла выжидающую позицию поодаль. Самое время пафосно закурить сигарету, и наслаждаться зрелищем. Многих, возможно, стошнило бы, вывело из себя. Вествуд оставалась при своем мнении - "огонь очищает". Тем более, сейчас она понимала, что такими темпами сгорит весь дом и ей не придется думать об уликах. Она лениво рассматривает испачканный кровью рисунок на своей футболке, кончиками пальцев оттягивает ее вперед; делает пометку где-то в голове, что нужно приобрести отбеливатель. Теперь, она с гордостью может заявить, что дружит со своей головой. А точнее, с теми, кто проживает внутри. Они ликовали, взрывались овациями и радостными криками. Им нравилось слушать вопли, сгорающего заживо Рамона Хидальго; им нравилось слушать треск, лопающейся от высоких температур кожи; им нравился запах паленых волос и жареного мяса. Но ей нужно уходить. Концовку Райден обязательно досмотрит сегодня по телевизору, ведь, еще немного и соседи начнут обзванивать службы спасения.
Вествуд выуживает из бумажника латиноса пятьдесят баксов, которые ей нужно для оплаты тачки напрокат, и кладет их в задний карман джинс. "Хладнокровное убийство" удалось.

Papa Roach - B U R NI wanna watch you burn,
You're gonna get what you deserve,
I wanna watch you burn.

http://38.media.tumblr.com/tumblr_mf12foGrs31ra17u0.gif

То же место. Только через пару дней. Это было исключительно начало её очень долгого пути; она чувствовала себя недостаточно удовлетворенной. Нет, она сломала пару собственных стен; поняла, на что по-настоящему способна; и даже сделала заметку, что в следующий раз вполне может обойтись без пистолета. Райден Вествуд очень даже вдохновляет, когда человек мучается. В особенности, если он в чем-то виноват. Она не являла собой милосердную смерть. Ей нравилась больше роль адского инквизитора. И теперь, когда сломанные границы начинают отбивать глухие такты в головном мозге, как бы напоминая, что not enough. И мы требуем еще крови. Сделанная запись репортажа о горящем доме, будто гордость и напоминание - "смотрите, это мой первый раз". Да, и поведение сродни американскому психопату. Хотя, такому сюжету, пожалуй, и Кристиан Бэйл бы позавидовал.
- Он мёртв, - Вествуд пододвигает Гвидо все ту же фотографию, только теперь изображение перечёркнуто маркером. Девушка не улыбается, хотя ей очень хочется. Детское хвастовство из разряда: "я получил пятерку"; только в очень-очень странной интерпритации, - в смысле... я убила его... - говорит практически шепотом, но уголки губ на секунду приподнимаются вверх, расползаясь в самодовольной ухмылке.
Её жизнь напоминала странный порочный круг, из которого нет выхода. И если даже представить, что Райден - это мышь в лабиринте, то она в поисках убежища. Ей здесь нравится. Это её дом. Она, как ребенок эпохи "железного занавеса" вопрошает: "а есть ли этот внешний мир вообще? и если есть, то где он". Ей плевать на людей, которые мечтают прослыть интеллектуалами, а выглядят при этом полными ослами; ей плевать на моду; плевать на телевидение; плевать на высшее образование. Её восприятие реальности искажено в угоду её собственным желанием. Райден кажется чем-то иным, каким-то сверхчеловеком. Именно, поэтому и творит всякую бесовщину. Это не обычный человек, это логическое начало без души. У нее под ногами нет духовной почвы, она от всего отстранена из-за этого и постоянно чувствует свою ущербность. Если уж распределять грехи, то Райден достаётся равнодушие. И этот грех, как мы видим, действительно страшный. Отсутствие духовности мешает ей приложить куда-то свои силы. Так и получается, что внешне она всем из-за этого кажется скучающим обаятельным демоном, а внутри – испуганный и одинокий неприкаянный ребёнок. Райден Вествуд не хватает простых человеческих эмоций, в которых она разбирается, как свинья в апельсинах. Поэтому девочка пытается откуда-то их добыть… Пусть и негативные. Хотя бы такие. Тем более, что негативчик-то получать куда легче.

Отредактировано Ryden Westwood (2015-10-18 11:57:10)

+5

4

Убийцы, социопаты, бандиты... бОльшую половину своей жизни Гвидо провёл среди этих людей, и больше, пожалуй, чем кто-либо другой видел последствия их действий - когда ликвидировал эти самые последствия, и далеко не каждый из трупов, что он за тридцать лет отправил в кислоту, в огонь, в городскую канализацию по маленьким частям или куда-либо ещё, выглядел, в общем... как труп - зачастую бывало, что человеческое тело нечто, что он обнаруживал, напоминало лишь отчасти. Нету хуже демонов, чем сами люди - вот о чём он давно уже не забывал; это помогало оправдывать и те ужасные вещи, что он совершал на своём веку - он был, в конце концов, человеком. Человеком, проводившим самую значительную часть времени среди людей, которые способны на убийства, на пытки, для которых ничего не стоило отрубить несколько пальцев или всю руку по локоть - но разница в том, что в их среде это воспринималось как часть работы, ничего не имевшая общего с удовольствием. В этом-то психопаты и отличаются от нормальных людей - в совершении чего-то ненормального, деструктивного или просто жуткого, они находят удовольствие, удовлетворяя какие-то свои собственные потребности; Гвидо - для него ремесло "чистильщика" было просто способом существования, он не испытывал к покойникам никакой там странной тяги, удовольствия не ощущал, и, хотя и не сказать, что работу свою он не любил - это было просто... работой. Когда-то. Которая давала ему возможность оплатить детям учёбу, ставить еду на стол, жилище содержать в чистоте и порядке - не более того. И лучшим подтверждением этого умозаключения является тот факт, что "работу" свою, в итоге, Монтанелли всё-таки сменил на другую, оказавшись на вершине этого общества - социопатов и убийц... как их крестят в прессе. Конечно, это заставляло взглянуть на вещи немного по-новому - больше с точки зрения психологии, нежели анатомии и хирургии, если говорить о медицине. Задавать себе вопрос "почему?" чаще, чем "как?".
И если откровенно говоря, Гвидо не питал вообще ничего тёплого к таким субъектам, как Райден - и ненавидел разного рода маньяков, психопатов и серийных убийц, всем скопом, если уж совсем откровенно; считая, что эффективный способ борьбы с ними один - это лишение их жизни. Почему тот же способ не сработал с Вествуд?.. Нет, быть может, это был эффект ненависти/любви и того шага, что лежал между ними, образ противоположностей; может, потому что в её появлении Гвидо увидел и некий знак, какую-то примету, девчонка напоминала его покойную жену - лишившуюся родителей в пожаре (собственно, можно даже сказать, получившую "второе рождение" огнём, но звучит это как-то скорее в стиле самой Райден), и похороненную, собственно, тоже в пламени. Но, если копнуть поглубже - она просто пока что не проявила себя, как некто, или нечто, что подходило бы по всем параметрам его ненависти. Да и не убила ещё никого... только проявила желание - но желанием можно управлять. На этот раз, он наблюдал не просто за последствиями чьих-то действий, как в случае с тем Валентином или "Потрошителем", что убивал девушек Парадиза (наверное, Райден и этот случай помнила), но за тем, как строится картина чьего-то безумия... намереваясь использовать его в свою пользу. Ну а затем... скажем так, жизнь Рай в приоритеты дона не входила. Всё верно - она была для него вещью, которую он собирался использовать. Расходным материалом, который был очень дешёв.
Впрочем - в их мире, часто лучше быть вещью, чем вовсе пустым местом. Гвидо обратил на неё своё внимание, которое стоило немало, собираясь достичь определённых целей, которые Райден могли бы быть и непонятны - лучше бы, если бы остались непонятны. Но и она получала, что хотела. Интересно ему было другое - что станет затем. Сможет ли она подтвердить свои слова на деле, и как будет себя чувствовать, если сможет...
Не кивок - Гвидо просто развёл ладони слегка в стороны, словно демонстрируя ей снимок и открывая дорогу - делай, что хочешь, карты у тебя в руках. Не столь важно, чем закончится... Чем больше она сумеет создать беспорядка у "Street Fire", тем будет лучше.

Через два дня, когда картинка сложилась воедино, стало понятно, что Райден, и впрямь - ненормальная, но отвечающая за свои слова ненормальная, и Гвидо мог бы оценить степень риска... того огня, с которым играл, в прямом смысле этих слов. При неудачном исходе - и его дом может так же полыхнуть, а он оказаться на месте Рамона, сожжённого заживо; но, в отличие от него - Монтанелли это уже было понятно. Тогда как у Хидальго не было шансов узнать... Жестокость, с которой с ним расправились, ужасала; предполагали работу наркокартеля - что портило отношения между "Street Fire" и, собственно, картелем, за которым они следовали; а "Красные Семёрки", и уж тем более Торелли, оставались в стороне. Что же касается самой Райден... стоит, наверное, у неё самой спросить об этом. Она сделала тот шаг, который хотела.
- Я впечатлён. - в глазах Гвидо - сталь и холод, но уголки губ слегка приподнимаются, возвращая мисс Вествуд эту тень улыбки, которой она его только что одарила. Он видел по телевизору, что она сделала, затем просмотрел несколько репортажей в Интернете, Рамон был больше, чем просто мёртв... у него просто не было ни одного шанса. Сожжённый заживо, он сам являлся очагом пожара в собственном доме... - И что ты почувствовала? - его грубые пальцы подцепляют фотографию со столешницы, затем щёлкает зажигалка, и изображение Рамона Хидальго отправляется в пепельницу, начиная постепенно поглощаться языками пламени; отражавшимися в глазах Райден... прямо как и сам изображённый на фотографии. До самого пепла.

+2

5

Так горек он, что смерть едва ль не слаще.
Но, благо в нем обретши навсегда,
Скажу про все, что видел в этой чаще.
Не помню сам, как я вошел туда...
Данте Алигьери "Божественная комедия"

Самое противное и мерзкое в этой ситуации - это детская наивность и непосредственность Райден. Где-то в глубине своего существа, она помышляла о собственной смерти. Порой, ей казалось, что она уже мертва. Застряла между раем и адом; там, где до нее могут достучаться/дотянуться люди. Это её лимб. Пустой, безнадежный. Пропахший сигаретами, палеными волосами, запекшейся кровью и таблетками. Чувствуя себя человеком абсолютно подневольным, у Вествуд было гораздо больше свобод, чем могло показаться на первый взгляд. Она совершенно не задумывалась о том, что кто-то когда-нибудь сможет стереть самодовольную ухмылку с ее лица; кто-то может вогнать нож между лопаток или же попросту отправить поджариться на электрическом стуле. Для неё - это всего лишь детские игры, в которых она, к сожалению, не являлась кукловодом. Обыкновенная очередная марионетка в руках Гвидо Монтанелли. Расходный материал, который он без зазрения совести уничтожит, если та сделает неверный шаг или огрызнется в его сторону. Вествуд жила в своих странных, извращенных фантазиях, смазанных красной, как кровь краской. Смерть в ее руках являла собой нечто забавное; она считала, что поступает во благо. Чем меньше убийц, тем больше убийц. Она не совсем понимала, что делает только хуже. И небесная канцелярия потихоньку вычеркивает её из списка людей, достойных пройти в рай.
Она отвергала Бога, в принципе. На данный момент, она ставила себя выше. И пусть это всего лишь одна из граней её сумасшествия; плевать по большому счету. Первый раз у нее получилось оборвать чью-то жизнь; впервые она подвесила и обрезала волосок, на котором болталось грузное тельце латиноамериканца. Вествуд казалась себе всемогущей. Если уж, ей удалось убийство, то страшно даже представить на что она способна еще?
- Удовлетворение, - да уж, Райден сполна получила свою сатисфакцию. Да, только, она понимала, что это только начало. И так просто угомонить сумасшедшую маньячку не получится. На очереди должен был быть следующий из банды поджигателей-убийц. Интересно, могли они подумать раньше, что дочка Кевина Вествуда выпустит им кишки? Сомневаюсь, - Я теперь не боюсь. Я знаю на что я способна. Я не разочарую Вас, - она складывает руки перед собой, и опускается на них правой щекой, внимательно наблюдая за тем, как тлеет фотография Рамона в пепельнице. Языки пламени, как обычно завораживали. И ей даже на секунду послышался тот самый запах из дома Хидальго.

>> mail to k.westwood-lawyer@gmail.com <<
16 октября 2015 года.
Здравствуй, Кевин. Я не уверена, что тебе нужно знать об этом. Но вряд ли, я расскажу кому-нибудь еще. Я убила человека. Одного из тех, кто забрал Вас с мамой. Я отрезала ему пальцы и сожгла живьем. Знаешь, я почувствовала себя немного слабой. В один момент, мне даже хотелось его пожалеть. Если бы эти чувства не взяли верх, я бы еше немного поиздевалась. Он кричал. Умолял о помощи. Черт, па. У него жена и дети есть. Кажется, детей даже трое, если судить по фото. А ты просил их? Скажи, ты просил их пощадить? Ты упоминал обо мне? Скажи, хоть один из них мог представить, что со мной сделает ваша смерть? Я знаю, что скорее всего ты на небесах рядом с Господом. И знаю, что наблюдаешь за мной. Прости меня, отец, я никогда не буду рядом с вами. Они не пустят меня на небеса. Они говорят, что я уже с ними. Обещаю, я напишу сюда, когда пойму, что мой час пробил и пора прощаться. Вечно твоя дочь Фел.

В последнее время, Вествуд нашла для себя небольшое развлечение. Она писала небольшие письма и отсылала их на старый почтовый интернет-адрес отца. Ей казалось, что когда-нибудь он их обязательно вскроет и прочитает. Это было словно звонком в потусторонний мир: как только ночью ей снился сон, где присутствовали отец или мать - она вскакивала с кровати, бежала к ноутбуку и отправляла очередную записку. Смысл в них чаще отсутствовал - однажды Рай написала Клэр Вествуд, что так и не научилась готовить; рассказала отцу, как лишилась девственности и со смущением "вне брака"; хвасталась своим новым домашним любимцем и отсылала его фото. Каждый раз, несколько скупых слёз падало на клавиатуру лэп-топа и сон уходил. Бывало, Вествуд просиживала ночи напролет, обновляя страницу на gmail с надеждой на ответ. Ей можно, она, ведь, не от мира сего. Признаться, девушка даже рассказывала об этом своему психоаналитику. Он воспринял информацию вполне адекватно, и отнюдь не был удивлен.
- Простите. Может, я лезу не в свое дело. Но можно, я задам вопрос личного характера? - вопрошала Рай, глядя на Монтанелли, как на спасательный круг. Ей очень не хватало душевных бесед. Местные врачеватели душ - совсем другая история. Слушать её - всего лишь оплачиваемая работа. Где же еще в этом проклятом городе найдется человек, которому это будет интересно бесплатно?  - Вы теряли дорогих вашему сердцу людей? - и она, будто, наперед уверена в ответе. Да, только захочет ли грозный дон Торелли обсуждать это с бахнутой на голову девчонкой.

Отредактировано Ryden Westwood (2015-10-20 00:10:35)

+2

6

Поднеся кружку ко рту, Гвидо сделал глоток, остывшего уже, кофе, наблюдая за тем, как Райден смотрит на языки пламени, скрывающие мутное изображение с полицейской хроники. На месте Рамона мог оказаться кто угодно - оказывается, ему было достаточно показать на него пальцем, чтобы Вествуд сорвалась в бой, дав выход своему безумию... Только окончательно убедился Монтанелли в этом только сейчас, глядя на результаты. Интересно, а не так ли поступил дон Антонио Фьёрделиси чуть более двадцати лет назад, с той, кто впоследствии родила ему, Гвидо, двоих детей? Впрочем, этот случай едва ли был так похож на те взаимоотношения, что начали складываться у них с Райден, Маргарита для Антонио была с самого детства, почти как родная дочь, вхожая в его семью, тренированная им, можно сказать - тренированная убивать. Здоровая, к слову сказать - нормальная... относительно, во всяком случае, но не пившая иных таблеток, кроме обезболивающих, да, может, противозачаточных. Хотя и из той истории можно было почерпнуть нечто поучительное... что касалось того, что происходит сейчас - их с Райден. Гвидо был у руля не так уж долго; и естественно, учился на примерах других боссов, что были до него, или руководили другими Семьями - дяди Джимми, Сальвиатти, Донато, Моретти, Масси, Фредеричи... старался учиться, по крайней мере. Пытаясь найти тот баланс между просто выживанием - и движением вперёд, к тому, что дало бы новые перспективы для Семьи и всей Коза Ностра, как организации - возвращению её могущества, как в её "золотые годы". Гвидо в это верил; хотя и не считал, притом, что сам второй расцвет Мафии когда-нибудь увидит... поспособствовать этому, впрочем, может. Девушки, сидевшей напротив него, впрочем, это если и касалось, то очень слабо... Она - просто одна из тех, при помощи кого Гвидо добьётся определённой цели, или даже нескольких. Хотя, нельзя отрицать, при этом Гвидо и от неё научится чему-нибудь тоже; просто потому что Вествуд - это что-то совсем иное. Что-то вне структуры, что-то вне мафии, что-то, для чего нудно подумать - а не просто отреагировать на определённое событие. И козырь в его рукаве, быть может... который может и его убить. При неосторожном обращении... и не то, чтобы Гвидо совсем не заглядывал так далеко, не продумывал такие варианты, при которых Райден догадается, что он её дурит. В определённый момент - это может стать уже не так уж важно.
Едва ли ведь что-то способно вызвать такого вида злобу, как удовлетворение, оказавшуюся ложным. И при таком раскладе, тем, кто в самом деле виноват в гибели её родителей, Вествуд накинется ещё сильнее... Чем меньше убийц - тем больше убийц; чем больше огня - тем сильнее он греет. Тем сильнее обжигает... Райден едва ли в полной мере знает, на что она способна, но это не умаляет главного - Гвидо действительно не разочарован. Пока что игра велась по его правилам... Рай ему верила. Верила настолько, что даже не попыталась допросить свою жертву перед тем, как лишить его жизни. Безудержная, яростная, дикая и совершенно слепая, месть.
Гвидо всегда говорил, что месть - это прекрасный рычаг воздействия. Судьба вновь дала шанс получить такой в распоряжение... Кружка тихо стукнула о блюдце, и Монтанелли сомкнул ладони, глядя на Рай. Несмотря на ложь, несмотря на странные и ужасные вещи, что они делали, несмотря на безумие, от которого, быть может, и он сам останавливался недалеко в определённые моменты своей жизни, между ними складывается странное... взаимопонимание? Не совсем то слово, пожалуй, но у них явно было, о чём поговорить. Гвидо тридцать лет видел смерть... учился понимать её. Возможно, даже считал, что действительно понимал её. А для Райден - всё было просто...
Хотя и не банально. Едва ли она испытает то же самое удовлетворение, убив кого-то невинного? Ну или... узнав о том, что в первый же раз - промахнулась. Впрочем, отвечая на вопрос о том, заслуживал ли Рамон смерти - Гвидо скорее сказал бы, что заслуживал. Не прямо такой, может быть, какую получил, но... все они заслуживают, пожалуй. Сам Монтанелли знает - едва ли он попадёт на Небеса после смерти. Однако, верил и в то, что у него есть шанс на это. Небольшой, но есть... или, во всяком случае, избежать Ада тоже получится. А у Вествуд?..
- Попробуй. - Гвидо благосклонно кивнул, позволяя ей задать свой вопрос. И ответил на него, ни секунды не задумываясь, абсолютно честно, но - абсолютно спокойно:
- Неоднократно. - взглянул на девушку. Какого она ответа ожидала? Он - преступник, глава бандитского синдиката, и вряд ли смог бы оказаться на своём месте, не потеряв кого-нибудь. Это часть его жизни, пожалуй - лишаться кого-то из друзей время от времени... пока это перестанет быть чем-то непривычным. Райден, впрочем, не про это спрашивала; но да, Гвидо лишался дорогих людей - тех, кого любил... и как раз в этом может понять её. Между ними вообще чуть больше общего, чем кажется на первый взгляд... оба они ставят себя превыше Бога, да как и превыше остальных людей вокруг, на самом деле, не считая убийство чем-то очень уж архисложным. Эти слова даже входят в Клятву, что дают "люди чести" перед вступлением в Семью, хотя едва ли Райден знала об этом, пусть даже и была в какой-то степени близка к мафиози, может даже и трахалась с кем-либо из них...
Но всё же... Они обращаются к Богу за помощью. Нет; Монтанелли его не отвергал - и не считал, что Райден должна и вправе это делать. Признать, что твой путь отличный от Его путей - это уже несколько другое.
- А у тебя получалось таких обретать? - задал Гвидо встречный вопрос. Может, товарищи по несчастью в психиатрической клинике? Подружки? Школьная любовь, хотя бы?.. Монтанелли знал, что она потеряла родителей - дорогих и любимых ей людей; но - немаловажно и уметь находить таких... Кого-то, кто тебе дорог - не почему-то, не зачем-то, просто потому, что это сугубо человеческое качество. Умела ли Вествуд?
Наверное, он знал ответ до того, как спросил.

+2

7

…Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Пропал Ершалаим – великий город, как будто не существовал на свете…(с) М. А. Булгаков

Проклятые. Все, как один. Пожалуй, она еще не встречала здесь абсолютно идеальных людей с незапятнанной репутацией. Они бегали по кругу, пытаясь хоть как-то выбраться из мышеловки. Но по итогу, каждый знал - выхода нет. 
Чернь, которая подобно вирусу распространялась в её теле и душе не позволяла жить нормальной жизнью. Точнее, она вряд ли представляла, как выглядит эта самая нормальная жизнь. Если учитывать всё, что происходило с ней до пятнадцати - можно смело написать книгу-руководство "церковь, хор и пришибленная мамаша: как выжить?"; далее - вовсе полоса неудач, если можно выразиться столь мягко. Фигурально выражаясь, она даже горячо любила свою чернь. Ей казалось, что таким образом - вселенная делает её особенной, подготовленной к миру где_все_на_одно_лицо. Вествуд мало интересовало мнение окружающих, врачей в том числе. Она не считала себя сумасшедшей, чтобы они там не писали в своих медицинских картах. Она зрит глубже. Чтобы не быть одинокой - ей не нужно искать компанию. Бесы, прерогативой которых являлось сбить её с пути праведного уже были рядом.
Что же видел Гвидо Монтанелли в своей "жуткой Алисе"? И выполнял ли он роль "путеводной звезды"? Вопросы, пожалуй, душещипательные и вряд ли она найдет ответ на них. Но основополагающая вещь - это доверие. Его не купишь за деньги. Он пообещал ей. Она ему. И, возможно, в ней теплилась надежда подогретая еще такой детской наивностью. Надежда на его честность.
- Это больно, - произносит Райден куда-то в пустоту. Мысли целиком и полностью занимает вопрос о семье Хидальго. В том доме было так много фотографий детей. Она, ведь, оставила их без отца. Они произнесут печальную речь на похоронах, а после им придется со слезами на глазах наблюдать, как четыре гвоздя забивают в крышку закрытого гроба. И, пожалуй, это будет самый ужасный звук в их жизни. Все изменится. Они станут такими же аналогичными проклятыми, как остальные люди в этом городе. Будут искать убийцу, свернут не на ту дорожку. Но только убийцу эти факты волновать не должны. И что за странная грусть закралась в её сердце? Возможно, ностальгия.
- Было однажды, - она делает взмах правой рукой, призывая официанта взять заказ, - Капуччино ореховый, пожалуйста, - Вествуд мило улыбается парнишке своего возраста, но тут же переключается на Гвидо и оборачивается шипами. Она не любитель духовной наготы, но между ними было своего рода взаимопонимание. Терять его совершенно не хотелось.
- Мы любили друг друга. Но, посмотрите на меня, я ведь не двигаюсь вперед. И не похожа на перспективную girl-friend. Он предпочел меня бросить, нежели перестраивать, - после смерти родителей, Аллен был кем-то навроде спасательного круга для Вествуд. Своеобразным лекарством от затяжной депрессии и сумасшествия. Когда он ушел, демоны вырвались наружу и подожгли дом Блэйк. Да-да, вся тягости мира от несчастливой любви. От несчастливой любви. И, возможно, от отсутсвия транквилизаторов.

+1

8

А идеальных людей попросту не существует. Уж точно не в этом городе, а может быть - и не в этой стране; едва ли Райден удастся их встретить когда-нибудь в толпе одноликих теней, какой ей представляется человеческое общество, если она пытается их найти. Едва ли вообще кому-нибудь удастся - из числа тех, кто не пытается искать. Что до Гвидо - он, наоборот, пытается видеть в людях, прежде всего, личностей; раньше он делал потому, что знал, когда они становятся на самом деле безликими: когда смерть приходит уравнять их. Теперь - потому что был лидером, представлявшим одну из основных преступных организаций города, и в определённых ситуациях - всего пара нужных личностей на правильных местах могли помочь удержать позиции в этом положении, сделать то, чего не смогли бы сделать сотня вооружённых до зубов бойцов... и не в поджогах дело, естественно. А в том, насколько дёшево использовать Вествуд, как такое топливо.
Загвоздка только в том, что по мере того, как идёт время - увеличивается и цена этого "топлива" - Райден не сможет вечно удерживаться козырем в его рукаве, чем больше они будут общаться - тем, соответственно, ближе станут; тем больше людей смогут провести между ними связь. И между поджогами, соответственно. Впрочем, некоторый запас этого времени у них всё ещё был... да и ситуация эта - взаимообратная. Доказав свою выживаемость, и Вествуд может стать для него чем-то большим, более существенным. Крепким. Увы, те демоны, обитающие в её голове - в отличие от людей, они, собственные демоны, вполне могут считаться идеалом для любого, и быть сумасшедшим для этого необязательно - в этом случае являются главным препятствием. Рано или поздно, собственное зазеркалье этой "жуткой Алисы" попросту убьёт её... или поглотит? Так стало и с его женой в итоге, наверное. Внутренних демонов Маргарита не смогла побороть.
Отчего-то он, глядя на девушку, вновь и вновь обращается в мыслях к той, которую потерял. И наверное, способ, которым он это сделал, сделал и его немного "тронутым"; ну или - ближе к таким же демонам... Может быть, оттого этому "взаимопониманию" таких разных людей, из разных поколений, так легко сложиться.
- Да, больно... - так же туманно отзывается Гвидо. Клетка в его сердце, где жил такой демон, опустела, и только языки пламени, который развёл этот демон, продолжали ласкать металлические прутья... но куда делся сам обитатель - Монтанелли и самому не было известно. Очень возможно, что он всё ещё где-то рядом... может быть, даже сидит прямо перед ним, возродившийся из пепла, представ из его фантазий. И желающий орехового капуччино... возможно, не сами они, а их демоны понимали друг друга.
Если буддисты или разные другие шаманы в чём-то правы, и переселение душ действительно существует; то кто знает... может быть. Особенно в случае душевнобольных. Душа больна, и, как следствие, как и всё больное - наиболее уязвима. Эффект феникса... кто его знает. Но в глазах Райден действительно мерцает некая искорка, что была у Ди Верди.
И ему бы пора подняться и уходить, наверное, но... что-то его всё ещё удерживает. Возможно, именно эта странная, маленькая, сумасшедшая искорка. Которую, вероятно, и замечает он один.
- Некий шаг вперёд ты всё же сделала. А это - тоже движение... - вот только непонятно, в какую именно сторону. Гвидо не отрицает того, что однажды он перестанет обманывать Райден, направив по верному пути - по пути её мести. Однажды - это вполне может произойти, но зависит это от того, что будет важно ему самому. Вопрос в другом - "излечит" ли это Райден, перестав делать огонь необходимостью, или напротив, будет означать окончательную победу её демонов? Пустота не горит. Но очень может быть, что это будет именно то, что Рай ощутит в конце - пустоту...
- А что твоя тётя, Рай? Она так и не смогла стать для тебя "дорогим" человеком? - Гвидо взял салфетку, и, обернув её вокруг указательного пальца, слегка перемешал истлевшие остатки фотографии Рамона в пепельнице, заставив их окончательно обратиться мелким прахом; затем и смятую салфетку оставив сверху. - Месяц назад, ты сказала, что не знаешь, как объяснить своё отношение к ней... но если бы ты встретилась с ней снова - что бы ты сделала? - подожгла бы её опять?.. Она больше не боится этого делать, как сама признала. Причастность Блэйк к смерти её родителей трудно доказать; но, впрочем, о её непричастности тоже не идёт речи. Иногда, сунув нос в чужое семейство, можно очень много чужой грязи, потому Монтанелли предпочитает этого не делать, давая каждому право на свои тайны - но здесь случай был другой. Собственно, он уже влез...
- А со своим... бывшим? - порой нет врага злее, чем человек, который был когда-то дорог. Смогла бы Райден убить и своего бывшего парня - только потому, что он бросил её? Или не обратила бы на него внимания - потому как, не став спасательным кругом, он не превратился и в якорь?.. Казалось бы, вопрос, который совершенно не должен волновать Гвидо; однако же, в какой-то степени он сам сейчас в роли такого Аллена... и отношение Вествуд к своему парню, таким образом, могут спроецироваться и на него самого тоже.

+1

9

Средь новых жертв, куда ни обратиться,
Куда ни посмотреть, куда ни стать.
Я в третьем круге, там, где, дождь струится,
Проклятый, вечный, грузный, ледяной;
Данте Алигьери "Божественная комедия"

Её дожди не прекращались никогда. Холодные капли барабанили, охлаждая воспаленное сознание; чеканили одну и ту же надоедливую мелодию; не обращали внимания на продрогшие пальцы. Её дожди, выдуманные и проклятые, бесконечные и непроходимые - прячут солнечный свет, не дают пройти радуге. В её дождях танцуют демоны под звуки венского вальса, в длинных чёрных сюртуках и вечерних платьях. Она не ищет выход, не верит в рассвет. Погруженная целиком и полностью в свою "мрачную воду", она когда-нибудь сама научится управлять этими дождями.
Видеть в абсолютно незнакомом, постороннем человеке собственного отца - не в этом ли основной показатель наивности Райден? Да, пускай Гвидо Монтанелли был на -дцать лет старше, и вряд ли его положение в обществе можно сравнить c положением Вествуда-старшего. Но она хотела думать, что ему не все равно. Слепая надежда, возможно, даже некая самоуверенность подкрепленная несколькими годами одиночества, лишенного всякого взаимопонимания в серых лицах играла с ней ужасную шутку. Разочарованная и брошенная, Рай искала кого-то особенного. Плечо, руку, глаза. Любой, кто проявлял к ней интерес казался запредельно близким. И мы говорим исключительно о моральном. Уродство всегда притягивает взгляды и внимание людей - неважно при этом, снаружи или внутри человек отвратителен. Только приблизившись на максимально доступное расстояние к пламени, и получив пару-тройку ожогов - захочется удалиться восвояси. Некоторыми вещами лучше наслаждаться издалека. Люди - не дураки, и прекрасно это понимают. А синьёр Монтанелли - не робкого десятка. Он видел достаточно дерьма в своей жизни, чтобы помогать обыкновенной сумасшедшей. Пазл Вествуд никак не хотел складываться в целостную картинку, чтобы хоть как-то объяснить ей происходящее. Некоторых элементов все ещё не доставало. Стоит подождать немного, и задумка Гвидо обязательно вскроется или же нет? Не стоит списывать со счетов человека, на руках которого кровь сотни, а то и пары сотен людей. Вряд ли, он умеет "жить без подтекстов", в открытую показывая своё великодушие.
- Я думаю, он бы не оценил мой "шаг", - и как последняя, завершающая декорация или же саундтрэк к своим собственным деяниям - заливистый смех брюнетки. Она с лицом полного удовлетворения смотрит на официанта, который принёс ей сладкий ароматный капуччино. Вествуд никогда не понимала людей, пьющих кофе без сахара, без молока. Если его можно сделать таким невероятно вкусным, то зачем же лишать себя удовольствия? Она делает глоток и подмечает про себя, что неплохо бы заказать еще пирожное с фруктами или со взбитыми сливками. Не задумывается о фигуре, ибо по природе врожденной эктоморф, жующий картошку фри, гамбургеры и пиццу на ночь. А иногда все вместе по очереди.
- Дорогим? Она похожа на моего отца только тем, что она крутой адвокат. Больше - ни черта. Блэйк - обыкновенная жесткая хладнокровная сука, которой насрать даже на собственного ребёнка, - отношение к подобным матерям у Рай было довольно однозначное. Желание привязать их за одну ногу к мотобайку с серьезным движком, а вторую - к тачке типа nascar... после чего рвануть со старта сто километров в час, раздирая на две равные половины. И наблюдая, как внутренности растекаются по асфальту, оставляя обыкновенную мокрую лужу непримечательного цвета. Наверное, это самая малость того, что ей хотелось сделать с такими мамашами. Но к счастью, Вествуд предпочла её не озвучивать.
- Если я докажу её причастность, то смерть Рамона покажется вам чем-то добродетельным, - холодный тон, подобранный ею в фильме "Молчание ягнят". И прототипом вряд ли служила юная Кларисса Старлинг. Морщась от отголосков подступающего к горлу приступа, Райден отклеивается от стола и упирается лопатками в мягкий диван. Чашка с горячим капуччино приятно греет руки, она смотрит по сторонам, улавливая несколько взглядов посторонних. Интересно, о чем они думают? Отец решил приятно провести время с дочкой; престарелый мачо закадрил симпатичную малолетку; или же встреча двух любовников? Люди обожают судачить. Да, и к чертовой матери их. Благо, они разговаривали тихо и если до сих пор никто не вызвал копов, значит все в порядке.
- Ничего, - она отрицательно замотала головой, вспоминая об Аллене. Его роль уже сыграна и сцена долгое время пустовала. Несмотря, на всю ту боль расставания, Райден не держала на него зла. Да, она безумна, но не настолько. Она не была готова повесить на себя клеймо "типичная баба" и совершать дурные поступки из-за, или же во имя любви. Не её стиль, - Я не из тех девушек, которые при разрыве глотают таблетки и режут вены. Было, - кивает, - Было больно. Пережила, и ладно, - Вествуд пожимает плечами и как-то виновато ухмыляется. Бесспорно Эддингтон оказался еще одним толчком к сумасшествию; тем, кто здорово нарушал лечение и заставлял вопить навзрыд по ночам. Но по делу, он оказался всего лишь обыкновенным мужчиной, не готовым к столкновению с "пламенем". Оставил её один на один с бесами и сбежал, как последний трус. Ну, и нахер его, - Удивительная вещь, но где-то в глубине души я мечтаю найти своего человека. Наверное, это моё бабское начало, - изо всех сил пытается поймать взгляд оппонента, считает, что заглянуть внутрь - ничего ей не стоит. И даже немного расстраивается, когда попытка увенчалась провалом.

+1

10

Гвидо было не всё равно - тот факт, что сидел с ней здесь сейчас, уже сам по себе говорил об этом... и уж точно безразличным он уже не был, когда протягивал Райден фотографию Рамона. Но даже небезразличие - оно бывает таким разным... враждебность, неприязнь, это ведь тоже уже не безразличие. Впрочем, неприязни к этой юной, но уже тоже хлебнувшей немало дерьма в жизни, девушке, Монтанелли не испытывал. В отличие от Валентина, как его тогда они прозвали, в отличие от того, что резал девушек Ливии, в отличие от многих других людей, встречавшихся ему на пути; Вествуд не вызывала какого-то отторжения. Не вызывала безразличия. И интерес Монтанелли, пусть даже и строился на её сумасшествии во многом, всё-таки не только это имел под собой... Сочувствовал ли он ей? Её утрате? Вполне вероятно - сочувствие ему ведь тоже было ничуть не чуждо. Как и... жажда мести. На месте мисс Вествуд, скорее всего, он бы тоже хотел отомстить. А что у него ещё бы оставалось?..
Но способны ли сумасшедшие проявлять сочувствие? Если Рай это может - наверное, в её случае, не всё ещё потеряно. В конце концов, из психиатрической лечебницы, пусть и прописав курс таблеток, её выписали; значит - признали для других людей неопасной, в итоге. На таблетках или уколах многие люди сидят пожизненно. Да и к цели она двигалась - пусть наивно, но определённым путём, у неё всё же был некий план, в котором был риск - может, он и был не самым лучшим, рискованным, но в нём не было чего-то совсем уж свихнутого. Такого, за что её сразу отправили бы лечится снова. Будь Райден полностью сумасшедшей - она предприняла бы что-то подобное... Возможно, собственное сумасшествие и вовсе было ей надуманно? И её демоны - ничто иное, как плод собственного воображения?
Может, они попросту уйдут, получив желаемое?.. Небольшой шанс, наверное. Но - есть. Если Райден сама поверит в то, что насытила их - они не будут больше голодать.
Гвидо же... он преследует, в первую очередь, собственные интересы. Но это не означает, что не держит в голове интересов Вествуд.
- Пожалуй... - вторил ей Гвидо, засмеявшись, но - не в пример ей, тихо, неназойливо. Весело, но не слишком... Оценка её действий от бывшего - это уже далеко не самая важная из оценок, настолько, что даже для самой Рай превратившееся просто в шутку. Хотя такие "шаги" и вовсе немногие люди оценят. Возможно, Монтанелли вообще единственный человек на планете, кому он пришёлся бы по нраву. Если это делает его "особенным" для Райден - ладно... пусть так и будет. Особенность эта и для неё может обернуться не теми последствиями, каких она хотела бы. - Но, знаешь, говоря честно - мой шаг тоже немногие оценят. Шаг такого человека, как я - навстречу такой, как ты. Ты же понимаешь? - посерьёзнел, взглянув на Райден. Девушка наслаждалась своим ароматным и сладким кофе... он же делал опасный выбор, и чувствовал лёгкое дежа вю. Он уже играл на рискованных выборах... не единожды. И порой платил за эту свою цену, но - всё ещё был жив. А значит, не платил максимальную.
Его кофе был абсолютно чёрным, в нём не было ни грамма сахара, и не потому, что Гвидо заботился о своё здоровье, или что-то вроде... он просто играл на вкусовых ощущениях. Крепкий, чёрный кофе стимулировал мозговую деятельность, да и по вкусу он, не разбавленный молоком или сливками, напоминал... саму Вествуд, пожалуй. Помогая укладывать в голове картинку. С тем фрагментом мозаики, которой не хватало ей.
- Наше общение не стоит афишировать. - однако, и общая тайна, как водится - сближает. Из Семьи только Джип видел их вдвоём, трепаться он станет вряд ли; всё остальное - это могут быть лишь догадки... Впрочем, тот факт, что "девушка, задавшая слишком много вопросов" перестала задавать свои вопросы, тоже может сыграть свою роль, хотя, это маловероятно. Скорее, посчитают, что девчонке просто вправили мозги тихонько.
- Вот как? - то-то вот и оно: для безразличной сумасшедшей, Райден в эти слова вкладывала слишком много ненависти и резкости, и Гвидо был даже несколько удивлён такому напору, признаться. И тому, что такие её взгляды совпадали с его мнением очень во многом... если, конечно, безоговорочно воспринимать слова Вествуд на веру - а это роскошь немалая, поверить сумасшедшей на слово. Без обид, конечно. Верить кому-то на слово - это вообще дорогое удовольствие. Монтанелли знал это - сам ведь был лгуном... - То есть... у тебя ещё есть двоюродный родственник? И не общаетесь?.. - а ведь это - тоже немало. Будет ли этот родственник ровесником Райден, или чуть помоложе/постарше её, или пусть даже это ещё совсем ребёнок - он может стать для неё "кем-то важным" - и у него есть на это причины. Кузине не обязательно должно быть "насрать", как его матери...
- И тебе известно, где твоя тётя... - Блэйк? - сейчас? - с отношениями в этой семейке всё уже понятно. Имея на руках фамилию "Вествуд" и имя "Блэйк", Гвидо мог бы и сам найти тётку Рай, пожалуй, но девушка могла бы существенно сократить время, которое он затратил бы на это... что дальше - это другой вопрос; если всё настолько плохо, как описывает племянница - Гвидо даже и был бы не шибко против бы того, чтобы Райден сделала, что хотела.
- В глубине души каждый мечтает найти такого человека, Рай. Но сейчас ты ищешь не этого человека, и отдаёшь себе отчёт в этом... - Монтанелли повёл плечами. Вопрос приоритетов. Менять которые стало поздно; да и, честно говоря, в случае Рай - особенно трудно найти кого-то "своего", кто проникся бы идеей её мести - в смысле, в большей степени, чем сам Гвидо.
- Но одного ты уже нашла... так что за тобой теперь должок. - услуга за услугу... Гвидо не собирался ей платить за содеянное - это не было никаким "заказом".

+1

11

Уже и воздух почернел немало,
Но для моих и для ее очей
Он все же вскрыл то, что таил сначала.
Она ко мне подвинулась, я - к ней.
Данте Алигьери "Божественная комедия"


Сосредоточение всемирной скорби и черни, которая вот-вот должна достигнуть апогея, но по привычке останавливается на полпути. Ей нужно оглянуться назад, чтобы еще раз насладиться подвигами: подобно языкам пламени, они расползаются вдоль и поперек её личности, возбуждая самые сильные эмоции и ощущения первородного греха. Она самолично нырнула в лапы библейского змея-искусителя и чувствует себя в них более, чем надёжно. Его имя звучит в её устах опасным и чёрным заклинанием. Замыкание круга - подписание сделки с дьяволом всея Сакраменто.
Скажи-ка мне, милая, как бы на это отреагировала Фелисити Вествуд? Представь в своей голове себя пятнадцатилетнюю, и получи едкий, уничтожающий сплав из грусти и омерзения. После чего трижды перекрестись и плюнь через левое. Забыла, как это делается? Жалкий, потерянный ребёнок. Образец непослушания взрослых, нагло приведенный под белы рученьки и этими же ручонками завербованный. Она сама себя уничтожала. Уверенно, монотонно и постоянно.
Год назад, Райден сидела прижавшись затылком к холодной двери, в окружении мягких стен. Пыталась выцарапать на ней собственные инициалы, за что получила по шее от санитаров. Она помышляла о побеге, в надежде перегрызть невидимые нити и избавиться от "кукловодов" в белых халатах. Шокирующая и унизительная жалость, когда решаешь все же играть по их правилам. Но жизнь складывается так, что по обыкновению - это только забавляет драматурга. И Вествуд пришлось сменить одних хозяев на другого. Кукла продалась самостоятельно; потом её снова перепродали; а под конец, решили окончательно превратить в забавную игрушку.
- Я и не собиралась, - фыркает подобно маленькой девочке. Нет, конечно же, она не держит никаких обид. Но всё же, искренне не понимает, почему это стоит объяснять. Она любила говорить много и ни о чем; она любила шокировать публику, да так, чтоб разбежались. Но отчётливо соображала, чем ей чревато тесное общение с доном семьи Торелли. От холодной злости в голове проносится звон хрустальных бокалов. Райден легонько дотрагивается до висков, немного их массирует. Тоска, наполнившая темя - далеко не повод срываться и снова брать в руки антидепрессанты. Она, ведь, только приняла лекарства - перед встречей. Еще не время. А капли дождя, в отместку, продолжают стучать. Этот шум, как напоминание обо всём отвратительном: искривленное в ужасе лицо Сары Брэкстон, хватающейся за кусок обпаленных волос; хладнокровная улыбка Блэйк Вествуд; пуля в голове отца и, в конце концов, горящий живьём Хидальго. Бесы продолжают вальсировать вокруг, довольно ухмыляясь и парируя гадкими фразами. Её путь к их удовлетворению превратился в дорогу на голгофу.
- Я сожгла их дом, перед тем, как попала в психушку. Я не самый замечательный родственник в мире, - она задерживает свои лицевые мускулы в заинтересованно-добродушной гримасе. На деле же, в её словах не было ничего позитивного. Иногда Рай попросту путается в том, какие эмоции должна проявлять. С момента попадения в лечебницу и прохождения целого списка процедур, с ней творились странные вещи. Мыслительная импотенция - как один из побочных эффектов. Но всё же, данную фразу можно считать полноценным ответом на вопрос: "Нет, естественно, она не общается". Кому нужна племянница-сестра - психопатка и шлюха? К слову, себя она считала чудом садистской мысли. Всё еще, для Райден остается загадкой - что же она почувствовала в момент убийства? И как ей удалось не обратить абсолютно никакого внимания на разрывающегося от криков, и истекающего кровью мужчину? И если Вествуд и проявляется сочувствие, то не к жертве, а к его детям. На месте которых, она сама была не так давно.
- Говорите, - разболтанная психика девушки конвеерно проглатывает толстые намёки. Бесскомпромиссный тон разбавился галантно выброшенной рукой, той самой, что в долю секунды могла выломать предплечье или перебить парочку ребер смеха ради. Райден зависает на чашкой капуччино, остро наблюдая за осадком на дне. По всей видимости, "Жуткой Алисе" снова придется следовать за белым кроликом.

+1

12

Фелисити Райден Вествуд... Его старшие дети ведь примерно её возраста; даже чуть постарше, и глядя на неё, Гвидо вдруг понимает: наверное, он не самый плохой из родителей, после всего... Нет, конечно, это и близко не означает сравнение себя самого с адвокатом Вествудом, человеком образованным, жизнь свою прожившим - относительно, разумеется - честно, пусть и в контакте с такими людьми, как Гвидо Монтанелли; Гвидо сравнивал себя с тёткой Райден... ну или с образом в её голове; если уж сделать упор на той, что в суждения сумасшедшей о людях не стоит верить. Впрочем, насколько он мог понимать, в диагнозе у неё умными словами расписана страсть к огню и доставлению боли, а не ошибочные суждения о людях, так что и априори неправдой и вымыслом считать её мнение о своей родственнице тоже будет неверным... до тех пор, пока он сам не познакомится с ней. Если она и действительно тот человек, которого нарисовала ему Райден, то...
Знаете, есть люди, которые достойны сгореть заживо. Слава Богу, что их не так много... Но если уж Гвидо и причислял себя к их числу по каким-либо причинам, то уж точно не по причине того, что он когда-либо бросил своих детей, что Лео, Сабрина, а затем Дольфо или Торри стали ему безразличны. Да, он разъехался с матерью первых двоих; застрелил мать последних, но к родительской любви это не имело никакого отношения... разве что к любви взрослых. Что сама по себе, бывает жестока и черна, темнее пепла. Однако любовь к своему ребёнку - это совсем другое. Это нечто священное, что осквернять, по мнению Монтанелли - во много раз хуже, чем убийство.
Хидальго... никто не осквернял его любви; его дети остались сиротами, жена - вдовой, но это как раз тот вариант, на возможность которого подписывается каждый, кто участвует в такого рода "делах" (даже и сама Райден). Как вор вора, Монтанелли вполне понимал Рамона. Семья - этот вариант каждый из таких людей должен рассмотреть для себя самостоятельно: кто-то старается разграничить свою жизнь на "дом" и "работу", кто-то старается подарить своим детям столько любви, сколько способен, зная, что следующий его день может быть последним, кто-то вовсе старается не заводить серьёзных отношений, с головой окунаясь в "подпольную" городскую жизнь - каждому своё. Гвидо тут не видел большого греха, по криминальным мотивам, а не по религиозным. Рай увидела фотографии - но люди на них были живы, и за смертью своего отца и мужа тоже не наблюдали... Хотелось бы надеяться, что этот отец и муж смог устроить так, чтобы в случае его смерти его семейство не нуждалось; но это - уже на его совести.
Будем реалистами, впрочем: сгоревший дом это дело серьёзное. Заставляет лишний раз задуматься о том, где хранить наличку; говоря за себя, Монтанелли давно уже понял, что не стоит складывать все яйца в одну корзину... Собственно, Райден тоже была таким, с позволения сказать, "яйцом", под которое змей-искуситель выделил отдельную корзину. В надежде, что яйцо может сделаться однажды золотым... или будет разбито быстрее, чем змеёшь, что сидит внутри, станет слишком сильным, чтобы сидеть под скорлупой. Или, вылупившись - оставаться в той корзине.
- Определённо. - усмехается Гвидо в ответ. Как он и думал, впрочем... Райден - это одинокий зверёк, которые в стае едва ли удержится, хотя... попытаться, всё же, стоит. Вряд ли этот родственник (пола которого Рай уточнить не удосужилась, но это и не слишком большое упущение) питает что-то очень уж тёплое к матери, которая на него плевать хотела, а это - уже повод для того, чтобы у Вествуд с ним/ней могли бы сложиться хорошие отношения. Это помогло бы ей самой, это помогло бы отпрыску Блэйк... Это дало бы некое преимущество. Но Гвидо не стал говорить об этом вслух - восприняв его слова, как нечто мотивационное, и получив тем самым такое преимущество, Вествуд могла бы использовать его против него самого; ну или сгубить и своего родственника, если не удержится... Налаживать такого рода отношения ей лучше тогда, когда всё закончится. Когда ей перестанет необходимо оставаться одиноким зверьком...
Но до этого ещё очень долго.
- Пока ещё не о чем. - покачал Гвидо головой, с лёгкой улыбкой. Помните, ту знаменитую сцену из "Крёстного отца": "Однажды, хотя этот день может и не настать, я попрошу об услуге..." - и так далее, и тому подобное. Суть в том, что иногда это важно - чтобы тебе был кто-то обязан, или даже быть обязанным кому-то самому (пожалуй, у них с Рай сейчас второй вариант, хотя он и убеждает её прямо в обратном), не стоит держать все счета закрытыми - иначе не будет и движения. Им с Вествуд рано быть в расчёте. Тем более, что настоящие "счета" даже ещё и не начались... предстоит ещё многое сделать; но честно говоря - Гвидо и сам не может точно сказать, что именно это будет. Только предполагать, только догадываться. Ему ещё предстоит искать тот способ, которым лучше всего применить обретённый "инструмент"... по его свойствам. С максимальной отдачей. Встав из-за стола, он протягивает руку, по-итальянски фамильярно, но ласково потрепав Райден по щеке: - До встречи, Рай. - и уходит, чтобы раствориться в опускающемся на город вечере... Им ещё многое предстоит сделать. Но не этой ночью...

+1

13

- нет игры месяц, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Flames of lies