Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » september, please be good to me


september, please be good to me

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://1.bp.blogspot.com/-8d6wTXny7j8/VeekDsCixgI/AAAAAAAABk8/qGXNWiHWmJQ/s640/hellpsept.png


James & Vaniqa
the 1st of September
2015

Отредактировано Vaniqa Johnson (2015-10-14 14:31:12)

0

2

одежда; волосы длинные, на лице трехдневная щетина
Если встречу на улице свою судьбу, непременно набью морду этой гадине.
Слова, достойные памяти в граните.
Ну и чего тебе надо для счастья, шкура ангорская, — потянув нейлоновый ярко-синий поводок на себя, Джеймс раздраженно нахмурился, уже в который раз за последние несколько часов, что он провел в городе. не желая именно в этот день вообще куда бы то ни было выбираться: ему больше по душе было бы поваляться до обеда, нажраться от пуза и только потом уже заниматься какими-то делами: тем более, что практически полностью лишенная сна предыдущая ночь очень неплохо способствовала этим его человеческим, слабым желаниям. «Город - замкнутая бесконечность. Лабиринт, в котором ни за что не заблудишься. Это карта только для тебя, все районы на ней имеют одинаковые номера. Поэтому, даже если ты и собьешься с пути, - заблудиться не сможешь. Все одинаковое, выверенное, вылизанное, коммунальные службы трудятся на сразу, подъедая налоговые отчисления жителей, ездят патрульные полицейские машины, снуют пешеходы, молчат в дневном свету неоновые вывести и не подсвечиваются витрины, но все равно постоянно кажется, что где-то фоном идет неуловимый гул усталого электричества». Вся жизнь по восточной «Сожженной карте» с терпким привкусом теплого алкоголя и зеленого кофе, продающегося за углом в китайском квартале мексиканцами, за двадцатку имитирующими самый настоящий, как сгоревшая лапша, японский акцент. Огромное развернутое пространство над головой. Голограммы, схемы. Фантастический интерьер чьего-то рабочего стола. Вот-вот моргнет фасетчатым глазом чудовищная диагональ небесного дисплея и чья-то рука смахнет ненужную пыль, мешающую разглядеть утренний прогноз погоды. Подальше бы убраться от этого ощущения битого пикселя на краю новомодного монитора: в трейлер на старый продавленный диван, или, может быть, на соседнюю ферму, в траву там или в рыжие волосы забавной теплой девчонки... однако у "шкуры ангорской" было свое мнение на этот счет. Джеймс еще раз потянул поводок на себя, намотал на руку еще один виток нейлоновой яркой ленты, напряг мышцы, чтобы хоть как-то сдержать нездоровый энтузиазм четвероногой обузы. Мало ему было своих проблем. Надо было еще в чужие ввязаться, — ты умеешь вообще спокойно сидеть? Сидеть! Сидеть, я сказал! — Джеймс резко дернул поводок; собака, попятившись несколько шагов, уронила лохматый зад на асфальт и укоризненно уставилась на него снизу вверх "проникновенным взглядом карих глаз". Незадачливый собаковладелец скривился и едва удержался о того, чтобы не продемонстрировать животному содержательный фак. Он был раздражен, голоден, пытался безуспешно прикурить уже битых минут пять в то время, когда псина уверенно тянула куда-то в свою сторону, и, в конце-концов, на него такие штучки не действовали: ни эти проникновенные глаза дойной коровы, ни надсадный скулеж на половину улицы, ни попытки рвануть через дорогу к книжному магазину. Все-таки сумев чиркнуть зажигалкой, Джеймс прикурил, затянулся, держа сигарету только губами, и второй рукой перехватил поводок. Вести диалог с этой собакой было бессмысленно и стоило бы, конечно, призадуматься о том, куда теперь ее девать - отвести в приют? В питомник сдать? Конечно, откровенно краденную собаку там просто с распростертыми объятьями примут, только вот не ее и не в той форме сотрудники, а связываться лишний раз с полицией Джеймсу не хотелось совершенно. Он и так ввязался уже в сомнительную авантюру, когда встал на защиту притащенного в бар пса накануне вечером. Впору было бы окрестить его "Лаки" - в память о том, что повезло не стать китайскими консервами на маленьком мексиканском заводе или попасть в разведение недобросовестных торгашей с собачьих ферм. Даже невооруженным взглядом было видно, что этот пес - отличный представитель породы, ухоженный, упитанный, даже смотреть приятно. Малолетний придурок Микки, готовый всех продать за новую дозу, где он вообще раздобыл эту собаку? Притащил в бар, пытался загнать барыге вместо денег, хотя ни для кого не секрет, что должок за ним вился уже немалый. Украсть собаку. Джеймс выдохнул сигаретный дым носом, нахмурился. Что за абсурдное действие. По его мнению коэффициент полезного действия от этого поступка стремился к отрицательному значению - мало того, что собаку в принципе едва ли было просто увести, так еще ее нужно было как-то дотащить до бара - шутка ли, окраина города! - и там каким-то немыслимым образом загнать рослому латиносу Бадо, который не далее как неделю назад уже грозился проломить пустой череп Микки и за меньшие выкрутасы. Уведи его из бара. Отлично. Куда его теперь деть-то. Породистому ретриверу повезло, что ему было где переночевать: из-за не таких уж давних событий на ферме Джеймс был зол на своего ротвейлера и на долгое время отправил его в ссылку в домишко Удо, а потому смог приютить и спасенного от продажи пса. Придурок Микки то ли срезал, то ли просрал собачий жетон, благодаря которому удалось бы найти хозяина или хотя бы узнать кличку украденного пса, поэтому весь вечер, всю ночь и недавнее утро Джеймс кликал пса по самым разнообразным, порой даже совершенно идиотическим кличкам, но так и не подобрал ничего, на что пес бы откликнулся. Зато он оказался довольно спокойным и послушным, если не считать начавшиеся с выходом в город выходки. Вот же мудак. Как он вообще его упер? Вырвал поводок из рук и убежал? Толкнул владельца в грязь и был таков? Или отвязал у какого-то магазина? Джеймс смерил притихшего пса тяжелым взглядом - если малолетний наркоман действительно увел пса от магазина, то мог засветиться и на камерах, а это, по правде сказал, совершенно дурное дело. Ему-то плевать уже, в голове одна каша, а вот Джеймс предпочел бы не показываться на улице с псом, которого прошлым вечером какой-то мужчина увел от супермаркета. Однако, оставить себе он его не мог. Вот оставить у дверей приюта еще куда ни шло, но пес всячески мешал ему добраться до нужного места.
Ах ты гад, — от неожиданности выронив сигарету, Джеймс подался за псом. Тот, натянув поводок, встал на задние лапы, едва не душа себя шлейкой - еще ночью, пытаясь снять сбрую с собаки, он удивился, что кроме ошейника на нем есть еще и это - и заверещал, то ли кого-то увидев, то ли просто с головой не все в порядке было. Ругнувшись про себя, Джеймс был вынужден сделать несколько шагов за псом, пойти в том направлении, куда тянуло покрытое ухоженной шерстью тело. Собаке лучше знать.
Собака и спустя десять лет узнает своего хозяина.
Пес подкатился под ноги какой-то женщине, Джеймс - подбежал следом.
Да стой же ты смирно! — дернув пса к себе, он прижал его к ноге, извиняющимся тоном обратился к женщине. Девушке. Наверное. В темных солнечных очках и белой, светоотражающей тростью в руке, — извините. Тут этот пес просто, я нашел его вчера в пригороде, наверное хозяина ищет, — с неловкими смешками он попытался оправдать безымянного ретривера и усмирить его, но тот явно не желал потакать приказам чужака: юлой вертелся под ногами, поскуливал, хвостом мел. Словно знал что-то, — не слушается.

Отредактировано James Asher (2016-02-18 18:36:59)

+1

3

Могла ли я когда-нибудь, хоть когда-нибудь представить, что, говоря сухим и циничным языком, мне придется сменить пса-поводыря?.. Да никогда в жизни.
Нет, я прекрасно понимаю, что мы все не вечны и Джек, как любой из нормальных живых существ тоже когда-нибудь умрет, но чтобы его у меня... украли?
В голове не укладывается. У слепой девушки украли пса-поводыря. Представить сложно, как мало человечности или хотя бы даже мозгов должно быть в голове человека, совершившего это. Это со стороны общечеловеческой морали даже выглядит недостойно и неправильно, что уж говорить о том, что я лично думаю на этот счет? Не люблю злиться на людей, не люблю желать кому-то зла, но этот человек... Пусть наступит на гвоздь! Да, вот так решительно и очень злобно.
Кто знает, что он сделает с Джеком? Вдруг он надумает продать его не в милую семью, которая так давно хотела себе ретривера и где младшая дочка с очень жалобным взглядом смотрит на своего отца и упрашивает купить ей уже взрослого пса, которого она будет любить и за которым будет ухаживать (он, кстати, будет немногим ниже ее), а семейной паре, которой собака нужна лишь для того, чтобы не дать семье окончательно развалиться. Или тем, кто решил перед тем как завести ребенка завести пса - звучит как-то совсем негуманно, но ведь и так делают!
Вчера, когда на пешеходном переходе я услышала фразу "Мэм, давайте я вам помогу переступить через большую канализационную решетку" и почувствовала, что чьи-то мужские руки заботливо забирают из моих рук поводок Джека, я и предположить не могла, что все закончится именно так. Меня перевели через дорогу, отпустили мою руку, но обратно поводок не отдали. Когда я протянула руку, чтобы забрать его сама или хотя бы дать понять, что жду его обратно, улыбнулась искренно и поблагодарила за помощь, в ответ мне была лишь тишина. А через несколько мгновений - отдаляющиеся быстрые-быстрые шаги, поскуливания Джека, который, конечно же, никуда уходить не собирался, и когда я представляю, как сильно сдавливал ошейник его шею у меня сразу слезы на глазах, и возгласы нескольких людей вокруг о том, что молодежь совсем страх и совесть потеряла и посреди белого дня у слепого человека воруют пса-поводыря.
Вот зачем они об этом кричали? Они же видят, они же могут догнать и отвоевать обратно моего Джека, какой смысл в их пустых восклицаниях?
Особенно если учесть тот факт, что в полицейский участок со мной идти никто не согласился.
А я повертевшись на месте, не чувствуя руками жесткого поводка и не чувствуя Джека рядом, совсем растерялась. Я чуть не расплакалась прямо посреди улицы. На перекрестке, сжав руки в кулаки и немного задрав голову наверх, чтобы слезы все-таки не покапали из глаз. Сделала несколько шагов вперед и врезалась в столб. Фееричное, наверное, было шоу, но что самое интересное - я не слышала ни одной души рядом с собой. Исчезли. Испарились. Пропали.
Как будто и не было никого.
Я не придумала, куда идти - в полицейский участок? А что я могу? Я не в силах даже описать внешность человека, совершившего преступление, а красочные описания его голоса и интонации фразы, сказанной им, которая надолго отпечаталась в моей памяти, будут бесполезны. Если так подумать, я даже не знаю, какого цвета был поводок. Знаю, какой жесткости, длины, упругости... Но цвета - нет.
И Джека я никогда не видела.


Не помню, когда я последний раз столько плакала.
Утром встаю и благодарю судьбу за то, что не могу увидеть себя в зеркале - боюсь, моя психика этого не выдержала бы. А заодно с еще большей готовностью, чем обычно, надеваю солнечные очки - не пугать своими опухшими глазами и мешками под глазами: слезы и недосыпание не самый лучший рецепт отличного внешнего вида.
Где-то в четыре утра я решила, что все-таки пойду в полицейский участок. Я не могу просто так сдаться и хотя бы не попробовать найти Джека. Это было бы ужасным предательством с моей стороны, он ведь наверняка скучает, да и я... Не могу без него.
Ощущение собственной бесполезности и несамостоятельности накрыло меня с головой. Даже все те маршруты и места, которые я уже давно запомнила - не могла преодолеть без того, чтобы не врезаться во что-нибудь или удариться. Вчера вечером даже до дома еле дошла, а вернувшись - первым делом достала ненавидимую мной светоотражающую трость, вместо которой обычно использую совершенно классическую тонкую тросточку из темного дерева, ведь до этого будто он был моими глазами.
Я говорю себе о том, что не надо отчаиваться, в глубине души понимая, что я упустила мало-мальский шанс найти вора еще вчера, когда не вцепилась кому-нибудь из окружающих в предплечье и не потащила за собой в полицию. Виню себя, пожимаю плечами, глубоко вздыхаю, а потом снова виню. Ненадолго прихожу в норму, залезая под прохладный душ, он помогает выбросить из головы все лишнее, но стоит обернуться в полотенце, достать фен - и снова накатывает невообразимая тоска и грусть. Сажусь на пуфик в ванной и слушаю пронзительный шум фена. Он гудит так сильно, что начинает раскалываться голова, хотя может она болит с самого утра из-за ночных слез, теперь как-то все смешалось.
Джек не вьется в ногах, не убегает от направленного на него фена, не трется носом о щиколотки - Джека рядом нет.
А кто я без него?


"Нельзя дать себе раскиснуть окончательно!" - сжимаю кулаки сильно-сильно, чувствуя, как ногти впиваются в мягкую кожу ладоней, крепче обхватываю трость, от которой уже почти привыкла и делаю шаг вперед к неизвестности. Забавно, наверное, но я правда понятия не имею, куда идти и даже путь к ближайшему полицейскому участку куда-то пропал из памяти.
Немного злюсь, уже на себя, а не на того, кто украл у меня собаку, все силы, которые во мне вообще были и которые можно было потратить на гневную злость к другому человеку закончились еще вчера, а сегодня лишь совесть покалывает иголкой где-то внутри и чувство обиды. На душе скребут кошки, мышки - целый зоопарк, я иду не куда глаза глядят, а куда ведут ноги - вперед, затем направо, налево, не особо понимая, куда именно я иду.
Тросточка звонко цокает о сухой асфальт, не показывая мне путь, но хотя бы уверяя в том, что нет никаких преград. Хотя в нынешнем своем состоянии я бы, наверное, и не заметила никаких помех, я даже не слышу, есть ли вокруг люди. Слышу машины, чьи-то шаги, как скрипят двери магазинчиков, у которых выход прямо на улицу, но не слышу людей. Остался ли хотя бы кто-то вокруг? Слышно лишь какой-то гвалт и среди всего этого шума ни одного чистого голоса, руки сжимают холодную и такую неродную трость, мне даже кажется, что я слышу какие-то смешки откуда-то сбоку...
Лай собаки. Сердце сковывает новая волна боли и тоски, я опускаю голову и вздыхаю, понимая, что мой Джек сейчас невесть где и непонятно с кем, а этот вот пес наверняка очень рад видеть своего хозяина и поэтому теперь я слышу, как по асфальту царапают лапы, наверное, крупной собаки. Другой мужчина окликает пса, а я лишь качаю головой, невольно застыв повернув голову в сторону источника этих звуков, и понимаю, что нужно двигаться дальше. Я еще не дошла до участка, я еще не написала заявление, я еще не потребовала у тех, кто точно будет от меня отмахиваться, серьезно взяться за это дело.
Глубоко вдыхаю, собираясь идти вперед по своему намеченному пути, заношу трость над землей, но в следующий миг чувствую, как что-то очень мокрое и холодное уткнулось мне в колено. Воскликаю и даже роняю из рук тросточку, та звонко стукается об асфальт и откатывается куда-то немного в сторону из-за едва ощутимого склона улицы. Дотрагиваюсь до шеи собаки, чтобы успокоить ее, она вертится и крутится в моих ногах, негромко лает и тыкается-тыкается мне в ногу носом. Точно так же, как когда-то делал Джек.
Я ощущаю рукой мягкую и гладкую шерсть пса и снова ловлю себя на мысли, что по ощущениям она очень похожа на шерсть моей собаки. Признаю себя немного сумасшедшей и в следующий миг слышу голос взрослого мужчины, наверное, хозяина пса. Вместе  с этим он дергает поводок на себя и моя рука остается свободной в воздухе. Выпрямляюсь снова, поворачиваю голову к нему, улыбаясь и пытаясь не выдать свое сумасшествие и то, что подумала, что у него на поводке сейчас не кто иной как Джек, и тихо отвечаю, слыша, как неспокойна собака в его ногах:
- Ничего страшного... - перебиваю его, а потом, услышав, что он этого пса вообще просто нашел, чуть не подпрыгиваю на месте от волнения и даже делаю шаг навстречу, сложив руки будто в мольбе, - Вы его нашли? А как же... Откуда он?
Совершенно невозможная мысль о том, что это может быть моя собака, упущенная вчера по моей же вине, снова подталкивает в бок совесть и заставляет воспрянуть и в следующий миг снова опустить плечи с расстроенным вздохом. Быть этого не может. Такого не бывает.
- Сиди смирно, - говорю мягко, но строго собаке, пригрозив ей указательным пальцем. Прекращается его возня, поскуливания и махание хвостом - наступает тишина и слышно только сбивчивое дыхание пса от жары, - Вот, видите, хороший же пес. Успокоился, - пожимаю плечами и еще раз улыбаюсь.
В голосе этого мужчины не слышно искренней злости на собаку, лишь какая-то раздражительность, будто бы он и правда не знает, что со своей неожиданной находкой делать. Вот везет ему - нашел. Хотя... Если он нашел такого ухоженного пса, значит кто-то его потерял, правильно? И кто-то совсем как я теперь жизни представить не может без четвероногого друга. Ну, у меня ситуация, конечно, совсем необычная, но и для нормальных людей потеря собаки может стать трагедией.
- Вы его хотите сдать в питомник?.. - спрашиваю лишь чтобы потянуть время, присаживаюсь на корточки рядом с собакой и глажу его по голове, чешу за ушками, - И я не самый лучший кинолог... Какая это порода? - судя по ощущениям - ретривер. Может совсем такой, каким был мой Джек?

Отредактировано Vanika Johnson (2015-10-22 07:08:03)

+1

4

Не знаю, — без запинки, как на духу, врет Джеймс - он не задумывается, но, наверное, сможет когда-нибудь при случае обмануть детектор лжи, ту простую модель, которая измеряет пульс и давление, колеблющееся от тысячи различных факторов, — кругами бегал, а я поймал, пока он под машину не угодил, — и хороший пес действительно успокаивается. Шлепается на мохнатую задницу, подбирает поближе лапы, складывает хвост и сидит, смотрит, ну точно ждет чего-то - лакомства или похвалы. Вот еще. Хвалить его за безобразное поведение Джеймс точно не собирался и другим бы не советовал.
Да, в питомник, — он кивнул. Несмотря на то, что мозгом человек может понимать некоторую бессмысленность своих действий в той или иной ситуации, его тело все равно совершает те же самые жесты, к которым оно привыкло; неосознанно, спонтанно и совершенно не тратя времени на размышления об уместности, — у меня нет времени и возможности о нем заботиться, а бросить... — наклонившись, Джеймс потрепал пса по голове, но тот остался полностью равнодушен к подобному акту дружелюбия с человеческой стороны. Девушка его интересовала куда больше вчерашнего спасителя, но что с собаки взять - разве понимает он, из предместья какого ада его выдернули буквально за шкирку, — как его бросить, — породистую собаку, да. Собаку-поводыря. По которой, чем черт не шутит, еще ориентировки могут пройти, а он тут таскается вместе с заклейменным зверем по улицам. И с девицами разговаривает, вместо того чтобы давно осуществлять задуманное и оформлять простецкие документы на сдачу в бесплатный приют.
Ретривер, — задумчиво окидывая взглядом то собаку, то девушку, опустившуюся на корточки рядом с ней, Джеймс пытается представить, насколько вообще может быть изворотлива и коварна судьба для того, чтобы выкидывать подобные фортели из-под кринолинов кубинских юбок. Смотрит на то, как бережно женские пальцы перебирают пшеничного цвета шерсть, вьющуюся на висящих ушах, как собака ластится в ответ, а ведь не далее как пару часов назад даже морду поворачивать в человеческую сторону не хотел - хотя Джеймс, конечно, думал о том, что псу просто не нравится то, что от рук тех, кто пытался его погладить в последнее время, пасет сигаретами, алкоголем, туалетом и черт знает чем еще. Ну а от него самого пахло другой собакой и кроликами, ничего, в общем-то, удивительного в том, что спасенному зверю не нравилась сомнительная конкуренция, но с такой-то мордой можно было бы быть более приветливым да терпеливым к проблемам окружающих, — золотистый ретривер, — в тех же задумчивых интонациях продолжил он, завороженно глядя на повторяющееся движение женских рук и довольно прикрытые собачьи глаза; сделав небольшую паузу, которую хотелось заполнить нелепым уточнением про цвет шлейки или, может быть, фразой про цвет шерсти собаки, Джеймс продолжил говорить, обращаясь уже не в воздух, а непосредственно к девушке, — а у вас? Есть поводырь? — по интонациям голоса можно было заметить, что подобный вопрос его смущает, появляется неловкое такое чувство, с которым не выходит справиться быстро. Когда хочется резко пойти на попятную, отгораживаясь фразами "извините за личный вопрос" и "не хотел поставить вас в неловкое положение", — знаете, — Джеймс намотал поводок на запястье, чтобы пес его не вырвал от избытка чувств - хотя тот, вроде бы, значительно успокоился - и спешно пошарил по карманам джинсов, — на нем ничего не было, только вот, — подцепив пальцами железное кольцо, он достал из кармана небольшой помятый брелок - такой могла была бы быть бирка об имени собаки, какая-то информационная бляха, но на деле оказался бестолковый кусок фигурно отлитого металла; Джеймс присел так же, на корточки, рядом, и вытянул руку с брелком. Позвенел им в воздухе, — звездочка, что ли, не пойму. Не знаете, что это может значить? — возможно, если девушка сама владелица собаки-поводыря, то знает что-то о такой метке? Или это просто потеха, которую вешают на своих любимцев хозяева? Лишним спросить не будет, хотя детектив из него явно никогда бы толковый не вышел, — ну там, может быть специальное что-то, — с сомнением, — ничего не написано на ней. О, — он перевернул брелок другой стороной, с удивлением обнаружив мелкий вдавленный рисунок. Вскинул в непритворном изумлении брови, в который раз удивляясь тому, что при свете дня некоторые вещи смотрятся совсем иначе. Повертел брелок еще раз так и эдак, — или цветок. Или... снежинка?

+1

5

- нет игры месяц, в архив -

0

6

- Нельзя бросать, конечно же, нельзя! - мой голос звучит взволнованно, я говорю громко, даже чуть громче, чем можно было бы, и даже мотаю головой, чтобы мужчина отлично понял, что бросать животных по моему мнению - это последнее дело, на которое способны только самые жестокие и безжалостные люди.
Чудный пес, которому, похоже, приятны мои руки, тихонько скулит, словно пытаясь что-то сказать. Я глажу его по мягкой-мягкой шерстке, которая наверняка блестит на солнце... Вдруг во мне просыпается сомнение. Если его украли и тащили невесть куда - как он теперь выглядит? Может быть он весь в грязи или может ему даже натер ошейник от того, что его тащили за собой туда, куда он и вовсе не хотел идти! Будто бы резко спохватившись, нащупываю рукою его шею, пальцами проскальзываю под ошейник и нащупываю... Нет, никаких болячек или воспалений. Вздыхаю с облегчением, качая головой, и чувствую, как пес мордой дотрагивается до моей руки. Глажу его мягко по морде, по носу, а когда слышу, какой он породы - поворачиваю голову к мужчине, который говорит спокойно и без волнения - наверное, он хороший человек, раз породистого пса решил отвести в питомник, а не продать за какие-нибудь да деньги.
- Был, - чувствую, что пес перестал ёрзать и дергаться и теперь спокойно сидит где-то между нами, - У меня... - голос становится тише, к горлу подкатывает ком. Разреветься сейчас было бы очень глупо и неловко, поэтому делаю еще одну паузу, глубокий вдох и, мысленно убеждая себя в том, что "все будет хорошо", продолжаю, растянув на губах скромную улыбку, наверняка со стороны видно, что улыбка эта не столько ненастоящая, сколько действительно печальная и пропитанная лишь "надеждой". Если бы кто-то видел сейчас мои глаза - это было бы понятнее, - Его украли. Вчера. Я как раз иду в полицеский участок писать заявление... - начинаю эту фразу говорить уверенно и громко, но к ее окончанию все равно голос постепенно становится тише.
Вон как я иду, да? Стою и разговариваю с незнакомым мужчиной, пытаюсь узнать Джека в чужих собаках... Мне должно быть стыдно, но вместо этого хочется снова погладить этого чужого пса. Но нет. Нельзя. Нужно договорить с ними и идти дальше, ради Джека, ради того, чтобы его наконец-то найти и вернуть... домой.
Мужчина говорит что-то о том, что было на шее у найденной им собаки и в моей душе загорается огонек надежды. Железный жетончик? У Джека ведь тоже был железный жетон, я купила ему его на первое Рождество, которое мы с ним вместе провели! Там была выдавлена снежинка, и если на этом...
Мужчина говорит что-то о снежинке и я чуть ли не вскакиваю в волнении. Но стараюсь успокоить себя и с нескрываемой радостью принимаю из его рук железный жетончик, который приятной прохладой отзывается в пальцах. Я не кричу от счастья, а лишь поднимаю голову в сторону мужчины и улыбаюсь. Чувствую, как по щеке течет слезинка и капает с лица  куда-то вниз. Это такая же снежинка, как была у Джека!
- Это такая же снежинка, как была у Джека! - повторяю свои мысли и сжимаю железку в руке еще сильнее, чувствую, как пес начинает тыкаться мне в ногу носом, - У меня поводырь - золотистый ретривер... Его вчера... Украли... И я думала, что больше никогда... - слова прерываются слезами, я пытаюсь глубоко дышать, чтобы не разреветься посреди улицы, но сдаюсь и закрываю лицо руками, нырнув пальцами под очки. Плачу навзрыд, плачу от обиды и от радости, и только сейчас ко мне пришло осознание того, что я могла бы больше никогда не найти своего пса, если бы этот мистер все-таки отвел его в питомник - его бы быстро забрала другая семья, которая...
- Спасибо вам большооое, - произношу протяжно и шмыгая носом, все еще не убирая рук от лица. Наверное, со стороны мы смотримся очень странно, сидим посреди тротуара на корточках, я плачу, пес рядом снова заёрзал и теперь радостно тыкается носом мне в колено - хотя какая разница, как мы выглядим?
Главное - что мы чувствуем.
- Я думала, что никогда его больше не... - "Не увижу?" - до этих слов я вроде бы успокоилась, но теперь заплакала с новой силой.
Я ведь никогда-никогда не увижу Джека.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » september, please be good to me