Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » you ain't nothing, but a troublemaker


you ain't nothing, but a troublemaker

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

[NIC]Akira Honda[/NIC]
[STA]stubborn motherfucker[/STA]
[AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]

http://funkyimg.com/i/21Y8h.png

Участники: Taya Greene, Akira Honda
Место: Бар --> квартира Акиры
Время: март 2015
Время суток: поздний вечер
Погодные условия: прохладно
О флештайме: История о том, как волшебный эффект алкоголя превращает недостойных настойчивых сестёр в достойных не очень-то сестёр.


[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+2

2

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Eminem – Berzerk
Привыкнуть можно ко всему. По крайней мере, всю сознательную часть своего жизненного пути Тая Грин подчинила исправно работающей установке. Нет такой улыбки, от которой не закрыть сердце на замок. Нет таких чувств, от которых не избавишься, дав себе достаточно времени. А если уж непутёвый орган продолжает биться в истерике при малейшем приближении опасного объекта, научиться не впадать в депрессию после контакта с переносчиком неизлечимой инфекции – посильная задача для каждой страдалицы. И ведь она отлично справлялась! С запалом, которому позавидует любая четырнадцатилетняя несчастная, размазывающая безответные полуночные сопли по подушке, продвигала в массы идею их бесполого общения. До сегодняшнего дня.
Правда бьёт больней любого неоправданного клейма. Казалось бы, она знала её и без посторонней огласки, научилась затыкать рот собственным мыслям и чувствовать себя полноценной вопреки неудачам прошлого и неприглядным перспективам настоящего. Однако, когда чужая рука попыталась остановить её от стремительной эвакуации из заражённой зоны, дернувшись прочь что есть мочи, вместе с остатками терпения она растеряла и последние силы на сопротивление. Каркас цельной личности рассыпался мелкими песчинками, заставив почувствовать позабытое жжение в висках от накатывающих на глаза слёз. Сдержалась. Сдавила челюсти и не дрогнула, прожигая презрительным взглядом самодовольное лицо, вероятно, надеявшееся на представление ноющей души. Слишком много чести для пустого места. Тем более, для пустого места с повреждённой конечностью.
Она почти дошла до дома, когда внутри что-то щелкнуло и на тихой улице раздался звучный всхлип беспомощности, легким движением ладони смахнувший все данные себе обещания с горизонта воспоминаний. Никчёмная, бестолковая, ненормальная. Кропотливо собираемые годами определения разом посыпались на плечи, прибивая к земле в прямом смысле этого слова. Она съехала по соседской изгороди на асфальт, просидев там до тех пор, пока солёный поток жалости к самой себе не умерил свои обороты. Представление грустного клоуна пришлось прекратить, когда телефон разорвался очередным сообщением. Кое как подтерев расплывшийся по щекам макияж, Тая вытащила из заднего кармана мобильник, явно не рассчитывая увидеть то, что увидела. Никакой материнской истерики. Несколько бесполезных весточек от оператора, просьба купить молока и... Три смски, после прочтения которых Грин безмолвно поднимается, ещё раз протирает покрасневшее лицо рукавом и чинно отправляется в сторону дома. Аттракцион боли объявляется закрытым.
Оказываясь в безопасности спальни, она жмёт на кнопку вызова, на всякий случай вставая перед зеркалом и убирая остаточные явления приступа слабости. Улыбку пошире.
Эй, только увидела твои сообщения, — на удивление срабатывает. Голос перестаёт дрожать, выдавая потраченный на рыдание час. — Я серьёзно сломала ему руку? — искренний смешок. Пожалуй, первая хорошая новость за день. — Я в полном порядке, думаю, наш новоиспечённый калека пострадал куда больше, чем я, — ещё один смешок. На этот раз выдавленный нарочно. — Планы? — Грин замолкает, растерянно осматривая свою комнату. «По шкале от десяти до десяти насколько это плохая идея?» Девушка ловит осудительный взгляд в отражении, нервно поджимает губы и поворачивается спиной к лишнему раздражителю. — Если прокрастинация в кровати считается за план, то я с удовольствием его нарушу. Забрать? Что? Нет! Я доеду сама, не двигайся никуда. Дай адрес, я вызову себе такси, — переставая обращать внимание на очевидный протест рассудка, она резво достаёт ручку, наскоро записывая название улицы. — Давай, до встречи, — Тая поворачивается к молчаливой собеседнице, чтобы обнаружить на своём лице достойный премии микс из тупой улыбки и отпечатанного на лбу «что ты только что». Однако на смену прорезающегося здравого смысла совершенно неожиданно приходит приступ юной анархистки. Кто сказал, что сердечные раны лечат закутавшись по макушку в плед? Отчаянные времена требовали отчаянных мер, и если это означало весёлое и непринуждённое общество Акиры Хонды сразу после концерта разбитого сердца на собственной улице, так тому и быть. А если кто-то не был уверен в её решительности, то полная готовность через двадцать минут и «буду поздно» в закрывающуюся дверь должны были развеять пустые сомнения. Затачивайте клинья, Тая Грин собиралась действовать по народной мудрости.

o u t f i t
К своему большому удивлению девушка не попросила развернуться на полпути. С лицом непоколебимого самообладания она просидела всю дорогу, ощутив первую волну беспокойства лишь напротив указанного заведения. Уставляясь на печальную попытку изобразить из себя хоть что-то, смотрящую на неё из блестящего окна припаркованной машины, Грин нервно одёргивает шорты и поправляет мешающиеся на носу очки. Стоит поблагодарить свою забывчивость, из-за которой сейчас на неё уставлялось воспоминание о лихих годах брекетов и тоннах лечащей косметики для лица. Глубокий грудной вздох. «Лучше всё равно не станет.» В последний раз поправляет оправу. «Все так внимательно следят за тобой, что прямо упадут замертво, увидя очки. Выдохни ты уже.» Выдох. Следующий кадр: целеустремлённые шлепки балеток приближаются ко входу.
Оказываясь внутри помещения, первое, что Тая замечает при приглушённом свете, силуэт того самого «всех», чьей душевной травмы она хотела меньше всего. Сжимает губы, напрягается и толкает себя навстречу, предусмотрительно убирая отпечатывающееся на лице гудение извилин.
Hey, guys! — улыбаясь во все тридцать два, машет знакомым лицам издалека. Привычных нескольких секунд на моральную подготовку ко второй фазе приветствия на этот раз не достаточно. Когда спина фигуры разворачивается и начинает вторгаться в личное пространство выученным запахом одеколона, становится дурно. Увы, вовсе не в выученной последовательности перекрытого доступа к воздуху и ускоряющегося пульса. Вместо этого в груди отдаёт неприятным спазмом. На мгновение аура беспечности гаснет. Тая слегка встряхивает головой, спешно дёргает уголками губ вверх и падает на выделенное место. Ненадолго. Проходит несколько минут, но резкий прилив апатии не спешит отступать. Наоборот, будто отыгрываясь за каждый сдержанный позыв расплакаться, сознание ставит излюбленную пластинку навязчивых мыслей своей неполноценности. Грин выжидает короткую паузу. — Я возьму себе выпить. Кто-нибудь что-нибудь хочет? — главное – сделать максимальный акцент на своём намерении сделать это в гордом одиночестве и сверкать дружелюбием во все стороны. Чтобы не дразнить судьбу, она спешно подскакивает с места, следуя курсу до барной стойки. Тая оборачивается через плечо, чтобы убедиться в отсутствии желающих разбавить её уединение, находит всех на своих местах и устремляет всё своё внимание на бармена.
Два шота текилы. Один здесь, один за вон тот стол. Ром-колу, Гиннесс и... — протягивая последний звук, упирается в столешницу, многозначительно хмурится, наскоро добавляя, — Знаете, два шота текилы здесь и один туда, — Тая ловит косой взгляд посетителя сбоку, вздёргивает бровями и сверлит глазами пятнистую от пролитого алкоголя поверхность. К счастью, напряжённое ожидание прерывается очень скоро. Перед носом наполняются две небольшие ёмкости. Игнорируя наличие лимона и соли, с профессионализмом алкоголички Грин заливает в себя оба стакана разом, победоносно шлёпая ими перед баристой. Посетитель сбоку издаёт характерный свист в такт урчащему животу. Пропущенный ужин кажется как никогда кстати – быстрей подействует. Она отвешивает ручной поклон своему самому короткому знакомству и протискивается сквозь толпу обратно за столик. И, о чудо! В обратную сторону она идёт без тяжелого груза в лёгких, вероятно, не выдержавшего высокоградусный потоп. С довольным видом пикирует на своё место. — Ой, — не успевая скоординироваться, Грин хватается за единственную достойную доверия опору – дружескую коленку. — Извини, — виновато поджимает губы, хлопает глазами, отталкивается на спинку и аккуратно убирает ладонь подальше от точки, где ей не место. Спасение приходит неожиданно – она слышит голос официанта. — Текила мне! — а сколько энтузиазма! — За встречу? — достаточно мельтешения, чтобы никто не заметил, как она чуть не подавилась собственным сердцем?
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+3

3

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]
look like

На определенной стадии безумия рано или поздно начинается фаза тотального отрицания. Надо сказать, Акира продержался достаточно долго, чтобы можно было уверовать в нерушимость великих постулатов человека, который подзаебался. Он и сам верил, натягивая широкую улыбку на лицо каждый раз, когда Тая Грин морщила нос и растворялась из актового зала, стоило подойти чуть ближе. Старался не перебарщивать с недвусмысленными порывами, а если случалась проруха на 25-ти летнего деда, то не воспринимал слишком буквально и, что называется “на себя”, потому что большеглазая девочка со специфическим юмором не укладывалась ни в какие привычные Хонде модели поведения буквально с самого первого дня знакомства с ней.
О том, как долго эта грань может быть так тонка, Акира старался не задумываться. За долгие годы падений и неудач он все же вытянул зерно неприглядной истины: не прыгай в поезд без билета на удачу, если не хочешь обнаружить себя в Магадане. А Кир не хотел. “Не хотел” даже не то слово, которое можно применить в момент, когда тебя прошибает волной электричества без учета личных желаний на перспективу развития ситуации. Возможно, он недостаточно старался, слишком часто пуская ситуации на самотек, иначе как объяснить вылетающее из груди сердце, когда вместо привычного набора битов в уши льется голос Таи Грин, а последняя, надо сказать, сильно отличалась от дорого сердцу фортепиано. 
- Набери, как подъедешь.
Рубрика из серии “ты пытался”. Пытался забрать Грин из дома, чтобы она не тратила деньги на поездку с малознакомым мужчиной неизвестного происхождения, а если ”доберусь сама”, то хотя бы своевременно оказаться у входа в бар и убедиться, что там не появится очередного желающего получить перелом руки за что-то, что окажется способным вывести обычно спокойную как стадо мертвых крокодилов Грин.
Провал. К концу дня мозг начинает напоминать желеобразную кашицу, бессмысленно подрагивающую в черепной коробке, а сам Акира собачка на бардачке машины, кивающая на вопросы и смеющаяся в тон компании, даже если то была совсем глупая шутка. В какой-то момент часы на руке становятся самой занимательной вещью в мире. Хонда то и дело нервно притопывает ногой в такт битам, повинуясь инстинктам зависимого от звуков музыки и, в конце концов, прикладывается к бутылке пива, первый раз за последние пару часов, стараясь прекратить отчаянные попытки контролировать хоть что-то, что было связано с именем на букву “Т”.
Привыкший быть честным с самим собой, Акира понимал, что отчаянное ожидание появления знакомой фигуры отнюдь не связано с ярым желанием вновь оказаться королем фрэндзоны. Просто где-то на уровне приглушенного голоса подсознания, расплавившийся мозг понимал, что механизмы непробиваемой самозащиты срабатывали на полную только тогда, когда Грин была в зоне доступа, а значит, до блаженного состояния ни о чем не беспокоящегося полудурка осталось всего ничего. Минут 10-15 или сколько там еще будет ехать это сраное такси?
- Я отойду, - Сообщает товарищу и удаляется на бар за вторым стаканом. Должно быть, плохая идея, если учесть, что обычно крепость выпиваемых напитков не превышала крепости пакетика чая. Впрочем, сегодня был особый повод – вселенная преподнесла страдальцу ценную информацию, которая прояснила хотя бы один аспект из тысячи: если Тая Грин вдруг сломает ему руку, значит ей больше не всё равно.
О приближении объекта Хонда догадался по лицу Дейва. Дейв тоже работал в театре и обожал, когда Хонда приводил Таю с собой, потому что считал её единственной умной представительницей женского пола, и, конечно, не был так одинок в своем суждении, как могло бы показаться. Внутри раздался тот самый долгожданный щелчок и парень обернулся, обнаруживая панацею от расстройства личности, которая по совместительству эту личность и расстраивала, но это уже детали. Довольно улыбаясь, Кир поставил надпитый стакан на  стол и решил не изменять традиционному приветствию, хотя в последнее время оно приносило противное эхо, полное свинцовой тяжести, где-то в районе живота.
- Ты как? – Бессмысленная беготня по чужому лицу в надежде отыскать желаемую эмоцию, но как всегда секунды кончаются неприлично быстро, а этот успокаивающий кивок в ответ становится очередным барьером, заграждающим доступ к чужому внутреннему миру. Кто-то из компании перебивает момент:
- Народ, Тая Тайсон пришла! – Дейв покатывается на стуле, вызывая приступ раздражения, за который тут же становится стыдно. Бездумно тыкнув пальцем в тощий бок Грин, Акира пропускает Таю к стулу, возвращаясь к своему стакану, и решает не менять местоположения, чтобы не демонстрировать степень влияния внезапного появления на свой дзен даже самому себе. Кажется, он рассказывал какую-то забавную историю, и, наверное, обязательно начал бы сначала ради вновь прибывших, но последние решили ретироваться к бару секунд через двадцать. Спросить бы: плохой день? Но ответ уже всем известен.
Пикируя на свое место, Хонда обнаруживает, что стул Таи оказывается рядом. Конечно, не с проста, потому что все присутствующие знали, где обычно приземлялась всемирная катастрофа. Но если раньше это происходило само собой и не вызывало никакого дискомофорта, то теперь вдруг оказалось, что даже такая мелочь способна пошатнуть и без того нестабильное душевное равновесие. Понадобилось три бесконечных часа, чтобы вскрыть истину в обход этим бесконечным месяцам неведения, в котором, не зря говорят, заключалось вселенское счастье.
Грин возвращается внезапно, потому что все это время Хонда усиленно пытался создать эту внезапность, намеренно не глядя в сторону её уединения, незаметно для себя опустошив второй стакан пива. Короткое “ой” сопровождается не менее коротким, но куда более ощутимым ударом электричества и, признаться, в последнее время это начинало раздражать. А с раздражением Хонда боролся весьма специфическими методами. На негромкое “извини” летит громкое – Не извиню, у меня чувствительные колени, – гарантирующее, что больше подобного не повторится. По пути кивает официанту, перехватывая свой ром с колой, который заказал под общий шумок, а через несколько секунд, предварительно поставив стакан на стол, закидывает обе ноги Таи себе на чувствительные колени, укладывая по удобней, и как ни в чем ни бывало поправив корону короля фрэндзоны отпивает шипуче-терпкой гадости со льдом. Бам-бам-бам – по ушам разлетается эхо неугомонного сердца. Акира игнорирует его, резко опуская стакан под стол, чтобы прикоснуться холодным стеклом к теплой ноге. – Так это был твой бывший? – Параллельно едва успевает спасти свой напиток от резкого проявления рефлексов тела на соприкосновение с холодом, издавая довольный результатом содеянной пакости смешок.* - Предполагал, что он будет женского пола. - Еще один глоток. Стакан на стол и свободной рукой к давно замеченным очкам: отобрать, напялить на себя и повернуть кепку козырьком назад, широко улыбаясь Тае в лицо с видом, будто бы не он три гребанных часа её нетленного отсутствия разбирался с  миром, который уже не будет прежним. - I know that feel... - Улыбка становится шире, когда Хонда понимает, как далека от резкости реальность, в которой он оставил Грин без окуляров. - Если что, моя коленка рядом. - Призывно хлопает себя по ноге намекая, что не собирается отдавать трофей, хоть в глазах двоится из-за собственных линз.
[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+3

4

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Cause it's you and me and all of the people
With nothing to do, nothing to prove
And it's you and me and all of the people and
I don't know why I can't keep my eyes off you

Тяжело не уверовать в силу интуиции, когда случайный побег прочь от бурлящей за столиком беседы спас невинных людей от лицезрения эмоциональной развалины. Изрядно пострадавшая крепость дзэна абсолютно трезвой Таи Грин не была готова к чрезмерному тактильному присутствию главной причины порушенных нервов, и кто знает, к чему бы привела безобидная привычка заполнять собой всё свободное пространство и без того вездесущего Хонды. Но для девушки, покорившей разумы зрителей за барной стойкой, подобные проверки на выносливость не казались чем-то непосильным. Залитая солёной горечью искра вновь воспламенилась, и с каждой прожитой секундой всё больше разжигала потухший костёр жизни.
На лице Грин возникает знак вопроса. Не извинит? Последний тут же растворяется в новой эмоции, когда до сознания доходит смысл бесценного уточнения. Нутро предательски немеет, и Тая ловит себя на мысли, что готова покрыться бордовой краской и провалиться под землю. Но ничего подобного не происходит. Текила многозначительно шлёпается о стенку желудка, и исполненная решительности сопротивляться провокациям она поворачивается на Акиру. Смотрит в глаза. Теряет яркие экспрессии с лица. Как можно очевидней наклоняет взгляд на несколько десятков сантиметров выше чувствительных коленей.  Обратно в глаза.
Я учту, — и прежде чем по животу пробегает паническая дрожь, Тая дёргается обратно, спешно пододвигая к себе стопку текилы и хватаясь за неё, словно за спасительный канат из этой пучины бесстыдства и недвусмысленных намёков. Ах, если бы это был конец. Стоило помнить, что когда рядом с тобой находился Акира, что бы ни происходило, оно только начиналось. Но и тут её наивности хватило, чтобы не предвидеть достойного сердечного приступа продолжения.
Загребущие пальцы внезапно отрывают её ноги от пола, и Грин требуется несколько непростительных секунд замешательства, по истечению которых избежать замирающего в груди моторчика уже не получается. Давным-давно кончившийся воздух уходит в отрицательные показатели. Спутанные мысли, кажется, выворачиваются наизнанку превращая содержимое головы в пустой котёл с единственной различимой извилиной, в которой слышен лишь белый шум. Наверное, со стороны может сложиться впечатление, будто ещё чуть-чуть и человеческий снаряд разорвётся от перенапряжения, но в очередной раз Тая показывает чудеса самообладания. Стараясь не думать о тёплом ощущении, греющем бессовестно присвоенную часть тела, она дёргает губы в довольную ухмылку и с соответствующим действию видом, несколько раз мнёт ногами живую подстилку.
И как ощущения? — не скрывая искреннего интереса, слегка приподнимает брови и, подпирая подбородок кулаком, принимается рассматривать своего очень чувствительного друга. Преследующая по пятам неловкость уходит на задний план – впору дивиться столь полезному эффекту алкоголя на голодный желудок. А если и вовсе забыть о цикличных спазмах в левой половине грудной клетки, то можно предположить, что она способна оставаться в навязанном положении остаток вечера. — Эй! — её будто выдёргивают из состояния глубокого транса, возвращая в суровую реальность, где человеческие подушки обладают не только крайне полезной способностью греть душу с телом. Коленка влетает в стол, отчего девушка машинально поджимает ноги под себя, хватаясь за ушибленное место. Губы в тонкую полосу. Пару злостных вздохов. В знак несогласия с ситуацией Тая звучно цокает и шлёпает бестолковое создание по плечу. «Полегче, Грин! Лучше сразу предложи запереться в кабинке туалета.» Всё ещё потирая будущий синяк, она тянется к спасительному шоту в попытке выгнать из головы новую навязчивую идею. Он ведь скинул её ноги не оттого, что продолженная массажем шутка перешла тонкие границы допустимого? К счастью, голос Акиры вовремя отвлекает её от нырка в пучину разрушительного самоанализа.
А с чего ты решил, что ты ошибся? — злобный едва слышный смешок срывается за секунду до того, как она понимает – никто не собирался глумиться над её сегодняшней жертвой. «Он что… серьёзно?» Уверяю, множащиеся вопросы над головой можно услышать, стоит только чуть-чуть сосредоточиться на скрипе той самой единственной извилины с белым шумом. Лесбиянка. Он думал, что она лесбиянка. В порыве бешенства вперемешку с отчаянием экспрессия Грин делается каменной. [float=left]http://31.media.tumblr.com/58dd02da20f82c8ddd03299420fd791e/tumblr_inline_nt1btpxwms1sm8frv_500.gif[/float] — Вот пообщаешься с вами и точно станешь, — не сводя глаз с Хонды, она наконец подтягивает замыленную в ладонях рюмку и, не мешкая, заливает содержимое в себя. С такими новостями можно смириться только пребывая в розовой оболочке пьяного отрицания действительности. — Кто-нибудь закажите мне ещё один шот и картошку в сыре, — выдох полный глубинной прострации. — Мне надо это пережить, — косой взор вбок от себя. Проклятая рука опять движется в её сторону, но на этот раз она намеренно не сопротивляется. Куда уж хуже? Пожалуй, ничто не способно побить травму от последней новости.
Мир превращается в искупавшуюся в воде акварельную картину, Тая тяжело вздыхает, закатывая глаза в глухом вопле беспомощности. И как в этом человеке уживалась ядерная смесь таланта с не выветривающимся из штанов детства? Она отчаянно щурится, пытаясь разглядеть расплывшуюся реальность, но различая слишком лучезарную улыбку прекращает попытки. От греха подальше.
Я смотрю так сильно понравилось, Мистер «Чувствительные коленки», — вероятно, от горя и третьей текилы чувство самосохранения притупляется. Грин резким движением подаётся вперёд, решая воспользоваться щедрым предложением поддержки с маленькой поправкой: на всякий случай девушка аккуратно сжимает пальцы, проверяя нервные окончания на скорость реакции, а Хонду на боязнь щекотки. — Don't tell me your dirty fantasies drew me as the butch one, — зрение наконец-то ловит фокус, позволяя убрать с лица щенячью мольбу. Сердце делает кульбит. Слишком близко. Слишком даже для повелительницы текилы. — Вы серьёзно? — собеседники сливаются в ползающую в пространстве кашу, но сейчас это меньшее, что может ей помешать. Скорейший побег из зоны поражения – вот что действительно важно. Она откидывается на спинку стула, забывая про ладонь на колене. — Вы что единогласно решили, что я… — хмурится, медленно подносит свободную руку ко лбу, как вдруг голос Дэйва останавливает спектакль душевной боли.
Я так не думал, — как слепой котёнок она поворачивается на звук, являя миру широкую улыбку в тридцать два.
Dave, — выдерживая необходимую паузу, Грин закрывает глаза и вдохновенно продолжает, — You are awesome. You can ask me whatever you want. Today, I am your faithful servant, — интонация оживает. Тая обводит пальцем остальных за столом. — А вы все сгорите в огне преисподней за исключительную проницательность, — убирая грозное выражение лица, она только сейчас обращает внимание, что последние две минуты пытается проковырять дырку в джинсах Хонды. Палец замирает. Глаза на ладонь. На Акиру. Вновь на ладонь. Пользуясь моментом, пока разговор не требует её участия, Грин наклоняется поближе, кажется, забыв тот волшебный удар электричества по лёгким, заставивший её искать глоток воздуха, непропитанного запахом, от которого мутнело в сознании.
Хьюстон, у нас проблема. Мне нужно помыть руки, а без своих очков я рискую не добраться до цели не повредив что-нибудь себе или, куда вероятней, кому-нибудь другому. Или твоя коленка опять к моим услугам? — на этой ноте Тая Грин осознаёт, что начинает задыхаться от вязкого кома в горле, но ударивший в голову алкоголь делает процесс медленной смерти слишком увлекательным, чтобы прерывать его из-за пустяков вроде нехватки кислорода. Девушка щурится. Отстукивает ритм ногтями по штанине. Ожидающий взгляд. И как это она раньше не замечала, как занимательно рассматривать лица собеседников вблизи?
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+3

5

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]Магическим образом Акира упустил тот бесценный момент, когда всё пошло не так. Не сказать, чтобы их общение с Грин всегда укладывалось в рамки дипломатии, однако, подобную наклонную плоскость сегодня они приняли впервые. И если несколько минут тому назад Хонда больше всего беспокоился за свой неугомонный кровогоняющий мотор, то теперь все померкло на фоне непонятных голодных игр с огнем. Весьма опрометчиво для того, кто болтался в зоне дружеской симпатии, потому что действие алкоголя имело свойство заканчиваться, оставляя после себя горькое послевкусие так и недостигнутой вершины. Но кто бы об этом беспокоился? Безобидный, зато полный необходимой экспрессии шлепок по плечу, последующие подколы и переглядки: Акире одновременно хотелось продолжать на заманчивый лад, и дать себе жирную оплеуху, чтобы придти в себя.
- Я чего-то недоглядел в образе пострадавшего? – Хонда многозначительно приподнимает одну бровь, припоминая эти истории, в которых девушки одевались как парни и пили таблетки, чтобы изменить голос и отрастить усы. Будет обидно осознать, что тебе, живому, предпочитают имитацию мужчины. Разумеется, Тая вовремя приходит на помощь, добавляя соли в мыслительные изыскания одним многозначительным комментарием. Выдавливая из себя саркастический смешок, Акира пытается не воспринимать едкий комментарий о смене ориентации на свой счет, однако механизм поиска собственных промахов оказывается запущенным мгновенно. Несколько секунд сомнений и результат мыслительной деятельности вылезает наружу:
Еще никто не жаловался, - Бросает он, поджимая губы, и, к счастью, не определившаяся с ориентацией решает, что ей нужно сделать заказ, а Акире приглядываются её очки в качестве мести. Примерно в этот момент Дейв решает, что именно он тот рыцарь, который готов доблестно сорваться с места и отправиться добывать женщине выпивку. Акира же магическим образом не успевает проконтролировать траекторию движения своей ноги, через которую Дейв спотыкается секундой спустя и летит на пол, сметая за собой всё в радиусе размаха своей руки. – Захвати мне ром с колой, пожалуйста. – На лице Хонды появляется довольная улыбка, Дейв матерится, поднимаясь при помощи кого-то из присутствующих, и все же удаляется к бару, чтобы исполнить задуманное. “Какой упорный”. Мелькает в голове, Кир хмурится и решает, что самое время включиться в увлекательный диалог о его коленях. Ему даже удается сделать вид, что он не особо расслышал это её  “понравилось”, но на прилипшие в попытке пощекотать пальцы Хонда реагирует мгновенно. Протягивает руки к боками девушки и принимается щекотать в ответ, скрывая смятение за усиленными тычками пальцев в живот – С каких это пор тебя интересуют мои грязные фантазии?? – оставляя жертву в покое, Акира тоже откидывается на стул, когда лица присутствующих без слов отвечают на прозвучавший из уст Таи вопрос. К этому моменту возвращается Дейв, и Акира жалеет, что приложил недостаточно усилий, чтобы скорость его передвижений спала хотя бы на пару минут. Раздается всеобщий гогот, под который Хонда замечает процесс загрузки потаенных желаний на лице Дейва, но от пристального наблюдения за движением эмоций на лице товарища его отвлекает ладонь Таи, не желающая покидать его ноги. После сломанной руки ему везде видятся эти знаки. Наклоняясь вперед за порцией алкоголя, который принес официант, Хонда негромко подмечает:
- Если ты, в самом деле, собралась служить хранителю веры в натуралок, то для начала придется оторваться от моей чувствительной и, видимо, весьма привлекательной коленки, а судя по тому, что происходит, у тебя с этим сегодня большие проблемы. – Пауза на то, чтобы отпить из стакана - Так сильно понравилось? – В какой-то момент, парень поворачивается лицом к своей собеседнице, полагая, что за общим гамом расхватывающих выпивку никто не станет свидетелем игр в переглядки за этим концом стола. Однако то, что этим вечером Тая и Акира слишком часто беседовали отдельно от компании, явно бросалось в глаза и слегка подталкивало к созданию еще большего ажиотажа.
Впрочем, секунды гарантированного бессмертия кончаются достаточно быстро. Кажется, на сегодня кто-то уже близок к превышению лимитов на один вечер, и Хонда отвлекается, чтобы заржать на чью-то реплику и вставить свое слово, когда выясняется, что у Хьюстона проблемы.
- М? – Делаясь серьезным, Акира будто бы забывает про пальцы и колено, оставляя всё в том виде, в котором оно, якобы, должно быть. Очень жаль, что попытка оставить ладонь Таи “где лежит” под шумок накрывается медным тазом, однако теперь, когда лесбиянка сделала публичное заявление насчет своих предпочтений, появился шанс побороться за свое видение ситуации и, разумеется, Акира не собирался его упускать.
- Коленка и все, от чего ты не сможешь оторваться этим вечером, butch one, - Резким движением парень поднимается на ноги, утаскивая в вертикальное положение Грин. “Почувствовал себя в игре?” Оглядываясь на недоумевающих присутствующих, Хонда спешит оповестить – Мы скоро придем, - Сея еще большую интригу в происходящем, потому что обычно они с Таей, хоть и славились неординарной манерой поведения по отношению друг к другу, не имели привычки уединяться без оглашения подробностей маршрута. Подмигнув Дейву, Кир схватился за талию девушки исключительно с целью направить в нужную сторону. Свободной рукой он содрал с себя очки и в последний момент броском переправил их тому, кто сохранит – Береги как зеницу око! – Дейв успевает принять пас, за малым не перевернув свой напиток.
Барражируя между столиками позади Таи, Хонда все же убрал руку с её поясницы, решив, что локти, за которые он придерживал её теперь, куда более безопасная зона для контакта. По крайней мере так сигнальные маячки тревоги не горят красным, а лишь изредка предупредительно моргают, заставляя сердце сбивать ритм. Впрочем, для того, кто жаждет, чтобы ему сломали руку, он даже слишком скромно себя ведет. В какой-то момент девушка нечаянно цепляется за чей-то стул и на долю секунды теряет равновесие, Акира чуть сгибает ногу в колене, слегка пиная Таю в нужную сторону где-то в районе бедра. – Не бойся, оно здесь.
Совсем скоро они оказываются у заветной двери, пропуская Таю в общий предбанник, где располагались раковины. По его скромным предположениям, с рукомойником можно было справиться при минус десяти и без колена, но чувствуя себя ответственным за слепое существо на каблуках, Хонда все же многозначительно бросает – Если будет нужна помощь, зови. – Дверь закрывается, и он топчется на месте, переваривая все происходящее, наконец-то, оставшись наедине с собой, как вдруг, чуть поодаль образуется фигура Беттани Милз, той самой девушки, что запала на него с конца октября и не хотела отпадать обратно. На личном опыте Хонда убедился, что если встретить Миллз в общественном месте, то отделаться от её компании будет весьма не просто, тем более, что за их столиком были Дейв и Гаррет, которые тоже работали в театре. Оценив масштабы надвигающейся катастрофы, Акира не нашел ничего лучше, чем резко внедриться в предбанник следом за Грин, искренне надеясь, что она, действительно, всего лишь мыла руки.
Хлопок двери. Щелчок замка. Не оборачиваясь, Акира замирает на месте, прислушиваясь к звуками из вне, и когда ручка дергается в попытке открыть, совершенно писклявый звук, напоминающий женский голос, вылетает наружу из отнюдь не женской гортани – Закрыто по техническим причинам! – Попытки ворваться прекращаются, а Хонда резко выдыхает, давясь чувством облегчения, наконец, оборачивается на Таю, дергая бровями – А ты говоришь бегут к лесбийским вершинам, - Довольно улыбается, подкидывая в руках неожиданно появившийся предмет, который через секунду идентифицирует себя как дверная ручка.
Немая пауза.
Магическим образом Акира упустил тот бесценный момент, когда всё пошло не так. Не сказать, чтобы их общение с Грин всегда укладывалось в рамки дипломатии, однако, подобную наклонную плоскость сегодня они приняли впервые. И если несколько минут тому назад Хонда больше всего беспокоился за свой неугомонный кровогоняющий мотор, то теперь все померкло на фоне непонятных голодных игр с огнем. Весьма опрометчиво для того, кто болтался в зоне дружеской симпатии, потому что действие алкоголя имело свойство заканчиваться, оставляя после себя горькое послевкусие так и недостигнутой вершины. Но кто бы об этом беспокоился? Безобидный, зато полный необходимой экспрессии шлепок по плечу, последующие подколы и переглядки: Акире одновременно хотелось продолжать на заманчивый лад, и дать себе жирную оплеуху, чтобы придти в себя.
- Я чего-то недоглядел в образе пострадавшего? – Хонда многозначительно приподнимает одну бровь, припоминая эти истории, в которых девушки одевались как парни и пили таблетки, чтобы изменить голос и отрастить усы. Будет обидно осознать, что тебе, живому, предпочитают имитацию мужчины. Разумеется, Тая вовремя приходит на помощь, добавляя соли в мыслительные изыскания одним многозначительным комментарием. Выдавливая из себя саркастический смешок, Акира пытается не воспринимать едкий комментарий о смене ориентации на свой счет, однако механизм поиска собственных промахов оказывается запущенным мгновенно. Несколько секунд сомнений и результат мыслительной деятельности вылезает наружу:
Еще никто не жаловался, - Бросает он, поджимая губы, и, к счастью, не определившаяся с ориентацией решает, что ей нужно сделать заказ, а Акире приглядываются её очки в качестве мести. Примерно в этот момент Дейв решает, что именно он тот рыцарь, который готов доблестно сорваться с места и отправиться добывать женщине выпивку. Акира же магическим образом не успевает проконтролировать траекторию движения своей ноги, через которую Дейв спотыкается секундой спустя и летит на пол, сметая за собой всё в радиусе размаха своей руки. – Захвати мне ром с колой, пожалуйста. – На лице Хонды появляется довольная улыбка, Дейв матерится, поднимаясь при помощи кого-то из присутствующих, и все же удаляется к бару, чтобы исполнить задуманное. “Какой упорный”. Мелькает в голове, Кир хмурится и решает, что самое время включиться в увлекательный диалог о его коленях. Ему даже удается сделать вид, что он не особо расслышал это её  “понравилось”, но на прилипшие в попытке пощекотать пальцы Хонда реагирует мгновенно. Протягивает руки к боками девушки и принимается щекотать в ответ, скрывая смятение за усиленными тычками пальцев в живот – С каких это пор тебя интересуют мои грязные фантазии?? – оставляя жертву в покое, Акира тоже откидывается на стул, когда лица присутствующих без слов отвечают на прозвучавший из уст Таи вопрос. К этому моменту возвращается Дейв, и Акира жалеет, что приложил недостаточно усилий, чтобы скорость его передвижений спала хотя бы на пару минут. Раздается всеобщий гогот, под который Хонда замечает процесс загрузки потаенных желаний на лице Дейва, но от пристального наблюдения за движением эмоций на лице товарища его отвлекает ладонь Таи, не желающая покидать его ноги. После сломанной руки ему везде видятся эти знаки. Наклоняясь вперед за порцией алкоголя, который принес официант, Хонда негромко подмечает:
- Если ты, в самом деле, собралась служить хранителю веры в натуралок, то для начала придется оторваться от моей чувствительной и, видимо, весьма привлекательной коленки, а судя по тому, что происходит, у тебя с этим сегодня большие проблемы. – Пауза на то, чтобы отпить из стакана - Так сильно понравилось? – В какой-то момент, парень поворачивается лицом к своей собеседнице, полагая, что за общим гамом расхватывающих выпивку никто не станет свидетелем игр в переглядки за этим концом стола. Однако то, что этим вечером Тая и Акира слишком часто беседовали отдельно от компании, явно бросалось в глаза и слегка подталкивало к созданию еще большего ажиотажа.
Впрочем, секунды гарантированного бессмертия кончаются достаточно быстро. Кажется, на сегодня кто-то уже близок к превышению лимитов на один вечер, и Хонда отвлекается, чтобы заржать на чью-то реплику и вставить свое слово, когда выясняется, что у Хьюстона проблемы.
- М? – Делаясь серьезным, Акира будто бы забывает про пальцы и колено, оставляя всё в том виде, в котором оно, якобы, должно быть. Очень жаль, что попытка оставить ладонь Таи “где лежит” под шумок накрывается медным тазом, однако теперь, когда лесбиянка сделала публичное заявление насчет своих предпочтений, появился шанс побороться за свое видение ситуации и, разумеется, Акира не собирался его упускать.
- Коленка и все, от чего ты не сможешь оторваться этим вечером, butch one, - Резким движением парень поднимается на ноги, утаскивая в вертикальное положение Грин. “Почувствовал себя в игре?” Оглядываясь на недоумевающих присутствующих, Хонда спешит оповестить – Мы скоро придем, - Сея еще большую интригу в происходящем, потому что обычно они с Таей, хоть и славились неординарной манерой поведения по отношению друг к другу, не имели привычки уединяться без оглашения подробностей маршрута. Подмигнув Дейву, Кир схватился за талию девушки исключительно с целью направить в нужную сторону. Свободной рукой он содрал с себя очки и в последний момент броском переправил их тому, кто сохранит – Береги как зеницу око! – Дейв успевает принять пас, за малым не перевернув свой напиток.
Барражируя между столиками позади Таи, Хонда все же убрал руку с её поясницы, решив, что локти, за которые он придерживал её теперь, куда более безопасная зона для контакта. По крайней мере так сигнальные маячки тревоги не горят красным, а лишь изредка предупредительно моргают, заставляя сердце сбивать ритм. Впрочем, для того, кто жаждет, чтобы ему сломали руку, он даже слишком скромно себя ведет. В какой-то момент девушка нечаянно цепляется за чей-то стул и на долю секунды теряет равновесие, Акира чуть сгибает ногу в колене, слегка пиная Таю в нужную сторону где-то в районе бедра. – Не бойся, оно здесь.
Совсем скоро они оказываются у заветной двери, пропуская Таю в общий предбанник, где располагались раковины. По его скромным предположениям, с рукомойником можно было справиться при минус десяти и без колена, но чувствуя себя ответственным за слепое существо на каблуках, Хонда все же многозначительно бросает – Если будет нужна помощь, зови. – Дверь закрывается, и он топчется на месте, переваривая все происходящее, наконец-то, оставшись наедине с собой, как вдруг, чуть поодаль образуется фигура Беттани Милз, той самой девушки, что запала на него с конца октября и не хотела отпадать обратно. На личном опыте Хонда убедился, что если встретить Миллз в общественном месте, то отделаться от её компании будет весьма не просто, тем более, что за их столиком были Дейв и Гаррет, которые тоже работали в театре. Оценив масштабы надвигающейся катастрофы, Акира не нашел ничего лучше, чем резко внедриться в предбанник следом за Грин, искренне надеясь, что она, действительно, всего лишь мыла руки.
Хлопок двери. Щелчок замка. Не оборачиваясь, Акира замирает на месте, прислушиваясь к звуками из вне, и когда ручка дергается в попытке открыть, совершенно писклявый звук, напоминающий женский голос, вылетает наружу из отнюдь не женской гортани – Закрыто по техническим причинам! – Попытки ворваться прекращаются, а Хонда резко выдыхает, давясь чувством облегчения, наконец, оборачивается на Таю, дергая бровями – А ты говоришь бегут к лесбийским вершинам, - Довольно улыбается, подкидывая в руках неожиданно появившийся предмет, который через секунду идентифицирует себя как дверная ручка.
Немая пауза.
[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+3

6

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Если бы кто-нибудь предупредил о реакции организма на сомнительную смесь общества Акиры, запитого тремя шотами текилы, она бы десять раз подумала, прежде чем топить своё горе. Впрочем, было поздно что-то предпринимать. Доселе неизвестная чакра хождения по острию ножа была открыта, и оставалось только скрещивать пальцы, чтобы цирковое представление давно не страдавшей в подушку окончилось без многочисленных жертв. Но и по этому поводу она едва ли испытывала малейшие волнения. Алкогольная анестезия позаботилась о том, чтобы параноидальные мысли растворились в атмосфере беззаботного чёрт знает чего.
Тая упирается подбородком в подставленную ладонь, смеется в тон чьему-то комментарию, но косится боковым зрением на только что выразившего недовольство соседа. Она пытается придать себе выразительно-серьёзный вид. Пытается. И вместо нужного результата выходит только смешок себе в плечо и поджатые в замешательстве губы.
Никто и не сомневается, — еле слышно буркает себе под нос, продолжая неожиданный приступ безудержного хихикания. Ненадолго. В безобидном в большинстве случаев Хонде просыпается каратель, начинающий неистово тыкать её. Грин сгибается в три погибели, стараясь сдержать внутри себя истерический вопль. И кто знает, что действует хуже: щекотка или не покидающая мысль о том, что это делает Акира. — Всё-всё, я сдаюсь! Все уже поняли, кто здесь главный, — жмурясь, пищит откуда-то из под стола. Проклятые руки перестают беспокоить тонкие струны души, и девушка облегчённо выдыхает, подтягиваясь обратно в ровное положение. Рано радоваться. До ушей доносится следующий вопрос, и Тая за малым проглатывает собственные лёгкие даже не подавившись. Голова бьёт красную тревогу. — С тех пор, как я стала их непосредственной участницей да ещё и в такой неоднозначной роли, — достаточно нейтральный тон и выражение лица, чтобы никто ничего не заподозрил? Девушка отворачивается как можно скорее, чтобы затушевать неправильно заданное направление и прорисовать новую дорогу, не включающую в себя её разоблачение. Тем более публичное.
К счастью, наличие посторонних людей упрощает задачу в разы. В любой непонятной ситуации – включайся в беседу, давая сердцу короткие секунды передышки. Не так быстро! Пока Грин радуется моменту неуязвимости, чей-то (на самом деле весьма определённый) голос заставляет её повернутся к источнику, почём зря вслушиваясь в суть сказанного. В подсознании вовремя подмеченная рука уже засохла и отвалилась, подуглившись в огне смущения. В реальном мире всё остаётся «не на своих местах», потому что ведомая веселящейся чакрой Тая Грин не собирается бежать с места преступления. Она вздёргивает брови и с научной экспрессией смотрит в глаза своему слишком любимому этим вечером собеседнику. — Как оторваться от коленок, на которые никто не жалуется! — задумка с вдумчивым выражением не выходит, потому что плавающая окружающая действительность становится мутней на градус не только из-за украденных очков. По телу разливается успокаивающее тепло, и когда Акира резво поднимается с места, девушка ловит себя на мысли, что перспектива отдаться в распоряжение неоспоримо удобных ног была куда интересней. Честное слово, если бы ей позволили, она бы точно поддалась волне сонливого спокойствия, свалившись сверху.
Доброе утро, Вьетнам! Приступ усталости проходит в мгновение ока, когда талия определяет на себе наличие чужеродной конечности. Поправочка. Чужеродной always welcome конечности, которая до сих пор не пыталась вести её куда-либо под таким интересным ракурсом. Однако выпрыгивающее наружу сердце не позволяет сделать хоть что-нибудь, кроме как чинно повиноваться направлению, лишь успевая кинуть через плечо: «Это всё самое ценное, что у меня есть!» «Если не считать путеводной коленки.» Она определённо в том состоянии, когда могла бы огреть себя чем-нибудь тяжелым, если бы рядом не находилась та самая путеводная коленка. Острый угол решает эту проблему за неё. — Ай! — рефлекторно хватается за преграду, благодаря небеса за то, что за ней (по крайней мере, она так надеялась) не оказалось людей. Грин издаёт приглушённый смешок и, улыбаясь, шлёпает по камню преткновения, вокруг которого вился их разговор последние полчаса. — Как тут испугаться, когда всё в моём безотрывном распоряжении. Правда, я бы не отказалась завязать с синяками на сегодня. Или я чего-то о тебе не знаю? — и если в интонации не было слышно, на лбу отчетливо читалось «бдсмщик хренов».
Ко её большому облегчению заветная дверь оказывается за ближайшим обогнутым столиком. Места соприкосновений перестают отдавать электричеством по всему телу, и Тая получает долгожданный глоток свежего воздуха, не приправленного чувствительными коленками, щекоткой и невыносимой манерой улыбаться достаточно широко, чтобы слепой в могиле заметил. Прощальный кивок «я сделаю всё сама». Звучный выдох. Она хватается руками за умывальник, падая головой вниз и закрывая глаза. Бам-бам-бам по вискам. Тая поднимает взгляд на человека в отражении, но даже беспроигрышный способ вернуть себя в состояние адекватности не срабатывает. Внутренний голос вещает что-то несвязное, сводя её аналитические способности на уровень безмозглой зверушки, способной только удивляться синеве неба и зелени травы. «Четвертая текила, разумеется, чудесная идея?» Грин подносит мокрую ладонь ко лбу, но не успевает принять важное решение до того, как в уединённый монолог не врывается незваный гость.
Чиво? — девушка давится смехом, в наигранном ужасе разворачиваясь на звуки, доносящиеся со спины. Не то, что бы она сомневалась в личности, которой принадлежали интонации мальчика в девочке, однако на всякий случай проверила. Всё верно. Уж этот силуэт она бы не спутала даже в самом пьяном коматозе. — Полегче, Годзилла. Дверь сломаешь, — на момент забывая про льющуюся воду, разворачивается к нарушителю (пора прекратить удивляться) спокойствия. — А тебя всё никак не отпустит? — ухмыляясь, задирает бровь, а затем спешно возвращается к прошлому занятию. — Я же сказала: никто не усомнился в твоих способностях, покоритель! — избежать нервного тика мышцы души всё же не удаётся. Тая шлёпает по крану, тычется в примерное положение салфеток, но на пути встречает только пустую дырку. Поворот вокруг своей оси. Сощуренные глаза не определяют в помещении ничего, что может ей помочь. А! Нет, стойте! Слегка встряхнув ладонями в воздухе, она делает широкий шаг навстречу и в следующее мгновение обтирает мокрые пальцы в обход чёрной майке, морща нос в пакостном удовольствии. Во время увлекательного процесса краем глаза Грин обращает внимание на неопознанный объект в руке Хонды и машинально тянется к нему. Ей даже не требуется вытаскивать её и подносить к самому носу, чтобы убедиться в ощущениях. Вместо этого она шагает ещё ближе и, игнорируя факт наличия Акиры и своего приклеивания к нему, заводит ладонь за спину, чтобы нащупать пустое углубление вместо дверной ручки.
Годзилла и правда сломал, — тихий смешок. Шаг назад. Тая на миг теряет равновесие, пошатывается, однако успевает найти точку опоры на груди. — Теперь у нас действительно проблема, — задумчиво разглядывая собственную ладонь, Грин сообщает своё ёмкое замечание.
Ой. Кажется, запах вернулся.
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+2

7

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]Глядя на то, как Акира Хонда резво окутывает Таю Грин флёром своей ебанутости и хлещущего изо всех дыр обаяния, сложно поверить, что делать этого он не планировал. По крайней мере, когда палец нажал на кнопку дозвона около часа тому назад, в голове не было и тени мысли о марафоне взбунтовавшегося фрнедзонщика, потому что до определенного момента казалось, что шансов на преодоление этой бесконечной дистанции от “гомо” до “гетеро” просто нет. Единственным, что все еще колко напоминало о незримом присутствии суровой реальности, был тот факт, что в бесконечно готовой к словесной игре в “кто кого” Тае Грин покоилась пара шотов, очевидно, определяющих ход событий. Стоило подумать об этом чуть раньше и заказать себе чуть больше выпивки, чтобы продлить обманчивый эффект возможного “невозможного” и, может быть, внезапно включившиеся механизмы самозащиты не казались бы столь навязчивыми, особенно, когда закрылась дверь в уборную.
Не то, чтобы аура туалетной кабинки магическим образом ввергала в состояние эйфории, просто Хонда внезапно обнаружил, что все буферы в виде компании и посторонних людей, снующих мимо, резко испарились. И даже, несмотря на оторванную дверную ручку, что он сейчас браво сжимал в своей руке, факторов перевода темы на крайний случай осталось всего ничего. Зато крайних случаев оказалось слишком много на один квадратный метр его нетленного присутствия там, где по всем правилам приличия, Акиры быть не должно.
- Hey! – Мокрые пальцы Таи проходятся по рукам, оставляя неприятную прохладу от капель воды. – Thanks, - Дергает бровями, оценивая состояние “организма” напротив по десятибалльной шкале. Не то, чтобы трезвой Грин не пришло бы в голову сделать то же самое (а то и хуже), просто эти плывущие глаза напротив, а затем следующая за этим потеря координации, так и сверлили шилом в заднице, побуждая ко всякого рода мыслям и выводам. Особенно после номинации неоспоримого “покорителя”. Ладони ложатся на грудь в совершенно невинном жесте опоры, но все, о чем теперь может думать “покоритель”, так это о хаотичном биении собственного неугомонного сердца. Вернее о том, как бы это биение не было распознано через тонкую преграду в виде грудной клетки, на которую, увы, не поставить шумоизоляции. “Корвалола?” Но вопреки происходящему внутри, снаружи Акира не моргает и глазом, протягивая руки вперед, чтобы заключить Таю в объятия секундой спустя. Хмурится, чуть приподнимая руки, и деловито  разглядывая механизм, что держал пальцами позади Таи. – Well, - Как и с коленом, он пытается не придавать значения наличию девушки между ним и дверной ручкой, прокручивает в руках металл, внимательно вглядываясь в отверстие – I think he can repair it, - Годзила делает полшага вперед, заставляя Таю сделать то же самое, а потом проворачивает корпус на все 180 так, что спина девушки теперь оказывается у двери на выход. – It’s like… - Все еще не размыкая объятий, Хонда приподнимается на носочки, укладывая подбородок девушке на плечо, чтобы лучше видеть место аварии. - This.. Вынимает часть металлической конструкции, отбрасывая её в сторону раковины одной рукой, а оставшуюся вставляет в отверстие в двери. Затем тыльной стороной ладони резко ударяет по замку, чтобы крепче держалось, одновременно сотрясая тельце Таи резким рывком вперед – Got it! – Резко отрывается от нагретого плеча, но мысль теряется, сменяясь на ту, что приходит, когда взгляд мельком падает на одежду девушки – Ты не замерзла? – Искренне интересуется Акира, потянув пальцами за тонкую ткань блузки где-то в районе поясницы. – На баре у Кевина есть моя толстовка.
Секунда и уровень серьезности этого диалога кажется зашкаливающим. Но эта секунда сменяется новой, и, надо сказать, вселенная успевает сделать кульбит вокруг собственной оси, когда до мозга доходит дистанция, на которой находится внезапно слишком гетеросексуальная лесбиянка прямо сейчас. Самое время, спохватиться. 
Oh, I’m sorry, - Парень округляет глаза, изображая внезапно явившуюся тень беспокойства на лице – Not butch one anymore, - многозначительно дергая бровями, Акира подается вперед в устрашающем жесте - it must be so dangerous now to stay close to the enslaver, ha-ha. – Параллельно слышится щелчок провернутого замка, и через секунду Хонда толкает ногой двери на выход, впуская в уши гам бара как последнюю спасительную соломинку в момент, когда все могло бы резко пойти не так.  Выдох облегчения. И только он успел сделать спасительный глоток свежего воздуха из менее тесного пространства, как почти врезался в фигуру девушки, которая, оказывается, вовсе не сдалась со своим намерением посетить уборную и всё это время ожидала, когда тот, кто сообщил ей о неисправности туалета, явит миру себя. – Hey, Bethany, - Изображая искреннее удивление, Акира широко улыбается, делая пол шага назад, и снова врезается, на этот раз в силуэт Таи Грин, что по ощущению намного приятней, чем вариант первый. Секунда и осознание находит рассудок. Акира издает нервный смешок, прикрывая рот ладонью, словно закашлялся. Он неуверенно оглядывается на Таю и снова смотрит на Беттани, ожидая того, чего уже не избежать. – Ну, наконец-то! – Тонкий голосок Миллз наполняется фальшивым восторгом. Акира пытается сделать вид, что что-то еще можно спасти. Быть может, Тая решит, что Беттани рада возможности сходить в туалет, но чудес не бывает; не в жизни Акиры Хонды. – Я никому не говорила, клянусь! – Беттани поднимает руки вверх, переглядываясь с Акирой так, словно бы все это время хранила страшную тайну. – Ну ты, конечно, конспиратор, поздравляю с хэппи-эндом, - Разочарование медленно вытесняет восторг на лице говорящей, но для той, кто только что потерял последнюю надежду, она выглядела достаточно бодро. Акира жмет плечами, делает еще полшага назад, топчась на месте как баран. Стоит приобнять свою подругу для пущей верности? Кажется, тогда точно не избежать перелома. Надежда тлеет и гаснет на полутоне. – А я ведь и не поверила тогда, думала, хочешь избавиться от настойчивых поклонниц, -  Миллз хихкает, дернув бровями, но так и не смотрит в сторону Таи, словно бы та была прозрачной. – Теперь мы знаем, что неправильная ориентация лечится Акирой Хондой. Ну, мне пора, – Беттани обходит двоих кругом на пути в умывальник и то, как она улыбается, описывает всю безнадежность любых попыток отрицания происходящего. Оглядываясь у двери, она бросает через плечо – Удаляюсь под звуки разбивающихся сердец всех представительниц женского пола в нашем театре, - Как только дверь в уборную закрывается, Акира настойчиво толкает [float=left]http://33.media.tumblr.com/tumblr_mc5dill9oQ1r466gxo8_250.gif[/float]Грин с места, ускоряясь в сторону их столика. "Bitch." Злобно мелькает в голове. Мироощущение зависает где-то между “некогда объяснять” и "давай сделаем вид, что ты ничего не слышала". В груди рождается искренняя надеждой, что после того, как он только что подписал новый выпуск “Кулуарного сплетника” театра Чикаго, а вместе с ним и официальное разрешение на свое умерщвление Тае Грин, Беттани Миллз не посмеет преследовать его хотя бы ближайшие пару месяцев, иначе он задушит её и проведет остаток жизни, читая рэп темнокожим сокамерникам. – We’re back! – Сердце выдает все признаки усиливающейся тахикардии. Акира подлетает к столику первым, намереваясь сообразить на ходу, как пережить ту херню, что он только что (на самом деле не только что) вытворил, и хватает уже подостывшую картофелину из тарелки Таи. Чуть поодаль на столике он замечает очки девушки, следом тянется за ними, чтобы вручить обратно, - Suppose you need it to see your new boyfriend clearly, - Дейв подскакивает на месте, меняясь в лице, но не решается задать свой вопрос, придвигаясь поближе на стуле. Акира хватает еще еды, подхватывая пальцами свой стакан с выпивкой с видом будничной праздности. - Я ляпнул ей, что безответно влюблен в тебя, чтобы она отвяла. Угадай, кто завтра разнесет эту чушь по всему театру? - Хонда запивает смешок ромом с колой и отодвигается, кивком приглашая Грин занять свой стул, как ни в чем не бывало. Пальцы холодеют, а по вискам отдает тупой долбежкой моторчика. Он старался как мог, выделяя нужные акценты во фразах, но с каждой секундой паранойя разрасталась по сетке головного мозга. Захотелось найти зеркало и посмотреть на свой лоб, для пущей уверенности, вот только перспектива обнаружить там прямые отчеты из сердечного отсека пугала до колик в районе живота. Сердце делает тройное сальто, но на лице Хонды вновь абсолютный штиль, не считая по-хомячьи набитых едой щек и притворного недоумения по поводу произошедшего. Тянется к тарелке в третий раз, на этот вспоминая о совести - Я закаву ефё, - Запивает ромом с колой. Стоило подумать прежде, чем толкать историю о неразделенной любви к представительнице ЛГБТ в окошке сообщений с Беттани на фейсбуке пару месяцев назад. Но, кто же мог подумать, что у жизни такое острое чувство юмора? Бам. Бам. Бам. Никто не знает, как ночами плачет в подушку та, что идет по жизни, смеясь.
"Ha-ha, enslaver. Your game is over". Бам. Бам. Бам. – Но как бы там ни было, уверен, Дейв по-прежнему будет верить в лучшее, - Издавая смешок, Акира протягивает руку с картофелиной к лицу Грин, жестом предлагая открыть рот, таким образом отвлекая внимание, чтобы тайком различить хотя бы единую эмоцию по поводу случившегося в её глазах. И, может быть, ему бы удалось сделать это, но в следующий момент к столику подлетает администратор паба, Джейк, который уволакивает Хонду за собой. Сегодня кто-то обещал пофристайлить. И если слово Xero в этом городе знал уже далеко не каждый, то Акиру Хонду бурно приветствовали каждый раз, когда он аккомпанировал местным дарованиям или изредка пел что-то свое, как сегодня.

В зале приглушается свет. Достаточно узкая аудитория быстро узнает часто мелькающий за последний год силуэт и начинает призывно гудеть. Акира хватает микрофон, запрыгивая на невысокий подиум, что служил сценой. Сердце ненадолго притворяется, будто бы его раскачивают только эти биты. Но на деле, Акира Хонда, в самом деле got too much reality thats filling up his brain. And it's really just like a cigarettes.

[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+2

8

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Быть запертой в узкой комнате два на два с Акирой Хондой, что может быть лучше? Стоило спросить себя об этом минуту спустя, но чувствуя  редкие удары сердца через тонкую ткань, Тая не могла представить ситуации, беспокоящей нервную систему куда больше, чем то, что имело место быть в данную секунду. Поднять глаза выше собственных ладоней? Не в этой жизни. Заворожённым взглядом она мозолила свои руки, стараясь незаметно поймать глоток воздуха, не включающий в себя бонус вроде заполняющего и без того узкое помещение любимого запаха. Самое время отчаливать в царство не переживших общество самого лучшего друга? Если бы она только знала, насколько несущественными были эти сдавливающие спазмы в лёгких в сравнении с тем, что ожидало за очередным неожиданным поворотом судьбы.
Акира заключает нестабильную конструкцию в объятия, и мгновенно конструкция превращается в натянутую струну, перестающую подавать какие-либо знаки, что там внутри ещё кто-то есть. Тая Грин замирает. Затыкается. Перестаёт дышать. Была бы возможность, она бы и вовсе закончила своё бренное существование на этой планете, однако поймавший второе дыхание кровогоняющий орган считал несколько иначе. Бам. Бам. Бам. Посторонние звуки и даже голос Хонды меркнут на фоне сотрясающих слух ударов. Когда Хонда решает, что не шевелящаяся подруга должна принять другое положение, в мыслях меркнет. Как шарнирная игрушка она следует по заданному направлению, чтобы моментом позже осознать – лучше бы упала на раковину. Удары пульса становятся громче. Но всё настолько плохо, что девушка не находит в себе сил беспокоиться о том, что кто-то может распознать весьма красноречивую реакцию за попытками моторчика прорваться наружу через клетку из рёбер. В состоянии ли ситуация скатиться на ступень ниже? Было бы удивительно, если бы всё произошло иначе. В помещении Акира «всё только начинается», и плечо покрывающееся мурашками от колющих волосков тому доказательство. Она бы сжалась ещё сильней, но все системы отвечающие за сопротивление перестают мигать красными огнями тревоги. Грин тихо выдыхает и обессиленно роняет голову навстречу покорителю не только женских сердец, но и дверных ручек. Белый шум в мыслях превращается в мутную консистенцию, в которой невозможно определить ни слова. Нос распознаёт место приземления как ключицу, и в следующий миг Тая закрывает глаза, решая что лишние телодвижения сделают только хуже. Хотя, казалось бы, куда хуже?
А? — резкое пробуждение ото сна заставляет девушку дернуться назад, смотря на Хонду ещё более потерянной в трёх шотах текилы экспрессией. Увы. Тая Грин опьянела с концами вовсе не от жалких стопок, согревающих желудок. Лёгкое головокружение ничто по сравнению с тотальной прострацией, благодаря талантливому мастеру на все руки. — Нет, — вылетает слишком жестко. Несколько отрицательных мотков головой. — Мне совсем не холодно, — тоном непреклонной серьёзности. Детали вроде жара по всей спине девушка предпочитает опустить, и, видимо, почём зря. Быть может, тогда бы Акира поубавил обороты шила в заднице.
Он за что-то извиняется. Грин непонимающе хмурит брови, всё ещё пытаясь найти себя после затянувшихся объятий. Он произносит неясный набор слов, а сердце Грин проваливается в пятки, наконец-то достигая отметки долгожданного дна. Что? Тая чувствует как нутро сжимается. У неё не получается изобразить лицо «всё так и должно быть». У неё не получается изобразить ничего, потому что так быть точно не должно. По крайней мере, в её узком мирке недостойной лесбиянки уж точно. И в короткий миг, когда поплывший рассудок допускает самую больную идею на свете, на заднем плане слышится звук битого стекла заменённый на щелчок открывающейся двери. Что?
Её словно окунают в ледяную воду. Тая растерянно моргает, сбивчиво вдыхает спасительную каплю кислорода и тут же оживает, разворачиваясь на ретировавшегося в зал поработителя. Следующий кадр: спина пятится назад, встречаясь с её носом, но на этот раз Грин хватает координации, чтобы не цепляться ни за чьи части тела. «Избавиться от настойчивых поклонниц? Что?» Она делает шаг назад под неустанный треск чего-то, отдалённо напоминающего надежды четырнадцатилетней бестолковой фанатки. «Неправильная ориентация?» Воздух вновь кончается. Однако по несколько иным причинам. Тая непонимающе мозолит чёрную майку, и, к своему счастью, несколько спасительных секунд её обладатель не обращает внимание на слепой хвост сзади, явственно тонущий в щедрой порции прохладительного ведра реальности. За тишиной следует толчок, и в беспамятстве девушка поддаётся движению, успевая схватиться за мужское плечо. Губы тянутся в бестолковую улыбку до тех пор, пока она не поймёт, что именно чувствует по этому поводу. Неразборчивая каша в мозгах сменяется на глухой свист. Лучше он, чем любая из далеко не радужных идей, способных пролить свет на услышанное.
Спасибо, — всё то же бестолковое счастливое выражение лица. Грин аккуратно проползает к своему месту, наконец-то начиная видеть мир чётко. «Вот уж чего тебе не хватало в туалете, да?» К её большой удаче голос Акиры прерывает прорезавшуюся сквозь корку отрицания мысль. Она приподнимает брови, стараясь сменить вид потерянной собачки на нечто напоминающее обычно-участливую Таю Грин. «Лесбиянку, которой так удобно прикрываться от навязчивых подружек.» Острый укол в подреберье отпечатывается рваным движением к рюмке. Последняя опасно покачивается, но всё же не падает, пойманная чьей-то более прыткой рукой. — Ha-ha, — достаточно правдоподобно? Уголки губ не соглашаются с попыткой натянуть улыбку в тридцать два, то и дело стремясь опуститься в безмолвную отсутствующую эмоцию. Но явно не сделанная для симпатий Хонды обладательница нетрадиционной ориентации не сдаётся. — Да ладно тебе, кто в это поверит, — пытаясь избегать зрительного контакта, девушка издаёт неубедительные звуки безудержного веселья, молясь, чтобы провидение немедленно вытащило её из этого бара. — Кушай-кушай, — в неё вряд ли сейчас влезет хоть что-нибудь. Грин включает систему игнорирования окружающей действительности, превращаясь в набитую перьями куклу. Тыкай, не тыкай, всё равно будет продолжать смотреть на тебя стеклянными глазами нарисованной радости. Ещё один обрывочный смешок на предположительно смешной комментарий. Отчаянные попытки реанимировать себя не венчаются успехом, а когда на неё летит проклятая картошка, от которой хочется блевать, всё становится в разы печальней. Вместо забивающегося в истерике пульса внутри прорезается позабытый за алкогольной дымкой свинец, сдавливающий лёгкие. Тая старается заставить себя раскрыть рот, но всё, что может лишь отдалённо походить на признаки дёргания косичек понравившейся одноклассницы, вызывает болезненное отторжение. Потому что ключевое слово во всём этом: «походить».
Неужели молитвы услышаны? Когда, казалось бы, бежать уже некуда, и сердце вот-вот пойдёт по швам, чудо в лице администратора отвлекает Хонду от увлекательного процесса кормления своей липовой подружки. Грин быстро дёргает пальцами картофелину и запихивает её себе в рот, закрывая глаза на отчётливый рвотный позыв. Уходит? В лёгкие наконец-то попадает глоток свежего воздуха, который, к сожалению, не способен исправить ситуацию. Пустой взгляд на поднявшуюся на сцену фигуру. Тая скрипит стулом, находя поддержку в удачно расположенной стене. Голос со сцены в одну секунду окутывает всё помещение. Каждый удар битов приходится на удар её разгоняющегося пульса. И при всём желании кричать в такт от восторга, у неё не выходит побороть приступ апатии. Бам. В голове раздается голос Беттани Миллз, хихикающий над хэппи-эндом. Бам. Хэппи-энд становится чушью щедрым определением Акиры. Бам. Ей становится стыдно за себя. За чувствительные коленки. Многозначительные шуточки и всё, что могло быть воспринято, как открытое заявление безответно влюблённой butch one или not butch one anymore. Да какая хрен разница? Грин внезапно подскакивает с места.
Я схожу в бар. Что-нибудь нужно? — она не уверена, что ей удалось перекричать человека со сцены, потому что ответов не следует, но пробивающиеся через скорлупу спокойствия мысли не дают иного выбора, кроме побега. Виски назойливо пульсируют. Тая сжимает челюсть, чувствуя как организм начинает реагировать по привычной схеме раненной лебеди. «Пожалуйста, успокойся.» Теряясь среди подпрыгивающих на месте людей, она хватается ладонями за лоб, делая систематичные вдохи-выдохи. Отчего она натыкается на одни и те же грабли на протяжении всей своей жизни? Ведь никто не заставлял её заливать здравомыслие алкоголем, чтобы перестать воспринимать типичного Акиру должным образом. Никто не заставлял падать на грудь и умирать в объятиях, и от осознания собственной бестолковости становится тошно. Рваный всхлип. Тая задирает голову к потолку. Вдох. Музыка затихает, и вместе с ней затихает ноющий орган в груди. Грин спешно разворачивается обратно, протискиваясь сквозь непредвиденное столпотворение. Лучше она прилипнет к спасительной стене раньше, чем Хонда явит свою персону компании.
Мы только что придумали, что тебе сделать, — подозрительное оживление в мимике Дейва селит в душе зерно беспокойства, но Тая больше не собирается никуда бежать. Вопросительно задранная бровь. — Тебе туда, — девушка недоумевающе следит за направлением пальца, и когда глаза останавливаются на подсвеченной вдалеке сцене, зрачки Грин округляются.
Нет! Не-е-ет, — она нервно трясет головой в отрицании, — Любое штрафное желание. Нет! Это не честно. Это подло! — несмотря на её паническое трепыхание за столом, остальных подобное сопротивление скорее веселит. Она раскрывает рот, чтобы продолжить скандировать «нет», но появление Акиры из кучи людей перебивает её на полуслове. — Enslaver just slaved the crowd, — если честно, она сама не ожидала смены полюсов настроения. — Ha-ha, — широкая улыбка не заставляет себя ждать. — No, seriously! You were great. As always, — впрочем, Тая Грин не сомневается, что эмоциональный всплеск – не больше, чем защитная реакция, и, чёрт его знает, насколько организма хватит, прежде чем все системы вновь сдадут позиции. Тук-тук-тук в груди. Напуганный возможным возвращением истеричного состояния мозг не находит другого решения, как стать послушной служительницей верящего в её гетеросексуальность. — Ладно, я не буду нарушать данного слова. Одно условие: в одиночестве я туда не полезу, — к счастью, условие не встречает никаких возражений. Грин тянется к поджидающему нужного момента шоту и широким движением руки заливает в себя мотор сегодняшнего вечера. — Вы мне все не нравитесь, — тыкая пальцем в группу идейных и полагая, что новоприбывшего и без неё введут в курс дела, она скрывается в нужном направлении следом за Дейвом. Пять минут на определение, что могут изобразить горе-певица в отставке и бестолковый гитарист, подвергнувший её публичному испытанию, и хрупкая фигура вырастает в районе микрофона, слегка улыбаясь расплывчатой за бьющим в глаз светом публике. Неровный выдох. Она хватается за микрофон, как за спасительный канат во всём цирке, происходящем последний час. Поворачивается назад, кивая парню с гитарой.
My heart's a stereo. It beats for you, so listen close. Hear my thoughts in every no-o-o-te, — и пока сердце опять проваливается в район пяток, мелодия заполняет пустоту в груди. Это чувство всегда приходило на помощь, когда мир сваливался тяжелым весом на тонкие плечи. Где-то вдалеке различается их столик, за которым сейчас находится та самая неподъемная Вселенная. Но она предпочитает не задумываться о происходящем за чертой небольшого подиума. Любить Таю Грин – чушь? Пускай, ей и раньше не мешало чувствовать без ответа, так почему изменять традициям? Тая улыбается шире, выдавливая из себя металлическую тяжесть звуком собственного голоса. Гитара играет последний аккорд. — To sing along to my stereo, — вдох. — Thank you, guys, — она ретируется прочь как можно скорее, стараясь не обращать внимания на всеобщую реакцию. И прежде чем вернуться, она проскальзывает к бару, заливая в себя «как обычно» этого вечера. Глаза замечают Дейва, уже занявшего своё место, а затем останавливаются на тёмной голове. Разряд электричества бьёт под дых. Наверное, если бы в ней не было пятой стопки, она бы не шла с такой уверенностью. — Лавочка с желаниями официально закрыта, — главное: не заострять внимания на случившимся, и есть шанс покинуть это заведение живой. Грин падает на стул, пошатывается, но успевает схватиться за седушку, принимая статичное положение. И почему нельзя становиться невидимой, когда это так необходимо?
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+2

9

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]

Before I fall
And lose it all
Sometimes I wonder

Едва ли это напоминало ту самую эйфорию, от которой хочется выйти и пробежаться вокруг дома, чтобы унять панику. Влюбленность в том виде, в котором Акира испытывал её в последний раз уже давно не заполоняла собой нутро, не оставляя шанса на спасение так беспощадно. Сердце безобразно металось из стороны в сторону, то разгоняясь, то затихая, голова гудела от количества мыслей “на тему” и теперь ко всему этому добавились бессмысленные телодвижения под музыку с микрофоном, доводя состояние и без того перенапрягшегося мозга до точки кипения. Бам-бам-бам – время шло, а ощущения не менялись. Разве что становились еще более запутанными и, может быть, Хонда мог бы привыкнуть к этому вечному состоянию беспорядка внутри собственной души еще через пару месяцев, однако судьба не хотела успокаиваться. Кто бы мог подумать, что мужик со сломанной конечностью станет отправной точкой в новый путь. Путь уныния и примыкающего к нему ощущения бессмысленности бытия, которое Акира испытал, стоило музыке стихнуть. Едва ли он мог разглядеть, чем была занята Тая, пока он скакал по сцене, стараясь абстрагироваться от происходящего. Лишь пару раз мельком удалось бросить плавающий взгляд на столик у стены, однако, такая перспектива не сулила получения хоть сколько-нибудь ценных сведений об объекте своих беспокойств, кроме как его полнейшего отсутствия на том месте, где его оставили.
Черт возьми, зачем он это сделал? Главный вопрос, послуживший мгновенному уничтожению волшебного воздействия алкоголя. Вопрос, ответ на который всё равно не изменит того, что случилось в итоге. Гребанная Беттани Миллз просто пришла и расхрачила его последние надежды на благополучный вечер, потому что с того момента, как она попалась на пути, вся великая сила химии растворилась в небытие. Оказавшись у столика, парень растерянно оглядывает присутствующих туповатым взглядом, будто бы не он вовсе скакал по сцене полуминутой назад, заряжая толпу своей энергетикой. Весьма сомнительный комплимент летит со стороны стены, но ввиду последнего беспокойства, Акире кажется, что это лишь издевка над обосравшимися, но чувство вины в его случае обращается в мощную стену из самозащиты. – Не прикидывайся, дивергент, - Улыбается в ответ, почти готовый приложить себя тупой головой о ближайшую поверхность. “Ты жалок, Хонда”. – But, Tthanks, - На этот раз почти искренне, приложив руку к груди и отвесив полупоклон. К счастью, неясность происходящего за столиком отвлекает от разговоров с подсознанием. Тая говорит что-то про обещание, следом поднимается Дейв. Акира же падает на свой стул, предпочитая больше не издавать признаков бытия на случай, если еще кто-то решит придти и испортить то немногое, что от него осталось в глазах Таи Грин. Только замечает, как девушка не моргая вливает в себя еще одну стопку выпивки, отвешивая комплимент на прощание. “Мы заметили”, без слов отвечает Хонда, складывая ноги на пустующий теперь стул с видом “все могу делать, что хотят, а я в домике”. На глаза попадается Беттани, так (не)удачно проскакивающая мимо их столика к бару. Хонда хватает свой стакан, намереваясь двинуться следом, чтобы взять дополнительную порцию дизинфектора захворавшей души, но копошение у сцены заставляет его остаться на месте, то ли в дань уважению к выступающим, то ли от едва различимого чувства любопытства. То чувство, когда ты пытался заставить девушку спеть для тебя, но твой рыжебородый лучший друг карлик умудрился вытащить её на сцену. “Серьезно?” Акира снимает кепку, тормоша волосы, и забирает свежепринесенный заказ Дейва – Спасибо, это мне - Благодарным тоном официанту. Совесть наступает на хвост в последний момент – Еще один такой же, будьте добры, - Бросает вдогонку, ибо это уже слишком. Слишком очевидно, разумеется.
Дейв берет аккорды, и, если вы ждали, что сердце страдальца застучит быстрее, когда Тая Грин откроет рот, то с огорчением вынуждены сообщить – нет, этого не произойдет. Разочарованный Амур убирает свой лук, устало выдохнув, когда очередная по счету стрела шлёпнется и продырявит пульсирующий кусок мяса в груди. Должно быть, такого апатичного влюбленного он еще не видел. Акира прикладывается к стакану, а после затылком к стене и закрывает глаза, оставляя для себя еще немного смертельного яда напоследок. Голос Таи Грин гармонично заполняет все свободное пространство в черепной коробке, и благодаря “идеально” выбранной песне, шансов на воскрешение не остается. Три гребанных минуты становятся маленькой вечностью, что стирает в пыль остатки сомнений насчет своей способности выбраться из омута фантазий. Тех самых грязных, о которых Грин шутила не так давно. Тех самых, в которых все должно было быть иначе, если не идеально, то хотя бы не через жопу, но с чего бы жизни делать исключение для японского эмигранта, способного разве что мастерски играть роль друга-смешилки. “Ha-ha”, раздается напоследок голосом Таи, а вот и она сама.
Хонда убирает ноги со стула девушки, но вместо того, чтобы встретить певицу столь же широкой улыбкой, рывком поднимает свой корпус со стула, отметив, что даже ручка кресла, о которую предпочла облокотиться Тая, теперь куда более полезна, чем он сам. – Пойду-ка я нервно покурю в уголке, - Ему все-таки удается выдавить из себя подобие улыбки и даже глянуть певице в глаза. – Принести тебе текилы? – Тянется за кепкой и удаляется в сторону выхода, где стреляет субботнюю сигарету у знакомого охранника, хотя сегодня среда. – Wassup man, - Мне бы небо, не отпускает.
Проходит минут семь и две сигареты прежде, чем Акира понимает, что не готов вернуться назад. Когда все темы для коротких разговоров оказываются исчерпаны, он жмет охраннику руку и отходит в сторону, доставая мобильный телефон из кармана даже прежде, чем понимает, зачем. К счастью, рассудок возвращается с порывом ветра, и Акира мужественно сует аппарат обратно в карман, напоминая себе спятившего. Пожалуй, такого отвратительного ощущения отчаяние от чувства симпатии к женщине он испытывал впервые за всю свою жизнь.
Оказываясь в гаме бара, Хонда двигается в сторону их столика, но вместо того, чтобы занять свое место и начать бороться с полчищем оживших в голове тараканов, он наклоняется к девушке, стараясь перекричать музыку. – Надо поговорить, - Кивает в сторону выхода, прикидывая, что уборная уже не подойдет для уединения. Через пару минут они достигают выхода, и Хонда отходит подальше от кучки курящих, наконец, останавливаясь и складывая руки на груди. Ничего не понимающая Грин смотрит в ответ и, наверное, ему надо открыть рот и избавиться от каменного груза на душе прямо сейчас, но слишком давно внутри не случалось таких аварий, чтобы собраться с мыслями. – Я хотел извиниться за то, что случилось. – сражаясь с чувством детского волнения, Хонда пытается принять вид серьезной непринужденности. – Слушай, я не подумал головой и, как это будет неприятно для тебя… - Он кивает на двери бара – Я сейчас найду Беттани и расскажу ей, что она всё неверно поняла. – Нервный смешок сам с собой вылетает из груди. – Скажу ей, что моя любовь все так же безответна, как и прежде."Что в общем-то не такая уж и ложь". На лице появляется глупая улыбка, но эта шутка не кажется такой смешной, как могла бы быть при других обстоятельствах. – А ты не говорила, что поешь, Трис Прайор, - В последний момент, Акира протягивает руку вперед и дергает девушку на себя, заключая в согревающие объятия под имитацию улыбки. Лишь бы спрятать два растерянных стеклянных глаза, направленные вдоль улицы. Забавно, но всего за один вечер Хонда умудрился забыть, как вел себя обычно, когда Тая была поблизости. Неужели так же идиотски? Трет ладонями прохладную спину девушки. – Говорил же возьми толстовку! – Мимо проходит очередной знакомый. – Hi, Randy, - Акира поднимает руку в приветственном жесте, испытывая непозволительное чувство гордости за происходящее на глазах у знакомых. Гордиться тем, чего нет – это край, господа. В голову резко приходит идея, которую не удается протестировать на адекватность. – Не хочешь уехать отсюда? – Он чуть отстраняется, но не выпускает Грин на свободу, наплевав на бестолковое сердце. Секунда – Я напишу Беттс в фейсбуке, - Чтобы не решила, что это попытка сбежать без объяснений. –Серьезно, я сегодня не в настроении для толпы. У меня дома есть текила. Можем купить гамбургеров по дороге. Споешь мне в качестве штрафа за сокрытие талантов, “Seriously?”. Акира снова заключает Таю в объятие, на этот раз принимаясь пританцовывать на месте припевая – My-y-y hea-a-art's a stereo-o-o. – Насколько это позволяли его обделенные талантом голосовые связки. Настроение слегка подалось вверх по шкале. Попытка сбить чужой мозг от принятия верного решения? Удачи, короче.

[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+2

10

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Прежде чем Тая Грин успевает переварить произошедшее, её голова дергается в согласном кивке. Глаза провожают удаляющуюся спину до тех пор, пока та не пропадает между столиков, мелкая в последний раз в свете входной двери. Она мозолит единственную точку, походя на зависшую электронную игрушку, неспособную справиться с перегревом операционной системы. Под ухом слышится громкий всплеск хохота, и, стараясь выглядеть живой, девушка издаёт сдавленный смешок, усилием воли заставляя себя отвернуться.
«Я что-то не так...» По спине проходит электрический разряд, походящий на волну мурашек от холода, но она прекрасно понимает, что странные реакции организма не имеют ничего общего с температурой в комнате. Улыбается пошире, когда кто-то за столом упоминает её имя, начиная подшучивать над покорительницей сцены. В ответ – пустота. Ледяная пустота, заполняющая всё: мысли, сердце, лёгкие. Она что-то не так сделала? Почему-то сейчас даже этот вопрос выглядит слишком страшным, чтобы задавать его самой себе. Ноготь начинает нервно ковырять деревянные прожилки в столе, превращая секунды ожидания в короткую вечность. Она соврёт, если скажет, что не ожидала хоть какой-нибудь реакции от Акиры. Но это? Это было явно далеко от того, чего она хотела добиться. «Зачем ты только...» Внутренний голос вновь прерывает чей-то басистый гогот. Тая дёргает кончиками губ, не в силах изобразить что-то большее. Зачем она только полезла на эту проклятую сцену? Похоже, что не только тёплые чувства, но и дружеская симпатия к ней превратилась в сплошную чушь. Иначе как объяснить скорейшую эвакуацию, стоило ей оказаться в поле зрения Хонды? Грин нервно улыбается, переставая понимать попадает ли с реакциями в такт оживленной беседы. Ей хочется оказаться как можно дальше отсюда, трусливо сбежать, только бы перестать чувствовать всю гамму полнейшего отчаяния. Слишком много хочет.
Пару кругов самоуничтожения, и знакомая фигура всё-таки появляется. Моторчик в груди подозрительно замирает, превращая экспрессию набитой опилками куклы в нечто куда более устрашающее с точки зрения ментальных способностей. Улыбаться? Плакать? Грин решает остаться где-то посередине, встречая Акиру попыткой показать все тридцать два зуба и паралитическое дергание правого века в придачу. Он что-то говорит, кивает, оставляя жирный знак вопроса на лбу Таи Грин, и двигается в противоположную сидячему положению сторону, не оставляя иного выбора, как подскочить следом. Всё очень плохо? Она старается сосредоточиться на гуле в набитом зале, чтобы справиться с ансамблем трёх сердец. В горле, ушах и где-то в районе пяток. Потерянной тенью ступает следом за тёмной макушкой, молча сверля внезапно занимательное горло чёрной майки. — Хочу сказать, что интрига – не всегда увлекательно, — к счастью, негромкий крик души теряется в посторонних шумах и скрипе двери, которую она уже успела вдоволь рассмотреть минут десять назад. Тая хватается за локти, отвлекаясь на поток ветра в лицо. Решил избавиться путём натурального отбора? Второй порыв отвлекает от продолжения идей на тему: что именно она сделала не так. Акира останавливается. Грин съёживается следом.
Извиниться? — слишком много смятенного удивления на один квадраный миллиметр. Она спешно хлопает ресницами, пошатывается и вновь подхватывает себя руками, продолжая сверлить потерянными глазами человека напротив себя. Увы, настроенный на пессимистичный лад разум успевает послать ещё один сигнал тревоги в легкие. Воздух кончается прежде, чем Хонда не извиняется за сеанс щекотки и доминирования покорителя. От напряжённого внимательного взгляда она переходит к выдоху облегчения. — О, Господи, — спасибо четвёртой (пятой?) текиле за то, что обычно остающиеся в рамках внутренних монологов комментарии больше не держатся за зубами дольше нескольких секунд. — Ты серьёзно? — резко нахмуренные брови. — Глупости, перестань. Какая разница, какую чушь Беттани решит рассказать. Всё в порядке, не надо придумывать безумных историй во имя благой цели, — и если не считать дрогнувшую интонацию на болезненной теме, Грин перестаёт походит на клубок спутанных нервов и эмоций. Она всё ещё обнимает себя жестом невидимой поддержки, но когда Хонда перестаёт выглядеть пугающе-серьёзным, стянутые волнением лёгкие позволяют сделать короткую передышку. Никто не собирается отправить её ближайшим рейсом в Магадан, уже хорошая новость на фоне испытанного мысленного шторма. Всё познаётся в сравнении.
Тихое «ой», сопровождающее впечатывание щекой в уже оцененную по достоинству мужскую грудь. Владыка женских разумов решил устроить тест драйв её ощущений второй раз? Как бы ей ни хотелось воспротивиться спёртому дыханию, всё повторяется в точности, как в ванной комнате. С одной единственной поправкой – Грин знает, как именно это закончится, и поэтому утонуть в моменте не получается от слова «частично».
Я и не пою, — бубнит куда-то в майку в надежде, что если будет продолжать дышать ртом, то у неё получится избежать эффекта Акиры Хонды. Где-то здесь надо повесить табличку: ты пыталась. Потому что заботливо трущие спину ладони перечёркивают жирным красным маркером эмоциональную апатию Таи «чушь» Грин. Пульс опять начинает надрываться, и девушке не остаётся ничего, как глубоко вдохнуть, пожав плечами на все страхи закомплексованной недостойной. Она всё ещё не в Магадане, а если окажется там, то пусть хотя бы заслуженно. — Откуда мне было знать, что ты пойдешь тестировать мою холодоустойчивость на улице? — изображая наигранное недовольство, она задирает подбородок в попытке увидеть лицо своего собеседника. Лучше бы дальше продолжала тыкаться носом. — С тобой замёрзнешь, — и что бы это ни значило, Грин громко хмыкает и возвращается в удобное для душевной кончины положение. Ненадолго. Тёплая человеческая подушка принимается куда-то двигаться, ей даже не хватает здравомыслия скрыть приступ искреннего недовольства. «Куда!?» Вопросительно дёргает бровью вверх. За нарушением условий комфорта следует объемный поток слов, не успевающих пробивать толстый слой алкогольного сопротивления. Где-то на имени «Беттс» Тая начинает морщить нос, улыбаясь. Попытка раскрыть рот. Кто бы здесь позволил. — Хватит смеяться! — вырывается с детской интонацией беспомощности. Акира, кажется сейчас твоя партнерша по танцем отойдёт в иной мир, может быть, хватит с нас stereo hearts? Грин резко делает шаг назад, хватается за болтающуюся у пояса сумку и с хмурым видом копается в последней, пытаясь избежать вываливания наружу содержимого. В её руках появляется телефон и короткое просветление на счёт того, как мог выглядеть стремительный побег из объятий. Резкий шаг навстречу. Просовывает руки за спину, шлёпает подбородок как можно выше к плечу и принимается тыкать по экрану, задранному вверх в весьма неоднозначном положении. — Удобно, да? Мне вот было удобно, ­— не скрывая обрывистое, ехидное хихикание, она щелкает кнопкой выключателя и с чувством выполненного долга отводит шею назад, чтобы заглянуть в глаза своего калорифера. — Такси будет через две минуты. И, Хонда, я может быть и не похожа на серьёзную, но говорю серьёзно. Беттани Миллз может сказать, что я разочаровалась в жизни и решила сменить пол, это никак не изменит яркость красок моей реальности, — пусть всё ещё печальной. В конце концов, тяжело утонуть в океане расстройства, будучи прилепленной к причине всех страданий. Мгновение. Тая широко улыбается, сверкая лучами подозрительной радости на всю улицу. Мгновение. Холодные ладошки оказываются под защитой тёплой спины Акиры, а лицо девушки окрашивается в ликующее счастье от собственного паскудства. Мобильный вибрирует. Она спешно убирает руки наружу, ретируясь с места преступления в сторону машины. — Такси на месте! — и сверкая рядом белых зубов, Грин бежит прочь от возможной расплаты.
Шлепается на заднее сидение, здороваясь с водителем через сбивчивое дыхание и короткие вспышки смеха, закусывает губу от ребяческой истерики, что каратель не простит грешную душу, и, когда Хонда оказывается на соседнем кресле, тут же падает головой на колени, быстро проговаривая: Лежачих не бьют! — руки перед собой, зажмуренные глаза и продолжение неистового веселья. — Я буду петь! Хоть всю ночь буду! — какой забавный ракурс снизу. Тая неожиданно меняется в лице, кое-как подскакивает из лежачего положения и шепчет в самое ухо, — Ой, коленкам как, нормально? — и перед тем как девушка сползает обратно на место, она вздёргивает бровями и самодовольно ухмыляется. Кто-то надеялся, что это конец? Смешно. Не проходит десяти секунд, как неугомонный голос вновь подаёт признаки жизни. — Знаешь, идея с бургерами по пути – очень хорошая. Потолок этого такси очень подозрительно шатается в разные стороны. Мне кажется, обычно они так не делают, — задумчивый вид. На момент можно даже подумать, будто ей только что открылся утерянный миру смысл. Опрометчиво. Она вновь переходит на шёпот. — Вообще опасно находиться в замкнутом пространстве с голодными людьми. Мало ли, что им в голову взбредёт, — и на этой чудесной ноте, она поворачивается к животу Акиры, по всей вероятности, собираясь доказать ему своё предположение на практике. И доказывает.
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+2

11

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]Не то, чтобы Хонда надеялся на то, что земля сменит полюса и тонущий Титаник внезапно изменит траекторию своего падения, но и в окончательный провал всех светлых начинаний верить тоже не хотелось. Отчаянно изображая из себя смесь серьезности и беззаботного веселья, он всё пытался понять, что именно изменилось внутри него, и как бы изловчиться, чтобы отыскать сломанную деталь, да вернуть всё на круги своя быстрее, чем настанет его личная point of DOA. Тая отчаянно дергается в объятиях, а рассудок только и делает, что путает здравые мысли, образуя неясную туманность вместо мозга. Нос чувствует запах парфюма, и все, что остается делать, это не задохнуться, когда темная макушка оказывается слишком близко, а так же продолжать кретинически улыбаться, чтобы не выдать и единой лишней эмоции. Хотя бы до того момента, когда он сам не поймет, что делать с этим новым восприятием мира теперь.
Самостоятельная женщина отстраняется, чтобы самостоятельно вызвать такси, поселяя в голове смутное сомнение насчет передозировки тактильности. Акира делает невнятный жест, странно ёжится от якобы подступившей прохлады, по привычке пытаясь сунуть руки в карманы толстовки, но вспоминает, что забыл её внутри; ну и к черту. Наверное, он бы так и продолжил бессмысленно топтаться на месте, если бы не внезапно возникшая Тая, которая решила прилепиться обратно, обвивая тело парня как-то уж слишком вдохновенно для той, кто только что вырывался на свежий воздух. – Соскучилась? – Бросает он бездумно, дергая бровями, но тут же получает объяснение случившемуся, и, надо сказать, ничего это объяснение не объясняет. Значила ли эта шутка, что Тая шутит, или можно было рассматривать данный пассаж с точки зрения сигнала готовности выйти за рамки некоторых вещей? Найти ответ на этот животрепещущий вопрос так и не удается, потому что парой секунд спустя лицо Грин появляется прямо перед носом, заставляя глаза Хонды сбежаться в кучу у переносицы от близости нарисовавшейся картинки. А когда серьезность произносимой речи оказывается не по силам подплавляющемуся разуму, Акира дожидается финального аккорда истории о красках жизни Таи Грин, избавляя себя от достойного ответа коротким укусом ораторши в нос. Должно быть, именно за это в следующий момент он получает сдачи где-то в районе поясницы, но не успевает отыграться, потому что жертва ускользает из лап мгновенно, оказываясь в так неудачно подъехавшей машине.
- Стра-а-ашно? – Летит вслед театрально, но Акира довольно лениво припускает к двери, падая на сиденье за Таей. По пути он бросает адрес обескураженному таксисту и уж никак не ожидает продолжения атаки. “Серьезно?” На колени падает неугомонная башка, по которой отчаянно хочется настучать, но зажмуренные глаза и поток забавного бреда, в самом деле, организуют мощную защиту лежачим. Акира смеется, стараясь смириться с текущим положением быстрей, чем кто-нибудь заподозрит его истинное состояние, но снова смена кадра: и обязательно ли было шептать? Хонда лишь успевает сделать вдох, когда существо сползает обратно, задевая своими телодвижениями всё, что задевалось по пути, от чего очень захотелось добавить, что коленки далеко не самый чувствительный предмет в его теле. Впрочем, впору радоваться, что за десять секунд молчания он хотя бы успел выдохнуть до того, как в бой пошла  тяжелая артиллерия. Наверное, после нескольких стопок текилы некоторым просто противопоказано принимать горизонтальное положение, потому что до этого момента Акира смутно себе представлял, что может быть хуже, чем прилепившаяся к его чувствительным коленкам пьяненькая неразделенная любовь. Согласно кивая на здравую мысль о еде, он почти смиряется с положением жестоких вещей, в очередной раз не подумав, когда брыкнувшись на чувствительных местах еще разок, Тая решает, что сделала недостаточно для нарушения зоны его шаткого комфорта. В следующую секунду девушка просто поворачивается и кусает его за живот, замыкая сразу несколько жизненноважных клем на линии передач; и что-то подсказывало, что если с этим ураганом не совладать прямо сейчас, может настать конец света.
Недолго думая, Акира резко подается в сторону нижней части тела Грин и хватается пальцами за края заправленной в шорты блузки. Таксист издает странный смешок, но у Хонды совершенно нет времени, чтобы проанализировать ход темных мыслей в его голове. Выдрав ткань из-за пояса так удачно лежавшей тушки, парень принимается беспощадно щекотать открывшийся зрению живот, вынуждая жертву уворачиваться, повинуясь защитным рефлексам – на то и расчет. На весь салон раздается заразительный хохот, и, пользуясь удобным положением, Хонда переворачивает Таю за бедра на живот, в миллионный раз упуская бесценный момент на раздумья о здравомыслии своих поступков. Секунда – и в салоне раздается характерный шлепок, после которого Хонда понимает, что, очевидно, грел совсем не то место на улице. Ко всему прочему, он тоже замечает “интересный ракурс” происходящего, от чего прогладывает сердце, а затем решается на очередной необдуманный шаг. Еще раз переворачивая Грин, он резко подтягивает тельце к себе и рывком складывает девушку почти пополам, усаживая к себе на колени, свободной рукой хватает её за запястья с толикой садистского удовольствия смыкая опасно машущие конечности меж своих пальцев. Когда жертва оказывается обезврежена, он дует ей на спутавшиеся волосы, убирая лишнее со своей стороны, после чего снова подается вперед и облизывает открывшееся зрению ухо, оставляя короткий поцелуй чуть ниже виска.
Сердце делает сальто и затихает. Ему очень хочется попросить Таю успокоиться, однако от смеха и большого количества движений спирает дыхалку, так что Хонда не находит сил ни на что иное, кроме тихого – Тш-ш-ш, - в то самое облизанное ухо, делая все возможное, чтобы намекнуть на бедственность сложившегося положения где-то на уровне тактильно-инстинктивного общения. Чуть отклоняясь в сторону, Акира просит таксиста остановиться через два квартала у ближайшей закусочной, с толикой хрупкой надежды на то, что сделав голодных сытыми, он выровняет балласт этого корабля, пока не стало поздно.
В переднем кармане джинс вдруг вибрирует телефон.
Из текущего положения вещей складываются весьма забавные обстоятельства. Всё еще сжимая запястья девушки, Акира констатирует очевидность ожидаемого – M-m-m, Dave is missing us – а в следующий миг слегка подталкивает колени вперед, заставляя Грин подсунуться задницей ближе к нему и заодно к вибрирующему объекту. Брови сами собой дергаются ко лбу – Like it? – Встречаясь прямым взглядом с глазами Таи, Хонда закусывает губу и слегка подпрыгивает на месте, заставляя Таю сделать то же самое по инерции – Sounds like the anthem of a sensitive knees - давится паскудным – Ha-ha, - Прежде, чем резко делается серьезным, опускает глаза вниз и принимается свободной ладонью у поясницы  старательно заправлять края блузки туда, откуда они были выдернуты в процессе борьбы. Таксист интересуется, здесь ли притормозить – Да-да, - Отзывается Хонда, бросая беглый взгляд на вывеску кафе. Очевидно, делать вид, что всё идет “как надо” – это фишка сегодняшнего вечера.
[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+2

12

[NIC]Taya Greene[/NIC][STA]no chance, no choice[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/23HGe.png[/AVA]Бедная, наивная Тая Грин. Поддавшись секундному порыву скрасить мрачный эффект столкновения с Беттани Миллз, она и подумать не могла, что не только не сможет остановиться, но и передаст опасную заразу своей неслучайной жертве. Задыхаясь смехом от собственной неоспоримо замечательной идеи в рамках неуязвимой лежачей, она бы так и продолжала прогрызать путь через границы личного пространства, если бы несколькими мгновениями позже не почувствовала уползающую ткань с живота. В голове мелькает перепуганное: «КУДА!?» Но уже слишком поздно пытаться остановить этот несущийся в лоб поезд. По салону разносится сдавленный собственной ладонью взвизг, и хрупкое тельце складывается пополам в надежде противостоять порабощающим во всех смыслах конечностям.
Одумайся, Хонда! — выдавливается отчаянным писком из свернувшегося в клубок существа, тянущего обратно края кофты. Грин чувствует, что точка опоры начинает двигаться. Можно выдыхать? Никогда нельзя. Кажется, её нос утыкается куда-то в ногу, и Тая не находит способа защититься лучше, чем схватиться зубами за чувствительную конечность. Зря. Расплата за содеянное доносится эхом от шлепка по... заднице? Сказать, что пьяненькая лесбиянка теряет дар речи – скудно описать лишь малую часть спектра двойственных ощущений, которые пришлось испытать в один миг. Она перестаёт кусаться, замирая в последней позе наказанной. И, если прислушаться, то можно отчётливо расслышать кроличье сердце, пробивающее себе путь наружу. Её опять тянут в неизвестном направлении – каратель никак не успокоится? В ней открывается второе дыхание борющейся с поработителями, и Тая принимается истерично размахивать ладонями, не желая узнать, какие ещё гениальные мысли посетили тёмные дебри фантазий Акиры Хонды. — Пожалуйста, — по-щенячьи скулит, зажмуриваясь и съеживаясь, насколько позволяло новое положение. К слову, всё ещё не оценённое по-достоинству за неимением необходимой секунды на осмысление. Впрочем, момент упущен, и вряд ли когда-нибудь в этой жизни ей понадобятся ценные мгновения на размышления. Лицо чувствует, как по нему проводят чем-то мокрым. Грин в последний раз дёргается прочь, но когда постороннее вмешательство идентифицирует себя как язык Акиры, последняя извилина с белым шумом подвергается короткому замыканию и перегорает, оставляя её, по меньшей мере, ни с чем вместо мозга. Больше никакого сопротивления. Да и как здесь подавать признаки жизни, если деятельность организма сводится к тому, чтобу удержать кровогоняющий орган на своём законном месте? Грин тяжело вздыхает, не раскрывая глаза, будто поступи она иначе, и струны души пойдут по швам. Тук. Тук. Тук. Прерывистая пульсация в висках заполняет всё пространство размеренным звуком. Тш-ш-ш? Почти как разряд. По шее прокатывается волна мурашек, заставляющая погибшую на поле щекотки подпрыгнуть на месте и вновь засмеяться. Девушка резко поворачивается к заявившему о себе мучителю, пытается что-то сказать, но, понимая плачевность ситуации с коммуникативными способностями, сдаётся, падая носом навстречу мягкой щеке и сползая по шее к второму по удобству плечу. Стоит поблагодарить отшлифованное спиртом сознание – оно не ищет ответов на значение широкого жеста. Беспрекословно соглашается на заданный ракурс, принимая вырисовавшуюся реальность, как должное. Ведь все друзья облизывают друг друга, заставляя сердце выскакивать наружу! По-мнению пьяненькой недостойной, именно так оно и было. Акира веселится так, что любой другой позавидует, а, значит, ничего выходящего за рамки «не чуши» не происходит. Интересно, он всегда так выражает дружеские привязанности? Современная Скарлетт О'Хара решает подумать об этом завтра.
Неожиданные вибрации в районе кармана заставляют Грин поднять голову, подозрительно уставляясь сначала на лицо Хонды, а затем в направлении копошения. К счастью, призрачная мысль, которую вряд ли бы кто-нибудь посмел озвучить вслух, безжалостно выбивается движением коленей. Сдавленное «ой», после которого следует ещё несколько ударов под зад. На этот раз на ментальном уровне. От поражения до глубины души Тая раскрывает рот, зажмуриваясь и отрицательно тряся головой. Она задыхается? Определённо. Сдаётся? Только не с жужжащей пятой точкой. Девушка наклоняется вперёд. Глаза в глаза. — Sounds more like an anthem of a dirty mind, — короткий многозначительный взгляд в душу, и Грин расплывается в улыбке, продолжая давиться рвущимся наружу смехом. — You're not gonna pick that up? — от возможной картинки, если бы ответ оказался положительным становится ещё веселей, но, ведомая внутренним ощущением опасности, она предпочитает не дразнить дальше и не проверять насколько подобный расклад возможен. Хонда делается непробиваемо серьёзным, пока Тая решает, что на сегодня можно позволить разбираться со всеми вопросами, требующими концентрации, мужской части компании. По крайней мере, на то время, пока у неё есть дела поважней. — Какой настойчивый Дэйв, — девушка хмурится, сжимает губы и еле слышно бубнит. Со стороны может показаться, будто за копной спутанных волос происходит всплеск мозговой активности, и впечатление не будет ошибочным. Тая внезапно оживляется, довольно быстро забирает свои руки из капкана и, без задней мысли, приподнимает пятую точку с нагретого места. — Секунду, — всё выглядит так, словно она собирается двинуться в сторону пассажирской двери. Ключевое слово: выглядит. С видом полного погружения в процесс, Грин опирается ладонью о кусок сиденья между коленями, стараясь не потревожить последние, пока вторая заходит под приподнятое тело, принимаясь искать вибрирующий карман. Момент. Девушка нащупывает что-то похожее на искомое отверстие, просовывает туда прохладные пальцы сталкиваясь со странными свойствами мобильника Хонды быть на удивление тёплым и мягким. Прямо как... человеческая кожа. Недоумевающее выражение лица. Осознание. — Oops, sorry! Wrong way, — не зацикливаясь на неудаче дёргает конечность обратно, сползая чуть ниже по прямой линии. Ещё одно отверстие, в которое она заводит ладонь с большей опаской. Сводит брови. Напряжённо закусывает губу. — Нашла! — с искренней радостью просовывает руку глубже, продолжает копошиться и несколькими мгновениями спустя вытаскивает утерянный под задницей предмет, довольно вручая его Акире. — Nothing to vibrate down there anymore! — ой, и чуть не забыла, — Ha-ha, — кривляя шутника этого вечера. Наконец-то рассеянное внимание ловит светящуюся вывеску забегаловки. Она потерянно смотрит по сторонам, задумчиво морщит нос и резко подтягивает ноги в себе, обозначая выбранное направления. Нащупывает за спиной дверную ручку. Дёргает, слегка наклоняется назад, но вовремя собирает разваливающийся организм, не позволяя себя выкатиться наружу. Ещё парочка попыток развернуться на месте. — Sorry, — в котором больше «not sorry», чем извинений, когда девушка прижимается к Акире вместо сидения, аккуратно поворачивается ногами на улицу. Свобода! Стук приземлившихся на твёрдую поверхность каблуков сопровождается невнятным поворотом вокруг своей оси, который она останавливает хватаясь за распахнутую дверь. — Шлёпни меня по лбу в следующий раз, когда я откажусь от твоей толстовки, — выпрямляясь, Грин обнимает себя за плечи и тут же стартует в сторону помещения, останавливаясь лишь перед преградой из барной стойки. Только сейчас, наконец-то оказавшись в безопасности открытых пространств сердечная истерика возвращается с новой силой, отзываясь мелкой дрожью в животе. Выдох.
Будете заказывать? — Тая поворачивается через плечо, издавая подобие короткого смешка.
Нет, простите, подождёте секунду? — когда дверь скрипит, девушка отворачивается в попытке отвлечься на рассматривание меню. Шаги останавливаются рядом, и она дважды шлёпает по коленке Акиры. — Вот теперь готова! — внутри всё опять сжимается. То ли эффект прохладного воздуха, то ли постепенно выветривающийся алкоголь не позволяют приклеиться обратно даже под давлением покрывающейся мурашками спины. Грин ежится на месте, поджимая плечи и вчитываясь в пустые для головы названия. Никогда ещё выбор бургера не был такой непосильной задачей.
[SGN]http://funkyimg.com/i/22Tyo.png
t h e r e ' s   a   d r u m m i n g   n o i s e   i n s i d e   m y   h e a d
T H A T   S T A R T S   W H E N   Y O U ' R E   A R O U N D
[/SGN]

+2

13

[NIC]Akira Honda[/NIC][STA]stubborn motherfucker[/STA][AVA]http://letheflamesbegin.rusff.ru/img/avatars/0015/48/7b/17-1443378613.png[/AVA]Настойчивости Дейва, в самом деле, можно было позавидовать. На миг Акире даже показалось, что желание вторгнуться в их с Таей уединение этим вечером, срабатывает где-то на подсознательном уровне друга, иначе как можно было так талантливо подгадать момент для звонка? И вот выдернутая в порыве ребячества блузка оказывается наполовину заправленной, а вибрации Дейва в совокупности с грязными фантазиями никуда не хотели деваться. Тая просит дать ей секунду, когда такси останавливается у тротуара. Водитель мельком оглядывается через плечо, намекая на прибытие, и Акира кивает ему в ответ, начиная ощущать странное копошение в районе собственных карманов. – Looking for something?  - Интересуется Хонда, натыкаясь носом на щекочущие волосы девушки. В очередной раз знакомый до боли запах ударяет по обонянию, заставляя едва заметно поежиться благодаря навязчивым мурашкам. В следующую секунду ладонь Таи обнаруживает себя в районе бедра в обход, казалось бы, довольно надежной ткани джинс. И если с мурашками от запахов еще можно было вести дипломатические переговоры, то ползучие индикаторы реакций от тактильных контактов беспощадно усыпали кожу в месте соприкосновения тот же миг. – Он чуть ниже, - Вылетает мгновенно и без задней мысли, когда голос дает трясущуюся нотку беспокойства. – Дейв, - Наскоро следом, округляя глаза, которые к счастью не были видны исследовательнице труднодоступных мест – I mean телефон, - Тугой смешок, наконец, слегка выравнивает балансировку – Ты же его ищешь?.. – Шумный и весьма напряженный выдох куда-то в копошащееся плечо. Сколько можно?? Видимо, в понятии Таи Грин Акира тоже был несколько иной ориентации, иначе бы она проявила хоть толику беспокойства за свои беспощадные действия этим вечером.
Когда девушка издает клич радости от находки, Хонда не сдерживается от короткого комментария – Неужели, - Полагая, что засим ему дадут выбраться на свежий воздух, но нет. И когда он уже запомнит, что в компании Таи Грин вообще не стоит уповать на мифическое милосердие к безответно влюбленным? – Thanks, - Кажется, уже в сотый раз за вечер. Акира собирается сказать “алло”, но в момент, когда можно бы и поболтать, Дейв решает, что пора сдаться. – Great, - Бубнит себе под нос, и собирается перезвонить от греха подальше, чтобы в ближайшее время Дейв случайно не завибрировал вновь в самый неподходящий для этого момент. Когда рассудок подкидывает варианты возможных ситуаций, Акира решает тряхнуть головой и уберечь себя от дебрей опьянелого воображения. Параллельно он ожидает, когда Тая сползет на сиденье и даст ему открыть двери, но вместо этого слышит щелчок ручки, успевая разве что толкнуть дверь сильнее, пока не ищущая длинных путей Грин, ёрзает на его, между прочим, чувствительных коленях, чтобы встать. Голова начинает слегка кружиться. Ладонью он помогает девушке подняться на ноги, но едва ли находит в себе силы сделать то же самое мгновенно. Требуется несколько секунд, чтобы подышать. Как удачно, что Тае понадобилось немного времени, чтобы выпрямиться. Акира поворачивается к выходу, выставляя ноги из салона, и находит ноги Грин меж своих. Может не так уж и удачно?  - Ага, - Отстраненно выдыхает Хонда, рывком поднимаясь на ноги так, чтобы не дай бог не завершить этот пассаж телесным столкновением в местах не столь отдаленных; прохлада улицы отрезвляет мгновенно, услужливо отбросив состояние организма на уровень назад. – Секунду – Хлопок дверьми. – Сейчас приду, - Стучит в окно водителя, чтобы спросить, есть ли у него сигареты. Услышав то, что хотел, Хонда решает покурить по дороге, определив, что бросать Таю Грин с плавающими потолками наедине занятие весьма опасное: вдруг она укусит кого-нибудь не того.
Через полминуты парень уже входит в закусочную следом, подплывая к знакомой фигуре, топчущейся у стойки, и получает пару приветственных шлепков по колену. Вместо того, чтобы вымолвить привычное “скучала”, в голове Акиры появляется апргейд данного вопроса: “скучал?”. Хонда кивает продавцу, поднимая глаза на табло-меню, и оказывается позади Грин, входя в свое любимое состояние “nothing wrong”. Прищурившись, он оглядел спектр предлагаемых вариантов позднего ужина, и с лёту принялся перечислять всё то, что они с Таей брали для себя обычно. В привычное меню попала картошка фри, несколько соусов и две порции гамбургеров на случай, если Хонде приспичит воровать, а так же напитки. – Что-нибудь еще? – Интересуется Акира, замечая край торчащей блузки, и заботливо кладет руки на талию девушки, чтобы исправить неполадку.
Вскоре двое оказываются у такси, и следом за юркнувшей на заднее сиденье катастрофой, Акира бодро сунул пакет с едой, а сам упал на переднее сиденье, не подразумевая ничего кроме попытки взять себя в руки и не доводить ситуацию до греха. Оказывается, парень за рулем был не прочь поболтать, поэтому тут же поделился сигаретой и затрещал. До самого конца поездки Акира лишь дважды обернулся на Грин: в первый раз, чтобы проверить, как дела, второй, чтобы поржать с того, что сегодня они всем кажутся идеальной парой. – Нет, мы не встречаемся. Я безответно в неё влюблен, - По салону разносится уже почти непробиваемое “ha-ha”.

- Спасибо, - Десять минут спустя Хонда салютует таксисту, который щедро подарил ему еще несколько никотиновых палочек на случай катастрофы.  Акира сжимает в руке пакет, а другой готов придти на помощь двигающейся поблизости Тае, если асфальт начнет бросаться на неё так же, как кружащий потолок. – Ты как? – Интересуется он, вводя код на двери, и пропускает девушку в подъезд вперед себя. – Черт, я забыл перезвонить Дейву, - Достает из кармана телефон и прикладывает телефон к уху. Никакого лифта – Хонда живет на первом этаже. Бряканье ключей и откровенная ложь про то, что у Грин разболелась голова, пришлось отвезти домой, а потом понадобилось отправиться по делам. Акира открывает еще одну дверь, вновь пропуская девушку внутрь, и вешает трубку парой секунд спустя, выдыхая. – Похоже, Дейв тоже под впечатлением от твоего сегодняшнего выступления, - Немного ехидства еще никому не мешали в этой жизни, но не успел он сделать и пару шагов вглубь комнаты, как телефон Таи разразился звуком входящего сообщения. Дейв решил поинтересоваться: “Ты как?”. Акира решил сделать вид, что тупой. – Welcome, - Без особого энтузиазма, Акира старается не акцентировать внимания на окружающей обстановке. - Мой сосед в отъезде, так что здесь пустовато, - Он пересекает просторное помещение, шлепая пакет с едой на барную стойку. – Текила в холодильнике, там же есть лайм. Но сначала съешь что-нибудь, а то я боюсь за свои части тела, - Последнее Хонда произносит, вынимая из пакетов съестное. Сворачивая пустой пакет, он невзначай указывает пальцем на предполагаемое местонахождение её мобильника – Прочесть не хочешь? Вдруг мама волнуется, - Акира тычет пакет в мусорное ведро, умоляя себя заткнуться, но... – Мама Дейв, ha-ha. -  С видом полнейшего спокойствия. Следом он достает из холодильника текилу, а к ней ищет две стопки, наполняя одну для себя, и тут же опрокидывает внутрь. – Ешь. – Достаточно строго. – Не заставляй меня вновь шлепать тебя за непослушание. – Снимает кепку, ерошит слежавшиеся волосы. Взгляд останавливается на фигуре Грин. - Если хочешь, могу дать шорты и майку.

квартирка

http://savepic.ru/7208422.jpg
http://savepic.ru/7193062.jpg
http://savepic.ru/7187942.jpg
http://savepic.ru/7168486.jpg

[SGN]http://savepic.su/6140003.gif  http://savepic.su/6129763.gif  http://savepic.su/6127715.gif
gonna be somebody
for anybody tellin me I can't
[/SGN]

+2

14

- нет игры месяц, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » you ain't nothing, but a troublemaker