Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Ray
[603-336-296]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » и лягу тихо, смежу ресницы


и лягу тихо, смежу ресницы

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники: Mirthe An. Van Houten & Martina Gotti
Место: квартира Мими
Время: 2010 год; зима, поздний вечер

И лягу тихо, смежу ресницы,
Смежу ресницы.
И лягу тихо, и будут сниться
Деревья и птицы.

0

2

Я знала! Знала, что рано или поздно у меня все равно получится, что бы ни говорили! Получилось!
Моя роль. Моя первая роль, и не где-то там, а сразу в популярном сериале, и меня утвердили, и осталась только финальная читка, а потом договор!
И все. Больше никаких задрипанных баров и кафешек, никаких доставок пиццы, никаких вшивых квартирок на задворках - отныне я буду нормально зарабатывать, ведь это даже не эпизод, это роль на весь сезон, а там, чем черт не шутит, может и продлят?
Но загадывать не стоит, правда. Зато можно начать собираться, сегодня мы с Готти идем праздновать это дело! В моих планах оторваться по полной и отдохнуть как следует, перед тем, как приступить к работе. Где там было то платье, которое бывшая соседка соседка обозвала блядским?.. А может еще челку постричь?
Мне кажется, что если бы у меня сейчас выросли крылья, то я, как шальная муха, наворачивала бы круги под лампочкой.
Из состояния эйфории меня бесцеремонно вырывает телефонный звонок. Мартина потеряла что ли? Вроде рано еще, у меня добрых двадцать минут.
Откапываю в сумке телефон и, чертыхаясь, жму кнопку приема вызова.
- Да?
- Мирте Ван Хутен?
- Слушаю, - голос кажется знакомым.
- Это Мишель, ассистент режиссера.
- Да-да, - точно! У нее такой прокуренный голос, будто она гном из Средиземья, а не девушка.
- Мирте, финальная отчитка отменяется, приносим свои извинения, - о чем это она?
- А на какой день ее перенесли? - Кажется, я не до конца улавливаю...
- Нет, вы не поняли. Ваша читка отменена. На роль утвердили другую актрису.
- Но как же?.. - Нет. Нет-нет-нет! - Кого?
Она называет имя, и у меня в голове взрывается петарда. Ну да, конечно. Естественно! Звезда снизошла до сериальчика, и она послали всех, вцепившись в нее зубами!
- Мы приносим свои извинения, - как заведенная повторяет эта самая Минель, Мирель, Мишель - какая нахуй разница?! - Не расстраивайтесь. В конце концов, вы же почти прошли. - Да что она понимает?! Почти! Почти!!! - Мы будем иметь вас в виду, если что.
- Ясно. До свидания, - даже не дослушав до конца, обрываю разговор. Они будут иметь меня в виду! Да имела я вас самих! И в виду, и в других пикантных позах! Суки!
У меня трясутся руки. Я поднимаю их перед глазами и захожусь приступом хохота. По щекам текут слезы.
Прощай, тяжелая жизнь? прощай, засранная квартира? Прощайте, тысяча подработок? Ха! Ха-ха-ха! Бля-а-а-а-ать...
Руки кажутся двумя белыми до синевы пятнами. Тушь разъедает глаза. Больно.
Черт, зачем тогда все это вообще? Зачем вся эта хуйня, если всегда будет кто-то успешнее, лучше тебя? А если не успешнее и не лучше, то со связями или сиськами?! Зачем рвать жопу и пахать на шести работах, терпеть унижения? Зачем?!
Где-то тут была бутылка. Мне срочно нужно выпить!
Натыкаясь на предметы и острые углы я, как во сне, бреду к шкафчику на кухне. Под моей рукой гремит посуда. На пол падает кружка и разбивается вдребезги. Похер. А вот и заветная заначка. Как знала, что стоит поберечь. Бутылка абсента удобно ложится в руку, свинтить крышку - дело двух секунд. Я жадно прикладываюсь к горлышку и делаю три больших обжигающих глотка. Слезы вышибает из глаз с новой силой, горечь разливается по корню языка, желудок скручивает в узел. Я судорожно закашливаюсь и присасываюсь опять. Зачем мне все это?..
Тихо оседаю на пол, чувствуя хруст осколков под ногами. Один особенно острый впивается в руку, по запястью от ладони, когда я поднимаю ее к глазам, струится тонкая веревочка крови. Красиво...
Я делаю еще пару глотков и меня начинает колотить. Мне надоело! Это какой-то ебаный замкнутый круг! Это, сука, не кончится никогда! Наверное, это такое проклятие. Продолжая рассматривать окровавленную ладонь, я откидываюсь назад и прижимаюсь затылком к холодной и влажной стене. В моей кухне всегда влажно и сыро. Здесь живут плесень и тараканы. Плесень, тараканы и я. Вполне подходящая компания, правда? Через пару минут и несколько уже не так сильно обжигающих глотков я встаю и, пошатываясь, бреду в ванную - включить горячую воду. В горячей воде, говорят, это быстрее и не так больно.
Ну мне-то больнее уже не станет.
Где-то был еще острый нож. Наверное, сойдет канцелярский.
На полпути из ванной в комнату меня застает очередной телефонный звонок. Я неудачно ударяюсь мизинцем босой ноги об угол тумбочки и выдаю трехэтажную тираду. Первый порыв - уебать трубкой об стену, но я его сдерживаю - во мне теплится пьяная и донельзя глупая надежда. А вдруг они ошиблись? Вдруг они что-то перепутали и... Я снимаю трубку.
Это не они. Это Готти. Двадцать минут давно прошли, а я и забыла...
Она что-то говорит - я пьяно икаю. Она спрашивает, кажется, что со мной - я всхлипываю и то ли хохочу, то ли рыдаю в трубку. Она задвигает что-то еще - я вешаю трубку. Надоела. Чрезмерной своей заботой надоела. Хватит.
Ванна наполняется очень медленно. Вода ржавая. В комнате шумит телевизор, в висках - кровь. Хочется спать. Но отоспимся в аду, чего уж там. Проходит, наверное, добрых полчаса, пока, наконец, вода встает почти впритык с краями. Не рассчитала.
Как была, в блядском платье с размазанной тушью и почти пустой бутылкой в руках, я лезу в ванну, расплескивая воду. Беру с подставки нож, закатываю рукав...
Хм, и правда, не больно. А что вода ржавая... так она скоро станет красная. Никто и не заметит.

+1

3

Неужели у меня появилась возможность отвлечься от постоянной гонки между поиском работы, на которой я могла бы остановиться на некоторое время и выматывающим почти ежедневным "что вы будете заказывать?" в одном из местных кафе? Мы с Мирте давно планировали этот выход в свет, тем более она меня уже начинала доставать своими вечными захватывающими рассказами о первой роли, которую ей удалось получить. Я была безумно счастлива за Мими! У нас всегда с ней были непростые отношения - начиная даже от нашего знакомства. Отчасти я ее прекрасно понимала - черная полоса у девушки действительно затянулась и пора было бы уже этому закончиться и, в конце концов, кто как не я сможет ее понять? В общем, стоит ли говорить что с самого утра у меня было отличное настроение? Даже люди мне казались милее, чем обычно и чаевых давали больше, чем всегда, а получив почти мгновенно разрешение уйти пораньше моему удивлению не было предела. Мне начинало казаться, что это именно я получила свою заветную роль.
- Значит встречаемся через час? - это даже не вопрос, а даже скорее утверждение. Из надвигающегося на меня потока слов подруги я понимаю, что ее скоро разорвет от предвушения сегодняшнего вечера и договариваться о чем-то с ней, по меньшей мере, бесполезно. Вздыхаю. И каким образом мы вообще можем общаться?
Полчаса ушли мне на то, что я разглядывала два платья и не могла выбрать, в каком мне идти. Почему мужчинам с этим легче? Почему им все равно, какого цвета носки, а я должна стоять и думать подойдут ли эти сережки или вон те другие? Или вообще лучше без? Черт! А ведь надо еще учесть цвет моих ногтей! Сажусь рядом с этим шмотьем и подперев ладонью голову сосредоточенно рассматриваю. Ладно. Просто выбираю наугад и уже через несколько минут выхожу улицу и, неспеша, дохожу до места нашей встречи. Меня не удивило, что там никого не было - девушка не образец пунктуальности, но только когда прошло уже двадцать минут от назначенного времени я решила переспросить Мими, ведь она могла и перепутать что-нибудь. - Эй, ты куда пропала? - в ответ я слышу только непонятные всхлипывания, нечто нечленораздельное, а потом дикий хохот, и, посмотрев на номер (куда я вообще дозвонилась?!) я убеждаюсь, что это таки моя Мими, и что явно что-то случилось.
Если често, я не помню, как я добралась к ней. Я только судорожно сжимала в руках телефон, пытаясь снова дозвониться до подруги, но та уже трубки не брала. Да что за черт? Она опять устраивает свой цирк? Да когда же она наконец вырастет! Поднимаюсь по ступенькам, чуть было не перецепившись через последнюю выругиваюсь и наконец захожу в, к моему удивлению, открытые двери квартиры Мирте. Тишина. Разбросанные вещи, осколки, запах алкоголя. Твою мать! Тишина меня больше всего пугала. И мысли, которые я не могла прогнать. Свет горел только в ванной, поэтому захожу первым делом туда. Ноги подкашиваются, а дыхание перебивает и такое чувство, что только что я получила удар чем-то тяжелым по голове. Она совсем рехнулась??! Руки трясутся, а мысли не могут собраться в одну кучу. Все как в тумане. Перерываю все ящички в ванной в поисках хоть чего-нибудь, чем можно было бы перевязать руки это дуры. Понятия не имею, где ее аптечка и есть ли она вообще, да и времени же нет, блять! Взяв первые попавшиеся чистые полотенца, прижимаю их поверх этих чертовых порезов и перевязываю еще одними. Понимаю, что надо вызывать скорую, только...А нужны ли сейчас ей эти проблемы? Пф, а может действительно надо? Может хоть что-нибудь ее научит?

Не замечаю хода времени. Еле перетащив ее на диван я просто сижу рядом с подругой, цвет лица которой уже начинал быть похожим на цвет кожи живого человека. Жаль ли мне ее? Не знаю, честно. Столько раз я пыталась ей помочь, а она поступает как ребенок! - Ты совсем что ли ебанулась?! - на ее же языке начинаю говорить я, как только она открыла глаза. Встаю с дивана и скрещиваю руки на груди. - Ты понимаешь, что дурка плачет за тобой, только я вот не собираюсь с этим возиться, понятно? - выпустив только часть того, что во мне накопилось за все это время, я хожу туда-сюда рядом с этой чокнутой в надежде услышать от нее хоть слово. Ей повезло, что она крови много не потеряла, иначе, к чертовой матери,  не было бы у меня уже подруги.

+1

4

Над красной-красной водой летают зеленые бабочки. Или мушки. Ну такие, на моль еще похожи. На пыльную зеленую моль. От их мельтешения болит голова. Аж до рези в глазах... Значит, глаза  надо прикрыть. Да, надо прикрыть глаза, чтобы не расплескать красное море. Оно мерно качается у меня под веками, изредка озаряемое грозовыми вспышками. Интересно, это нейроны в мозгу умирают от гипоксии? Или просто глюки  под абсентом? Мое море давит приливом на глазные яблоки, и я болезненно морщусь, чувствуя жжение в запястьях, как будто в них впивается тонкая бечева. Меня связали этой бечевой еще в детстве, пропустив сквозь сердце, и окошко так и не зажило. Она тянет-тянет-тянет... Зачем мне перерезали жилы на крыльях? Они - безвольные тряпки за спиной. Они тянут меня вниз. Я падаю-падаю-падаю!.. Помогите!
Мое густо-красное море волнуется, вздыбливается волнами, выбрасывая на берег гальку разрозненных воспоминаний. Зачем вы распилили меня пополам еще в утробе матери? Где? Где сейчас половина меня? У нее тоже бечевка в сердце? Ее море тоже алое, как плевок туберкулезника?
В моем горле поселились слизни. Они ползают по пищеводу туда-обратно, туда-обратно, туда-обратно... Тошнит. Может слизни тоже любят абсент? Может стоило не пить? Хотя нет, мое море так и не стало зеленым. Только мухи. Или бабочки, я прямо не знаю - что хуже. Они садятся на мои плечи и запускают тонкие хоботки под ключицы. Они пьют мою кровь. Они вбрасывают в нее яд, и он течет-течет-течет...
Откуда этот шум? Голоса? Голос? Уйди. Оставь мое море. Оно только мое.

Я прихожу в себя в единственной комнате, она же гостиная, она же спальня, кабинет, склад... Надо мной стоит кто-то и орет. Громко. Слишком громко. Блять. Можно потише?!
- Готти, заткнись, а? - Слова даются сложно. Они вырываются из горла пыльными комками, кусками стекловаты. Руки саднит. Тошнит. В виске поселилась крыса. Она запускает свои алмазные зубы прямо в кость. Она грызет. Ей вкусно. А мне нет.
Содрогнувшись всем телом, я сгибаюсь пополам и, сотрясаясь рвотным позывом, шумно прощаюсь с содержимым желудка. А вот не надо было бухать на голодный желудок. Когда я там последний раз ела? Вчера?.. Меня рвет прямо на ковер. На эту дебильную облезлую тряпку, которую уже давно пора бы выкинуть. Вот и повод. По квартире растекается кисловатый приторный душок. Интересно, блевотина такая же зеленая, как и тот напиток, который ее породил? Бля, абсент жалко. Выпила, а он весь наружу. Только продукт напрасно перевела...
- Прекрати, а? Тряпку лучше дай. - Я предпринимаю попытку подняться, но тут же плюхаюсь обратно. Меня колотит крупная дрожь. Зубы стучат так сильно и быстро, что, кажется, вот-вот сломаются и раскрошатся в мелкую дисперсную пыль. - Хотя нет, сначала водички.
Говорю и сама не узнаю свой голос. Какие-то странные лающие звуки. Горло дерет наждачкой. Запястья пульсируют в такт сердцу. Чем она меня там перевязала? Полотенцами. Они уже набухли от крови...
- Бинт на кухне. А ты вообще нахуя сюда приперлась? Я, знаешь, имела на этот вечер немножко другие планы. - Тихо хихикаю, даже не замечая, как хихикания переходят в рыдания, а из опухших глаз снова катятся слезы.

+1

5

Ха! Как, оказывается, легко можно перечеркнуть все планы, которые только и давали мне повод дожить до этого ебаного дня. А сейчас мне только хотелось собственноручно окунуть голову блондинки в унитаз, - честно, достала. Сколько раз она в жопу пьяная приползала ко мне, ну, или бывало даже, что ее приносили? Или сколько раз она топила в слезах мою кухню задыхаясь от сигаретного дыма? Или...Продолжать можно было до бесконечности, боюсь только, что скоро этот список закончится. Я не хотела смотреть на Мирте - во мне боролись злость на нее и моя, вечно создающая проблемы, заботливость. Мы ведь столько времени знаем друг друга, а я так просто возьму и уйду? Да, я могу, при этом буду чувствовать себя полнейшим дерьмом, но уйду.
Слабый хриплый голос девушки заставляет обратить на нее внимание. Она что-то сказала, но я, ни черта не поняв, сморщившись смотрю на нее. Такая хрупкая. И спустя секунду это хрупкое создание сгибается пополам и выблевывает все содержимое ее желудка. - Твою мать! - не успев отскочить назад, несколько капель ее, блять, блевотины попали мне на уже испорченное платье. Рукою прикрыв рот я сдерживаю рвотные позывы. Стараюсь не дышать и первым делом сквозь весь этот хлам пытаюсь пробраться к окну. Фууух. Свежий прохладный воздух наполняет легкие, - мой желудок немного успокоился. Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь к Мими, которая уже была больше похожа на живую версию самой себя. - Лучше тряпку дай, - она еще приказывать здесь собралась?! Одной ногой в гробу?! Я ничего ей не отвечаю, а просто как можно быстрее удаляюсь на кухню. Тяжело находиться в той комнате, тяжело смотреть на мою Мими с окровавленными руками, при этом всем, пытаясь не дышать. Так, соберись, а то сама как тряпка! И где, она говорила, у нее бинты? Переворачиваю все содержимое шкафчиков на кухне, - все равно бардак здесь был, он и останется. Найдя бинты и захватив какую-то миску с тряпкой, иду в комнату к девушке. - Слушай, другие планы у тебя были? - с плохо скрываемым раздражением перевожу взгляд на нее, садясь рядом и слишком резко дергаю ее руку, нехотя причиняя боль. Какого черта я вообще здесь делаю? Выругиваюсь, поднимая голову вверх и, закрыв глаза, пытаюсь никак не реагировать на резкий запах рвоты. Нет, так дело не пойдет. Решаю сначала убрать эту красотень, а потом займусь перевязкой. - Не ной, идиотка. Ты, как бы, думать умеешь вообще? Что произошло? Подходящие туфли не смогла найти? - напоминаю себе ворчливую старую бабу, но мне что, радоваться, что ли? Сглатываю. Блять, только мне не хватало вырвать все. Но мой организм имел совсем другое мнение, - мне повезло, у меня был хотя бы тазик. Держась обеими руками за живот я начинаю смеяться. Заливаться истерическим хохотом. За что мне это все? Все тело содрогается, а я пытаюсь подняться на ноги. Может, нам двоим надо к врачу? - Ничего не говори, - вылетаю из комнаты как можно быстрее и спустя несколько секунд возвращаюсь с уже чистым тазиком. Пытаясь не повторить своего представления я убрала пол, только вот ковру я уже никак не помогу. Пока мои руки были заняты делом, я вспомнила все ругательства, какие только знала. - На, глянь, и это того стоило? - показываю ей грязную тряпку. - Так что произошло? - вздыхаю обреченно я и присаживаюсь рядом с ней. Зубами разорвав упаковку, вытаскиваю бинт и снимаю с нее разбухшие от крови полотенца. И когда она наконец-то поймет, что проблемы надо решать не таким путем?

+1

6

Я слушаю ее лениво, как бы нехотя. Слишком это ей не свойственно: ругаться, злиться вот так напускно. Нет, то, что она хочет меня убить сама, и у нее есть для этого все основания - неоспоримый факт. Но бля, то, как она пытается подстроиться под такое быдло, как я... Я даже тихо усмехаюсь, наблюдая, как она зеленеет и зажимает рот рукой. Неженка...
Когда-то я была почти такой. Более доброй, более понимающей, но при этом щепетильной, брезгливой и впечатлительной. И тоже думала, что у других проблем, кроме как "нечего надеть, некуда повесить" - просто нет. Это потом, пожив отдельно от родителей, я поняла.
Многое я поняла.
Поэтому на замечание о планах я только насмешливо приподнимаю окровавленные руки, как бы давая понять, что она прервала меня на самом интересном месте. Я уже, можно сказать, свет в конце тоннеля видела, а она тут со своим ебаным состраданием, грубо завуалированным под мат.
Так же отстраненно наблюдаю за тем, как Готти судорожно рвет в притараненный тазик, только скептично вскидывая бровь на ультимативное "ничего не говори!" Мол, я и не планировала, так, посижу-полюбуюсь. Меня эта картинка, в отличие от нее, так не вымораживает - я прекрасно помню, как Бобби приходил в театр обдолбанный в плюшку, и его рвало прямо на сцене во время спектакля. Да, в конце концов, уборщицей в многоквартирных домах подрабатывала, а там и не такое вытирать приходилось. Отмыть можно все. Кроме совести, наверное. Но последнюю я сегодня утопила в ржавой ванне.
- На, глянь, и это того стоило?
- Безусловно! - Я сухо смеюсь, утирая слезы и хлюпая носом. Хочется курить, да так, что в глазах темнеет. И жрать еще хочется, желудок сводит от голода. Даже кисловатый запах от ковра не отбивает нездоровый аппетит. - Ты бы знала, как комично смотришься. Аж умирать расхотелось...
А вот это неправда. Не расхотелось. Все так же хочется сдохнуть, только сначала похавать и выкурить сигарету-другую. Жизнь - дерьмовая штука. Вон, запястья теперь пульсируют гаденькой болью, и, задницей чую, заживать будут очень долго. И это не самая крупная проблема, которая теперь нависает над моей головой. От осознания, сколько дерьма теперь придется разгребать, хочется схватиться за голову, а потом проломить ей окно и выброситься с десятого этажа.
- Вот же ж блять...
Когда Мартина наконец успокаивается настолько, что с ней можно говорить по-человечески, и принимается за мои многострадальные руки, я откидываю голову на спинку дивана и призадумываюсь, как ей все объяснить. Да, она понимающая и вообще хорошая. Но в том-то и проблема - она слишком хорошая для такой сучки, как я.
- Я в жопе, Готти. Я по уши в вонючем дерьме, - для меня это вполне исчерпывающее пояснение. Но не для нее - она ведь сути всего случившегося со мной пиздеца не знает. Придется пояснять, - Я на мели. Скоро меня выставят из этого клоповника за долги... А роль... я просрала ее, Марти. Проебала бесповоротно. Они отыграли все назад и взяли на мое место одну увядающую звездульку. Все. Алес.
Хочется курить и плакать. Или пойти потрахаться с кем-нибудь. А потом уже плакать и курить.

+1

7

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » и лягу тихо, смежу ресницы