vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Бетон оказался слишком хрупким, чтобы остановить наше падение.


Бетон оказался слишком хрупким, чтобы остановить наше падение.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://funkyimg.com/i/24d8x.gif

http://funkyimg.com/i/24d7W.gif

октябрь, 2015
Сакраменто, вечер

Наверное, это ужасно, когда единственная, кто может рассказать тебе о твоих скелетах в шкафу, Джин "чертова лгунья" Леншерр.

Ширли & Джина
Земля такая круглая, дальше вращается.
И ты вроде не дура, люди не меняются.







________________

Отредактировано Jean Lensherr (2015-11-09 00:31:14)

+1

2

Яркое солнце греет пока ещё не успевшую покрыться бронзовым загаром кожу и бьёт по глазам; Шарлотта небрежным взмахом руки опускает очки с тёмными стеклами на переносицу и лениво перехватывает сигарету двумя пальцами, выпуская в раскалённых воздух струйку белого дыма, наплевав на табличку "Курение запрещено" — автозаправка как никак. Спутанные волосы, растёкшаяся под глазами тушь и ободравшийся чёрный лак на коротких ногтях — вот что представляет собой она этим летом, одёргивая подол короткого платья и вальяжно закидывая ногу на ногу. До Шерон Стоун и её "Основного инстинкта", конечно, далеко хотя бы по той причине, что бельё на ней всё-таки пока есть, да и соблазнительную грациозность ван Аллен изобразить даже не пытается, расслабленно запрокидывая голову назад и чувствуя усталость во всём теле, прокатывающуюся вниз от шейных позвонков и заполняющую собой каждую клеточку. Жаркие дни сменяются душными ночами, а вот ощущение вседозволенности остаётся неизменным: лишённая любых обязанностей, не ограниченная никакими запретами и не отказывающая себе абсолютно ни в чём, француженка пускается во все тяжкие. Нет, мет она, разумеется, не варит, то вот старый, побитый жизнью, молью и, возможно, другими автомобилями фургончик, колёса которого стираются о дорогу до хер-его-знает-куда-да-впрочем-и-пофиг, в этой истории не просто имеется, но и считается едва ли не главным её героем. По крайней мере, именно в нём она распахивает глаза по утру и падает далеко за полночь без сил.
Своих попутчиков Шарлотта знает плохо. Проще сказать, не знает совсем. Она знакома лишь с очаровательно дерзкой Джин, которой палец в рот не клади — откусит по локоть, и именно этим та ей и нравится, завоёвывая не только расположение ван Аллен, но и статус её best friend forever до конца этого путешествия в никуда. Остальных же она, находящая в перманентном состоянии не то похмелья, не то кайфа, различает с трудом, цепляясь расфокусированным взглядом за отличительные черты в виде татуировок или выгоревших на солнце волос, а по именам не помнит и вовсе. Да и какая, к чёрту, разница? Важно то, что они не распускают руки, боясь заработать выбитую челюсть, зато не задают лишних вопросов, ответов на которые у неё бы и не нашлось. Шарлотта и сама не знает, что вдруг стало последней каплей в чаше её исключительной стойкости, отчего она пустилась в бега по городам, щедро отравляя организм дешёвым алкоголем.
— Хэй, Джин, — выкрикивает она, соскальзывая со скамьи, и подходит к девушке, закидывая одну руку ей на плечо, а второй протягивая свою сигарету, выкуренную ровно наполовину. — Может, оставим наших друзей сегодня вечером и развлечёмся без них? — Шарлотта оборачивается через плечо, смотря на одного из их попутчиков, пускающего слюни на упругий зад Джин как в конкретный момент, так и в общем и целом. — Давай, будет здорово! — и в этом она уверена. Пожалуй, это единственное, в чём Ширли уверена в последнее время, падая всё ниже и ниже и совершенно не осознавая этого.

О том лете она помнит так мало, что не решается утверждать, что из случившегося было правдой, а что остаётся лишь искусной игрой богатой фантазии и больного разума. Небрежно откорректированная полётом вниз головой с крыши память не спешит восстанавливаться полностью, кормя её то сомнительной правдой, то слишком реалистичным обманом сознания, поселяя в хрупкое тельце очередную долю сомнений. Бороться с этим долгое время было просто: она всего лишь отвлекалась, с головой уходя в работу или домашние хлопоты, и не оставляла себе времени и сил на кропотливое восстановление полной картины событий, но теперь... Теперь, когда жизнь её в очередной раз сделала кульбит, перевернув всё с ног на голову, ей захотелось вспомнить. Шарлотта чувствовала, что не может двигаться вперёд, не зная, что было с ней в прошлом, и потому старательно, по крупицам и крошкам собирала разрозненные фрагменты, надеясь собрать их в единый паззл без слепых пятен. Пароль от старой и давно забытой странички в Твиттере обнаружился в дебрях электронной почти и вывел её на череду незнакомых страниц на Фейсбуке; десятки, сотни, тысячи просмотренных фотографий людей, которых она предположительно знала, не говорили ей совершенно ни о чём, покуда на одном из снимков она не обнаружила себя. Покрасневшие щёки и пьяный блеск в глазах — да уж, неудивительно, что этого она не помнит совсем, ибо даже без стороннего вмешательства в работу её мозга вполне могла бы потерять эти воспоминания в тумане алкогольного опьянения. Аллен щёлкает мышкой по именам людей, отмеченных на фотографии, прокручивая вниз их новостные ленты, но так и не решаясь написать. Наверное, странно получать сообщение с вопросом "привет, а мы знакомы?"; отправлять подобное странно вдвойне, поэтому она всё время одёргивает себя, уповая на то, что иной способ выяснить правду ещё найдётся.
Как она выходит на Джин Леншерр, Шарлотта даже и не скажет: среди множества вкладок случайно обнаруживается её страница, а там и альбом с фотографиями, на которых слишком много её самой. Аллен задумчиво покусывает губы и не знает, что делать: у них действительно полно совместных снимков, что говорит лишь об одном — знакомы они были очень даже хорошо. И тут же всплывает резонный вопрос: что же случилось после, раз за все эти годы Джин так и не нанесла визит, не оставила ни одного сообщения, записанного на автоответчик неизменного годами номера? Сомнениями и раздумьями француженка истязает себя ещё пару дней,а  после тянется к телефонному справочнику.

И вот она стоит у подъездной дорожки роскошного дома, пряча руки в карманы джинсов, и не знает, стоит ли продолжать гоняться за призраками. Быть может, как сказала ей тогда случайно Лола, в её сознании сработали защитные механизмы и предохранительные системы, отчего она теперь не может вспомнить того, чего лучше и не знать было вовсе? Быть может, правильнее отпустить то, чего попросту нет, перестать искать правду, забывая, какой пугающей и горькой та может оказаться, и начать жить дальше? О, если бы она могла, то обязательно так бы и сделала. Но врождённое упрямство, развитое до предела, не позволяет ей сдаться так просто, когда она уже почти достигла поставленной цели.
Шарлотта поднимается по ступенькам, стуча каблуками, и, протянув руку к кнопке дверного звонка, колеблется, замерев на мгновение. Сомнения накатывают второй волной, и побороть она их не успевает: дверь распахивается, а на пороге появляется та самая Джин Леншерр, чуть было не влетающая в неё на полной скорости своего хода.
— Оу. Эм... Привет. Джин, верно?Боже, как же глупо это, должно быть, звучит. — Знаю, странный вопрос, но... мы ведь знакомы, да? Я наткнулась на наши совместные фотографии в сети и подумала, что ты можешь помочь мне кое с чем разобраться, — и она не просит помощи, а заявляет о необходимости таковой. Потому что Леншерр и впрямь её последняя надежда восстановить ещё один фрагмент, который уж точно будет настоящим, а не сотканным из снов и ошибочных догадок.
Ты ведь не станешь ей лгать, правда, Джина?

+1

3

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Бетон оказался слишком хрупким, чтобы остановить наше падение.