Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » шутки в сторону


шутки в сторону

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Amelia O'Dwyer & Shean Brennan
убойный отдел, 1 апреля 2015 года, утро

--------------------------
Казалось бы, обычный рабочий день...
Казалось бы, давно уж взрослые люди...

Отредактировано Shean Brennan (2015-12-12 12:56:04)

0

2

Знаете что такое первое апреля? Это чертов ад! Даже взрослые люди превращаются в маленьких и непослушных людей, которые стебутся друг над другом и суют свои ручонки в вазочку с конфетами, поставленную в самом центе чертова полицейского участка. Полицейского участка, который в рамках программы «развесели копа» был украшен танцующимися человечками и смеющимися рожицами. В качестве сюрприза на ничего не подозревающих людей на входе сыпались конфетти вперемешку с цветными стикерами в виде смайликов. На Лею этот сюрприз тоже свалился. Как потом она выяснила, к дверной ручке привязали тонкую нитку, и когда дверь открывалась, эта нитка натягивалась и переворачивала пакет. Кому-то повезло меньше, чем Лее. На кого-то на радостях вылили бутыль воды. Но это, слава богу, была разовая акция.
- Кто это все затеял? – поинтересовалась девушка, пристраиваясь на краешек собственного стола, заваленного бумагами и срочными «сообщениями» в виде стикеров. Сесть на  стул она не решилась, мало ли чего!
- Стажеры, они решили, что здесь слишком скучно, - Стивен скривил физиономию, а потом рассмеялся, - нет, здорово придумали. Молодцы, ребята, чего уж там.
- Действительно, давно пора было оживить наше кладбище зануд и жмотяр на улыбки, - они перебрасывались какими-то незначащими фразами, ожидая, когда на пороге появятся остальные работники их отдела. Но никто не спешил испробовать на себе развлечение, придуманное стажерами. Впрочем, Лея со Стивеном тоже примерили на себя только самое начало. Дальше, они не сомневались, будет гораздо веселей. Шутки про белую спину уже давно неактуальны, так могут развлекаться только школьники. Хотя когда Амелия была школьницей, они подкладывали друг другу мышек в сумки, рисовали на стикерах дурацкие послания и клеили на спину. А ещё некоторые особенно отличившиеся изрисовывали чужие шкафчики непристойными словами, которые не должны знать девочки тринадцати лет, но тогда ими вряд ли руководило желание развеселиться. То была месть, поданная в холодном виде!
Потихоньку народ начался подтягиваться. Кто-то чертыхался, кто-то смеялся в голос, но, в общем-то, все радовались. Нарисовать на лицах строгих полицейских у стажеров получилось. Даже самые суровые и те на миг представили себя школьниками средней городской школы, где первоапрельский праздник был, наверное, даже больше любим, чем Самайн или День Независимости. Первого апреля все стояли на ушах и не представляли, что можно быть жуткими занудами.
Для полного состава в кабинете не хватало только капитана. Именно по этому поводу никто не работал. Допивали вторую кружку чая и доедали вторую пачку печенья. О печенье стажеры тоже позаботились. Поговаривали, что в каждом отделе в одной из печенюшек спрятано послание. Но пока никто не обламал свои чудесные зубки об это послание. Может быть, повезет Шону? Если он всё-таки придёт сегодня на работу. Лея думала, что придет. Капитан всегда приходил и вовремя. У него ещё было минут пять, чтобы не опоздать. Или четыре. Все ждали его эффектного появления. Интересно, как он будет смотреть с конфетти? Но просто ждать было скучно. Поэтому четверо взрослых людей затеяли возню. У них даже откуда-то нашлись игрушечные пистолетики. С водой внутри. Вода была волшебная, правда. С блестками. Чтобы наверняка испачкать форму к чертовой матери. Во всяком случае, светлые рубашки превратились в нечто блестяще-мокрое уже через пару минут борьбы. Все так увлеклись, что забыли про капитана. Было слишком весело, чтобы думать про начальника. А посему он тоже попал под перекрестный огонь, - поберегись!- во всю глотку вопил Тим, подминая под себя Стивена и стреляя по дверям, - ой, - только и успела мяукнуть Лея откуда-то с пола, когда увидела, что коллега попал как раз-таки по Шону, - капитан, вы сегодня такой…как ёлка новогодняя, вам эта звезда на мозг не давит? – ну, а как она ещё должна была назвать эту херню, которая выстроилась у него на голове? – Добро пожаловать в детский сад, конфеткой можно подавиться вон в том ууг… - договорить девушка не успела, её снова обстреляли. Нужно было срочно что-то делать, а не шуточки шутить!

+1

3

Первое апреля. Как же Шон его...любил! Огромной такой, просто необъятной любовью. Не только потому, что каждое утро первого апреля в течение последних восьми лет просыпался изрисованный перманентным фломастером, и не потому, что на дух не выносил глупых розыгрышей знакомых, которые додумывались не только бросать банановые кожуры на порог его дома, но и звонить посреди ночи и голосить во всю, что началась война и призывают к оружию всех мужчин, способных хотя бы дышать, и не из-за того, что в тот же день десятью годами ранее лечащий врач Сары сказал, что лечение девочке помогать перестало и времени на ожидание донорского сердца у них осталось катастрофически мало, да и сходивший ежегодно с ума по случая праздника не был главной причиной. Просто это, мать его, первое апреля! День дураков. И в этот самый день люди, забыв о том за прошедший год, как бы напоминают самим себе и друг дружке, кем они являются на самом деле в течение остальных трехсот шестидесяти четырех дней. В этот день самые предусмотрительные люди сразу натирают себе спины мелом и приклеивают на одежду стикеры со всякими едкими фразами и ругательствами, дабы потом не оборачиваться после каждой глупой шутки. В этот чертов день ты чувствуешь себя как на войне меж армией придурковатых шутников и твоим иссякающим терпением. Капитан не просто любил первое апреля. Он его ох как...обожал!
Двери лифта плавно закрылись. Еще когда мужчина только вышел из машины, он отчетливо слышал, как гуляет весь его отдел. До начала рабочего дня оставалось около десяти минут. Заметив одного из своих детективов, Бреннан специально замедлил шаг, чтобы тот мог проскользнуть мимо него в участок и оказаться в отделе раньше своего начальника. Теперь же, находясь в лифте и поднимаясь на четвертый этаж, он был абсолютно уверен, что беды не миновать. Подозрения появились еще тогда, когда он стоял в ванной комнате и спиртом пытался стереть с лица те каракули, которые изобразила на его лица дочка пока он "спал". На самом деле только притворялся, но нельзя же было испортить ребенку праздник и лишить его столь изысканного удовольствия, как разрисовать отца не смывающимся маркером. Встав на полчаса раньше, Шон целенаправленно пошел с бутылкой спирта, приготовленной с вечера, в ванную, где, стоя перед зеркалом, он битый час пытался очистить хотя бы лицо от шедевров безобразницы Сары. Руки, плечи, грудь и все остальные части тела он как нибудь потом ототрет, а на работу просто наденет белую рубашку с длинным рукавом. Лицо - святое, потом с утра пораньше с ним пришлось изрядно повозиться. И даже не смотря на то, что все художества он благополучно стер, ему было чего опасаться, так как коллеги, не задействованные в всеобщем веселье, могли почувствовать характер запах. Запах спирта, которым мужчина душевно натирал себя все утро. Хлеще любого одеколона. Да и ему наверняка шла картонная шляпа, из верхушки которой торчала типа звезда, хотя внешне это нечто походило скорее на раздавленную лепешку расплавленного пластика. Еще и блестками посыпанный. Только в мыльную оперу и идти. Спектакль "крестный фей и уголовный кодекс".
Стоило дверям лифта отвориться, как Бэн оказался в самом настоящем детском саду в ясельной группе, ну или на празднике в интернате для умственно отсталых, тут уж как им самим, дуракам таким, понравится. Сделал мужчина шаг и одновременно с тем совершил самую большую ошибку пусть не в жизни, но за день - точно. Как минимум, он зря пришел на работу. Оказавшись застреленным из игрушечного пистолета какой-то дрянью все с теми же ненавистными блестками, капитан сделал на лице выражение полного отречения от действительности и сохранял спокойствие даже тогда, когда на него сверху посыпалось дурацкое конфетти, которое благополучно прилепилось к мокрой рубашке. От куда то с пола послышался голос Амелии и ее замечание так же оставило Шона равнодушным. Сняв с головы колпак, который на него в честь праздника милые девушки напялили в приемной, он вырвал из него звезду, самим колпаком короновал сержанта-детектива, а звездой окрестил: - И да пребудет с тобой сила, о несносное воплощение темных сил, - и отдал эту чертовщину ее прямо в руки, - на, играйся, может наколдуешь чего-нибудь, -  Шутки шутками, а работа работой. Наиграно улыбнулся и все так же спокойно прошел к своему столу, на котором все так же пребывала необъятная куча не разобранных бумаг. Народ утихать не собирался. Портить им веселье? Они же дети малые да неразумные, еще обидятся. Положив портфель с документами на стул и задвинув тот под стол, дабы ничего с ним случаем не стряслось, натуральная кожа все таки, капитан добрался горы конфет, взял горсть, после чего обходных путем, чтобы ненароком не быть задетым и повторно убитым собственными коллегами, вернулся к Амелии и протянул ей какой-то шоколадный батончик, - Ну и какого ляда тут происходит? Кто хоть додумался? - он улыбался, глядя на сходящих с ума ребят. Детство у них из задницы так и перло. Ладно, пусть развлекаются. Праздник, все таки... И пусть этот праздник, мать его, первое апреля!

Отредактировано Shean Brennan (2015-12-12 20:12:49)

+1

4

Пришел капитан. И испортил им всю каторгу всё веселье. По-видимому, он не собирался сходить с ума со всем своим отделом. Строил из себя взрослого? Ну, да, вроде и всем остальным давно не по десять лет. Хотел показать, какой он суровый? То есть, суровость остальных недостаточно показательна? Лея фыркнула и принялась отбиваться от коллеги, который мечтал не только её обстрелять из детского пистолетика, но и вытряхнуть остатки мозгов из блондинистой головы. Пусть вытряхивает. Дуракам всегда жилось проще, чем умным, это О’Двайер ещё лет пятнадцать назад поняла в одну из прекрасным ночей, проведенной на крыше какого-то сарая Чарльзтауна.
- А не заметно, да, что тут происходит? – пока беседовала с капитаном, успевала обстреливать все остальных. Разговоры – разговорами, а борьбу прекращать никто не собирался, - у нас идёт борьба за независимость. Проигравший дежурит сегодня в ночь, - посему проиграть не хотелось. Пахать дополнительное дежурство только за то, что ты не смог вовремя кинуть в соседа по столу воздушным шариком или выстрелить блестящей водой? Ни за что. Тем более ночи Лея предпочитала проводить в кровати, а не на жестком диване в участке. Вот так вот, - кто додумался… да хрен его знает, - развела руками в стороны, только потом вспоминая, что в одной из рук была конфетка. Надо её зажевать. Срочно. Что Лея незамедлительно и сделала, скрутив затем из фантика милый шарик. Шарик сразу же нашел своего хозяина. Попал кому-то в голову, ой, - извините, я больше не могу с вами беседовать, дело запахло моим дежурством, - только подставу девушка ему устроила. Она спряталась за капитана. И струя воды, предназначавшаяся ей, попала в Шона, - ничего личного капитан, здесь каждый за себя, - увернулась от следующего прямого попадания и пошла в нападение. Нет, такие игры были полезны. Они не только улучшали психологическую обстановку в кабинете, но и тренировали людей держать в поле зрения сразу нескольких противников. Лея обожала такую возню, она напоминала ей то, что все они родом из детства. Что все они – всего лишь маленькие дети, которые с годами забыли, что такое веселье. Сегодня стажеры позволили им вспомнить, что это такое.
Когда первые пятна от блестящей воды начали подсыхать, стало понятно, что она была ещё и сладкая. «Пиздец, абсолютно точно придется переодеваться. Но во что?». Сменной формы с собой не было ни у кого, ну да и шут с ним, правда? Ещё со временем стало понятно, что возня затихать не собирается, что соседние отделы тоже развеселились не на шутку и что скоро в полёт отправятся ни в чем не повинные конфеты. Собственно, это скоро настало довольно быстро. Конфеты отправились в полет. Как-то народ не подумал, что потом этот мусор придется поднимать с пола. Им было весело, а это самое главное, - капитан, подержите, - кто-то сунул Шону пистолетик, вовлекая и его в игру. Успокаиваться никто не собирался. Знаете, что общее между детьми и полицейскими? Любовь к оружию, в том числе и игрушечному.
Возню чуть было не нарушил телефонный звонок. Поскольку ближе всех к трезвонящему аппарату была Лея, то трубку она и взяла, - ага, да, да, - многозначительно кивала головой ирланкда в такт говорящему.
- Кто звонит? – все временно затихли, пытаясь услышать разговор.
- Это мэр города, - главное - не начать смеяться. Лица у всех вытянулись основательно, - да начальник это, че вы, - и уже в трубку, - да-да, сейчас всё будет, - нет, звонил не начальник. Да, звонили с соседнего отдела. Но нужно же было устроить подставу. Срочно, - капитан, вас вызывает к себе начальник. Не знаю зачем, то ли по делу по какому-то, то ли просто так, но сходите, - сюрпрайз, блин. Пусть сходит, а они пока дальше поразвлекаются, - да соседи просили вещи нащи забрать. Они доделали то, что мы просили, - объяснила суть разговора кратенько коллегам. Пружинки куда нужно соседи вставили. В основном в коробки с папками. Оттуда теперь клоуны и кукушки выскакивать будут. Ну, а почему бы и не да? – ещё к аналитикам зайти надо. Но туда мы капитана отправим, да ведь? Если он после этой подставы вообще согласится…

+1

5

Дурдом продолжался и заканчиваться в ближайшее время явно не собирался. Шон не был удивлен или же шокирован происходящим - каждый год отдел вставал на уши и доказывал всему участку, что дураков больше них нигде не сыскать. Пытался ли капитан как то остановить это безумие и в один прекрасный год запретить коллегам отмечать праздник столь шумным образом? Конечно же нет, ибо сам когда-то, будучи сначала стажером, затем обычным патрульным, был главным заводилой в отделе и ни единое торжество, отмечаемое в полицейском участке, не обходилось без его вмешательства. И как он мог поставить конец традиции, которую сам на протяжении многих лет поддерживал? Да, с каких то пор Бэн не участвовал, лишь наблюдал, как народ сходит с ума, на день-другой возвращаясь в детство - возраст был уже не тот, да и звание призывало к строгости, тишине и порядку. Сидя на краешке стола, мужчина наблюдал за сумасшествием, что творилось вокруг, одновременно с тем слушая сержанта О,Драйвер, которая с самого первого момента его появления начала не выводить его из себя. Он привык к ней так же, как привыкал ко всем остальным. Хотя вскоре их разговор оборвался "борьбой за независимость", пусть капитан не до конца понимал, за какую такую независимость они решили бороться, если все равно все разом будут ночью "отсыпаться" на дежурстве. Сейчас, конечно, Бреннан не видел смысла о том упоминать, дабы не портить настроение ребятам, в кои то веки веселящимся от души. Сначала пусть побегают, порезвятся, проветрят мозги, а потом можно будет всех так же весело гнать работать. Тем более что сегодня на шее никто не сидел и можно было развлекаться по полной программе. И по этой самой программе его как по расписанию окатили очередной струей волшебной воды, от которой его рубашка на сей раз промокла насквозь и через нее, если внимательно приглядеться, можно было увидеть художества Сары, его проказницы дочери, которые она оставила на нем этой ночью. Через несколько минут магическим образом в руках Шона оказался один из тех игрушечных пистолетов, из которых стажеры и не только обстреливали друг друга водой с блестками. Детский сад, штаны на лямках. Мужчина не поддался на провокацию и не ввязался в бой, пусть соблазн был как никогда высок, но что поделать.
Неожиданно зазвонил рабочий телефон. Трубку сняла Амелия. Лучше бы, конечно, она этого не делала - не пыталась обвести капитана вокруг пальца. Мстя страшна не будет, ибо в политику Бреннана она не входила в принципе, но мозги он точно на место вправит. Народ затих, а сержант все деловито разговаривала по телефону, пока не положила трубку и не обратилась к Шону со своей очередной шуткой. Хотя, ее винить не стоит. Это ее только второй "первый апреля", проведенный в отделе, так что она еще была не в курсе, как и все остальные из присутствующих, что в этот день начальник никогда не приходил на работу так рано. Лишь создавал видимость, что был на месте, у себя в кабинете, но на самом деле являлся к  обеду - самое ранее. Он прекрасно знал, что творилось в этот день в участке, и приходил как раз тогда, когда народ вдоволь наигрался, нашумелся, но еще не успел избавиться от улик. И всем устраивалось одно большое ночное дежурство с кучей ложных вызовов и ни одной свободной минутки, чтобы можно было откинуться на спинку стула и вздремнуть. Все развлекались, но каждый это делал по своему. Однако игнорировать "вызов начальства" капитан не стал, положил пистолет рядом с собой на стол и целенаправленно направился к кабинету главы, который находился через длинный коридор и пару поворотов. За вторым он остановился и вслушался в разговор, эхом доносящийся до него через стены. В кармане брюк зазвонил телефон. Ответив на вызов, мужчина бросил в трубку безразличное "ало" и через несколько секунд молча отключился, возвращая сотовый в карман. На лице его застыла гримаса предельной серьезности. Через мгновение от нее не осталось и следа. Спустившись по лестнице в приемную, Бэн проверил запись посещений на вчерашний день и поднялся в обратном порядке. Вернувшись в царивший в отделе хаос все с той же непринужденной улыбкой на лице, капитан сел на все тот же угол стола, за которым пряталась Амелия, и продолжил наблюдать за происходящим. Умяв две мармеладные конфеты, Шон быстро и ловко стек за стол к сержанту, подхватывая оставленный им пистолет и на ходу делая один единственный, но вполне так меткий (прямо в физиономию Тима) выстрел.
- Хорошая попытка, сержант, - мужчина улыбнулся. Он не собирался отчитывать за шутку, да и мстить как бы тоже. Это же всего лишь первое апреля. Праздник, который готовил им большой сюрприз...

+1

6

Отдел методично сходил с ума. Все создавали впечатление малолетних детей, дорвавшихся до игрушек. Вот, например, Лея. Не было у неё в детстве игрушечного пистолетика. Она по-простецки обливала друзей из бутылки с дырочкой. Или кидала в друзей мешок, наполненный водой, не особо заботясь о том, какого этого – встретить головой эту маленькую бомбочку. Самой не раз прилетало по тыкве. Наверное, именно из-за этого она теперь частенько дает сбои, да? А впрочем, не суть важно. Лея защищалась, как могла. Нескольким коллегам, исключительно по доброте душевной, засунула за вороты мокрых рубашек фантики от конфет и сейчас они так забавно пытались их оттуда вытащить. Пока Лея вытирала слезы смеха с лица. На один день, всего на один день они попали в детство. Это не полицейский участок, это средняя школа Сакраменто, которая собрала в себя целую кучу детей разных социальных лестниц и возрастов.
Битва переходила на новый уровень. Просто вода в пистолетах заканчивалась. Да и без того мокрую одежду уже нельзя было намочить сильнее. Но Лее всё равно повезло. Она встретила головой шарик с соседнего отдела. В шарике была мука. Вы понимаете всю боль девушки, волосы  которой оказались выпачканными в муке? И блестках. Там ещё были блестки. Первая красавица на деревне. Пока ещё можно было что-то спасти, Лея пыталась хотя бы от части муки избавиться. Ну что-то ей удавалось. Вышло бы ещё лучше, если бы в это время не приходилось отбиваться от своих собственных коллег, которые не встречали головами шарики, готовые лопнуть от одного дуновения.
А ещё было похоже на то, что в отделе взорвали бомбу. Убираться здесь придется долго и тщательно. Окнам и стенам, как людям и полу, тоже досталось. Интересно, кто согласится навести здесь генеральную уборку? Это будет явно не Лея. У неё у самой дома бомба упала, лишь только потому что ей, похоже, тоже нужна жена. Одна она ничего не успевает. Если хорошо порыскать, то в её квартире можно найти фантики от конфет, купленных на Самайн. А если поискать ещё лучше, то можно найти осколки от кружки, которую они с Джонни разбили якобы на счастье, но по жизни от криворукости. Так что явно не Амелию тут придется припахивать на уборку. И вообще, не она эту грязь разводила. Вы посмотрите на её честную физиономию!
- капитан, вас что, совсем нельзя обмануть? – своей болтовней, Лея выдавала свою убежище с головой. Хотя она выдала его ещё тогда, когда полезла за конфетой в вазочке. Ну, да, и шут с ним. Ей было всё равно. Это всего лишь нелепая детская игра. Время, когда они могут спокойно разнести половину здания и не думать о том, что кого-то убили в закоулке, подросток устроил себе передоз кокаином, а бабушку божьего одуванчика обворовали.
- Что это у вас? – Лея указала на разрисованную грудь, что светилась из-под рубашки, - Сара постаралась? А ещё говорите, что не празднуете первое апреля, - заулыбалась. Ну, а что? Даже если ребёнок рисовал, всё равно празднует! – Ребяяяяяят, капитан Бреннан у нас доска для рисования! – отводила стрелки от себя и переводила их на Шона. Её коварный замысел был понятен, - кому-нибудь это о чем-то говорит? Или вам тонко намекнуть? – надо как-то добраться до маркеров. И до самого Шона, попробуй, стяни с него рубашку! Он же будет сопротивляться, как девица на выданье! Лея поползла по стене к одному из сержантов. На ушко изложила краткий план. А потом очень дружелюбно улыбнулась Шону. Даже, пожалуй, слишком дружелюбно. Ему не жить. Он понял это по её улыбке?

+1

7

Войдя в раж и став неотъемлемой частью праздника, капитан старательно пытался забыть о недавнем звонке его личного информатора, который выходил на связь только в самых крайних случаях, при этом стараясь не использовать сотовые телефоны, сигнал с которых можно было элементарно отследить. Проверяя список посещений в приемной, Шон заметил оставленный им один из псевдонимов, кои менялись с той же регулярность, что и обстоятельства на передовой. В зависимости от того, что намечалось или что уже произошло в зоне видимости информатора, тот использовал одно из своих имен, прямо указывающее на характер возникшей проблемы. И то имя, что было оставлено вчерашним числом, указывало лишь на то, что совсем скоро им всем придется взять ноги в руки и приступить к тому, что они умели делать лучше всего - ловить убийц и насильников; то есть не предвещало оно абсолютно ничего хорошего.
- Пока еще никому не удавалось, - задорно ответил мужчина, с улыбкой вспоминая предыдущие первоапрельские дни, когда над ним издевались все, кому было не лень. Особенно в детском доме. Не скроешь, то были, наверное, самые ужасные дни в его жизни. И всему виной доверчивость, с которой он раньше так опрометчиво относился к людям. Ему не нужны были объяснения, неопровержимые факты, доказательства, тогда как сейчас без них и шага лишнего не делал. Он был ребенком и просто верил. В дружбу, светлость будущего, Санту-Клауса, зубную фею или того же пасхального кролика. Детские мечты и наивность, вот что из раза в раз сбивало его с ног, роняя чистенькой физиономией прямиком в грязь.
После того, как капитан пристроился за спиной сержанта, до него долетали разве что легкие брызги от тех залпов, что попадали либо в Амелию, либо в молоко. В один прекрасный момент девушка обернулась и ткнула пальцем ему в грудь, спрашивая про дочкины художества, просвечивающиеся через насквозь промокшую рубашку. А дальше...дальше Бреннан понял, что ему будет не выстоять против целого отдела, разом решившего попользоваться им в качестве полотна для рисования, если, конечно, он не предпримет вынужденных мер по ликвидации у всех присутствующих не только желания поиграть в войнушку, но и хорошего настроения, как минимум до конца рабочего дня. И как он собирался предотвращать собственную казнь? Ему всего лишь нужно было лишить коллег интереса. Положив водяной пистолет на пол, Бэн поднялся на ноги и в ту же секунду поймал огромную струю блестящей воды, пущенной ему прямо в лицо. Равнодушно выплюнув то, что попало в рот, и совершенно не реагируя на ликующие возгласы стажеров, мужчина расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, за ней вторую, третью и все оставшиеся. Перейдя к манжетам, он расстегнул и их. После чего стянул с себя рубаху и предстал перед ребятами во всей красе: где то на боку красовалась перекошенная рожица зайца, на груди жирными буквами было написано "на самом деле он добрый", а чуть ниже нарисован целый пейзаж, на котором можно было при особой внимательности и зоркости разглядеть полицейского, бегающего по полю с одним единственным деревом и любующегося лысым солнышком. Хотелось развести беспомощно руки и беспомощно пояснить, мол "так вот и живем".
- Хотите поиграть? Как насчет блиц-опроса? - Спросил он как бы невзначай, скомкав в руках рубашку, все равно ей теперь и стираться, и гладиться. Шон улыбался, представляя как уже через минуту от игривости на лицах его коллег не останется ни следа. - Победителю разрешу оставить на себе подпись. Итак. Кто мне назовет имя и прозвище серийного убийцы, жертвами которого являлись бородатые брюнеты в возрасте от двадцати семи до сорока лет, а фирменным почерком - сбритые бороды и отрезанные гениталии? - Ответа капитан не ждал, ибо видел его на потускневших физиономиях ребят, большинство из которых прекрасно знали, о какой сумасшедшей шла речь. Милана Фокс, также известная как Бритва. - Хорошо. Кто скажет, куда она была заключена после завершения суда? - Правильно, в изолятор психушки. - А теперь угадайте с одного раза, кого мы сегодня получим в качестве первоапрельской шутки?
- Кастрированного бородача, неудачно зашедшего в парикмахерскую. - Кто как не стажеры могли шутить на подобные темы. Они не знали, сколько жертв имела Бритва на счету. Они не имели ни малейшего понятия, сколько времени полиции пришлось потратить на то, чтобы поймать эту маньячку. Они не знали, что в числе жертв числились и убойники, которыми они собирались стать в будущем. На их шутку Шон лишь наигранно улыбнулся, а уже через секунду прожигал их стальным взглядом. - За работу, - Народ незамедлительно приступил к выполнению приказа, разбредаясь каждый по своим делам. Стоило праздничной обстановке разрядиться, а коллегам потерять, так сказать, вдохновение к процессу и усиленно погрузиться в работу, капитан решил отыграться. - Поверили, засранцы? С первым апреля! - Послышались облегченные вздохи, по отделу разошлись радостные разговоры, заглушающие телефонный трезвон. Никому не было никакого дела. Бэн же обернулся, глядя на телефонный аппарат, и печальным взором осмотрел вновь развеселившихся ребят. Он знал, что Амелия обязательно услышит и возьмет трубку, а когда положит ее, всем придется понять одну простую истину: капитан не шутил. К ним идет кастрированный бородач, неудачно зашедший в парикмахерскую.

+1

8

Если им не удалось обмануть капитана, то шевелиться они его заставили. В принципе, этого было достаточно для полного счастья. Иногда нужна такая разрядка. Чтобы почувствовать командный дух, что ли. Они всё-таки работают вместе, должны знать друг друга, как облупленных, чтобы не возникало проблем на совместных заданиях. Многие, конечно, проводили по нескольку часов к ряду в спортзале, укладывая друг друга на маты, но опять же это были далеко не все. Сама Лея знала стиль всего лишь двух своих коллег. Остальные то ли стеснялись драться с ней, то ли просто не любили, когда их заставляли прилечь. Отыгрываться приходилось сейчас. Отыгрываться за всё то, что не дополучили в спортзале. И, заметьте, все охотно это делали. Если бы Амелия не уворачивалась, то уже давно бы напоминала тающего снеговика. С волос вот уже давно текло ручьем, заливая лицо и форму. Форму было не жалко, а вот лицо. Вода мешала смотреть и вовремя замечать чужие проделки. Но О’Двайер вовремя переключила команду на Шона. Она сама разом стала им неинтересна. Да и что с неё уже взять? Воды она уже теперь больше не боится, блесток и муки тоже. А вот Шон. Ему досталось слишком мало. Как-то всё это неправильно. Справедливость там, равенство. Один только капитан, похоже, был не согласен.
- так же нечестно! – первой подала голос Амелия. Какой к черту блиц-опрос? Они что, в школе сейчас, на уроке правоведения? Но ладно, всеобщий печальный вздох и последующее за ним оживление, сказали о том, что блиц-опрос народ всё-таки хочет. Все привыкли к работающим мозгам. А тут такая возможность их размять без вреда для чьего-то здоровья. В смысле, без вреда для здоровья пострадавшего.
Капитан начал свою речь. Все внимательно слушали, чтобы не прошляпить. Но задание оказалось слишком легким. И все слишком быстро догадались, к чему всё это дело ведет. Заскучали и затосковали. Игра окончена, пора приниматься за дела, которые, к сожалению, не ждут, - я же говорила, что это будет нечестная игра, - с грустью протянула Лея и потащилась к шкафу, в котором каждый уважающий себя капитан хранил сменную одежду. Запасной формы не было, но была штатская одежда, вполне себе подходящая для работы. За несколько минут народ успел не только весёлое настроение на скучное променять, но и мокрую одежду на чистую и сухую. С мокрой головой Лея чувствовала себя не комфортно. Как будто прямиком из-под душа. Она ежилась и параллельно убирала грязь со стола. Остальные занимались тем же самым. Шут с ним, с полом, но вот место, куда ляжет папка, должно быть чистеньким и просто сияющим. Полировка, оттирание блесток, фантики летят в корзину для мусора. Тишина и тихие шепотки. Все смирились и уже словно забыли о первоапрельском празднике.
- Поверили, засранцы? С первым апреля! – быстро среагировав, Лея кинула в капитана комочком бумаги, который до этого собиралась кинуть в корзину, - и победителем этого года становится капитан, - все снова разгрузились. Заулыбались, забросили свои дела. Кто-то успел ткнуть чайник, стоящий на тумбе около крохотного дивана. Продолжать игру было уже бесполезно, всё равно первый запал уже прошел, но можно было с чистой совестью попить чай и испортить две-три чистых рубашки коллег, приклеив к ним цветные стикеры. Стажеры с ещё большим воодушевлением принялись стебаться друг над другом. Сержанты просто трепались, перекрикивая друг друга и шум, рвущийся из соседних отделов. И телефон, который, кстати, тоже требовал их внимания.
- Ща, погодь, я трубку возьму. Вдруг нам что-то полезное хотят сообщить, - Лея приткнула Стивена и потащилась к аппарату, что во время своих дежурств всегда на дух не переносила. Ведь крайне редко звонили, чтобы сообщить что-нибудь хорошее. В основном звонили, чтобы передать вызов, предупредить о посетителе или вызвать к начальнику для получения по шапке. Для чего звонили в этот раз? Интрига. Звонили настойчиво, значит, не такая уж там и интрига. Либо кого-то убили, либо вот-вот убьют. Даже не знаю, что лучше. «Господи, может номером ошиблись? Ну, пожалуйста» - с тоской в глазах посмотрела на телефон, который и не думал замолкать. Пришлось поднять трубку и послушать человека на другом конце провода. Нет, номером не ошиблись. Нет, никогда не убили и вот-вот не убьют. Но вот, ей богу, лучше бы это был труп!
- Всё, ребят, праздник окончен. К нам идёт пострадавший, - трубка водворена на место, чайник выключен, вазочка с конфетами убрана в шкаф с едой, а папки вновь водворены на столы детективов.
- Бородач-неудачник, да? – бородач-неудачник – это значит, что им всем будет не вздохнуть, не выдохнуть в ближайший месяц уж точно. Это значит, что некоторым придется попрощаться с семьей и детьми, отпуском на море и премией за удачно закрытый квартал. Это значит, что не все первые апреля будут проходить под флагом безумия и веселья. А жаль. Иногда в жизни не хватает именно этой нотки безумия. Но сейчас эту нотку безумия вносит лишь Милана Фокс, маньячка, вновь сбежавшая из психиатрической лечебницы. Вот так вот.
- И всё равно с нас позже подпись на вас, - Лея улыбнулась, - очень не хватает на этой чудесной картинке, - образно показала рисунок на теле капитана, - красного маркера, - который, к слову, где-то завалялся в уголке задвижного ящика стола. Работа – она, конечно, работой, но и «дела» недоделанными оставлять нельзя.

+1

9

Едва успев не только  увернуться от клочка бумаги, но и поймать его, капитан посмотрел через плечо на Амелию также безобидно, как обычно смотрят отцы на провинившихся по пустяку детей. Вроде и трепку есть за что устроить, а вроде и любишь их, засранцев этих. Тем более праздник на дворе, чего уж зря воду мутить. Ребятам и без того не повезло с кармой: шутки шутками, а работа дремать отказывалась, подкидывая им свежие трупы. Сжав в ладони бумажный клочок, мужчина, не целясь, метнул его в мусорное ведро, что стояло всего в нескольких метрах от сержанта-детектива. Повернулся он за мгновение до того, как снаряд попал в цель или же пролетел мимо. Сущая мелочь, которая не имела абсолютно никакого значения. Сейчас мужчину больше интересовало, когда сбежавшая из психиатрического изолятора серийная убийца сделает первый шаг. Она просто обязана была его сделать. Без него они могли разве что в слепую идти по отсутствующему следу и искать зацепки там, где их никогда и не было. Начальник наверняка прикажет обследовать место, где преступница пребывала на протяжении последних нескольких лет и известный им путь ее побега, что они, конечно, следуя отданному приказу, безоговорочно сделают, но при том не найдут ничего стоящего и весомого, что могло бы хоть как то помочь в расследовании. Как бы это прискорбно не звучало, им нужна была жертва.
- И победителем этого года становится капитан, - так и хотелось развернуться, поднять руку вверх и призвать коллег к единству словами «победила дружба», но Шон сдержался, целенаправленно двигаясь к одному из рабочих столов, на котором он совсем недавно видел интересующие его документы. Проверив содержимое стопки на одном, он тут же переходил к другому, сначала наводя на столах настоящих хаос, а после в мгновение возвращая все на прежние места. Наконец, вернувшись к тому самому месту, где стояла Амелия, мужчина зацепился взглядом за искомую папку. За то время, что Бреннан был погружен в поиски, отдел в очередной раз погрузился в работу. Как мужчина и предполагал, Лея ответила на звонок и сообщила всем неприятную новость о том, что шутка капитана несла в себе отнюдь не долю правды, а все целое разом. Просматривая бумаги, кои он только-только взял со стола, Бэн вынуждено отвлекся, поднимая взгляд на хитро улыбающуюся О'Драйвер, которой, кажется, не хватило новости о побеге Бритвы для того, чтобы несколько умерить свой пыл. Шон натянуто улыбнулся в ответ, закрывая в руках папку и кладя ее обратно на стол – увы, немножко не то, что он пытался столько времени найти. Впрочем, с чего вдруг ему так срочно понадобились эти чертовы документы? Вспомнилось вдруг невзначай, что уж давно он обещался их найти, но все как то тянул кота за хвост, каждый раз откладывая сие дело на потом, когда подойдет более подходящее время для бесконечных и относительно бессмысленных поисков обычной кипы документов, кои и документами то нельзя было назвать. – Как-нибудь в другой раз, сержант О'Драйвер, - мягко произнес Бреннан, по-прежнему добро улыбаясь девушке. Ему было совершенно наплевать на то, что там хотелось сделать коллегам с его разукрашенным торсом. Ему было наплевать, что сегодняшний день ознаменован не просто праздником, а, мать его, первым апреля – днем шуток и розыгрышей. Иначе говоря, днем, который капитан на дух не переносил. Шону было, мягко говоря, наплевать на все, что происходило в участке, но при этом никаким боком не касалось работы, - Может в следующей жизни, - уже более равнодушно бросил мужчина, стирая со своего лица улыбку – сейчас она касалась ему донельзя глупой и неуместной, - Заканчивайте с маскарадом. И за работу, - с этими словами Бэн развернулся и направился в сторону своего кабинета, где его не ожидало ничего, кроме работы, дел, бумаг, ответственности и тому подобной скуки. Пусть к ним шел, точнее говоря едва волок ноги, пострадавший, пусть в поднятом из архива деле могла появиться зацепка и даже не одна, это ни коем образом не отменяло того факта, что на их плечах, помимо всего прочего, весели еще два глухаря и квартал нераскрытых дел, на кои им пришлось забыть на некоторое время, ибо прокурор как нельзя точно расставил приоритеты. И что им, простым смертным, приходилось с этим делать? Собственно говоря, ничего они и не могли, кроме как смолчать и подчиниться. Именно поэтому никто и не вспомнил о девушке, выпавшей из окна девятого этажа. Никто и мускулом не повел, чтобы поднять свой прилипший к стулу зад и спуститься в лабораторию за результатами по делу подростка-наркомана, попавшего под машину и пару дней назад скончавшегося в больнице от ножевого ранения в область сердца. Сейчас все были заняты одним единственным делом, которое не терпело даже самых малейших отлагательств. Одно промедление могло стоить жизни какому-нибудь неверному муженьку. Поделом ему, конечно, но такой участи он явно не заслужил. Никто из них не заслуживал. Скрывшись за дверью своего кабинета, капитан сел за стол, несколько секунд посидел неподвижно, наблюдая за пустотой, после чего плавным, но уверенным движением открыл ноутбук, затем на автоматизме разложил перед собой копии документов по активному делу и развернутый на чистой странице блокнот, взял левой рукой рабочий телефон, одновременно с тем вбивая в поисковую систему фигурировавшие в прошлом Бритвы имена. На этаже кипела работа: кто-то висел на телефоне, кто-то, по чистой случайности наткнувшись на полезную информацию, рвал когти ее проверять, кто-то сверял сводки или копался в архивных записях. Без дела не сидел никто, а от праздника остались одни лишь воспоминания.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » шутки в сторону