Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » страшные люди.


страшные люди.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Участники: Neil & Winnie.
Место: улицы — хуй знает чей дом.
Время: ранняя весна 2014, день дурака.
Время суток: глубокая ночь.
О флештайме: она полезла к чужим; он полез за странной девкой; ей привычно; ему интересно; она предложила чаю; он не был против; вишенкой на торте послужили печенюхи.

http://funkyimg.com/i/25rWM.png

Ненормально быть нормальным. Все зашибись какие нормальные, покуда ближе не познакомишься.
[q]

http://funkyimg.com/i/25rWL.png

Отредактировано Neil Greyhound (2015-12-14 12:20:44)

+1

2

Ночью на улице спокойнее. Ночью на улице приятнее. Ночью нет всех этих раздражающих людей, снующих бессмысленно из стороны в сторону, не смотрящих себе под ноги, не смотрящих вперёд вовсе, сталкиваемые лбами теми, кто управляет выше, лениво, немного ехидно, дёргая за ниточки и указывая неверное направление.
Один под колёсами, один давно в морге.
Винни видела, как он смотрел в телефон, но не смотрел на дорогу. Не обратил внимания на то, как человечек на светофоре стал красным. И, конечно же, он не понял, что машины продолжили свой путь, управляемые раздражёнными водителями.
Винни слышала хруст. А ещё лязг шин.
Заинтересованно выглядывая из-за чьего-то плеча, явно выделяясь на фоне остальных, так как на лице отражались не паника и ужас, а дикий, ничем не прикрытый, восторг.
Так тебе и надо, подумала Винни, смотря как лобовое стекло машины окрасилось кровью.
Так тебе и надо, подумала она, засовывая карамельку за щеку и улыбаясь приятному клубничному вкусу.
Единственное происшествие, из-за которого день стал хоть капельку лучше.

Отправиться за белым кроликом, чья белоснежная шерсть хорошо выделяется средь темноты и мусорных баков – единственное верное и необходимое решение, принятое в два часа ночи, когда можно не задумываться: а реален ли кролик вообще?
Утягивает за собой, то ускоряясь, то останавливаясь вовсе для того, чтобы провести бархатным носом по траве на газоне.
И Винни, Винни, которая резко останавливается, боясь его спугнуть. Задерживающая дыхание, вжимающаяся в стену и выглядывающая из-за угла. А потом вскакивающая на низкий заборчик, чтобы попробовать его пробежать и не упасть.

Только ночью, когда она на неё никто не будет смотреть и говорить о том, что это не правильно.
Взрослые девушки так себя не ведут, говорят они.

Тебе же двадцать семь, Винни, почему у тебя нет нормальной работы? Почему у тебя нет семьи? Почему у тебя нет мужа, к которому ты бы бежала готовить по вечерам?
Убирать, стирать. Рожать детей. Все так делают, Винни.
Чем ты отличаешься от остальных?
И почему ты продолжаешь преследовать кролика?
Его же не существует, Винни.
Это плод твоего воображения.

Но кролик так манит. Так ведёт за собой, и она не может удержать себя от волнительного интереса. А вдруг они прыгнут в кроличью нору? А вдруг они попадут совершенно в другой мир, где правит алчная королева червей?
Интересно, там есть Чеширский кот?
А гусеница?
Хоть кто-то?

Пожалуйста.

Винни так надоело тут находиться. Винни так надоело жить без цели и смысла. Когда не к чему стремиться и нет возможности реализовать себя хоть в чём-то. Все эти потрёпанные альбомы, пыльная гитара в углу. Кому оно всё нужно? Верно – никому.

Винни вглядывается в улицу спустя двадцать минут плутаний. Понятия не имеет, где сейчас находится. Похоже на спальный район, типичный такой, где по бокам улицы стоят бездушные дома – все как один – с почтовыми ящиками перед дорожками из камня и заграждённыма задними дворами.
Кролик бежит по направлению к одному из них, лужайка перед которым, не освещается уличным фонарём. Перегорел. Кролик пробегает по тротуару, около которого не припарковано ни одной машины, а потом бежит к тёмным окнам, запрыгивает на скамейку и исчезает, как только касается носом окна.

Майерс останавливается на разделительной полосе дороги и обнимает себя за плечи. Что ей делать теперь? Озирается по сторонам, но нигде нет даже намёка на название улицы. Как же ей вызвать машину?
Она достаёт из кармана старенький мобильник и нажимает на кнопку, но экран не загорается – телефон разрядился уже давно, надо ставить его на зарядку чаще, чем раз в неделю и не играть так часто в змейку.
Молодец, Винни.

В животе начинает предательски урчать. Кажется, она ела последний раз утром, ведь тот леденец не считается.
Что же ей делать дальше?
Продолжать следовать за кроликом.
Кивнув самой себе, Майерс решительно идёт по направлению к тёмному дому. Поднимается на веранду и подходит к двери. Шансы того, что дверь не закрыта на замок, равняются нулю, но она всё равно делает неудачную попытку покрутить ручку.
Подходит к окну, в котором растворился кролик и пытается поднять оконную раму. Безрезультатно.
Ну и ладно.
Пожав плечами, Винни снимает со спины небольшой рюкзак и усаживается на скамейку, пытаясь найти в нём всё необходимое, случайно натыкаясь на одну из несъеденных конфет и отправляя её прямиком в рот. Раздаётся звон металла и Майерс, с непринуждённым лицом, достаёт набор отмычек и натяжитель. Для цилиндрического замка большего и не нужно.
Винни выпадает из внешнего мира на пару минут – ровно столько времени ей нужно, чтобы вставить на ощупь натяжитель и, полагаясь на слух, неспешно взломать небольшую конструкцию.
Выпрямившись и оглянувшись по сторонам, неожиданно почувствовав, что за ней кто-то наблюдает, Винни всё за ходит в дом, прикрывая за собой дверь.

Кроли-и-ик, — тихо зовёт она ушастого, медленно двигаясь в темноте. Руки натыкаются на какие-то предметы интерьера и изменяют направление шагов. Майерс прислушивается к дому, но ничего не слышит. Кроме собственного дыхания и спокойного сердцебиения.
Походив в темноте, Ви заходит в просторную гостиную и тут же натыкается на напольную лампу. Включает свет и склоняется под диван.
Кролик, где ты? — чуть обиженно спрашивает она пустоту и надувает губы, когда ни под диваном, ни под креслом, ни под журнальным столиком кролика не оказывается, — ну и чёрт с тобой, — бросает в заключение и отправляется на поиски кухни, ведь всё интересное лежит именно там.

Без зазрения совести, Майерс включает на кухне свет и залезает в холодильник. Вытаскивает с блюдца кусок колбасы и, съев его, наполняет чайник водой из под крана. Чувствует себя будто дома, напевает себе под нос непринуждённо, будто всё должно быть именно так.
Разобравшись с газовой плитой и зажевав ещё один кусок колбасы, Винни начинает лазать по всем полкам в поисках чего-нибудь сладкого.

+1

3

i   never   wanted   you   to   come
http://funkyimg.com/i/27L7w.gif
here anyway

Тот год был для меня роковым. Точнее, он таковым будет - через несколько скучных, забитых ватой и пропахших спиртом месяцев. В 2014-ом году я решил выкрасть девушку - для забавы и жертвоприношения собственному божеству, вшитому толстыми нитями, очень неаккуратно, в подсознание, именуемому эго. Однако в том году Судьба свела меня ещё с одной героиней страшной сказки, персонажем которой являлся я сам. Наши пути более не пересекались, не имею ни малейшего представления, пересекутся ли они в будущем. Мне бы этого не хотелось. Она странная. Чокнутая. Слишком похожая на меня. За её взглядом невозможно прочесть или предугадать последующее действие - ненавижу, когда так. Наверное, после встречи с ней у меня и зародилась идея похищения, насилия, тотального доминирования над личностью. Однако, обо всём по порядку.

02:13 am
Хозяин не упускал случая отчитать меня за отросшие волосы и неухоженную щетину, которые вкупе делали мой образ больше похожим на стереотипное представление пропащего для общества человека. Удивительно, как я вообще осмелился настолько близко подойти к своей сущности и явить её миру, и почему недовольное бурчание и периодически проскакивающие желания хозяина отвесить мне подзатыльник не побудили радикально что-то менять, возвращаясь к бритой голове и гладкой коже. Гладкой, совсем как у милашки из Медфорде, штата Орегон. При одной мысли о её теле, сначала облачённом в беззаботное летнее платье, а затем обнажённом, с многочисленными ушибами, царапинами, изнасилованном и обезвоженном, чувствовалось напряжение в паху - приходилось держать себя в руках. Кровь на них всё ещё мерещилась мне в темноте, если забывался и смотрел в бездну слишком долго и самозабвенно - горячая, тягучая, бьющая по рецепторам. Миф, что на вкус она сладкая или какая-то особенная, даже у девственниц. Всё одинаково. У нигерши, азиатки или белокожей. Так мне говорили. Так я вычитал, не имея представления о сравнении, лишь судя по одному опыту. По одному убийству в лесу. Это было банально, что хотелось смеяться, если бы не так нервозно, что потеют руки и копится слюна во рту. Хотела сократить путь к дому, в итоге сократила себе жизнь. Совсем как в сказке, не находите? Только попалась она не в лапы волка, животного, бездумного и бездумно падкого на живой объект, пульсирующий теплом. Попалась в руки охотнику, который должен был спасти, вывести по тропинке к безопасному месту, получить пылкий поцелуй в щёку и приглашение на ужин. Как благодарность. Но я нетерпеливый. Я забрал причитающееся сразу. И был особый кайф наблюдать за её выражением лица - от безгранично доверчивому и счастливому к загнанному в угол, полному страху. От её белья разило мочой - испугалась, хотела вызвать отвращение, понимая, что докричаться до мамы и моей совести не получится, когда грязная ладонь накрывает мокрые от слёз губы, смазанные гигиенической помадой.
То убийство списали на дело рук гуляющего по северо-западной части штата маньяка. Повезло, что стиль убийства оказался похож - молодая девушка, ещё вчера девочка, изнасилование, ушибы, удушье. Видимо, в состоянии аффекта я не стал добавлять к своему пиру фирменных штрихов, не додумался выделиться. И это меня спасло.
Сейчас же, вспоминая ту ночь, я иду по мрачным и безлюдным улицам родного города. Вдали от суда и следствия, свободный и со сдавшими нервами, только что раскуривший сигарету и решивший не светиться с новой в незнакомом районе. Сакраменто ещё спит, в календаре ужасной, жёлтой мордой красуется День Дурака, шорох в кустах не пугает - дворовые кошки, раздирающие на части содержимое опрокинутых мусорных урн. Я иду бесшумно - по привычке. Никогда не знаешь, в какой момент эта тишина может стать мне союзником. Кожаная куртка расстёгнута - сравнительно тепло, мог бы и вовсе избавиться от верхней одежды, но лень тащить на плече. Не то, чтобы мучает, но существует в моём теле, от головы до пят, бессонница. Вот уже пятую или шестую ночь подряд провожу ночное время суток вне своей конуры, нагоняя аппетит. Не поднимаю голову к звёздам - во-первых, их всегда хреново видно в городе, во-вторых, предпочитаю озираться по сторонам и смотреть под ноги.

Наверное, моё сосредоточенное на мелочах и натянутое, подобно струне, настроение позволило уловить слабое движение возле одного из одиноких домов, скопированных и вставленных в ровный ряд. Фигура сидела на корточках, рылась в вещах - то ли что-то искала, то ли уже приступила к делу. Между нами от силы метров девять, однако этого будет достаточно, чтобы понаблюдать и умело остаться незамеченным. Благо рядом припаркована тёмного цвета тачка, Шевроле годов ещё, наверное, Великой Депрессии. Медленно перебравшись к её скрытой от глаз со стороны дома стороне, левой, упираюсь руками о колени, наклоняю корпус, внимательно следя за фигурой. Очевидно, что взлом. Как интересно. Ещё интереснее, что это девушка - стоит той один раз повернуться, чтобы можно было чётко различить распущенные волосы и женственные черты лица. Благо зрение позволяло. Недобро улыбаюсь, неспешно посмотрев по обеим сторонам улицы и дороги - никого. Даже кошки разбежались, почуяв нездоровый привкус в воздухе. Воришка взламывает почти бесшумно дверь и проскальзывает в дом.

Каков шанс, что дверь непредусмотрительно оставлена открытой?
Решаю выждать. Торопливость никогда не была мне на руку - ни мастерской, ни при убийстве.

Не проходит и минуты, как в одной из комнат появляется свет. Не удерживаюсь от краткой ухмылки - глупая девка-то. Зачем такое опрометчивое действие, что может привлечь внимание пусть и вряд ли существующего ввиду позднего часа, но всё-таки возможного в перспективе случайного прохожего. Люди всегда невольно заминают то, что не вписывается в их привычный алгоритм жизни, заданный заранее макрос. Ваза, поставленная в другое место, обязательно привлечёт внимание, если её переставить на другую тумбу, пусть и о самом наличии сего предмета декора могут не подозревать.

Одна, действует необдуманно - любитель? Или малолетка.

Губы Нила Грейхаунда расплываются в нездоровой улыбке.

02:16 am
Дверь за мной плавно закрывается - полагаю, неслышно, ибо где-то в другой части дома слышен грохот и звон то ли тарелок, то ли чего-то другого. Мне нет сейчас причины вдаваться в детали. Закрываю на замок, три поворота против часовой стрелки. Не удивительно, что так просто удалось его взломать - живя в пустячковом районе, у тебя просто нет причин возводить неприступную крепость вокруг не представляющего ценности дома.

Подходя к кухне, в которой и был включён свет, прикладываю ладонь к заднему карману джинс - складной ножик на месте. Когда моя фигура появляется в дверном проёме, вскипает чайник. С характерным щелчком, заканчивающим противный свист. Посуда, как и ожидалось, тут тоже среднего класса, с уклоном в экономию.

Как это понимать? - Желание поиграть в "хозяин дома возвращается домой и застаёт воришку" приходит совершенно спонтанно и до той степени естественно, что даже не чувствую себя на взводе или с предпосылками к заиканию, как часто бывает в обществе красивых девушек. То ли мысли об убийстве, посетившие ещё на улице, придали уверенности в себе, то ли эта девка не выглядит опасной. Либо всё вместе. Как бы то ни было, я показательно расслаблен - упираюсь плечом о косяк, скрестив ноги в лодыжках. И изучающе смотрю на "гостью", которая мало того, что собралась испить чай/кофе в чужом доме, так ещё и с совершенно невозмутимым выражением лица поедает куски колбасы и уже разжилась набором сладостей, вытащенным из запасов хозяев [если верить открытым шкафам с местами слезшей краской].

Ин-те-рес-но.

Отредактировано Neil Greyhound (2016-02-09 12:20:51)

+1

4

Винни напевает себе под нос, кружа по кухне. Тихо, почти шёпотом, открывая шкафчик за шкафчиком. Находит ненужные кастрюли, банки с приправами, а в соседнем – крупы. Это всё не то, что ей нужно, но она не поддаётся отчаянью. Даже больше – это превращается в увлекательный квест. Она лезет в самую глубь, осторожно отодвигая посуду. Находит мясные консервы, находит персики и ананасы.
Винни находит жестяную банку с деньгами и ничуть не удивляется этому факту – что в кино, что в жизни, люди поступают слишком необдуманно.

Свёрнутые купюры отправляются прямиком в раскрытую сумку.
Нужно быть умнее, думает Винни.
Нужно быть осмотрительнее, думает она.
Но в то же время, она рада, что люди до сих пор слишком глупы и на их деньги она может жить.
Купит себе еды. Купит себе сладостей. Купит комиксы. И ещё комиксы. Быть может, новые струны для старенькой гитары. Или новую гитару.

Пальцы Винни застывают в воздухе, а потом она проводит ими по воображаемому грифу.

В одном из шкафов находится то, что ей было нужно всё это время.
На столе появляются печенье и конфеты в ярких обёртках. Зефир в шоколаде и яблочная карамель.
Винни осторожно всё расставляет на столе и возвращается к мойке. Снимает с крючка одну из чашек и моет её под прохладной водой.
Она совершенно ничего не слышит, погружённая в свои мысли. Она слышит лишь звук почти вскипевшего чайника и шум воды.

Нора сперва шла ровно, как тоннель, а потом сразу обрывалась так круто и неожиданно, что Алиса ахнуть не успела, как полетела-полетела вниз, в какой-то очень, очень глубокий колодец.

Винни не слышит, как открывается дверь и как в дом входит человек. Осторожно, но уверенно. Винни не слышит ничего.
И, возможно, это главная её ошибка.
Она понимает, что что-то не так только в тот момент, когда слышит незнакомый голос.

Свисток чайника извещает о том, что вода закипела. Чашка чуть не выпадает из рук. По спине пробегает мороз. Майерс на мгновенье замирает, а потом улыбается. Она улыбается самой себе зная, что никто этого не увидит.  Она не спешит посмотреть на гостя. Терпеливо домывает чашку. Выключает воду. Подходит к плите. Поворачивает рукоять газовой конфорки, снижая уровень огня до нуля.

И только потом, только потом поворачивается, облокачиваясь о столешницу. Руки за спиной. Ладонями по карману, ткань которого так приятно оттягивает балисонг.

Как интересно, — нараспев протягивает Винни, даже не думая отвечать на поставленный вопрос. Она смотрит на незнакомца. Высокий, немного лопоухий, усмехающийся. Винни смотрит на него с такой же внимательностью, как и он на неё. Короткие волосы, высеченное лицо, мягкая горбинка на носу. И опасность. Чувство опасности, которое от него исходит. Винни слишком долго общается с подобными типами. Она работает на них, она спит с ними, она не боится их.
И его она не боится.

Просто он появился слишком неожиданно.

Почему-то она не считает, что он здесь живёт. Он не может здесь жить. У него не могут быть спрятаны деньги в жестяной банке и не может быть тарелок с тонкой каймой из цветов. И уж точно он не похож на человека, который встречается с кем-то подобным.
Он выглядит спокойным для человека, в дом которого забрались. А ещё он не видит угрозы со стороны Винни.
Глупый мальчик.

То ли колодец был действительно уж очень глубокий, то ли летела Алиса уж очень не спеша, но только вскоре выяснилось, что теперь у неё времени вволю и для того, чтобы осмотреться кругом, и для того, чтобы подумать, что её ждёт впереди.

В голове Винни тысячу вариантов. Они пролетают с молниеносной скоростью, превращаясь в единую кашу. Бежать, смеяться, прикинуться глупой. Кричать, ругаться, бросить в него горячий чайник. Плакать, схватиться за голову, сойти с ума. Убить его, убить его, убить его.
Винни позволяет улыбке появится на губах. Пожалуй, грустной, при которой ещё тяжело качают головой.
Какой же ей выбрать из вариантов? Выбор слишком большой.
И что за этим последует?

И дальше - вниз, вниз и вниз!

Шрамы на коже будто начинают зудеть. Вся грязь пытается протолкнуться наружу через белые кружевные нити. За спиной у незнакомца пробегает кролик. Тот самый, по воле которого она попала сюда. Вот чего ты хотел белый комок шерсти.
Какая-то неправильная сказка.

«Ты хочешь быть Шляпником?» — чуть не спрашивает Винни, но в последний момент понимает, что не получит положительного ответа.
Люди любят только нормальных.
Перед ней кто-то ненормальный, кто хочет казаться нормальным, а она – Алиса с пакетиками таблеток и кокаина в сумке. Нормальные люди находят свои способы попасть в сказку.
Алиса явно подсыпала всем на чаепитии ЛСД.

Кто ты? — спрашивает наконец Винни шёпотом. Она дышит глубоко, чуть нервно. Так, что в свою панику вот-вот поверит в любой момент. Пальцами вжимается в края столешницы.
Прижимается к ней всем телом, будто ищет спасения.
Пара секунд и она дрожит. Как осиновый лист. Демонстрирует ложный страх.
Поймал. Победил.
Внутри Винни всё ликует.

Я всего лишь хотела погладить кролика.

Голос Винни дрожит вместе с ней. Винни играет жертву под стать безумию Шляпника.
Она хватается за кружку, будто в ней содержится спасение. Пустая мокрая чашка. Голубая. Бесполезная.

Только не трогай меня, — словно вызов бросает ему.

Винни никогда толком не было страшно, но она часто видела, как страшно становится другим. Как они начинают метаться, словно крысы в террариуме у голодной змеи. Как начинают торговаться, вымениваться на свободу. Как пытаются убежать и спастись, даже зная, что им не удастся спастись. Они пытаются.

И сейчас Винни тоже попытается. Не потому что ей страшно, а потому что она никогда не играла испуг. Потому что она хотя бы притворно хочет почувствовать то, что испытывают другие.
Она начинает медленно двигаться вбок, всё ещё держа мокрую чашку в руке. Люди цепляются за глупые вещи, надеясь, что они им помогут.

— Ой, все чудесится и чудесится! — закричала Алиса.

Винни давно не было так интересно. Винни давно не чувствовала себя настолько живой. Ну давай же, Шляпник. Давай, сделай резкое движение. Дай только повод, чтобы убежать в темноту коридоров. Тебе ведь тоже это нужно. Ты тут не просто так.

Никто не верит в то, что это дом одного из них. Ничейный тихий дом, ставший жертвой двух ложных нормальных.
Ветер за окном. Тишину разрушает лишь тяжёлое дыхание Винни, да равномерное тиканье напольных часов в гостиной.

Отредактировано Winnie Meyers (2016-06-27 19:20:49)

+1

5

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » страшные люди.