Вверх Вниз
+22°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » heavy rain. part II.


heavy rain. part II.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Код:
<!--HTML--><p align="center"><li class="pa-fld3"><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="186" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/elainerat/folders/Default/media/64bbbde7-0c68-4ffe-9bc0-0b51610ad056/sound.mp3"> </object></li></p>

в главных ролях: S H A U N [adam] ||  A U R O R A [shane]

Часть I. Похороны Анны Мэй.
Часть II. По следам убийцы.

http://funkyimg.com/i/25Km4.gif

Отредактировано Adam MacNamara (2016-01-20 16:56:03)

+3

2

[NIC]Aurora James[/NIC]
[STA] I hunger and thirst for your righteousness[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/25LpL.jpg[/AVA]

Полумрак помещения сдавлен нагромождением гробов различной величины. У некоторых открыты крышки, другие подпирают стены, третьи бесхозно свалены на полу. Похоронное бюро редко отличается обширными и освещёнными комнатами с приветливыми надписями и радушной обстановкой. За его размеренное спокойствие, ненарушимую тишину, если только скрип стула или упавшая кисть, и царящую едва ли не в каждом углу темноту Аврора и любит свою работу. Здесь она может снять шарф и спокойно кинуть его в сумку или положить на тумбочку с потёртыми краями. Здесь можно запертому воздуху ласкать её лицо, исполосованное и стянутое шрамами, тонкими линиями ожогов искажённое для чужого восприятия. Здесь она даже может изучать перед зеркалом себя и наследие прошлого, гуляющее уже незримым пламенем по изуродованным скулам и подбородку, едва касаясь линии губ. А ещё здесь убаюкивающе колотит дождь о жестяной козырёк единственного маленького окна. Аврора здесь может проводить почти весь день, беседуя с безжизненными телами или тихо напевая под нос до неузнаваемости изменённую мелодию в личной интерпретации, дремать на сложенных руках, свесив локоть со стола, или разглядывать свои “творения”. Она любит свою работу за возможность быть наедине с собой. И с мёртвыми.
Сегодня она готовит к похоронам девочку. Лет девять, не больше. Она аккуратно продевает тонкие детские руки в праздничное платье. Родители сказали, что хотели видеть её в нём на дне рождения. Вышло иначе. Тонкие пальцы бережно продевают крохотные пуговицы в петли, расправляют складки и поправляют пышный бант в волосах, застёгивают
ремешки на лодыжках, убирают ласково пряди, местами уже начинающие вылезать пучками, с чистого и гладкого лица. Еще несколько часов, и трупные пятна распустятся мрачными цветами на молочной коже.
На краю соседнего гроба стоит маленький шипящий радиоприёмник с вытянутой к мрачному потолку антенной. Из него всегда доносятся искажённые плохим сигналом звуки блюза, редко - кантри. Иногда Аврора включает Depeche Mode - под них особенно хорошо работается, если едва слышно мычать себе под нос. Сегодня их день, и крупная кисть своими густыми ворсинками распределяет крупицы пудры тонким слоем по загримированному лицу. Всеми возможными приёмами и красками необходимо воскресить ребёнка, сделать внешний вид максимально приближенным к живому, словно это поможет вернуть погибшего. Её всегда пугала настойчивость клиентов в жажде убрать любые отпечатки смерти с лица их чада или любого другого родственника, ей казалось, что все эти люди жаждут погрести их живыми. Худая рука ловко управляется с карандашом, подчёркивая линию густых тёмных ресниц, прикрывающих ледяные веки, а после - со спонжем, придавая ввалившимся щекам румянца. Сложнее с теми, у кого разможжён череп или раздроблена половина лица, но такие попадаются не часто.

Самое неприятное в этой работе - просить денег со страдающих и опечаленных людей, ожидать их возле могилы или, ещё хуже, быть приглашённым к поминальному столу, и за одним из бокалов сока с крошечной тарталеткой и креветкой напомнить об оплате, приближаясь почти вплотную к уху хозяйки дома. В принципе, Аврору не сильно задевают чужие эмоции, но в век развитых технологий и возможностей купить все услуги  банковской картой заниматься попрошайничеством, когда на деле выполнял работу, между прочим, такую же, как и у всех, ей не импонирует. Но у управляющего свои взгляды на способы проведения оплаты, поэтому кассиром и банком остаётся работать только ей.
Сейчас она стоит поодаль, у сгорбленного дерева и кутается в шарф буквально по уши, придерживая сжатыми пальцами у подбородка. Её работа служит ровно полчаса речи священника и слезливых воспоминаний об умершей девочке, а после навсегда запирается крышкой дорогого гроба, за который, к слову, ей тоже необходимо получить деньги.
Среди сутулых фигур, давящихся рыданиями, с платками в руках, Аврора замечает мужчину. Он странно выделяется среди толпы горюющих. И он смотрит прямо на неё. Она бы сказала, что у него голубые глаза, но расстояние слишком большое. Просто улыбается в свой шарф, выше поднимая ткань и провожая свою утреннюю собеседницу в глубокую яму.
Enjoy the silence.

Отредактировано Shane MacNamara (2015-12-24 19:36:15)

+2

3

[NIC]Shaun Mars[/NIC]
[STA]s i l e n c e[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/25MKY.gif[/AVA]

Он ненавидит дождь. И есть весомые и вполне обоснованные причины, почему. Его отец говорил, что пройдёт. Не сразу, но со временем. Вроде как обещал. Словно ненависть в совокупности с первобытным страхом отступят перед его всепоглощающим желанием меня оберегать. Моего отца, Итана Марса, нет в живых чуть больше семнадцати лет назад. Ему было 49 лет. Сильный удар о лобовое стекло выскочившего на пешеходный переход автомобиля. Мгновенная смерть. Спешил домой, чтобы успеть поздравить сына с совершеннолетием, пока тот не ушёл со своей девушкой в бар. Тогда был сильный дождь, у водителя заклинило дворники. Не справился с управлением. Неизвестный сломал хребет Итану Марсу, своё будущее и что-то внутри именинника, когда тот взял трубку и услышал страшную новость.

Шон Марс остался совершенно один. Все его родственники были мертвы.

Тридцать восемь лет. Именно столько было Итану, когда началась серия убийств «Мастера Оригами» и одной из жертв оказался Шон. Мальчику было десять лет. Столько же, сколько три назад исполнилось его падчерице, Донне, дочери жены от первого брака, которую Шон любил, как родную. Или как почти родную, как дочь своей любимой женщины. Скорее, такое уточнение будет правильным. Можно оказаться в жестокой ловушке собственного подсознания, если не быть предельно честным с самим собой. Ему так говорил отец, когда в редкие вечера за стаканчиком виски в уже зрелом возрасте сына делился с ним мыслями относительно прошлого. Ведь Итан всерьёз считал, что он украл сына и убил других детей. Как тогда объяснить фигурки из прочной бумаги коричневого цвета? Были минуты, когда отец уходил глубоко в себя, бросал якорь и просил Шона заранее не беспокоить его. Он бездумно делал оригами, не замечая присутствия сына в дверном косяке. Было ли парню страшно? Скорее, он боялся за отца. Не сошёл ли тот с ума? Не сойдёт ли? Слишком многое пережил - сначала смерть горячо любимого сына, затем слегла бывшая жена, а заманчивая пассия в лице журналистки Мэдисон Пейдж предпочла карьерный рост любовному роману, который не гарантировал счастливого конца, да и начался на довольно-таки мрачной и отягощающей ноте. Все эти алые нити вели в одну-единственную точку - сына, которого чудом удалось спасти. Не ему самому. Норману Джейден, агенту ФБР. Тому, кто, фактически, и стал героем для маленького Шона. Конечно, отец жертвовал собственной жизнью, чтобы спасти его, прошёл через ад, сам остался жив только благодаря Судьбе или Богу, не столь важно, кто руководит жизнью простых смертных. Но это не он вытащил его из канализации. Не отец. Не Итан Марс поставил точку в мучениях мальчика, который ждал своего смертельного часа и рокового момента - подступающей к глотке воде. Это был лейтенант Джейден.

Не удивительно, что сам Шон выбрал для себя единственную возможную и желаемую профессию. Закончив полицейскую академию и закончив её с отличием, парень проходит путь от патрульной службы до собственного кабинета и звания лейтенант-детектив. Только тогда он может себе спокойно выдохнуть и расслабиться, буквально на один weekend, который проводит с падчерицей и женой по случаю дня рождения малышки. Которой исполняется десять лет.

Тогда лил беспросветный дождь, но Шон закрыл окна тяжёлыми шторами и поцеловал в лоб жену, которая копошилась на кухне, заканчивая финальные приготовления скромного пиршества на троих. Донна наряжалась в своей комнате в бело-розовое платье, и то кружилась перед зеркалом, напевая услышанную где-то в школе песенку, то засматривалась на улицу, где, не переставая, дождь омывал город, словно уставшие после долгой ходьбы грязные ноги.

В нескольких километрах от города крик другой девочки, Анны Мэй, был не слышен ни ей самой, ни её убийце, склонившемуся над канализационной решёткой. Её крик тонул в грязной воде, заполнявшей маленькие лёгкие. Она умирала, думая о родителях и крича о помощи.

here comes
the   rain
again...

Шон Марс держит свою падчерицу крепко за руку. Жена не смогла прийти на похороны девочки - срочный вызов в больницу, она должна быть там. Ужасная трагедия на лицах всех собравшихся, особенно колотит изнутри родителей. На отца больно смотреть. Но Шон не смотрит ни на миниатюрный гроб, ни на Донну, чтобы предвидеть её реакцию и увести с кладбища. Мужчина смотрит на мелькающую, словно приведение, девушку, закрывающую лицо. Безразличная к происходящему, разве что с наигранной или рабочей учтивостью расхаживает по влажной земле, как будто не касаясь её и при этом чувствуя каждый сантиметр. Смотрит и не может оторвать взгляд. Кто она? Работает здесь? Гробовщиком или помощницей гробовщика? Сколько ей лет? Странная работа для молодой девушки. Шон привык быть подозрительным, особенно к людям, чья мотивация к той или иной деятельности ему не понятна. Она смотрит на него. Поправляет шарф, никак более не реагирует. Его одолевает плохое предчувствие, хотя с чего бы? Были свидетели - девочка сама упала в реку. Следов насилия не обнаружено. Трагедия, но бытовая, не убийство.

Гроб Анны Мэй погружается глубже и глубже в землю.

В нескольких километрах от кладбища взрослый мужчина пересматривает видеоролик с убийством Анны Мэй.
Он улыбается.

[SGN]- - -[/SGN]

Отредактировано Adam MacNamara (2015-12-25 16:21:36)

+1

4

[NIC]Aurora James[/NIC]
[STA] I hunger and thirst for your righteousness[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/25LpL.jpg[/AVA]
Часть II. По следам убийцы.

Каждого человека можно охарактеризовать событием.

Что рассказать об Авроре, чтобы её образ окончательно лишился приписываемых ей положительных черт?
Ну, например, когда ей было всего несколько месяцев от роду, сам Мастер Оригами по велению судьбы оказавшийся в их доме, укачивал её, кормил из бутылочки, а главное - спас мать от самоубийства. Конечно, девушка ничего этого не помнит, но бесконечные рассказы матери о добродушности мужчины рисовали красочные образы и рождали внутри ярое противостояние тем людям, что так жестоко и несправедливо его обвиняли в бездушности и извращённости ума.

Ммм. Она собрала все возможные газеты с малейшим упоминанием Мастера Оригами, из интернета достала все сведения, фотографии самих убийств, исковерканные и реальные факты, в которых ещё пришлось долго разбираться, снимки мучителя детей и ей спасителя. Она ездила в его дом, но так и не решилась позвонить в дверь, заметив в окне с весенне-зелёными занавесками слишком обыденную семью за обеденным столом. Место преступления за прошедшие годы так же претерпело изменения, но как и бывшее пристанище, вызывало в ней трепет, несравнимое ни с чем волнение, едва ли не благоговение перед возможностью коснуться, пускай уже и тысячи раз истоптанных, дорожек и того самого люка, под которым ждали своей участи недооценённые дети. Она знала всю его биографию от и до, насколько позволяли средства массовой информации узнать такие подробности. Но ни один имеющийся факт не привёл к нему, не навёл на верный след, не подсказал, где искать такого человека. Ставшего идолом и богом для одной девочки,

Ещё? Аврора, как и мать, не умела строить отношения, как и находить подходящих для этого мужчин. Все как на подбор - социально не приспособленные, агрессивные, зависимые от алкоголя или наркотиков, или всего вместе. Каждый оставлял на её теле лиловые отметины, любой из них мечтал заткнуть ей рот и спокойно смотреть телевизор или тусоваться с друзьями, пока она возится со своими странными вырезками и тупыми идеями. Раз за разом она влюблялась и продолжала терпеть, как заведённая на одно и то же развитие событий. Пока не дождалась Эйдена, оставившего ей на память неизлечимый ожог, теперь прячущийся под плотной тканью шарфа.

Достаточно?

I live among you well-disguised

Сегодня все газеты пестрили пугающими заголовками, бегущими строками неслись предупреждения и взволнованными голосами дикторов, но Аврора находилась в неведении в своём собственном мире в наушниках, плотно отгораживающих её от реальности, без зонта под холодным дождём и новостей по её небольшому приёмнику. Случайно прихваченная газета со стола управляющего служила лишь защитным материалом, на котором теперь горбились складом все необходимые кисти и рассыпались крупицами краски, застывших на кончиках ворсинок. Она лишь повернулась, тихо невпопад напевая звучащую песню, чтобы выбрать подходящий инструмент, когда взгляд упал на крупный шрифт, испещрённый персиковыми румянами и синими тенями.

Отгул - плохое самочувствие. Да, она согласна взять его за свой счёт и потом работать сверхурочно. Пока босс её отчитывает, Аврора нетерпеливо теребит подкладку кармана и прячет в ещё непросохшем шарфе улыбку. Ещё полчаса дороги, и в своей небольшой квартирке на девятом этаже, она откроет ящик и вытянет толстую папку со всеми старательно вырезанными и собранными статьями и заметками. Часть из них уже изрядно пожелтела, на некоторых немного истёрся текст, но все они свидетельствовали о существовании одного человека. И теперь он снова появился. Она так долго ждала его возвращения.

Ножницы осторожно хрустят бумагой, обрезая ненужные сообщения, пальцы осторожно кладут пополнение в свободный файл папки, перебирают страницы. Взгляд Авроры останавливается на снимке мальчика - единственного выжившего и спасённого, увы, не собственным отцом. Её лоб морщится, брови тянутся к переносице. Тянется к ноутбуку, так и оставив вырезки на коленях, теперь сползшие по гладкой ткани брюк. Закусываю губу и продолжая хмурится, Джеймс набирает имя "Шон Марс". Знакомые глаза. Аврора улыбается.

This was once your mouth, this bowl of lies

- Чёрт побери, - плотная ткань приглушает голос, когда нога соскальзывает со ступени. Рука на автомате тянется к повреждённому боку, тут же оставляющий кровавые следы на пальцах, пока вторая ладонь пытается нашарить перила и хватается за что-то тёплое. Чужую руку.

Аврора поднимает взгляд.

Снова те же глаза, что и на похоронах, что и на мониторе экрана с подписью "Шон Марс, лейтенант-детектив"

-Простите.

+1

5

[NIC]Shaun Mars[/NIC] [STA]s i l e n c e[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/25MKY.gif[/AVA] [SGN]- - -[/SGN]

История повторяется.
Знакомое чувство не покидало его с момента начала этого дождя. Обещали краткосрочные осадки, продолжительностью максимум два дня с половиной дня, и той ночью Шон проснулся. От грохота по крыше и из-за некомфортной позы, принятой во сне. Повернулся на спину, нащупал тыльной стороной ладони причину - Донна, обняв свою детскую и, вроде бы, давно забытую в недрах детской комнаты мягкую игрушку [японская девочка в кимоно], прижалась к его спине. Не слишком тесно, всё-таки сохраняя дистанцию, но ощутимо близко для того, чтобы сам мужчина почувствовал дискомфорт и нарушение личного пространства. Жена спала на правом боку, лицом к спине дочери. Спала глубоким сном - научилась, живя под одной крышей с Шоном. Иначе её собственному режиму угрожал срыв из-за неспокойного сна мужа. Когда они познакомились, он уже был немного... нервный. Это проявилось первый раз при первой совместной вылазке их парочки с друзьями Шона. Шёл дождь, стемнело, они пили пиво в гараже одного из парней. А потом сквозняк, заклинило тяжеловесную дверь. У Марса, которому тогда было двадцать шесть лет, началось что-то вроде удушье, и только молодая девушка, которая в будущем станет его женой, а на тот момент просто девушка на очередном свидании, нашла нужные слова и действия, чтобы успокоить во вроде бы внешне здоровом юношеском теле нарастающую истерию, пока остальные ребята худо-бедно открывали заевшую дверь, перепугавшись за друга и ощутив на себе всю ответственность происходящего. Тогда Шон и его будущая жена остались в статусе друзей, он сам отдалился и ограничился поверхностным объяснением, мол, не до любовных встреч и игр. Первый брак, муж, жизнь только для двоих, развод через пять лет. Причины - его измена, непригодные для гармоничных отношений условия жизни. Донне было пять лет. Встреча с Шоном, снова. Ему тридцать три года. Одного месяца вместе и нескольких ночей подряд хватает, чтобы мужчина не ошибся и не отпустил свою женщину снова. Второй брак на её счету, первый - на его. И через раз то кошмар, то поверхностный сон, неглубокий. Если выпьет - другое дело, но старается не перебарщивать, боясь скатиться в состояние отца, тем более возраст всё плавнее и плавнее подбирался к отцовской смерти. Пять лет службы на благо своего отдела, несколько раскрытых преступлений, в газетах его имя значится где-то в колонке новостей, а лицо ютится разве что на совместном снимке с остальными коллегами. У Шона Марса нет стимула выделиться и раскрыть как можно больше преступлений в правоохранительной истории штата. Он хочет прожить долгую жизнь, умереть старым, иметь собственного ребёнка, а потом и внуков. Провести с женой долгие счастливые часы и дни, не знать в пенсионном возрасте горя, получить хороший оклад и пожинать плоды своего труда в течении жизни. Он настрадался. Он вдоволь наплакался там, в канализации, когда вкус собственных слёз не был ощутим - только пресная дождевая вода и проскакивающие куски мусора, размякшего и никому ненужного. Как и он сам. Поначалу ведь всегда веришь, что тебя спасут очень быстро. Вот-вот услышишь голос отца, который сразу же убьёт чокнутого похитителя и убийцу и заберёт тебя домой. Проходит даже не час - день. Ночь. Сначала мокнут ноги, ты заболеваешь, тебя тошнит и мутит. Ты ослаб от стресса. Тебя мучают, и ты это прекрасно понимаешь в свои девять лет. На тебя смотрят не с сожалением или жалостью - тебя изучают и думают о своём. И ты никогда не забудешь тот взгляд, Шон Марс. Скотт Шелби, похитивший, заперевший, отнявший чувство безопасности. Навсегда. Содравший кожу и оголивший все нервы. До предела. Он ненавидит тебя, сукин ты сын, всей душой, каждым своим мускулом и сантиметром. Мастер Оригами, избежавший правосудия, должен был сдохнуть если не от справедливости, так хотя бы от старости, ибо Смерть не щадит стариков, не важно, был ты при жизни копом или преступником. Даже тебя, Шелби, примерившего на себя обе эти шкуры, не пощадила. Гниёшь в мокрой земле, да? Шон надеется, что она достаточно мокрая и влажная, чтобы твои кости в ней захлебнулись также безжалостно, как умирали один за другим невинные мальчишки.

Только, если ты сдох, кто же тогда убил этого ребёнка?

http://funkyimg.com/i/26Ddb.gif http://funkyimg.com/i/26Dda.gif
falling on
my head like
http://funkyimg.com/i/26Dd9.gif http://funkyimg.com/i/26Dd8.gif

Почерк слишком похож, чтобы стать просто совпадением и им же прописаться в полицейском протоколе. Только на этот раз труп девочки, и он был обнаружен не за городом рядом с канализацией или в ней самой, а на обочине дороги. Мёртвая, просто запихнутая в чёрный мусорный мешок девочка. Полностью обнажённая, без внешних признаков сексуального насилия. Распущенные волосы, чистота и невинность. И никаких зацепок - ни порезов, ни ДНК убийцы, ни синяков. Словно фарфоровая кукла, только с надутыми и заполненными водой лёгкими, что совершенно не вязалось с фактом её обнаружения и самим наличием мусорного мешка. Это специально или случайно? Хотел ли убийца что-то сказать? Ах да. И фигурка оригами, аккуратно вложенная в маленькую ладонь и чуть-чуть сжатая пальцами. Рефлекс или дело рук убийцы уже после смерти - работа медиков и криминалистов. Шон был занят другими делами. Его тошнило. Точнее, сблевало. Благо рядом были общественные туалеты, и обошлось без казуса и недопонимания со стороны коллег. Они молчали, когда он вернулся обратно. Знали. И помнили. Пусть отдалённо, по каким-то сводкам, но Марс был уверен, что пройдёт пару часов, и о его участии в деле Мастера Оригами будет знать каждая собака в участке. Даже та, которая устроилась на работу в качестве стажёра. Но и не это было ему сейчас важно.

Кто же тогда убил эту девочку, если не Скотт Шелби?

Ушёл от трупа ближе к дороге, глянул на заброшенное здание, тёмно-серое из-за ночного ливня, который последний час стал просто слякотью, но синоптики обещали возобновление ближе к позднему вечеру. Время на наручных часах - 6:41 pm. Сколько она здесь пролежала? Как долго здесь был маньяк? Приехал на машине и аккуратно положил мешок с телом [видно, что аккуратно, иначе бы оригами выпало из руки, а здесь даже на теле ни одного следа грубого обращения; чёртом извращенец] или наслаждался зрелищем ещё какое-то время? Если он так любит эстетическую красоту, то упустил бы возможность полюбоваться своим творением? Первое ли оно у него? Или под носом в другой части города гниёт труп другого ребёнка? Шона коробило - он чувствовал, как мокнет обувь. Во рту - привкус желчной кислоты, вышедшей из желудка, и пресной воды из канализации. Последнее - блеф и память собственного тела. Жестокая шутка. Чересчур жестокая в данной ситуации. Как бы там ни было, Марс сглатывает переживания и страх и, повернувшись на сорок пять градусов, направляется к лестнице, ведущей к, судя по всему, входной двери. Вряд ли она плотно и непроходимо закрыта - дом выглядит староватым, парочки ударов хватит для взлома. Или хотя бы анализа территории. Однако осуществить задуманное не получается.

На шестой или седьмой по счёту ступеньке впереди возникает девушка и, оступившись, падает чуть ли не на Шона, попутно хватаясь за его руку. Он удерживает равновесие, что помогает сделать и незнакомке. Однако её появление его испугало. Что не очень получается скрыть за расширенными глазами и коротким, но отчётливым возгласом, похожим на резкий выдох большого количества задержанного в лёгких воздуха.

Что вы здесь делаете? Не говорит, что она находится на месте преступления, никак не комментирует её навалившееся состояние. Останавливается на ступеньке, перегораживая собой путь. Ей. И себе - обратно. Их не видно со стороны место происшествия, да и полицейские машины стоят прямо возле дороги, не заезжая во влажную землю. — Странное место выбрано молодой девушкой для прогулки. - Прищур, взгляд наверх, на лестницу, и следом на дом. — Что вы там делали? Она не похожа на убийцу, да и у Марса такое ощущение, что он её где-то видел. Вряд ли совпадение. Плюс ко всему это место хоть и отдалено от центра, но добраться пешком вполне возможно. Или на попутке. Чужих машин здесь, кроме полицейских, нет. Что за херня? — Будете молчать - отведу в участок. Вообще-то может и имеет право, ибо эта девица действительно находится не в том месте не в то время. И это непокидающее его чувство, будто где-то видел её... — Ваше имя.

a memory

Заварив себе крепкий чай с японской облепихой, софорой, мужчина устроился в замшевом, купленном на распродаже кресле. Он включил телевизор, погладив левой рукой, которая была пока свободна от сигареты, голову бульдога, преданно смотрящего на своего хозяина. Мимо прошла, шаркая потрёпанными домашними тапочками с отваливающейся подошвой, старуха. Его мать. По первому каналу как раз прогноз погоды. Точно вовремя. Улыбнулся, отпил вкусный, насыщенный, душистый напиток. Гарантируют дожди, аномальная погода, которую уже не наблюдали чуть ли не двадцать лет. Следующий канал. Перед его глазами - сменяющие друг друга кадры прямого репортажа, бегущая строка. Обнаружено тело маленькой девочки. Ведётся опознание. В его ушах - её скулёж, ещё живой, и крики о помощи. Всхлипы о маме, просьба отпустить. Но он не мог. Он учился быть новым Мастером Оригами.

Отредактировано Adam MacNamara (2016-01-20 21:20:43)

+1

6

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » heavy rain. part II.