В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » find the way


find the way

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

/оформление будет. сегодня :D /

+2

2

У каждого мужчины где-то на свете есть женщина, созданная только для него. Она не лучше других, но она единственная, кто ему по-настоящему нужен. И у каждой женщины тоже обязательно есть такой мужчина. Мало кому выпадает счастье встретиться. Или же люди встречаются и проходят мимо, не распознав своей судьбы.
Это тайна, у которой нет объяснений...
©
Б. Акунин

Thomas Dybdahl - Cecilia
c l i c k

Старенький отцовский Форд несся по трассе, время от времени чихая, как будто жаркое солнце Техаса и пыльные дороги щекотали ему глаза и нос, на что Честер решил остановиться на ближайшей заправке и влезть под капот. Не сказать, чтобы он был большим знатоком в области починки машины, но к своему Форду уже притерся, изучил кое-какие особенности его строения и без труда мог подкрутить по мелочам или заменить масла, свечи, прочую электронику при наличии оной. Свою машину он любил, как женщину, бережно опекал ее и реагировал на любые ее капризы, понимая, что предательство этой девочки затруднит его дальнейшие передвижения в разы. Без руля он и вовсе бы вынужден был осесть где-то, слишком уж много вещей пришлось бы тащить за собой вслед в случае чего.
Форд был захламлен всякого рода вещицами до ужаса, его заднее сидение было завалено чехлом от гитары и одеялом, фотокамерой и всеми деталями к ней, там же покоились ботинки Чейза и кожаная куртка, завернутая в серую бумагу, чтобы не выгорала и не портилась. Он никогда не знал, где может оказаться завтра, поэтому всегда держал под боком множество вещей, которые казались совершенно ненужными в данный момент, но могли бы стать первой необходимостью, пересеки он границу другого штата. В связи с этим Честеру пришлось даже получить лицензию на отцовское ружье, которое покоилось в багажнике, ждало своего времени. Чейз наделся, что его не придется применять, однако все равно возил с собой на всякий случай.
До заправки оставалось несколько десятков миль, мужчина сделал музыку погромче и утопил педаль газа в пол, желая поскорее купить еще воды и посмотреть, что не так с его машиной. Вытаскивая сигарету из пачки прямо зубами, Чейз бросил ее на свободное сидение и нащупал там же зажигалку. Не отвлекаясь от дорожного полотна, закурил, втягивая и смакуя дым, чувствуя горячий воздух, смешивающийся с привкусом табака. Он любил из всего сделать ритуал, добавить деталей в самый простой процесс и акцентировать мысленно на этом внимание, упиваясь. Даже этот дым был для него не просто сигаретным смогом. Он смаковал этот табак, будто это была его последняя сигарета и он хотел как можно лучше запомнить ее вкус. Кто знает, что станет той самой вещью, о которой мы будем потом постоянно вспоминать, пусть это и сущая мелочь, пустячок, что западет в память по дороге к большому приключению.
Сомнений в том, что Честер делает что-то действительно внушительное и важное, не было, он знал цену свободе, вспоминая первые двадцать лет своей жизни на ферме среди закомплексованных людей, живущих тупыми стереотипами и не желающими выбираться из ямы, в которую сами же себя и свели. Не было никаких сомнений, что он никогда больше не вернется к такой жизни, будь ему тридцать или же шестьдесят лет. Нет, он сделает все, чтобы каждая минута запомнилась ему и принесла с собой ощущение удовлетворения.
Заправка виднелась совсем отчетливо, медленно превращалась из точки на горизонте в небольшую стоянку с магазинчиком и подставкой для пистолета с бензином. Честер вошел в здание, где скучал и изнемогал от жары рыжий парень, обмахиваясь журналом. Завидев Чейза, продавец встрепенулся, будто просыпаясь, выдавил улыбку, но его усталость и зной все равно читались на лице. Мужчина взял холодную воду, пачку крекеров и заплатил за бензин. Пока топливо вливалось в бак, Эбботт влез под капот Форда и выяснил причину его капризов. Техас оказался машине не по зубам, она тяжело переносила песчаные дороги и ужасную жару.
Когда все было готово, Честер снова сел за руль и выехал за трассу, полив себя на стоянке водой, намочив волосы и майку. Стало легче, к тому же при быстрой езде с открытыми окнами его здорово обдумало порывами ветра, который во всю звенел в ушах. Из динамиков по-прежнему лилась музыка, он тихо подпевал вслед за Томасом Дибдалом, думая, что мог бы запросто выучить эту незатейливую песню для гитары, она действительно цепляла его, как слушателя. Честер всегда переключал попсовые мелодии на радио, ему нравилось ехать под кантри или хороший рок, от которого невозможно усидеть на месте, чтобы не качаться в такт басам.
Он увидел ее не сразу. Фигурка с поднятой рукой и рюкзаком за плечом стояла у края обочины и ловила машину. Она выбрала явно не то время для поездки, солнце палило так, что с ее яркой рыжей копной волос ей приходилось несладко. Но девчонка стойко приросла к краю дороги и настойчиво махала ему. Движение на этом участке трассы было почти нулевое. Чейз даже не мог понять с ходу, откуда бы ей тут взяться, посередине глухой трассы вдали от населенных пунктов. Проскочив мимо, он однако зачем-то вернулся, сдал назад, глядя на незнакомку сквозь окно снизу вверх:
- Хэй, садись, долго тебе придется тут стоять, ни одной машины не встречал от самого Брукшира.

Отредактировано Chase Abbott (2015-12-26 00:33:20)

+2

3

Я сидела на лавочке и смотрела, как воспламеняющееся солнце медленно выкатывает свою дюжину из-за горизонта. В голове гудело от недавних событий, ноги устали от бесцельной ходьбы в никуда, спина ныла от ношения громоздкой сумки, но, должна признать, чувствовала я себя умиротворенно, даже в принципе лучше, чем за несколько последних лет. Наверное, это первое утро, которое я встречала с радостью, не ожидая от него никаких подвохов. А чего в принципе можно ожидать от светящегося шара и нескончаемого лазурного неба над головой?

-Мишель, ты под домашним арестом. - и хоть бы на мгновение оторвался от своей вечерней прессы, а то и так видит меня только на настенных фотографиях, если всё-таки хоть иногда поднимает голову, но нет же - видимо падение цен на нефть волновало моего отца куда больше, чем его собственная дочь, которая теперь ещё и набила себе тату и приехала домой под утро в сопровождении копов. Ну подумаешь, напилась и решила искупаться в фонтане. Жарко ведь. Но ребенок местного олигарха должен вести себя более прилежным образом, чтобы ни в коем случае не пошатнуть цены на родительские акции. И плевать, что ребенку уже восемнадцать лет. Хотя, предполагаю, что папа даже и не подозревал мой точный возраст. - До пошёл ты... - шиплю сквозь зубы и резко поднимаюсь со стула, опрокидывая бокал с водой на пол. Даже на это отец реагирует не сразу, только спустя минуту отложив свою газету в сторону и смерив меня презрительным взглядом поверх своих очков. - Надоело! Всё мне надоело! Ты надоел! - но конец фразы, подозреваю, уже даже не долетает до его слуха, ведь ровно спустя секунду я снова вижу перед собой всю ту же преграду из типографии. Из глаз прыскают слезы, сердце сжимается от невыносимой жалости к себе, а ноги сами собой подкашиваются. Я не нужна ему! Я непутевая! Я не учусь в Гарварде и не встречаюсь с сыном его бизнес-партнера. И вообще я рыжая и ношу рваные джинсы и растянутые футболки, а не крашенная блондинка в платьях от Шанель. Зачем ему такая дочь? Разве на такую можно оставить свою индустриальную империю? Да он лучше завещание на какого-то бомжа вокзального напишет, чем на меня! Я резко разворачиваюсь и выбегаю из комнаты, громко хлопнув дверьми. Быстро поднимаюсь на второй этаж в свою комнату. Несколько минут лежу на кровати и рыдаю, потом беру себя в руки, вскакиваю, достаю из шкафа дорожный рюкзак и быстро начинаю скидывать в него самые необходимые вещи. Когда я уже засовываю молнию, то слышу за дверью негромкие шаги. Замираю в надежде, что они остановятся у моей двери. Но они, увы, просто удаляются, по всей видимости в кабинет. Да, я ему действительно не нужна. С этими мыслями я хватаю кредитку (пригодится, чёрт подери), последний раз окидываю взглядом комнату и на цыпочках выхожу из дома, хотя, думаю, даже если бы сбегала в сопровождении фан фар, всё равно отцу не было бы никакого дела.

-Всё, дальше нам не по пути. - дальнобойщик как-то слишком резко останавливает свой грузовик и подгоняет меня выметаться из салона. Я лишь смущенно пожимаю плечами, благодарю, что подбросил и выбираюсь на улицу. Машу ему рукой, но он почему-то не отвечает мне, выруливая обратно на дорогу. Странно, что с ним стало. Ведь почти всю ночь он так добродушно слушал мои беседы о нелегкой жизни дочки магната. Даже дал несколько советов, которыми сейчас, правда, вряд ли уже воспользуешься, а теперь вот так вот просто взял и выдворил меня. Ну да ладно, может, устал бедняга. Осматриваюсь по сторонам. С той стороны дороги вижу указатель на Хьюстон. 150 миль. Да, неплохо я сбежала с дома. А теперь что делать? В какую сторону идти? Решаю, что раз уж начала сбегать, то нельзя бросать дело на полпути, поэтому единогласно принимаю решение держать путь в противоположную от дома сторону. И единственное, что нарушало мои планы это время - шесть часов утра, чёрт бы его побрал. В голове, кажется, что-то щелкает и я, как по мановению волшебной палочки, понимаю, что устала. Снимаю рюкзак с плеч, закидываю на лавку на автобусной остановке, сама присаживаюсь рядом. Несколько минут пытаюсь изучать горизонт. На какое-то время забываю, что глаза слипаются и просто наслаждаюсь своим спокойствием. Идея побега меня умиротворяет. В глубине души я надеюсь, что отец всё-таки начнет меня искать, но мысль о том, что хотя бы это утро я не буду слушать его упреки и терпеть вечные попытки меня исправить приятно греет сердце. Первые лучи солнца медленно воспламеняются над Землей. Ещё несколько минут я наблюдаю как зарождается новый день, а потом глаза сами собой слипаются и я мирно устраиваю голову на рюкзаке.
Не знаю, сколько прошло времени, когда я проснулась, да только кажется, что на улице уже почти полдень. М-да, докатилась ты, сестренка. Ночевала, как бомж, на улице. И что самое удивительное, по всей видимости, за это время мимо меня не пронеслось ни одного автомобиля. Опять осматриваюсь. Наверное, эта автобусная остановка уже давно перестала исполнять свои прямые обязанности. Но, что странно, это меня ни капли не огорчает, только подзадоривает, от чего я с энтузиазмом подхватываю рюкзак и двигаюсь в путь.
Иду я, наверное, минут сорок уже, солнце нещадно палит мне в голову, плечики от сумки ужасно натирают спину, а ноги ноют от длительной ходьбы, но я не сдаюсь и только стараюсь что-то весело подпевать. Чувствую, ещё минут двадцать и я попаду на какую-то автозаправку, а там уже разберусь по ходу дела.
Неожиданно слышу за спиной вдалеке рев мотора. Возможно, планы поменялись, и я окажусь в пункте назначения даже быстрее, чем мне нужно. Резко разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и вскидываю правую руку вверх с поднятым пальцем. Автомобиль неумолимо приближается ко мне, я даже успеваю разглядеть лицо его владельца...Но, как приближаётся, так и проезжает мимо. -Что?! Ну ты серьезно?! - тычу ему вслед фак, надеясь, что он таки увидит его. Но, видимо, за эту ночь я успела стать ведьмой, и каким-то образом всемирно известна комбинация из трех пальцев заставила горе водителя сдать назад. - Хэй, садись, долго тебе придется тут стоять, ни одной машины не встречал от самого Брукшира. - я тут же ловко пробираюсь внутрь, чтобы юноша не успел передумать, закидываю сумку на заднее сидение и сразу же успеваю окинуть незнакомца оценивающим взглядом. Да, хорош собой. И чего он забыл на этой пустынной дороге. - Спасибо. - одаряю парня самой искренней из имеющихся улыбок и добродушно протягиваю руку для знакомства. - Мишель, любительница состригать бороды. - хохочу, не обратить внимания на эту шикарную растительность на лице я всё-таки не смогла, но выглядит круто, пусть не боится, грех такую красоту портить моими корявыми ручонками. Предвидя последующий вопрос, только довольно откидываюсь на кресле и мурлычу, словно мартовская кошка. -Езжай, куда хочешь - да, у меня нет ни пути, ни места назначение. Единственное, что я знаю точно, это то, что я еду не домой, где меня ждёт или вообще не беспокоиться отце, которому плевать на меня такую, какая я есть, но который всё ещё отчаянно хочет вылепить из меня то, что надо. - У тебя не будет чего перекусить? Я очень голодна. - правила этикета, конечно, все дела, но голод не тетка, есть хочется. -Знаешь, я из дома сбежала. - перескакиваю с одной темы на другую, не дожидаясь никаких ответов или диалога. За полдня я успела соскучиться даже за простым человеческим лицом. -Жарковато сегодня, не находишь. Но у нас всегда так. А ты не местный? Обычно парни в этих краях не рискуют носить такую бороду. - опять не удерживаюсь от замечания на счет чуть ли не главного достоинства молодого человека. Но опять же не даю вставить и слова, тянусь рукой к приемнику, прибавляю громкости, затем открываю окно и почти полностью высаживаюсь на дверку, одной рукой схватившись за крышу автомобиля, а другую вскинув вверх. Из груди вырывается вольный крик, затем я довольно начинаю подпевать песне, доносящейся из динамиков, хотя почти не могу разобрать слов из-за свиста ветра в ушах, поэтому выходит что-то странно-непонятное. чувствую себя свободнее, чем когда либо. На душе безумно спокойно. Меня вообще не волнует, кем может быть этот парень. Он мне нравится, пусть даже он маньяк и везет в багажнике топор, чтобы рубить молодых девушек.
Когда песня заканчивается, я спускаюсь обратно в салон. Ещё несколько мгновений я пытаюсь отдышаться и привести себя в чувство. Глаза довольно горят, а эмоции хлещут через край. Как давно я мечтала это сделать. Очень давно. - А тебя, как зовут, красавчик?

+1

4

Честер не часто брал с собой спутников или попутчиков, в его машине всегда царила какая-то своеобразная атмосфера, понятная лишь ему самому, комфортная только для него. Чейз любил ненавязчивые беседы и истории, подвозил временами ребят, что путешествуют автостопом по Америке, за деньги, бывало, что такие товарищи были готовы дать ему больше, чем он у них мог попросить, и тогда это выгодное сотрудничество вполне устраивало две стороны. Но путешествовать Эбботт любил неизменно один. В этом была его странность, которую никто не понимал, очередная странность, он и без того слыл авантюристом и сумасшедшим. Даже думать было крайне нелогично о том, что человек, некогда жаждущий стать звездой большой сцены, колесит теперь в одиночестве по полупустым дорогам. Но ведь он так неистово и фанатично ценил собственный комфорт, разве мог он позволить кому-то его сломать.
Новые города и случайные встречи, друзья, которых начинаешь называть таковыми уже спустя пару бокалов пива, но которых никогда не будешь считать друзьями на самом деле, а еще все эти женщины: красивые и самые обыкновенные, умные и глупышки, богатые мажорки и скромные официантки маленьких придорожных кафе. Чейз видел достаточно, чтобы перестать удивляться людям и их выходкам, чтобы не осуждать никого, не упрекать в содеянном. На его пути встречались такие праведные, что могли бы запросто принести в жертву кого угодно, как и настоящие преступники, чье раскаяние было  сильнее их зла. Честеру было наплевать на формальности и стереотипы. Он давно  перестал разделять мир на категории "хорошо" и "плохо", потому что не бывает ничего совершенно белого, как и абсолютно черного в природе нет. Мир полутонов - в этом он обитал своими мыслями, ощущениями, искал добро в темном и видел зло в ангельски белом. Он видел людей, и спустя годы научился их анализировать, как истинный маг.
Однажды он узнал у одного парня странный метод разделять всех людей на две группы: одна из них - зомби, простые обыватели сего мира, они гонятся за рекламой и модой, просиживают всю свою жизнь в офисах и дальше поиска чужих мозгов для пропитания не видят ничего; вторые - вампиры, сильные духом и полны энергии, вот только берут они ее из чужих глоток, в которые то и дело вгрызаются, по капле отбирая чужую энергию снова и снова. Первые - клерки, вторые - верхушка цивилизации, зачинщики всех бед и спасители от них же. Тогда Чейз столь сильно проникся мыслью о вампирах и зомби, что всякий раз при встрече с новым человеком искал в нем черты одной из категорий существ.
Новая знакомая не стала исключением. Стоило ей сесть в машину, как девочка, что представилась как Мишель, тут же попала под его пристальный осмотр и исследование, словно она новый инструмент, на котором только предстоит еще понять, как играть, чтобы получалась музыка, а не простой грохот. Она заставила его сильно удивиться, когда вдруг выпалила, что ей все равно, куда он ее отвезет. Выглядела она устало, но от этого энергии в ней не поубавилось, солнце утомило и самого Эбботта. Он улыбнулся, услышав про бороду, чаще всего это было первым, на что обращали внимание при встрече с ним, но ее ничего не смущало, она чувствовала себя непринужденно в компании малознакомого человека, да к тому же еще и не отличалась характерным для таких девиц  нахальством. В ней словно ветер поселился и трепал ее волосы.
- Свою бороду на растерзание я тебе не отдам, - мужчина рассмеялся и снова закурил, пригладив перед этим еще влажные волосы. Он протянул Мишель печенье, которое только что купил на заправке, стряхнул пепел в окно и снова уставился на нее, почти не следя за дорогой. - И долго ты собираешься слоняться по Техасу? Для беглянки у тебя подозрительно маленький багаж. Знаешь, обычно люди возвращаются туда, где им комфортно. Мой тебе совет, найди это место поскорее, пока тебя не потянуло назад, - она уже высунулась в окно почти полностью, когда он закончил себе под нос, она вряд ли его услышала: - Если ты действительно не хочешь вернуться.
Честер замолчал и снова затянулся, но теперь его внимание занимал не вкус сигареты, а спутница. Она была столь же непосредственна, сколь и затюкана стереотипами и жизнью, от которой бежала. Она кричала в открытое окошко так, словно делала это в последний раз в жизни, стараясь как можно глубже впитать в себя это ощущение полета.
Она задавала вполне логичные вопросы для человека, которого видишь впервые, однако Честеру отчего-то не хотелось сейчас откровенничать на тему своего дома и причин оттуда уехать, поэтому он просто обошел эту тему, отложил ее для другого, более подходящего случая, если такой вообще представится.
- Меня зовут Чейз Эбботт, и ты угадала, я не отсюда. Решил прокатиться по жаре, вырвался наконец на свободу. И открою тебе один секрет, я понятия не имею, куда мы едем. Просто прямо, в ближайшем городе я планирую перекусить и прогуляться, я с утра за рулем, иногда это надоедает, - и на всякий случай уточнил, то ли ради безопасности, то ли любопытства ради: - Ты не водишь машину?
Конечно же, он не посадит ее за руль своего Форда, что и говорить, они знакомы от силы пять минут, он всего-то пытается поддержать разговор и узнать о ней то, что еще не смог узнать при первом взгляде на ее ухоженные руки и дорогие шмотки. Иначе и быть не могло: богатенькая каприза свалила, чтобы позлить папочку, а лучшего способа, чем броситься в никуда, просто не нашла. Что ж, если он не угадал, пусть ему это припишут в его книгу грехов в разделе "клевета".

Отредактировано Chase Abbott (2015-12-27 00:08:33)

+1

5

Вся наша жизнь - сплошная череда встреч и расставаний. Мы встречаем этот мир, наших родителей, друзей, школьных учителей, первую любовь. Каждый день наполнен миллионами незначительных встреч в магазине, на улице, в очереди на такси. Мы также расстаемся- со старым псом, которого в однажды мама отправляет на ферму - ему ведь там вольготнее; с начальной школой и врачом, который после нашей болезни выписывает справку и советует в следующий раз не злоупотреблять мороженным. Куда-то исчезают детсадовские друзья, переезжают соседи и каждый раз твой привычный мир немного меняется. Но как часто мы расстаемся с кем-то навсегда? Говоря "Прощай" мы обычно имеем ввиду au revoir, "До свидания", потому что слишком сложно представить, что мы больше не встретимся. Разумеется, речь не о собаке - всегда наступает тот момент, когда мы понимаем, что нет никакой фермы. Но с людьми все иначе: технический прогресс зашел достаточно далеко, чтобы всегда быть на связи, вне зависимости от географического положения на карте. Тем не менее иногда мы говорим "прощай" и именно это и имеем ввиду, потому что телефон, интернет или видеосвязь не способны ни на йоту сократить расстояние между вами. "Прощай" - самое страшное слово, оно сжигает мосты, даже если мы живем в соседних городах, на соседних улицах. "Прощай" мы говорим только самым близким.
Но вот я еду в старом форде Чейза Эббота, о котором практически ничего не знаю. И он мне нравится, чёрт подери. Пусть я и росла домашним цветком, которого никогда и никуда не выпускали, но, к счастью, я честно сама не знаю как, я каплю научилась разбираться в людях. О нет, я никогда не буду претендовать на то, чтобы читать их, как книжки, так не интересно, но понять по взгляду хороший человек или плохой - это всегда пожалуйста. Ну, правда, я раз ошиблась, когда поддалась на провокации продавца-консультанта и купила плойку для волос. Она на следующий день поломалась, хотя барышня казалась мне такой милой.
Когда я оказываюсь опять в салоне, то чувствую, что снова проголодалась. Да, я ещё та обжора! Так что снова тяну руку к пакту с печеньем и через мгновение уже набиваю им себе полный рот. - Да, вожу. Я много чего умею. Играю на скрипке и фортепиано, знаю математику, разбираюсь в автомобилях, занимаюсь скалолазанием, садоводством и спасаю популяцию кенгуру в Австралии. Шучу, не в Австралии. В Африке. -пожимаю плечами, дожевывая печенье. Кажется, отец пытался реализовать во мне всё то, что не успел сам. А что не успевала я, то должна была успеть. Так что к своим восемнадцати годам я стала многофункциональным придатком к его имиджу. Хотя скрипка и кенгуру мне действительно нравились. - А что такое? Ты устал? Я могу повести, не переживай. - прямо сердцем чувствую, как этот бородач переживает за свою крошку, но не на ту напал! Я тянусь рукой к рулю и попутно хохочу, понимая, что мне ничего не светит. Ну прямо сейчас точно. Думаю, мы слишком мало знакомы. Пять минут-то всего. Вот если бы десять - другое дело, тогда бы я заявила свои права на эту малышку. - Остановись. - выдаю совсем неожиданно, когда вижу на горизонте кусты. -Остановись! - говорю на этот раз уже приказным тоном, но что-то пока не действует. - Ну, пожалуйста.Я хочу сбежать отсюда. Мне кажется, ты маньяк. - строю жалостливое лицо и оттопыриваю нижнюю губу. Чего я ещё научилась за восемнадцать лет своей жизни это получать то, что мне нужно. Ну и просить в том числе. Результат ведь один же.
Наконец-то парень поддается на моё хныканье, мой живот празднует победу и я мигом выскальзываю из автомобиля и ныряю в кусты. Да, человеческая природа, она непоборима, думаю, мочевой пузырь этого красавчика тоже ещё покажет, кто здесь главный. Через пять минут, когда я уже снова сижу в автомобиле, а мы несемся по всё той же пустынной дороге, мне опять становится интересно, на кого же я попала. - Знаешь, ты мне нравишься. - захожу издалека, делаю ненавязчивый комплимент. Ну ладно, немного навязчивый. И думаю, брюнет предполагает, что он такой весь из себя классный. - Я знаю, что тоже тебе понравилась. Ну или ты просто очень добрый, я ещё не решила. - пожимаю плечами, медленно осознавая, что пока не то делаю. Возможно, пять минут это действительно мало и я спешу. - И хочу разъяснить дело. Я не папина дочка. И сбежала не для того, чтобы его позлить. - сама ещё не знаю зачем, если честно. Ну, у меня, конечно, есть причины, но времени на то, чтобы разложить всё по полочкам и сделать какие-то выводы пока как-то не было. - О, смотри, до Грэйпвайна ещё три мили. Скоро можем поесть! - быстро перевожу разговор, точнее свой монолог, на другую тему и резко замолкаю, от чего-то чувствую неловкость, так что остаток пути мы преодолеваем в тишине.
Когда останавливаемся у небольшого придорожного кафе, то мой живот предательски урчит и выдает меня с потрохами ещё до того, как Чейз глушит мотор. - Ну что? - смотрю виноватым взглядом, будто оправдываясь, хотя никакими претензиями в мою сторону и не пахнуло. Ловлю только ухмылку и сразу же выбираюсь наружу, не желая слышать какие-либо комментарии. Минуты через три мы уже сидим на старых потертых диванчиках друг напротив друга и внимательно изучаем пошарпаное меню, не совсем любезно предоставленное нам толстой женщиной в грязном фартуке. - Слушай, может, лучше пойдём и обворуем заправку рядом. Меня пугает эта... - поворачиваю голову в сторону "этой", чтобы подобрать самое подходящее слово, но ловлю на себе её полный строгости взгляд и обреченно кидаю голову на стол. - Мы обречены умереть голодными. Она нам точно что-то подсыплет. - наверное, я так не терялась даже под взглядом отца. А тут коленки ходуном заходятся, когда слышу это прерывистое дыхание у стойки. Да, "этой" нужно сходить до врача, а не терзать одиночных посетителей своим испепеляющим взглядом.

+1

6

Люди окружали его всегда, где бы он ни оказался. Люди и вещи. Он редко покупал что-то действительно важное сам, даже последняя гитара досталась ему в подарок от малознакомого парня, который был настолько впечатлен умением Чейза перебирать струны, что попросту отдал свой инструмент за неумением извлекать из него складные звуки. Так было и со стареньким телефоном, кнопочным, с пластиковым корпусом, который уже не раз тонул, падал и попадал в самые непредсказуемые условия для обычного мобильника, но все еще исправно трудился на благо человека. Эббот его просто нашел, и уже несколько лет тот волей  и правдой служил ему. Отчего-то так получалось, что этот парень сам притягивал к себе интересных собеседников и странных друзей, он был словно магнит, к которому притягиваются со всех сторон интересные истории. То ли под действием принципа "кто ищет, тот всегда найдет", то ли по стечению обстоятельств Честер всегда был эпицентром событий, станцией по генерации приключений. И пока ему самому это бесконечно нравилось, он ничего не хотел бы менять.
Рыжая девчонка тем временем не давала ему соскучиться, придумывая на ходу историю за историей. В то, что Мишель может быть защитницей бедных и волонтером для нуждающихся, поверить было сложнее, чем в то, что она просто устала от постоянной опеки. В ее глазах чертята плясали, но Честер так и не понял, от чувства свободы она так радуется жизни или это ее обычное состояние.
- За руль я тебя точно не пущу,  - парень усмехнулся и скосил на рыжую взгляд. - Но мало ли ты угонишь тачку, пока я пойду платить за бензин, нужно подстраховаться на всякий случай, - он шутил, но все же думал о безопасности своего имущества рядом с человеком, которого знает от силы пятнадцать минут.
Следующие полчаса они провели за разговорами, которые уверяли Чейза снова и снова, что попутчик в дороге - не такая уж и плохая идея, даже если это девушка, которая канючит и постоянно говорит и не может усидеть на месте. В Грэйпвайн они въехал под совместный радостный вопль: никакое печенье не заменит хороший обед в придорожной забегаловке, где на заднем дворе на огне жарится мясо и коптится жирная курица-гриль. Можно спокойно съесть горячее и купить с собой большую пиццу. Мишель не разделила его восторга по поводу местечка на окраине небольшого городка. Честер только расхохотался на ее подозрительность.
- Да брось, ты никогда не ела в придорожных ресторанах? На заправке я уже купил крекеры, максимум хорошей заправки - хот-дог, но ни одна сосиска не сравнится с куском хорошо прожаренного мяса. Вот увидишь, тебе понравится! - опасения девушки были беспричинными, официантка была так же утомлена жарой и грохочущей музыкой ресторанчика, как и они с дороги, даже кондиционер не спасал от насекомых и запахов порченного. Честер был уверен, что воняет из мусорок, а не из холодильника, Мишель же вряд ли его поддерживала в подобном оптимизме. Однако Чейз по-прежнему не унимался и не поддавался на провокацию девушки:
- Смотри, тут есть пицца, уж пиццу точно ничем не испортишь, - женщина принесла Чейзу холодную газировку, выжидала, пока они наконец закажут хоть что-нибудь. Парень бросил на Мишель ободряющий взгляд:
- Если тебе действительно не понравится, я собственноручно куплю тебе на заправке все, что захочешь! Идет? - почему-то парень был уверен в себе, разве что Мишель вздумает его дурить. - Два стейка, картошку фри и кетчуп.
Эббот уже очень давно не обедал в компании, чаще один или среди толпы случайных знакомых: музыкантов или полицейских, с которыми проводил несколько часов, после чего они навсегда исчезали из жизни друг друга. А вот так, чтобы один на один с девушкой, - очень давно. Его даже слегка удивляла та легкость, с которой Мишель ворвалась в его привычный образ жизни. Просто села на сидение рядом - и вот он уже убеждает ее окунуться в свой быт и играть по его правилам.
- Послушай, я хотел уехать из Техаса севернее, и если ты едешь со мной, давай решай, куда тебе хочется попасть. Даже если я там уже был, готов показать тебе свои любимые окрестности и провести экскурсию. А если не был, тем лучше, дополню свой альбом новыми кадрами.   
Вот и все, теперь она решает, что им делать дальше. Честер отпил лимонад и выжидающе смотрел на ее лицо с очаровательными веснушками. Интересно, что же она выберет?

+1

7

И так, наверное, самое время оценить своего нового знакомого. Это тот, который Чейз. В голове несколько раз смачно повторяю его имя, пробуя каждый звук на вкус, затем, оставшись довольной, что он не какой-нибудь Паддингтон, перехожу на внешность. Я малость уже рассмотрела её искоса, когда уминала крекер на соседнем сидении, но при таком освещении, в такой обстановочке он выглядел даже лучше, чем мне показалось в самом начале. В сердце что-то предательски дернулось, а я лишь прикрыла глаза, отгоняя от себя мерзких бабочек, так упорно рвавшихся ко мне в живот. Эй, Мишель, о чём это ты вообще?! Вернись к делам насущным. -Ладно, твоя взяла. - поднимаю руки в знак поражения, и считаю, что еда это действительно важнее пресловутой возможной любви с первого взгляда. И вообще кто же не любит пиццу. Только глупцы! Не иначе! Еда - моя единственная отдушина в этом бренном мире. Тяжело вздыхаю, смирившись со своей участью, но жизнь таки должна ударить меня ключом по плечам. Чейз заказывает не пиццу. Всё, смысла в моём существовании больше нет. Голова бессильно падает на стол, тяжело ударяясь лбом о старую пластмассу.  Зачем так жить?! Но, когда я медленно перевариваю информацию о стейках, и что один полностью достанется мне, то в голове начинает мигать радуга, моя внутренняя актриса погорелого театру уходит за кулисы, а я перестаю строить из себя дурочку. Вообще, нужно бы показать, что я нормальный разносторонний человек, а не избалованная жизнью, мать твою, принцесса. -Если вариант просто ехать прямо не подходит, то я хочу в Оклахома сити. Круто звучит ведь, правда? Там как раз где-то должен проходит фестиваль хот-догов. Можем посостязаться, кто больше съест, и приз будет мой. - довольно хохочу, представляя себе картину из двоих молодых людей с полным ртом сосисок и щеками, измазанными кетчупом, но затем опять ловлю на себе грозный взгляд тучной женщины, которая принесла наш заказ, и в ту же минуту замолкаю. -Ну всё! Я не выдерживаю! Я сваливаю из этого чертового места! И не надо меня останавливать! Сам сиди и ешь свои жирные стейки! А я тебя больше знать не хочу, негодяй! - видимо, дама пугается моего актерского таланта и скрывается где-то в подсобке, а я хватаю тарелки с едой и, сдерживая смех, мотаю головой в сторону выхода, потому что надо сбегать с места преступления как можно скорее, иначе нас сожрут прямо на месте. - Не надо за мной идти, подлец! - кричу, чтобы и в подсобке слышно было, давая нам ещё несколько минут форы, а затем, словно маленькая девчонка, выбегаю из кафе и пулей мчусь к автомобилю. Немного спотыкаюсь, пытаюсь не опрокинуть эти чёртовы тарелки, не смеяться ещё громче, чем кричала минуту назад. Оглядываюсь в поисках нового знакомого, ведь единственный путь отступления - его тачка, так что если не поторопиться, то будет закуской к моей голове. Вообще-то я раньше никогда таким не занималась: не то чтобы крала еду, даже не питалась в таких заведениях. Но раз уж я решила что-то менять, то почему бы не отчебучить что-то в честь удачного старта. И знаете, в какой-то момент даже захотелось выкурить сигарету. Очень сильно. И залить это всё дело виски. Не пробовала ни первого, ни второго, но маленький бунтарь отчетливо топал внутри ножками, требуя ещё более острых впечатлений, чем сейчас!

Отредактировано Michelle Monaghan (2016-01-31 01:33:55)

+1

8

Не переставая дивиться детской непосредственности новой знакомой, Честер выжидает, что последует после ее картинного падения на стол. Что-то она уже задумала - это факт, не просто так она подает ему знаки, ей одной понятные. Она - смешная. Более подходящего слова он никак не может найти в своей голове. Куда проще было бы написать о ней целую песню на трех струнах, чем подобрать одно единственное словечко, чтобы полностью охарактеризовать. Рыжие спутанные волосы делали ее похожей на Пеппи Длинныйчулок, а безудержная энергия только доказывала правоту. Это была энергия человека, познавшего свободу, осознавшего, что правила пишутся не для таких, как она, что правил вообще не существует! И Эбботу бесконечно нравилось наблюдать за тем, как раскрывается этот бутон под его пристальным взглядом.
Парень улыбался в бороду, когда Мишель вдруг вскочила, хватая тарелку, и завопила во все горло, нарушая спокойствие этого безлюдного места. Он разгадал ее замысел быстро, поэтому не терял времени, пока женщина с пристальным взглядом вышла куда-то вглубь забегаловки. Он знал, что больше никогда не вернется в это место, так почему бы и не пошалить напоследок, выезжая из Техаса с пониманием, что поел бесплатно, но очень плотно!
- Чокнутая истеричка! - вторил он ей, выскакивая на улицу с тарелкой в руках, быстро преодолевая расстояние до машины. Чейз подавился хохотом, закашлялся, поставил еду прямо на колени своей маленькой авантюрной напарнице и надавил на газ. Машина рванулась с места и унеслась так быстро, что никто не успел понять, что сейчас произошло. На заправке после них остался лишь запах сгоревшего бензина.
Честер никак не мог перестать хохотать, даже набив рот картошкой, которая еще даже не успела остыть. Каким-то образом Мишель умудрилась даже прихватить с собой кетчуп, и теперь поливала мясо томатным соусом.
- А вилки и ножи? Не успела прихватить? - на бороде остался кусочек фри, и Честер одним махом сбросил его, жуя новую порцию. - И салфетки! Пообедали бы сейчас, как в ресторане на обочине, - жирные руки парень безжалостно вытирал о чехлы на креслах. Их все равно придется выбросить, как только они доберутся до любого крупного города. Эти чехлы, к сожалению, не смогли пережить Техас, непосильная оказалась задача. Зато использовать их сейчас можно было как угодно, безграничный потенциал. - Черт, а ты не так проста, как кажешься, моя дорогая Мишель, - тарелка перекочевывает на колени к водителю, удерживая руль одной рукой, второй Чейз хватает мясо и кусает, разбрызгивая по всей машине розовый сок хорошо прожаренной говядины. - Может, ты чего-то недоговариваешь? Я куда скорее поверил бы, что ты террористка, глава организованной преступной группировки, чем папина дочка!
Конечно, Честер не думал, что она врала, ни к чему ей эти кошки-мышки. Да и ухоженные руки всегда многое говорят о человеке. Ему на какой-то момент даже показалось, что она долгое время занималась музыкой, кажется, она говорила что-то, ибо ее руки вполне можно было назвать музыкальными. Как и его пальцы гитариста: с мозолями на подушечках и огрубевшей кожей от постоянного терзания струн.Что ни говори, а именно руки всегда отделяли аристократа от крестьянина, а не одежда на них.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » find the way