Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » blood boils hot


blood boils hot

Сообщений 1 страница 20 из 40

1

Bernadette Rickards, Michael Rinaldi, Martin Juhl, Irene Casta

5 января 2016 год, квартира Ирэн

+2

2

По радио монотонный женский голос, прерывая очередную песню с рождественским мотивом, оповещает слушателей о прогнозе погоды на ближайшие дни в калифорнийской столице, и ничего нового, в принципе, не говорит; опять мерзкий мелко моросящий дождь, затянутое серой облачностью небо и пришедшие откуда-то там холодные ветра. Все это как раз и было за окном автомобиля, вставшего в образовавшуюся из-за аварии пробку на одной из центральных улиц города.
- Надо было тебе все-таки ехать в объезд, - устало протянула молодая женщина, развалившись на переднем пассажирском сиденье автомобиля, накручивая белокурый локон волос на палец и делая вид, что это занятие ее безумно увлекает. На самом деле она была далека от всей этой проблемы с затором на дороге, который волновал большинство попавших в него водителей, судя по доносившимся слева да справа ругательствам мужчин и недовольным, громким ворчаниям женщин. К слову, американка давно уже была не где-то тут, в реальности, с Майклом, сидящим рядом, но где-то у себя в голове, в веренице мыслей да размышлений на одного рода тему.
И там, в мыслях своих, Бернадетт была к Ринальди намного ближе, чем в реальном мире, где находилась рядом с ним на расстоянии вытянутой руки. Она уже в ресторане, откуда они и ехали, не сильно была настроена на разговор; пока мужчина расправлялся с королевского размера порцией блюда (название которого тоже было, так сказать, королевским, едва ли выговариваемым; заказ, вполне себе в стиле итальянца), американка с не присущим ей отсутствием аппетита ковырялась вилкой в порции вдвое меньше да попроще, попутно попивая из бокала белое сухое вино.
Это была первая их встреча в новом году. Похожая на все остальные их встречи тем, с чего она началась, и должна по идее быть похожей тем, что будет происходить после нее через пару-тройку дней; когда Рикардс в очередной раз проявит безуспешную попытку самой дозвониться до Майкла и начнет сначала дуть щеки, как хомяк, а затем злиться, ибо одного без другого в данной ситуации у нее быть  попросту не может.
А ведь размеры чаши терпения у Рикардс завидные; завидные, но не бесконечные. Она долго молчала и делала вид, что встречи раз в пятилетку ее устраивают, что все недомолвки со стороны итальянца и частые его по-английски уходы в туман – в порядке вещей, и сама она пыталась себе внушить, мол, это нормально, пора бы к этому взять да привыкнуть. Только привыкать к такому совершенно не хотелось.
А сегодня все поспособствовало тому, чтобы вода, наконец, перелилась за края этой чаши терпения. И утренняя ссора с Джинджер, которая под ее конец что-то опять рявкнула про Мартина, тем самым расковыряв только-только более-менее зажившую болячку; и нависшее над старшей Рикардс желание если не дать кому-нибудь в нос, то просто выместить на ком или чем-либо сгусток скопившейся за последние дни злобы да обиды на несправедливость отношения юной родственницы к ней.
И, пребывая в состоянии угрюмой тучи, не желая ни веселиться, ни отдыхать, Берн как никогда прежде захотелось долгого, откровенного, возможно, не совсем мирного разговора с Майком. Не на какие-либо отвлеченные темы, но на одну тему, самую редко затрагиваемую и им нелюбимую – личную. Только вот решиться на это не могла весь вечер, гадая над тем, с какой стороны подступить, что сказать, когда он вновь отмахнется от осторожных вопросов блондинки и даст всем видом понять, чтобы шла она пешком в сторону Ямайки с такими разговорами. 
- Майкл, - продолжая дергать ту же самую прядь волос, произнесла, подумав, мол, что ж, была не была. – Нам надо поговорить,  - прогноз погоды на радио сменился рекламой гормональных таблеток, а затем после нее, прямо на словах Рикардс, заиграла очередная новая песня Тейлор Свифт; и Берн, сделав серьезную мину после того, как она пару раз (чисто случайно) дернула ножкой под заводной мотив композиции слащавой поп-певицы, протянула руку переключать на другую станцию. – Где ты пропадаешь в последнее время? - пытаясь разобраться с множеством кнопок, проговорила, - да и не только в последнее время, а вообще… постоянно, - выпрямившись, развернулась корпусом к мужчине, прислоняясь плечом к спинке сиденья. -  Я понимаю, у тебя там работа, о которой ты никогда ничего не рассказываешь, и прочие дела, про которые ты, кстати, тоже никогда ничего не говоришь, - у итальянца была удивительная способность разговаривать часами, на лету подхватывать темы болтушки Рикардс, которая не могла подолгу говорить о чем-то одном; и при этом, подпитывая такие беседы фактами из своей биографии, он никогда не переступал допустимую границу между дозволенными и недозволенными откровениями. Сначала это не бросалось в глаза, потом изредка начинало напрягать, а теперь, спустя практически год знакомства и отношений, Бернадетт начала полагать, что уж с ней-то подобная манера общения несколько устарела. - Но по-моему это ненормально, когда человек словно пропадает с лица Земли, а потом вдруг резко появляется на пару дней, приглашает куда-то съездить или просто выбраться в город, а затем снова исчезает на еще больший срок по каким-то неведомым причинам, - произнесла, глянув на Ринальди.

+3

3

За пределом салона Рэйнджровера бушевала непогода, в желудке после внушительной порции пенне с кальмарами и  мидиями было тяжеловато, было прошедшая головная боль опять начала пульсировать в районе виска - и Майку сейчас больше всего хотелось сна и крепкого чаю.  Однако вместо это приходилось продолжать крутить руль и еще как-то реагировать на ремарки сидящей рядом Бернадетт.  - Там, за заправкой, разворот, срежем. - рассеянно ответил Ринальди,  морщась из-за какофонии разноголосых автомобильных гудков, резавших его слух. Затем вздохнул - даже закурить было нельзя.  Окно открывать - слишком морозно,  а заполнять машину табачным дымом и глупо, и невежливо по отношению к его спутнице. А ведь иногда сигары облегчали ему мигрени. - Как же мне остохуело все, пропади оно пропадом.
Как это не парадоксально, но из последней поездки в Нью-Йорк Майкл вернулся ничуть не в лучшем настроении, чем из предыдущей. Решение возникших проблем с Мелаграно они вроде как нашли - однако оно было из числа тех побед, которые легко могли обратиться в Пиррову. С той эпохальной встречи с боссами Большого Яблока прошло уже почти три недели - и не было дня, когда беспокойство не грызло итальянца изнутри своими  острыми иглообразными зубами. Просыпаясь, он сразу же вспоминал о Гвидо, о том, что они так и не достигли успеха, не привели ситуацию к логическому завершению. Засыпая же, порой думал, не ощутит ли утром на лбе холод ствола - и не увидит ли суровую физиономию Паталоанатома и рожи его костоломов. И потому, как всегда, когда был на взводе, Майк злоупотреблял алкоголем, никотином и наркотиками -  так вчера, сидя в своем "Доллз", почти целый вечер дымил крепчайшим кальяном, прихлебывал виски и втягивал длинные дорожки кокаина. На утро у гангстера возникло ощущение, что его долго и сосредоточенно били по голове, причем, скорее всего, молотом. А, между делом, он уже договорился с Берн поужинать вместе в прославленной "Брускетте", зарезервировал столик. Потому пришлось, несколько раз удрученно помянув  Деву Марию и всех святых, скрести заросшие щетиной щеки бритвой,  залезать в костюм от Бриони, брызгаться одеколоном и ехать  в ресторан. Там он было слегка разгулялся, повеселел - но сейчас, вернувшись на улицы пасмурного города, опять возвратился к малоприятным размышлениям.
- Поговорить? О чем? - очередная фраза Берн достигла ушей мужчины, но не сознания, он все так же  в полупрострации смотрел сквозь лобовое стекло  и думал о вреде половинчатых мер. Продолжение же речей молодой женщины заставило его слегка нахмуриться - не хватало чтобы еще и она ему теперь мозги трахала.  В тяжелые минуты секс хорош, но не в такой извращенной форме. - Во-первых,  ты прекрасно знаешь, чем я занимаюсь - строительным бизнесом и портфельными инвестициями. Последний растяжимый термин нравился Майку потому что в него можно было вместить что угодно и обосновать любые отлучки.  Ищет, в какое бы дело вложить свои деньги, покупает-продает, потому и колесит по стране. - Даже если бы я не говорил, твоя подружка Джулс наверняка бы посвятила во все подробности. Вернее - выдала бы ту версию, которой прикрывал свой образ жизни и ее муж, и его друзья. Ринальди хотелось верить, что супруга Фрэнка прекрасно помнила, что омерта распространяется и на мафиозных жен тоже. - Какие здесь тайны? И езжу я по делам работы. Во многом это было правдой - разве ради собственного удовольствия он побывал в этом году в одном Нью-Йорке  четыре раза? Сначала надо было привезти девочек для своего стрип-клуба, а потом началась эпопея с Иль Мелаграно. Впрочем, такие вот командировки редко существовали для Майка отдельно от удовольствией, а порой он  катался куда-то только для развлечения. Вроде той же Африки или недавней охоты в Техасе. - И я не понял, что тебя не устраивает? Что я, появляясь в городе, тебя куда-то приглашаю? Не нравятся места, куда мы ходим, или, может, мое общество? Последнее Майк сказал уже несколько резковато.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-10 14:47:22)

+3

4

До заправки и разворота за ним было не такое уж и большое расстояние от того места, где они находились в данный момент, но судя по  тому, в каких темпах автомобили двигались вперед, расслабляться особо не стоило; к тому же, вряд ли один только Майкл заметил тот короткий путь, ведущей к свободной от пробок трассе. Как бы и там не вышло так, что нетерпеливые водители возьмут да столкнутся «задницами» своих тачек, перекрыв тем самым единственный выход из этого бедлама.
- Да причем здесь Джулс, господи боже, - тяжело вздохнула Рикардс, вновь выслушивая от Ринальди то, что он ей говорил не раз и не два. И, к слову, краткий, но весьма богатый летний рассказ Джульетт на некие туманные намеки, расплывчатые подробности работы не только мужчины, сидящего рядом, но и работы своего мужа, в последнее время часто всплывал в голове отчетливым воспоминанием. Разумеется, Берн не собиралась даже намекать Майклу на то, что она немного да знает о его неосвещаемом способе заработка, о котором говорила итальянка; тем самым делая только лучше, прежде всего, ей. Тем более, у них двоих была договоренность больше не возвращаться к поднятому тогда, в Неаполе, вопросу.
- Я понимаю, что ты уезжаешь по делам работы, но Майк, не в Северную Корею же, и не в глухие леса. Ты ведь полностью пропадаешь, я дозвониться до тебя я могу один раз из десяти, и то, это если повезет, - вот что блондинку волновало больше всего. Вероятно, у итальянца было свое понимание их отношений, но женщина видела их, а точнее, ждала от них, несколько большего; а именно того, чего у них никогда особо и не было. Возможности найти друг в друге поддержку в трудные минуты, например. Разве может она быть, если они даже поговорить толком лишний раз не могут?  – Если бы ты говорил заранее, что куда-то уезжаешь, то уже не было бы каких-либо странностей. А так…
Где-то совсем рядом раздался оглушающий гудок автомобиля, из-за которого Рикардс аж подскочила на месте и раздраженно выругалась себе под нос, чувствуя, как вся эта ненастность погоды, нависающее тучей над потоком машин угнетение и нетерпеливость водителей смешиваются в одно целое да начинают всем скопом нападать и на нее саму. И еще внезапно возникшая головная боль начала давить на лоб, из-за чего становилось только хуже.
- Ты меня совсем не слышишь, что ли? – чуть повысив голос, в такой же резкой, какая была в последних словах Майкла, форме произнесла блондинка,  сердито посмотрев на мужчину. – Не переиначивай слова, я имела в виду совершенно другое. То, что ты вспоминаешь о моем существовании раз в пятилетку, даже уже не понимаю, почему. По мне так все эти твои якобы долгие поездки – одни только отговорки, при большем желании мы бы и виделись чаще, - отвернулась, уставившись на оконное стекло авто, по которому стекали крупные и маленькие капли дождя, оставляя после себя мокрые дорожки. И замолчала на какое-то время, переваривая только что сказанное ею, понимая, что, наверно, сейчас резко меняется в глазах Ринальди; ибо раньше если между ними и были какие-то размолвки, то точно не касающиеся их взаимоотношений. А ведь именно такие вот разговорыы, затрагивающие личные темы, нередко раскрывают людей (да и не только людей, но и положение некоторых вещей) с новой стороны. -  Но тебе ведь явно все равно, - по-прежнему не смотря на Майка, произнесла. – Ни проблемами не поделиться, ни спросить «как дела?» в свободную минуту, - уже перешла на ворчание, чуть понизив голос.
Она чувствовала, как сдерживать накопившиеся внутри эмоции, личные претензии становилось все труднее; и не будь этого чертового отвратительного расположения духа, то Рикардс, вероятнее всего, поступила бы умнее, не портя все своей порой излишней несдержанностью.
Хотя, с другой стороны, этот разговор рано или поздно состоялся бы. Не сегодня, так завтра. Так уж тут трудно сказать, что лучше – оттягивать до последнего момент или, наконец, найти для него время, хоть и такое крайне неподходящее.

+3

5

Пробки всегда доставали Майка -  а кого они не достают? Вот и сейчас - они, возможно, застряли на часы в железной коробке, пусть даже весьма дорогой и современной, в окружении мириад таких же коробок, прованивающих воздух вокруг бензином. Нога у Ринальди уже затекла, от того, что приходилось постоянно нажимать на тормоз, вокруг бушевал этот блядский ливень, а тут еще Бернадетт решила, что самое время повыносить ему мозги. - При том, что мы не женаты, как Фрэнк и Джулс. - холодно ответил он на вопрос Рикардс,  делая очередной минибросок вперед. На сколько они сейчас продвинулись? На сантиметр? На миллиметр? Может, на половину миллиметра? Выглянув в окошко, Майкл заметил, что водитель в соседнем внедорожнике, крупный лысоватый мужчина, аж побагровел от напряжения и раздражения. И итальянец понимал почему -на заднем сидении автомобиля кричали  в детских креслицах обряженные в розовые костюмчики двойняшки. Их отцу приходилось одновременно следить за дорогой и поворачивать свою лысину назад, чтобы сказать чадам нечто ободряющее. Бедняга, кому-то тут приходится похуже Ринальди. - Отговорки? А ты не думала, что я часто бываю на деловых встречах, где телефоны полагается отключать?  И работаю столько именно для того,  чтобы мы могли с тобой потом поехать в Лос-Анджелес и профукать хер знает сколько денег! Бранное словцо само сорвалось с уст Майкла, хотя он обычно старался не ругаться при особах прекрасного пола. Отчасти в душе он понимал, что говорит вещи не самые справедливые -   ведь далеко не только на их вылазки в ресторан и турне по тусовочным городам Калифорнии нужно было ему бабло. Да и не так много уходило на это. Однако своими приставаниями Рикардс, так сказать, нажала на уже взведенный курок, словно заставляя его отвечать все более активно огрызаться. - И вообще, с чего бы это я  должен был перед тобой отчитываться в каждом шаге? Майк терпеть не мог, когда его контролируют, наверное это была одна из вещей, которая всего его удерживала от слишком серьезных отношений.  За двадцать лет ему приходилось столько раз сковывать себя внутри Организации, послушно выполняя спускаемые вниз приказы, убивая по чужим распоряжением - что хоть здесь его свободолюбивой натуре хотелось располагать собой полностью. - А сама-то часто спрашиваешь у меня на что-то разрешения? Делаешь что хочешь. Все эти ваши гулянки с Кастой.... Мафиози вспомнились рассказы о количестве текилы, которое Берн проглотила с его непутевой племянницей в каком-то баре. Ее собственные рассказы - и после этого она хочет, чтобы он был паинькой  и смиренно сидел на каких-нибудь воскресно-семейных ужинах? Да не в жизнь, детка, не мечтай. - И какие там у тебя проблемы? Живешь себе в свое удовольствие, ни в чем себе не отказываешь... - ехидно завершил он,  отворачиваясь от собеседников. Побарабанил пальцами по рулю, понаблюдал за тем, как дворники убирают с лобового стекла патину изморози и водяные разводы. Поскорее довезти Рикардс до дома, завершить этот бессмысленный спор - и, приехав домой, завалиться в постель часов на десять, а то и на пятнадцать. - И разве я тебе отказывал в помощи когда-нибудь? Другое дело - что  Бернадетт к нему не обращалась никогда, но он не чертов провидец, чтобы знать, что там у нее происходит.  Если ей что-то было нужно, следовало его оповестить, а из ничего не выйдет ничего. Simple as that.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-11 14:48:29)

+3

6

- У тебя что, деловые переговоры с утра до ночи, и с ночи до утра? – а голос ее становился все звонче, ибо пытаться хоть как-то сдерживать себя в руках и не поддаваться эмоциям, как это происходит у нее по обыкновению в подобных ситуациях, было все труднее да труднее. И на последней своей фразе женщина, было, призадумалась на пару мгновений, прежде чем продолжить свою реплику дальше. – Ох, ну конечно, я представляю, где и с кем во втором случае могут проходить эти твои деловые встречи, - скривившись, произнесла и крепко сцепила руки на груди. А ведь Рикардс просто прекрасно осведомлена о большом пристрастии итальянца к шумным вечеринкам, кутежу в ночное время суток и разного рода приключениям, происходящим как в черте города, так на далеком от нее расстоянии; в этом, что не удивительно, они и были схожи, благодаря этому в большинстве случаев их и обходила стороной участь скучно проводить совместные дни/вечера.
- Не отчитываться, а хотя бы иногда рассказывать о своих планах на ближайшее будущее или подавать маломальские признаки жизни в этих своих поездках хрен пойми куда. Чуешь, черт возьми, разницу? А, Майкл? – не великого веса просьба, и, по мнению Берн, легко выполнимая, перед которой нет никаких, даже самых маленьких, преград. Ведь в чем заключалась вся суть разного рода отношений между людьми? Не только в пресловутых чувствах, доверии, но и в умении идти на какие-то уступки, умении выключать в себе режим упрямых баранов да видеть что-то дальше своего носа. – Знаешь, это нормально, когда люди таким образом, будучи рядом или на расстоянии, поддерживают друг с другом связь, -  Бернадетт и сама не любила чересчур много внимания к своим действиям, своему не всем понятному (особенно ее родным) образу жизни; но полагала, что полное отсутствие этого внимания есть синоним равнодушия, а равнодушия по отношению к Ринальди эта блондинистая голова уж точно не испытывала. И поэтому теперь уже после  внезапных откровений не боялась этого показать, хоть и в довольно-таки расплывчатой форме.
- Вы только гляньте! То есть, тебе можно не говорить обо всех своих походах, а я должна еще и разрешения у тебя спрашивать? – за окном вновь пронеслась шумная волна гудков, стоящая со стороны итальянца соседняя машина поднимала гул еще и в виде перепалок до ужаса громких детей, а со стороны американки какой-то мужик покрыл потоком брани сидящую рядом с ним женщину, когда та и двух слов толком связать не успела. Да уж, будь Берн на ее месте, тот незнакомец, наверно, уже прибил бы ее давно.  – Да, я делаю, что хочу, не сидеть же мне на заднице ровно изо дня в день и ждать твоего возвращения. Мы ведь не женаты, как ты сказал, -  елозя в кресле, фыркнула женщина и потянулась за тем, чтобы приоткрыть окно да впустить в душный салон хоть немного холодного, но свежего воздуха.
- Ты серьезно полагаешь, что у меня проблем никаких быть не может? – едва ли чувствуя касания зимнего потока ветра на оголенных участках кожи, раскаленная, возмущенно глянула на Майкла. – У меня бизнес свой, с которым часто бывает нелегко, у меня три голодных рта дома, и один из них теперь еще такую головную боль приносит, что хоть стой, хоть падай, - а вот тут ее понесло, ибо, так сказать, накипело. – Я ведь стараюсь, знаешь! И хоть Джинджер еще, по сути, малолетка, она должна понимать, что тащить на себе я одна ее не могу, а она все ерепенится изо дня в день, обижает. И это после того, как она появилась с передозом из-за этого Юля хренова, как он меня из-за нее чуть не придушил в прямом смысле этого слова, как я перед ней скакала, отмывала ее в душе и всю ночь откачи…откачивала, - с каждым словом голос Бернадетт становился все тише, а быстро пришедшее осознание того, что она только что сказала, протрезвило ее да мигом отогнало всю подступившую аж к самому горлу злость.
- Майк, - и первая ее мысль: какая же жалость, какая же превеликая жалость, что у нее под рукой нет той удивительной штуковины из «Людей в черном», отнимающей воспоминания, коей так и хотелось щелкнуть в тот момент прямо перед носом мужчины. – Забудь. Забудь и не говори об этом ни с кем, ибо Каста мне ясно дала понять, что рассказывать тебе об этом… не стоит, - блондинка так сильно прикусила нижнюю губу, что во рту появился металлический привкус, и тут же прикрыла лицо ладонями, начиная злиться уже на саму себя. Ну кто ее за язык, блять, тянет? – Идиотка, ой идиотка, - и уже чуть тише выругалась, а затем, убрав одну руку, неторопливо покосилась на мужчину.
А ведь ничего уже не исправишь. Как говорится, слово - оно не воробей...

Отредактировано Bernadette Rickards (2016-01-11 20:13:03)

+3

7

Перестроившись в другой ряд, Майкл трижды проклял себя, что не поехал каким-то другим путем. Так они могут несколько часов простоять  - и Бог знает до чего договориться. Включив навигатор, Ринальди начал изучать карту города, размышляя, как можно бы было сократить опостылевшее путешествие. Не забывая в то же время отвечать Бернадетт. - Может, уже пора завязывать с обвинениями? Я-то езжу по делам, а вот ты шляешься непонятно где с Ирен, устраиваешь невесть что в клубах и ресторанах...Что? Последний рассказ  Рикардс на мгновение вогнал Майка  в ступор, руки на руле расслабились, мощный внедорожник вильнул носом, едва не задев соседний "форд".  - Что ты сказала? На минуту он ощутил, что не может поверить своим ушам,  подобный разворот был слишком мелодраматичным, чтобы существовать в реальности. Более напоминал сценку из скверного фильма, чем жизнь. - Юль продал наркотики твоей племяннице?  Он пригрел этого парня, когда тот был паршивым уличным дилером, приставил к большому делу, позволил зарабатывать деньги  - а теперь тот так ему отплатил? Гадя в его собственном доме, впаривая дерьмо его несовершеннолетним знакомым? Такой дурости консильери не ожидал от Мартина - казалось, что с головой, в отличии от большинства других проторчавшихся насквозь пушеров, у того все в порядке. Но вторая часть его выкрутасов оказывалась еще хуже. - Он, блять, на тебя руку поднял? Сделал больно? От ярости у Майка, казалось, звенело в ушах,  в глазах слегка мутилось - но голос оставался спокойным, словно пронизанным арктическими льдинками. Повернувшись к открытому Берн окну, чтобы глотнуть немного холодного воздуха, он  справился со своим дыханием  и опять обратился к молодой женщине. - Почему ты мне  сразу не сказала? И еще говоришь об открытости... Или, думаешь, я не в силах тебя защитить от какого-то уебка? Майкл гневно закусил губу. Очевидно - слишком сильно, ибо на ней проступило пятнышко крови. Механически обтерев рот запястьем, Ринальди вновь хмуро покосился на попытавшуюся замять разговор Рикардс. - Нет уж, рассказывай все давай. И причем тут моя племянница,  с какой стати  она решает, что тебе можно мне говорить, а что нет? Вдруг перед глазами мафиозного советника встала картина -  день рождения его горячо любимой родственницы, удрученный вид Манцони и победно восседающий  рядом с Ирен Юль.  Уже тогда ведь у него существовали подозрения - но было не до того. А теперь получается, вот как оно? Этот козел ей дороже и подруги, и дядиной чести? Ласково улыбнувшись и будто бы успокоившись, Майкл наклонился к Берн, поцеловал ее в щеку,  накрыл поблескивающей несколькими перстнями ладонью ее руку. - Ладно, не бери в голову.  Мы сейчас поедем к Ирен и сами ее спросим, что это за истории. Резким движением Майкл развернул машину  и проехал по встречке, несмотря на возмущенное бибиканье других водителей. Ему сейчас было похер на все правила дорожного движения. Заплатит любые штрафы, хоть официальные, хоть иные.  Свернув в переулок, итальянец вскоре вырулил на другую автостраду -   и выжал газ. Благо, в  направлении того райончика, где теперь сняла квартирку Каста,  никаких пробок не было. Гангстер мчался вперед, подрезая и обгоняя,  выбирая самые короткие маршруты, не отвлекаясь на негодующие выкрики возмущенных его хамством шоферов. Словно боялся растратить свою злобу, выплеснуть ее на случайных людей.  Когда они наконец приблизились  к жилищу кубинки,  быстро вышел из машины, запер ее. Мельком глянул в растекшуюся по асфальту лужу, для себя самого непонятно зачем одернул синий шелковый галстук - и, нырнув  в подъезд, решительно зашагал по лестнице.  Достигнув заветной двери, трижды резко нажал на звонок. - Ирен! Открывай давай!

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-12 13:49:40)

+3

8

Поездка на Кубу прошла – мягко говоря, - неожиданно для Касты, чей отдых закончился чересчур ярко и нестандартно. Нет, ей очень понравилось, но уже пару дней не может свыкнуться с новым статусом. Наверно, потому, что разницы никакой, скорее, восприятие поменялось. Мартина, кажется, тоже все устраивало, да и загар ему шел, особенно вкупе с татуировками.
Единственное, что огорчало кубинку – вынужденный переезд, по вине бывшей хозяйки. Касте так хорошо и комфортно было в той студии, а теперь приходилось привыкать к абсолютно чужой обстановке, где еще недавно жили другие люди. Отсюда еще их запах не выветрился полностью, что говорить о планировке, в пределах которой она терялась, будто в каком-то лабиринте. Каждый день она по пять минут искала различные бытовые мелочи, под конец - взрываясь от раздражения. Вариант с переездом к Юлю не рассматривала, как ни странно. Они и так всегда могли остаться друг у друга, когда душа пожелает, поэтому, Ирэн не видела смысла жертвовать личным пространством ради идиотской галочки. Все ведь и так великолепно, разве нет?
- Глянь. – Девушка придвинула ноутбук на край кровати, к развалившемуся в кресле дилеру. Она оказалась в этой съемной квартире еще до Рождества, но не собиралась жить здесь и дальше. Во-первых, размеры слишком малы даже для нее одной, во-вторых, ей тупо не нравилось здесь, бывает же такая чуйка. Это не ее место. – Только… Далеко от клуба. – Что, в принципе, не трагедия, но не очень-то и удобно. Мартину не понять, ему досталось жилье неподалеку от Барракуды. – Но мне нравится. – Ничего особенного в студии не было – сплошной минимализм. Та же кровать, оборудованная так, будто спишь на полу, привлекла внимание кубинки.
Вздохнув, Каста откинулась на спину, глядя в потолок. Она не особо любила сидеть дома даже в свободное время; обычно хватало пару часов для отдыха, перекуса, а потом шла занять себя хоть чем-то. Но погода за окном оставляла желать лучше, клонило в сон, хотелось валяться в постели до посинения. Когда раздался настойчивый звонок в дверь, девушка медленно повернула голову, всерьез испытав удивление. Не все знакомые знали, где она сейчас живет, да и кому что надо в такой день?
- Майк? Ты чего так… - Ирэн осеклась на полуслове, когда Ринальди буквально ворвался внутрь, ведомый каким-то внутренним бесом. Обычно он чертовски спокоен. Каста пришлось отойти в сторону, но как только хотела прикрыть за мужчиной дверь, за ним через порог переступила Рикардс, собственной персоной. Кубинка молча посмотрела на нее, а потом опять на Майкла. Он был зол, и причин на это было немного. – Ну, привет, - поздоровалась с Бернадетт, захлопнув за парочкой дверь. В просторной прихожей появился и Мартин, пока что непонимающий, что происходит. Ничего, хмыкнула в голос девушка, сейчас быстро все поймет, как и она. Только бы не пропустить драгоценный момент, волнительно подумала Ирэн, обходя Майкла, чтобы видеть его лицо. – Решил в гости заглянуть? Кофе, чай, чего покрепче?

+3

9

Ну, да, конец поездки привнес некоторые изменения, но не в их отношения и даже еще не в паспорта. Насколько он понял, процедура завершится уже здесь, в Сакраменто и только спустя несколько месяцев. Ничего внезапного, никаких кардинальных перемен. Они не начали строить планы на будущее, не выискивали себе дом с бассейном на заднем дворе и не таскались по питомникам в поисках пса побольше, короче никакой этой мишуры не было, и быть не могло. Как и с тем вариантом, чтобы съехаться. И хотя решение все же пришло и даже осознание произошедшего, но по обыкновенному молчаливому согласию, никак не обсуждалось.

- Мм? – Юль сидел в кресле, занятый скручиванием джойнта и поднял взгляд на брюнетку, когда та снова привлекла его внимание. Поиски подходящего жилья продолжились по возвращению, и он все еще не подтянул за уши знакомого агента, а зря, потому что Кубе явно не терпелось найти что-то более подходящее. Дилер дотянулся и подцепил ноутбук, перекладывая его к себе на колени и между делом просматривая фотографии без особого энтузиазма. Погода за окном была, мягко говоря, дерьмовой, так что он тут планировал ненадолго задержаться. Возможно, появятся совместные планы, либо кто-то его вырвет из четырех стен, но на данный момент особо важных дел не было. – Нормально. Только далековато, – согласился он, собирался продолжить эту тему и даже вытянул из кармана телефон, решив, что сейчас как раз подходящий момент занять знакомого, но в дверь позвонили и он посмотрел на Касту. – Кто это?

Мартин проводил Ирэн взглядом, но сам остался в кресле. Переложил ноутбук на пол и в этот момент услышал имя Ринальди. Вот так сюрприз. На памяти Юля, такое было впервые – что у Касты в гостях нарисовывался дядя. Может, что-то случилось. Дилер поднялся, отложив самокрутку на подлокотник, и неторопливо вышел из комнаты. Он даже успел приветственно улыбнуться, только улыбка слезла с лица, когда он увидел настрой Майкла и наличие с ним блондинистой спутницы, лихом сложив дважды два и лишь предполагая, что будет дальше.

- Привет, Майк, - каким-то усилием выдал дилер, хотя на самом деле хотел сказать что-то вроде «Вот сука». Чтобы он еще хоть раз откачивал какого-нибудь ебучего торчка? Да ни в жизнь.
Юль, конечно, не был настолько наивен, чтобы думать, что дело спустили на тормозах и Рикардс реально может держать язык за зубами. Бабы, блять. Просто все произошло немного неожиданно. Он готов был даже ответить Майку за всю эту хуйню, только тот на диалог явно не был настроен, да и реакции дальнейшей ждать долго не пришлось.

+3

10

Автомобиль вдруг резко дернул в сторону, расстояние между ним и чужой тачкой сократилось до самого минимума, отчего Рикардс вся вжалась в кресло от испуга, чувствуя, как сердце было готово прямо-таки выскочить из груди.
Впрочем, это учащенное сердцебиение все не унималось и из-за дальнейшей реакции Майкла на ее слова; конечно, она и не могла рассчитывать на что-то другое, за считанные секунды попыталась вытащить из своей головы любой более-менее весомый довод, способный хоть как-то отвести внимание Ринальди от вдруг раскрытой ее маленькой тайны.
- Что? – как попугай произнесла в ответ на идентичный вопрос, заданный итальянцем. – Нет, давай все же поговорим о том, где я шастаю. Знаешь, я не думала, что тебя хоть как-то волнует то, куда и с кем я хожу…. Вот хочешь, буду тебе говорить о своих планах, прежде чем куда-то идти? – она была готова все что угодно сказать, хотя прекрасно понимала, что все эти ее старания бесполезны, и заговорить зубы мужчине в данный момент у нее не никак не выйдет.
А еще таким очень гадким в этой ситуации было то, что любые последствия (а вот какие – Бернадетт оставалось лишь гадать да фантазировать) части этого их разговора окажутся на ее совести, на совести чересчур болтливого ее языка. И ведь не докажешь, что откровенничала она не по собственной воле; ну, и какая, впрочем, теперь разница.
- Да что рассказывать? Я уже все тебе рассказала, - молодая женщина внимательно вглядывалась в лицо Майка и поражалась, как его практически ледяной тон голоса контрастирует с взглядом, который по обыкновению и выдает все внутреннее состояние человека. – Конечно, можешь защитить! А не хотела  я тебе говорить изначально потому, что… потому, - он вдруг полез целоваться с возникшей на лице улыбкой, при виде которой Берн впервые стало не по себе; нет, ну ведь невозможно так быстро остывать. Кого он пытается обмануть? – Мы не поедем к Ирэн, - голос стал твердым, блондинка дернулась и схватила мужчину за руку, прежде чем он убрал ее с ее ладони, но удержать, разумеется, не смогла.
- Майкл, я сказала, что мы не поедем…Майкл! – ее кинуло в сторону закрытой дверцы машины, когда мужчина резко ее развернул и поехал против более свободного движения автомобилей, едва успевая уходить в сторону и вжимать педаль газа, как казалось, чуть ли не до самого упора. – Ты, блять, спятил совсем?! – вскрикнула женщина, желая в тот момент как следует стукнуть итальянца, дабы тот, черт возьми, опомнился да перестал играть с собственной и ее жизнью.
Кажется, она начинала понимать, отчего Каста так не желала того, что Ринальди узнал о случившемся пару месяцев назад. Таким американке его еще видеть не доводилось; разумеется, всякое бывало, она злилась, он злился, но чтобы были такие крупные вспышки даже не просто злости – ярости…нет, такого на ее памяти точно не было.
- Подожди, Майк, - он буквально вылетел из салона автомобиля в сторону подъезда, а Рикардс на высоких каблуках не поспевала за ним, плетясь где-то еще совсем внизу, когда итальянец был в паре-тройке ступеней до этажа, на котором и находилась квартира Касты.
Впрочем, она как раз успела к тому моменту, когда кубинка уже впускала в помещение своего жилища дядю, и блондинка, с каждым шагом мандражируя все больше, вошла следом.
- Привет, - напрягшись, ответила Касте, а затем увидела вышедшего из-за угла Мартина, и ей совсем стало не по себе. Берн вдруг почувствовала себя маленькой, в чем-то сильно провинившейся девочкой, которой уже готовились читать воспитательную лекцию да отшлепать ремнем до красной задницы, опять-таки, в воспитательным целях.
До определенного момента ей оставалось только представлять, что же будет дальше; и она взяла Майкла за локоть. Просто так.

+3

11

Когда дверь в квартиру наконец открылась, Майк, не спеша, обтер о коврик свои стильные ботинки,  затем вошел внутрь. Сердце стучало в груди словно молот о наковальню, однако гангстер попытался безмятежно улыбнуться. - Привет, Ирен. Вошел в прихожую, огляделся -  новому жилью Касты было далеко до прежней  студии. Та, когда произошла размолвка с хозяйкой, в очередной раз проявила самостоятельность,  не обратившись к помощи дяди. Хотя, казалось, сам Бог велел - тот ведь занимается строительством, в том числе и жилых зданий. Однако сейчас вот консильери меньше всего хотелось думать о каком-то содействии родственнице. Как говорится - в свете вновь открывшихся обстоятельств.
- Попали тут под дождь, решили забежать, ты ведь не против? - несколько недобро усмехнувшись, добавил Ринальди. Он умел контролировать  гнев - вернее, словно загонять его в некий резервуар, где он продолжал бухнуть и раздуваться, подобно чудовищному гнойному нарыву. Ожидая момента, когда  хозяин поднимет задвижку сундука - и  он хлынет оттуда с двойной мощью и яростью.  - Хотел тут тебя кое-что спросить заодно... - начал  мафиози, слегка распуская узел галстук, который, казалось, начал его душить, превращаясь в веревку висельника. И в этот момент в  прихожей показалась фигура,  уничтожившая весь его план допроса. Татуированная фигура виновника всего произошедшего, Мартина Юля, похоже,  себя здесь чувствовавшего как дома. Как говорится - на ловца и зверь бежит. О! - радостно воскликнул Майк. Осторожно освободился от хватки Бернадетт, удерживавшей его за локоть. Развел руками, словно желая обнять дилера, шагнул вперед. - Вы с моей племянницей теперь, блять, похоже неразлучны... Скажи мне, пожалуйста... И в этот момент терпение гангстера лопнуло, с шумом и треском.  В ушах его зазвенело. дыхание  замерло где-то в районе желудка. Подойдя достаточно близко к пушеру, он вдруг резко и внезапно бросился вперед - и выбросил ногу, нанося удар в пах. - Я тебя, сучок, завалю, на хер! Затем выхватил из кармана пиджака ствол  - в последнее время он всегда ходит заряженным, в ожидании возможных разборок с Монтанелли. И  прямо в костюме за пять тысяч долларов,  золотых запонках и шелковой рубашке,  всем  телом прыгнул на Мартина, заваливаясь вместе с ним на пол. И одновременно нанося удар рукоятью пистолета по лбу. - Под монастырь, бля, решил подвести? - прошипел, когда они забарахтались в каком-то подобии кучи-малы. Бешенство просто клокотало внутри Ринальди - ведь наркотики для италоамериканской преступности самая деликатная тема, о ней молчат, в нее вмешиваются только осторожно. Сколько он инструктировал этого гондона, чтобы не трепал его имя зря во время разговоров с уличными торговцами, чтобы следил за тем, чтобы никто не болтал о том, кто их крышует, чтоб не сыпали терминами вроде "Торелли" и  "мафия"?  Тот же в итоге  так его подвел, внес дерьмо в его ближайшее окружение - а ведь он этому окружению представлял его как сотрудника строительной фирмы, "легального" чувака! - Душил Берн, еб твою  мать! Взведя курок и прижав "плетку" к горлу Юля, Майк левой рукой начал наносить ему беспорядочные удары. Обычно он бы снял украшавшую мизинец печатку c алмазами, однако теперь не заботился о том, разобьет ли костяшки или даже сломает палец. Главное - уделать этого  мудака, нанести ему максимально боли, ущерба,  внушить ужас. - Вот такое уважение?  Ты труп, на хуй... Адреналин бушевал, вопил,  визжал в крови у мафиози, призывал совершить убийство здесь и сейчас. Лишь что-то таящееся в недрах подсознания удерживало от того, чтобы вышибить Мартину мозги на месте, при Берн и Ирен. В любом случае, как они ни расстанутся - тот покойник. Это лишь дело времени.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-13 18:09:29)

+3

12

На одну и ту же ситуацию все присутствующие смотрели совершенно по-разному, и только Майкл решил доказать остальным, что ему есть, что отстаивать, применив силу. Еще когда в небольшой квартире прозвучал его нарочито спокойный и дружелюбный голос, кубинка заняла вполне примирительную позицию, находясь между дилером и дядей. Увы, последнему не помешало ровным счетом ничего, в том числе – любовница и племянница. Вот таким Каста видела его редко; из прилизанного джентльмена он превратился в неконтролируемого зверя, расчищающего все на своем пути. Казалось, на месте, куда итальянец повалил Мартина, в следующее мгновение образуется воронка, функционирующая за счет агрессии, заполонившей все пространство разом. Все произошло слишком быстро, даже она не смогла бы помешать Майку нанести весьма болезненный удар Юлю, но это движение не укрылось от внимания – напротив, - четко отпечаталось в памяти, словно тщательная раскадровка. Чего не ожидала совсем – появления оружия, которым мужчина стал размахивать чересчур опасно. Кубинка сделала тяжелый вздох, шагнув в сторону, когда мимо ее лица пронеслось дуло пистолета. В подобных ситуациях, Ирэн обычно предпочитала наблюдать, нежели добровольно лезть в адскую пучину, тем более, если речь касалась мужских драк. Они, по ее мнению, абсолютно естественны. В мужчин природой заложено демонстрировать друг другу силу и мощь, соревноваться, кто кого, претендовать на лидерство. Первый удар, несомненно, вышел жестоким (особенно от мужчины мужчине), но подсознательно Каста прекрасно понимала, что Майкл здесь находится из-за другого человека. Из-за женщины.
Блондинка, чье лицо пошло пятнами то ли от испуга, то ли от стыда за свою болтливость, только сейчас дернулась с места, намереваясь, видимо, отодрать любовника от татуированного дилера, но кубинка, быстро среагировав, с силой оттолкнула ее в сторону, прямо в стену. Ирэн невероятно злилась на Мартина за его похождения с несовершеннолетней девчонкой, чье веселое времяпровождение чуть было не стало последним в жизни, а в итоге пострадала еще и Берн, вовлеченная в эту «грязную» историю. Она не имела право капать ему на мозги, требовать каких-то фальшивых извинений, за счет которых тетя Джинджер могла сменить гнев на милость, но в тот раз высказала Юлю все, что думает, до последнего слова. Будь ее воля, Каста бы послала всех участников этой истории прямиком в задницу, но она осталась и еще попыталась как-то это дело разгрести, дабы оно не пустило глубокие корни. А ведь Мартин был прав, когда высказал мнение касательно временного молчания Рикардс: ей нельзя было доверять на сто процентов. Во-первых, она – пострадавшая сторона, а молчать о своих страданиях и унижении – удел очень сильных и волевых, во-вторых, она спит с Майклом, а где постель, там и раскрытие всех гребаных тайн. Как бы Каста не хотела помочь обеим сторонам (стоит напомнить, что лично она ничего никому плохого здесь не совершила), получилось так, что теперь в глазах дяди – предательница, лгунья и вновь подозрительный объект, которому нельзя довериться. Кубинка только-только наладила с ним контакт, а теперь все спущено в унитаз.
- Довольна? – прошипела брюнетка, глядя в глаза блондинке. – Теперь смотри. Видела когда-нибудь размозженные мозги? – Каста в два шага оказалась над Майклом, который решил вовсе не жалеть неподготовленного Юля. Хотела ли она оправдать то, что он душил Берн в ее пентхаусе? Ни капли, честно говоря. Ирэн не дружила с Рикардс настолько тесно и душевно, но все же хорошо понимала, отчего та держит обиду, а Ринальди так зол из-за этого. Она ни за что бы, ни позволила себя душить и «глотать» чьи-то угрозы – сделала бы все, чтобы нанести ответный вред. - Майк! Остановись, сейчас же! – кричала девушка, ухватившись за ту самую левую руку дяди, которой тот наносил удары Мартину. Она и не думала, что будет так отвратительно наблюдать, как калечат Юля; в душе даже злость за него взяла, захотелось вступиться, как никогда. Конечно, он по всем фронтам неправ, но Каста с ним, на его стороне, и этого объяснения вполне достаточно.
Ирэн ахнула, когда чуть не получила по лицу кулаком Майкла, вовремя отодвинувшись. Нельзя лезть в мужские драки, нельзя!.. Берн, кажется, снова решила сделать попытку помочь, но уже неохотно, так как Каста всем своим видом показала, что той лучше стоять и молчать. Осмотревшись, кубинка неуверенно нахмурилась, полагая, что бить чем-то тяжелым своего дядю – не лучшая идея. Но как еще его остановить? Размахнувшись, брюнетка шлепнула его по плечу, потом еще раз, чувствуя, что ей и самой уже немножко не по себе от того, с какой яростью он хреначит Мартина.
- Майкл, твою мать, ты не можешь его бить! – точнее, не мог убить, если откровенно, иначе Каста станет вдовой быстрее, чем думала. – Отойди, - рявкнула на Берн, снова появившуюся в поле зрения, краем глаза заметив, что дилер явно собирался встать с пола, но попытки заканчивались неудачей: Ринальди не останавливался. - Мы женаты, Майк! - вдруг крикнула она, тяжело и шумно выдохнув. - Он мой муж. - Эти слова прозвучали впервые с момента заключения брака, и Каста даже горько ухмыльнулась, находясь в легкой панике из-за избиения.

Отредактировано Irene Casta (2016-01-13 18:42:28)

+3

13

Эта история все равно бы вскрылась рано или поздно. В данном случае, лучше бы она открылась немного позже. Это, скорее всего, несколько сгладило бы ситуацию, учитывая, что Юль не так уж и долго знал Ринальди. Угораздило же его оказаться в этот момент у Касты, ему ведь, если припомнить, частенько фартило на подобную хуйню. Как он вообще живой-то еще ходил? В общем-то, не будь здесь свидетелей, возможно, этот случай и был бы последним, потому что никаких объяснений Майкл явно слушать не собирался. Дилера не сбило с толку его поведение, оказавшееся обманчивым.

Майкл дернулся вперед, но вот первый его удар оказался весьма и весьма неожиданным и столь же болезненным, так что дилер, естественно не мог препятствовать дальнейшим действиям итальянца. Не мог увернуться от удара стальной рукояткой, потому что даже не понял, в какой момент у Ринальди в руках оказался ствол, ему, мягко говоря, было не до этого. Металл глубоко сцарапал кожу и, как ни странно, именно то, что Юль получил по башке, его и отрезвило. После того, как он звездочек насмотрелся, конечно, поэтому пару ударов по роже все-таки пропустил, а потом уже резко вскинул согнутую в локте руку, закрываясь.

- Майкл, блять, - говорить что-либо было тяжеловато, потому что приходилось блокировать удары консильери и еще помнить о том, что к подбородку прижато дуло пистолета, на минуту, снятого с предохранителя. В такие моменты просыпаются даже самые отшибленные инстинкты, особенно желание жить и осознание того, что противник в эту минуту едва ли себя контролирует, а палец его лежит на спусковом крючке. Одно неловкое движение и мозги Мартина разлетелись бы кровавыми ошметками по полу.

Дилер сжал зубы, заметив, что Каста все-таки вмешалась, чего делать явно не следовало и что конкретно его окончательно вернуло в реальность. Размахивать стволом в тесном пространстве, в котором, к тому же, находились те, кого он сюда пришел защищать – не самая удачная идея.
Не здесь, твою мать! – дилер зарычал, в попытках отцепить от себя итальянца и под обеспокоенные крики Ирэн, толкнул локтем руку Майкла с оружием, после чего палец Ринальди таки дрогнул и раздался выстрел, резанувший по ушам.

- Бля, - Мартин воспользовался секундным замешательством и оттолкнул консильери, вмиг оказываясь на ногах и, попятившись от него на пару шагов назад. Осознание того, что его от смерти отделяло движение пальца, которое заняло бы какую-то жалкую долю секунды, ясно пришло только сейчас. Он повернулся и посмотрел на простреленную плазму на стене, смахнул кровь со лба и снова повернулся к Ринальди, в повисшей паузе посмотрев сначала на него, а потом на Кубу. Отличная семейка. Если сегодня или в ближайшее время, Майкл не доделает начатое, то жизнь планировалась веселой.

+3

14

Как ни пыталась Рикардс удержаться за локоть итальянца, он все равно ловко вывернул руку из ее хватки и пошел на Мартина; а дальше, буквально за какие-то пару мгновений, все резко потонуло в самом настоящем хаосе, на который и смотреть было страшно, а уж влезать в него с целью его предотвращения – боже упаси. Американка на своем же опыте научена, что влезать в чужие драки – себе дороже, и что благими намерениями в таких случаях вымещена дорога к готовому поставить под глазом фингал кулаку одного из дерущихся мужчин.
Хотя Бернадетт, разумеется, в замешательстве наплевала на всякий жизненный опыт, сначала сделала, а не подумала, и дернулась к занесшему ногу Ринальди;  но тут же, ахнув, отпрянула назад, когда прямо перед ее носом сверкнуло дуло пистолета и мужчина, окончательно растеряв всякое самообладание, кинулся всем весом на Юля.
И если Ирэн хоть раз или два доводилось видеть дядю в таком состоянии, то Берн – никогда; она даже и представить не могла итальянца в приступе такого гнева, ни разу не видела, чтобы тот прикасался к огнестрельному оружию, и поэтому стояла, как вкопанная, пытаясь хоть как-то соотнести происходящее с реальностью.
-Майк, остановись, мать твою! - Ее прямо-таки начало колотить от испуга и некого шокового состояния при виде всей картины, которое быстро сменилось не сопровождаемым разумом желанием кинуться к Майку и не дать ему в ближайшую минуту расквасить голову дилера. Тот, конечно, до сих пор злил Бернадетт, был в ее глазах долбанутым придурком, всецело виновным в передозе ее племянницы и том ее состоянии, в котором она находилась по сей день. И женщине, признаться, было чертовски приятно осознавать, что рядом с ней есть способный заступиться и защитишь ее человек, за которым она может быть, как за каменной стеной; но когда эта самая стена со всей дури хреначит человека и, держа палец на курке, подставляет к горлу его пистолет, становится действительно панически страшно. И Мартину схватить пулю она, естественно, ни коим образом не желала.
- Да какого!... – в кубинке было немалое количество сил, которое и дало той с легкостью отшвырнуть тело блондинки в сторону подальше от всей потасовки; больно ударившись боком о противоположную сторону так, что что-то стоящее неподалеку со звоном полетело на пол, Берн немного зависла в одном положении, чувствуя, как и к ней вместе с болью подкатывает еще и раздражение.
Вновь дернувшись вперед, она, было, хотела повторить попытку вмешаться в заварушку, но Ирэн опять что-то выкинула в ее сторону.
- Сама, блять, отойди! – выпалила и пихнула брюнетку в плечи, правда, с меньшей силой, так что особо далеко после выпада Рикардс кубинку никуда не отнесло.
А дальнейшее заявление Ирэн послужило неким очередным, правда, невидимым толчком в грудь. Это они, получается, за какие-то пару месяцев успели перейти от «да, мы друзья» до «мы женаты»? Серьезно, вашу мать?
- Муж? – опешив, произнесла. – Ты вышла за этого…этого... замуж? – возможно, это был просто отвлекающий маневр, благая ложь ради того, чтобы Майкл, наконец, отвлекся от избиения татуированного дилера. Впрочем, долго размышлять об этом не удалось, когда вдруг раздавшийся выстрел оглушил всех присутствующих в комнате; через секунду Берн заметила вскочившего на ноги Юля, через другую – дыру в плазме, а затем – кинулась к Майклу, подошла спереди и, обхватив его за плечи, со всеми приложенными своими силами оттащила мужчину чуть в сторону от Мартина.
- Ну хватит, все, - ее заметно трясло, пока она на первых порах вжималась в Ринальди, боясь, как бы тот опять не ринулся в сторону дилера. И одновременно поглядывала на новоиспеченную чету Юлей, переводя взгляд с девушки на парня и обратно, до сих пор не веря в сказанное кубинкой ранее; нет, это было просто немыслимо.
Просто круговорот пиздеца в природе.

+3

15

- Да, сейчас останавлюсь, только вот штаны  подтяну. - прорычал Майкл, отшвыривая от себя Касту. У него палец просто чесался выпалить - но здравый смысл все же говорил, что совершить убийство лично, в присутствии Берн и Ирен, не лучшая затея.  Лучше уж потом подрядить кого-нибудь на это дело, чтобы все совершили чисто и без свидетелей. Например, того же Манцони, ему подобное задание явно бы понравилось. Именно потому советник не выстрелил, а продолжил работать левым кулаком,  пытаясь отвести в сторону  локоть Мартина, блокировавший мафиози дорогу к челюстям и носу наркодилера.  В какой-то момент Юль умудрился пихнуть его руку, Ринальди непроизвольно нажал на курок -  и ему по ушам ударил грохот выстрела и звон чего-то там, разлетающегося на куски.Видимо, пуля улетела куда-то вглубь квартиры и что-то там разнесла или повредила. В следующую минуту мужчины расцепились - и  гангстер встал, с некоторой озадаченностью рассматривая попахивающее порохом дуло. Он забыл, что  оружие сегодня было без глушака. За последнее время больше привык к сухим, но смертоносным щелчкам, чем к такому шуму. - Эй вы там, у вас все порядке? -  кто-то внезапно забарабанил во входную дверь. Видимо, соседи зачем-то вылезли на лестничную площадку и услышали странный звук.   - Все в порядке, просто хлопушка разорвалась! - крикнул Ринальди, недовольно скривив лицо. Он ненавидел, когда его прерывали. Выстрел в какой-то степени отрезвил его - но свирепых намерений не ликвидировал. Он было вновь двинулся к Мартину - но тут до его сознания дошло, что именно сказала Каста. - Что, бля? Ты вышла замуж... за этого? - повторил он слова Берн, вставшей около него и взявшей его за плечи. Переваривая столь ошеломляющую новость, опустил глаза вниз, на свои руки - и увидел, что  бриллианты на кольце здорово его порезали,  кровь стекала с костяшек. - И ты мне нечего не сказал? Врал, что вы не встречаетесь? - стиснув зубы, Майкл взглянул на Юля, вспоминая сцену  в "Барракуде". Однако еще более гневный взгляд он кинул на свою племянницу. - Ты даже не пригласила меня на свою свадьбу. И Ала тоже. - все еще тлеющие внутри мафиози угольки злобы вдруг смешались с пеплом горечи. Мало того, что девушка отказывалась от помощи Майка в подыскивании приличных вариантов брачного союза, мало того, что продинамила добропорядочного (по их меркам) Марти и решила выйти замуж за бывшего наркомана и нынешнего наркоторговца. В конце концов, она не его дочь и в какой-то степени он давно махнул рукой, отказываясь от вмешательств в ее личную жизнь. Однако даже не пригласить дядю разделить свою радость, даже не намекнуть, словно они и не семья вовсе... Видимо, так оно и есть. Они семья для Майкла, для Альберто - но не для гуляющей сама по себе племянницы.  - И когда же это произошло? Где вы поженились? -  сердито потребовал Майкл ответа у новоявленных новобрачных. Опять поднял пистолет, наводя его прямо на лоб Юля. - Если вы мне пиздите, чтобы выгородить этого...  Заканчивать Ринальди не стал - и так все было понятно.  Может, она рассчитывала, что  гангстер не будет убивать или калечить  супруга своей племянницы. Решила его прикрыть в очередной раз. И потому объявила, что они с хахалем вступили в брак. Это Каста-то,  уже давно имевшая репутацию свободолюбивой холостячки.  Верить этому так просто консильери не собирался. - И с чего это так внезапно? Многое ли ты вообще знаешь о нем? - итальянец в упор поглядел на Ирен. Той Юль был известен как боец -  однако знакома ли она с другой стороной его жизни, распространением дури в больших масштабах, это вопрос. С другой стороны,  кубинку бы такое наверняка не смутило.  Ей ведь всегда нравились плохие парни - а тут уж, блять, куда хуже.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-16 16:51:18)

+3

16

Раздался выстрел, и Каста резко закрыла уши руками, вздрогнув. Стоит заметить, что размеры квартиры и непосредственная близость пистолета свое дело сделали: кубинка всерьез испугалась. Никогда еще пули не летали в такой близости от нее. Более того, оружие изначально было направлено на Мартина, она не успела увидеть своими глазами момент, когда Майкл спустил курок, поэтому на мгновение решила, что дядя застрелил дилера. К счастью, пострадавший стоял поодаль, у противоположной стены, и никаких кровавых дыр в его теле Каста не обнаружила, пусть и с трудом фокусировала взгляд, испытав чистой воды шок. А все из-за какой-то малолетки, запавшей на барыгу – последнего, на кого юным девочкам стоит обращать внимание. Ирэн до сих пор придерживалась мнения, что вместо претензий, жалоб и прочего дерьма, Берн стоит заняться своей племянницей; невооруженным глазом видно, что она ничегошеньки не смыслит в воспитательном процессе, так с какого хрена имеет наглость винить других? Чего еще ожидать от пушера? Он даст все, за что ему заплатят, будь то купюры или обыкновенный секс.
- Какая в задницу свадьба? – вдруг громко выпалила Каста, в конец разнервничавшись. Господи, он серьезно? Только что чуть не пришиб татуированного муженька, а теперь сокрушается, что его не пригласили на свадьбу? – Не хочешь перестать кривить лицо? – обратилась к блондинке, чье театральное возмущение только добило кубинку, готовую уже врезать женщине, по вине которой здесь произошел полнейший хаос. – Извини, что не спросила твоего драгоценного мнения, ведь мне, черт подери, так оно ценно, - прошипела сквозь зубы, глядя на Рикардс. Та, судя по всему, заметно осмелела, решив, что раз ее любовник способен со всеми разобраться, можно встать за его спиной и повизгивать, подначивать. Наглость, с которой Бернадетт отзывалась о выборе Ирэн, оттолкнуло девушку настолько, что она была готова резко поменять свое мнение, а потом организовать бывшей работодательнице врага в своем лице.
- Никакой свадьбы не было, Майкл, - терпимее пробормотала брюнетка, вновь оказавшись между ним и Мартином. Возможно, она понимала степень надвигающейся обиды дяди, решив все объяснить прямо здесь. – Мы поженились на Кубе, а вернулись оттуда буквально пару дней назад, разве ты забыл? – Прежде, чем уезжать, она, естественно, предупредила всех, так как, несмотря на постоянные шутки Ринальди, давно уже старается быть на виду у родственников, а также всех остальных близких людей. - Да никто тебе не… - Брюнетка заныла сквозь зубы, оказавшись в два шага около комода. Выудив из выдвижного ящика бумагу, помахала ею перед Майклом, который в очередной раз направил пистолет на Юля. Эта бумага, конечно, была лишь первой ступенью, на территории Кубы; только через пару месяцев в их паспортах будет стоять соответствующий штамп, уже исходя из местных правил. – Убери ствол, Майк. – Каста нахмурилась, не собираясь ждать, пока произойдет еще один выстрел. В этом случае уже сто процентов кто-то из присутствующих пострадает. Радовало, что итальянец твердо стоял на своих двух, и не размахивал оружием. Смущала только блондинка, жавшаяся к нему и дергающая за плечи. Ей, блять, по рукам надавать надо, чтобы не мельтешила в такой опасной ситуации. Ее, кажется, совсем не тронуло то, что любовник вдруг оказался агрессивным владельцем огнестрела.
- Я знаю о нем достаточно, - уже примирительно заговорила Каста, вздохнув. – Мы знакомы много лет. – Неужели он искренне полагал, что она не знает, чем занимается Мартин? Вот даже если забыть о том, что она когда-то была наркоманкой, Майкл в курсе, что Ирэн долгое время крутится в криминальных кругах, чем ее может напугать пушер, интересно? – Хочешь знать, почему? Черт, у меня нет для тебя вразумительного и приличного ответа, - пожала плечами кубинка, глядя Майклу в глаза. Да, она известна тем, что не связывает себя не то, что браком, а серьезными отношениями, но разве можно нормально объяснить, почему совершила такой шаг? Захотела, вот и все. Ирэн всегда поступала по желанию. Она даже обернулась на Юля, смерив его внимательным взглядом. Выглядел он, стоит признать, неважно: дядя его знатно нахлобучил.
- Послушай, эта история с Джинджер – самая обычная история. – Надо же им разобраться с основной проблемой? – Она, как и тысячи других безмозглых малолеток, хотят всунуть нос во взрослые дела, а Мартин, он… Всего лишь не знал, сколько ей лет. – Кажется, Майкл представлял дилера, как какого-то там менеджера? Каста смутно помнит. – Я все понимаю, но, во-первых, никто не знал, что она несовершеннолетняя, во-вторых, он не должен оправдываться, откуда у него всякая дурь, а в-третьих, - Ирэн посмотрела на Берн, – не обязан объяснять всем маленьким девочкам подряд, почему им не стоит связываться с разукрашенным типом и пробовать все, что найдется в его конуре. – Она медленно перевела взгляд обратно на дядю, надеясь, что он наконец-то остыл хоть немного. – Он ни к чему Джинджер не принуждал. – Если Майкл сейчас заведет шарманку о том, что Мартин должен был отругать девчонку за распущенность, прочесть мораль и отвести домой – Каста застрелится прямо здесь и сейчас. Черт возьми, надоели эти показательные выкрутасы, мол, все мы на самом деле святые, правильные люди.

Отредактировано Irene Casta (2016-01-15 00:56:56)

+3

17

Конечно, никто не кинулся их поздравлять, а Майк не превратил все в шутку. Юль, пожалуй, поржал бы на славу, если бы это случилось, даже почти представил эту картину, только во всю эту хуйню вмешалась блондинка. По ее поведению можно было сказать, что отношения у них с Ринальди теснее некуда и, наверное, они уже несколько лет вместе. Ну, раз она возомнила себя еще и родственницей Касты, позволившей себе оценить ее выбор. Дилер наблюдал, как Рикардс лезет под руку разъяренному консильери и начинал понимать всю оплошность своего поступка в ее квартире. У телки явно тараканцы в голове не умещались и рвались наружу.

На секунду все отвлеклись на голос за дверью, но когда Майк повернулся, то снова заговорил. Понятно, что выбор племянницы он не оценил, но лично Мартина это мало волновало. Кажется, мнение Ринальди конкретно в этом вопросе не имело никакого значения. Дилера слегка покоробило от того, как он переключился на эту тему под аккомпанемент охов и вздохов жмущейся к нему любовницы. Ее поведение вообще превращало всю эту картину в какую-то театральную постановку, целую драму, которую при всем желании нельзя было бы принять всерьез, не будь в руках у Ринальди оружия.

Он бы ответил Майку точно так же, как и тогда, на день рождении Кубы и повторил бы свою фразу о том, что они не встречаются. Потому что они, блять, не встречались. Ни несколько лет назад, ни в конце прошлого года. Юль не отрицал, что далеко не равнодушен к девчонке, но, видимо, они настолько были неуверенны друг в друге (именно потому, что достаточно хорошо друг друга знали), что только вот такой поступок, совершенный в Гаване привнес в их отношения какую-то определенность, расставил какие-то точки.

Кажется, тут все слегка перенервничали, включая самого Мартина, потому что он уже слабо улавливал суть разговора, резко перескакивающего с темы на тему. К тому же, удар по голове давал о себе знать и не только легким головокружением, но и болью. Он, конечно, был привычен, но удар кулака и железом немного различаются по величине нанесенного здоровью ущерба. Возможно, именно по этой причине дилер не оценил по достоинству то, что дуло пистолета вновь смотрело в его сторону тогда, как Куба пыталась хоть что-то объяснить Майку.

- Я не толкал ей наркоту, Майк, и не знал, что она малолетка. Ты ее сам видел хоть раз? Разве у меня могли быть какие-то сомнения, блять? – дилер воспользовался тем, что Ирэн вновь заговорила, и вытянул из кармана телефон, несколько раз мазнув пальцем по экрану и протягивая консильери. Не так уж и долго они были знакомы с племяшкой полоумной блондинки, но после этой истории пару снимков он стирать не стал. Например тот, который показывал сейчас итальянцу, а на нем Джинджер в свете дискотечных огней сидела в компании подвыпившего окружения перед столом, заставленным всевозможными бутылками и сама явно была навеселе. Как оказалось, не зря он их не удалил. – Ты посмотри на нее, да ей лет двадцать пять на вид, не меньше. Это я откачал девчонку, твою мать, и я привез домой и единственное, что сделала эта… так это взялась мне угрожать! – теперь он смотрел на Бернадетт. Понимал, что сейчас не лучшее время, но, возможно до нее хоть что-то дойдет после всего этого. Дерьмово только, если это окажется его последними словами, все-таки не нравоучениях в сторону малознакомой телки он хотел бы закончить. Но раз выбор у него не особо богат… – Ты вообще в курсе, что у нас с ней общие знакомые. Она тусует по забегаловкам с моими ровесниками, блять! Никто ничего не пихал ей насильно, она сама всего просит, она знает, что хочет. Я вытащил ее, но не факт, что через неделю она не наткнется на того, кто предпочтет выкинуть ее в канализацию, поняла? – что, собственно, он и собирался тогда сделать, пусть и не буквально. Мысленно он, естественно добавил еще, - Тогда тебе некого будет уже обвинять, кроме самой себя, - но надеялся, что до нее и без подсказок допрет.

Да, был на дилере внешний налет отморозка, но он знал, с кем работает и на тот свет не торопился, да и не собирался отвечать за чей-либо воспитательный процесс, который Рикардс пыталась переложить на кого угодно, лишь бы не брать ответственность на себя. Вряд ли, она даже подозревала о том, что ее подопечная снова ломилась к нему после случившегося, и Мартин не удивился бы, если бы она вновь попросила ей отсыпать. Так что Рикардс здесь не нужно было демонстрировать перья, или кичиться защитой в виде любовника, а подумать своей блондинистой башкой. Они бы всего этого избежали, если бы она чуть раньше поняла, что иногда ей нужно пользоваться.

Вопрос, обращенный к Ирэн, по поводу рода его деятельности, вообще заставил дилера удивленно вскинуть брови. То есть, итальянцы, видимо, первым делом сообщают всем своим бабам о том, чем промышляют. Расписывают в красках и дают им время подумать - стоит ли связываться? Интересно, его любовница тоже в курсе подробностей? Раз уж такой расклад, то, наверное, Рикардс в теме своего положения. Ну, типа, незнание не избавляет от ответственности - она же попадет под гребенку, если Ринальди, к примеру загребут, и будут цепляться за любые ниточки, чтобы надолго притопить его. Интересный поворот. Вообще-то, Каста была частично в курсе. То есть, она прекрасно видела и понимала, что направленности своей деятельности он не изменил, просто не догадывалась, что масштабы внушительно изменились, и Юль, вообще-то, не собирался посвящать ее в такие детали. По крайней мере, не планировал. Не сейчас уж точно.

Куба все равно сказала бы Ринальди о том, что они расписались. Скорее всего, это случилось бы после получения официальных бумаг здесь, в Сакраменто. Так что Мартину были не понятны обиды Майкла по этому поводу. Хотя, после объяснений, возможно, хоть на это его точка зрения поменяется. Да, они с Ирэн не искали в друг друге идеала, потому что его для них не существовало – оба сами далеко не подарочки, как тут уже правильно заметили. По крайней мере, по поводу него. Юль понимал, что рано или поздно естественный отбор его настигнет, но лучше бы поздно, чем в такой вот тупой ситуации, в которой, - по его личному мнению, - его вины вообще не было. То есть, если он сейчас сдохнет, то, получается, вообще ни за что.

Отредактировано Martin Juhl (2016-01-15 06:38:33)

+3

18

На выстрел, естественно, слетелось воронье в виде любопытных и вездесущих соседей, впрочем, не шибко надоедливых и боящихся каждого подозрительного шороха, слава богу. После слов Майкла человек по ту сторону двери пробурчал что-то невнятное, кажется, смачно выругался между фразами, и, мигом потеряв к шум всякий интерес, пошел по своими бытовым да прочим делам.
А Рикардс, кажется, совершено перестала хоть как-то соображать после раздавшегося в квартире выстрела; когда на протяжении одного отрезка времени на тебя кубарем катится одно приводящее в испуг или даже шок событие за другим, в голове начинает происходить настоящий хаос. Ей во всякие жизненные ситуации приходилось попадать, в критические, основанные на разборках и скандалах, но вот в подобные – никогда. За один час (или, может, меньше, нельзя сказать точно) и Ринальди раскрылся ей с новой, пугающей, несомненно, стороны; но анализировать его в какой-то мере звериную агрессию и наличие огнестрела в тот момент не могла совершенно. Поэтому и вела себя, словно все это было в порядке вещей.
Поначалу Бернадетт и вправду не восприняла слова Касты всерьез насчет замужества, ибо хоть убей, но в статусе замужней женщины представить ее, такую все свободолюбивую и независимую, не могла. Она еще в клубе, когда все они собрались по поводу дня рождения Ирэн, заметила, что между ними отношения были явно не дружеские, но придавать особое значения этому не стала, не желая лезть в их дела; но ведь свадьба была совершенно другим делом, конечным пунктом любовных отношений, так сказать. И блондинку не сколько возмущало – точнее, совершенно не возмущало -, сколько удивляло нынешнее положение вещей. Впрочем, кубинка никогда не была ее подружкой-болтушкой, отношения с мужчинами они обсуждали лишь поверхностно и то от силы пару раз, и знать всех деталей ее позиции по отношению к любви, браку, блондинка не могла. Но сам факт того, что, вот, она и этот ее татуированный боец – муж и жена, несмотря на все был чем-то из ряда выходящим; на первых минутах после оглашения новости, по крайней мере.
Слова Касты насчет свадьбы стали долетать до слуха обрывками, когда Майк вновь поднял пистолет да направил его прямиком на Юля. Женщина побоялась даже шевельнуться, стоя рядом с итальянцем, и лишь, напрягшись всем телом, тихо попросила его опустить пушку. Но после уже дернулась в сторону, когда все действа переросли в некое подобие разговора, касающегося того, из-за чего, собственно, они и стояли тут вчетвером друг напротив друга.
- Да что ты, блять, говоришь! – обратилась уже непосредственно к Мартину, считая, что если с кем и стоит говорить по поводу ситуации с Джинджер, то только с ним. Ирэн не была там, ничего не видела своими глазами, а спорить сейчас с ней, как с лицом, чье мнение основано на двух несколько различных версий пересказа той ночи, не видела смысла. – Спасибо тебе, конечно, что не бросил ее умирать в канализации, но ты действительно ждал, что я буду ползать перед тобой и благодарить за то, что доза твоей, заметь, наркоты по счастливой случайности не убила мою племянницу? – где в глубине души, где-то очень, очень глубоко, Берн понимала, что и на Джиндж висит доля вины за все случившееся с ней. Но признавать это перед плюющимися фактами да доводами Юлями не собиралась, а уж соглашаться с их точкой зрения – тем более. Рикардс всецело на стороне своей непутевой, грубой, легкомысленной юной родственницы, ибо по-другому и быть попросту не может. Объяснений этому не требуется.
- Да какие двадцать пять, ты посмотри на нее! По ней невооруженным глазом видно, что она малолетка, как у тебя вообще хватило мозгов с ней связаться? – повернулась уже к Майклу, после того, как, нахмурившись, рассмотрела фотографию своей девчонки за столом в компании каких-то пьяных, сомнительных типов. – Нахрена ты вообще ее фото хранишь? – вычеркнуть человека из жизни – значит, прервать любые контакты с ним, стереть воспоминания. И тут уже либо гадай, то ли парню некогда память смартфона очищать удалением ненужных фотографий, то ли у этого была какая-то своя причина.
- Значит, так, - слова путались в один большой ком, а Рикардс уже попросту не знала, на что отвечать. Оправдываться за свой упертый настрой против такого якобы правильного Юля? Продолжать бессмысленно спорить с Ирэн? Бернадетт, конкретно перенервничав, потеряла всякие силы, уже едва стоя на своих двоих. – У Джинджер был выбор, брать или не брать наркоту, но так же и у тебя был выбор, давать ей дозу или же не давать. Так что не смей, мать твою, выставлять себя невиновным в этой ситуации, Мартин, по ней же прекрасно видно, что она несовершеннолетняя! Я еще раз повторю, что вина в основном лежит на тебе, ибо девчонка еще, считай, ребенок, и всунул свои наркотики этому ребенку ты на своей квартире. Никто меня в этом не переубедит, ни ты, ни кто-либо другой. Даже если каждый человек в этом гребаном мире повторит твои слова или слова твоей женушки, моя позиция не сдвинется ни на миллиметр. А знаешь, почему? – тяжело дыша, она повернулась к Ирэн. – Это произойдет по той же причине, по которой ты всецело находишься на его стороне. Он для тебя такой же правый, как и Джинджер - для меня, - никто не попрет против родного, любимого человека, и подобное не может быть чем-то глупым, неправильным. Было бы куда страннее, если бы Ирэн набычилась против Мартина, или же Рикардс считала свою племянницу виновной во всех своих бедах. - Бессмысленно все это продолжать, - уже тише подытожила женщина, запуская пальцы в распущенные волосы.
Это все надо было прекращать. Они могут спорить, стоя на одном месте, сколько угодно, и все равно не прийти к чему-то определенному, ибо никто свое положение, свою точку зрения тут менять не собирался. Проще научиться летать, чем расставить все точки над i при собрании упертых баранов на одной территории, что, собственно, из себя представляло эта их сходка на квартире Ирэн.

Отредактировано Bernadette Rickards (2016-01-15 18:15:48)

+3

19

Заталкивая гнев внутрь и перебивая его глубокими глотками воздуха, Ринальди посмотрел на бумагу, которой перед его лицом размахивала Каста. Похоже, она не врала ему и в самом деле заключила брак с татуированным дилером – это еще предстояло обдумать, выработать линию поведения. Пока же Майк опустил пистолет и выслушал сначала защитительные речи Ирен и ее новоявленного мужа, а потом и сторону обвинения – Бернадетт. Внимал он их словесам почти безмолвно. Лишь когда Мартин назвал Рикардс "этой", строго погрозил тому окольцованным пальцем. – Выражения выбирай. Затем еще раз обвел взглядом присутствующих. Ему за жизнь приходилось много раз участвовать в различных сходках и стрелках, как внутри Семьи, так и за ее пределами – а последнее время, в качестве капо и консильери, также их и разводить. И потому, где-то на уровне подсознания, он невольно начал воспринимать произошедший казус и свою роль в нем именно так. Его рука сама собой сложилась козой. – Значит, так… Мафиози посмотрел на Юля. – Приносить это дерьмо в семьи моих родных, знакомых, друзей – недопустимо. Как бы она там не выглядела и чего бы сама не хотела – наркотик дал ей ты. Думал бы головой, с кем связываешься… Конечно, определенная ответственность лежала и на Берн. Следовало бы воспитывать свою племянницу, не допускать, чтобы она шлялась по скверным компаниям и закидывалась невесть чем. Напомнить хотя бы о финансовой зависимости от тети, раз уж в моральном плане та для нее не была авторитетом. Однако сильно винить ее нельзя – ведь здесь не было твердой мужской руки, а порой и при ее наличии девушки идут вразнос. Посмотреть хотя бы на жизненный путь Касты. – Но хуже всего, что после этого ты начал залупаться на Бернадетт. Затем перешел к вердикту – высказанному без тени сомнений, с непоколебимостью в голосе. – Ты сейчас извинишься перед Берни за то неуважение, которое ей оказал. И сделаешь все, что она скажет, чтобы загладить свою вину. И если еще раз возникнут проблемы и я услышу о такой херне от нее или еще кого-то из наших друзей… Майкл пожал плечами, сверкнул недоброй улыбкой. – То это билет в один конец, без разговоров. И об этом стволе ты тогда будешь просить, как о последней милости. Если человека повесить на крюк или, например, начать распиливать по кускам  - то тогда пуля для него и правда станет лучшим подарком. И если дилер не оценит, что его сейчас пощадили, то тогда Ринальди разделается с ним с двойной радостью. – И мне будет тогда насрать, если ты даже на английской королеве женишься. Я не позволю втаптывать мою честь в грязь. Затем двинулся вглубь квартиры, подошел к телевизору, край которого был расщеплен пулей. Торчали какие-то проводки, куски пластика – неаппетитное зрелище. Повернулся к Ирен. – Привезу тебе другую плазму. Затем повозился с кнопками, пытаясь определить, работает ли агрегат. Экран внезапно загорелся и в нем появилась картинка. Группа репортеров размахивала камерами перед лицом седого мужчины, которого человек в черном костюме вел в сторону машины. После нескольких секунд неверия Майк понял, что знает усаживаемого в тачку персонажа– и похолодел. В телике же появился диктор, немедленно начавший вещать. – Только что в ресторане "Маленькая Сицилия" был арестован бизнесмен Гвидо Монтанелли, которого пресса, источники в органах правопорядка и преступном мире называют предполагаемым боссом криминальной Семьи Торелли. Ранее сообщалось, что пятидесятипятилетний уроженец Майами-Бич возглавил мафиозную группировку в 2013 году, когда принял власть у предыдущего босса, Данте Альваро. Мистер Монтанелли подозревается в рэкете и незаконной игорной деятельности. Одновременно с ним был заключен под стражу частный предприниматель Розарио Сальваторе, которого следствие считает высокопоставленным гангстером… Далее советник слушать не стал. Он развернулся и на слегка одеревеневших ногах прошелся по комнате, стараясь не выдавать своих чувств.  Даже задержание влиятельного капитана, контролируюшего большинство незаконных казино и букмекерских контор города, было бы страшной угрозой.  Но арест дона, каким бы он не был – такое способно нанести мощнейший удар по всей организации… Хуже всего им придется, если Монтанелли решит запеть  - а ведь федералы и прокуратура готовы заплатить золотом за показания человека, способного закрыть за решетку всю калифорнийскую Коза Ностру. Следовало как можно быстрее проконтактировать с его адвокатами, узнать, каков масштаб бедствия, какие именно статьи тому шьют – однако сначала обезопасить себя. Подойдя к племяннице, Майк наклонился к ее уху, cпросил негромко. – У тебя есть где в другой комнате телефон? Надо позвонить. Затем тронул за плечо Берн, ободряюще подмигнул ей. – Сейчас поедем домой. Только сделаю один деловой звоночек. Выйдя и взявшись за трубку, быстро ввел номер. Нетерпеливо ждал, пока закончатся гудки. – Ал? Есть просьба для тебя, езжай ко мне домой и выкинь мусор, гости могут быть, неудобно перед ними. Эти кодовые фразы означали, что его младшему родичу следовало срочно забраться в потаенные ниши в вилле мобстера и вывезти из нее деньги и оружие. Подумалось, что славно, что он звонит с аппарата Ирен  - он-то точно еще не прослушивается. Затем набрал уже управляющего "Доллз", Беппо Горлеоне. – Делай генеральную уборку в клубе, у нас может ожидаться особое мероприятие, сapisce? Надобно убрать кое-что из кабинета Майка и отдельно проинструктировать девочек и охрану на случай нежелательных допросов. О  проблеме с Юлем, его браке с Ирен  итальянец в эти минуты совершенно забыл – для него сейчас не существовало ничего, кроме пиздеца с Гвидо.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-18 14:00:29)

+3

20

Если абстрагироваться от личного восприятия, на уровне подсознания, Каста понимала мотивы блондинки, чья позиция была чисто субъективной, основанной на родственных связях. Но, увы, Берн заметно перегнула палку, решив чересчур громогласно отстаивать свою племянницу, и абсолютно позабыв о слове, которое дала кубинке. Безусловно, она не обязана была идти на поводу приятельских просьб, раз речь шла о семье (тем более, если вспомнить, что Мартин позволил себе давление в буквальном смысле, физически); но Каста тоже не святая, и не собиралась пасовать при женщине, так и норовившей спрятаться за широкими плечами Майкла. К тому же, Ирэн совершенно незнакома слабость, с которой постоянно приходиться обращаться к сильному полу; она вполне была в состоянии самостоятельно решать свои проблемы, а не ждать, пока мужчины соизволят броситься в огонь да полымя. Даже сомневалась, что таких много осталось, ведь не зря ей всегда было проще все сделать самой, нежели «ждать у моря погоды».
Слушая возмущенный визг Рикардс, брюнетка чувствовала, как окончательно выходит из себя. Ей всегда проще действовать с внешней холодностью и сдержанностью: просто дать по роже, и пойти дальше по своим делам, но это был другой случай, накаленный. Все эти обвинения, никоим образом ее не касающиеся, допекли настолько, что Ирэн уже с трудом представляла, как сумеет смотреть на Бернадетт так, как смотрела раньше. Та несла несусветную чушь, на фоне которой ее образ трещал по швам и разваливался прямо на глазах. Строить из себя ту, кем не являешься? Было бы смешно, если бы не так грустно.
- А давай откровенно, с какой стати он вообще обязан был привозить ее в твой дом?! – максимально громко воскликнула Каста. – Ты что, пытаешься воззвать к его моральным устоям? Ты кто, блять, такая, мамаша его?! А он? Лучший друг, брат? Ты в конец запуталась, Рикардс, и не мы тому виной. То, что твоя девчонка не в состоянии контролировать себя – можно списать на ее возраст, а что на счет тебя? Как оправдать то, что ты даже не в курсе, где она шляется целыми днями? И нет, мне абсолютно плевать на родительское воспитание, только вот, это ты тут стоишь и во все горло пытаешься показать нам, какая ты примерная тетушка, и как все вокруг пытаются оклеветать тебя и твою Джинджер! – Дело в том, что Ирэн могла запросто сравнить себя с той же Джинджер, и многими другими трудными подростками. В их возрасте она (и по сей день) не отличалась послушанием, зато тянулась ко всему запретному, неправильному и плохому. И Каста была готова оправдывать ту же Джинджер, но проблема Бернадетт в том, что она не могла признать истину, всячески ей сопротивляясь. Касту это чертовски злило. Если ты знаешь, что твоя родственница поступила неправильно – не вини других, а прими меры. – Да, ты вполне можешь сказать ему «спасибо», слышишь? Потому что он ничем не обязан ни тебе, ни ей, ни кому-либо еще. И мы, в отличие от тебя, не строим из себя праведных граждан, а прекрасно знаем, кто мы есть. – В этом вся проблема современного общества. Ирэн никогда не лезла в эти бесконечные и бессмысленные споры, но если подумать: все эти хорошие, с виду, люди, живущие, с виду, порядочно, на самом деле полны скелетов в шкафу. Сама Каста была на виду, и была честна с самой собой. Да, ее могли сторониться, могли осуждать, но вот она, как раз, никого не осуждала, даже когда видела, что есть за что. – Никто не просил тебя ползать, он, черт побери, виноват, но далеко не в том, что ты не способна признать свои гребаные ошибки и перекладываешь их на других, - рявнула девушка, взмахнув рукой. Ее начинало тошнить от переизбытка морали в этой сцене на четверых. Когда Берн заголосила про внешность, Каста отвернулась, почему-то шагнув вслед за Майклом, и уставившись на поврежденную плазму. Так было легче пережить волну агрессии в адрес блондинки, которая сама не осознавала, что несет. Ее Племяннице сколько? Девятнадцать? Двадцать? До совершеннолетия осталось совсем ничего, и она, как минимум, соответствует внешне своему возрасту, а разница невелика. Ее тетя определенно жила в каком-то своем мире.
- Да, вон там, - махнула в сторону, указывая Ринальди на телефон, который вдруг ему понадобится. А ведь Ирэн даже не слышала, о чем передавали в новостях. Когда до нее дошло, она окончательно офигела, обернувшись на Майкла. Жуть, он же сейчас, должно быть, переживает паническую атаку, не меньше. Она подошла ближе, вслушиваясь в слова, адресованные Альберто. Кажется, у них большие проблемы, ну, или грядут таковые. Лишь на время кубинка сумела отвлечься, потому что до нее дошли очередные фразы негодования. Развернувшись, брюнетка в три шага оказалась впритык к блондинке и рукой ударила ту в плечо, отталкивая к стене.
- Знаешь, я винила Юля, как он того заслужил, но и представить не могла, что ты начнешь кудахтать, обвиняя всех, кроме себя, - зло прошипела Ирэн, ухватившись ладонями за плечи Рикардс и ударяя ту спиной о стену. – Тебе, наверно, охрененно стыдно за то, что не сумела научить свою Джиндж стандартным вещам, поэтому ты ведешь себя, как идиотка. И я тебе не «женушка», меня зовут Ирэн. – С каждый разом она ударяла Бернадетт все сильнее, решив уже особо не сдерживаться. А когда та попыталась пихнуть в ответ и задела волосы, Каста уже ударила ее по руке.

Отредактировано Irene Casta (2016-01-21 14:39:47)

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » blood boils hot