Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Здоровый образ жизни


Здоровый образ жизни

Сообщений 21 страница 40 из 40

21

Ал небрежно закинул мне руку на плечо, я приобнял его за талию. Что может быть естественнее, чем эти несколько секунд?  Что может быть беззаботнее? Но я  внутренне собрался и иду дальше внимательно. Я заинтригован. Я не знаю, в какой мере выдаю желаемое за действительное. Вообще трудно сформулировать, чего желаешь, если имеешь дело с чем-то принципиально новым. Тем более, если оно так похоже на незабытое старое.
Разительное отличие только одно - Джонни предпочитал первым не идти физический контакт – и уж конечно, не в общественном месте. Просто иногда своим видом показывал, что не прочь, да и мне, истолковывавшему его сигналы только в свою пользу, случалось ошибаться.
Здесь и сейчас, в Сакраменто, в парке, я несколько секунд шагаю, сосредоточившись на своих ощущениях, и запоминаю, как небольшая рука лежит на лопатке, словно это бог весть какая важная информация – код, который так просто не расшифровать. Через две секунды мы уже идем дальше бок о бок.
Единственное, что здесь не так – мои реакции (удивление, воспоминания) - это слишком, их слишком много, они здесь ни к селу ни к городу. Неадекватная реакция, вот как это называет современная психиатрия, Джонни не даст забыть. Но пока их можно скрывать, все нормально.
- Пешком – это разумный компромисс.  - отзываюсь я наконец, не теряя нити разговора. – Я у входа в парк оставил велосипед. Вот видишь, Ал, насколько я не ассимилировался в Штатах – два колеса вместо четырех. Кстати, по пути, вон там за углом, я видел забегаловку, вроде приличную. В окне было написано «пекинский ланч». А это как минимум курица с овощами и рисом, как максимум вот такая бадья пищи, – показываю я размер, - так что остатки можно и на ужин захватить. На самом деле, я к еде неприхотливый, только национальные американские блюда не люблю, гамбургеры эти все. А ты, Ал?
Я достаю сигарету из-за уха, вспоминаю, что забылся, убираю обратно в пачку. Прямо золотая пора у меня настала для борьбы с неосознанными привычными действиями. Никакого сигаретного дыма при Алистере.
Мы переходим через улицу, заворачиваем за угол и обретаем искомое – типичнейший китайский ресторан. Упитанная позолоченная «кошка-на-счастье» машет лапой в окне.
- А вот и он, «Мандарин».

+1

22

- Я, честно говоря, ем практически все. - Признался Ал. - Даже гамбуергеры. Так, что всегда готов на эксперименты. - Наверное было бы красивее представиться каким-нибудь гурманом, или интересным чудаком, но врать он уж точно не собирался - делал он это плохо и вообще не любил - а на самом деле его чудачества редко шли дальше какой-нибудь там серьги. По крайней мере, так ему казалось самому. Он вечно был мальчишкой в шортах и с ободранными коленками, который неловко выглядел рядом с каким-нибудь причесанным Джонни. "Как плебей какой-то", осуждали бабушки. "Вот дети пошли. Полное смешение."

- А это же японское! - Он отвлекся от дум, и ткнул пальцем в сторону приветственно машущей кошки. - Или не только? Надо будет погуглить. - Нет Ал, только не утыкайся в телефон в погоне за случайным обрывкой неважной информации, которую вдруг приспичило добавить к своей коллекции случайной неважной информации. Ты с человеком. Ты общаешься.

И он мужественно удержался, входя в ресторан вслед за Себастьяном.

+2

23

Даже на кошку, чьи однообразные плавные движения, бывало, приводили меня в подобие нирваны во время одиноких ужинов, Алистер заставил меня посмотреть новым взглядом. «Твой нежный взор лишен игры лукавой, Но золотит сияньем все вокруг,» - вспоминаются шекспировские строки, и взор моего спутника переводит метафору в самую что ни на есть реальную плоскость. Кошка блестит слоем позолоты чуть ли не с палец. Мне нравятся такие заигрывания жизни с поэзией, им нельзя не улыбнуться.
- Да, гугл, наверное, знает, - киваю я. - От персонала-то правды не добьешься – китайцы уверены, что японцы еще в незапамятные времена украли у них все культурные достижения, начиная с иероглифов. Я тоже все ем. Лишь бы были белки и витамины в максимальном количестве…
В забегаловке  слабо пахло  ароматическими палочками.
Мы устроились за столом, и я подвинул к Алистеру лист с меню.
- Как видишь, вариантов здесь не богато. Обед по-шанхайски советую, если ты любитель кисло-сладкого киселя и маленьких пирожков с курятиной. Плошка оранжевого киселя – это уж эксперимент так эксперимент… А обед  по-пекински простой и более сытный. Тушеная курица с сельдереем и топинамбуром – я специально спрашивал, что это такое экзотическое… Ну, и в оба обеда включены рис с мясом и печенье с предсказаниями.
…Чай, пожалуйста
, - кивнул я официанту.
Я не разделяю тотальное пристрастие американцев к воде со льдом.
- Но вернемся же к нашим баранам, то есть к нашим вопросам. Знаешь, какой первый вопрос? Если бы ты мог пригласить на обед кого угодно в мире, кого бы ты выбрал?

+1

24

- По-пекински, пожалуй. - Ал ткнул пальцем, чтобы не потерять строчку в меню. - Я голоден, как волк. - Затем он снова поднял взгляд на Себастьяна, и улыбнулся. - Ну, если задача требует отвечать без промедления, то это что-то актуальное, а значит... я бы пригласил тебя. Но с другой стороны, это и не актуально, потому, что я тебя уже пригласил... - Он сделал паузу, и приподнял палец. - Нет! Это ты пригласил меня. Значит, я еще могу пригласить тебя. ...если ты согласишься, после того, как я болтаю столько глупостей. - Он закатил глаза, и достал телефон. Самый удобный эквивалент дыры, в которую можно провалиться от неловкости. С явным опытом, он удерживал приличного размера смартфон и проворно тыкал в экран большим пальцем той же руки. - О, гугл утверждает, что эти коты называются манеки-неко, и - он понизил голос, - на самом деле они японские, но являются популярным талисманом и в китайских заведениях. - Он отключил экран и снова спрятал телефон в карман. - Поэтому мы не будем провоцировать культурную войну, да.

+1

25

- То же самое, - вскинул я пальцы буквой V, и официант отправился за нашим вдвойне пекинским заказом.
- Спасибо! Это чертовски лестно. Мне почему-то казалось, такой серьезный парень, как ты, не упустит шанса пообщаться с кем-нибудь из великих людей нашего времени.
- …если ты согласишься
- Ой да ладно, Ал, что ты такое говоришь. Я думал, ты уже понял, что раз я клюнул на твое предложение побегать, то готов идти за тобой хоть на край света.
Продолжаю я в привычном тоне -  а как еще, когда я вижу перед собой это лицо, эти глаза? Я поддаюсь гипнозу, не могу собраться. Если десять лет ты нес, все, что на ум придет, человеку, который выглядит именно так, то соблазн поддаться инерции практически непреодолим.
Я засматриваюсь на небольшие руки, ловко управляющиеся со статусным смартфоном – пари держу, что у Джонни тоже последняя модель… А вот руки – те, да не те. Ногти не подстрижены ровно, а обкусаны так коротко, что кончики пальцев остаются совершенно не защищенными. И три отметины, которые до сих пор едва заметно темнеют у меня на боку, Джонни оставил, а вот Ал никак бы не смог. Я понимал, конечно, что они разные люди, разумом понимал, но сейчас…
Будто щелкнула, перестраиваясь, велосипедная передача.
Я вскидываю взгляд, словно проснувшись, и вспоминаю, что моя очередь на вопрос.
- А мне почему-то показалось, что можно приглашать вообще кого угодно… Наверно, я слишком широко истолковал термин «мир», опять. Как «вся существующая вселенная». Ну, о чем подумал, то и отвечу. Я бы не стал отрекаться от возможностей мира сверхъестественного, и рискнул бы пригласить свою маму, хоть ее уже три года на свете нет. У меня есть кое-какие вопросы, на которые она так и не ответила. Да и вообще интересно, как меняется характер от загробной жизни. Возможно, в сторону еще большей скрытности, но я бы все же попытался.
Отвечаю я как на духу, потому что в руководстве по использованию этих вопросов особо подчеркивалось, что чем ты будешь честнее, тем лучше они сработают.
- И второй вопрос: Хотел бы ты прославиться?  И каким образом?

+2

26

- Великих людей! - Добродушно фыркнул Ал. - Серьезный парень! - Он говорил почти нараспев, благодаря тому, что акцент очень ярко звучал в коротких, ритмичных фразах. - Вот бы моя семья это слышала, были бы довольны. Хотя, они бы просто не поверили, что это обо мне. Но да, глядя на твои страдания во время пробежки, я верю, что согласиться на нее было для тебя самоотверженным шагом. Даже не знаю, раз уж я обладаю такой властью, надо ей воспользоваться! Куда бы утянуть тебя в следующий раз? - Он улыбнулся, глядя на Себастьяна, и заметил, что тот смотрит на стол. Туда, где лежит рука Ала. Он проследил за взглядом, останавливаясь на своих руках. Широкая ладонь, обкусанные ногти, сейчас еще и грязные от травы и земли. Он никогда не перестанет быть тем совсем не аристократичным мальчиком, сколько бы не стоили его часы и каким бы рисково модным не был его браслет. Следовало выйти помыть руки сразу, а не дожидаться еды.
Он прочистил горло. - Мои соболезнования, Себастьян. - Он сказал, серьезно. - Очень понимаю твой выбор. - А вот после следующего вопроса он не думал ни секунды, хоть и сразу понял, что сейчас будет... стыдно. Но если играют в это честно, значит, надо играть честно. И предыдущий ответ Себастьяна казался очень личным.
- Да. - Он признался. - Я хотел бы быть по-настоящему, незаурядно успешным. Так, чтобы - он усмехнулся - это невозможно было бы подвергнуть сомнению. Как... какой-нибудь Стив Джобс, например. - Чтобы семья опять же слышала, и не верила. Но если они могут когда-нибудь быть им довольны, для этого потребуется что-нибудь вот такого разряда. - А ты?

+1

27

- Куда бы утянуть тебя в следующий раз?..
Я втихомолку благодарю судьбу за то, что в окрестностях Сакраменто нет горнолыжных курортов.
Что конкретно совершил Стив Джобс, я не помню, а может быть, никогда и не знал. Зато имя его определенно знакомо даже мне, человеку, у которого вместо памяти дуршлаг, как Джонни говорил. Стало быть, Ал выбрал свою ролевую модель удачно. Но сам он, как ни странно, казался не очень довольным своим желанием.
- Стив Джобс! Это впечатляет. – с уважением откликнулся я и только задним числом заметил, что это смахивает на посредственный рекламный слоган.
- А я бы хотел получить Нобелевскую премию в области литературы,  - самодовольно сказал я. Эта мысль шлифовалась моими мечтами на протяжении двадцати лет, и тем не менее я бесстыдно бросил ее на стол, словно зеленую стекляшку, облагороженную морским прибоем. – За выдающиеся достижения в области поэзии. Тогда бы меня пригласили, как Бродского, читать какой-нибудь курс в университете Вирджинии. Или Мичигана. Да в общем-то, какая разница. Чисто профессиональная квалификация для преподавания история литературы и искусств у меня, конечно, есть, но… 
И я сделал рукой неопределенный жест, который как бы говорил: но как это я, не американец, приду в Университет Сакраменто  и стану просить места? А вдруг руководство университета пойдет мне навстречу и решит проверить, где это я работал раньше. А вдруг они докопаются до причины, по которой меня выгнали с должности младшего преподавателя в Университете Белфаста, что конечно мало вероятно, но… Но.
- Ну и деньги, конечно, никогда не лишние, - спохватился я. – В смысле, сама премия… И Костюм парадный выгуляю по случаю нобелевской речи, в общем, куда ни погляди, сплошные плюсы.
Тут официанты принялись таскать нам на стол блюда и плошки с обильным китайским обедом, а вдруг я задумался, знает ли Ал, кто такой Бродский. Вопрос зудел, но не входил в волшебные тридцать шесть, и я просто предположил, что знает – примерно так же, как я о Джобсе.
А вот, не помню, какой следующий вопрос...
Я ткнул в свой угасший мобильник и с некоторым недоумением прочел с экрана:
- Прежде чем сделать телефонный звонок, вы иногда репетируете то, что собираетесь сказать? Почему?
И вскинул на Ала глаза.

+1

28

Чем уж тут быть довольным, когда это даже не твое толком желание. И не твоих родителей тоже, им это нахрен не сдалось. Это не желание ради него самого, а способ чего-то кому-то доказать - причем и это доказательство на самом деле не нужно ни ему, ни этим людям. И вот это уже желание, от которого давно пора бы избавиться, но даже четкое осознание этой проблемы все никак не оказывается половиной пути к излечению от нее.

- А почему это я еще не слышал твоей поэзии? - Ал сложил перед собой свои, так уж и быть, не самые эстетичные пальцы, и опустил на них подбородок. - И костюм можно выгулять не дожидаясь премии. Отрепетировать, так сказать. Должны же быть в Сакраменто соответствующие дресс-коду места?
Затем он одернул себя, но слово, как известно, не воробей. Наверняка Себастьян не хочет тратить большие деньги на какие-нибудь пафосные рестораны, а тебе его приглашать будет неловко. Можно попробовать, но он наверняка откажется - вы еще не настолько близко знакомы, чтобы принимать от тебя такие одолжения.

Как всегда, следующий вопрос предоставлял выход из положения:
- Почти никогда. - Он ответил. - Когда-то я это делал постоянно, кстати, но со временем отбросил, как костыли. - Он улыбнулся. - Потому, что когда-то меня пугала возможность что-то не то сказать или забыть упомянуть что-то важное, а телефонный разговор в каком-то смысле сложнее. Без физического присутствия у тебя нет вспомогательной мимики и жестов, ни чтобы понять другого, ни чтобы подсказать что-то самому. Но теперь я чувствую, что эй, даже если чего-то забуду или не то ляпну - это не конец света! Я могу посмеяться, обьяснить, перезвонить еще раз. Более того, когда не переживаешь, изначально гораздо меньше шансов чего-то забыть или ляпнуть.

+1

29

- А почему это я еще не слышал твоей поэзии?
- Ну, наверно, Ал, потому что ты не был в Праге и Берлине весной девяносто седьмого, когда наша группа давала там гастроли. Если это можно было назвать группой. Или гастролями. Но по клубам нас петь пускали. Я считаю, что единственный вариант стихов, которые стоит исполнять вслух – это тексты песен. С тех пор я их не сочинял. И не пел, слава богу. А стихи я тебе сброшу на электронную почту, без проблем.
К ответу на вопрос Алистер подходит серьезно, и я слушаю его с интересом. Интересно узнать точку зрения сверхответственного человека, который постепенно научился подходить к телефонному общению с разумной мерой расслабленности.
Хотя мой ответ обусловлен скорее изначальным разгильдяйством, он в принципе такой же.
- А вот я… тоже нет. Пока не услышу голос своего собеседника, понятия не имею, что конкретно скажу, так какой смысл время терять?
Реплика насчет стресс-кода, простите, дресс-кода, меня озадачила. К чему это клонит Алистер?
- Нравятся ли вам места с дресс-кодом, и если да, то почему? – задаю я следующий вопрос, с серьезным видом заглядывая в телефон.  Но, помня о честной игре, сдаюсь и добавляю: - Вообще-то, в списке нет этого вопроса, но я подумал, что, если не спрошу, умру от любопытства, так и не успев пообедать. Было бы жалко!
И я подцепляю палочками очередной кусок курятины.
- И кстати, как вы представляете идеальный день? Это уже вопрос из списка, номер 4.

+1

30

- А жаль, я бы послушал. - Улыбнулся Ал. - Но для начала, почитаю. - Затем он снова взялся за телефон, и через минуту Себастьяну пришло сообщение с адресом электронной почты. Он был стандартным, часть имени - фамилия - сервис. Тот, который написан на его визитной карточке, и который выдается знакомым. Оттуда все переадресуется на личный ящик. Доступ к неформальной электронной жизни, считал Ал, которому приходилось заниматься в том числе и программными решениями для сбора информации, это чуть ли не тот уровень близости, когда вы можете и пожить в одной квартире. Потому, что информацию таким образом можно раскопать примерно ту же.

Он рассмеялся в ответ на маневр с поддельным вопросом. - Не все время, это точно. Но иногда весело. Как бал-маскарад же! Все принаряживаются и что-то отыгрывают, пытаясь показать себя наиболее сверкающими. Но возможно я просто привык. С детства иногда приходилось участвовать. Но умирать из-за таких пустяков точно не стоит, Себастьян, нам предстоит еще много-много обедов, и прочих интересных вещей в этой жизни.

Он сделал паузу на еду, но прожевал быстро, чтобы не давать себе времени подумать сверх положеного по правилам.
- Идеальный день... это будет в ходе какого-нибудь путешествия. Я буду много но неспешно гулять по красивым, незнакомым местам, приобщусь к частичке местной культуры, представляя себе, как это все выглядело до той глобализации, которая позволила мне заглянуть и это увидеть. Сьем чего-нибудь необычное, и потом мне не придется расплачиваться расстройством желудка! - он снова рассмеялся. - И у меня будет кто-то, с кем я смогу поделиться впечатлениями. Как-то так.

+1

31

- А, ну если с этой точки зрения, тогда конечно. Понимаю тебя, про бал-маскарад. – Покивал я с умным видом, затем опустил взгляд на телефон. – Спасибо, я кину ссылку.
"нам предстоит еще много-много обедов, и прочих интересных вещей в этой жизни" - прозвучало весьма обнадеживающе. Так, словно Алистер говорил о совместной деятельности. Хотя, с другой стороны, с чего бы ему.
Идеальный день Ала идеален, откуда ни посмотри. Он отлично характеризует Алистера. Он сообщает о том, что Алистер в последнее время много работает и не прочь бы со вкусом отдохнуть, даже не так важно, где, лишь бы сменить обстановку. Это как раз тот нарратив, который нужен для интервью, и мне даже жалко, что корпорация «Динамикс» нашему изданию никакой рекламы не проплатила… И в рекламе туристического агентства или специализированного сайта Алистер сейчас шикарно смотрелся бы, просто шикарно.
- Я прямо заслушался, Ал.
То, что собираюсь сказать я, точно не покажет меня в выгодном свете. Но тем не менее – или именно поэтому - искушение ответить честно становится нестерпимым. Я делаю глубокий вдох, предвкушая, как будто говорить правду – это преступное удовольствие. Даже если речь идет о правдивом изложении фантазией.
И я медленно, с удовольствием пускаюсь рассказывать.
- Проснулся бы я не один. Занялись бы любовью… повторили бы. Жрать бы захотелось. Нашли бы на плите вчерашнее говяжье рагу. А потом бы я собрался на работу, вести семинар у второкурсников по поэтическому переводу. С Фицрой авеню пойду пешком до университета, конец сентября, листья на каштанах все желтые. Два часа пролетят незаметно. После занятий на кафедру зайду, поболтаю с деканом Оули,  занятный старикан, до сих пор работает, хотя, кажется, помнит еще Джеймса Джойса. Я выйду, когда уже будет смеркаться, а на скамейке уже ждет меня, как договорились…
И тут меня страшно клинит на местоимении. Я уже полностью вжился в свою историю, и в этом месте не могу сказать «она», потому что история меня захватила, и я вижу все, как наяву. Не могу сказать «он», потому что «ничего кроме правды» - это совершенно не то же самое, что «вся правда». Не могу сказать «ты», хотя человек, который мне видится в осенних сумерках, очень на Алистера похож. Как будто я создал некий неприкаянный момент жизни, который не относится ни к прошлому, ни к потенциальному будущему, зато прочно занял место в моих воспоминаниях. А Алистер - не надо забывать об этом - нормальный, здравомыслящий человек. Если я буду вот так ходить по краю, я доиграюсь.
И я смотрю на Алистера остановившимся взглядом и чувствую, что мгновение застывает, словно жидкий плексиглас.
- Прости, задумался, - беззаботно заканчиваю я. – Но вообще-то, чисто технически я уже ответил на вопрос, потому что дошел до шести часов вечера. Так что день закончен.
И я, сохраняя невозмутимое выражение лица, переключаюсь на курицу с овощами. Во всякой сложной ситуации неплохо бы пожрать.
А затем я снова заглядываю в список вопросов, в котором мы дошли, спасибо моей болтливости, до номера пять.
- Когда вы в последний пели наедине с собой? А для кого-нибудь другого?

+2

32

Если день Ала намекал о желании убежать от рутины, то Себастьян, кажется, хотел сделать рутину более комфортной. И это описание идеального дня было таким живым, что Алистер даже не заметил удлинившейся паузы - он тоже был поглощен фантазией. И тоже с удовольствием бы в ней жил.
- Это звучит очень мило. - Он сказал, искренне. - Заниматься любимым делом, гулять по любимому городу, уходить и возвращаться от и к любимому человеку. Действительно идеально.
Но сколько бы он ни был поглощен, он все же успел употребить еще порцию обеда по назначению, пока слушал.
- Ээ... ну, я регулярно пою в душе! - Он рассмеялся. - Черт, наверное люди на самом деле не хотят такое знать о других, но слишком поздно. - Он игриво кашлянул, намекая на то, что на самом деле ему совершенно не стыдно. -  А так, чтобы для других... полтора года назад, у нас было караоке на корпоративе. Это считается? Потому, чтобы прямо вот так с гитарой, я кажется не пел со студенческих времен.

+1

33

Алистер улыбнулся в ответ дружелюбно, по-хорошему. К счастью, он не акцентировал внимания на том, что я мечтаю и жить на другом континенте, и работать совершенно в другой области, чем сейчас. А ведь это звучит откровенно по-лузерски. Уж промолчу о том, насколько мой ответ выдавал тоску по сексу (я имею в виду, по такому сексу, который напоминает регулярное явление природы, а не приятную неожиданность вроде падения метеорита, ах Лола, Лола).
В глазах у Алистера резвятся голубые чертики. Стоит взглянуть на его улыбку, и неотвратимо представляешь себе, чем еще он занимается в душе, типично американском душе, закрепленном на потолке. Такими образами непроизвольно окутывается, словно паром, мой ум, что я аж встряхиваюсь, сгоняя улыбку с лица. Надо не утонуть в плеске своего сладострастия, надо возвращаться к реальности.
- Ну кто же из нас не поет в душе, а? – откликаюсь я. -  Если это считается, то я в последний раз пел позавчера… Так значит, ты умеешь играть на гитаре, Ал? Я вот очень хотел научиться. Струны приловчился перебирать нормально, даже барре освоил, а слуха у меня нет как нет… Но как ни странно, с пением на публику у меня срок давности подольше будет. Когда я в юности колесил по Европе, мы сколотили рок-группу в Берлине, зимой девяносто шестого. Надо же мне было чем-то зарабатывать в чужой незнакомой стране.  Я в восемнадцать лет был очень наглый и пробивной, и полностью без башни. И вот я как-то без проблем устраивал нам места для выступлений. Любил втирать, что я внебрачный сын Мика Джеггера и Джима Моррисона (или что-то в этом роде), а на сцене устраивать шоу. Изображать из себя звезду британского рока. Музыкальные инструменты мне, правда, так и не доверили, помимо микрофона, оставалось на нем отыгрываться… Весной мы закончили сезон, да и разъехались кто куда. Вот тогда я и пел в последний раз на публику.
А следующий вопрос…

Я опустил взгляд на список и нахмурился.
- Уж не знаю, какой странный человек сочинил его, но тем не менее: «Если бы вам дали возможность прожить до 90 лет, сохраняя в течение последних 60 лет жизни либо ум, либо тело 30-летнего человека, что бы вы выбрали?»
(6. If you were able to live to the age of 90 and retain either the mind or body of a 30-year old for the last 60 years of your life, which would you choose?)

Отредактировано Sebastian Underwood (2016-03-28 14:38:41)

+1

34

Алистер не акцентировал внимание потому, что не посчитал это чем-то особенным. Судить не ему, со своей вечной тоской по странствиям и желанию попробовать как можно больше, прожить как можно больше жизней - что не реально, потому, что для того чтобы иметь деньги надо вложить время в карьеру, и так далее. Как можно жить и не стремиться к чему-то еще? Застрять в одном узком мирке, когда на одной земле столько всего, а есть еще и космос?

Он смеялся, слушая рассказ Себастьяна. Ему вообще очень нравилось то, что Себастьян снова и снова вызывает у него как минимум улыбку. Вот основывать группу ему не приходилось, бонусные очки мистеру Андервуду, да и тот веселый но стыдный но все еще очень веселый период когда может прийти в голову изображать родственника знаменитости Ал, к своему сожалению, провел довольно скучно и "правильно".

- А интересный вопрос. - Ал уперся подбородком в кулак. - Я бы выбрал тело. Не по признаку того, что мне больше нужно, а по тому, отсутствие чего больше пугает. В моем случае больше пугает перспектива физической немощи. Как представлю себе ясный ум но абсолютная невозможность делать ничего из того, что приходит в голову! И потом, сохранять ум тридцатилетнего... это значит, что я так никогда и не помудрею? - Он рассмеялся. - Хоть и, как известно, возраст не всегда приводит с собой мудрость, иногда он приходит один. Но я ведь могу надеяться!

+2

35

Я киваю рассуждениям Алистера.
- А я согласен. Думается мне, вопрос рассчитан на идеалистов, которые представляют разум и тело полностью отдельными сущностями. То есть, в основном на молодых американцев.
Многое я мог бы порассказать об американской системе образования, пообщавшись за время жизни в Сакраменто с ее продуктами - курьерами и стажерами в нашей редакции. Мог бы, но не буду. Ворчливость – не то качество, которое стоит демонстрировать при первом знакомстве.
- Мозг – это часть тела. И если можно представить себе тело, которое будет долго целиком и полностью оставаться 30-летним за счет изменения процессов регенерации, то что такое вечно тридцатилетний разум? Мозг, законсервировавшийся в состоянии, в котором он был накануне 31-го дня рождения? Да он с таким же успехом мог бы превратиться в тыкву. Каждое воспоминание, каждый элемент информации меняет материальный субстрат нашего ума. Он остается неизменным? Значит, новое просто не воспринимается. Такого счастливчика с радостью примут разве что в психиатрической больнице.
Я уверенно компилирую некоторые мысли, услышанные в монологах Джонни – тот частенько отшлифовывал на мне идеи для своих популяризаторских статей.  Вдруг я думаю, что тридцать шесть вопросов и не должны быть интеллектуальными. Если они задевают за живое, то они и так покажут все, что только можно показать. Да мы ведь раскрываем себя, стоит нам раскрыть рот! Специальные вопросы только ускоряют этот процесс, не больше.
- Та-дададааам! – напел я из Бетховена в качестве вступления к следующему пункту. - Вопросы становятся все веселее и жизнерадостнее, так что, Алистер, приготовься. Есть ли у вас тайное предчувствие о том, как вы умрете?
(Do you have a secret hunch about how you will die?)
«Тридцать шесть вопросов, чтобы влюбиться». Почему я с таким восторгом ринулся преследовать эту идею? Что я, грубо говоря, буду с этим делать? Я смотрю в голубые глаза незнакомого мне человека, продлевая это мгновение без прошлого и будущего, все дальше увиливая от вопроса.

+1

36

- Да уж, так весело, обхохочешься. - Фыркнул Ал. На самом деле, ему стало тревожно от последнего вопроса, но раз уж назвался груздем... сам комплекс вопросов был интересен, и Алу хотелось его пройти. И потому, что он действительно был хорош для знакомства, а Себастьян казался интересным знакомством и Алу нравилось его слушать, но и потому, что ему и самому было любопытно подумать о подобных вещах, о которых вряд ли подумаешь специально, и уж совсем вряд ли сформулируешь свою позицию. В конце концов, даже "дурацкий вопрос какой-то" - тоже позиция, и тоже что-то о тебе говорит. Ну а нынешний вопрос даже не был таким уж дурацким, Алу просто не хотелось о нем думать.
- Нет. - Он ответил, не скрывая, что нехотя. - Я вообще стараюсь не думать о смерти, честно говоря. Боюсь ее, как последний лох. Если начну думать об этом вопросе, сразу напридумаю себе двадцать способов умереть, и просижу тут полчаса в оцепенении, пока обед окончательно не остынет а ты не вызовешь санитаров. - Он посмотрел на остатки обеда. Ну, остывать уже особо нечему, это радует. - И у меня даже нет каких-либо особых причин для этого. Никакого темного прошлого или несчастного детства с потерями и травмами. - Он развел руками. - А ты что думаешь?

+1

37

Я втихомолку радуюсь, что у Ала нет темного прошлого. Вот и еще одна общая черта с Джонни, прошлое которого светло и прозрачно настолько, насколько может быть у дважды доктора наук, закончившего первое высшее образование в шестнадцать годочков.
А я, что я… Да регулярно у меня было это тайное предчувствие того, как я умру. По понедельникам с утра предчувствовал я,  что не выдержу больше трудной жизни подпольного алкоголика – лучше сдохну, чем встану. Но вставал как миленький, лез под контрастный душ, заливал глаза Визином, улыбался, перекидывался шутками с Имсом и Александрой, сохранял лицо. Отправлялся на работу, как хорошо замаскировавшийся зомби – ткни, и рассыплется.
Не пью я уже сколько там дней? Много, очень много. С прошлого дня св. Валентина до нынешнего предрождественского времени утекло много воды. И труднопреодолимое желание сдохнуть давно меня не посещало.
Я беззаботно пожал плечами.
- Как говорил Эпикур, «Когда есть я, смерти нет, когда есть смерть, меня нет». Поэтому, я считаю, думать о ней бесполезно в принципе. Главное, чувствовать себя живым – ведь по сути, больше у нас ничего и нет. Вот ты говоришь, что боишься смерти, а ты представляешь, чего именно боишься? – с интересом спросил я. – О, Алистер, кстати, ты читал повесть Камю «Посторонний»?..
Ну как не упомянуть экзистенциалистов в таком контексте?
- ...Черт, это уже лишний вопрос. Целых два даже. А не лишний, восьмой по порядку, вот какой: «Назовите три общие черты, которые, как вам кажется, есть у вас и вашего партнера», э, кхм, ну тут, очевидно, партнер по опросу имеется в виду, - торопливо пояснил я, с ходу лишился шанса узнать, есть ли у Алистера партнер/ша, и огорченно заткнулся.
(Name three things you and your partner appear to have in common.)

Отредактировано Sebastian Underwood (2016-04-09 23:12:02)

+1

38

- Нет, не читал. Запишу себе в список. - Ал снова сразу достал телефон. Заодно можно было пялиться в него, пока отвечаешь, а не на собеседника. - Представляю, да. Я просто боюсь того, что мое время выйдет, история закончится. В мире столько всего, мне еще много хочется успеть! Естественно, когда это произойдет, сожалеть я уже не буду, потому, что не смогу. Но вот пока могу, я чувствую, что очень этого не хочется!

Он убрал телефон, занеся название в приложение с заметками. - Гм. Пока что у нас, кажется, очень разные мнения по поводу примерно... всего. - Он рассмеялся. - Но при этом мы продолжаем общаться. Возможно из этого следует, что у нас есть общие черты: любопытство, общительность, и... любовь к еде в демократичных ресторанчиках?

Себастьян как-то резко замолчал, и Ал попытался отмотать разговор назад, и понять, что его смутило. Партнер, и нужда зачем-то обьяснить, какой именно? "Я не хотел намекнуть на то, что ты гей?" Но кто же первым делом подумает о такой интерпретации в данном контексте, кроме того, кому она актуальна, то есть гея? И вопрос только, что сейчас делать с этой догадкой. Наверное, самое простое.

- Кстати о ресторанчиках, - он сказал, - раз уж мы доели, и я честно говоря испытываю довольно острое желание добраться до душа после пробежки, давай продолжим этот опросник вечером? Можно сходить в какой-нибудь... клуб, например. Есть здесь интересные? - он невинно улыбнулся.

+2

39

- Рискну предположить, что ответственное отношение к работе, чувство юмора (кто скажет, что у него нет чувства юмора, покажите мне этого человека) и… думаю, что повторяться не спортивно… Рискну предположить, что способности к языкам. Я слышал, что в твоей профессии нужно постоянно учить новые языки программирования, чтобы не отставать от времени – это так?
Ал полон сюрпризов, и мне пора к этому привыкнуть.
- Интересные клубы? – пораженно переспросил я. Эти два понятия еще никогда не вставали рядом  в моем сознании. – Надо полагать, есть. Мы их даже рекламируем периодически, в смысле, газета «Миллениум Сакраменто». Правда, я это дело делегирую тем, кто в них больше смыслит. Недавно писали про какой-то, как же он назывался?.. эх, память как у опёнка… - приговариваю я, направляюсь к двери, нахожу нашу газету в обычной стопке – ну конечно, она должна там быть, и начинаю листать. – Ага. «Экспресс». Что бы это ни значило. Ну, если Бен (это наш журналист) хвалит, значит, клуб должен быть интересный. А если клуб неинтересный, то у кого-то будут сложности на работе… Хотя, кстати, Ал, что ты имеешь в виду под интересным клубом?
Еще с Лондона я знал: в любом клубе интересно, если нажраться. Алкоголь делает пребывание в темном помещении, где, чтобы разговаривать, приходится орать друг другу в ухо, поистине увлекательным. Иначе, тоска смертная и призраки былого похмелья.
Вообще-то у меня не было плана нажраться. Я не пью уже триста сорок дней, я не сорвался даже в июле, в полное стрессов время краткой, но романтичной интрижки с драг-дилером (я нервничаю, если кто-то рядом со мной нарушает закон).
И каков же сегодня будет мой план действий?
Время течет незаметно, если оно наполнено осмысленным, целенаправленным занятием. О, я придумал! Мы снимем для Алистера телку! Мы ликвидируем угрозу, которую его голубые глаза представляют для моего здравого рассудка... И кстати, совместная охота на девушек – это то, что у нас отлично получалось с юным, двадцатитрехлетним Джонни, который пока не зацикливался на своей репутации.
Должно быть, вид у меня был такой, словно я напряженно раздумываю о судьбах человечества. Не совсем то, что ожидается от человека посреди разговора о ночных клубах. Но – стоит наметить конкретный план действий, и на лице у тебя заиграет широкая улыбка. Я поднял голову, решительно кивнул и бросил на стол плату за демократичный ужин.
- И райончик ничего себе, где этот клуб – главное, не на другом конце города. Люблю, когда все близко… Ну что, пойдем? Когда встречаемся? Ты, Ал, наверно, лучше знаешь, когда в клубах начинает кипеть ночная жизнь.

+1

40

- Иногда - языки, иногда другие технологии. - Согласился Ал, доставая кошелек. - Все время разрабатывается что-то новое, и нельзя не быть в курсе, если хочешь оставаться актуальным для профессии. - Он добавил к стопке Себастьяна плату и за свой обед, и поднялся, становясь рядом с ним. Кажется, времяпровождение которое он предложил Себастьяну не было, мягко говоря, его любимым. Но при этом он не отказался. Бедняга, похоже, Ал продолжает ввязывать его в какие-то совершенно неинтересные ему вещи. Но раз не отказался, возможно стоит попробовать?

- Интересный клуб... - он протянул. - Пожалуй это означает: хорошая музыка, хорошее меню, нормальные люди, и доступность кислорода. Последнее не настолько само собой разумеется, как могло бы показаться. Бывает, так все задымят, несмотря ни на какие законы! Что же, проверим вкусы твоего коллеги. - Он улыбнулся, и дружески хлопнул Себастьяна по плечу. - Честно говоря, в каждой стране ритм жизни и принятые часы работы - разные, а здесь я еще не гулял. Но наверное, начинать стоит часов в девять, не раньше.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Здоровый образ жизни