В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Язва на теле общества


Язва на теле общества

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Участники: Frank Altieri, Michael Rinaldi, Guido Montanelli.
Место: Госпиталь Святого Патрика
Время: 5 февраля 2016
О флештайме:
Последнее собрание Администрации в текущем составе.

Отредактировано Guido Montanelli (2016-01-28 17:01:37)

+2

2

- А может он в курсе наших планов и поэтому предпочитает за решеткой оставаться? - Спросил у консильери, сидевшего рядом с ним на заднем сиденье Кадиллака и глянул в окно, за которым тусклым светом моргала потолочная люминесцентная лампа.
С Майком они договорились встреться на подземной парковке госпиталя Святого Патрика, и когда лучший друг подошел к машине, Фрэнк жестом показал тому садиться, а Марти в то же время вышел погулять снаружи, покурить и стекла протереть, словом, не мешать им.
Дела становилось вести все труднее, и если федералы смогли записать разговоры Гвидо с Розарио, то нужно было быть готовыми к тому, что и за остальными могла вестись слежка. Альтиери не тешил себя мыслью, что они с лучшим другом представляли для правительства меньше интереса, они мощно поднялись за последние три года и естественно привлекли к себе внимание, так что ни 502, ни Доллз не могли считаться более безопасными, чем та же темная парковка и салон автомобиля. - Его адвокат сказал, что залог он вносить не будет.
Монтанелли сидел за решеткой уже месяц, но, несмотря на то, что открытых контактов с попавшим под следствие главой мафиозного клана Альтиери избегал (и поэтому в тюрьме его не навещал), информацией относительно хода его дела он более или менее владел. Фрэнк знал, что суд назначил дону внушительную сумму залога, что касалось итальянцев, в отношении них представители правосудия никогда не мелочились. В 2009 году когда нынешнего андербосса пытались обвинить в причастности к убийству, судья назначил сумму залога в баснословные тогда (и сейчас тоже) полтора миллиона долларов, естественно таких денег у Альтиери на счетах не было, но что касалось Монтанелли, третий год возглавлявшего Семью Торелли, ему при желании достать их все же было реальнее, хотя бы заложив банку часть своего имущества. Почему он этого не делал? Фрэнк сомневался, что тот просто решил отдохнуть от дел, почитать книжек, поразмышлять над смыслом жизни.
- Блять у меня голова идет кругом последние дни, - отыскав в кармане упаковку экседрина, таблеток от мигрени, гангстер проглотил одну, и это было не следствием похмелья, просто проблем навалилось слишком много, он уже жалел, что не позволил пустить пулю в голову Монтанелли, теперь приходилось думать о том, что дон мог узнать об их заговоре с Нью-Йорком и сидя в камере все же не книжки почитывал, а показания федералам давал. Впрочем, Фрэнк успокаивал себя тем, что в этом случае они с Майклом уже сидели бы за решеткой. - Еще с Линн надо что-то решить, отвезти ее в Сан-Диего. Чем дольше она тут остается, тем больше опасности представляет, хер ее знает, что у нее в голове. - После внезапной смерти тещи, заботы о бывшей любовнице отошли на задний план, и той приходилось ждать, когда у Альтиери найдется на нее время, в конце концов, и бизнес был для него сейчас важнее, который заметно просел на севере из-за отсутствия там капитана, северная команда и без того была самой слабой, а теперь и Лука, правая рука Сальваторе, боялся лишний раз нос высунуть, Фрэнк слышал, федералы его тоже допрашивали по делу. А относительно истории приключившейся с работавшей у Майка стриптизерши, в которую андребосс оказался вмешан... Альтиери поведал ее лучшему другу, шепотом, во время похорон тещи, так что тот был в курсе и убийства и планов пристроить девчонку в одно из заведений Ренато, вроде бы и подальше отсюда, но так чтобы оставалась под контролем. 
- Насчет оружия и всех дел Агаты, - почесал задумчиво бровь, - пускай Сонни берет все в свои руки, я слышал, он в Парадизе развлекается, беззаботный наш.
В этот момент у него во внутреннем кармане пиджака завибрировал мобильный телефон, звонила Джейн Флетчер, чьими стараниями заключенному под стражу Монтанелли было назначено лечение в госпитале Святого Патрика. Там, в кабинете у врача, они и могли поговорить с Гвидо без лишних свидетелей, и, получив инструкции от Джейн куда следовать, они с Майком поднялись на лифте на нужный этаж. Встретив ее у двери, поздоровались и прошли внутрь в смотровую комнату, куда вскоре должен был подтянуться и Монтанелли. В ожидании Фрэнк взял полистать одну из умных книжек, лежавших на столе.

+2

3

- Если он нас настолько ссыт, что решит у дяди Сэма отсидеться - то тем лучше. - Майк пожал плечами и нервно пожевал незажженную сигарету.  Однако потом скривился, будто проглотил целый лимон. - Хотя может и хуже - вдруг этот блядский сыр-бор будет на руку федералам? Например, запугивая Монтанелли подручными, они его убедят запеть. Легавые и раньше пользовались внутримафиозными непонятками для того, чтобы ловить рыбу в мутной воде. Устроившись на заднем сидении Кадиллака, Ринальди, чтобы чем-то занять себя, просматривал перечень пропущенных звонков на телефоне. Ничего такого важного - Ал, несколько знакомых предпринимателей, тот недотепа-продюсер. Все это ждало в сравнении с предстоящим разговором. - А так-то конечно - хуй его знает. Во время переговоров в Нью-Йорке, когда местные боссы фактически напрямую предложили  им с Фрэнком сместить Монтанелли и взять власть над кланом в свои руки, он не то чтобы им не поверил. Однако же и не стал сразу откидывать вариант  с подставой - откуда им известно, что сразу после их встречи Дядя Джимми не позвонил по-родственному племяннику, сообщая, что изобличил его подручных в нелояльности  и что надо бы от них избавиться? Что не оказал, так сказать, дружескую услугу? Понять, зачем ему это было бы надо,  сходу непросто - но ведь бывает всякое, а у этого старого лиса извилины иногда работают весьма по-хитрому.  Впрочем, если было бы так, поди, Гвидо бы уже предпринял меры по их устранению. Или не успел из-за ареста? - Да и не говори, у меня тоже. -  горячо согласился Майк с  андербоссом насчет нервотрепки последних  дней.  Он сам на таблетках не сидел, а боролся со стрессом более традиционными способами. Обилие различного алкоголя,  лучшего качества кокс, трубочка-другая гашиша под настроение - и депрессии как не бывало... на какое-то время. В итоге выглядел сейчас консильери неважно -  под глазами у того были увесистые мешки, а кожа приобрела нездорово-бледный оттенок. Сказывался и недосып, и следовавшие за ним излишества. - А что она там будет делать,  в Сан-Диего? - спросил итальянец у закадычного кореша, однако тут же перешел к иной волнующей лично его теме. Любовница -  это все же любовница, а ему, в отличии от Альтиери, свинью подкладывали родственники.
- Думаешь у меня, блять, лучше? Знаешь ведь, что моя ебучая племянница учудила со своим браком. В беседах с другими гангстерами Ринальди этот вопрос не обсуждал - и не позволил бы никому вслух критиковать решение Ирен, касаться их семейных дел. Однако  с Фрэнком, с которым они были почти братьями, поговорить о волнующем его мог. На фоне всего навалившегося говна, конечно, мысли о замужестве кубинки занимали в голове Майкла меньше места, чем в более спокойное время. Однако он к ним все же порой возвращался. Вот, например, был такой момент - когда Юлю было предложено стать промежуточным звеном между "славными парнями" и наркодилерами, то предполагалось, что в случае опасности спалиться, его просто можно будет убрать. Зачистить концы, разорвать связку. Ничего личного - просто бизнес. Теперь же личное, как ни крути, появилось  - о своей племяннице Майк все же заботился. И понимал, что теперь в какой-то мере будет вынужден перенести определенную долю этой заботы на ее мужа - чтобы он не попал в лапы копам или не был кем-то замочен. И дело было даже не только в их отношениях с Ирен - ведь если бы ее шантажировали Мартином, она, пожалуй, могла бы рассказать немало о делах Ринальди. Думать и предполагать такое не хотелось - однако в нашем мире случается всякое, даже дети предают родных отцов, а Каин убил Авеля. Кто предупрежден - тот вооружен. - Вот потому я и говорю - все беды от баб. Понимаешь теперь почему я, блять, не женюсь? - вздохнув,  гангстер покачал головой. Дети, жена - все это было очень хорошо, однако если подумать, сколько неприятностей им приносили девушки даже в ипостасях подружек или свойственниц... Да ведь и весь конфликт с Гвидо и текущие события в немалой степени были порождены представительницами слабого пола - вернее, их присутствием в рядах структуры. - OK, Сонни справится, думаю. - Ринальди открыл дверь машины и вылез наружу, так как звонок от Флетчер оповестил их о том, что можно заходить в больницу. Так и не закурив, Майки-бой, вместе с лучшим другом, двинулся в лифт и мельком глянул на свое отражение в зеркале. Он не хотел бросаться в глаза,  потому постарался одеться неприметно и скромно. Кожаная куртка, слаксы, черная футболка-поло. Впрочем,  скромность все же была относительной -  на запястьях у мобстера по-прежнему блестели золотом часы и браслет, а мизинец не покидало вечное кольцо с бриллиантом. Пройдя в смотровую, мужчина устроился на диван, взял глянцевый журнал - и начал с нетерпением ждать, когда появится Монтанелли.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-01-31 14:14:15)

+3

4

По сравнению с комплексом предварительного содержания, в больнице было даже хуже - за месяц жизни на тюремном матрасе, Гвидо уже привык к тамошним порядкам и завёл несколько контактов, освоился, иными словами, здесь же - очередной переезд, и всё пространство, которым он владел - собственная палата (которую, спасибо Кови, удалось проплатить и получить), и вся территория, куда бы он мог пойти - это больничный коридор; не говоря уже о том, что он находился под присмотром этого очкастого жида Леви из тюремной охраны - реже его сменял напарник, Свенсон, но естественно, без круглосуточной компании заключённого оставить не могли. А так даже хуже - в изоляторе одновременно за всей компанией приглядывали три-четыре коррекционных офицера, сейчас же плешь Монтанелли проедал всего один, но лично по его душу. С Леви удалось договориться деньгами - в те же дни, когда в больнице находился Свенсон, Гвидо приходилось демонстрировать образцовое поведение. Но это было и не столь сложно, учитывая, что в его смены Монтанелли в основном отсыпался или телевизор смотрел... Даром, что здесь нету вооружённых людей по периметру - свободы здесь ещё меньше, только форма у тебя другая. Беспокоило, впрочем, другое.
Немигающее око закона за ним присматривало и здесь, и читал Гвидо тут не только книги. Из душевного равновесия, и без того тяжёлого, вчера выбил совершенно другой текст - на казённой бумаге, с несколькими штампами и подписями; и ладно, если бы это было постановление суда о его переводе в "настоящую" тюрьму или ещё один иск в суд - то, что там было написано, в принципе убивало почти весь смысл возвращаться на свободу. При условии, если всё сложится не в его пользу. Можно лишить его власти, Гвидо не обрубает всех мостов и способен вернуться к тому, что имел; можно упечь его в тюрьму или отправить хоть на необитаемый остров, да хоть растить картошку на Марс, как Мэтта Дэймона - справился бы и с этими тяготами, можно отрубить ему обе ноги - Гвидо может вытерпеть боль. Федералы же ударили по самому дорогому, что у него было - по семье. Федералы, которым ничего не стоило заявиться хоть на семейный праздник, хоть на свадьбу, хоть на похороны, заручились поддержкой социальной службы, чтобы его выставить плохим отцом. Бледно-жёлтая бумажка лежала на прикроватной тумбочке - изначально новенькая, в палате Гвидо она истрепалась настолько, что стала похожа на слишком усиленно цеплявшийся за ветку осенний лист. Открылась дверь, и Монтанелли, в очередной раз, сжав его в руке, словно тряпку, вышел из палаты...
Его язва была, к счастью, чистой воды вымыслом от начала и до конца, однако из-за всего этого чувствовал себя Патологоанатом и впрямь больным. Впрочем, наверное, и выглядел примерно так же; за время содержания в частном "пансионе" он заметно похудел и отрастил бороду - заметив, что по сравнению с двумя годами ранее, когда он тоже отсиживал пару месяцев за решёткой, в ней появилось больше проседи.
- Много знакомых терминов нашёл, Фрэнк? - войдя, усмехнулся Гвидо, увидев медсправочник в руках Альтиери, когда закрылась дверь за Леви. Такие книги - они были больше темой Монтанелли когда-то. Сейчас же, без практики, он уже многое подзабыл; как и у врачей, на такие вещи требуется что-то вроде постоянной практики - с "пособиями", если не с живыми людьми. У "чистильщиков" не так уж много настоящих заказов, но готовым к таким быть нужно в любой момент - именно эта готовность и отличает профессионала, а не опыт и "лист тел". - Buongiorno, парни. - приобнял Майка, уловив запах его одеколона - оказывается, обоняние так обострилось за то время, что он почти не чувствовал запахов, заключил в объятия и Фрэнка, задержав взгляд на его глазах чуть подольше. В Нью-Йорке что-то планировалось - и не надо быть гением, чтобы об этом попросту догадываться. В общем-то, даже и понять, что именно им предложили - нетрудно; федералы просто спутали все планы. Но на то Гвидо и работал этот месяц, чтобы жизнь Семьи продолжалась, несмотря на федералов - так ведь?.. Это означало приближение планов Нью-Йорка одновременно.
- Дядя Ф. хочет меня убрать, так ведь? - усмехнулся Гвидо, присев на кушетку. И лист бумаги, который сжимал в ладони, отправил на столик, чтобы ребята могли прочесть. Там, сухим языком терминов, сообщалось о том, что Монтанелли вызывают в суд по поводу оспаривания его родительских прав в связи с исчезновением матери Дольфо и Виттории, ещё один пункт в длинном списке обвинений... по крайней мере, тут отсутствовало обвинение в её убийстве; кажется, даже Бюро не поверило в то, что мужчина итальянского происхождения способен убить свою жену. - Похоже, что у меня со всеми моими родными непростая ситуация. - едко хмыкнул Монтанелли, почесав свою шею - с появлением на ней колючей щетины, возобновилась и эта привычка. Одно время щетина почти постоянно зудела, но потом это прошло, а привычка - осталась. Поведя затем рукой у лица, показывая на бороду, добавил: - Кови посоветовал. Говорит, так я буду меньше напоминать "субъекта мафиозного типа". - интернет сейчас есть даже у бомжей, и каждый может прочесть, что у "славных людей" растительность на лице не в почёте. Часть защитной линии Монтанелли строится на старой, как мир, песне о добропорядочном бизнесмене.

Внешний вид

Отредактировано Guido Montanelli (2016-01-31 15:02:33)

+2

5

Фрэнк покивал головой - вот этого он и опасался, что федералы могут воспользоваться ситуацией и начать обрабатывать Монтанелли в нужном им направлении, заговор против него - еще один аргумент и весьма неплохой, чтобы заставить пойти на сотрудничество. Как же он иногда уставал от всего этого, вечного стресса и страха предательства. Майкл впрочем, тоже не важно выглядел, и это мягко сказано.
- Да уж вижу... Завязывай блять бухать, - глянул на лучшего друга совсем не походившего на любимчика женщин, - не время сейчас. Выглядишь, как алкаш. - Альтиери не мог не прокомментировать его участившиеся пьянки и то во, что они выливались. Он надеялся, его собственный внешний вид не был таким же удручающим, несмотря на постоянные головные боли и стресс в котором приходилось жить, андербосс оставался собранным. Ему нужно было поддерживать жену потерявшую мать, и Семью, потерявшую отца, переложить это на кого-то еще он не мог, поэтому последние вечеринки проходили преимущественно без него. Даже день рождения Майкла в этот год пришлось отпраздновать с меньшим размахом.
- Жить она там будет. В Сан-Диего. И работать. - Фрэнк на это рассчитывал, по крайней мере. Как ни крути, а безразлична ему Линн не была. Была у него одна паршивая черта - привязываться к людям. Совсем лишняя для таких, как они, и не исключено что именно она его и погубит. Не важно, кстати, что это будет женщина. - Думаю подыскать для нее что-нибудь не пыльное, и где не надо будет жопой у шеста вертеть, поговорю с Ренато, может, предложит чего, скажем администратором в заведении каком-нибудь. - Пока четких мыслей на этот счет у Альтиери не было, не до нее ему было все эти дни.
О решившей остепениться племяннице Майкла андербосс конечно слышал, в первую очередь от самого Ринальди, которому выбор ее избранника по душе совсем не пришелся. И Фрэнк его понимал. Случившееся было ничем иным как дуростью. Если для нормальных людей брак - серьезный шаг, к которому подходят осмысленно, то для Касты и Юля - некое развлечение. Мозгов у этой парочки было не больше чем у Джуна, однако годков при этом вдвое больше. Поэтому Фрэнк не сомневался, что разведутся эти двое также играючи, как и под венец пошли. Вряд ли этот союз до конца года продлится.
- Могло быть и хуже, - у этой бы хватило ума и за Ракима замуж выйти, и вот это действительно был бы удар по репутации, породниться с черномазым. Фрэнк не то чтобы подбодрить пытался, просто говорил что думает, - я бы не рассчитывал, что это у них всерьез и надолго. - И вообще бы на то, что из Касты выйдет толк не рассчитывал, порядочной девушкой та не слыла, и махнуть на нее рукой было бы наиболее правильным решением. Она ему не дочь, в конце концов, впрочем, Фрэнк бы в такой ситуации и на родную дочь рукой махнул, если бы та вела себя как шлюха и позорила его. Надо полагать о своих планах на замужество она не рассказала вообще никому, продемонстрировав тем самым, насколько важной для нее была семья. Ни приглашения. Вообще ничего.
- А с Берн у тебя все в порядке? - поинтересовался раз уж речь зашла о приносивших неприятности представительницах женского рода в общем. В это время их разговор продолжался уже в смотровом кабинете. Листая за разговором страницы, Фрэнк пытался найти хотя бы картинки. Ну, и размышлял над сказанным другом. А сделал бы он сам предложение Джулс, если бы та не залетела? Фрэнк впрочем не жалел, что его семейная жизнь сложилась именно так. Скорее он бы жалел о том, что ее упустил, не сделай этого предложения.
Когда в помещении появился Монтанелли, разговоры о женщинах тут же прекратились, а в ответ на его шутку Альтиери коротко усмехнулся и сам. - Я так и не понял, на каком она языке, - взглянув на корешок, положил книгу обратно. В экономических и юридических терминах, будучи бизнесменом, как кстати и в строительных, он уже ориентировался не плохо, но вот что касалось медицины, эта область оставалась для него неизведанной.
Впрочем, сегодня им особо не до шуток было, и вскоре андербосс вновь стал серьезен. - Привет, Гвидо, - также обнял его. На вопрос относительно Фортуно, он ответил не сразу. Его молчание, надо полагать, тоже было ответом. Фрэнк глянул на бумагу, которую для них оставил босс. Пробежавшись по ней взглядом, сперва очень поверхностно, он вновь посмотрел на Монтанелли. Между ними случалось много разногласий, но зла, как ни странно он ему не хотел, и если бы пришлось убить, легким это решение бы не было. Они знали друг друга много лет, их семьи также были дружны, и то, что Гвидо год назад предложил ему стать крестным своей дочери, Фрэнком забыто не было.
- Джеймс расстроен отсутствием взаимопонимания, - попытался выразиться деликатнее, - но мы можем обойтись без крайних мер, я был против них, - не стал скромно оставлять в тени собственные заслуги, пускай позже и сомневался в правильности своего решения. - Что это за бред? - Дочитав содержимое бумаги до конца, спросил у Гвидо, а заодно и Майкла, в такие моменты он постоянно вспоминал о его обучении в колледже и рассчитывал, что тот понял больше. - Здесь хоть что-нибудь доказуемо? - Сами дети сыты, одеты и обуты, побоев на них нет, а что касалось исчезновения матери и той "лестной" характеристики, которая была дана Монтанелли, так это еще требовало доказательств. Если быть откровенным, у дяди Ф. было больше шансов отправить его детей в детдом, нежели у государства.
- Шейенна вроде бы справляется. С Дольфо и Витторией. Тебе повезло, что она есть. - К слову о непростых отношениях с родственниками. Фрэнк не стал сравнивать вслух Марго и индеанку, но что касалось лично его мнения, Шейенна в качестве спутницы жизни импонировала ему больше, хотя бы тем, что имела меньше шансов попасть за решетку или умереть, и этим самым оставить детей без матери.
Что касалось бороды, ее у Монтанелли наблюдать приходилось уже не раз, во всяком случае, Фрэнку, и поэтому он даже не сразу догадался, что это часть имиджа такая, а не последствия очередной депрессии. Ему бы очки еще нацепить, и вылитый профессор.
- Организация игорного бизнеса – кому это нахрен сдалось? – вслух размышлял о выдвинутых обвинениях, считая, что из всего, чем занимался Монтанелли, это было самым невинным. - Они только видимость работы создают, присудят штраф и отпустят, все как обычно. – В прошлом году именно такое постановление суд вынес по делу Фрэнка и Маленького Джона. Последнему, как и Гвидо пришлось посидеть в каталажке до суда, но в итоге отпустили и его тоже.

+3

6

При словах Фрэнка насчет его внешности Майкл вспомнил свое утреннее отражение в зеркале – и не согласился с выводом лучшего друга. На алкаша он был в любом случае не похож – одет чисто, выбрит, грязной каемки под ногтями нет. Вот на невыспавшегося и усталого человека – это точно. Но здесь ничего не поделаешь - ведь ему, в нынешних нервных условиях, приходилось присматривать еще за львиной долей уличных дел и решать различные  непонятки, вроде той с нью-йоркским продюсером. Как тут не прибегнуть к релаксантам? Совсем же ебанешься. – Не гони ты, нормально я выгляжу. – проворчал гангстер, после чего в свою очередь прокомментировал избранный самим Альтиери способ снятия напряжения. – А с твоими таблетками весь желудок на хер посадишь, не просрешься потом. Когда перешли к Линн, то Ринальди решил сделать свое собственное предложение по устройству ее судьбы. И не первый раз по сути – она ведь сейчас в его клубе танцевала, а не в прежнем отстойнике. Впрочем, как не помочь подружке Фрэнка?– А на хрена Ренато? У нас же с Ливией в Сан-Диего есть доля в ресторане крутом, "Пляс Манифик" этом. Хочещь, попробуем туда администратором устроить? Затем почесал в затылке, поморщился – все же в голове после вчерашнего будто какая-то серая муть была. Надо бы после визита к дону пивандраса махнуть, полечиться -  да и Фрэнка подбить. Тут за углом как раз есть хороший стейк-хаус вроде. – Только это… Захочет ли она сама? Знаешь, в девять часов приходить, никаких тебе суперчаевых и дармового шампанского, все такое… Судя по опыту консильери, стриптизерши, один раз отбросив стыд, потом врастали в новый образ жизни и вернуться к норме им было тяжело. Работа ночью, обилие зеленых бумажек за кромкой трусиков, привычка разводить клиентов на угощение и бабки, атмосфера разгула двадцать четыре часа в сутки... После такого не так просто стать выплачивающей кредиты обывательницей. И в чем-то этих полушлюх мобстер понимал – ему самому было бы сложно каждое утро напяливать галстук и топать в офис. А вечером заваливаться спать ровно в 8, чтобы на другой день успеть в контору и не быть трахнутым в жопу каким-нибудь сморчком-начальником за нарушение трудовой дисциплины. – И там еще совладелец наш, Гастон, тот еще кобель был, ревновать не будешь? Раньше ни одной юбки не пропускал. – усмехнувшись, добавил советник. Он помнил горячий нрав Фрэнка и не хотел, чтобы тот убил курицу, приносящую золотые яйца. Затем поднял вверх руки, показывая что шутит. – Впрочем, старикану уже под восемьдесят, кажется. У него поди уже лет двадцать как не встает. Насчет Касты же он ничего особо сказать не мог – может и правда они с Мартином наиграются и разведутся через пару месяцев. А может – это надолго. – Не знаю. В любом случае, за  Юля она стоит горой. А когда Ирен на кого-то не похер – это, знаешь, уже достижение. К тому же Алу, столь ей вроде бы близкому, Каста не так уж часто захаживала в тюрьму во время его отсидки. Кошка, гуляющая сама по себе. А тут, видимо, нашла кота себе под стать. – Ладно, поживем – увидим. Уже в смотровом кабинете, андербосс затронул тему Бернадетт – и Ринальди, бездумно листая страницы журнала, живописно изображающего человеческие органы в разных ракурсах, рассеяно ответил. – Берн? Все в порядке. Cказал, что как с работой разгребусь – может, отдохнуть съездим как-нибудь… В этот момент в комнате появился сам Монтанелли -  и их беседа с Альтиери прервалась. Мафиози привстал и шагнул к боссу Семьи Торелли. Против воли  и неожиданно для себя он испытал… не робость, а, пожалуй, некую неловкость от того, что должно было произойти. И вызвал это ощущение не только тот факт, что вообще-то неподчинение дону противоречило его принципам, укоренившейся вере в святость обетов послушания и иерархии. Все-таки Гвидо оказался в реально пиздецовой ситуации, а тут им, возможно, придется ее усугубить, заколотив последний гвоздь в его гроб. При том что в целом Майкл не мог забыть, что положительных качеств у этого человека было побольше чем у всех Донато и Данте вместе взятых. Лично Ринальди-то видел от Паталогоанатома в основном хорошее только – именно он сначала назначил его капитаном, а потом ввел в Администрацию. – Рад тебя видеть, Гвидо. Как ты? – обняв крестного отца, итальянец поцеловал его в щеку, потом оглядел с головы до ног. Перемены в его внешности были явные, та же самая борода – но присутствовало и нечто еще. Нечто незримое, по мнению Майка, возникавшее в облике любого, побывавшего в больнице или в заточении. Может быть, впитавшийся запах стен этих славных учреждений? – А где же журналы с голыми бабами? Ах да, забыл, что твой врач – сама баба. – пошутил гангстер насчет присутствовавшей на столиках литературы. Разбавить юмором тяжелую ситуацию бы не помешало – по крайней мере, попытаться подать ее более позитивно. Хотя куда там, блять. – Дядя Джимми? – переспросил мужчина, собираясь с мыслями. Как он и подозревал, Монтанелли откуда-то получил информацию о произошедшем в Большом Яблоке. И пошел на прямой разговор. Что же – придется сыграть хорошую мину при плохой игре. Хотя может, игра как раз неплохая? Может и лучше – что глава клана сам инициировал это обсуждение? – Да, но дело не только в нем…Он привлек на свою сторону… Тут Майк на мгновение замолчал и подозрительно огляделся. Да, это место считалось безопасным. Но все же не было "502", "Доллз" или "Барракудой", которые проверяли нанятые мафией специалисты по прослушке. И потому сюда все же могли насовать каких-нибудь жучков. – Привлек на свою сторону всех других уважаемых людей Нью-Йорка. Таких же уважаемых как он. – сильно понизив голос и наклонившись к уху Монтанелли, наконец произнес Майк. Из этих обтекаемых терминов Гвидо должен был понять, что речь идет о Комиссии и равных Настройщику по статусу боссов. Хотя может, он уже знал и эти детали? – Они очень расстроены и недовольны, мы рискуем потерять все наши связи. В изоляции оказаться. Достал из кармана зажигалку, почиркал ею над сигаретой – и закурил. Плевать на все эти докторские заморочки, ему не помешает сейчас порция никотина. – Дай-ка гляну... – дымя, Ринальди взял листок бумаги и поднес к глазам. По мере чтения его лицо все более хмурилось. Наконец, вытащив сигарету изо рта, Майкл негодующе проворчал. – Нет, это херня полная Не могут они лишить родительских прав по той причине, что мать куда-то уехала. В душе он испытал истинную злобу – впрочем, в смеси со странной радостью. Радостью насчет того, что всегда был прав. Ринальди уже с малых лет считал большинство копов и федералов низкими наемными шавками, готовыми на любую подлость – а вот тут доказательство налицо. Вместо того, чтобы разбираться со своим врагом, пытаться сделать плохо его детям - что– может быть более мелким и трусливым? - Cлушайте, а может это в прессу слить? Конкретно облить говном эту блядскую свору. Рассказать всему миру, что человека шантажируют тем, что отправят детей в детдом, чтобы заставить признаться в том, что не совершал. – Майк окинул вопросительным взглядом своих коллег по Коза Ностра. Возможности сделать некий вброс были -  через блоги, через газетчиков, через некоторые правозащитные общества. Все-таки за время многолетней работы с городскими политиками связей Ринальди поднакопил – да и не только он. Другое дело – хотят ли Гвидо с Фрэнком дополнительной шумихи? Хотя, в принципе, информационная война против Монтанелли уже идет – почему бы ему не ответить? – Причем желательно с именами  - кто требует тебя лишить прав, c именами, должностями… Кому-то, незнакомому с их порядками, было бы странно, что, готовый при необходимости убить Гвидо ради блага Семьи и собственного блага, Майк теперь радел за его отпрысков и судьбу. Однако Ринальди принадлежал к старой школе и твердо верил – какие бы не были их внутренние разборки, перед легавыми они должны защищать своего до конца. Для него ярким примером являлся великий Костелло, который отказался в полиции опознать стрелявшего в него по приказу Вито Дженовезе убийцу – "Подбородка" Джиганте. Хотя и терял из-за затеянного своим андербоссом переворота всю власть – но не изменил понятиям ради личной мести. Именно потому этот прозванный "Премьер-Министром" преступный гений даже в отставке пользовался огромным уважением всех "людей чести". – Шей и правда золото у тебя, так заботится о Дольфо с Торри. И не волнуйся, мы им помогаем и всегда будем помогать, если что… Ринальди так интенсивно затягивался, что не успел и заметить, как в его пальцах оказался только обгоревший окурок. Отряхнув ладонь от налипшей табачной пыли, он улыбнулся, посмотрев на растительность на лице Гвидо. Тот, видимо, тоже пытался разбавить деготь сложившейся реальности медом острот. – Хорошо смотришься кстати. Прямо император Октавиан… Или Веспасиан? – Майку вспомнился бюст древнеримского правителя, который он видел в Национальном Археологическом Музее в Неаполе.* Потом хмыкнул – ведь не только Монтанелли в их Семье решил радикально изменить имидж. –  Сантино наш с твоим Кови случайно не советовался? Тоже усищи себе отрастил – ну чисто Чарли Чаплин. Потом поразмыслил над словами Фрэнка –  с обвинением в самом деле было что-то странное. Смысл затевать шумный арест, чтобы потом взыскать штрафы? Тем более арест на таком уровне. – Роз мне тоже говорит – мол, обойдется мелочью. Но черт возьми, они же тоже не дебилы? С хуя ли затеяли возню тогда эту? Прошелся по помещению, скрестив руки на груди, пожевал губами. Затем произнес. – Думаю, они хотят это дело как-то раскрутить в процесс РИКО полномасштабный. И чего еще не пойму – что там с убийством, что они Розу шили? Выпустили под залог его, ходит гоголем. Доказательства фуфлом оказались?

* Майк подразумевает бюст императора Каракаллы

Каракалла

http://img-fotki.yandex.ru/get/6214/119796075.4f/0_82fa1_8b1bddf5_XL.jpg

+2

7

Как он?.. Да как и внешне выглядит, наверное - примерно так же. Все трое "первых лица" мафии Сакраменто выглядят измотано и устало, хотя и - каждый по каким-то своим причинам. Гвидо предпочитает не справляться со стрессом при помощи таблеток - не то, чтобы возможности у него такой не было, даже в том "общежитии", где он оказался, можно вытребовать консультацию психолога, это легче, чем приобрести там алкоголь, не говоря уже о том, чтобы получить антидепрессанты здесь - в теории, он мог бы это сделать даже без рецепта, Док давно мёртв, но связи его живы; но он предпочитал и предпочитает держать голову в трезвом уме - сейчас это кажется особенно важным. Монтанелли тихо засмеялся над шуткой Майкла - если без юмора, общество Джейн было не только полезным, но и, действительно, приятным, и из-за эстетической составляющей в том числе, итальянская жена Тома Флетчера была симпатична - и Гвидо было приятнее наблюдать за ней, нежели пялиться в пошлые журналы. Но только наблюдать, разумеется.
- Но меры последуют, верно? - немного обречённо, но - достаточно спокойно подытожил Монтанелли своим риторическим вопросом. На самом деле, он не знал деталей их разговора, не знал даже о том, что какие-то решения были приняты наверняка, просто задал вопрос - вполне логичный, по его мнению, - то, что парни летали в Нью-Йорк для него тайной не было. Но это и было тем "максимумом" родственной доброжелательности, на которую расщедрился Фортуно - хотя, и её оказалось вполне достаточно. Что же, Фрэнк и Майкл хотя бы отвечали честно, не пытаясь сыграть у него за спиной. - Понятно. - Гвидо услышал ответ на вопрос, который хотел хотел услышать. Он не был им доволен, но это было лучше, нежели неведение. Не был счастлив и тем, что придётся сделать; но - хотя бы знал, что сделать надо... Но к этому он перейдёт чуть позже сегодня, когда объяснит причины.
Вступая в их бизнес, нельзя оставлять сожалений позади; нужно быть уверенным, что не придётся искать выход ради чего-то. На самом деле, это не так просто. Порой не остаётся ничего другого, кроме как смириться с тем, что выходов нет и значит, выйдут не все. Например, Маргарита - для неё выхода не оказалось.
- Это нехорошо. - сейчас смертью практически угрожали ему, но всё, что мог ответить Гвидо: - Нехорошо... - повторил, прищурившись, глядя на свет, пробивающийся сквозь щели между жалюзи на окне. Не настолько хорошо, как то, что происходит с его детьми; плевать он хотел на Нью-Йорк, на самом деле, как тогда, так и сейчас. Но изоляция касалась не Нью-Йорка, от этого пострадает его Семья - это возвращает и его самого к тому, с чего он начинал.
- Мать куда-то уехала, отец-бандит - сидит в колонии, а с детьми находится какая-то чужая женщина. Это не требует доказательства, это очевидно. - тяжело выдохнул Монтанелли. Всё это - полная херня, но она может стоить целого комка нервных клеток, да и семьи ему, в общем, в итоге тоже может стоить. - Вы когда-нибудь с социальной службой связывались? - посмотрел на Майка и Фрэнка по очереди. - А вот я - да. Мне было двенадцать, и моего отца отправили на электрический стул. Одному Богу известно, через что пришлось пройти моей матери, чтобы вернуть меня домой... Это было более сорока лет назад. Сейчас всё ещё хуже... - социальная служба - те ещё коршуны, и демократы не стесняются их подкармливать. Начнут считать каждую пылинку в их доме, каждую царапину на колене его сына, которую он получит, играя на площадке в футбол, и сколько раз Виттория кашлянет или чихнёт. Ордер на обыск этим благодетелям тоже не нужен. Соцслужащим оружие не нужно - ранить они могут куда больнее и без него...
- Шейенна - лучшее, что было в моей жизни, это действительно так. Но по закону - она не больше, чем я на бумаге ещё в офисе Коэн написал... - и можно было бы и это исправить. Это нужно было бы исправить. Но - Гвидо, по закону, всё ещё женат, а Маргарита, на бумаге - всё ещё жива. Он не так много может сделать с этим из изолятора, но кое-что - может. - А это способ, Майкл. Серьёзно... - воодушевился Монтанелли. - Тем более, что у нас ещё остались какие-то связи на "Добром Утре". - информационное оружие тоже может ударить достаточно больно; об этом Гвидо и помнил, обустраиваясь у Морта под боком. И Эддингтон переиграл значительно - но не полностью. Попади такой материал в прессу - может подняться гвалт, к которому присоединятся голоса и остальных "неблагонадёжных", разлучённых с детьми. По большому счёту, они - отбросы общества, однако - это Гвидо мало волнует. Даже нищие и психопаты любят своих детей. - Но только этого будет мало. Нам нужно бы расписаться с Шей... и желательно, крестить её тоже, чтобы всё было как положено. - и дети были с родителями одной веры... Верования индейцев не признаются штатами, но - они, в отличие от мусульманства, буддизма, иудаизма, не говоря уже о сектах всех мастей, никем и не проповедуются. У Гвидо возникал внутренний конфликт не эту тему одно время; позже он научился смотреть на верования племени Шей как на знание, а не как на религию.
- А по-моему, я становлюсь похож на фермера. - усмехнулся Монтанелли, поправив угол рубашки. Она была на пару размеров больше, отчего слегка мялась, это делало сходство ещё сильнее. - Сантино... От него ведь сейчас зависит эта история с депортацией Агаты. - Гвидо почесал шею снова. Депортация сестры, социальная служба, рэкет и азартные игры, всё это навалилось на него совсем неспроста. - Азартные игры - может, и чушь; рэкет - уже серьёзнее, но я предполагаю, что это будут не последние обвинения, что мне предъявят. В связи с этой депортацией даже... - Монтанелли не зря просил подать весточку русским, чтобы прибрались у себя; пострадать может не только он сам и не только Семья. Одна из причин, по которой Гвидо не спешит возвращаться из-за решётки - что его могут отправить туда снова; назначив ещё один залог, произведя ещё одну процедуру ареста, федералам этим заниматься будет не лень и снова, и снова. У него же нету столько денег - всех развлекать. - Всё это говорит о том, что я уже не могу вести дела нормально. Моя собственная семья требует от меня слишком много внимания, а Бюро слишком много внимания проявляет ко мне. Меня нужно "отсечь", чтобы если я, пойду на дно, не прихватил кого-то с собой. Тогда они прогорят с РИКО в любом случае. - Гвидо размышлял об этом так, словно о ком-то другом говорил, а не про себя самого. Выхода всё равно особого не было. - Берите дела на себя, ребята. - глянул на Альтиери и Ринальди. Имеет ли смысл назначать преемника прямо сейчас?.. На деле, эти двое организуются между собой, как удобно им. И в любом виде, у них будет хороший тандем. - Договоритесь с Нью-Йорком на своих условиях, пообщайтесь с калифорнийцами... делайте, что надо делать. Даже Бюро сейчас думает, как я, а не как вы двое. - усмехнулся. - Роз же... не знаю, я толком и увидеться с ним не успел. - в заключении, Гвидо не имел особо больших шансов с ним пообщаться, а до изолятора Сальваторе даже и доехать-то не доехал, судя по всему. Если и был там, то не одновременно в одном месте с ним - комплекс, надо сказать, немаленький, а оповещать всех о том, когда кто-то его покидает, тоже не принято, и времени под это не отводят. Слишком часто там это происходит... - А чего такие мины кислые? Вы же всегда этого хотели. - усмехнулся Гвидо, пожимая плечами. Оказаться на вершине. Парни давно этого желали, это их шанс - а другого может и не предоставиться. Без того, чтобы замараться в крови прежнего босса, как сделал Донато, во всяком случае.

+2

8

Либо печень, либо желудок, вот видимо и весь выбор, который у них был, а приоритеты уж каждый расставлял сам. Не став углубляться в споры касательно степени губительности для организма тех или иных препаратов, тем более что трезвенником сам не был, Фрэнк только усмехнулся в ответ на щепетильное замечание друга, считавшего что наркотики и алкоголь не столь опасны, как таблетки. А вот обсуждение возможного места работы своей подружки поддержал охотнее, решение этого вопроса куда эффективнее снимет его головную боль, ну, хотя бы частично. - Сможешь устроить? - Вспомнил он этот пафосный французский ресторан, о котором рассказывал Майкл. С тем образом Линн который они все знали это место вязалось не очень, но если уж племянница Ринальди, эта оторва, смогла работать в ресторане, каждый вечер, облачаясь в платье и туфли, то Нэш и подавно сможет. Комфорт и красивые шмотки она всегда любила, а что касалось строгости и отсутствия шумного веселья на рабочем месте, то и к этому привыкнет. - Пускай попробует, - к вопросу о том захочет Линн такой жизни или нет, - я не собираюсь оплачивать все ее счета. - Так что работать ей в любом случае придется, учитывая тот образ жизни, к которому она привыкла. Если конечно нового спонсора себе не найдет. Относительно Гастона андербосс не волновался, уж с восьмидесятилетним стариком он конкуренцию выдержать должен был, больше тревожили посетители его ресторана, в такое пафосное место работяги не ходят, не исключено что там на нее западет миллионер, у которого в отличие от владельца ресторана пока еще стоит. - Небось к Ливии подкатывал? А он ей не приглянулся? - усмехнулся в ответ на эти любопытные детали. Впрочем, миллионеров любителей высокой кухни из головы не выбросил. - Мне нужно чтобы там за Линн приглядывали, - так что без Ренато ему похоже все равно не обойтись, - хватит и того что она с половиной Сакраменто перееблась, - утрированно конечно выразился, но суть передал, говоря о многочисленных ухажерах его подружки, Фрэнк не исключал, что он многих еще не знал.
- Лишь бы в дела его не лезла, - подытожил в отношении Касты и Юля, когда Майкл рассказал, дескать, та стояла за него горой. Или уже влезла? Фрэнк не сразу мог себе представить ситуацию, в которой племяннице лучшего друга пришлось бы защищать своего избранника. Их отношения напоминали чем-то Агату и Сонни, наверное, тем, что Агата также впрягалась за Сантино, используя свои близкие связи в руководстве Семьи.
- Может, вчетвером куда-нибудь махнем? - услышав о планах съездить отдохнуть с Берн, предложил взять с собой и их с Джулс, вспомнился как раз совет Дэнни о том, что андербоссу не помешает отдых. Оставалось только с работой разрешить... Что на фоне последних событий простой задачей не казалось. Как бы в ближайшем будущем им на нарах отдыхать не пришлось вместо шезлонгов или вовсе в сырой земле.
Впрочем, судя по спокойной, со стороны даже обреченной реакции Гвидо, в сырую землю они с Майком возможно и не попадут, во всяком случае, не в ближайшее время, если конечно все это не было блефом со стороны Монтанелли.
- Они необходимы, у нас выбора нет, - ответил, последуют ли меры. Как Майкл и сказал, на стороне Фортуно были боссы других влиятельных нью-йоркских Семей, и если Гвидо не дурак, а дураком он не был, должен был понимать что андербосс и консильери также их поддерживали. Те многочисленные разногласия, которые между ними были, не сыграть не могли, отрицать это было бессмысленно.
Альтиери молча, выслушал драматическую речь босса, в которой тот вспомнил и о собственном детстве тоже, и покачал головой. С тем что нервов эти соцслужбы ему потреплют прилично он с сожалением вынужден был согласиться, но в качестве ответа, как Майкл верно предложил, они могли сами чьи угодно нервы испытать на прочность. - Все правильно, пусть тоже говна хлебнут, я бы блять еще по судам их всех загонял, - и часть печатных изданий, кстати, тоже, употреблявших в адрес Монтанелли, чья вина еще не была доказана термины "дон мафии", - за клевету и подрыв деловой репутации. - Фрэнк помнил, как на него смотрели Джуниор и Алессия после ареста в 2009 году, наврать им тогда пришлось не мало, чтобы те не считали своего отца гангстером. Он и сейчас продолжал считать, что эта информация для них лишняя, пускай сомнений у тех уже и не осталось, кажется. Что касалось Гвидо и его статуса, Альтиери не удивится, если по телеку вскоре увидит интервью с Сабриной или Лео. Телевизионщики любили докапываться не только до членов, так называемой мафии, но и до их родственников, разворачивая настоящую информационную войну и удовлетворяя любопытство многочисленных у них в стране – спасибо Голливуд - почитателей мафии.
Новость о планах обвенчаться с Шей оказалась достаточно неожиданной. После неудачи с Марго, андербосс не думал, что их дон в ближайшее время вновь решит связать себя узами брака. Венчаться в церкви - даже Фрэнку было бы стремно делать это в третий раз, клясться перед Богом в верности до конца жизни после того как первую жену бросил, а вторую убил. На третий раз ему казалось, Бог не поверит. Но давать советов на этот счет он, разумеется, не стал, тактично промолчал, полагая, что это дело в первую очередь самого Монтанелли. - А ее... ээ.. племя не против? - Полюбопытствовал, не зная впрочем, толком, какие порядки были у индейцев, нужно ли было согласия вождя? И как они отнесутся к принятию дочерью католической веры ради, как Гвидо выразился, бандита. В резервациях ведь тоже телевизоры были. Но, несмотря на множество вопросов, которые породила собой эта новость, не поддержать в этом деле дона он не мог. - Из рассказов Джо я о ней много хорошего слышал, - старик обалдеет, услышав такую новость, - так что поддерживаю, надо, наверное, выпить по этому поводу, - ухмыльнулся и обернулся в поисках какого-нибудь алкоголя, желательно не медицинского спирта. Оставалось только на свободу выйти ради такой благой цели. Или они планировали прямо в тюремных стенах обвенчаться? В этом случае им на свадьбе вновь погулять не удастся. Кстати... - Так а ты ведь вроде до сих пор женат? - Вспомнил, что Марго и не мертва была официально, и мысли о выпивке резко улетучились. Двоеженство у них в стране разрешено до сих пор не было...
Но по сравнению с последующими словами их дона, известие о планируемой женитьбе несколько померкло. Нет, Фрэнк, конечно, предполагал, что нежадного до денег и власти Гвидо им удастся подвинуть без кровавых противостояний, об этом он и говорил на встрече в Нью-Джерси, но не предполагал, что тот сам, по сути, станет предлагать это. Под грузом навалившихся на него проблем, выглядел дон действительно уставшим, Альтиери даже подумал, что тот и за свободу свою бороться не хочет, об этом в какой-то степени говорил его отказ выйти под залог. - Ты собираешься от дел отойти? Насовсем? - Как Майкл Корлеоне? Уточнил, не совсем поняв, что имел в виду Монтанелли. Может и в самом деле фермером стать захотел? - Мы тебя вытащим и тогда обсудим, - какое место он займет, а какое они с Майком, сейчас-то в любом случае они с Ринальди брали все дела на себя. Пока Гвидо сидел, действующим боссом был Фрэнк.
- Роз говорит, что свидетель его не опознал, хер бы его отпустили под залог с таким обвинением, - прокомментировал слова Ринальди в адрес их капитана. Затем же вновь обратился к Монтанелли, - какую сумму залога тебе назначали? Я поговорю с Фредо и он поможет ее собрать, - Розарио ведь наскреб где-то. Ну а Гвидо хотя бы ради детей и Шейенны стоило попытаться выйти, этой внезапной прижимистости дона Альтиери не понимал.

+4

9

Майкл с готовностью дал свое согласие посодействовать, когда Фрэнк спросил насчет помощи Линн. – Попробую устроить, ага. Затем хохотнул - его лучший друг будто угадал насчет оживленной реакции француза Гастона на появление на его горизонте прекрасной владелицы "Парадиза". Старикашка тогда так и ел Андреоли глазами – но, как говорится, бодливой корове Бог рогов не дал. Вернее, рог-то есть, но, поди, за столько лет уже затупился и истерся в конец. - Слюни на нее пускал.. Но он решил, что мы с ней трахаемся, так что особо не клеился. По поводу же надзора за Нэш консильери ничего не сказал. С его точки зрения, дело это было безнадежное. Если уж телка слаба на передок - то ее не удержишь, можно только дать пинок под зад, когда ее эскапады станут надоедать. К тому же сильно подозревал, что Ренато и его парни, пусть и пообещают андербоссу приглядывать за бывшей стриптизершей, все равно особо заморачиваться этим геморрным занятием не будут. Им надо бабки зарабатывать. - Давай съездим, чего нет. Мы Венесуэлу обсуждали или этот… Непал. – одобрил Майк предложение Альтиери о совместном отдыхе. Вчетвером только веселее будет – но сначала нужно урегулировать все возникшие вопросы – и с посадкой Гвидо, и с вертикалью власти.
Впрочем, судя по спокойной и полной достоинства реакции Монтанелли, проблему с необходимостью перемен в руководстве организации, возможно, удастся решить мирно и в любом случае бескровно. Решив закрепить успех, Ринальди развел руками и высказался по поводу необходимости принимать меры. – Боюсь, что-то делать надо. Они упорно стоят на своем, нам их не переубедить. – имел гангстер при этом ввиду нью-йоркских боссов, пожелавших убрать Монтанелли. Уточнять, что они с Фрэнком отнюдь не спорили с заправилами Большого Яблока, а, напротив, как бы и поддерживали решение – он не стал. К чему сейчас накалять взаимоотношения – когда напротив надо держаться вместе? Вместо этого Ринальди сочувственно покивал головой, когда Гвидо упомянул о социальной службе и привел пример из своего детства. Этих коршунов только допусти до детей – особенно если речь зайдет об отпрысках так называемых "асоциальных элементов". Эти политкорректнутые пидоры и лесбы точно постараются напридумывать поводов, чтобы разлучить Дольфо и Торри с отцом. – Тебя еще не осудили – а до этого хер что они могут сделать. И не осудят… - Майкл, выпустив изо рта несколько колечек дыма, опустил руку с сигаретой. Затем опять пробежал глазами по паскудному документу. – К тому же,есть же Лео, Сабрина, способные в случае чего взять к себе детей… На мгновение задумался – а ведь если эти черти из ФБР осудят Гвидо по РИКО да привлекут крыс, то смогут лишить его всего имущества. Тот же самый бизнес его старшего сына также может пострадать – и кто тогда станет содержать малышей? Власти действовали грамотно, пусть и подло. Готовились взять Монтанелли за жабры – если не хочешь, чтобы твоя семья погрязла в нищете, а малолетние отпрыски воспитывались за казенный счет, начинай сотрудничать. Тем больше Ринальди захотелось наказать скотов, тем способом, что он предложил, а его коллеги по Администрации одобрили. – Все сделаем. Можно при необходимости даже демонстрацию организовать у стен тюрьмы. – Майкл сделал себе пометку связаться с журналистами, которых можно было в той или иной степени привлечь в "мафиозный пул". Ребятишки из "Доброго утра", о которых упомянул дон, связанные с коррумпированными политиками репортеры или просто продажные борзописцы… Впрочем, могли иметь место и иные варианты – в любом случае городская пресса не была для Семьи Торелли чем-то малоизвестным. Как-никак еще с давних пор криминальный клан контролировал доставку газет в пределах графства Сакраменто - через профсоюз разносчиков и несколько подконтрольных фирм. Рэкет этот не был таким прибыльным как строительство или наркотики, однако все же давал в кассу организации свой стабильный доллар – и позволял, при необходимости, оказывать определенное влияние и на некоторые СМИ, коммерческая прибыль которых зависела и от того как быстро и по какой цене их товар распространяют между читателями. - И ты знаешь, как... с Марго все разрулить? А Шей готова принять крещение? - сказанное Гвидо насчет брака с Тейпой стало сюрпризом для Ринальди – хотя и не таким уж большим. С индеанкой те, похоже, находились в полной гармонии, она стала для мафиозного босса хорошей второй половинкой. В то же время с церковными и гражданскими властями могли возникнуть некие трудности. – Ну, как выйдешь, погуляем на твоей свадьбе на славу. – отбросив в сторону практические вопросы, Майк решил приободрить Гвидо. Пусть думает пока о чем-то приятном  - даже если реализовать в будущем это не удастся. Затем же, пожевав край  сигареты, выслушал небольшую речь Гвидо, фактически дававшую им карт-бланш на самостоятельное ведение дел. С некоторой педантичностью уточнил. - В смысле?  Ты имеешь в виду, подменять тебя, пока ты здесь? Или другое что-то? Советнику хотелось понять, что Монтанелли подразумевает  - назначение действующего босса, покуда он за решеткой, или что-то вроде отхода от дела или ухода с позиции дона. Немного помолчал, солидарный со словами Франческо - разобраться  с новой расстановкой в структуре окончательно можно будет после освобождения Гвидо, однако некоторые точки над "i" следовало расставить уже сейчас. - Мы тебя вытащим отсюда, будь уверен.  И дети твои останутся с Шей и родственниками, даже если для этого нахер придется их из страны вывезти. Когда же Монтанелли поинтересовался, почему они такие грустные и упомянул, что они всегда хотели прийти к власти, Ринальди  не стал это комментировать. Спорить и обмениваться обвинениями  сейчас не имело смысла - зачем добивать раненого льва? Вместо этого он поинтересовался, опять почти до шепота понизив голос. - Гвидо, вот хотел тебя спросить, кстати... У тебя же хранились бабки, ты их "общаком" называл... Не знаешь, где они сейчас? При нынешней пиздецовой ситуации они весьма бы не помешали... Раз уж  Монтанелли говорил им брать все на себя - то следовало бы получить и эти средства. Потом, когда Альтиери  спросил  насчет залога,  Майк в свою очередь также проявил свою долю заботы. - Как там на тюрьме, камера нормальная? Относятся с уважением? Тебе нужно что-то? Говори тогда, все будет,  найдем способы пронести....

+3

10

До того, что происходит в Нью-Йорке, Гвидо было мало дела, о чём он в общем-то и говорил почти в открытую, однако обстоятельства складывались таким образом, что от Нью-Йорка их Семья начинала зависеть больше и больше - хоть ему это не нравилось, но это было. Однако и от своих слов отказаться Монтанелли не мог, а это - означало бы противостояние между Торелли и Нью-Йорком, и всеми остальными Семьями, во всяком случае большинством, к тому же, и в конечном счёте он и сам стал бы жертвой - проще было подвинуться в сторону, сославшись на обстоятельства; так он мог бы сохранить своё лицо, сохранить себе и своим близким жизнь, а организации - сохранить мир. Гвидо не хуже других понимал необходимость объединения, но - от того, что сказал, от своих взглядов и принципов, отказаться не мог бы, это означало бы то же самое, что к собственным людям повернуться спиной; вопрос чести дона, если будет угодно так - сейчас же был единственный вариант, при котором он мог бы обставить всё таким образом, чтобы честь не попала под удар, протолкнув вперёд Майка и Фрэнка, сделав шаг к возрождению Комиссии всей страны - и не под своим руководством, но всё ещё в какой-то степени со своей подачи. И делал это он ради Торелли, а не Нью-Йорка и остальных - как и обычно, в общем. Монтанелли не стал больше ничего отвечать - он знал, что хотел знать, и знал, что с этим делать.
- Это тоже планируется. Хотя это и не совсем "наш" метод... - впрочем, Бюро и прочие законники сами прибегли к почти бандитским мерам, начав чуть ли не шантажировать его детьми, сестрой, так почему бы не воспользоваться против них их же оружием?.. Вряд ли от этого будет очень много толка, конечно, друг друга они будут покрывать; но - неважно, какое-то время нервы в суде они им потреплют, и нанесут столько ущерба, сколько смогут. Даже если ущерб этот будет ответным... на сделку Гвидо не пойдёт - лучше уж в нищете, но с друзьями, чем в достатке, но питаясь с ладони врагов - это уже рабство. И страх увидеть вооружённых людей перед своей дверью - его дети не заслуживают расти и жить в постоянном страхе. - Кое-что могут и без решения суда. - у них структура своя, и формулировки в ней могут быть куда более расплывчаты - для людей их круга, с таким обычно не сталкивающимися, во всяком случае. Что означает, к примеру, "Неблагоприятная обстановка дома"? Тысячи причин можно назвать, по которой она неблагоприятна. Тот факт, что твой отец ожидает суда, или судов, благоприятной точно её не делает. Как и то, что про него в газетах пишут... - Но если мы с Шей будем женаты - это им будет сделать уже сложнее. - в социальной службе, как ни странно, главную роль играет бюрократия - даже удивительно, что организация при этом работает с детьми. И опирается на законы, изложенные достаточно сухим языком, и заключённый брак для них тоже имеет значение. Для того, чтобы его семье остаться целой - это важнее, чем помощь Бога; но - и в обход Бога Монтанелли такие вещи делать не хочет, и законы человеческие превыше Его власти не ставит. И своё право войти в церковь в третий раз готов вымаливать - да и уже вымаливает; у него в палате висит распятие, в изоляторе временного содержания тоже есть часовня и два раза в неделю приезжает настоятель с лекциями. В тюрьме Гвидо много молился. Было много времени на это...
- Не думаю, что племя будет в восторге, конечно... и с Шей я на эту тему ещё не говорил.
- потому рано что-то говорить о свадьбе; ЗАГС важнее сейчас, чем церковь, и думать сейчас правильнее о спасении задниц, а не душ. Расписаться же можно и без венчания, благо с такими делами в их стране не так уж сложно - вон уже и голубым это делать позволяют, не то, что итальянца и индеанку поженить. Но тут другая проблема - что по закону он уже расписан... - Ну, попросить-то о разводе я Маргариту явно не могу. - усмешка. - Есть пара вариантов... довольно жёстких. - Гвидо даже не был уверен, что Фрэнку и Майклу они придутся по душе; организовать демонстрацию перед воротами тюрьмы и то было бы легче. Пожалуй, что как раз этим правильно было бы заниматься ему самому, когда он выйдет отсюда, но кто знает, будет ли это скоро...
- Другое. - а может освобождения и вовсе не случиться. Уверенным можно быть в чём угодно, но готовым нужно быть ко всему, в том числе и к такому повороту вещей тоже. - Не знаю, как насчёт насовсем... Вряд ли. Адвокаты, и всё прочее, тоже стоит денег, и к тому моменту, как я выйду, у меня вряд ли останется много. Но на какое-то время мне отойти придётся. - как он и сказал, его нужно "отсечь". - Хочется надеяться, что когда я вернусь, мне найдётся место. - не нужно его вытаскивать только чтобы обсудить это; они так трудились над тем, чтобы организовать эту встречу, так что не стоит откладывать что-то на другую встречу; её может и вовсе не произойти. Нужно обговорить на все возможные темы, пока говорить вообще есть возможность. - Не стоит... организации эти деньги сейчас нужнее. - покачал головой Гвидо на предложение Фрэнка. Не в прижимистости тут дело - впрочем, да, адвокаты от того, что он оплачивать их будет на свободе, дешевле не станут, так что это лишние траты. - Меня же могут отправить сюда ещё раз, по другим обвинениям, назначив ещё более высокий залог... Я всё жду, когда мне история с депортацией аукнется. - он ведь не зря попросил передать "весточку" русским, чтобы подчистили свои хвосты по возможности. Рассчитывал вероятность того, что ему пришьют что-то по траффликингу или подделке паспортов, что-то такого плана... - К тому же, это опасно для вас - если я выйду под залог. За мной будут следить... за моими контактами будут следить. - Гвидо пожал плечами и снова почесал бороду. - Если выходить отсюда, то насовсем. - помогая же ему финансово, Фрэнк и Майк сами вскрывают связь с ним - что тоже может аукнуться, либо им, либо ему, либо всем троим. Связей между ними как раз быть не должно, следователи за неё и ухватятся. Майкл поднял тему общих денег - и вот её Монтанелли посчитал правильной. Он обрубал концы, груз общих денег был как раз одним из самых тяжёлых, и самых важных одновременно. - Они у Шейенны, не знаю где точно - скорее всего, в резервации. Вот... - Гвидо наклонил голову, снимая с шеи нательный крест и протягивая его Майку: - ...передайте его ей. Так она будет знать, что это я велел. - а иначе придётся устраивать обыск, может даже и с допросом, что будет вообще некрасиво. Шей ведь едва ли отдаст общие деньги без его указания. - Встретили хорошо, я уже завёл там нескольких новых друзей... - усмехнулся Гвидо. А ведь личные связи с бывшим коррекционным офицером тоже сделали своё дело, между прочим - профсоюзы у охраны тюрем почище тех, коими они в Сакраменто ворочают. Все друг друга знают. - Было бы неплохо мобильником разжиться, пожалуй. Телефоны-автоматы там прослушиваются, как вы знаете... Ну и порножурналы в стенах изолятора пользуются спросом на "местном" рынке, я уж постеснялся просить Шей об этом... - тихо засмеялся Монтанелли.

+2

11

Фрэнк задумался над ситуацией, в которой оказался Гвидо, той, что касалась его детей, Марго, Шейенны и планов обзавестись еще одним свидетельством о браке. В сравнении с заморочками их дона, собственные семейные проблемы казались чем-то несущественным, ему, во всяком случае, никогда не приходилось даже задумываться о необходимости убийства жены, а потом о способах оформления развода с ней же, но уже убиенной. Жести во всем, что происходило вокруг Монтанелли, хватало, и, судя по всему, станет ее еще больше, ведь очевидные проблемы (не только с церковью, но и в первую очередь с мирскими властями) на пути к алтарю ничуть его не пугали.
- И какие же? - осторожно полюбопытствовал андербосс. Его вот в свою очередь пугали возможные действия со стороны Гвидо. Ясновидящим тут быть не надо, так уж повелось, но все что касалось Марго, Фрэнку по душе не приходилось. Начиная с ее приближенного к дону Фьорделиси положения и дальнейшего принятия в Семью вопреки всем канонам Коза Ностра, заканчивая становлением консильери и замужеством за Гвидо. Даже после смерти история с ней не прекращалась. И зная Гвидо, за маской интеллигентного, чуткого  и порядочного человека прятавшего свою истинную весьма неприглядную сущность, ожидать можно было всего что угодно. - Оно того стоит? - Фрэнку не часто удавалось достучаться до Монтанелли, но он все же попробовал сделать это еще раз. - Майки верно сказал, опекунство над детьми в случае чего могут взять Лео и Сабрина, мне всегда казалось у них хорошие отношения с твоими младшими. - Пускай те и рождены были другой женщиной, Дольфо и Торри они считали своими братом и сестрой, и, будучи совершеннолетними, могли о них законно позаботиться, а Шейенна помогала бы им и без официального оформления отношений. Женщиной она казалась в крайней степени порядочной, для Монтанелли она успела сделать гораздо больше, нежели он для нее, и это конечно доказывало искренность ее чувств. Как и для Джулс, собственный комфорт не был вещью волновавшей ее в первую очередь, что довольно редкое для представительниц слабого пола явление.
- Ресторан и доля с профсоюза - этого у тебя никто не отнимет. -  У Альтиери не входило в планы разорять Гвидо, лишать его возможности зарабатывать. Части доходов он, конечно, лишится, отойдя от дел на какое-то время, но далеко не всех, были ведь и вполне легальные источники доходов, позволявшие их боссу оплачивать адвокатов, тут главное самому не просрать их и не начать распродавать собственное имущество. - Как и место среди нас. - Он их друг, также как и они принес клятву, и это означало, что до конца жизни он будет одним из них. Что касалось территорий и доли в том или ином бизнесе, с этим наверняка придется решать индивидуально и будет, разумеется, зависеть от продолжительности его "отдыха". Фрэнк впрочем, не думал, что Монтанелли удастся отойти. Максимум уйдет в тень, постарается меньше светиться, но полностью от дел не отойдет. Для этого ему нужно будет покинуть Сакраменто, а еще лучше Калифорнию, ведь здесь люди по старой памяти будут ходить к нему и просить защиты, помощи в разрешении тех или иных проблем, а может и старые счеты предъявлять.
От возможности выйти под залог их дон категорически решил отказаться. Учитывая количество проблем, решение это Фрэнк считал не самым правильным, и поэтому не сразу согласился с доводами Монтанелли. - Решать вопросы с детьми и женитьбой на свободе легче. Не сваливай все на Шейенну. - Выйдя, он мог бы ее поддержать. Впрочем, стоило разговору коснуться так называемого общака, Фрэнк тему залога отодвинул на второстепенный план. - Ты отдал все бабки ей? - Андербосс даже позабыл о всех тех лестных эпитетах, которыми осыпал Шейенну чуть ранее. Внешне однако, постарался не проявлять своего нервняка и довольно ровно, насколько смог, поинтересовался, - сколько там было? - Не слабый соблазн швырнуть загремевшего в каталажку любовничка и свалить с деньгами из страны. Если не сама, так кто-нибудь другой мог бы ее надоумить, а может и вовсе грабануть. В отличие от Гвидо, Фрэнк бы никогда не доверил такое любовнице... Деньги, в особенности большие, имеют свойство сносить людям башню. А общую сумму им с Майком полезно будет знать для того, чтобы сверить ее. Мало ли, а вдруг они не досчитаются? Замутненного чувствами Монтанелли она могла обдурить, а вот их навряд ли.
Когда речь зашла о мобильнике, Альтиери кивнул головой. Полезная штука, однако, отсюда, даже спрятав в заднице, Гвидо вряд ли сумеет пронести его. Как шмонали в тюрьме Фрэнк знал не понаслышке, так что, скорее всего, придется искать контакты среди ее служащих, наверняка они сумеют найти желающего подзаработать охранника. - Попробуем что-нибудь придумать. – Пообещал их боссу. Затем переглянулся с Майком и ухмыльнулся, когда Гвидо заговорил о порножурналах. - Может лучше "медсестричку" тебе сюда подогнать? – Слабо верилось, что Гвидо думал лишь о возможности подзаработать, на оплату адвокатов ему от торговли печатной порнушкой не заработать.

+2

12

Услышав о каком-то решении проблемы с "соломенным вдовством" Монтанелли, Майк не мог не насторожиться. Он аж приподнялся на стуле, как почуявший дичь сеттер – мало  им сейчас проблем без всяческих креативных идей Гвидо? Тот ведь мог принимать совершенно шокирующие решения, такова уж была эксцентричная натура дона. А шокирующие решения чаще всего имеют шокирующие и последствия. – Какие же? - повторил Ринальди вслед за Фрэнком, когда дон туманно намекнул на наличие пары вариантов, с помощью которых он снова может стать официальным холостяком. Ему самому казалось, что резких движений здесь делать не следует. – Федералы и так интересуются… твой женой, я бы не стал ворошить осиное гнездо. Случись что-то стремное и всплыви имя Марго, у них сразу встанет, как у тинейджера на порнуху. Серьезно посмотрел на Гвидо – как-никак он пока еще его консильери, должен давать советы, пусть и продлится это недолго. Впрочем, когда старик слушал его рекомендации? Если бы слушал, может, все сложилось бы по-другому. Разозлившись сам непонятно на что и на кого, Майкл раздавил окурок, обжегся - и разозлился еще больше. Впрочем, не стал показывать своего раздражения – в том говне, в которое они вступили всей ступней, сейчас не до эмоций и не до мелких разборок. Вместо этого он улыбнулся, отвечая на вопрос Гвидо насчет его будушего положения в клане. - Как ты можешь даже спрашивать, бо, для тебя всегда будет почетное место среди нас. Тут Ринальди покосился на Франческо, дивясь тому, что все сложилось именно так, как тот и предполагал. Монтанелли был готов спокойно отойти от руля структуры. Это даже несколько уязвляло Майкла, ведь он себя полагал тонким психологом, знатоком людей – а тут, получается, Альтиери лучше его понимал, каков Паталогоанатом. Впрочем, Майк наверное судил по себе – сам он бы грызся за первое место в иерархии до последнего. – У Шейенны? – только и смог произнести мафиози, когда Монатенелли сообщил о местнонахождении общака.  Взял в руки переданный ему крест, механически поцеловал его – и повесил на шею, рядом со своим собственным. Сделал себе пометку в мысленном блокноте – они должны первым делом отправиться в эту ебанную резервацию и изъять средства, пока что-то с ними не случилось. Даже если не ставить по сомнение честность Тейпы – кто сказал, что ее не обворуют, среди краснокожих, поди, полным-полно мечтающих разжиться баблом голодранцев. – А что за народ в камере? Есть авторитетные люди или так, вшивота всякая?  - все еще думая о деньгах, поинтересовался Ринальди. Большинство тех, кто попадали за решетку, были тем еще мусором – всякие там ниггеры, неумытые латиносы, отребье из числа мелких пушеров и хулиганов. Все они, в глазах Майка, даже и близко не стояли к итальянцам – и к настоящим мобстерами. – Сделаем. А сигареты тебе не нужны часом? Два-три блока никогда не помешают там. – когда Гвидо попросил, чтобы ему доставили журналы для взрослых, Ринальди предложил и свой вид контрабандного товара. Курево ведь в местах лишения свобода – весьма дорогая валюта, особенно в Калифорнии, где дымить запрещено фактически во всех тюрьмах. А кто за решеткой богат   - тот силен… если, разумеется, обладает достаточными мускулами или связями, чтобы защитить себя от грабителей. – Хотя мы могли бы тебя нужным обеспечить и без необходимости что-то местным толкать. Кстати говоря, еще большей ценностью за колючей проволокой обладали наркотики, вот Нери построил на продаже дурманных зелий зекам целый бизнес, как выяснилось. Но для Гвидо такое не годилось, игра не стоила свеч – не хватало еще, чтобы крестного отца мафии оправдали по одним обвинениям, а потом посадили как заурядного банчилу.

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-02-17 18:37:19)

+3

13

Если бы Гвидо боялся сложностей - он не стал бы мобстером и с самого начала, и сейчас бы... работал бы в госпитале, наверное; может, те же трупы кромсал, только на законных условиях, или на крайний случай устроился бы на работу в похоронное бюро, или так и гнул бы спину на мясокомбинате, если бы сложностей испугался бы поменьше, но... да неважно, чем он занимался бы; его сицилийские (да и гангстерские тоже) гены, видимо, сделали своё дело... Он не боялся отнять чью-то жизнь, но на этот пусть вступил как раз не из-за желания убивать, скорее даже наоборот - Монтанелли хотел спасти жизнь своей матери, ну или продлить её; ради защиты членов своей семьи он мог бы забрать множество жизней - ещё тогда, когда был чуть помоложе Лео и чуть постарше Сабрины... сейчас он уже ровесник своей матери, какой она была тогда, но в этой позиции ничего не поменялось; а ситуация в какой-то мере сходная - ему приходится бороться за кровь от своей крови и плоть от плоти, и уже потому эта борьба для него, будь она бумагой или пушкой, священна.
- Вариант первый: тело. Если где-то будет обнаружено тело Марго, меня вызовут на опознание. Особенно, если его невозможно будет идентифицировать. - и скорее всего, отведут в морг под белы рученьки, чтобы он смог это сделать - не покойника же повезут в изолятор. Впрочем, даже если решат отправить труп жену к живому мужу, не столь важно, в итоге Гвидо будет необходимо изобразить из себя безутешного супруга, с этой частью справиться не так сложно. - Но здесь загвоздка... тело. - повторил с такой же интонацией. Ребята явно были не в восторге от такой идеи, труп - это всегда рискованно, особенно сейчас; и, хотя Гвидо разбирался в таких вещах, мог бы это провернуть, - собственно, и уже делал, - мог бы провернуть даже и отсюда, ему всё равно была нужна помощь снаружи, очень много помощи. Впрочем, и при другом раскладе её понадобилось бы не меньше, просто это был бы другой вид помощи. - Вариант второй: развод... если подделать её почерк, подпись, все дела, дважды думать не будут. А если "отказаться" от детей от её имени - я стану ещё и единственным из двоих родителей, которым на детей не наплевать. - Гвидо хмыкнул. Ирония была горькой. В первом случае, ему понадобится специалист, который был бы ближе к его прошлому роду занятий; во втором - тот, кто сумел бы подделать почерк Ди Верди... на оба случая уже есть пара мыслей в голове, что при нынешних раскладах - уже неплохо. - На самом деле, я бы не хотел, чтобы в это оказались вовлечены вы двое, или кто-нибудь из наших. Это тот случай, когда поработать лучше кому-то со стороны. Но кому-то, кому можно доверять... - и часть дела Фрэнка и Майкла - это связаться с этим "кем-то", с кем дальше Гвидо мог бы работать уже напрямую из-за решётки. По мобильнику, по телефону во дворе изолятора, по голубиной почте, это уже детали. - Лео... с позиций закона - мой сын такой же, как мы с вами. Только ещё и молодой. - о перестрелке в "Живой стали" там точно вспомнят и ещё не скоро забудут. Как и о многих других проделках Лео, знакомые же у них с отцом, действительно, можно сказать - общие. - А Сабрина - незамужняя молодая студентка. - что тоже не является залогом благонадёжности. Вообще, вариант неполной семьи для этих людей - отметён практически полностью; и если уж социальная служба взялась за что-то - то будут переть только по своим правилам. И мнение Дольфо тут мало что скажет... потому Монтанелли и хочет связать себя узами брака - пусть только на бумаге, но это будет неопровержимо и надёжно.
Гвидо кивнул, когда речь зашла о его рэкетах и его будущем положении в Семье. Затем, словно подумав, кивнул ещё раз; случаи, вообще-то, бывали разные, да и федералы к его бизнесу тоже могут приложить руку, вплоть даже до того, что и действительно "отнять", хотя защититься здесь Монтанелли был способен и знал, как.
- На самом деле, нет, как раз-таки с этим проще. Из-за того, что один из брачующихся свободно перемещаться не может, процедура предельно упрощена. - до такого предела, что торжественности в ней не остаётся вовсе, хотя в торжественности смысла в большинстве случаев (и в его случае тоже) смысла нет - смысл в силе закона. А вот действительный брак считается действительным, где бы ни был заключён, на свободе, в тюрьме ли... и на то, был ли он церковью освещён или нет, социальная служба тоже не посмотрит, благо - религия в наше время дело добровольное и с политикой в их стране связанное мало.
- Шестьсот тысяч - около того. - проводив глазами свой крестик, скрывшийся под воротником рубашки Майкла, ответил Гвидо. За то, что деньги не окажутся в сохранности, он как раз не переживал, и уж тем боле не боялся, что Шей с ними сбежит куда-нибудь - во-первых, от больного брата, некуда ей бежать; во-вторых... попросту весь их народ к миграции не склонен; для них земля их предков - священна, уж кто, как не индейцы, доказали любовь к своему дому - что только не вытерпели, но не ушли со своих территорий; даже ценой целых популяций. Да и слишком едины, к тому же, чтобы грабить друг друга - Монтанелли видел, как они живут. Что же касается ограбления кем-то стороны... о том, что деньги у неё, знали немного людей - разве что Рокки; так что если бы что-то случилось, и спрашивали бы с него, больше навести было бы некому.
- Шпана, в основном. Хотя есть и пара стоящих ребят... Кстати, слышали о ювелирной компании "Ross' Gold"? - Гвидо взглянул на Майка и Фрэнка. Впрочем, хоть Семья и имела свой кусок от ювелирного дела, никто из них троих в этом особо ничего не понимал, и из числа Администрации в салон, контролируемый организацией, никто серьёзно не вглядывался ещё со времён Донато. - Её владелец, Леонардо Росс, якобы жену убил, и дочь похитил и спрятал где-то... громкое дело было. - даже и до сих пор в газетах пишут про это. Технически, дело не "было", а ещё идёт. - Так вот, я с ним познакомился там. Парень, оказывается, сицилиец наполовину. Да и невиновен - как мне кажется, во всяком случае. - женоубийца увидит другого женоубийцу... а Леонардо на такого похож не был. Гвидо хоть и не стал говорить открыто, но, заочно "познакомив" его таким образом с Фрэнком и Майком, как бы намекнул на то, что он может быть полезным - и если помочь ему сейчас, можно получить хорошего (и богатого) союзника потом. Леонардо жаждал мести... сицилиец ради мести может пойти на многое.
- Да, было бы тоже неплохо. - кивнул на предложение о сигаретах; с этим Шей помогала - но хуже не будет, расходится табак за решёткой бодро и быстро. - Нет-нет, не стоит. Мне будет как раз полезно поддерживать некоторые торгово-деловые отношения за решёткой. - полезнее, чем скупить всю охрану, отгородившись тем самым от подавляющего большинства других обитателей; им-то это не понравится. А вот продавая им разного рода товар, Гвидо и репутацию себе смог бы сделать, и защиту поиметь, и некие деньги тоже зарабатывать - недостаточные для оплаты адвокатов, может быть, но для жизни внутри тюрьмы - вполне приемлемые, даже с отбросами из гетто лучше вести бизнес, нежели раздражать их. Да и тем, кто остался снаружи, Семье, он так обойдётся гораздо дешевле.
- А что, и такое возможно? - усмехнулся Монтанелли, как-то не думавший даже о такой перспективе. Провести проститутку в охраняемое больничное отделение - это не встречу на разговор устроить... - Может, стоит подогнать им?.. Я здесь не один лежу, всё-таки. - указал куда-то за стену, имея в виду палату, где лежали остальные заключённые; и большинство из них как раз не из СИЗО прибыло, а имели реальные сроки, причём в разных тюрьмах; и за женщину наверняка нашлись бы желающие раскошелиться. Правда, не факт, что у них много есть... но это надо уже спрашивать.

+2

14

Фрэнк себе слабо представлял, что и как планировал провернуть Монтанелли, дабы получить развод, поэтому сразу приготовился к тому, что дон вновь начнет удивлять. - А что вы сделали с ее телом? - понизив голос, поинтересовался, как будто опасался, что за дверью их кто-то мог подслушивать. Не зная подробностей расправы над Марго, из двух не блещущих здравым смыслом вариантов именно этот на первый взгляд показался Альтиери более или менее реальным. Однако, что касалось эксгумации, непосредственного участия в этом не самом увлекательном мероприятии ему и впрямь принимать не хотелось, особенно когда надобности острой как сейчас не наблюдалось. - Одной ее подписи достаточно не будет, - отрицательно покачал головой, комментируя второй из вариантов. Сложность тут была не только техническая, в подделке почерка, но и юридическая. Не все так просто, как казалось старику, и андербосс постарался объяснить ему, дабы тот не вляпался в дерьмо еще больше. Как Майки правильно подметил, ворошить эту тему было не лучшей идеей, не хватало еще, чтобы федералы плотно взялись за поиски Марго, уж они то наверняка не верили тому, что она сбежала в Италию с любовником, и если вдруг она столь внезапно всплывет, отказываясь от детей и своей части имущества, предусмотренной брачным контрактом, это непременно привлечет ненужное внимание. - Вместо нее в таком случае оформлением развода должно заниматься ее доверенное лицо, и тут тебе нужно будет найти, во-первых, человека, готового стать этим доверенным лицом, во-вторых, нотариуса, готового оформить такую липовую доверенность. - У них с Майком был знакомый нотариус истинный жидяра, через которого они год назад тот же Доллз переписали в собственность Ринальди, быть может его и удалось бы уговорить, вновь им посодействовать, но надо понимать, что сумму в обмен на эту услугу он попросит приличную. - Ты бы не спешил с этим... - посоветовал боссу, - они тебя только пугают. – Фрэнк, конечно, понимал, что Гвидо сейчас готов был пойти на все, что угодно, лишь бы защитить своих детей – и, слава богу, этим "всем что угодно" была женитьба, а не сделка с федералами - поэтому со своей стороны андербосс и пытался донести до него, какая часть опасений была истинной, а какая нет. В конце концов, его и не осудили еще, а он уже готов был бросаться из огня да в полымя, отдать женщине, с которой был знаком всего полгода, детей, половину имущества и шестьсот штук баксов налом. Не привыкший доверять людям, Фрэнк не исключал, что в резервации они Шейенну могли и не найти уже, с такими деньгами не сложно стать мобильным, и больной брат - тоже повод присвоить бабло, кстати. Гвидо ведь знал не понаслышке, на что может толкнуть забота о ближайших родственниках, желание им помочь. Впрочем, все эти опасения, которые с тем же успехом могли и не оправдаться, высказывать вслух андербосс не стал, сейчас он знал, Гвидо все равно к нему не прислушается, да и толку уже не было, дело сделано, сумка с деньгами передана Шейенне.
- Слышал, - кивнул головой. - Да-да помню, читал в газетах, прокурор на высшей мере настаивает. - Несмотря на то, что ювелирным делом андербосс и в самом деле не увлекался, украшения жене и подружкам он покупал. А еще газеты читал и телевизор смотрел, где говорили об убийстве жены одним богатеньким типом. - Ага, там все сплошь невиновные, - усмехнулся, помня собственный опыт. - На половину сицилиец говоришь? Ну, может ему как О. Дж. Симпсону* удастся выехать за счет предвзятости и стереотипов, - что впрочем, маловероятно, и сарказма Альтиери не скрывал, - я слышал, улики там неоспоримые. 
Фрэнк уж не стал шутить о том, что Гвидо нашел себе в стенах каталажки родственную душу, не только земляка, но и женоубийцу, пошутит об этом потом, в "Доллз" или в "502", сейчас его больше повеселило другое:
- Ты здесь филиал Парадиза организовать собираешься? - посмеялся над предложением Монтанелли подогнать шлюху не себе, а своим соседям по палате, что и говорить, а эгоистичным и жадным их босс никогда не был, редкое качество среди донов, во многом за это они и поддерживали его во главе Семьи. О том, чтобы набить собственные карманы, Гвидо думал чуть ли не в последнюю очередь, и этим не мог не вызывать к себе уважения. – Думаю, общество бабы тебе здесь организовать будет не сложнее, чем наше. - Сравнивать себя со шлюхой не хотелось, но все же делая это, нельзя было отрицать того, что со стороны властей, общество двух гангстеров для Монтанелли было куда менее желательным, нежели общество девиц легкого поведения.
Закончив на жизнерадостной - женщинах - ноте, гангстер поднялся со стула и на прощанье обнял Монтанелли, времени у них было не так много, и дабы не злоупотреблять "гостеприимством" Джейн, рисковавшей, устраивая эти встречи, Фрэнк с Майклом поспешили отчалить. - В общем, мы подумаем, что можно сделать с твоим разводом, а ты отдыхай пока, на свободе так не расслабишься, - усмехнувшись, подвел итог. Как все-таки удачно у них вышло с Нью-Йорком...

*Американский актёр и профессиональный игрок в американский футбол, был включён в Зал Славы профессионального футбола. Получил скандальную известность после того, как был обвинён в убийстве своей бывшей жены и её друга и был оправдан, невзирая на улики.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Язва на теле общества