Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Too much talking for one morning


Too much talking for one morning

Сообщений 1 страница 20 из 27

1

Участники: Livia Andreoli, Michael Rinaldi as Rosario Salvatore, Quentin Barbieri, Hudson Wyatt, Sonny Pulsone
Место: Отель "Парадиз"
Время: 20 февраля, утро
О флештайме:
Дружеские и не очень посиделки в "Парадизе" разбавляются приездом новых гостей...

Отредактировано Sonny Pulsone (2016-02-22 09:53:53)

0

2

Утро он планировал сегодня начать не с кофе. Кому какое дело, впрочем, уже пошли вторые сутки, как в "Парадизе" он находился вообще безвылазно, да и в целом, времени проводил здесь столько, что уже почти впору было считать место своим домом. Потому что, оказывается, когда нет необходимости тратить все деньги на одну женщину - появляется возможность тратить их на многих сразу, а если денег и не так уж мало, к тому же, да и сам ты получил всё, что хотел, и одновременно потерял всё, что было по-настоящему важно, жизнь начинает напоминать неконтролируемый полёт космического спутника, запущенного лет тридцать назад - его лампочки всё ещё горят, он всё ещё способен передавать сигналы, но оборудование, способное их принять, безнадёжно устарело, да и сама железяка улетела далеко за пределы Солнечной Системы, куда радиосигнал не добивает. И всё, что остаётся - ожидать... Пока не попадёшь под метеоритный дождь, улетишь в чёрную дыру, упадёшь на чужую планету, или встретишь представителей другой цивилизации, что разберёт тебя по винтикам, может, даже конец Вселенной когда-нибудь найдёшь - даже чёрту неведомо, что будет. Но впереди только темнота. И всё, что остаётся, это лететь... к едрене матери, вместе с собственной жизнью.
- О, вы уже встали?.. - в баре было очень немноголюдно, особенно по сравнению с вечерним временем; но "Парадиз", как оказалось, действительно никогда не спит. Вот только у Сонни было, как минимум, две причины не спать - причём были они практически зеркальны друг другу: его донимали сушняк и желание отлить... со второй он справился ещё в номере, а за первым решил дойти вниз и поправиться чем-нибудь менее крепким, чем было предложено в мини-баре номера. Запой-то в планы не входил, но вчера вечером, стоило признать, он всё-таки перебрал немного. А Ливию, Роза и Квентина что подняло так рано? - Доброе утро... я бы подошёл с обнимашками, но, по-моему, запах моего перегара сделает вам оскорбление. - сам он его не чувствовал, но предполагал, что жвачкой бы разжиться тоже было бы неплохо. - Есть? - и решил удостовериться на бармене "Парадиза", дыхнув сперва на него и серьёзно взглянув затем. С духами Ливии запах вчерашнего виски вряд ли будет сочетаться хорошо, да и Сальваторе с Барбьери , беспокоить необходимостью задерживать дыхание тоже особенно не хотелось. Ну, к чести Сонни, воняло от него только виски, и он это был способен понять даже слегка мутным утренне-похмельным сознанием. Бармен, в алкогольных войнах боец уже бывалый, попросту выложил рядом с пивной бутылкой пачку жевательной резинки. Кивнув с благодарностью, Сонни с видимым наслаждением отхлебнул пенного, и отсел за ближайший к Лив и Квентину столик, намереваясь приходить в себя потихоньку, восстанавливая в голове картинку вчерашних приключений. Неприятных воспоминаний, во славу собственной и заведения, среди них не наблюдалось, вечер был в несколько раз добрее утра, а ночь - в несколько раз более бурной. Уже неплохо.

Внешний вид (да, усы исчезли с рожи)

Отредактировано Sonny Pulsone (2016-02-22 11:42:30)

+3

3

Внешний вид

В плане ночных гуляний в Парадизе Ливия с Сонни разминулась. Последние дни она как раз позволила себе отдохнуть и в борделе появлялась лишь по утрам, чтобы разобрать текущие документы и поставить нужные подписи, - словом, занималась вялой, малоинтересной, но неизбежной бумажной работой, которая, меж тем, хорошо отвлекала от гнетущих мыслей касательно нынешней обстановки в Семье. Перемена власти, понятное дело, радовала ее мало, но поскольку поделать с текущим ходом событий лично она ничего не могла, приходилось просто наблюдать за очередным вынужденным переворотом в верхушке и довольствоваться сплетнями, которые собирали для нее девочки. Приходящие в Парадиз гангстеры не так уж и часто задумывались о том, что какая-то безмозглая шлюха рискнет сдать их властям и оказаться потом в канаве, поэтому болтали друг с другом здесь весьма свободно, что позволяло борделю всегда быть едва ли не эпицентром всех сплетен. Здесь рождались коронные шутки, возникали глубокие обиды и случались серьезные драки, ведь, как известно, под градусом, любые эмоции переживаются ярче, а в Парадизе алкоголь лился рекой с утра до ночи. И Пульсоне, появившийся в лобби-баре, был ярким примером того, кто не устоял ни перед одной налитой ему рюмкой. Перегаром от него разило так, что хотелось отшатнуться, да и в целом выглядел он довольно жалко.
- Давно он тут зависает? - тихо спросила у бармена, когда Сантино, заполучив заветную жевательную резинку (будто она могла чем-то ему помочь) отошел к столику неподалеку.
- Да уже пару ночей подряд, - пожимая плечами, ответил Нед, продолжая безразлично протирать чистые стаканы. Для него в подобном поведении клиентов не было ничего удивительного, а его дело заключалось в том, чтобы любители выпить получали здесь то, что хотели. Ни у кого здесь не было привычки следить за нравственностью и целомудрием.
- Не в курсе, что с ним? - Ливия кивнула в сторону Сонни, но обращалась теперь уже к Розу и Квентину, стоящим возле нее. Появившись в холле Парадиза буквально пару минут назад, она обмолвилась с мужчинами буквально лишь приветствиями и даже не успела избавиться от пальто, как их немногочисленную компанию разбавило амбре Пульсоне. Сама Андреоли вообще-то подозревала, что загулы Сонни связаны с личным, и причину следует искать в его расставании с Агатой, к которой он, надо полагать, все-таки был неравнодушен, но уточнить у мужчин, имеющих с ним дело куда чаще, казалось ей не лишним. - Может, его федералы прижимают? - предположила тише, переводя на него свой задумчиво-сосредоточенный взгляд. Учитывая то, как крепко они недавно взялись за Гвидо, она не исключала и такую возможность. - Кто знает, что они там могли нарыть на него... А ты, Роз? - посмотрела на Сальваторе, который недавно и сам побывал в лапах копов, но отделался, надо полагать, куда легче, чем их босс. Поговаривали, что в отличие от Монтанелли, он внес за себя залог и тем самым избавился от мучений провести время до суда за решеткой. И с какой-то стороны, это было даже немного странно. - Как у тебя дела? - Сама Ливия видела его за это время вообще впервые, и сейчас, кажется, представлялся шанс расспросить его обо всем лично. - Хотите выпить? - она скинула пальто и небрежно набросила его на высокий барный стул, где уже стояла ее сумочка. - Иди-ка отдохни, Недди, - освободила бармена от своих обязанностей, похлопав его по плечу и переместившись за стойку. Таким образом, в лобби-баре оставались только они вчетвером, что позволяло вести разговоры вполне открыто. Себе она плеснула коньяка, попавшегося под руку, и его же жестом предложила мужчинам. Пульсоне же, как она отметила краем глаза, своей порцией "похмелина" уже обзавелся.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-02-22 16:22:50)

+3

4

[NIC]Rosario Salvatore[/NIC]
[AVA]http://sa.uploads.ru/cPnsl.png[/AVA]

Розарио Сальваторе, известный в узких кругах как "Торговец Розами", припарковал свой  автомобиль около "Парадиза" и медленно выключил двигатель. Потом через модную оправу дорогих темных очков взглянул на Квентина Барбьери, солдата в своей команде, занимающего соседнее сидение. - Пошли, заскочим к Ливии ненадолго,  кофейку хоть глотнем,  С утра голова трещит что-то. Затем медленно вышел, закрыл машину и пошел в сторону вертящихся дверей гостиницы.  Весь в белоснежном, уверенный в себе, с неким некогда не покидавшим его флером элегантности, капо северной стороны смотрелся все тем же, кем был месяц и год назад. Однако в душе он знал, что таковым уже не является. Внутри поселилось что-то вроде червя, подгрызающего его изнутри - и холод его гнусного туловища Роз теперь ощущал постоянно, не способный заглушить его ни вином, ни женщинами.
- Почему это на хер со мной приключилось? - проходя мимо мигом узнавших его охранников и портье, Сальваторе не мог не сетовать на свою судьбу. Он всегда был гангстером крайне аккуратным, осторожным, не любившим бросаться в глаза.  Держался в стороне от больших мафиозных сходок,  старался как можно реже взаимодействовать с Администрацией, ограничиваясь заносами конвертов и некоторыми необходимыми встречами. Он не участвовал в кровавых разборках с Крусанти, не махал зря пистолетами, за его плечами не числилось столько смертоубийств, как у других. Северная команда была небольшой, состоя всего лишь из нескольких доверенных солдат и соучастников, ниже которых стояли многочисленные крупье, букмекеры, организаторы карточных игр. Люди, отделенные от Роза несколькими звеньями в виде этих самых доверенных солдат и не способные на него донести, но стабильно засылающих ему деньги. Все было идеально, но потом...
- Долбаный Хитчи...- еще одна суматошная мысль промелькнула в голове капитана севера, когда он заходил внутрь бара. Он вновь и вновь возвращался к тем моментам, что ему пришлось пережить в офисе ФБР, когда их с Гвидо арестовали.  Уилли Хитчи появился в их городе не так давно, приехал из  Луизианы, где заработал стартовый капитал на торговле коксом. Вскоре  он вошел в партнерство с Сальваторе и открыл на реке Сакраменто плавучий ресторан, в недрах которого таилось потайное казино с рулетками, автоматами и сексуальными девушками-питбоссами.  Сначала он платил Розарио пятнадцать процентов с прибыли - но доходы Хитчи росли и параллельно с этим росли и претензии Сальваторе. И в самом деле, почему какой-то вонючий янки из Нового Орлеана должен поднимать больше его, шкипера, по  чьей милости работал на этой территории? Он все чаще стал лично наезжать на опекаемого коммерса со своими требованиями, все чаще рассказывать тому занимательные и поучительные истории из своей практики. Не зная, что трусливый фраер уже давно надел микрофон. В один прекрасный день Роз, вытрясая из Уилли очередные пятьдесят тысяч, поведал тому, как ему некогда пришлось приказать завалить одного наглого ниггера,  мухлюющего на ипподроме. В пылу разговора поделился даже милыми подробностями, как того, распиленного на части, закапывали на одном пустыре недалеко от мусороперерабатывающего завода.  По этой наводке федералы и двинулись - и в итоге нашли истлевшие останки с заляпанной кровью кепкой. Именно они и стали бы основным аргументом для осуждения Роза на долгий-долгий срок, если  бы он не пошел на сделку. И с законом, и с собственной совестью.
- Привет, дорогая Ливия! -  улыбнувшись, Розарио первым делом двинул к хозяйке "Парадиза". Со старомодной галантностью, взял ее изящную руку,  поднес к губам. Так его научил отец, а память отца была для Сальваторе свята. Жаль, что теперь отец бы скорее всего его проклял... или бы, напротив, понял?  - У меня все в ажуре. Вот, после тех вонючих обпивков, что в тюрьме давали,  захотел кофе настоящего. Кивнул бармену. - Один каппучино, сливок побольше...  Снова перевел глаза на Андреоли. После его показаний скорее всего сядет и она - но главной его целью был Монтанелли и другие старшаки. Хорошо, что выторговал себе право походить какое-то время с прослушкой, собирая показания - за это время сумеет увести максимум своих денег с улиц и спрятать в оффшорах. Тогда его будущее в Программе и после нее будет гарантировано -  скрыть зелень можно будет так, что даже эксперты из Минфина не найдут. - Но можно и коньячку... -размышляя,  Торговец Розами одновременно согласился с предложением  Ливии. Затем поглядел на Пульсоне, который тусил в борделе уже который день и выглядел, откровенно говоря, неважно. Ради него Сальваторе собственно и прибыл сюда  - новые "доны" из ФБР требовали работы, корили за медленность, а  Майк с Фрэнком что-то затихарились.  Потому следовало пойти окольными путями. Капореджиме  приветливо помахал Пульсу. - Сонни, брат, здаров!  Как ты вообще? Идем, посидишь с нами!

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-02-22 16:25:44)

+4

5

Квентина долго упрашивать не нужно было, он сразу же решил присоединиться к капитану своей команды для поездки в бордель Ливии. Но не потому что он был любителем заведений подобных этому, нет, он ненавидел продажных женщин и вообще никак не относился к женщинам после того как встретил Каролину. Жена отбила всякое желание смотреть, хотеть и трогать представительниц прекрасного пола. Приятели с недоверием относились к нему и его верности, они даже поспорили друг с другом на несколько тысяч бумажными, что итальянец без красавицы под своим боком не откажется и все же изменит своей большой любви. Прошло десять лет со дня смерти Каролины и с тех пор сумма спора увеличилась, а Барбьери действительно не остался ни с одной своей любовницей больше чем на несколько часов.
Барбьери поехал в Парадиз скорее от своего нежелания оставаться в четырех стенах. Дел было предостаточно, но когда Роз позвонил ему на телефон и предложил заехать к Андреоли, он недолго мешкался. Все же, начальство вызывало, а это как никак повод расслабиться. Хотя, с последними событиями в Семье, вряд ли можно было расслабиться...

Квентин всю дорогу промолчал, находясь в помятом состоянии. Вчерашнюю ночь он снова провел с бутылкой горячительного напитка в обнимку. Всегда было два варианта, где он проводил время - работа и дом. Если говорить о работе, то итальянец был настоящим трудягой, никогда не разменивал себя на мелочи и ценил как свое время, так и чужое. А на что ему отвлекаться? Семьи нет, любимая женщина уже как десять лет покоилась глубоко под землей, с родителями он никогда не был близок, а друзья в основном напоминают ему о прошлой жизни. Приходилось находить себя либо в стакане с виски, либо за чем-то более важным.
В Парадиз Квентин зашел вслед за Розарио, посмотрел на цыпочек, которые располагались за столиком в баре и заметив как они переглянулись между собов увидев мужчин на пороге, подмигнул им. Одна из них, блондинка с ногами от ушей и в соблазнительном наряде, немного приблизилась к итальянцу, но все же осталась на небольшом расстоянии.
- Ливия, здравствуй, - . Увидев итальянку, он улыбнулся и ответил ей комплиментом по поводу ее внешнего вида. Женщина всегда была в отличном настроении и в хорошей форме. Казалось, она не знала, что значит "помятый вид". Все на ней было безупречно, начиная от осанки и одежды и заканчивая манерой поведения.
- и тебе привет, Сонни. Давно не виделись. Квентин перевел взгляд на Пульсоне. Судя по тому, что от мужчины несло перегаром, в его жизни явно происходили кое-какие изменения. Напиваются так мужчины только по одной причине - из-за женщин. По крайне мере, в последний раз Квентин выглядел так когда весть о смерти Каролины больно ударила его прямо ножом в спину. Квентин в то время на целый месяц заперся в квартире и не выходил из нее, пристрастившись к алкоголю. Это сейчас он нашел в себе силы противостоять депрессии, а тогда он не мог спрятать все свои эмоции под маской и откладывал встречи с людьми.
- Мне тоже нужен кофе. Крепкий. Квентин не начнет свой день, если не выпьет чашку крепкого и ароматного кофе. С утра у мужчины всегда была "тяжелая" голова, а кофе как раз помогал убрать головную боль.

+2

6

Последний раз Сонни был в таком виде... ну, пару дней назад. А до этого - ещё за день. Вообще, он находился в таком состоянии довольно часто за последний месяц, и Квентин, находившийся на определённом расстоянии от "Парадиза", был одним из немногих, кто этого заметить не успел; виноваты же, как часто и бывает - верно, были женщины. Нет, в отличие от супруги Квентина, Агата не умерла, слава Богу, тут уж скорее можно сказать - это он сам умер. Для покойника, впрочем, Сонни пил и гулял многовато, хотя и сам уже не понимал, с горя это или празднует - на смену депрессии приходила апатия. Да и делать, опять же, было особенно нечего - даже притом, что на верхушке что-то происходило, его подшефные платили вполне исправно, и бизнес, пусть не идя в гору, двигался довольно ровно, было, на что жить и что безболезненно пропить.
- Лучше, чем выгляжу, поверь мне... Эта чёрненькая, Нэнси, просто чудеса творит. - осклабился Пульс, пересаживаясь к компании за общий столик, и пытаясь разгладить помятый воротник рубашки; впрочем, безуспешно. Довольный человек всегда выглядит немного помятым, и в этом его и Роз, и Лив, и даже Квентин со своей стальной силой воли, определённо могли бы понять. Пожав руки мужчинам, подмигнув Ливии за стойкой, Сонни снова взялся за бутылку, отхлебнув горьковатого напитка - сейчас бывшего практически живой водой для него, тогда как от кофе слегка воротило... да и от коньяка, впрочем, ненамного меньше.
- Ага... как там, в конторе, как бизнес? - периодически Сонни заглядывал к Барбьери, чтобы сделать несколько ставок, хотя - в игровом бизнесе он понимал как раз-таки немного, и приобщался к нему больше как игрок, впрочем и везло ему в этих делах, в отличие от Агаты, тоже не очень часто. В оружии, в силовых операциях, или в той же проституции, понимал он лучше; в наркоторговле на мелком уровне, впрочем, тоже ничего сложного не было - в общем, в их деле тоже каждому своё, не всем уважаемым людям удаётся быть "универсалами"; хотя - и такие таланты иногда попадаются. Вообще-то, в их бизнесе надо быть гибким, потому что ничто не стоит на месте - и прежде, чем закрепиться где-то, кто его знает, сколько видов заработка сменишь. Да и не факт, что и закрепишься надолго. В их деле не стоит слишком привязываться к тому, что имеешь - станешь похож на черепаху: панцирь у неё крепкий, но стоит пробить его - и она станет абсолютно беззащитной. У ящерицы нет панциря, но она быстро бегает и умеет отращивать новые хвосты.
- Так что за ранний подъём? Что происходит? - взглянул на представителей азартного бизнеса, на Андреоли; Пульсоне редко бывал на по-настоящему главных ролях в том, что происходит в их бизнесе, однако по лицам многое мог бы понимать - и сейчас видел, что это собрание не носит сугубо-делового, во всяком случае - тревожного, характера, единственное, что было странно - это время на часах; обычно такие люди, как те, что остались в баре с уходом бармена-Недди, поднимаются, когда кофе уже остыл. Но что-то ведь происходило? А Пульс, надо сказать, был бы рад сейчас хоть какому-нибудь движению. Прекрасно понимая, что алкоголь - тем более становится болотом, чем более полноводной рекой течёт.

+2

7

Несмотря на то, что Ливия никому не спешила вешать ярлык друга по той простой причине, что боялась ошибиться в надежности человека, чужих в Торелли для нее не было. Большинство ребят она знала еще с тех давних пор, как только вышла замуж за Марчелло. А это, на минуточку, больше пятнадцати лет назад. Да и потом, сказать, что гулянки в Парадизе и подобным ему местах, не сближают, значило бы соврать. Какие бы ни случались между ними недопонимания и конфликты по деловым вопросам, Ливия предпочла бы ошибиться в каждом своем предположении, подобном тому, что сейчас слетело с ее уст, касательно Сонни и давления на него федералов, возможно, ставшего причиной его длительного запоя. Получить удар в спину от того, кто еще вчера так искренне тебе улыбался, было наверное одной из самых пугающих перспектив жизни, и Ливия предпочла бы никогда с подобным не столкнуться. При всей своей недоверчивости людям, она не хотела, чтобы ее сомнения когда-либо оправдались. Это касалось и Сонни, чье поведение вызывало массу вопросов. Но, даже высказав сейчас предположение насчет его связи с федералами, Ливия постаралась отмести эту мрачную мысль сразу же, как только та слетела с ее губ. Видимо, думать об этом не хотели и Квентин с Розом, поскольку ее сомнения отклика у них не нашли.
- Плесну тебе пару капель в кофе, - компромиссно предложила решить дилемму о коньяке для Сальваторе и вопросительно взглянула на Квентина. Может, ему тоже? Комментарий Пульса относительно Нэнси она предпочла пропустить и сделала вид, что полностью увлечена приготовлением кофе. Одной из самых неприятных вещей в ее бизнесе было то, что, будучи знакомой с женами всех своих друзей, всегда знаешь, с кем и когда им изменяют. Поэтому-то и веры в брак и крепкие отношения у Ливии давно уже никакой не осталось. О какой искренней любви может идти речь, когда понятие верности не существует?
- Да, кстати, ребят, - поддержала вопрос Пульса, приближаясь к их столику с чашками горячего кофе в руках. - Вы по делам или просто соскучились? - улыбнулась обоим, переводя взгляд с одного на другого. Квентин в Парадизе вообще был гостем нечастым, а у Розарио, надо полагать, проблем сейчас было ничуть не меньше, чем у их босса, чтобы от нечего делать развлекать себя посиделками в барах. Бравое заявление Сальваторе, мол, все у него в ажуре, на Ливию правдивое впечатление не произвело. - Ты хотя бы быстро оттуда вышел, - ответила на его жалобы по поводу тюремных харчей, - а представь, каково Гвидо, который до сих пор там мается. Когда суд, известно? - брали их с Монтанелли в связке и по одной статье, поэтому даже странно немного, что Сальваторе, как главное действующее лицо организации азартных игр, разгуливал на свободе, а Гвидо терпел муки по ту сторону решетки. - Сколько ты отвалил за залог, если не секрет? - поинтересовалась, присаживаясь на свободное кресло и закидывая ногу на ногу. - У Монтанелли, говорят, потребовали чуть ли не миллион, - и понятно, что выложить такую сумму с чистых доходов было для него проблематично.
- А у тебя самого-то что происходит, Пульс? - усмехнулась на его вопрос, адресованный в сторону мужчин. - Выглядишь так, будто сам одной ногой за решеткой.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-02-23 11:35:38)

+3

8

[NIC]Rosario Salvatore[/NIC]
[AVA]http://sa.uploads.ru/cPnsl.png[/AVA]

Розарио, не спеша, занял место за столиком, заложил одну ногу на другую. Ему сейчас следовало держаться как можно естественнее, иначе мог вызвать подозрение. Усмехнулся одним губами, посмотрел на Сонни. Тот как будто в жопе слона побывал -  явно загулял не на шутку.
- Нэнси? Как же, знаю... -  капо  севера изобразил руками что-то вроде песочных часов,  показывая, какая именно фигура была у "черненькой"  шлюшки. Рассмеялся, широко улыбнулся, подмигнул Пульсу. - Завидую, мужик, завидую. В голове тут у него мелькнула спасительная мысль - всем сидящим тут в тюрьме оказаться куда правильнее, чем ему. Они в конце концов одинокие волки. Ливия отравила мужа и с тех пор ее личная жизнь была овеяна тайной. Сонни вот в очередной раз рассорился со своей психованной испанкой и видимо вернулся к своему обычному распорядку "украл-выпил-в тюрьму".  Майк жил исключительно ради себя, меняя баб как перчатки и чуть ли не кончая от собственной крутизны. У Квентина вот тоже было не пойми что. Другое дело, он, Роз, который после того как надел на палец обручальное кольцо и увидел на простынях роддома маленький пищащий комочек с собственными глазами, многое понял в жизни. Он и заслуживает право на будущее, именно он. О таких отцах семейств как Альтиери или Гвидо итальянец думать не стал. - Спасибо, Ливия. -   тем временем отвечал его рот прекрасной хозяйке "Парадиз", когда она предложила капнуть ему в кофе коньяку, а пальцы, придерживающие ее руку, слегка ее погладили, в намеке на флирт. Затем Сальваторе с наслаждением хлебнул черного напитка с примесью спиртного, потом покосился на Квентина. - А ты чего решил за кофе взяться? Бурная ночь была, э? Так ведь Нэнси у нас Сонни занял! Хохотнул над собственной незамысловатой шуткой,  опять присосался к краю чашки.  Когда оторвался от нее, почувствовал себя приободрившимся. Надо поскорее покончить со всем этим - и зажить новой жизнью, увезти семью нахрен из города, забыть его название, забыть все эти рожи, забыть старые дружбы. Только так он и может выжить, достаточно лишь сделать один шаг в бездну, из которой он выйдет обновленным.  - В конторе все как в банке.  Вот, с Квентином  по делам ехали,  пока меня не было, до хера проблем накопилось... А, пардон, Лив. Произнеся ругательство, наклонил голову, извиняясь перед молодой женщиной.  - Катили вот мимо и решили к тебе заскочить...  Затем озабоченно взглянул на Сантино,  достал пачку сигарет, предложил ее окружающим. Сам чиркнул зажигалкой, закурил. - А у вас с работой что-то? От Гвидо и старших сверху ничего не приходило? Поприжать кого, занести кому-нибудь, процесс-то скоро?  Несколько раз энергично затянулся, снова отхлебнул каппучино, сдул с губ остатки сливочной пены.  Затем воздел очи горе, когда хозяйка борделя спросила о залоге и времени суда. - Мне тоже близко к ляму пришлось отбашлять. Дом заложить, клуб. В конце марта собираются.  Потом хрустнул пальцами, потянулся - вчера он не выспался,  чуть ли не полночи бродил по комнате кругами. Ничего - вдали от Калифорнии ему станет легче, все останется в памяти как сон. Понизил голос, придвинулся к Андреоли. - А тебя-то не прессуют? Смотри, они сейчас будут активно все ниточки раскручивать, слабое звено искать. Почему так часто с Гвидо, боссом Семьи, общаешься, да и насчет того совещания, когда Винса грохнули и все решения по Крусанти принимались... Немного помолчал, потягивая освежающее зелье, потом присоединился к адресованным Ливией вопросам Пульсу.  - Да, я на твоем месте поостерегся. Сейчас они крепко возьмутся за все линии. Вот ты уверен, что, когда в ЛА с Джакомо разобрались, все концы подчистили? Больно уж они, бляди, меня об этом расспрашивали, будто сведения откуда-то имеют...Не только их игорные дела интересуют, ох далеко не только...

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-02-23 13:28:53)

+2

9

Квентин пожал плечами, услышав вопрос Сонни про его игровой бизнес. Дела шли на удивление хорошо, в последнее время итальянец даже задумывался расширить контору на еще одну такую же, только чуть побольше и покрасивше своей дыры. Как знать, может в конечном счете через несколько лет откроет казино под своим именем, а пока он довольствовался малым.
- Мои дела идут. Медленно, правда. Вот на днях на машину удалось накопить.
Черный мерс был припаркован неподалеку от дома, поэтому он мог в любое время суток любоваться своей "малышкой". Он не садился пока за руль, ждал, когда получит разрешение на восстановление старых документов и прав на вождение. Сейчас копы не дремлют, им только повод дай, поэтому нужно было соблюдать все нормы поведения на дороге, иначе остановят. Отделаешься либо штрафом в несколько тысяч, либо оставят на пару суток в участке. Ни того, ни другого Барбьери не хотел. Зачем ему париться из-за этих проблем, когда можно было немного подождать? Вон тридцать семь лет не имел ничего личного, кроме пошарпанной хаты да трусов - протерпел, еще несколько дней тоже не втягость будет подождать.
Когда принесли кофе, Квентин с легкой улыбкой на губах отметил приятный аромат. Кофе пришлось варить самому, даже когда Каролина была жива она не умела готовить и прикасалась ко всем кулинарным приспособлениям с опаской. Зато как эта женщина прекрасно стреляли из оружия, словами не передать! Как метко и быстро она могла избавиться от своих недоброжелателей одной пулей прямым попаданием в цель. За кухню отвечал Квентин, он не особо радовался подобному положению дел, но пришлось согласиться. Чего не сделаешь ради большой и всепоглащающей любви. С тех пор мужчина может похвастаться своими талантами на кухне, которые он усовершенствовал не только в плане этого бодрящего напитка, но и во многих других блюдах.
Когда Андреоли поинтересовалась причиной прихода в Парадиз, Барбьери посмотрел на Розарио, тем самым ответив, что вообще не знает зачем приперся вместе с ним. Ну ясное дело что они не только кофейку напиваться будут. Сейчас тема была одна - Гвидо и разговоры вокруг тюремной решетки. Это обсуждали не только собравшиеся здесь за столом, но и солдаты и даже соучастники не оставались равнодушными перед данной вестью. Естественно, не каждый день видишь, как хранители правопорядка держат под строжайшим наблюдением самого Босса мафии. Сальваторе вон тоже задержали недавно и явно это подстраивала какая-то крыса, питаясь утечкой информации.
Сейчас Квентин занимал роль слушателя. Он не хотел попросту сотрясать воздух, решив, что это единственный правильный вариант. Да и к чему пустые разговоры? Он ведь человек дела, а пустыми предположениями делиться не в его стиле.
- Ага, плесни если не жалко... - это он обратился к Ливии, которая хотела предложить несколько капель коньяка в чашку своему гостю. - Неа, не угадал. Мне в последнее время не до бурных вечеров. Скорее, это я свой мерс обмываю в объятиях с виски. Ответил на вопрос Роза весьма честно. Ну а чего? Он не пьяница какой-нибудь, а бутылка на ночь - это так, снотворное, чтоб крепче спалось.

+2

10

О федералах по собственную душу, вопреки предположениям Лив, Сонни как раз думал меньше всего - хотя и следовало бы. Запои с давлением антикриминальных структур, впрочем, в его сознании сочетались слабо, если уж кого и прижимали, так было уже не до гулянок; и уж точно напиваться вдрызг и трахать всё, что движется вокруг, не будет тот, кто носит микрофон под одеждой: из пьяного шпион неважный, а чтобы заняться сексом - нужно будет и вовсе раздеться... Немного он информации собрал бы, околачиваясь в борделе.
- О, поздравляю! Какую взял? - слегка хлопнул Квентина по плечу, радуясь за его приобретение, как-то не задумываясь даже, насколько оно было бы уместно сейчас, в настоящей обстановке; впрочем, Барбьери - человек взрослый, и за свои поступки и сам сумеет ответить, ему виднее, когда какие покупки делать; опять же - в закулисье азартных игр Сонни мало что понимал. Может, новый мерседес - это вообще вложение такое, те же деньги, только в виде автомобиля, чтобы не потерять их или что-то вроде... В любом случае, радовался он покупке Квентина довольно искренне - как только может радоваться мужик, когда его друг покупает автомобиль; для мужчин такие вещи всегда святы.
Усмехнувшись над шуткой Роза, Пульс сделал ещё несколько крупных глотков и поставил опустевшую бутылку на столешницу; похлопал немного глазами, оценивая своё состояние, и затем открыл пачку жвачки, отправив в пасть сразу несколько "подушечек", не заморачиваясь с их счётом. Насыщенный мятный вкус основательно обжёг сдобренное вчера алкоголем нёбо, но затем начал потихоньку растворяться, возвращая окружающему миру ещё немного красок...
- Что?.. А-а... - своим тяжёлым сознанием до вопроса Ливии добравшись не сразу, отреагировал Пульсоне, и в ответ просто пожал плечами; кому уж, как не Ливии, понимать, что у него происходит сейчас - он уже сколько раз за последнее время оказывался в ведении её девочек и её заведения? Нет, если он и был в тюрьме одной ногой сейчас - так это в тюрьме собственного... как это назвать, горя? Переживаний... Ну, переживал разрыв Сонни, как видно, по-своему, и таким кремнем, каким был Квентин, хранившего по супруге десятилетний траур, не являлся. - Ну, моя жена меня обманывала почти с того самого момента, как я сказал "да", а теперь собрала свои вещи и ушла, распустив наш брак по всем швам, что-то такое примерно и происходит... Вот сижу, праздную. - безрадостно отозвался Пульс, перестав жевать, но вдобавок засунув в рот предложенную Розарио сигарету и потянувшись в карман за зажигалкой. Что сказать, радоваться было нечему, и то, что Агата ему не сказала правду о своём бесплодии, он ей и сейчас простить не мог. Хотя это и не означало, что такому повороту событий он был рад.
- Может, подчистили; может, нет - я-то что могу?
- снова пожал плечами Пульсоне, выдохнув дым и сделав пару движений челюстью, зажёвывая вкус сигареты. Естественно, игорный бизнес интересует полицейских и федералов не в первую очередь - до тех пор, пока из-за этих дел никто не умирает. И что Гвидо взяли именно по этому предлогу - так скорее всего, попросту других не нашлось; это, кстати, говорит о том, как были концы подчищены... в этом их босс, вроде бы, мастером был, когда сам Пульсоне голубей в Нью-Йорке гонял. - Чего ты вдруг про это вообще вспомнил? Вас-то там не было... - взглянул на Роза и Квентина. Что-то в речи Розарио было странное - больно громко он начал бросаться именами вдруг, словно сошка уличная, а не большой человек, капореджиме Семьи.

+3

11

От сигарет Сальваторе Ливия вежливо отказалась, предпочитая курить свои, с ментолом. Вкус их был мягче и приятнее, а вот зависимость, кажется, вызывал еще большую, потому как в последнее время она еле успевала заполнять портсигар. Выудив последний из кармана своего пальто, она вернулась к остальным за стол и позволила Розу дать ей прикурить. Сальваторе всегда был ей симпатичен. Любезный и вежливый, но при всем при этом совсем не приторный, он был отличной компанией для посиделок такого рода. Мало на кого из женщин он не производил впечатление, и Лив не была исключением, охотно раздаривая ему улыбки и игривые намеки. Наличие супруги и детей, как и всегда, волновало ее мало, ведь ничего серьезного она все равно не планировала, а поиграть с противоположным полом никогда не отказывалась.
- Слабое звено? Ты меня обижаешь, - она улыбнулась, делая глубокую затяжку, и плавно отклонилась на спинку кресла. - Я крепко стою на ногах. Тихо веду свой бизнес, никого не трогаю... С Гвидо уже и не помню, когда виделась в последний раз. А то, что мы с ним знакомы... кто же удержит двух итальянцев от задушевной беседы, правда? - Снова бравировала своим напускным бесстрашием. А если сказать по правде, то последнее время она отвратительно спала по ночам, одолеваемая тяжелыми думами и отнюдь не беспочвенными тревогами. Безусловно, Лив понимала, что все это затишье вокруг нее могло быть временным, и в один прекрасный день с допросом появятся и на ее пороге. Вот только насобирают достаточно улик, чтобы прижать поплотнее, и ударят. Впрочем, высказывать своих опасений Розу ей не хотелось - позиция слабого звена в их цепочке, готового развалиться, случись что серьезное, ей не нравилась. Гораздо лучше, если ее будут воспринимать как сильного и надежного партнера, который грамотно защищает свои позиции. А Парадиз после обрушившихся расследований на их верхушку взял за правило много нового - выручку, например, Ливия каждое утро теперь увозила с собой и рассортировывала по разным надежным тайникам. Карточные столы днем легко превращались в барные, а проститутки запросто сходили за обычных тружениц гостиничного спа-салона. Кроме того, все девочки в очередной раз прошли инструктаж по тому, как и что им нужно отвечать на вопросы про их занятость в гостинице. Большинство из них работали в Парадизе довольно долгое время и в принципе Ливия сомневалась, что они станут добровольно что-нибудь болтать о своей работе, ведь Хэнк из охраны умело отбивал любое желание чесать языком - в борделе, пожалуй, не осталось ни одной, кто бы не боялся его тяжелой руки. Что касается документации, ей Андреоли тоже стала уделять больше внимания, потому и погрязла в ворохе бумаг, чтобы подкопаться к нелегальным путям ее прибыли было сложнее. Словом, оборонительная позиция была сейчас не в самом плохом состоянии.
- Ну надо же! - порадовалась за Квентина, который сообщил о новом приобретении. - Неужели созрел на долгосрочный кpeдит? - широко ухмыляясь, тронула его свободной от сигареты рукой за плечо. Барбьери был всем известным перестраховщиком, и к четвертому десятку оставался незавидным, если можно так сказать, бесприданником. В пору уже было байки о его финансовой осторожности распускать, что многие, кстати, и делали у него за спиной. В общем, Ливии было бы совсем не удивительно, если бы Квентин побоялся и при этой покупке светить свои деньги, но дабы его не обидеть, уверила, что она несерьезно. - Шучу, - ласково провела по его руке вниз, после чего отпустила. - Ты сегодня не на ней приехал? Не забудь потом обязательно похвастаться, - она снова затянулась сигаретой и с задумчивым прищуром вслушалась в менее радостный рассказ Сонни. Черт, смеяться у нее получалось всегда лучше, чем сопереживать. Вот и сейчас подобрать приободряющие слова оказалось трудно. Хотелось просто попросить его не ныть, как девчонка, и взять себя уже наконец в руки. Ведь правда, примерно те же самые слова Ливия слышала и от своих приятельниц, жаловавшихся на очередные неудавшиеся отношения с мужчиной. Стоит отметить, что Агата переживала их разрыв куда сдержаннее. В рождественской поездке, по крайней мере, она никого из ресторанов не тащила к себе в постель, да и цели напиться до беспамятства у нее точно не было. И еще говорят, что женщины слабее...
- Да уж в веселье Агате с тобой точно не сравниться, - неопределенно и сухо отозвалась на его жалобы. Принимать в их конфликте чью-то сторону ей хотелось меньше всего. - Ты б пить завязывал, что ли. А то потом пойдут нести, что Тарантино тебя бросила, потому что бутылку ты любил больше жены, - скрасила свою короткую проповедь ухмылкой и снова стряхнула тлеющий пепел. Да и несолидно это было, перед ребятами в таком виде постоянно светиться. Человек, у которого есть явные слабости, не производит впечатление надежного, а в их деле это не есть хорошо.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-02-25 00:47:08)

+2

12

[NIC]Rosario Salvatore[/NIC]
[AVA]http://sa.uploads.ru/cPnsl.png[/AVA]

Резвясь, шутя и изображаясь непринужденность, Роз в то же время беспокойно переводил глаза с одного собеседника на другого. Хорошо, что он был в темных очках и это было незаметно. Впрочем, пожалуй только это и было хорошим – ведь пока ни один из карасей не желал проглатывать крючок с аппетитной наживкой. – А как у тебя на личном фронте? Кого катать на тачке-то будешь? – задал капо cевера Квентину совершенно его не интересующий вопрос, просто для поддержания беседы. Так-то ему было насрать, пусть хоть прокурора Шакса катает - или там собственную бабушку с дедушкой вместе. Главное сейчас  - получить необходимую информацию. Встреча с курирующим агентом уже через четыре дня – тогда надо будет передать пленки и отчитаться о проделанной работе. – Да забей ты, Сонни. С девушками ведь дело такое – то пусто, то густо… Все у тебя сложится. - -  самолично взяв в руки коньячную бутылку и принеся со стойки несколько фужеров, Сальваторе разлил по ним горячительный напиток. Пульсоне следовало подпоить,  за кофе он явно не достигнет нужной степени разговорчивости. Все будет нудеть о своем расставании с женой и тому подобной ерунде. – Давайте за любовь! – Роз сделал большой глоток обжигающей бодяги, заглушая опять начавшие его тревожить где-то внутри укусы совести. Он ведь никогда не думал, что станет крысой, презирал их, ценил гангстерское братство. Пусть и не так как Майк с Фрэнком, но все же ценил. – Ты же теперь посвященный. Деньги, женщины, машины – все твое! -  покуривая, вновь обратился итальянец к Пульсоне. Хлебнул из стакана, поморщился -  французский алкоголь казался сегодня не то что противным, а безвкусным. Очевидно, опять нервы расшалились. – Ты кстати в курсе, что тебя предложил Майк? Вот уже не подумал бы. Чем ты ему так угодил? – словно незначай, спросил новоиспеченный информатор у Пульса. С дурной овцы хоть шерсти клок – почему бы не вывести разговор на внутренную структуру, цепочку подчинения и тому подобное? Ведь по закону РИКО, чтобы посадить человека, достаточно лишь доказать, что он занимал лидирующее положение в организованной преступной группировке. Руки тому пачкать не обязательно. А ведь Розу был нужен компромат именно на руководство – за обычного солдата Сантино ему его грехи и грешки не простят. Тот являлся лишь ниточкой, ведушей к старшакам – ведь, будучи опытным боевиком, успел поработать на всех из них, выполнял весьма рискованные задания. – Да ладно тебе, не скромничай. Монтанелли ведь к тебе неравнодушен… как и все мужчины в нашей Семье… - чтобы  не давать лишних подозрений, Роз опять временно перешел на игривые темы, подмигнув прекрасной хозяйке борделя. Он был и сам не прочь за ней поухлестывать во время оно – когда еще был целым человеком, а не половинкой самого себя. Даже если он выберется и зтой передряги, как будет жить дальше, потеряв самоуважение? Зомбировать себя уверениями, что переосмыслил свой путь и оградил общество от жестоких преступников? Впрочем, если держатся всякие Бычки и Генри Хиллы, то сможет это выдержать и Торговец Розами. -  Кстати, cлухи доносятся, что из-за процесса Гвидо собираются со всех бабла нехило стрясти. Базарили, что пятьдесят процентов с команды. – чтобы расшевелить собравшуюся гоп-компанию, шкипер решил бросить дезу. Зацокал языком, словно изумляясь, обезоруживающе развел руками. -  Пятьдесят – mama mia - процентов! Как бы ребята не взроптали. Взглянул на Ливию, чтобы проверить, как она восприняла его вранье. Вряд ли ее бы такая новость порадовала – тем более, в ее бизнес и так все норовили вонзить зубы, отжать от него побольше. – Тебе еще не говорили? Сколько отдаешь щас Мэнни, а он потом Гвидо? Надо попробовать продемонстрировать федералам наличие круговорота бабла по организации,  четких схем финансовых потоков - будет еще одна бумажка в папку о преступном сообществе.  Немного помолчав, капореджиме снова сконцентрировал свое внимание на Сонни. Тот был таким же, как обычно – в башке начинки немного, но зато она упрямая как у барана. Вот и сейчас что-то телился, не отвечая на заданные ему вопросы. Потому Сальваторе прибавил в голос начальственной стали, с неким оттенком недовольства. – Эй, если вспомнил, то значит есть причины. Пока ты тут, бля, отдыхал, меня ФБРовцы трясли из-за этого чертова Сальвиатти. Откуда-то у них инфа, кто-то болтал, понимаешь? И надо разобраться - кто. Прикончил остатки каппучино, бросил в пустую чашку окурок. Понаблюдал как пепел смешивается с гущей, прежде чем продолжить. – У тебя есть мысли, кто там мог трепаться? Из тех, кто там был? Ты помнишь хорошо, как все прошло?

Отредактировано Michael Rinaldi (2016-02-29 09:56:37)

+2

13

Слухи - неотъемлемая часть жизни Квентина. За его спиной всегда вели нелецеприятные разговоры, которые любого могли задеть в отличии от самого мужчины. Ему было глубоко плевать, какое впечатление он создавал при первой встрече (и создавал ли вообще). Пофигизм в его характере проявился уже в детстве и укрепился в подростковом возрасте. Казалось бы, кому какое дело до жизни Барбьери? Однако находились за его спиной люди далеко небезразличные к нему. И услышав в голосе Ливии подваленный смешок, он улыбнулся. Когда дела касались финансов, мужчина предпочитал в лишний раз перестраховаться. В других делах он мог пойти на любые рисковые предложения, но в случае с деньгами он вел себя настороженно.  А что, лучше когда тебя ловят копы как того же Розарио?
- Может, заеду на днях, мало ли, какой черт дернет Сальваторе сюда заехать в следущий раз, - приподнимает уголок губ, заметив, что на этот раз съязвил своему начальнику. Сарказм был его вторым языком после итальянского, поэтому он уже не задумывался над сказанными словами. - Агата - это та, которая Тарантино? - он смутно помнил эту испанку, но он припоминал её по легкому испанскому акценту и калоритной южной внешности. Такую так просто не забудешь, - это верно.
Услышав из уст итальянца вопрос про личную жизнь и о предполагаемых пассажиров на его новом черном мерсе, Квентин рассмеялся.
- А тебе что, есть кого мне предложить? Ну если ты так интересуешься тем, кто будет меня сопровождать, то нет,  постоянных нет. Есть только такие, которые на одну-две поездки.

Квентин не был дураком и это уже давно поняли те люди, которые вместе с ним работали. Он мог прочувствовать фальш с "той" стороны, поэтому обманом его не проведешь. Итальянец заметил реакцию Розарио уже с того момента, когда он вел машину. Он был немного нервным, слегка в возбужденном состоянии, словно пытался от чего-то укрыться. Сначала Барбьери списал это состояние на недавнее происшествие, но даже сейчас он не остыл и продолжал вести себя настороженно. Роз что-то скрывал, но что именно этого он понять не мог.
- Роз, ты чутка перевозбужденный сегодня. Может, кофе в ударной дозе выпил? - с легкой усмешкой произнес Барбьери, решив отказаться от предложенного коньяка. - Я с утра не пью. Да и вообще был ли смысл выпивать, когда его ждал плодотворный рабочий день? Это вон у Сонни не было дел, он был свободным, как птица в небесах - мог напиваться в Парадизе у Ливии, лапать пышногрудых девок и запираться с ними в номере, а Барбьери такая жизнь даже близко не светит. Он помнил ту жизнь, которой прожил несколько года. Когда он приехал сюда, то вел себя точно так же как Пульсоне и то время он вспоминает с ужасом. Он до сих пор не помнит с кем пил, кого трахал - все они превратились в размытые лица.

+2

14

Разговоры об Агате как раз и вызывали больше желания надраться - потому как они и смолкали как-то тогда, когда он был пьян, вместе с собственными мыслями: трезвым, таким образом, оставаться становилось труднее всего, хотя основной тут упор был скорее на безделье, а не на пьянстве: пьяный, вроде как, всегда при деле, потому что никогда не скучает... Сонни никогда не задумывался над тем, что его жизнь однажды станет настолько праздной, раньше он был занят тем, чтобы строить свой клуб, заносить наверх, подниматься, в общем - или лучше сказать, основываться здесь; сейчас же у него было всё, он достаточно крепко стоял на ногах, а пытаться расшириться смысла не видел - был не жаден. Да и ума особо не хватало, он-то всегда был бойцом больше, нежели бизнесменом, глупо было бы расчитывать на то, что это сильно поменяется после того, как он наденет шкуру "посвящённого" члена Организации. Ну а бойцы... от них есть польза только во время войны - в мирное время солдаты как раз и являются главными нахлебниками. Что в государстве, что в мафии... люди потребления, не производства.
- Ну да, жена моя. А ты много знаешь других Агат?.. - хмуро оглянулся Сонни на Квентина. Какого чёрта он вообще всё ещё называет её своей женой?.. А какая, впрочем, разница? У него нету даже проблемы с кольцом, не забивает себе Пульс голову, блестит украшение на пальце - и ладно; он к нему уже привык (хотя это тоже было не совсем простым процессом) и отвыкать заново - особого желания тоже нету. - Да надо бы. Только смысл?.. - неопределённо пожал плечами на слова Ливии. Было в них рациональное зерно, и про слухи тоже, да и в принципе - пьяным в их деле доверия немного, но... какой смысл? И что касается семьи их, пусть уж лучше слухи об алкоголизме пойдут, нежели все узнают истинную причину, в остальном же - естественно, Тарантино как всегда выставит всё так, что она одна права, а он кругом виноват. По-другому попросту и не бывает. Впрочем... не сказать, чтобы в их отношениях не было любви. Любви хватало... чувствовалась иногда нехватка других вещей: ума, смысла, совести... - За это я выпью. - усмехнулся, чокнувшись своей стопкой об остальные, не став отказываться, как Барбьери - хотя изначально продолжать приёма алкоголя и не планировал. Хотя Пульс и в подвыпившем состоянии был начеку, рюмка коньяка с утра его точно не остановит, когда же опьянение начинает входить в привычку - ты и вовсе начинаешь жить с алкоголем в крови, и ничего, живёшь: краски жизни кажутся мрачнее, правда, но кое-что в темноте становится видно даже лучше. Краем глаза - особенно. Вот так и Роз не был похож на самого себя сегодня, сдержанный и немногословный обычно (насколько он знал его, конечно) сейчас он был как-то удивительно словоохотлив и любопытен, и это было подозрительно тем более, что проявлялся интерес к вещам, которые его вроде и не касались особо. Перевозбуждённый был капо какой-то, действительно. Но тут Сонни скорее бы тюремную решётку винил, а не кофе; не понаслышке знавший, какого это - там побывать. Розарио попросту стрессовал, похоже. Впрочем, а кто сейчас не переживал стресс? Наверное, и он бы сам нервничал, если бы не выпивал.
- Ты хочешь сказать, что ты бы меня не предложил, что ли? Что я не заслуживаю, или что-то вроде?
- нахмурился Пульсоне, взглянув на капитана уже серьёзнее - расценив его слова уже едва ли не как прямой наезд. Вообще он слышал, что его рекомендовал и Фортуно из Нью-Йорка, что самому показалось странным, учитывая, что к его команде он присоединиться в своё время не хотел; но не столь важно - если бы не Майк... это сделал бы кто-нибудь другой, пожалуй, у них если уж и начинается такое дело, так тут два варианта - либо тебя выпрямят, либо в мешок запакуют. - Не знаю. Майк приглядывал за мной, провернули вместе пару дел... я даже думал, что буду в его команде. - но тут уж карта по-другому легла. О том, что с Ринальди успели под серьёзным огнём побывать, Сонни не стал раскрывать даже на подсознательном уровне - работа у них такая... а работа она и есть работа. Чья-то смерть в их среде и не должна быть таким большим делом. - В смысле - слухи? До тебя эта информация разве не точной доходит? - вообще-то, слухи были интересными, не сказать, чтобы ситуация была Сонни по нраву, хотя и зажимать он не стал бы; странно было другое... от кого капореджиме Семьи, стоявший под Администрацией, такие "слухи" мог бы услышать? Если бы это сказали Гвидо, Майкл или Фрэнк - это была бы точная информация, приказ, указание, а не "слухи". Впрочем, до Сонни эту информацию донёс бы Дэнни, до Ливии - Мэнни, никак не Розарио... Что-то в этих разговорах было мутно. Сонни переглянулся тайком с Ливией - у неё нет того же чувства? Взглянул на Квентина - он понимает, что происходит?
- Если бы кто-то трепался - мы бы не сидели тут. Ну - я бы точно не сидел...
- интересно, сколько бы ему, автору "салюта" в честь Торелли, светило бы, узнай кто-то, кто именно нажал на курок гранатомёта? Наверняка бы это вышло минимум пожизненное. А вообще-то, слова Сальваторе задели - Сонни начал напрягать память, вспоминая, как всё прошло; впрочем, как раз взрыв и был самым ярким воспоминанием, он-то внутри того домика не был, за происходящим в основном через оптический прицел наблюдал. - Тебе-то точно ничего за это не грозит, тебя с нами не было. - ему даже по Рико это не пришьёшь. - Да федералы всех из-за этого трясут, и долго ещё будут, не волнуйся из-за этого. - развёл руками Сантино. Розарио как будто ожидал того, что он начнёт при нём рассуждать, кто мог бы сдать остальных, перечислять имена всех, кто участвовал; Пульс этого за столом делать не собирался, пока рядом не будет хотя бы Росси, во всяком случае - Роз был не его капитаном, да и вёл себя как-то странновато. Да и Пульсоне, может, и был туп, но не настолько. - Слушайте, пойду я наверх... душ приму, да и вещи мои всё ещё в номере. - коснувшись ладонями плеч Ливий и Квентина, Сонни встал из-за стола, направившись к выходу из бара. Вот только до номера добраться не сложилось - едва он дошёл до проёма, как получил такой толчок в грудь, что едва удержался на ногах, затем кто-то наподдал ему под коленку и окончательно уложил мордой в пол...

+3

15

Внешний вид

http://s2.uploads.ru/t/kG6Si.jpg

«Бьюик Роудмастер» уже какое-то время был припаркован на противоположной от «Парадиза» стороне улицы. Чуть в стороне. В кабине «Роудмастера» на водительском сиденье расслабленно раскинулся Хадди Уайатт. На ладонях он держал черно-белые фотографии владелицы «Парадиза» Ливии Андреоли. Красивая баба. Очень красивая. И снимок в серых тонах добавлял ей определенного шарма. Однако Уайатт уже успел обратиться к фактам из ее жизни и понял, что малышка словно сошла со страниц произведений Дэшила Хэммета и Рэймонда Чендлера*. Отправила любимого супруга к праотцам, за что получила срок и ряд привилегий в придачу. Плюс бордель «Парадиз». Хадсону это понравилось.
В этот момент затрещала рация на пассажирском сиденье.
- Слушаю, - спокойным голосом ответил Хадди.
Из динамика безразлично раздалось:
- Мы на месте.
Унылым типом на том конце провода был сержант Джон Дикс (и его фамилия действительно была говорящей) – редкий зануда, с которым стоило поговорить 30 секунд, чтобы гарантировать себе здоровый 8-часовой сон. Таким ребятам лучше сидеть где-нибудь в отделе кадров, бумажки перекладывать. А в идеале вообще обходить отделение полиции на пушечный выстрел. Но видимо эта канцелярская крыса проснулась однажды утром, и решила, что устроиться на работу в отдел нравов S.P.D. – неплохая идея. Сегодняшним утром с ним был десяток человек из отдела.
- Начинаем через три минуты по условному сигналу.
Уайатт толкнул водительскую дверь и лениво выполз из «Роудмастера». Захлопнув ее за собой, он наклонился над боковым зеркалом и посмотрел на себя. Славная мордашка – как раз то, что нужно для разговора с чёрной вдовой милым февральским утром. Жаль, обойдется без должной официальности. Единственной целой и чистой рубашкой в шкафу Уайатта оказалась желтая, и ни один из дюжины галстуков к ней не подходил. Но так тоже неплохо. Хадсон провел ладонью по волосам и едва заметно ухмыльнулся сам себе. После этого спокойным шагом, запустив обе ладони в карманы брюк, двинулся через улицу, поближе к заведению.
Уайатт прекрасно знал, что в здании «Парадиза» расположен публичный дом. И ему не нужно было читать для этого какие-либо полицейские отчеты. Хадди обладал достаточно хорошими связями с криминальным миром Калифорнии (преимущественно Лос-Анджелеса и окрестностей), чтобы выяснить это обходными путями. И чего точно сегодня не собирался делать детектив-лейтенант – так это наносить «Парадизу» и его владелице какой-либо ощутимый ущерб. В голове Уайатта данное мероприятие скорее можно было бы назвать актом знакомства. Но Диксу и его сотрудникам знать о намерениях Хадсона было совсем необязательно. Поэтому требовалось всё организовать серьезно, со скучными воплями «Руки за голову!» и прочим дерьмом. Хадди уже не мог подсчитать, сколько раз за годы службы в полиции он произносил эти слова. Они уже не заводили.
В наплечной кобуре под пиджаком надежно был зафиксирован старый добрый «Кольт Питон». И он по-прежнему знал свое дело. Так что если вдруг какой-нибудь Клинт Иствуд в «Парадизе» решит устроить шоу о Диком Западе – старина Кольт тут же сообщит ему плохие новости. В кармане пиджака, как обычно, ждал своего часа «демократизатор Уайатта» (так его называл старый напарник Ройс) – видавший виды кастет. Тем не менее, Хадсон искренне надеялся, что применять эти устройства не придется.
Он остановился, не доходя десяти метров до входа в «Парадиз». Поднял голову, взгляд спешно скользнул по всей протяженности здания. В его архитектуре было что-то Нью-Йоркское. Вздохнув, предвкушая интересную работу, Хадди провел пальцами по шевелюре. Для Дикса и его компании это был условный сигнал. Легавые повыскакивали из своих автомобилей, на бегу вытаскивая из карманов полицейские жетоны, и уверенно влетели в парадный вход «Парадиза». Хадди вошел следом, небрежно взмахнув собственным жетоном. Охранник вместе с администратором пытались лепетать что-то о правах и демократических ценностях. С ними разговаривал Дикс – в таких беседах, похоже, он был мастером. Тыкал их носом в ордер на обыск. Уайатт остановился возле Дикса. Улыбнулся присутствующим.
- Доброе утро, господа. Не подскажете ли вы, где я могу найти хозяйку?
Администратор уставился на Хадсона недоверчивым взглядом. Его можно было понять, доверие копам – не лучшая идея, когда ты работаешь на гангстеров.
- Приятель, не усложняй, - хрипловато рассмеялся Хадди, но в глазах его мелькнул холодный огонек.

Спустя минуту Уайатт уже оказался вместе с четырьмя оперативниками на пороге бара. Ливия естественно была здесь – ни один мужской взгляд ее не пропустил бы. Но тут же присутствовали и еще несколько ребят. Одного из них повалили на пол – похоже, он собирался куда-то выйти. Физиономию парня сейчас было разглядеть невозможно, он целовал пол. Хадди оглядел остальных присутствующих, остановившись на хозяйке заведения.
- Детектив-лейтенант Хадсон Уайатт, полиция Сакраменто. Так сказать, рад встрече.
При этих словах полицейский сверкнул добродушной улыбкой.

______________________________
* Дэшил Хэммет и Рэймонд Чендлер - легендарные авторы американских детективных романов, писавшие о гангстерах и частных  детективах. Часто в их произведениях появлялись роковые женщины, оказывавшие огромное влияние на мужчин вокруг и нередко приводящие их к гибели.

Отредактировано Hudson Wyatt (2016-03-01 19:20:36)

+3

16

Если в поведении Роза Ливии сперва и казалось что-то странным, так это то спокойствие и вальяжность, с которыми он заявился к ней в заведение. Человек под следствием, по ее представлениям, вряд ли способен разгуливать по друзьям, как ни в чем ни бывало, если, конечно, не уверен, что его в итоге отмажут. Ливия прекрасно помнила себя в то время, когда заварилась каша по делу Марчелло - она представляла из себя настоящий комок нервов и срывала напряжение на каждом, кто попадался под руку. Кроме того, на стрессе она сбросила порядка семи килограммов меньше, чем за месяц, и даже по внешнему виду было ясно, что у нее все дерьмово. Сальваторе же сейчас явно хорохорился, особенно когда пускался с ней во флирт. Понятное дело, что перед женщинами противоположный пол редко допускал демонстрацию своей слабины. Но так или иначе, Ливия с легкостью подыграла ему и вместо того, чтобы проявлять сочувствие и жалость, придала общению очередную нотку беззаботного веселья. Тем более, затронутая тема неравнодушия к ней мужчин вполне это позволяла.
- Да уж... Горят такой страстью, что в своих объятиях иногда готовы задушить, - если вспомнить стычки с Фрэнком и Ренато, слова ее были не такой уж и метафорой. Да и любовь Гвидо, устроившего ей прошлой зимой нехилую проверку на прочность, тоже была в общем-то под большим сомнением. Тост, поднятый Сальваторе за искреннее большое чувство, был как нельзя уместен, и Ливия с охотой его поддержала. Не важно, что в такое понятие, как любовь, она давно уже не верила.
- Хей, зато у меня есть, кого тебе предложить! - со смехом продолжила веселый настрой разговора, услышав несколько ершистый вопрос Квентина к Розу, касательно компании для автомобильных прогулок. - Девчонки просто завизжат от восторга при виде новой шикарной тачки! - шутила она, раздавливая сигарету в пепельнице. - Бери хоть всех по очереди. Только возвращай до двенадцати, - если убрать смех, то, разумеется, всем было понятно, что Квентин не такую компанию искал, да и искал ли ее вообще? После смерти жены он вел довольно аскетичный образ жизни и замену находить ей не торопился. И тут стоило наверно позавидовать Монтанелли, который переживал любовную утрату быстрее молнии. Что же касается девочек из Парадиза, судьба их действительно баловала редко, и дорогие оплаченные заведением платья, в которые они втискивались по вечерам, наряду с украшениями были едва ли не единственной роскошью в их жизни. Так что, если мужчинам и хотелось почувствовать свою значимость, кого-то удивить, произвести впечатление своим материальным состоянием, то стоило взять в свою компанию одну из звездочек Парадиза - искренний восторг в глазах будет обеспечен.
Но от веселых тем пришлось очень скоро отойти. Как это нередко бывает, шутки сменились весьма серьезными темами, а острые фразы, которые мужчины бросали друг другу, грозили никому не нужной стычкой, коих Андреоли навидалась сполна. Портить утро чем-то подобным страшно не хотелось.
- А кто говорит? - спокойно отозвалась на вопрос Роза насчет пятидесяти процентов, хотя внутри все всколыхнулось. Денежные вопросы были и оставались для Андреоли больной мозолью. Считая (и совсем не беспочвенно), что поднимает на своем бизнесе больше, чем каждый второй солдат, она всякий раз жалась отдавать кровно заработанное по цепочке наверх, и широкие жесты, вроде лишнего конверта, делала только в том случае, если была острая необходимость подмазаться или же отблагодарить, как, например, в случае с Ринальди, когда он реально помог ей избавиться от притязаний хитрой еврейской рожи Кляйнера. Впрочем, может, случай с Гвидо стоило рассматривать тоже как острую необходимость... - Как по мне, пускай его лучше поскорее вытащат из этой заварухи, - пожала плечом, проигнорировав вопрос о том, сколько же она заносит Мэнни, и поймала на себе какой-то опасливый взгляд Сонни. Терпеть не могла, когда кто-то заглядывает к ней в кошелек, хотя и допускала, что Розарио сейчас сделал этот выпад отнюдь не из какой-то зависти, а потому что тема реально его беспокоила. Оправданная нервозность, которую Ливия от него изначально и ждала, вышла наконец наружу. Ничего особо подозрительного она в его расспросах не разглядела. Совершенно очевидно, что он просто трясется за свою шкуру из-за прижавших его копов, вот и все. - Вести дела всем будет гораздо спокойнее, когда Гвидо избавится от ненужных свиданий с властями. Разве нет? - вытащить его было в интересах всех членов команд и, если этому поспособствуют деньги, то почему бы их и не собрать? Вложиться в собственное спокойствие и процветание Ливия никогда не была против.
На этом моменте их разговор прервал какой-то шум у входа, и Андреоли нехотя развернулась в его сторону, подумав, что там качает права кто-то из оставшихся на ночь клиентов. Но при виде людей с полицейскими значками она в момент похолодела. Кровь отхлынула от головы с такой стремительностью, что ей показалось, она рухнет в обморок прямо сидя в кресле. Но, к счастью, этого не случилось. Пульсирующий шум в ушах из-за обуявшего страха хоть и не давал ей сконцентрироваться на том, что говорит какой-то самодовольный мужик в желтой рубашке, со стороны она выглядела более, чем хладнокровно. По правде, перед глазами у нее уже захлопывалась тюремная решетка, но, взяв себя в руки, она едва заметно дернула головой, отгоняя губительные игры воображения, и все-таки нашла в себе силы подняться из-за стола.
- Чем обязана? - как можно более уверенно и ровно спросила она, не торопясь подавать руку и одновременно заставляя себя не делать поспешных выводов. В конце концов, это может быть просто очередной визит с допросом по какому-нибудь застаревшему делу, вроде летнего убийства Сольферини. Не надо паниковать. - У вас такой хищный взгляд. Я начинаю чувствовать себя загнанной жертвой, - она обронила скромную улыбку, не сводя, впрочем, с детектива пристальных глаз. - Скажите, что я ошибаюсь, и вы не хотите меня съесть, - посмотрела на второго оперативника, который прижимал Сонни лицом к полу, и ее взгляд стал жестче, а голос тверже. - Осторожнее, у всех ваших предшественников случалось несварение, - разум начинал подсказывать, что учитывая "группу поддержки", с которой этот тип ворвался в ее обитель, одним безобидным допросом дело не закончится. - На каком основании вы так обращаетесь с моими гостями? - строго кивнула в сторону прижатого к полу Пульса.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-03-02 01:17:10)

+4

17

[NIC]Rosario Salvatore[/NIC]
[AVA]http://sa.uploads.ru/cPnsl.png[/AVA]

Выполнение задания федералов все больше злило Розарио – и злость эта уже распространялась  и на бывших-нынешних коллег, которые до этого в его глазах были скорее необходимыми для заклания агнцами. Сегодня все были пиздец какими умными или, скорее, интуичили  - даже этот вот баран Сонни что-то не шел ни на какие интересные разговоры.  С трудом подавив всплеск бешенства, капо севера расхохотался и хлопнул по плечам Квентина. – С утра не пьешь, живешь почти монахом… Вот даже не пойму – чего ты в нашем деле, а не церковном хоре, Барбьери? И зачем тебе бабки – на  костыли к старости копишь? Затем посерьезнел и  опустошил стакан, потом обтер губы от остатков коньячных капель.  Слегка зевнул и подмигнул своему солдату,  вертя в ладонях окурок. Тот быстро проскальзывал сквозь пальцы,  то придерживаемый самым краем ногтя, то вообще как-то прилипая к костяшкам, но при этом не падая. Роз недаром с ранней  молодости вращался в кругах карточных шулеров,  руки у него были более ловкие и чувствительные, чем даже у обезьяны. – А вообще – жениться тебе надо,  Квентин. Вот я, с тех пор как мы с Кэролайн обвенчались, благословляю каждый день что живу… А познакомить – не проблема. Затем шкипер перевел глаза на Пульсоне – и недобро их прищурил. Тот не только не поддавался на его уловки – но еще и смел дерзить. Какая-то часть прежней натуры Роза призывала поставить Сантино на место – он как-никак капитан, мать его, все еще капитан… Другая же говорила – ничего, потихонечку-полегонечку. Вот например только что наш нью-йоркский зек сболтнул, что у Майка была "команда". Это уже что-то, поможет потом на процессе доказать, что Ринальди занимал в мафии высокое положение.
– Парень, если тебя "выпрямили", значит я дал свое согласие,  понял? С хуя ты спрашиваешь тогда, был ли я против? – намеренно идя на провокацию,  чтобы вывести Пульса через агрессию на откровенность, Сальваторе  выставил вперед сложенные козой пальцы. В конце концов списки ведь обсуждались руководством Семьи – пусть финальное решение принимал и Гвидо, но с панталыку и спонтанно  такие вещи в нормальные времена не делаются. И Роз мог бы вполне заблокировать кандидатуру этого выскочки – а вовсе не участвовать в его посвящении. – Но на самом деле, в мое время,  если бы соучастник оскорбил старшего члена Семьи – то оказался бы не за тем столом, а в багажнике автомобиля…  Скажи честно, чтобы Фрэнк, наш андербосс, тебя простил, тебе пришлось его поцеловать в оба полужопия или все-таки в одно? Розарио намекал на знаменитую драку между Альтиери и Пульсоне, из которой Сантино чудом выбрался не трупом, а "посвященным".  Давать Ливии и другим пояснения про слухи не стал  - вместо этого, когда Сантино решил уйти, встал, повышая голос. – Ты не вкуриваешь походу. Из-за того, что вы там нашумели в Лос-Анджелесе, меня там теперь в ФБР в говно растирают! Это ты ведь придумал эту гениальную идею, со взрывами и прочей херней? Агата подсказала, по прежнему опыту? Или неужто Гвидо с Фрэнком разродились? Затем поднялся, крутанулся вокруг собственной оси на каблуках, похлопал себя по карманам.  Озадаченно покачал головой. – Телефон забыл. Cгоняю в тачку и вернусь. Роз решил, что может стоит убрать на следующие пару часов прослушивающее устройство и просто расслабиться. А то уже весь зад в поту от мысли, что вдруг заметят его. Пошел в сторону двери, распахнул ее – и сразу наткнулся на каких-то мужиков. – В сторону отошли… - особенно не вникая в то, кто они, Cальваторе попытался с силой отпихнуть их в сторону – но в следующую минуту его самого сначала прижали к стене, а потом повалили. При ближайшем рассмотрении "мужики" оказались копами, сразу же начавшими разыскивать хозяйки борделя. – Бля, ребята, мы же теперь в одной команде… - удрученно подумал Роз, сдерживаемый сильными руками. Вслух же возмущенно воскликнул. – По какому праву вы сюда вломались? Где ваш ордер?

+3

18

Сонни молчаливо кивнул Ливии на её умозаключение насчёт того, что босса лучше бы вытащить из тюряги поскорее; и на самом деле, вложиться деньгами в это тоже бы стоило - неважно даже как именно, установив фиксированные более жёсткие проценты, или просто внести какую-то сумму, без привязанности к еженедельной выручке, Пульс бы подписался на это. Не столько даже из уважения к своему, с позволения сказать, шурину (или бывшему шурину), сколько из соображений той же банальной безопасности, жизнь "изнутри" они с Лив знали на собственных шкурах, лично он становился свидетелем того, как кого-либо "раскалывали" уже в стенах колонии, и история тоже знала примеры, с теми же Бычками и всеми прочими - Гвидо же... скажем так, если удастся развести на показания его самого - то только того, что Сонни о нём слышал за свои какие-то пару лет жизни здесь, хватает ещё лет на сорок зубной и задничной боли для Семьи, да и не только для их Семьи. И Монтанелли, скорее всего, такое предложение уже сделали. Вот согласится ли он на него - Пульсоне с уверенностью заявлять, или даже рассуждать вслух, не брался, это могло быть для него самого чревато, но в таких ситуациях об этом все думают. Стукачи - это самые главные из врагов в их деле, это даже хуже, чем вооружённые противники. В Нью-Йорке, правда, это ощущалось сильнее, чем здесь - может, из-за плотности населения, чёрт его знает...
"Продавец Роз" же сегодня как на собственном товаре задницей сидел, и чем дальше, тем видимо глубже шипы впивались ему в задницу - с чего бы вдруг он решил до него доебаться, Сонни не понимал совершенно, и какую цель преследовал, сгущая краски за столом и портя ему тем самым утро, пока тоже не понимал; зато становилось понятно другое... что в "Парадизе" на этой почве попахивало ещё одной дракой с его участием.
- Не понял. У тебя проблема, что ли, Розарио? - в Пульсе заиграла помятая запоем гордость - с прошлым, без прошлого, с согласия или нет, в одном Сальваторе был прав - его "выпрямили", он был в статусе, а обратной дороги оттуда уже нет - оттого было ещё неприятней слушать, как Роз начинает поминать прошлое. К которому, опять же, отношения лично не имел, и конфликт их с Фрэнком его тоже не касался... - И что теперь, что тебя растирают - это моя проблема? Что ты ноешь? Ты в изоляторе сколько просидел, неделю?.. - а Пульс отмотал пятнадцать лет; и не в этом бомжатнике для дураков и алкоголиков, а в огроменной каменной тюрьме на здоровенном наполовину искусственном острове, куда сажали убийц и рецидивистов всех мастей - в какое говно его самого там только растереть не пытались. - Если бы я этот гранатомёт туда не притащил, мы бы все у людей Крусанти уже полгода бы как отсасывали, а ты боишься кучки пидоров из ФБР? - а кто из своих, всё-таки, мог бы "петь"? Сейчас доступ к такому караоке самый ближайший у Гвидо, остальных более-менее периодично Сонни встречает в "502", "Барракуде" или где-нибудь ещё, и не он один - так уж мир их устроен, что каждый приглядывает за каждым, потому-то рано или поздно становится видно, когда кто-то выбивается из коллектива. Странно, вообще-то, и другое - что Роза трясли из-за того, что якобы кто-то из участников запел. Это что тогда должна была бы быть за крыса такая, что, начав закладывать, перевела стрелки с виновного члена Семьи на невиновного?..
Всё смешалось окончательно, когда мир, резко покачнувшись, рухнув, и Сонни пришёл в себя уже на полу бара, куда его уткнули и теперь удерживали - хотя Пульсоне особо никуда и не рвался, успев увидеть блеск значков и уверенные голоса полицейских; вот ведь нелёгкая занесла, сначала Роз парит мозги своим Бюро, теперь вот на заведение Ливии, похоже, облаву решили устроить... сам Сонни этим скорее раздосадован был сейчас, чем разозлён. Хорошо хоть, хватило ума вниз не переться с пушкой - ствол остался наверху; а значит, даже предъявить ему копы едва ли что-то могли... и вряд ли сюда припёрлись по его душу, что его, что Роза, удержали, но наручники надевать пока не спешили. И пока Сальваторе и Ливия возмущались поведению оперативников, Пульс в сердцах протянул:
- Ну ёб вашу мать... - и вытянул руки, слегка приподняв их над полом, растопырив пальцы - показывая, что в них ничего не сжимает. Поглядывая за обстановкой одновременно - стараясь запомнить лица вошедших детективов (может и пригодиться), и имена их, конечно же, без внимания тоже не оставляя - как и звания... Обязаны, как оказалось, они сегодня были аж лейтенанту.
- Ты мне или права зачитай, или руку убери уже.
- запоздало вторил Сонни общему возмущению, обратившись к оперативнику, вжавшего его в паркет, когда грызть его дерево уже надоело - нет, в "Парадизе" столько девчонок красивых, а пообниматься эти типы решили с самым страшным, помятым и небритым из присутствующих здесь мужиков?.. Что-то подсказывало, впрочем - их всех сейчас будут не только обнимать, но и трахать тоже. Вероятнее всего - прямо здесь, не увозя в участок. В общем, какое-то хреновое выдалось утро, несмотря на встречу со старыми друзьями - и день обещал пройти не лучше.

+2

19

- Чем обязана? У вас такой хищный взгляд. Я начинаю чувствовать себя загнанной жертвой.
Бабье жеманство. Демонстрирует независимость, подбирая такие слова, которые заставят мужика смягчиться. Старый трюк. Хорошая попытка. Хадди прищурился – теперь его взгляд стал действительно хищным.
- Скажите, что я ошибаюсь, и вы не хотите меня съесть.
- Я думаю, что все мужчины в радиусе двух кварталов хотели бы вас съесть, - с усмешкой отозвался Уайатт. – Но всё-таки я полицейский. Мы народ цивилизованный.
Лейтенант коротко бросил легавому, размазывающему Сонни по полу:
- Эй, парень, придержи лошадей.
Коп лениво подчинился – по его физиономии было понятно, что он бы с удовольствием еще больше утопил морду Пульсоне в половое покрытие. Хадсон развел руками:
- Простите мою бестактность.
После этого он подмигнул помятому и поднимающемуся на ноги Сонни:
- Не припав к земле, не услышишь топота бизонов. Теперь по поводу цели нашего визита…
Уайатт специально и с налетом небрежности растягивал слова. Такой же дешевый трюк, как и ерунда про жертву от Ливии Андреоли – но тоже давно проверен на практике. Растягивая реплику, Хадди залез ладонью во внутренний карман и извлек сигару. Зажав ее между пальцами, тут же отправил в зубы и прикурил. Кончик сигары бодро моргнул присутствующим красным огоньком.
- Ходит слух, что название «Парадиз» - чересчур буквальное. Азартные игры, девочки… - при упоминании шлюх Хадсон смерил Ливию выразительным взглядом. – Возможно, другие излишества.
Уайатт снова стрельнул глазами в Пульсоне. Этот парень явно переливал через край:
- Можно было бы приплести сюда еще и выпивку, но мы не в Чикаго, и на дворе не 28-й.
Изо рта полицейского вырвался густой клубок дыма, окутавший пространство бара.
- Там в холле сейчас работает некий сержант Дикс. Скажу по секрету – тот еще мудак, который, пожалуй, целыми днями может зачитывать наизусть Уголовный Кодекс с перерывами на Декларацию Независимости. И сегодня он очень доволен. Знаете, почему? Потому что у него есть ордер на обыск. Старина Дикс может перетрясти здесь все сверху донизу и на абсолютно законных основаниях.
Хадди выдержал театральную паузу. После этого прошел по залу и расслабленно бухнулся на один из стульев. Вытянул ноги и, вытащив сигару из зубов, логически продолжил мысль:
- Может, имеет смысл рассказать всё сразу, леди и джентльмены? К чему нам, взрослым людям, все эти детские игрушки?
Конечно, будут ломаться. Это как садомазохистская ролевая. Но рано или поздно можно будет начать серьезный разговор.
Лишь бы не натворили глупостей, и Дикс не мешался под ногами.

+1

20

- Цивилизованный и трусливый? - отбила пас аналогично холодной усмешкой, высокомерно приподнимая подбородок. - Зря вы признались. Я предпочитаю рисковых мужчин.
Все эти заигрывания Андреоли вообще-то беззаветно любила, и встреть она Уайатта при других обстоятельствах и без паршивого значка, вполне вероятно, что охотно подыграла бы ему, поупражнявшись в искусстве флирта, но сейчас нервишки ее щекотало отнюдь не сексуальное возбуждение. Поэтому, отшвырнув бесстыдные намеки детектива, она решительно стерла с лица улыбку.
От наглости легавых ищеек ее всегда воротило со страшной силой. Без конца тыкая свой значок, по случаю и без, они считали себя хозяевами мира и зачастую, пользуясь должностными полномочиями, творили сущий беспредел, как моральный, так и физический. Возможно, с виду и не скажешь, но всеми его проявлениями Андреоли уже досыта наелась во время следствия по делу Марчелло. Но тем не менее, воспринимать его более спокойно, она так и не научилась. При виде того, как ее заведение буквально захватывают незнакомые люди, внутри все закипало, и как бы она ни пыталась сейчас поддерживать этот цивилизованный обмен сомнительными любезностями, глаза выдавали жгучую ненависть ко всему, что происходит вокруг, и к Уайатту в особенности. Вальяжность, с которой он вел себя на не принадлежавшей ему территории, дико бесила. Как и неуместные издевательские шуточки. Интересно, при виде Пульса с недавно помянутым гранатометом ему было бы так же весело?
Всю его театральную паузу, которую он потратил на картинное зажигание сигары, Ливия выдержала молча, снисходительно ожидая, когда же он перейдет к сути своего визита. А вот ее девочки, показавшиеся на лестнице, демонстрировали куда как большую эмоциональность. Одна из них, зажав рот от испуга при виде заварушки с копами, метнулась обратно наверх и, хотелось бы верить, что она там сейчас не пытается сбежать через пожарную лестницу, а избавляется от явных следов ночного веселья в номерах, вроде неосторожно рассыпанного на столике кокаина или забытого тем же Сонни оружия. Но надежда на это была слабой. Если бы на ее помощницу Диану сейчас не напал с расспросами любезно представленный Хадсоном сержант Дикс, она бы может и занялась этим, но оказалась зажата в угол так же, как и друзья Андреоли в баре. Очень мило, что не тронули ее саму.
Вообще Ливию несколько удивляло, что Уайатт тратит время на какую-то бестолковую болтовню и театральные эффекты вместо того, чтобы уже исполнять свои распыляемые направо-налево угрозы и переворачивать тут все вверх дном. Не похоже как-то на поведение человека, дорвавшегося до лакомого кусочка. Когда он плюхнулся на одно из кресел, Лив и вовсе не сдержала нервный смешок:
- Может, вам тоже предложить партию в бильярд или массаж ног от моих работниц из спа? - время покидать ответные издевки, с не менее любезной, чем на лице мутного детектива, улыбкой. Несмотря на напряжение, что витало в воздухе, хозяйка гостиницы пыталась придать своему виду как можно большую расслабленность и непринужденность, будто бы она совсем не понимает намеков лейтенанта. - Какую-то дурацкую игру ведете здесь как раз вы, - возразила, намеренно продолжая стоять возле раскинувшегося за столиком детектива. - Вламываетесь ко мне, как к какой-то страшной преступнице, обижаете моих гостей, угрожаете... - с преувеличенным возмущением зачитала все свои претензии. - Полагаю, эти мужчины, - кивнула в сторону всех присутствующих друзей, - вообще не имеют отношения к происходящему и почему-то вынуждены терпеть такое хамство со стороны ваших сотрудников. Так что, я прошу позволить им спокойно уйти. Вы и так поставили меня перед моими клиентами в чертовски неловкую ситуацию, - строго глянула на Уайатта, желая добиться не только прикрытия задниц Пульса, Квентина и Сальваторе, но еще и уединения с детективом, который явно не отказался бы от беседы. Вот только куда она заведет, это еще вопрос. В своей речи Ливия бросила случайный взгляд на Розарио, который активно выпутывался из лап оперативников, и в ту же секунду замерла, ошарашенная замеченным. Под его рубашкой, туго натянутой на груди из-за неудобной позы, отчетливо проступали силуэты какого-то постороннего лишнего предмета. Она едва не ахнула от собственных догадок, но сердце так стремительно ушло в пятки, что невольно разомкнутые губы не могли произнести ни звука. Все остальное - обыск, напыщенно развалившийся детектив, его смешки и угрозы, - все показалось абсолютно неважным по сравнению с тем, какое шокирующее открытие происходило сейчас в ее сознании. Приятель, друг, человек, с которым она только что сидела за одним столом, обсуждая насущное, кому заботливо готовила кофе и с кем весело смеялась, все это время лицемерно врал ей в глаза, предавая всех, кто был с ними в одной команде. Писал каждое их слово, намеренно выводил на откровения и с жадностью ждал заветных признаний, чтобы потом сдать материал властям...
Да, жизнь наносила много ударов, но этот по своей силе и неожиданности однозначно превосходил большинство.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-03-09 23:55:51)

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Too much talking for one morning