Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
- Хей! Ты тут случайно не вздумал расслабиться?! - Переводя почти грозный взгляд на друга, возмутилась Тори по поводу его сонной ленивой неряшливости.
Вот так настроение рыжей изменчиво, как вода - еще секунду...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Rat hunt


Rat hunt

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Участники: Michael Rinaldi, Frank Altieri, Daniel Rossi, Sonny Pulsone, Quentin Barbieri

Время и погода: 23 февраля, переменная облачность, t +15

Описание: в Семье завелась очередная крыса...

+2

2

Гнилые наступали времена. Сонни хорошо помнил такие вещи ещё по своей жизни в Нью-Йорке, и уж конечно, по тому времени, которое провёл у правительства в гостях - в тюрьме стукачество дело вообще довольно обыденное, место там суровое, и не выдерживают даже порой те, в ком никто не сомневался на свободе, но только за решёткой всё, как правило, куда проще: начиная от проступков, на которые указывал бы потенциальный информатор, заканчивая его поисками, когда ты ограничен пространством, но мало ограничен временем, видеть людей вокруг становится проще. К тому же, всё становится и вовсе очевидным, когда "отстрелявшегося" стукача переводят в специальный блок; достать его там труднее, но всё равно - возможно... То, что происходило сейчас, было куда глобальнее, если Розарио увезут куда-то - так просто обнаружить его уже не будет, да и не факт, что будет кому "обнаруживать" - возможно и такое, что вся верхушка Семьи отправится на нары разом, и не только они. Впрочем, дело не только в этом, и в свете всех последних событий в его собственной жизни - не сказать даже, что тюрьма его пугала так уж сильно; но вот помирать всё же не хотелось - а одним трупом тут может и не закончиться, сейчас очень может быть, в каждом втором будут видеть крысу, или же просто потенциально опасный элемент - и Пульс считал, что сам попадает под такую категорию: во-первых, чёрт его знает, не сболтнул ли он чего лишнего при Розарио в тот день, когда в Парадиз ворвались копы, во-вторых - может, он по возрасту и самый старший из последнего поколения "посвящённых", но его стаж как члена Семьи именно что довольно мал, и значит обратят внимание в первую очередь на него; в третьих - стаж этот тоже не то, чтобы безупречен, глобальные изменения в чьей-то жизни - это всегда штука подозрительное, ну и пьянство, разумеется, чести тоже никому не делает. Вот именно по этим трём причинам Сонни охотно согласился поучаствовать в деле - для него всё происходящее становилось в какой-то степени делом личным, плюс к тому - перед первыми лицами Семьи было бы неплохо зарекомендоваться ещё разок, другого шанса не будет - а если состав Администрации и впрямь в скором времени поменяется, то скажется это на всех. В общем, к Фрэнку и Майклу очень неплохо было бы находиться ближе именно сейчас.
Остановив автомобиль под окнами Квентина, Сонни несколько раз нажал на гудок, сообщая о своём прибытии. Решено было, что его новенький "Мерседес" для лесных прогулок подходит не так хорошо, как его БМВ, к тому же - внедорожник был более вместительным, чтобы все пятеро там разместились с комфортом, ну а обратно... обратно поедут они уже меньшим числом. Дожидаясь, пока Барбьери спустится вниз, Пульс подпалил сигарету, опустив боковое стекло, выпуская наружу дым, и лениво оглядывая улицу. Сегодня пошли уже четвёртые сутки, как он был абсолютно трезв, но по случаю "охоты" - Сонни решил всё же заправить фляжку хорошим коньяком.
- Салют! - поздоровался с Квентином, когда тот спустился вниз; когда тот забрался в машину, пожал ему ладонь, и, прежде, чем тронуться с места, кивнул головой назад, решив похвастаться: как и в прошлый раз, вся ударная сила была на нём, на заднем сидении лежала сумка с четырьмя охотничьими ружьями - благо, достать такие, будучи владельцем стрелкового клуба, особой проблемой не было, да и вообще - Сонни начал работать в этом направлении, налаживая контакты с охотниками: многим из них нужен был своего рода "полигон" для своего оружия, а общение с ними было довольно интересным делом. Так что "Pulse Camp" сегодня башляет... - У меня тут парочка Benelli Raffaello Crio, один Investarm и старый добрый Remington. Красивые игрушки, а? - жаль только, что больше для виду, чем... для дела. Стрелять придётся не в дичь, хотя Розарио и убеждён, что всё именно так... Наверняка у Квентина по этому поводу мысли ещё более безрадостные, чем у Сонни: Пульсоне вот не знал, какого это - везти собственного капо в лес, чтобы порешить там, и хотелось бы надеяться, что он этого чувства и не узнает никогда. Сальваторе же думает, что в лесу во время охоты планируется поговорить на важные темы - значит, скорее всего, на нём и там будет микрофон; такого шанса любой стукач будет ждать. Впрочем, микрофона может и не быть, Розарио же... Пульс не хочет загадывать: всегда сложно сказать что-нибудь, пока не увидишь неопровержимых фактов. Впрочем, то, что происходит же, ему не нравится в любом виде... В воздухе прямо запах стоит этой гнилостности. Даже побаиваешься, что тот, кого ты везёшь убивать, тоже почувствует этот запах, оттого напрягаешься ещё сильнее. Вообще-то, и действительно, Роз может почувствовать неладное, так что стоит быть начеку. У Сонни под курткой ещё ствол - ружьём в машине особенно не помашешь, да до него и добраться сначала надо. У Роза, который сядет сзади, техническое преимущество и в этом плане, хотя он и сам наверняка будет при стволе.
- Ладно, поехали... - выбросив окурок в окно, Пульсоне поднял стекло и направил машину на дорогу. - Ты сам-то при стволе?

Внешний вид
Investarm
Benelli Raffaello Crio
Remington SPR220

+4

3

В их криминальном мире полно крыс, таких, которые за твоим столом могут с улыбкой выслушивать производственные тайны, а за спиной разбалтывают эту же информацию федералам. Никто даже не догадался бы, что Розарио Сальваторе оказажется предателем. Он был чересчур верен, если не на деле, то на словах точно. Каждое его слово было произнесено с уверенностью, а когда он говорил о честности и доверии, его хотелось слушать не перебивая. Он любил поднимать бокал за процветание второй Семьи, и признавался в любви каждому своему солдату. Я не верил, что можно было так исскусно врать. Чем его привлекли федералы? Он не страдал нехваткой денег, более того, мог похвастаться суммой в банке в отличии от... да что далеко ходить? Если сравнить то, как живу я и как жил Роз, то тогда простиралась бы огромная пропасть меж нашими слоями: огромные квадраты, шикарные машины и забытая дыра впридачу с моим мерсом. Мерседес, несомненно, крутая машина, но если его сравнить с порше, то мое авто явно проигрывало.
Я раздумывал о том, что меня и всех солдат нашей стороны будет ожидать в дальнейшем, кого поставят на место Сальваторе и за какой отрезок времени все это произойдет. И чем больше я об этом думал, тем сильнее ненавидел Розарио за его дешевый поступок.
Я не любил предателей, более того, я относился к ним с презрением. Даже если этот человек не предал меня, то я его все равно буду оставлять в своем черном списке. Если человек совершил такой подлый поступок с кем-то другим, то он сделает с тобой то же самое. Доверие вообще шутка сложная, а сложившиеся мнение так просто не сотрешь из головы.
Подумать только, я обойдусь "по плохому" с тем, с кем недавно распивал бутылку виски, делился своими мужскими секретами и заодно прислуживал ему как самый верный пес.  Время все поменяло, и теперь я не знаю, где мой друг и где скрывается мой враг. Маски чересчур плотно прикрывают лица моих знакомых, но как же хорошо, что у них есть свойство спадать.
Наверняка, у каждого подчиненного в своих мечтах было избить/убить/удушить босса, когда тот отчитывал их или снижал зарплату. Вот, пожалуйста, я сам ощутил на себе этот самый момент, когда можно было вместо фотографии начальника, приклепленной к "груше", напрямую избить того или убить.
- Сегодня в воздухе витиет запашок протухших яиц. настроение ни к черту - это правда. Да и какое может быть настроение с последними событиями в Семье? Роз засранец и заслужил подобную смерть, которая будет поджидать в лесу. Обижаешь! Я всегда ношу ствол с собой. Для убедительности похлопал по внутреннему кармашку на кожанке. Плюс в заднем отделении джинс хранился запасной револьвер. Я предпочитаю удобный пистолет взамен на огромную пушку. Ну нафиг их, эти понты, так хоть меньше времени будет занимать на перезарядку и ствол легче удержать чем ту же винтовку.

Отредактировано Quentin Barbieri (2016-03-06 23:05:54)

+4

4

Нетерпеливо грызя край дымящейся сигары, Майк Ринальди прохаживался по покрытому длинной, почти по ему по пояс, зеленовато-желтой травой, пятачку.  В  высоких сапогах, широкополой ковбойской шляпе и потертой кожаной куртке, итальянец вместе с двумя своими коллегами по опасному бизнесу находился на вершине небольшого холма, располагающегося в дебрях окрестностей озера Клиар Лейк, прямо-таки кишевших различной фауной. На протяжении многих миль здесь можно было не встретить ни одного человека, но зато в изобилии попадались змеи, дикие гуси, олени и даже пумы. Горы, обросшие лесками из вековых дубов, белой сосны, колючего кустарника, перемежались малопроходимыми болотами, щеголявшими разноцветными мхами. Идеальное место, для того, чтобы охотиться на зверя - или на человека.
- Ну где они уже? За пиццей заехали? -  раздраженно спросил консильери, поглядев на стоявших рядом Фрэнка и Дэнни. Затем сверился с золотыми часами, которые, несмотря на его походный вид, все же украшали запястье. Как бы Майки-бой не любил природу и такие вот мужские забавы,  сегодня он не наслаждался ни дувшим в лицо ветерком, ни раскинувшимися перед его взглядом величественными просторами, ни обществом старых друзей. Ибо прибыли они сюда не для того, чтобы подстрелить дикую свинью или койота, а чтобы покончить с предателем.  Предателем, которого раньше считали надежным товарищем, предателем, которого возвели на вершины своей иерархии. От одной мысли о подобной паскудстве Майку хотелось поднять ствол к небу и выпалить туда целым зарядом - конечно, не ради богохульства, а чтобы выпустить пар. Но приходилось сохранять спокойствие - а скоро надо будет отнестись к этой задаче с еще большим тщанием. - Хоть бы эти двое все нормально сделали и он не понял что к чему. Иначе нам, блять, крышка. - мрачно присовокупил мафиозо, выдыхая порцию дыма. Он имел в виду Квентина и Сантино, которым было поручено доставить Розарио Сальваторе на охоту.  Пригласить его сюда как бы спонтанно, без свидетелей, чтобы не успел уведомить федералов.  Намекнуть, что руководство Семьи хочет в приватной обстановке обговорить некие важные решения - от такой информации у любой крысы слюнки потекут. Другое дело, что Пульсоне был не то что бы королем ораторов  - впрочем,  помочь могло присутствие Барбьери, приятеля и солдата Роза, человека, которому тот доверял. - Что за на хер времена наступили! Все норовят ссучиться! - когда Ливия и Сантино сообщили Ринальди о странном поведении капо севера и о замеченном у него диктофоне,  советник клана в первые секунды не мог поверить. Потом долго витиевато матерился и, швырнув, разбил вдребезги украшавшую его письменный стол модель пиратского фрегата. Затем же впал в свое обычное для глобальных пиздецов спокойно-зловещее состояние и, позвав Дэнни и Франческо, начал планировать будущее  устранение. Следовало сделать все так, чтобы комар носа не подточил, обычный выстрел из машины или из-за угла тут не годился. - А вот и они! - Майкл заметил поднимавшихся по тропинке Роза,  Квентина и Сонни. Свою машину они, как и следовало ожидать, оставили на каком-то расстоянии отсюда. На лице гангстера немедленно возникла приветливая улыбка и  он поспешил к новоприбывшим. - Привет, ребята, как добрались? Мы чуть в говнище не потопли, пока сюда добрели. Обнялся  с Розарио, хотя где-то внутри скручивало от отвращения. Глядя сквозь свои темные очки, Сальваторе спросил, как-то чуток нервно посмеиваясь. - Ну вы меня, бля, удивили! Сижу себе, пивас пью- а тут охота! Хорошо хоть запасные сапоги нашлись у Сонни и всякое такое. Майкл развел руками и хохотнул,  затем печально поморщился,  - Сам видишь, какая пора блядская настала, под колпаком нас держат.  Потому чтобы  о чем-то важном перетереть,  нужны такие вот сюрпризы. Глянул на синее небо и пробивающиеся через тучи лучики солнца -  Розарио их видит сегодня последний раз, стукач ебанный.  Не ведающий своей судьбы  шкипер же спросил, обращаясь ко всем сразу. - На кого охотимся-то?  Майкл, тем временем,  открыл крышечку на свисавшей с его шеи фляжки. Пузатенькая,  в  виде лукавого китайца с длинными усами, она содержала чистейший шотландский виски - хороший напиток для прогулок в промозглых болотистых местах. От души хлебнул, потом предложил четырем друзьям и одному врагу.  - Думаем глянуть, можно ли подстрелить большую жирную свинью...  - ответил Майк на вопрос Роза, затем  пояснил, незаметно для Сальваторе хитро покосившись на своих компаньонов.  - Мне Мэллоуз, егерь, сказал, тут в одном перелеске завелся секач огромный.  Размером чуть ли не с быка,  клыки, мать его, как сабли.  Толстенный такой, что почти оттуда не уходит.  Затем, сделав очередную затяжку, усмехнулся, - Да не ссыте,  это ж глянуть просто. В любом случае тут дохера всего можно настрелять...  На крайняк даже грызунов всяких.... Опять специально для Сальваторе сделал дополнение,  указав рукой в сторону  зарослей и холмов. - Тут же и выдры всякие, и опоссумы, и кого только нет...  Постепенно все начали собираться - накидывать на плечи рюкзаки,  готовить оружие,  и так далее. В какой-то момент Роз приблизился к Ринальди вплотную, наклонился к его уху. - А что там с камушками, Майки? Никто об этом пока не знал, но вчера консильери взял у Роза украшения из платины, с рубинами и сапфирами, ценой примерно в сто пятьдесят тысяч долларов. Якобы для продажи. Святое возмущение святым возмущением, мандраж мандражом -  но почему бы не заработать на крысаке, которому потом не надо будет возвращать одолженное? Как Майки понял, капитан-осведомитель торопился вытащить свои деньги с улиц и запрятать их куда-то в глубокие оффшоры. Потому и хотел поскорее избавиться от мутного происхождения драгоценностей - и даже особо не стал думать, когда Ринальди предложил быстро превратить их в чистый кэш за небольшую комиссию. А зря, очень зря -  чувствовалось, что парень начинает нервничать и делать ошибки, как можно вести дела с теми, кого собираешься застучать?  Сами же фбровцы потом спросят.  Собирался наврать, что не получал от Ринальди зелень? Или верил, что тот в свою очередь не пойдет на сотрудничество ни при каких обстоятельствах? Тогда такая вера в его порядочность была бы лестной... если бы, конечно, не исходила от такого куска дерьма. - Скоро бабло подгоню, не боись,

+5

5

- И не говори, - справив нужду, Альтиери застегнул ширинку джинс и, вернувшись, поддержал негодование друга, сетовавшего на то, что в их время Омерта и клятва, данная на крови, значила чуть больше чем нихера. Впрочем, их Семья среди прочих выделялась еще и тем, что членство в ней получали личности, имевшие мало общего с Коза Ностра, и последствия этого им еще долго предстояло разгребать. - Пока север и восток не возглавят наши люди эта хуйня не закончится, я уже блять никому доверять не могу, - клонил к тому, что надо будет заняться чисткой, выпилить к херам всех, кто хоть малейший повод усомниться в себе подаст. Фрэнк итак в последнее время за редким исключением ограничивал свои контакты только теми, в ком действительно мог быть уверен, это родственники, такие как Дэнни и Джо, или школьные друзья, как Майкл и Мэнни. – Думаешь, этот членосос успел что-нибудь стоящее на нас собрать? Ты с ним, когда в последний раз виделся? - Спросил у консильери, который и поведал им о том, что Сальваторе ссучился. - А ты, Дэн? - И затем у Росси, любителем потрепаться тот был известным и ненароком мог нажить себе и остальным проблем, если вдруг его голос попал на пленки федералам.
Черные полосы сменяли себя одна за другой, но стоило признать Альтиери и его команде смутные времена часто шли на руку, без везения тут тоже не обходилось, но главным все же было умение вовремя сориентироваться и подсуетиться. Так было в период краха Донато, им удалось взять под свой контроль южную часть города. Разборки с Винцензо, племянником их нового дона, привели к тому, что Альтиери занял его место. А Сальвиатти помог им взять под контроль запад и Сан-Диего. Сейчас на фоне конфликта с Нью-Йорком и активизации представителей власти решивших аккурат под выборы нового губернатора продемонстрировать электорату успехи в борьбе с преступностью, у Фрэнка и его друзей была реальнейшая возможность окончательно оформить свое главенство, как в Сакраменто, так и на всем западном побережье, где с падением Крусанти, главенствующую роль начали играть никто иные как Торелли. Альтиери уже сейчас был по сути действующим боссом Семьи и вовсю этим пользовался.
- Улиткой займется Мэнни, я ему сказал сегодня все с ним уладить. - Отвлекшись на крик птицы, гангстер поднял взгляд в небо, где в синеве раскинув большущие крылья, парил кондор. Место, которое они выбрали, было и в самом деле живописным, Фрэнк считал Розарио им должен быть благодарен, они его прикончат не в вонючем подвале где-то на стройке, как обычно поступали, а среди такой вот красоты. Улитке явно повезет меньше. Что касалось Барбьери, еще одного человека из северной команды, приближенного к ее капитану, тут Фрэнк также не мог быть полностью уверен, Квентина спасало то, что он в отличие от Луки андербосса и консильери не бесил, и в принципе репутацию имел более положительную. - Квентина тоже в расход пустим? – Спросил, тем не менее, мнение Майкла и Даниеля. Крестным его детей он не был, и поэтому голос в защиту Барбьери давать не стал, не уверенный до конца в том, как тот себя поведет. Что поставит во главу, долг или дружбу? Сегодня и узнают как раз. Глядя на часы, у Фрэнка даже промелькнула мысль, что Сонни по пути сюда могли замочить. Все-таки они рисковали, привлекая Квентина. С другой стороны, с ним Сальваторе вряд ли почувствует подвох.
Впрочем, вскоре все трое появились. Попытавшись нацепить на себя маску добродушия, Альтиери поочередно обнял каждого из них, в том числе и Розарио. Особо близки, как с тем же Майком, они никогда не были, но все же Фрэнк его выделял из остальных, они вместе с Гвидо доверили ему северную команду, считали того своим другом, приглашали в свой дом, Джулс угощала его лазаньей, а эта паскуда, спасая собственную шкуру, решил их всех сдать. - Я думал, молодой папаша, как и Гвидо, предпочтет на нарах отсидеться, отдохнуть от семейных хлопот, - улыбаясь, похлопал Сальваторе по плечу. - Как семья?
Кажется тот до сих пор не догадывался об истинных планах своих товарищей, либо же умело скрывал эмоции, даже упоминание грызунов не вызвало заметных изменений на его лице. Пока Майки и Роз шептались о своих делах, Фрэнк взял в руки Ремингтон, который привез с собой Пульс, и, вскинув, прицелился в воздух. - А оптики нет? - Спросил у него больше для вида, ведь Роза понятное дело, больше чем с пары шагов валить им вряд ли придется. - Классная вещь, я себе оставлю? - уж больно хорошим было ружье, настоящая классика, в хозяйстве не помешает.
- Жаль Гвидо с нами нет… Я блять знал, этот фургон у Маленькой Сицилии не случайно отирался. - Памянул замеченный ими еще на церемонии посвящения. - То ли еще будет... Есть инфа что среди нас крыса. - Глянул на Сальваторе. Впрочем, потом и на Дэнни с Квентином и Сонни, чтобы первый раньше времени не дергался, хотелось понаблюдать за реакцией этой суки. Может совесть у него проснется, и он сам во всем расколется?
- Кого в последнее время легавые брали? - Как бы к капитанам был вопрос, что логично в подобной ситуации.

+5

6

Всю дорогу до окрестностей Клиар Лейк я безбожно хлестал заправленный в посеребренную флягу виски, хотя и был за рулем, без остановки швырялся бычками в  проезжающие мимо автомобили - в целом, прибывал в прескверном расположении духа. Пассажиры нисколько не были против услуг не_трезвого водителя, напротив, молча поддерживали мои начинания. Каждый думал о своем - наверняка об одном и том же. И только когда мы поднялись на поросший холм, Майки, наконец, нарушил тишину. Задумчиво покивал, однако на его воздыхания ничего не ответил. Я изначально предполагал, что ничем хорошим для Торелли заключение Монтанелли с Сальваторе не закончится. И хотя много размышлял о том, в каком дерьме мы окажемся, реши кто-то из них ссучиться, в действительности в такую возможность не верил. Однако скорее бы поверил в предательство Гвидо, отличающегося сумасбродными идеями и рискованными выходками, чем Розарио, пусть и не являющегося потомком виноградных донов, напротив, всегда  осторожного в мелочах, поборника старых порядков и правил Коза Ностра. Когда такие как Розарио предают Семью, в самом деле, о доверии говорить уже не приходится. Не отличающийся и до этого приятным нравом, я ходил раздражительным и нервным на этой почве двадцать четыре часа в сутки, старательно избегал серьезных тем и даже будничного трепа. Я считал, чем скорее мы прикончим эту мразь, тем скорее все придет в норму. Валить своих не последнее дело, последнее – стучать на своих.
И все же Франческо был прав – вся эта хуйня не закончиться со смертью Роза, даже его правой руки. Смертный приговор Улитке зачитают из одной только вероятности что тот, следуя дурному примеру босса, может запеть. Желающих вести колонку сплетен во все времена хватало и сейчас меньше всего Торелли имели право на сомнения.
- Как он вышел – один раз пересекались. На прошлой неделе обедал у него в ресторане. Я со своей был, о делах не базарили. Но я как думаю, если этот кусок дерьма много своим приятелям нащебетал, мы бы в сами тут цветочки не нюхали, - Еще какое-то время повспоминал, дымя сигаретой, затем, утвердительно кивнул собственному выводу. - Да хуй его знает,  - отвечал уже по поводу дальнейшей судьбы Барбьери, -  Я сейчас, блять, ни в чем не уверен. По хорошему бы, всех прихвостней этой мрази в бетонные башмаки одеть. На всякий, блять, случай.  Другое дело, что на севере итак с кадрами напряженка. Если не в расход, то приглядеть за ним надо бы, - затем, отбросив бычок себе под ноги, со свойственной мне брезгливостью оглядел испорченные остроносые туфли. Заядлым охотником, в отличии от Ринальди с Альтиери я не был, и не разделил бы их восторгов даже если бы сегодняшним походом мы и в самом деле планировали пострелять, разве что уток или, скажем, диких свиней. В меню на сегодня были крысы, пусть и в  человеческом обличье.  Рассудив, что охотиться в буквальном смысле мы не будем, я, естественно, не подумал позаботиться о соответствующей вылазке на болота экипировке.  Хотя и сменил белоснежный кашемир на кожаную куртку, а наглаженные брюки на потертые джинсы, - Кого у руля там ставить, кстати, обсуждали уже?
Разговоры о насущном прекратились, когда на горизонте замаячили три фигуры, принадлежавшие Сонни, Квентину и самому виновнику «торжества». Тепло обнявшись с первыми двумя, с усилием сдерживая внутреннюю ярость, так же тепло приветствовал и шкурного шкипера, - А еще парочки сапог у Сонни не завалялось? Как видишь, не тебя одного предупредить забыли, - соврав о причинах своего не_походного внешнего вида, дабы стукачок не пронюхал что к чему раньше времени, раздосадовано покачал головой. По правде говоря, поддерживать непринужденную беседу оказалось куда труднее, чем я надеялся. Поэтому прежде, чем эмоции взяли верх над разумом, переключил свое внимание на остальных прибывших, - Хреново выглядишь, Пульс. На тебя посмотришь, так сразу же жениться расхочется, - Хотя говорил я  довольно весело, да и время выбрал и не подходящее, вправить Сантино мозги, я считал, давно пора было. Обычно мне насрать в чьей компании коротали вечера мои regime, бутылки или сисястой девки, лишь бы не забывали про свои обязанности и вовремя заносили конверты. Другое дело, что у Сантино депрессия (или чет там уже не первую неделю оправдывал итальянец свой запой?) нехуво затянулась, Дружеский совет – завязывай с этим дерьмом, - уже без улыбок добавил, затем, выдержав театральную паузу, похлопал того по щеке, - Ладно, показывай свои игрушки. И, последовав примеру родственника, не глядя, поднял одно из охотничьих ружей, - Как жизнь, Квентин? Слыхал, ты себе новую тачку прикупил. Какую модель взял? Я сам сейчас на Кадиллаке езжу, Мерин, как по мне, помощнее был. И багажник ни к черту. Но уж больно убедительный менеджер мне попалась. Ну ты понимаешь.
Чуть погодя, зарядив двустволку, щелчком сложил ствол в рабочее состояние и поглядел на действующего босса, -   Тишина, Фрэнки. После того, как Гвидо с Розом взяли –никого, - обычно я любил сцены, сейчас, пожалуй, с большим удовольствием пристрелил бы уже эту свинью, чем беседы с ним вел. Однако следующим вопросом обращался все же к Сальваторе, - Может ты что слышал, пока в допросной камере сидел? По каким, говоришь, делам тебя федералы трясли?

+4

7

И хуже всего - эта вот неопределённость; стрелять в кого-то, точно зная, что он - предатель, всегда легче, вот только таких лёгких решений в их деле бывает крайне мало, почти всегда есть определённое количество слепых пятен, вот и Сонни даже сейчас не был до конца уверенным в том, что Розарио информирует власти, даже при учёте того странного разговора в "Парадизе". Может, просто потому, что не хотел в такие вещи верить... Кому в это поверить бывает легко, впрочем? Успокаивает, что было бы гораздо труднее, если бы на месте Роза был кто-то, кто был бы более близким знакомым ему самому - Дэнни, или Майк, что его рекомендовал, или Фрэнк... или Агата. Предателя убить легче, если он не был твоим близким другом. Но всё же стрелять в одного из своих, или стрелять в одного из чужих - это довольно разные вещи.
- Тоже чувствуешь? - мрачно усмехнулся Сонни в ответ. Что ж... пожалуй, это тоже часть их дела - порой ощущать этот гнилостный запах, никуда от этого не деться; кто не хотел - мог бы не нюхать, а уйти вон... нюхать рыбу в Нью-Йоркских доках вместо этого, или говядину к Монтанелли на комбинат, или гуталин вдыхать, начищая кому-нибудь ботинки, можно и в прямом смысле дерьмо чувствовать, в канализации тоже кто-то ежедневно работает на протяжении многих лет. Нет, определённо не тот путь, которым хотел бы пройти Пульсоне. Усмехнувшись, он кивнул Квентину, хлопнув и себя по карману тоже. В этом они похожи были, пожалуй - оба всегда начеку, оба при стволах практически всегда, теперь оба ещё и потеряли своих любимых, получается - хотя каждый это сделал своим способом... Сонни попытался отойти от этого образа однажды - ничего с этим не вышло. Теперь не был уверен, что получится во второй раз; может, это и судьба у него такая, кто знает? Розарио вот не был похожим на них с Барбьери, но к закату дня он, на самом деле, закончит ещё хуже. А они с Квентином - останутся живы. Хотелось бы надеяться.

И в общем-то, всё, что они делали здесь сегодня - это выполняли чужие приказы, что Сонни, что Квентин; они здесь - скорее для обеспечения безопасности, а не потому, что от их мнения что-то зависит. Пульс разрядит ружьё в Розарио, если ему прикажут, конечно; но дважды одного человека не убьёшь - разобраться с предателем своей рукой могут выискаться другие желающие, грязной работы тут не боялся никто; если за Фрэнка Сонни не был точно уверен - он видел, как тот угрожал стволом, видел, как бил кого-то, но не чтобы лишал кого-нибудь жизни, - то с Майком и Даниэлем уже бывал в деле, у них колебаний не будет. Впрочем, не так важно, кто именно сделает, что надо сделать. Куда важнее, чтобы не было хвоста - Майк тут прав, даже прослушивать Розарио могут не на записи, а напрямую. Потому следовало бы убедиться, что не пристроится позади какой-нибудь фургон, подозрительный автомобиль, что других желающих поохотиться на вепря не возникнет - ничего такого, чтобы Роз из прыща на заднице не превратился бы в настоящую гнойную язву. Cделав работу грязно - можно поиметь проблем даже больше, чем от живого. Нельзя убить одного человека дважды.
- Прекрасно добрались. Лишний раз доказывает, что немцы делают лучшие автомобили в мире... - улыбнулся Пульсоне, нежно похлопав любимый "Бумер" по крыше - покрышки и нижняя часть кузова теперь оказались все в грязи, но преодолел автомобиль дорогу досюда без сучка, без задоринки. Впрочем, Сонни, отослав похвалы стране пивоваров и порнографов, имел в виду другое - по его не слишком выразительному кивку, Майк наверняка понял, что именно. - Забирай, если нравится. - кивнул Пульсоне Фрэнку. - Могу и оптикой разжиться, но потом - для меня охота тоже стала неожиданностью, сами понимаете... - развёл Пульс руками, в ответ на вопрос и про сапоги тоже - собираться пришлось тоже несколько в ускоренном темпе, потому уж что достал - то достал, едва сам успел подобрать что-то более-менее похожее на охотничью экипировку. - Зато ты здорово выглядишь, шкип. Чересчур здорово для этого места. - не мог не удержаться от того, что не съязвить немного в ответ Дэнни, надавившему на больную мозоль - даже и на обе сразу... впрочем, что успел заметить Пульсоне по своим ощущениям - так что алкоголь уже не приносил ни прежнего удовольствия, ни даже особого удовлетворения, и как раз из-за таких "дружеских" советов - потому что каждый вокруг тут же лез их давать, разрушая едва успевающую построиться внутреннюю идиллию... и потому хотелось потом попытаться строить её заново. Строить что-то, впрочем, тоже уже надоедало. Не сказать, чтобы Сонни любил любой кропотливый труд...
- Да я сегодня ещё ни в одном глазу, Дэнни. - в отличие от самого капитана, похоже; впрочем, в непочатой фляге у Сонни булькало, и скорее всего, к концу дня он догонит парней; к ночи - быть может, и перегонит, но пока что самый запойный из присутствующих был и самым трезвым одновременно. - Вот, держи. Но я, чур, следующий... - протянул капитану один из двух полуавтоматических дробовиков. Их тут шестеро, а ружей всего четыре; с пистолетами, конечно, охота - не охота... но на худой конец, Квентин тут прав, лучше с пушкой, чем без неё.

+4

8

Чтобы убить время, Майк до прихода остальных охотников приводил в порядок свое ружье. Не полагаясь на Сонни, он захватил из дома французскую двустволку двенадцатого калибра, во многом универсальную и подходящую для самых разных видов боровой дичи. Пока что консильери зарядил ее скоростными спортивными патронами. В начале дороги им, скорее всего, предстоит встретить в основном птиц или мелких зверей и не хотелось бы разрывать их своими выстрелами на кусочки. Потом замучаешься снимать ошметки с сучьев и кустов. Да и дичинка такая разве что на беф-строганов годиться будет. – Я тоже только нашим верю теперь. А вообще все Донато хуев виноват. Извел, блять, столько гангстеров старой закалки – вот и огребаем. - Ринальди отвечал друзьям, одновременно ставя оружие на предохранитель. Затем снял со спины мешок, проверил, есть ли в нем все необходимое - сменный ствольный блок, пули, нож для разделки добычи. Учитывая, что кроме этой сумки на спине, у советника на боку еще и болтался объемистый ягдташ, он более напоминал сейчас туриста-походника, чем щеголеватого "своего парня", хозяина ночного клуба. Но охоту, пусть даже бывшую лишь ловушкой для крысы, Ринальди считал делом немаловажным, к которому следовало готовиться основательно. – Я с этой сукой раза два общался. Ничего серьезно, так, попиздели чуть. А вот что ему другие натрындели... Майку вспомнилось, что спрашивал в основном он – выяснял, как им сиделось с Гвидо в изоляторе, на каких условиях Сальваторе выпустили под залог, можно ли как-то помочь. Сочувствовал этому гондону – а тот теперь наплевал в душу и ему, и всем им. Уже тогда юлил, думал, на чем подловить. – По-хорошему всю их команду проверять и чистить надо. Насчет Квентина – надо понять, заложил он его или нет, Вот по поводу Улитки решение было принято до противности быстро – правая рука капитана не могла не стать его первой жертвой. При этом Лука Бискаотти отличался репутацией трусоватого и вороватого проходимца, последнее время вел себя как-то нервно – этого хватило, чтобы ему вынесли смертный приговор. Конечно, скверный это знак, весьма скверный – когда членов Семьи, вопреки разговорам о защищенности статусом, начинают валить на основании одних подозрений и предположений. Такое возбуждает в рядах страх за свою жизнь, уменьшает веру в боссов – впрочем, солдатам ведь объявят, что стукачество Улитки было установленным фактом. А садиться из-за каких-то сантиментов или нерешительности Ринальди не собирался. Лучше перебдеть, чем недобдеть. – Надо ставить кого-то со стороны. – уже глядя на приближающихся к ним Барбьери, Роза и Санни, успел заметить Майки относительно будущего капитана севера. Затем же пришлось нацеплять улыбку и радушно приветствовать предателя – хотя больше всего хотелось размазать его мозги по ближайшим зарослям терновника.
Когда вдоволь наобнимавшись и нацеловавшись, группка мобстеров двинулась вниз по извилистой присыпанной песком и потрескавшейся сухой почвой тропе, то завязался заурядно-бытовой разговор. Розарио, глядя сквозь темные очки на разбрасывающий в разные стороны прыгучих зайчиков шарик солнца, степенно отвечал Альтиери, поинтересовавшемуся его семейными делами. – Да чувствую, Фрэнк, что с этой херней старым папашей я уже не стану. У Кэролайн, что ни день, то истерика, смотрит на меня так, будто я Усама бин Ладен теперь… Может и правы «славные парни» в Детройте, у которых положено жен из своих брать… У Майка кольнуло где-то внутри – эта сволочь отвечала так спокойно и дружелюбно, будто имелв дело по-прежнему с близими людьми, объединенными общими принципами, а не с теми, кого решилв продать с потрохами. Впрочем, они ведь все прошли хорошую школу лицемерия – и прежде всего, Ринальди, бывший в ней отменным учеником. Сам он, чтобы отвлечься от Сальваторе, принялся подтрунивать над Росси, нацепившим в их экспедицию легкие ботинки. – Нет, ну совсем мужик избаловался! На охоту словно на бал! Фрэнк, сколько бы он у нас в Африке продержался? Спустившись вниз, они оказались в леске. Окружавшие их со всех сторон деревья не отличались оригинальностью – всюду схожие крепкие стволы, мощные корни, кожистые листья. Дубы дольчатые, дубы корнеплодные, дубы виргинские. Прямо-таки глаз замыливался. - Точно, или крыса есть, или трепач просто! – вопреки ожиданиям Майка, когда андербосс поднял тему информатора в Семье, то Сальваторе ее с энтузиазмом поддержал. Впрочем, может она его и заставила нервничать – но из-за чертовых черных линз не поймешь. – Дэнни, Фрэнк… Я вкурил откуда ветер-то дует, И Сантино уже говорил. Меня федералы все трясли из-за истории с Сальви, кто, его, мол, мочканул и как. И намекали, что уже знают почти все из источника какого-то. Здесь надо ниточку искать… В этот момент Ринальди резко остановился, чуть не задев мешком Сонни. Развернулся к спутникам и прошептал, словно в одну секунду севшим голосом. – Заткнитесь, ради Мадонны… Затем кивнул на один из дубов и, едва ступая, приблизился к нему. Затем молча указал на еще совсем свежий птичий помет и сочащиеся смолой длинные царапины на коре, в форме буквы «V». Значит, оставившие дерьмо и следы когтей создания были еще рядом – тем более чаща опять переходила в кустарник. Майкл молча вытащил из своих закромов два манка – на самца и на самку. Сейчас как раз сезон брачных игр, самое оно. Один сунул близстоящему Пульсоне, второй, присев на корточки, поднес к губам сам. – Ки-ки-ки-ки-ки! Сколько итальянцу пришлось дуть, он сам не знал – уже затекли колени и друзьям, поди, надоело ждать вусмерть. Однако внезапно ветви зашевелились и на опушку, возбужденно кулдыкая, высыпала целая стайка диких индеек. Крупные, с жестким буровато-желтым оперением, трясущимися алыми бородавками у клюва и полосатыми хвостами, птицы вертели головами в ожиданиях шедро обещанных им Майком и Сонни сексуальных радостей. – Стреляйте, ебанный в рот! - прошипел консильери, уже стоящий на одном колене и снявший ружье с предохранителя. Вскинув двустволку, он выпалил, целясь в голову ближней индейке. И через минуту, довольно ухмыляясь, уже поднимал добычу с земли. – Килограммов пять! Самец. С некоторым усилием гангстер впихнул будущее жаркое в ягдташ, сорвал пучок травы и вытер ладони от крови. Затем от души приложился в фляжке, вознаграждая себя порцией виски. Подошедший Роз критически поглядел на торчащий из сумки Майка пышный хвост. - У диких вроде мясо жесткое....Ринальди хмуро посмотрел на него – не только стукач поганый, но еще и его успех норовит обхаить. Привык небось ко всяким фуа-гра покупным, потому, сволочь, и раскололся так быстро у ФБРовцев. – Нормальное! Замаринуем с чесноком и специями, да в духовку. Объедение будет. Покосился на Фрэнка, которого признавал куда более опытным кулинаром, знавшим и любившим это дело. – Ну или как ты бы ее приготовил? Тут изменивший Омерте шкипер вдруг озадаченно почесал подбородок, пожевал губами. Поглядел на оставшиеся на земле клочки оперения, пнул один носком сапога. И затем спросил. – Майк, а если кабана добудем – как потащим-то его? В твой кошелек-то не поместится.  Тут советник улыбнулся - лучший способ лжи это когда ты искажаешь правду.  Перейдя вброд большую лужу,  человек чести ответствовал будущему трупу. -  Все под контролем.  От того места недалеко тупичок, отходящий от дороги. Я попросил дядю Тона приехать со своей фермы на фургоне.  Если каким-то чудом добудем  хряка... Что вряд ли  - ведь у них ни карабинов,  ни собак. ...  То тогда заберет тушу.  Если нет - нас подбросит обратно.   Речь шла об Энтони Тольятелло, престарелом и давно ушедшем на покой члене их Семьи.  Закончив свою карьеру еще при Фьерделиси (дедок очень недолго побыл действующим капитаном), тот осел в собственной ферме около Ранчо-Кордова.  Его земли уже много лет сложили клану своеобразным могильником -  пенсионер умел и молчать, и работать лопатой. И Майки в самом деле его вызвонил - но несколько для другого. - Ладно, о чем вы там говорили?  Отвернувшись,  мужчина хитро улыбнулся -  пусть его и правда несколько охватил охотничий азарт, но в немалой степени его реакция на индеек была... не наигранной, но преувеличенной. Он хотел успокоить Роза, убедить, что тут на самом деле все расслаблены.

+4

9

Фрэнк уже тоже подумывал о необходимости "римских бань", в которых вместе с Майком и Дэнни, они побывали посещая в последний раз Нью-Йорк, слишком много завелось у них крыс, и не абы кто начинал петь, а люди занимавшие высокое положение в их иерархии, а значит представлявшие опасность уже и для администрации. Сперва Алессандро, теперь Сальваторе. Благо последнего им удалось вычислить раньше - была от Андреоли польза, как ни крути - чем кто-либо угодил его стараниями за решетку. Тут Росси прав, предъяви их капитан действительно ценную для федералов информацию, они сегодня находились бы в другом месте, составляли компанию Монтанелли, дожидаясь суда. Иначе можно было предположить, что материалов для вынесения обвинения у них попросту не хватало.
- Ставить со стороны - это значит полностью переформировывать команду, - прокомментировал слова Майка, не возражая, а размышляя над сказанным им. С одной стороны учитывая все, что происходило, проблемы с федералами, смена власти, это казалось отнюдь не лишним. С другой, могло возникнуть много проблем, такая "перестройка" у них сейчас была на западе, и главное тут не прогадать с человеком ответственным. Создавая новое, разрушать до основания старое Альтиери не хотел, тут нужен был баланс, чтобы не лишиться тотализаторов, игровых автоматов, того что уже работало и приносило организации стабильный доход. - Нам нужен тот, кто бы одновременно имел репутацию на севере и был человеком, которому мы доверяем. - Как Дэнни мог понять, решения насчет нового капо у них с Майком не было, Фрэнку казалось, что Ал мог бы попытаться взять тему Роза в свои руки - его бойцовский клуб к тотализаторам был близок - однако возраста и как следствие опыта для такого ему было маловато.
Что касалось охоты, ради которой они якобы выбрались, Альтиери как и прочим дела до нее было мало, башка у него была занята другим. И только Майк, кажется, не просто играл роль, а в самом деле собирался вернуться отсюда с добычей, что впрочем не удивительно учитывая его страсть к подобного рода активному отдыху. Казалось, никакие обстоятельства не могут помешать ему взять двустволку и отправиться в лес выслеживать очередного кабана или оленя. Ни терки с Нью-Йорком, когда он свалил в Техас, ни заведшаяся у них в Семье крыса.
- В следующий раз возьмем его в Африку с собой, проверим, - хмыкнув, поддержал друга, когда тот начал подтрунивать над Даниелем. Впрочем, насчет себя сомневался, что еще раз согласится на такое приключение, все-таки Фрэнк предпочитал более спокойный отдых, та же рыбалка на комфортабельной яхте нравилась ему больше, даже когда уловом была обычная форель, а не акулы, бросить вызов которым они с лучшим другом так пока и не нашли время.
- Чего? Кадиллак - охуенная тачка, - услышав как Росси начал гнать на его любимую марку автомобилей, а Сонни поддакивать, нахваливая немецкий автопром, Альтиери промолчать не смог. Кадиллак для гангстера был таким же незыблемым атрибутом, как и Ролекс, символ роскошной жизни, многие даже коллекционировали их, и пускай внешне современные модели были уже не так изысканны, менее люксовыми, как и менее легендарными, они от этого не становились. - В ней душа есть! А ты блять сравниваешь седан с внедорожником. Ремингтон с ядерной боеголовкой сравни. Брал бы Эскалейд как у меня, там в багажник твой Мерин поместится, - и труп прямо в гробу положить можно, - 400 лошадей - самый мощный серийный внедорожник в мире. - Уж что касалось мощности с американскими автомобилями никто посоперничать не мог, у американцев исторически было к двигателям особое отношение - если у тебя не V8, значит ты сраный коммунист. - Ладно, забудь об этом, - махнул на Росси и подтрунил по-дружески напоследок, - что взять с человека, которому баба машину выбирает. - После этого положил Розу руку по плечо, когда тот решил пожаловаться на трудности в семейной жизни, - все наладится, - ободрил его и сжал плечо крепче, - подгонишь ей брюлик, как все закончится, сводишь в дорогой ресторан, скажешь, как сильно ее любишь, и она примет тебя таким, какой ты есть. А с женами "из своих", знаешь, счастье тоже не гарантировано, - глянул на Сантино, чей брак с Агатой - куда уж более "своей" – также, к сожалению, счастливым не получился, - над отношениями работать надо, у меня с Джулс тоже много разного случалось...
На провокацию, которую Альтиери кинул в виде слуха о стукаче, Сальваторе не поддался, даже бровью не повел, начал заливать об убийстве Сальвиатти, играя при этом так правдоподобно, что не знай, правды, Фрэнк бы наверняка и не заподозрил его. Как уже говорилось, охотничье ружье в его руках было скорее реквизитом, не обращая внимание на дичь, Альтиери был сосредоточен на Розарио, ему хотелось, чтобы Майки не индюшку пристрелил, а эту гниду, нагло врущую им в лицо. Впрочем, лишать лучшего друга вожделенной добычи не стал и притаился вместе с остальными в траве, индюшка не лишней будет сегодня за ужином, даст бог повод собраться за ним всем вместе (за исключением Розарио) у них будет.
- Я бы с белым вином и розмарином замариновал, мясо будет мягкое, от свиной вырезки не отличите, меня отец научил, земля ему пухом. - Перекрестившись, Фрэнк поправил висевшее на плече ружье и достал сигаретку. - Да, так о чем мы? - Прищурившись от бьющих в глаза солнечных лучей, посмотрел на Сальваторе. - А ты, стало быть, федералов нахуй послал? До нас другие слухи доходили... - Альтиери надеялся, что хотя бы сейчас Розарио поймет, к чему он клонит. Медленно закипая, андербосс в любой момент готов был выплеснуть злость, накопившуюся в нем за последние часы, покуда он ждал расправы. - Да, парни? - обратился к остальным.

+3

10

С того момента, как Сантино с Квентином доставили посылку, нервничал я заметно меньше. Вероятно, причиной тому была и опустевшая фляга, хотя сам я всегда сомневался в успокоительных действиях алкоголя, от предложенного Майком виски отказываться не стал. Пить мне не больно-то хотелось, а вот занять руки и рот не помешало бы. Я никогда не отличался особенным терпением, в данной ситуации и самому себе не мог гарантировать сколько еще выдержу всех этих лицемерных выступлений, прежде чем размажу дробью башку этой паскуде. Хотя и Майкл, и Франческо, наверняка, переживали тоже самое, играли они на порядок убедительнее. И сам продавец роз поверил в их миролюбивые настроения, с воодушевлением делился с андербоссом семейными неурядицами и даже когда Альтиери поднял вопрос о стукаче не дернулся. Не сказать, чтобы я ожидал от Розарио чего-то другого, напротив, всегда считал того скользким типом, когда-то и в самом наилучшем смысле этого слова. Пиздеть тот умел сказочно, как и выкручиваться из передряг. То, что его загребли, я считал, не более, чем большой неудачей, а уж никак не закономерным событием. Поэтому-то так удивился, когда Майки сообщил, что Сальваторе запел, впрочем, не на минуту не усомнился в достоверности информации. И сейчас не сомневался, хотя стукачек довольно правдоподобно изображал святую невинность.
С отвращением сплюнув, отвернулся в сторону и зашагал следом за консильери, подкованным в походах, по извилистой тропке к подножию холма. Куда конкретно мы направлялись я понятия не имел, впрочем, и не спрашивал. Обтирая засохшую на ботинках глину о выжженную на солнце примятую траву, весело отвечал на подколы товарищей, - Эээ нет, ну уж нахуй вашу Африку. Нравится вам в говнище лазить – на здоровье, блять, но как-нибудь без меня.  Что правда, какое такое удовольствием находил Ринальди в охоте я  никогда не понимал. Я не то что бы лично стрелять себе ужин не собирался, но и готовил то не всегда. Кроме того, что не видел в этом никакого смысла (двадцать первый век на дворе, как никак), так еще и всегда считал, что в людей палить уж всяко поприятнее, чем в белочек.  Что удивительно, стрелять в хороших людей мне пока не приходилось.
- Началось, - уже на месте поравнялся с Сонни и с усмешкой поглядел на него, когда Фрэнк вызвался отстаивать честь Кадиллака. В самом деле, затевать разговоры о тачках рядом с ним не стоило, хотя такие споры постоянно вспыхивали среди парней чести, дискутировать с родственником я давно зарекся, - Ты это уже говорил.  Кадиллак отличная машина, удобная в управлении, но жутко неповоротливая. Мерседес гораздо устойчивее на дороге, жрет меньше бензина. Понимаешь о чем я? –  обратился к Пульсу, вовсе не безосновательно нахвалившему немецкий автопром,  - А твой Эскалейд – проще на метро ездить блять чем припарковаться. 400 лошадок в городе больно-то не повыжимаешь, - на последнее высказывание Фрэнка ничего ответить не успел: увлеченный беседой не сразу заметил, что Майкл решился не упускать возможности завалить парочку индеек. На его призыв стрелять отреагировал с опозданием – в этот момент как раз подкуривал сигарету, лениво привалившись к одному из многочисленных дубов. Понаблюдал со стороны за тем, как друзья обсуждают приготовление свежеподстреленной птицы и только когда речь снова зашла о деле, подошел ближе. Напряженно сжимая в руках автоматизированную винтовку,  обошел предателя со спины и встал напротив. На этот раз выкруживать вокруг да около Альтиери не стал, почти в лоб объяснился с Розарио о наших намерениях. Под пристальными взглядами пяти пар глаз бывших шкипер стушевался, какое-то время, однако продолжал молча таращиться на всех присутствующих по очереди сквозь черные линзы очков.
- Ты что блять за идиотов нас держишь? – Наконец, сорвался вперед, первым нарушив тишину. Держался, я считал, и так довольно долго, дольше чем Розарио того заслуживал. Пожалуй, единственное чего тот действительно заслуживал, так это быть скормленным свиньям, жалкий кусок дерьма! 
- Как много ты им уже слил? 

Отредактировано Daniel Rossi (2016-03-21 13:44:09)

+3

11

Убирать кого-то или не убирать, назначение парням их доли и закрепление за определёнными точками и другими парнями, и прочие кадровые перестановки - это всегда моральный выбор, и на самом деле, выбор довольно тяжёлый, руководить ни черта не так просто как кажется, и не каждому дано - вот что Сонни понял однажды... когда связался со стрелковым клубом, став и сам в каком-то смысле руководителем; сейчас от него, - можно сказать, что напрямую - зависело человек пять, ещё чуть больше от его решений могли бы зависеть косвенно, и не то, чтобы это было слишком уж тяжко, конечно - но вес этот ощущался. На плечах Дэнни - вес ещё больший, в несколько раз больший, таких, как Сонни, у него ещё несколько человек; а как действующий босс, Фрэнк сейчас тащит воз ещё более тяжёлый. Руководство отвечает не просто за жизни, а за свои решения, это попросту дано не каждому... выполнить приказ, лишить человека жизни, на самом деле, проще. Для Пульса - проще. Вероятно, и для большинства людей Земли выполнять приказы было бы проще, если бы они смогли преодолеть собственные глупость с жадностью, стремление до власти и прочие пороки, и странами управляли бы те, кто действительно способен и умеет это делать... но это всё уже утопия. В жизни каждый решает сам за себя, что он способен сделать, а что - нет; в итоге, если ты спокойно спишь по ночам - скорее всего, ты всё делаешь правильно. Сонни работал как киллер, неоднократно, и мёртвые во снах ему не являлись; он старался не думать, что привело их к смерти, он чаще всего не решал, кого надо убить и почему, и возможно, поэтому мигренью мучился только с похмелья. А вот если бы ему пришлось решать, кому жить, а кому умереть - вероятно, он бы себя так хорошо не чувствовал...
- Вот это правда. Души у немцев нету. - умехнулся Пульсоне, ввернув свой комментарий. Не имея в виду даже автопром; впрочем, и автомобили из Германии, как и вся остальная техника и прочая хренотень, так хороша качеством сборки, потому что это страна не людей, как Сонни казалось, а роботов. И что касается их знаменитой порнухи тоже - да, длинноногие блондинки с идеальными телами, всё сверкает, всё блестит, но даже блестит по-немецки, с определённой какой-то строгостью, которую ты можешь поначалу не замечать - но потом именно это будет первым, что начнёт приедаться; и так со всем, что приходит из Германии... неудивительно, в общем, что от них и пришли те нехорошие вещи, из-за которых случилась Вторая Мировая. Склад ума у них определённый. Пресный.
- Не знал, что ты в этом так понимаешь...
- тихо произнёс Сонни, повертев манок в ладони; держал он такой впервые в жизни, даром даже, что не так давно познакомился с охотниками, да и на настоящей охоте, вообще-то, тоже был впервые - если эту охоту считать настоящей, конечно. А то приключение на Аляске - не считать... Впрочем, от того, что вся морда скоро раскраснелась от той натуги, с которой пришлось дуть в этот утиный свисток, Пульсоне особого удовольствия не испытал, от пальбы по дичи было и действительно куда больше адреналина - ему, впрочем, больше нравилось наблюдать за работой оружия, чем за тем, как гибнут сбитые с толку птицы. - Пять кило, да килограмма три из них - свинца... - хмыкнул, поднимая одну из тушек, обхватив её за шею, и придирчиво оглядывая. "Стреляйте, ёбанный в рот" - сгоряча птиц нехило так нашпиговали даже и с мелкого калибра, хотя и не то, чтобы это сильно кого-то расстроило, пожалуй; всяко, пришли они сюда не за добычей. Зато некое представление о том, что будет с телом Розарио, зрелище давало. Ну а мясо, как его не приготовь, будет иметь сегодня особый вкус - ужин сегодня выйдет поминальным... Интересно, главного кабана сегодняшнего вечера как планируется - тут оставить, прикопать в лесу, или тоже на кладбище к дяде Тону отволочь?.. Честно сказать, предпочёл бы Сонни настоящего кабана на ферме зажарить, чем тащить восемьдесят килограммов непригодного в пищу мяса, но - пожалуй, его и впрямь именно аспект интересовал больше всех элементов этой "охоты". Видимо, скоро всё выяснится...
Услышав злобные нотки в голосе босса и своего капитана, Сонни сам тут же нахмурился, потянувшись рукой к пистолету - только мелькнула досадная мысль о том, что если бы Розарио они хотели оставить здесь, надо было бы, пожалуй, завести его подальше в лес, чтобы не нашли - или звери его сожрали бы раньше, чем нашёл кто-нибудь. Впрочем, если его похоронят с определёнными гангстерскими почестями, тогда его тащить недалеко придётся, но даже таких дел предатель, пожалуй, что не заслуживал - даже лежать в той же земле, как те мотониггеры, обстрелявшие автомойку, для него было бы слишком большой честью. Правильнее было бы запихнуть ему крысу в пасть, башкой вперёд... только вот не запаслись крысой. Слышал ещё, на Сицилии предателей принято расстреливать из лупары; лупара - не лупара, может, но двустволки у них есть, какую-то часть красивых старых традиций они сохранят. Впрочем, это Сонни, кажется, из видеоигры Аарона видел, так что за достоверность особенно не ручался... Пульс вытащил пистолет, направив на Роза; вздумает дёрнуться - получит пулю. Это менее рискованно, чем размахивать дробовиком, когда дробью может задеть всех.

+4

12

Чем дальше в лес – тем наглее крысы. Шагая вперед и ощущая, как разом отяжелевший ягдташ с дичью оттягивает ему плечо, Майкл не мог не дивиться дерзости Роза, который вел себя как ни в чем не бывало. Сам Ринальди особо в тему предателей в Семье углубляться не стал, предоставив провоцирование Сальваторе своим друзьям. Он лишь время от времени бросал на капо севера испытующие взгляды и следил за выражением его лица – которое однако оставалось вполне спокойным. Не попутали ли что-то Ливия и Сонни? Все-таки у первой опыта в таких делах немного, а второй недавно поругался с Розарио, так что может быть предубежден.
Чтобы убить время и сохранить атмосферу непринужденности, консильери поддержал разговор о машинах, который вели Сантино, Дэнни и примкнувший к ним Фрэнк. – Нет, "кэдди" это чертова классика, кто спорит. Но надежность у "мерсов" здоровская. Когда я на СLS шарашил, то горя себе не знал,. А "рэйнджик" новый уже за это время два раза в сервис гонял… Облака, тем временем, все сильнее затягивали небо. Сероватые, бурые, вязкие как набухшие дрожжи, они немного потужились и потом начали изрыгать мелкие струйки воды. Чувствуя как они стекают по краям шляпы, Майкл обрадовался что надел головной убор. Еще раз сверился с часами, затем прикинул их примерное расположение на карте - и понял, что до необходимой точки им придется пройти еще энное расстояние. Главное чтобы его коллеги или Роз не сорвались раньше времени – не хотелось бы потом долго и муторно переть труп до дяди Тона или же закапывать на месте, отказываясь от изначального плана. Тем временем, группка охотников зашла в весьма малоприятного вида чащу. Деревья были частью иссушены и лишены листьев, а частью измучены какими-то болезнями, с покрытой зеленоватой коростой и слоями грибка корой. С когтеобразными ветками и неестественно выступающими из-под земли мощными корнями, они напоминали частью скелетов, а частью прокаженных. Единственными растениями, которые здесь себя ощущали вольготно и здорово, были сорные кусты, в обилии разросшиеся повсюду. Майкл глянул на остальную компанию, указал рукой на неприглядный пейзаж. – Знаете вообще, что это за место? Дьяволов Хер называется. В разговорах с женщинами и ребятишками, любители рассказывать страшные истории обычно использовали альтернативный термин "Дьяволов Рог" - но с братанами-гангстерами можно было не стесняться. Именовали перелесок так потому что он имел продолговатую форму и треугольный конец, уходивший в глубокие болота. Впрочем, итальянцам предстояло пройти лишь по самому краю его и недолго. – Тут лет семьдесят назад лесник один в сторожке жил, с семьей. А потом рехнулся и топором всю семью свою зарубил, жену и двух детей маленьких. После руку себе оттяпал и забросил на крышу, прямо на пороге кровью истек и сдох. До сих пор никто не знает, почему… Майки припомнил, что хижина эта до сих находится где-то в глубине Дьяволова Хера. Когда они с Фрэнком учились в школе, один паренек из параллельного класса, Бен Грин, как-то съездил в эти края с отцом, поохотиться на оленей, а потом приволок с собой проржавелый осколок топора. И уверял всех, что якобы забрался в гиблое место и достал часть орудия убийства. Долгое время многие дурачки были под впечатлением – пока сестра Бена случайно не проболталась, что тот всех надул, добыв негодный инструмент на ферме у своего дедушки. – С тех пор всякое про места эти поговаривают. Вот я как-то с одним кентом базарил, финансовым аналитиком из Ривер Сити Банка. Говорит, снимал охотничий домик с женой неподалеку и ушел на пару дней, хотел пуму подстрелить. Возвращается – у той глаза круглые. Вроде как шесть часов назад он пришел уже, со стороны Дьяволова Хера и весь болотом вонял. Потрахался этот двойник с ней и исчез...
Рассказывая, Ринальди откидывал ногами в сторону обильно попадавшиеся на пути хилые стволы, земляные катыши и копны свалявшейся и завядшей травы. Вскоре уже забрезжил свет – они вышли на очередную опушку и покинули мрачную местность. – И через 9 месяцев у них потом родилась девочка мертвая, с одиннадцатью пальцами и в чешуе вся. Не знаю, на гон похоже конечно, чувак пьяный был да и супруга его, говорит, к мозгоправу ходит… Розарио поглядел на Майка с непонятным выражением лица – явно история его зацепила. Он поскреб гладко выбритую щеку и протянул, поведя носом . – Но это ж пиздеж, да? Майки, ты ведь не веришь в эту хрень? Ринальди ничего не ответил – лишь хохотнул, но непроизвольно коснулся скрывающегося под его одеждой распятия.
За беседой они постепенно добрались до очередной дубравы, cостоящей, слава Богу, из вполне себе приятных на вид западных белых сосен, надежно скрывающих мобстеров от чьего-либо обозрения – если это вообще было бы нужно в этих почти безлюдных местах. И время болтовни о мистики прошло – настала пора перейти к делу. И Альтиери так и поступил, открыто сказав, что имеет сведения о том, что Сальваторе пошел на сотрудничество с федералами. Когда эти слова были произнесены, то Продавец Розами резко остановился. Его лицо на момент закаменело и пробрело какой-то иссиня бледный оттенок. Затем под кожей заиграли желваки и шкипер закричал, с ненатуральным возмущением. – Да ты, Фрэнк, попутал что-то? На что, бля, намекаешь? Затем огрызнулся Дэнни. - Только из твоей башки мочу слил, чтобы там мозги выросли. Тут Майки, до того вроде бы весь такой расслабленный и веселый, вдруг щелкнул предохранителем и поднял ружье, наводя его два ствола прямо на гладкий лоб Роза. Чтобы тот не вздумал учинить какую-то глупость, вроде бегства или попыток схватиться за свое оружие. - Роз, братуха, тебя не затруднит снять верхнюю одежду? Всю. – преувеличенно мягко сказал Майк, а затем ухмыльнулся. Конечно, уверенности в том, что тот именно сегодня нацепил на себя микрофон не было, тогда все затрудняло – но проверить следовало. – Как говорят шлюхи, одевая клиенту гондон – ради вашей и нашей безопасности.

+4

13

Поговорить о тачках Фрэнк любил, все его детство прошло вокруг них, его отец работал в автомастерской, и Альтиери часто там ошивался, потом когда вырос, стал заниматься грузоперевозками. Что касалось Кадиллаков, они всегда ассоциировались у него с крутыми парнями. Большие, да. Но в этом и был главный понт, в такой машине ты на дороге король. Проходили года, десятилетия, и ничерта не менялось. Это был американский Роллс-Ройс. Будучи пацаном, Фрэнк брал его у Джо, и это было охренеть как круто, они старались подражать своим отцам-бандитам, Фрэнк - дяде, опускали стекло водительской двери, левая рука свисала из окна, на мизинце сверкало кольцо, и подружка сидела рядом на коленях. Он блять девственность потерял на кожаном диване дядиного Кэдди, хотя бы за это эта тачка заслуживала особое отношение.
- Вот-вот, тебе на метро только и ездить, нихера не разбираешься в автомобилях, - усмехнулся, продолжая задирать Росси, решившего в качестве аргумента привести разницу в расходе бензина. О сохранении запасов нефти его родственник сейчас думал или о чем-то другом, Фрэнк так и не понял, сам он давно считал нормой возить с собой в багажнике две-три канистры бенза про запас. - В этом вся суть, блять, Кадилак всегда был огромным, это тачка для крутых мужиков. "Мерс" я своей жене подогнал. - За рулем Кадиллака женщину представить было трудно, а вот за рулем Мерседеса - проще простого. Для них это просто средство передвижения, как еще одни туфли, возможность похвастаться перед подругами какая у них дорогая и красивая машина. О таком понятии, как "душа автомобиля" они и не задумывались. Даже Сонни в конце концов согласился с этим, хотя и прикатил на самом что ни на есть немце. - А вообще знаете, что я вам обо всем этом скажу? - Сворачивая споры, решил подвести черту. - Глобализация. - Остановился и взглядом обвел своих спутников, надеясь, что те понимали значение этого слова, в последнее время его часто употребляли в новостях. - Так что забудьте нахрен о качестве и национальности, наш Линкольн давно куплен немцами, а половина английских заводов принадлежит Форду. - В том числе пресловутый "Ренджик", который впрочем, могли уже и китайцам загнать.
А погода тем временем портилась, начинал накрапывать дождь. Застегнув молнию курки до самой шеи, Альтиери выругался и про себя подумал, что с охотой лучше не затягивать, пока они к херам не промерзли и не простудились тут. Вот только место надо было поглуше выбрать, и Майки вел их, попутно рассказывая старые страшилки, которыми их пугали в детстве. Сейчас на андербосса впечатления они производили мало, он лично был знаком с человеком, замочившим свою жену, общался с ним чуть ли не каждый день, приглашал к себе в гости, считал своим другом. Фрэнк был уверен, что жинку свою их "пока еще босс" тоже на куски порубил, а потом прикопал в леску типа этого или даже прямо в этом, а может в Сучьей Щели припрятал, пещерке, что была сразу за Дьяволовым Хером и также имела скверную репутацию. Вообще они все были тут не лучше того лесника, уж точно не безобиднее, каждый имея на своем счету не одну и даже не две жизни.
- Так что мужики, домик охотничий мы тут снимать не будем, чтобы не выебали, - шмыгнул носом следом за Розарио, оказавшимся на удивление впечатлительным. Впрочем, положа руку на сердце, Фрэнку и самому находиться здесь было как-то не по себе. Зашли они достаточно далеко, и гангстер не хотел повстречаться тут с каким-нибудь гризли ненароком. Какой уж к черту лесник.
Когда Роз разразился праведным гневом, якобы оскорбленный приставленными пушками и выдвинутыми в его адрес обвинениями, Альтиери резко оборвал его:
- Пасть закрой, - выставив указательный палец, приказал капитану. - У нас информация, что кто-то из наших ссучился, и этот кто-то - ты, Роз. Раздевайся, блять, все свои. - Фрэнк наблюдал за тем, как их капо менялся в лице, если микрофон был при нем, то раздеваться ему смысла не было, Розарио и сам это понимал, поэтому сбросив с себя куртку (а снимал он ее очень неторопливо), остановился. Помялся еще немного, оглядываясь на дышащие ему в спину стволы, и обреченно начал колоться:
- Они меня заставили, у меня не было выбора, - торопливо стал оправдываться, боясь что его застрелят раньше чем он успеет все объяснить, - я им слал пустышки, я и не думал вас закладывать, думал потянуть время, пока не придумаю, что сказать Кэролайн, я не мог оставить ее и малышку. Клянусь, я ничего не рассказал федералам о вас... - Сальваторе изо всех сил старался держаться, чтобы не терять достоинства, но страх в его глазах был хорошо заметен. Он осознавал, что бежать ему некуда, по их законам его должны убить. - Твою ж мать... Вы позаботитесь о моих девочках? Майки, бабло которое ты мне должен, отдай им.

+4

14

Чем дальше в чащу заводил нас Майкл, тем непригляднее становилась местность. Вековые дубы и стройные сосенки сменялись  пожухлыми кустарниками и хиреющими деревцами, пробирающиеся сквозь зыбучую почву, похожие на огромных змей, корни то и дело мешались под ногами – приходилось внимательнее глядеть по сторонам, чтобы не споткнуться или, чего доброго, не увязнуть в промозглой земле. По этой причине и прекратились споры о машинах – мы и место выбрали неподходящее, и компанию. Хотя Розарио и не вмешивался, - тот на своем Бумере сколько я его помнил ездил, - одно его присутствие  накаляло обстановку  и не позволяло расслабиться. Беседой я от того и не увлекся, что постоянно поглядывал в сторону шагающего впереди капитана (как бы он чего не учудил) – тот, время от времени спотыкаясь о корни, поминал крепким словцом ублюдков-федералов, по вине которых уважаемым людям, видите ли, приходилось обсуждать дела в подобных условиях. Продавец Роз по-прежнему изображал из себя святую невинность, причем так откровенно, как будто и в самом деле не сплетничал с этими самыми ублюдками за нашими спинами. Вот же гавнюк двуличный. Остановив поток пылких мыслей, скорее на автомате стянул с плеча винтовку.
В целом, не удивительно, что я  так рвался поскорее покончить с этим дерьмом (и охотой, и Сальваторе в частности). Забрались мы и так, я считал, глуше некуда. Однако Ринальди все продолжал путь, одновременно травил старые байки о Дьяволовом Хере, - так называлась эта дыра. Рассказы консильери и обычно то всерьез не воспринимал, -  заливать тот, конечно, мастер был, но лично мне во всю эту чепуху (вспомнить хотя бы какие истории про своего дядюшку тот на дне рождении Касты травил) верилось с трудом, - сегодня так особенно было не к  настроению. Или как раз наоборот?
Страшилка была в нашей местности известная – только ленивый рассказчик не пугал детишек сбрендившим мясником-лесорубом, - я  и сам ее несколько раз слышал. Может и от того же Майка, а может и от отца. Перебрав брэнди, мой старик, бывало, по несколько  часов к ряду травил мне всякие небылицы, но как-то талантливо, по-особенному. У него вообще мало что получалось так же хорошо, как чесать языком. Но я и в детстве этим россказням не больно-то верил, повзрослев и в реальности повидал достаточно зверств (да и сам их творил) - если еще и во все это сверхъестественное дерьмо верить, так и спятить не далеко.
- Да херня это все, - махнул рукой в ответ несколько струхнувшему Розу. Вот уж не ожидал, что бывалый шкипер, справедливости ради, и сам не раз отправляющий людей на тот свет, окажется таким восприимчивым.  Тут уж в пору и позавидовать убедительности советника, - Хотя я, вообще-то, тоже про эти места слышал, еще когда пацаном был. Только что, мол, лесник этот свою жену зарубил, потому что она то ли с его братом трахалась, то ли с дядей - и детишек от него же понарожала. И что тело его так и не нашли – целую неделю искали, но хер там. Вот он теперь и ходит, неверных телок ебет, типо в отместку за предательство,  - затем, исподлобья поглядев на Роза, усмехнулся, - Говорю же – пиздешь это. Впрочем, и сам поежился, не столько от холода, оглядывая зловещий пейзаж. Какая-то часть меня, все же, была рада, что перед смертью информатор болотной гнили понюхает, а не цветочных лугов. По таким мразям и молитвы-то читать грех.
Тем временем Розарио уже и сам догадался, что привели его вовсе не на охоту. Первоначально даже пытался выкрутиться, изображая из себя несправедливо оболганного. Под дулом пистолета (и сразу двух двустволок), правда, особенно не повозмущаешься. Сонни сработал быстро и четко, чем заслужил одобрительный кивок, но и все – все свое внимание переключал на ссучившегося шкипера, видимо не до конца понимающего безысходность своего положения, раз продолжал дерзить и отнекиваться, - Ты бля подерзи мне еще, стукач ебанный,  - Подавшись вперед, наставил дуло дробовика предателю ровно меж лопаток, чтобы не дергался. Пытаясь сохранить самообладание, напомнил себе, что Сальваторе и так уже покойник. Я только надеялся, что Пульс с Квентином дали Розарио достаточно времени, чтобы тот успел прилепить к телу микрофон, - Хорош жопу морщить, тебе сказали – раздевайся блять, -  Сплюнув себе под ноги, спустил щелчок предохранителя и плотнее прижал двустволку к спине Роза, подгоняя.
Колоться капитан начал довольно быстро – значит, микрофон и сейчас был на нем. В противном случае потянул бы с чистосердечным признанием. Теперь-то ни у кого не осталось сомнений, что Сальваторе запел. От прежнего спокойствия Продавца Роз не осталось и следа, выглядел он напуганным и разочарованным. Неужто полагал, что мы ни о чем не догадаемся? Оправданий его и вовсе не слушал – так все канарейки поют, когда их к стенке прижимают, - Что же ты, паскуда, о них не думал, когда федералам отсасывал? – Про себя, впрочем, подумал - Кэролайн с малышкой не виноваты, что их муж и отец  оказался большой свиньей. 
- Проверь-ка его гаджеты, Пульс. , - Сам капитан покой-то хер тянул время и обнажаться не спешил. А погода то не располагала ни для бесед, ни для походов: небо затянули серые тучи, начался дождь; противная морось стекала по лицу, проникала за шиворот матерой кожанки. Кроме того, у меня начинали замерзать ноги – не хватало еще с гриппом свалиться по вине стукачка. Утерев со лба дождевые капли, кивнул Сантино, - Послушаем, что он там насобирал.

+3

15

Всё-таки любят в их деле потрепаться. Сонни оставил службу в морской пехоте уже столько лет назад, что и вспоминать неприлично, пожалуй, но всё ещё не мог иногда не сравнивать про себя солдат армии и солдат мафии, и понимал, что если бы они врага или дезертира на расстрел вели, едва ли так сильно воздух бы сотрясали; солдатам на войне, впрочем, уголовное дело за убийство какой-либо степени тяжести не грозит, в отличие от них, сюда съехавшихся, но всё же - сейчас разговоры эти вызывали какое-то дерьмовое ощущение: потому что казались они чем-то неискренним, нытьём каким-то, и, будучи по сути своей, попыткой просто время потянуть, вызывали некий внутренний конфликт. Говоря и про машины, и страшилки друг другу рассказывая, по сути своей, они делали одно и то же дело - вели предателя мочить, оттого было как-то неуютно... если бы этого предателя они вели молча, под конвоем, и сам он точно знал о том, что его ждёт, услышав свой приговор - было бы, может, и поуютнее. Ненамного легче, но - хотя бы, звуки разговоров не были бы такими раздражающими. Потихоньку начал накрапывать и дождь, делая атмосферу ещё более мрачной и гадостной... нет, на самом деле - убивать людей проще без разговоров; например, ты проходишь мимо, прямо по людной улице, вытаскиваешь из кармана ствол, всаживаешь несколько пуль в него, скрываешься - ни "здрасти", ни "до свидания", ты напряжён - но тем, чтобы тебя не поймали или самого не застрелили, а не тем, чтобы ни сказать что-нибудь лишнего, ты - как боец на той же самой войне, а не как актёр погорелого театра. Воспринимать такие вещи, пожалуй, надо проще, всё это в их деле всё-таки сами собой разумеющийся элемент, но - удаётся всё же не всегда. Что поделать, каждый подвержен своим слабостям, и давление выдерживает по-своему... и убить кого-то - всегда легче в гневе; сейчас стало видно, как ребята, сами себя подогревавшие разговорами о том, о сём, начинали выходить из себя уже открыто - и собственную же злость подогревая. Сонни, вдруг припомнивший их последний с Розом разговор, перед облавой в Парадизе, исключением не был... А нытьё теперь послышалось уже от Роза, и уже - в буквальном смысле этого слова. Неужели это каждый раз происходит так? Нет, определённо - Пульс, он киллер; он спустит курок, не задумываясь, когда скажут (или только чтобы соплей этих не видеть), но долго, нудно, выводить кого-то на чистую воду, сомневаться, искать подтверждение чего-то - абсолютно не его. Он - человек действия, а не мышления и не разговоров. И пистолет в его руке сидит твёрдо, фальши тут нет. Оружие - оно никогда не врёт.
- А в "Парадизе" из меня про Лос-Анджелес просто так вытягивал, да? - проговорил Сонни сквозь зубы, шагнув ближе и ткнув дуло пистолета в череп Розарио, под углом вниз, чтобы пуля, если бы ей пришлось через него пройти, ушла бы в землю, а вошла бы в тело кого-то из стоявших вокруг парней, и сам встал чуть сбоку, чтобы Роз его не сшиб с ног, если бы Дэнни всё-таки выстрелил ему в спину, или дробью бы не посекло. Чёрт, а так хотелось надеяться, что трогать предателя руками не придётся; ладно, хоть от гейских игр в раздевание они всё-таки воздержались, остановившись на куртке, и избавившись от необходимости созерцания его голой плоти. В конечном итоге, Сальваторе всё-таки принял свою судьбу, как мужчина, вспомнив о своих жене и дочери. Майк ему денег должен?.. Пульс про это не знал... И не то, чтобы Сонни дела Майка так волновали, но, похоже, что ссучившийся кусок говна решил стукнуть даже напоследок. В одночасье став доносчиком, остался им до конца... рванув рубашку на его груди, что две пуговицы отлетели, скрывшись где-то в становящейся мокрой земле, Пульсоне почувствовал под пальцами что-то твёрдое, не телесного происхождения - затем уже, отодвинув ворот рубашки, обнаружил звукозаписывающее устройство; и отклонился в сторону на полшага, кивнув Майклу, Фрэнку и Квентину - полюбуйтесь, мол. Затем дёрнул диктофон на себя, срывая скотч вместе с редкими волосами на груди Роза.
- Подбрился, блять, вы посмотрите на него...
- проворчал, мельком оглядев получившийся след. Задумавшись почему-то о том, что если бы он захотел надеть такой - стало бы сразу заметно, у него на теле растительность довольно густая... Забавно, что федералы до сих пор не могут каких-то более надёжных микрофонов придумать - чего только не придумают, переносные лаборатории, ультрафиолет, переносные лаборатории, детекторы шума, даже говорят детекторы запахов, а как закрепить сраный микрофон на теле так, чтоб это не выглядело так дёшево и по-пидорски, придумать не могут уже сколько лет. Впрочем, это только подтверждает теорию о том, что в каждом федеральном агенте, хотя бы в глубине его души, живёт педераст. - Как эта хренотень работает?.. Чёрт, да он, по-моему, и сейчас нас записывал!.. - это последнее, что успела вместить в себя память диктофона перед тем, как Пульсоне нажал на кнопку "стоп", начав разыскивать, где лежат остальные файлы, помеченные датами и временем. Один из них - как раз относился к тому самому дню, когда они сидели в "Парадизе", но были и другие... пробежавшись по списку глазами, Сонни выбрал один наугад.

+3

16

Вместо криков возмущения изо рта Розарио Сальваторе теперь изливались оправдания – и, продолжая держать его на мушке, Майк размышлял о превратностях жизни. Еще совсем недавно в их глазах Продавец Розами был уважаемой и авторитетной личностью, "нашим другом", шкипером, "человеком чести", верхним звеном пищевой цепочки. Теперь же он во мгновение стал хуже прокаженного или дешевой шлюхи, продающей свои интимные места за укол героина. Таким образом даже фуа-гра или лучший кусок стейка в итоге превращается в говно.
- Я их наебал, понимаете? Мне надо вытянуть свои деньги с улиц и свалить! Я бы вас никогда не выдал! – разорялся стукач, затравленно озираясь. Его взгляд тщетно искал признаков поддержки или хотя бы доверия в глазах былых приятелей. При этом капо севера очень неторопливо расстегивал куртку – словно хотел пожить пару лишних секунд, оттянуть неминуемый конец. Жадно, как драгоценнейшее шампанское, глотал лесной воздух, будто наслаждаясь им напоследок. – Сонни, я для виду тебя расспрашивал, для виду! И ничего не передал им еще, мамой клянусь! Все эти россказни звучали жалко, вызывали у консильери лишь презрение. Впрочем, когда Розарио начал понимать, что его хныкание не впечатляет поймавших его в западню экс-коллег, в его поведение промелькнуло нечто прежнее. Он ведь (по крайней мере, когда-то) не был трусом – и теперь даже сделал попытку уйти с достоинством, оговорив условия своей смерти. Но только вот, по мнению Майка, такого права у него совершенно не было – оно могло быть у того же Сальвиатти или его сынка, но не у певчей птицы. Крыса должна умирать по-крысиному – попискивая от ужаса, размахивая в конвульсиях голым хвостом, с переломанным пружиной мышеловки позвоночником или запекшимся на зубах отравленным сыром.
- Думаю, о своих девочках ты уже и сам позаботился. Много за этот месяц бабла-то вытащил, из котла Семьи? – сухо отозвался Майкл на последнюю ремарку Роза, никак не комментируя замечание насчет долга. У Ринальди внутри все словно запеклось и обуглилось от ненависти. Ему сейчас было все противно в завербованном федералами "славном парне" – от его голоса до украшавшего мизинец гангстерского кольца. Последнее вообще приводило советника в ярость – как он, шавка ФБРовская, cмел осквернить их символику, их атрибуты? Однако показывать ее в полной мере пока было нельзя, это в его планы не входило. Нельзя пить этот молочный коктейль, не украсив его предварительно вишенкой. А лицемерить ему не сложно – улыбался и пожимал же он когда-то руку и Донато? - Хватит нам гнать уже тут! Говори - что ты им рассказал уже? Спросил это Майки, не рассчитывая на честный ответ, разумеется. Cальваторе, естественно, решил убедить их, что ничего не слил. Снова быстро затараторил, явно опасаясь, что его речь прервут пулей. – Да ничего по сути! Ребят, сами подумаете, как я их развел! Сказал, соберу все про организацию, с откровениями – если меня сейчас отпустят с диктофоном! Так что толком только себя подвел под монастырь – по игорным делам своим же сказал кое-что… В это хотелось бы верить – но верилось с трудом. Поморщившись от нахлынувшего раздражения и дурных предчувствий, итальянец деловито уточнил. – По Рексу и своим людям говорил? Недотруп, лишь по недоразумению или странной игре природы, все еще продолживший ходить и болтать, тут же ответствовал. – Нет. По себе лично только… По сайтам. По игорным делам с Хитчи – он меня им и заложил… Майклу опять подумалось, что брехня это наверное – и одновременно, что правильно они решили устранить Улитку. Тот вместе со своим начальником ведь курировал всю эту тему с плавучим рестораном того проходимца, которого, им на горе, Продавец Роз принял под свое крыло. И тогда Майк решил использовать шоковое состояние Сальваторе– подобно тому, как рыбак накидывает сеть на уже плохо соображающую, бьющуюся в сети рыбину. – Хочешь, чтобы о твоей семье позаботились? Тогда пиши... -  Ринальди извлек из тюка листок бумаги в ламинированном файле, ручку, кинул их на траву перед Розом.  Капитан северной стороны поднял это, дрожащими руками, вопросительно взглянул на консильери. Тот начал диктовать, опять вскинув ружье. – Пиши…  Своей Кэрри. Что ты за границей, свяжешься когда будет возможно, вынужден скрыться… В это время Сантино, игравшийся с прослушкой, врубил какую-то запись и после некоторой дозы шипения и скрипов оттуда донесся голос Реджи-Бороды, он же Реджи-Янки. Вещал солдат Розовской команды, впрочем, отнюдь не на животрепещущие темы, вроде убийства Хоффы или ограбления Люфтганзы. - … И вот заказываю я двойной чизбургер с халапеньо – и это ебанат говорит мне, что у них только пицца. Ну и я ему грю -  пацанчик, я сам итальянец, но сейчас хочу нормальный бургер да милкшейк побольше… Майк крякнул. Ну а чего можно ожидать – тут же записываются часы и часы разговоров.  Ради нескольких минут или даже секунд откровений, которые попадаются среди них так же редко, как золотые песчинки среди речного ила.  Махнул Пульсу. – Потом послушаем. А лучше поскорей разломать. С этой современной техникой  столько херни… Ну, написал? Роз послушно протянул листок с – и Майкл сделал знак Барбьери, чтобы тот взял его. Потом они придумают, как лучше эту дезинформацию передать жене Сальваторе и ФБР. Однако у Розарио, как оказалось, были иные планы – вернее, последний импульс к жизни. Когда Квентин стиснул письмо, то его бывший шеф вдруг с силой ударил того кулаком в лицо и отшвырнул в сторону, а затем побежал по поляне, громко голося. Свистяще выругавшись, Майк прицелился. Они изначально сговаривались каждый стрелять в разные места – и потому Ринальди выбрал поясницу, так, чтобы пробив ее, пуля вошла в живот. Нажал на курок, оружие содрогнулось, рявкнуло  -  и Продавец Роз cложился вдвое, с трудом удерживаясь на ногах. Под грохот последовавших выстрелов он во мгновение превратилось в кровавое нечто, рухнувшее на землю и свернувшееся на ней чуть ли не клубком. – Пидорас... –  проворчал Майки,  подходя к останкам чуть ближе. На бледной физиономии мертвеца была гримаса, так не шедшая красивому лицу былого дамского любимца.  - Доставай упаковку. - советник кивнул Квентину - и тот вынул из своего рюкзака мешок в человеческий рост, из очень жесткой плотной ткани и с ручками, чтобы его можно было тащить по земле, всякие тряпочки, и тому подобное. – Вот что -  давайте мы с Фрэнком сходим поищем дядю Тона, а вы тут приберетесь, уложите жмура. И давайте вместо с ним за нами, в том направлении. Хотя уличной работой им с Альтиери для их статуса приходилось заниматься много, и сам Ринальди ею далеко не брезговал, но в этом случае решил, что они  могут себе позволить хоть лично с дохлятиной этой не возиться. Да и трех человек вполне хватит, чтобы справиться с делом. Когда они с андербоссом двинулись по ведущей на запад тропинке, Майк достал сигары, раскурил одну, предложил другую Фрэнку. - Будешь? Затем, сделав несколько затяжек, покачал головой, глянул на лучшего друга. – Cлушай, северную команду ведь конкретно придется перелопачивать. Он точки поди сдал, где ставки принимают, где в картишки дуются. Весь игорный бизнес пиздой накроется! Злобно стиснул сигару зубами – а затем снова ее достал изо рта, указывая ею вперед. – Глянь, Тони красавчик, прям сюда свою колымагу загнал. И правда, четырехдверный грузовичок стоял посреди редкого перелеска. А ведь даже проехать на нем по соседствовавшему с чащей неровному полузаброшенному тракту было не так легко. Около драндулета устроился маленького роста, смуглый почти до черноты, старичок и пил шоколадное молоко из пакета. Сухонький, c  лоснящейся лысиной, в весьма непрезентабельных брезентовых штанах и замызганной белой майке, Энтони Тольятелло заспешил в сторону показавшихся на горизонте знакомцев. Вытянул вперед напоминавшую обезьянью лапку ладошку, заулыбался розовыми беззубыми деснами. У дантиста старик был, наверное, последний раз еще во времена Рейгана. - Фрэнки, Майки, как вы? И как там малыш Гвидо? – когда-то дедок близко работал с Бруно де Гранде, наставником нынешнего дона Семьи Торелли, и потому упорно продолжал отзываться о Монтанелли как о юноше. Вообще говоря, порой Тони проявлял себя почти маразматиком. Обсуждался даже вопрос об его устранении – но потом все поняли, что странности мафусаила непонятным образом никак не влияют на его осторожность в делах, касавшихся клана. Тут он был весьма изворотлив, ничего не забывал, ничего не сбалтывал. Лично Майк считал, что тут имеет место вовсе не деменция, а  некая вредность характера, заставляющая бывшего капо изображать полоумие.  Мол, что хочу, то и несу. – Держи, кстати, Фрэнк. Поджарьте там себе в своем "502". Такого гуся у меня давно не было. – сходив к грузовику, криминальный пенсионер выудил оттуда какой-то массивный пакет и бесцеремонно сунул в руки андербоссу. Надо сказать, что Тольятелло отнюдь не бедствовал. Благодаря связям мафии в сфере пищевой промышленности, его ферма была занесена во всяческие квотовые списки местных поставщиков экологически чистой продукции. Уже много лет хозяйство деда, например, успешно направляло на комбинат Гвидо говяжьи туши, куриц, и тому подобное. Жил же в своем логове Энтони с тремя внуками (сын давно погиб в разборках). Это были странные, зверообразные, чуть ли не едва умеющие говорить субъекты. – Дядя Тон, скоро принесут… груз сам. Ты где думаешь от него избавляться? У себя? –  перешел к делу Ринальди, когда они подошли поближе к автомобилю. Тут торговец скотом дьявольски ухмыльнулся и кивнул на кузов грузовика. Там виднелась решетка, из-за которой неслось злобное хрюканье и мелькали пятачки, едва ли не с блюдце величиной. – Да прямо на месте, бо. Смотрите, это Донни и Браско, самые злобные мои хряки… Тут показался покрытый грязью розовый бок, по размерам скорее как у буйвола, а не у свиньи. – А это Алессандро, призер.  Они уже хуй знает сколько не жрали и сейчас как раз горазды перекусить… Тут Майкл расхохотался и подмигнул Франческо. Эти твари ведь способны даже кости разгрызть, а едят все что угодно. – Не попотчевать ли наших правоохранителей к их следующему празднику смесью свининки с крысятинкой? Мы ведь сознательные граждане, а, братаны? Так ценим их тяжелую и опасную службу!

+3

17

Поступок Розарио плохо укладывался у Фрэнка в голове, всю свою жизнь его учили тому, что закладывать друзей нельзя, не важно, какое наказание тебе грозит, это был один из основополагающих принципов не только их организации, любой порядочный человек должен с ним жить. И на месте Продавца Роз, он бы в зеркало на себя смотреть не смог. Кого бы он там видел каждое утро? Предателя и труса? Поганую крысу? Уж лучше сгнить за решеткой, но не потерять при этом уважения к самому себе.
- Не выдал нас, а ограбил бы и съебал? Ты как себе это представлял? - Альтиери начинал выходить из себя, слушая жалкие оправдания бывшего шкипера. Их образ жизни разительно отличался от того, который вели те же наркобароны в Мексике, для последних было обычным  делом, находясь в розыске, годами скрываться от правосудия. Коза Ностра существовала иначе, они не прятались по подвалам от полиции, не бежали на другой конец страны, не делали пластических операций, не меняли имен. Здесь был их дом, бизнес, друзья, дети, внуки, они не считали за честь трусливый побег, если ты попадался и тебе давали срок, то ты садился в тюрьму. Фрэнк кроме себя никого не винил, когда двадцать лет назад угодил за решетку, никто из его друзей не был виноват, что он оказался идиотом и позволил себя поймать. Также и с Розарио, их вины не было, и тот должен был отвечать за себя сам.
- Хули ты тогда диктофон на себя нацепил? И ты считаешь, что мы должны тебе поверить? - Он должно быть и в самом деле их за идиотов принимал, либо же сам весьма наивен был, что вообще вряд ли учитывая его высокое положение в организации. У них и по меньшим подозрениям свинцом кормили, а тут микрофон с него содрали. - Ты блять знаешь наши законы и продолжаешь всю эту хуйню нести?! Я думаю, он немало им уже поведал, - ответил вместо Розарио, - хуй бы его выпустили, если бы еще там петь не начал. – Но, как известно показаний одного свидетеля для вынесения обвинительного приговора часто бывало не достаточно, мафиозные боссы могли позволить себе дорогих адвокатов, знающих свое дело, и те запросто могли повернуть дело так, что все свидетельства становились попыткой оговорить. Подкрепленные аудиозаписями с признаниями в преступлениях они значили уже гораздо больше, поэтому, очевидно федералы и завербовали Сальваторе, чтобы тот помог эти самые признания из них вытянуть.
Пока Розарио писал прощальное письмо своей семьей, они прослушали несколько записей с диктофона, большинство голосов, что не удивительно принадлежали членам северной команды, однако вряд ли они были конечной целью ФБР, капо как известно имели выход на более значимые фигуры в преступном мире.
- Надо избавиться от этой штуки, выкинуть в болото какое-нибудь, вместе с этим пидаром...
Возможно, именно последние слова андербосса и послужили тем переключателем в голове Розарио, услышав их, он ударил Квентина и побежал. Последняя попытка спастись. Впрочем, и она успехом не увенчалась. Серия громких выстрелов разнеслась по поляне, и жизнелюбивый капитан не успевший преодолеть и ста футов, замертво рухнул в траву. Это и было правосудием.
Парни начали упаковывать тело в мешок, а они с Ринальди не спеша пошли в сторону, где их должен был ждать дядя Тон на своем пикапе. Фрэнк с удовольствием принял из рук друга сигару – вскоре они перестанут быть контрабандой, отношения с Кубой налаживались. И в их Семье он верил, все это дерьмо закончится, застрелив крысу, Альтиери ощущал некий моральный подъем, словно часть тяжелого груза сбросил с себя и со всей их организации.
- Нам всю Семью перелопачивать придется, Майки, - затянувшись, прокомментировал переживания лучшего друга относительно северной команды, - возвращать то, что называется Коза Ностра, сам видишь, во что превратились Торелли за времена правления Донато и Монтанелли. Если боссы открыто кладут хер на правила, чего мы от капо ждем? Они тоже перестают уважать законы, самих себя, то кем они являются, для них все это становится пустым звуком. – Не важно, чего касаются законы, принятия женщин в Семью или молчания. Нельзя одни уважать больше, а другие меньше. Именно правилами и жесткой дисциплиной они отличаются от уличных банд, за это их уважают и боятся. – Квентин наверняка захочет занять место шкипера, но я хочу, чтобы там был наш человек, тот, кто не ссучится. - Пользуясь тем, что Барбьери находился где-то позади них и не слышал разговора, Фрэнк завел речь о нем. И их сидевшего в тюрьме босса помянул, как того чьими решениями последние несколько лет комплектовалась администрация и назначались капо. - При всем уважении к Гвидо, ты это знаешь, людьми он себя окружает не самыми надежными, половина из тех, кому он доверял, предали его. – Возможно в какой-то степени это можно было отнести и к Фрэнку с Майком, но Альтиери, разумеется, имел в виду других людей. Монтанелли даже женщину не мог себе найти такую, которая бы прожила с ним всю жизнь и не ушла от него. Последнее было не камнем в его огород, а скорее наглядным дополнением к общей картине, ее трагичности, так сказать. - Ты вообще знаешь куда идти? – Обернувшись, поинтересовался у Майкла. В этом гребаном лесу, куда не глянь, всюду один и тот же пейзаж. Хуй знает, где они собственные тачки оставили, не говоря уже о колымаге дяди Тона. К счастью долго блуждать им не пришлось, и за холмом, который они обошли, показался грузовичок Энтони Тольятелло, и он сам собственной персоной.
- Гвидо в тюрьме, но думаю это ненадолго, - обнявшись со стариком, ответил на его вопрос. – Как сам? Как здоровье? – Альтиери даже растерялся немного, когда Тольятелло сунул ему в руки гуся, как гостинец со своей фермы, благо хоть что не живого. – Спасибо. Ты бы зашел в гости, бываешь ведь, небось, в городе проездом…. А чего это у тебя там? – Услышав доносившееся хрюканье, заглянул в кузов грузовика и широко распахнул глаза от удивления. – Твою ж мать, а они точно сожрут его? – Как будто в подтверждение этого один из боровов, Алессандро, развернул свой огромный пятак к пакету, который держал Альтиери, и ткнулся в решетку, пытаясь дотянуться до него. Железные прутья с громким лязгом содрогнулись, а андербосс отскочил в сторону, едва не выронив из рук подарок и не упав в грязную лужу. – Охренеть.… Ну-ка нахуй забери своего гуся обратно, - под общий смех вызванный предложением Майка отправить легавым свинины, сунул дяде Тони пакет с его презентом обратно, - хуй знает, чем ты его кормил. Ладно, парни, закидывайте жмурика, да погнали, - скомандовал догнавшим их гангстерам. – Тон, довезешь нас? Мы свои тачки с той стороны оставили. – И первым полез в пикап занимать место у печки.

+2

18

Розарио меня не разочаровал – микрофон как раз был при нем, по словам Сантино, и сейчас крутил пленку. Переживать на этот счет нам больше не следовало, раздолбаем или, в самом деле, в болото смоем (а то и все сразу), делов то. А вот самому Сальваторе пора было уже и заткнуться; даже после того, как Пусль сорвал с него диктофон, экс-капитан продолжал утверждать, что кормил федералов пустышками, никого из нас сдавать не собирался и чуть ли вообще не понимает как эта штука на нем оказалась. Пока предатель не начал заливать нам в уши я полагал его кем угодно, но уж точно не трусом, до последнего надеялся, что Сальваторе с честью примет свою кончину – как и полагается человеку чести, пусть и бывшему. Это глупо ждать чего-то подобного от крысы, человека с которым делил стол и приглашал в свой дом, ради спасения собственной шкуры решившего сдать всю Семью. Я считал, он не мог требовать и того малого, что обычно получали члены Семьи, скажем, схватив пулю – если бы его план удался, кто бы позаботился о наших семьях? О моей матери или детях Фрэнка, к примеру?
От представившейся картины и мне сделалось дурно, меня распирало от бешенства и отвращения в то время, когда следовало сохранять трезвый рассудок. Мне даже пришлось отступить назад, чтобы случайно не продырявить свинью пока тот, по приказу Майка, писал прощальную записку своей жене. Это консильери хорошо придумал – федералы вряд ли на такое поведутся, зато Кэролайн не станет задавать вопросов. Фрэнку с Майклом уж точно не до этого будет – если до этого администрация обсуждала замену Розу, теперь, когда Сальваторе добровольно сдал бюро все свои точки,  дальнейшая деятельность северной команды, как и ее состав, была под вопросом. Перед смертью Розарио успел навалить целую кучу дерьма, а ведь даже, сука, записи не успел передать! Если бы Сонни с Ливией не удалось вычислить крысу, я полагал, пиздой накрылся бы не только игорный бизнес. 
Интересно, что обо всем этот думал Квентин, солдат северной команды, как и все мы, некогда считавший Розарио другом. За все это время он не произнес ни слова – напряженно думал или (как и я) боялся сорваться раньше времени? Из всех присутствующих он больше всех пострадал от длинного языка Продавца Роз. Теперь и на его счет не было никакой уверенности – распрощавшись с одним осведомителем, бюро привлечет другого. Улитка это будет или Барбьери – шансы у этих двух равны.  Как и загреметь за решетку, так и запеть.  Поглядев на солдата, перекинулся взглядами с Фрэнком и Майком. Что думают друзья на этот счет я пока даже не догадывался.
- Ах ты ж сука, - я не был готов к отчаянному жесту Сальваторе: когда  он ударил Квентина и бросился на утек, ствол дробовика, до этого упиравшийся предателю в спину, был неосмотрительно опущен. Впрочем, у Розарио не было шансов. Скорее всего, и сам капитан это понимал. Я специально не целился в голову – как и всякая крыса, покоиться Роз будет со своим собратом во рту.  Прицелившись, выстрелил беглецу чуть пониже шеи, размажив дробью позвонок; наблюдая же за тем, как следующие выстрелы превращают Роза в решето, испытал  какое-то  особенное удовлетворение - торжество справедливости, не иначе. Однако ощущение это прошло довольной быстро – как только массивная туша предателя рухнула в высокую траву. Когда же Майкл и Франческо  отправились встречать дядю Тона, я долго и витиевато ругался себе под нос, затем, не глядя, вернул ружье Сантино в руки и потянулся за сигаретами. 
- Оставили бы его нахуй здесь и дело с концом. Майки сказал, здесь как раз дохрена зверья ходит, - пока Квентин возился с мешком, присел напротив тошнотворного вида туши, в которую превратилось тело бывшего товарища, - « И если я предам ее, пусть плоть моя сгорит, как горит этот образ». Ты и этого, мразь продажная, не заслужил. Крыса она и есть крыса, даже воняет так же, - С отвращением сплюнув, резко поднялся на ноги, оставляя «упаковку» на парней. Сам же, попыхивая сигаретой, огляделся. Местечко в самом деле было не из приятных: глухое и тихое,  если не знать дороги, не долго и заблудиться. Благо, свой грузовик Дядя Тон припарковал не так далеко. 
Пока тащили жмурика к договоренному месту, решил задать Сантино совершенно не интересующий меня вопрос - надеялся отвлечься от гудящих мыслей с помощью болтовни, - От Агаты что-нибудь слышно?  Надолго ее?  В общем-то, не был уверен, что он в курсе. Испанку депортировали через пару недель после ареста Монтанелли и лично я считал, что оставаться на родине жене Пульсоне (бывшей ли, неизвестно) стоило как можно дольше.  Тому же Сонни на пользу.

К тому времени добрели до грузовика и небольшой компании гангстеров. Тепло поздоровался с Энтони Тольятелло, сбрендившим стариком, однако, пользующимся в наших кругах определенным уважением, сразу же заприметил и его домашних любимцев.  Поспели мы как раз вовремя: голодные уродливые морды хряков, специально для этого случая приготовленных дядей Тони, почуяли кровь и уже вовсю ломились на запах. Судя по их габаритам, и железные решетки не удержат – удивительно, как самого старика еще не сожрали.  И все же предложение скормить предателя свиньям мне нравилось, как и мысли Ринальди насчет попотчевать федералов котлетками из не свежей крысятинки.
- Больше свинину жрать не стану, нахуй, - Заключил, помогая парням закинуть пакет с нашпигованным свинцом телом в кузов, - Давай и прослушку сюда, сожрут. Под шутки братвы и громкое чавканье оголодавших свиней, следом за Фрэнком с Майком забрался в салон грузовика. Аппетит у меня окончательно испортился.

Отредактировано Daniel Rossi (2016-03-30 03:39:49)

+2

19

От всего этого становилось... грустно. Не от того даже, что в организации завёлся предатель - в этом тоже, конечно, нет ничего радостного, однако и уйти от этого тоже невозможно, это бизнес - такие моменты просто присутствуют; думал Сонни не совсем об этом сейчас - на ум, глядя на то, как Розарио пишет свою предсмертную записку, пришли другие размышления - о жене его, о дочке его, что останется сиротой, и о всём том вранье, что придётся в ближайшее время на вдову и ребёнка Сальваторе вылить. В одном преимущество их с Тарантино брака перед остальными точно было - что в случае вроде этого (не обязательно с крысятничеством, а в случае скоропостижной и неминуемой одного из них) их друзьям не пришлось бы врать второму, оставшемуся в живых: плохие новости, значит, плохие новости. Пульс не был уверен, что выдержал бы такие бесплодные обнадёживания; собственно, он сейчас и сам себя, вероятно, слишком сильно обнадёживал, только уже и сам слабо представлял, чем именно, возвращением ли Агаты, или собственным забытьем. Определённо, не самая хорошая тема для обдумывания, но если уж и знать, что твоя любимая - мертва, так уж наверняка. Агата так же думала, в этом Сонни был как раз уверен; всё-таки и она была частью их дела, да и вообще, в жестоком мире находилась уже очень давно - даже мире и пожёстче, чем тот, где находились они. Кэрри же эта будет жить надеждой... надежда, говорят, умирает последней; но когда-нибудь всё равно умирает. Сколько этой надежды она успеет скормить своей дочери? Поди знай теперь.
И даже последнюю записку Розарио умудрился изгадить - его писанина теперь дойдёт до жены в смятом виде, Квентин её сжал в кулаке, когда получил кулаком в лицо; а затем - по лесу разнеслась череда выстрелов... Вместе с остальными, Сонни вскинул пистолет, спуская в Роза половину обоймы одним махом - он целился по ногам, хотя, с таким количеством стволов, ещё и дробовых, можно было даже особенно и не целиться. Крик бывшего капитана захлебнулся, он несколько раз спотыкнулся, но - скорее уже по инерции, и перевернулся, упав на спину - умер, скорее всего, даже раньше, чем достиг грязной земли.
- Ты как, Квентин? Порядок? - спросил у Барбьери, убирая пистолет назад под куртку. Отоварил его Розарио напоследок довольно сильно, даже и неожиданно сильно, Пульс прямо почему-то и не ожидал от Продавца Роз такой прыти. Можно ли это назвать всплеском адреналина при стремлении выжить?.. Ну, кровью он захлебнулся всё-таки быстрее, думается, чем адреналином... И даже дробь и пули принял спиной, так и не решившись заглянуть в лицо смерти.
- Тут я согласен... вот только если его люди найдут раньше зверья? - выдал Сонни риторический вопрос, принимая ружьё у Дэнни, и тоже потянулся к сигаретам свободной рукой, встряхнув пачку, закусив один из показавшихся над её краем фильтров. Если ФБР найдёт тут свидетеля, тоже начнут говно месить, в прессе тоже дерьмом обольют, и фотографию обязательно покажут, начнут выявлять причастных - как Сальваторе вот разнюхивал, кто Сальвиатти летом подорвал; а убийство - оно и есть убийство, по предварительному сговору - тем более. Если удастся как-то сопоставить их местонахождение и время смерти, не оберутся проблем... надо бы съездить, "Бумер" свой помыть, пожалуй, особенно в районе покрышек. - Ладно, давай тут доделаем... - кивнул Дэнни, закусив кончик сигареты зубами поплотнее и начав распаковывать полиэтиленовый мешок. Надо бы, наверное, разломать это устройство, вообще-то - Сонни где-то слышал, что сейчас умельцы научились даже удалённые файлы с компьютеров и всего прочего восстанавливать, что-то там про ячейки памяти. Вообще - уничтожить что-то всегда надёжней, чем прятать... Закончив "упаковывать" Роза, Сонни несколько секунд ещё глядел на результаты своей работы; а затем, повинуясь какому-то внутреннему порыву, даже себе самому не очень понятному, отцепил от пояса флягу, открыл, перевернул и вылил всё её содержимое на землю; затем повесил на место. Надёжнее уничтожить, чем прятать... и знать правду, чем надеяться. - Эх... Раз, два, взяли. - отсчитал, глядя на Куинтона, и, следом за Дэниэлем, двое солдат вразвалочку, пыхтя от напряжения, потащили через лес потяжелевший на энное количество грамм свинца труп к стоявшему у опушки видавшему виды пикапу.
- Да пришла тут на днях... забрала вещи и затопила мне дом. - ну вот, они только что убили человека, а уже снова спокойно говорят о жизни - в принципе, всё всегда, вот и Сонни поделился очередной картиной из своей семейной жизни. Агата уже из своей Испании успела вернуться, но не похоже, что эта путешественница собиралась теперь сидеть на месте - собиралась теперь снова в Мексику, насколько он понял. - Ненарочно, конечно... хотя - поди вот знай. - уже и не уверен, что она делала специально, а что - нет, он не видел её в тот момент, когда она аквариум свой грохнула, может - и нарочно узвездала. Что касается Агаты, ему теперь уже сложно доверять тому, что он собственными глазами не видит.
- Вау. Мне кажется, им подружку не помешает завести. И Розой назвать... - засмеялся Пульс, оценив ироническую шутку старика Тона. Может, и правда - они все тут сознательные граждане, можно послать федералам пару стейков, да с букетом красных роз, как подарок...

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Rat hunt