vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » One of Us


One of Us

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://s6.uploads.ru/kFfiL.gif

Tony Danziger & Diane Nielsen
Германия, Берлин
17.06.2015
На выставке абстракции свободной
Два человека разных повстречались.
Остановившись пред картиной модной,
В спор интереснейший ввязались.

+1

2

[13.05.2015
Париж, Франция]

Кажется, каждая женщина мечтает побывать в самой романтической столице мира, которой помимо этого звания приписывают еще много почестных званий, вроде модной столицы мира. Однако Пейтон мечтала сейчас оказаться вновь где-нибудь на улицах Сакраменто или родного Сан-Хосе, где все было привычно и знакомо ей и ее маленькому озорнику, что маленькой ручкой цеплялся за нее и смотрел на весь окружающих их мир своими большими карими, как и у его матери, глазами. Женщина сама понимала, что должно быть ее взгляд не внушает спокойствия сыну, которому было особенно непросто отбыть длительный перелет из Штатов во Францию, после чего их ожидала пересадка на другой через почти двумя часами погодя. Порой взрослому не просто вынести длительный перелет, но что говорить о ребенке, для которого оставалось так много вопросов не решенными: почему с ними не поехала тетя Лора, почему не поехал с ними папа?? Увы, но на все эти вопросы Тони не могла дать ответ своему пытливому и удивительно умному ребенку. Она просто не могла озвучить все то, что оставили они позади в Сакраменто, ведь это было слишком для маленького сына. В прочем, оставалось еще очень много вещей, которые сама женщина не знала и не могла осознать до конца.
В Париже шел дождь. Свинцовые тучи затянулись над модной столицей и в зале ожидания аэропорта, где темнокожая женщина в компании сына и престарелой полячки ожидали объявления о посадке на рейс в Берлин, было полным-полно народу. В основном люди разговаривали на незнакомых Пейтон языках. С одной стороны доносился французский, с другой немецкий, а где-то неподалеку Ветта нашла для себя какую-то собеседницу полячку, с которой они мило перекинулись парой слов, пока Тони прижимала к себе сонного и уставшего Ноа. Когда наконец-то огласили посадку на их рейс, женщина поначалу даже прослушала, ведь английская речь произнесена была с таким ужасным французским акцентом, что за первый раз женщина лишь смогла разобрать это «посадка началась» и «просим пройти регистрацию».
[13.05.2015
Берлин, Германия]

Оставалось всего еще пару часов до нового дня, когда самолет приземлился в главном аэропорту Берлина. Здесь также, как и в Париже, дождило на протяжении всего дня и асфальт был мокрым, отзываясь блеском на свет фонарей. Лишь спустя пару дней привыкшая к частому солнцу Тони загрустит за солнцем, которого никогда не доставало в самом солнечном городе Калифорнии. Сейчас же дождь вполне вписывался в настроение темнокожей женщины, которой приходилось терзаться сомнениями, относительно безопасности супруга. Еще в Париже она норовила написать Дитриху хоть какое-то сообщение, однако уговор был другим. Лишь добравшись до дома Каролины, Пейтон должна была дождаться, пока любимый мужчина сам свяжется с ней.
Линн встретила их в аэропорту и, как только Тони узнала младшую сестру Дитриха, упала в ее объятия, позволив на время Ноа удивленно наблюдать на свою маму и тетю, о которой он только слышал много, да видел на паре старых фото, ведь во время их прошлой поездки в Берлин был слишком маленьким, дабы запомнить красивую тетю Линн. Пейтон было много чего рассказать Каролине, однако в то же самое время было лучше промолчать и позволить своей ноше тяготить дальше. Договариваясь с сестрой, Дитрих должно быть рассказал все, что могло потребоваться ей знать, а потому поднимать больную тему женщина не стала. Она лишь вовремя спохватилась и отступила в сторону, чтобы представить фрау Хоффман ее повзрослевшего племянника.
- Ну, давай будем знакомиться заново, Ноа? – обратилась Линн к своему племяннику, что смущенно уткнулся в шею матери, которая присела рядом с ним. – Когда мы с тобой знакомились впервые, ты был совсем маленьким мальчиком, а теперь вырос такой большой и все равно прячешься за мамой, - улыбнулась светловолосая немка, решив на время оставить в покое мальчика. Тем более Пейтон предстояло еще представить их компаньонку в этом путешествии, которая, как оказалось, знала хотя бы пару слов на этом шипящем языке и могла представиться самостоятельно.
Так потекли дни пребывания Тони и Ноа в Германии. Дни были по большей мере серыми и дождливыми, тогда как Дитрих звонил не часто. И тут Пейтон странно было даже вообразить, чтобы в столь неприветном месте ей довелось пережить весьма прекрасное и радушное время. Казалось бы, как давно они приезжали сюда? Где-то четыре года тому назад, не больше. Однако темнокожая женщина ощущала, что на этот раз приехала сюда другим человеком. Слишком много изменилось за последнее время вокруг нее и в ней самой, хотя вновь-таки это могло лишь ей показаться. Женщины ведь имеют ужасную привычку преувеличивать…
Сложно. Да, в Германии Тони было сложно привыкнуть ко всему, но к языковому барьеру она привыкла сразу же и не могла отделаться от него. Боялась заговорить с прохожими, боялась сходить куда-нибудь, тем более, что и настроения выходить куда-нибудь тоже особенно не было.
- Хватит сидеть дома! – скомандовала однажды Каролина, когда ее американская родня спустилась на кухню к завтраку. – Я зову вас всех сегодня выставку – одна моя хорошая подруга открывает свою первую выставку современных картин, поэтому нам всем нужно обязательно пойти! – бодро огласила немка, однако быстро заметила, что избранница ее брата была явно не в восторге.
- Оу, я не могу, - высказалась Ветта. – Я обещала зайти на чай к твоей соседке, Каролин. У нас оказались общие корни в Польше, - улыбнулась старушка, прежде чем вернуться к процессу приготовления кофе.
- Может быть, мы лучше посидим дома с Ноа? – с надеждой в голосе произнесла Тони. – А ты иди, конечно, - кивнула в такт своим словам женщина. – Тебе незачем волноваться за нас, - добавила она, прежде чем улыбнуться не самой уверенной улыбкой.
- Не волноваться? – переспросила Каролина. – Да уж, я бы не волновалась, если бы вы жили полноценно. И ладно, если в первые дни нужно было отдохнуть от перелета, но согласись, Тони, что вы с Ноа вчера никуда не ходили дальше парка напротив нашего дома. Вы идете со мной и это не обсуждается, - заявила светловолосая женщина, разве что не хлопнув ладоней по столешнице, будто бы тот судья. И тут ощущалась такая схожесть между ней и Дитрихом, от которой у темнокожей женщины едва не заныло где-то в области сердца.
- Ладно, пойдем соберемся... Это ведь надолго?- сдалась Пейтон, после чего помогла сыну переодеться, как и сама привела себя в порядок, переодевшись специально для похода в галерею современного искусства, отправилась вместе с Линн на ту выставку.

внешний вид

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/66/2e/8e/662e8e214c2fe3c8354ea274a3bf1352.jpg

+1

3

Внешний вид

http://s3.uploads.ru/XVqWr.jpg

Я всегда любила путешествовать. Мне, как, наверное, любому человеку, нравится эти завораживающие поездки, перелеты, прогулки по незнакомым тебе местам. Так завораживает эти неизведанные тобой улочки, дома, прекрасные архитектурные сооружения. И меня, как художника, это привлекает с еще большей силой. Все эти, так называемые мной, критерии и были решающим козырем в предложении мужа отправиться в Германию. Не запланировано и спонтанно. Ну, а кто из нас не любит эти неожиданные сюрпризы?
Вот только Оуэн отправлялся туда ради каких-то собственных дел, а я оставалась предоставлена сама себе. Выставки, различные музеи, просто прогулки по улицам Берлина - все это приводило меня в неописуемый восторг. А еще снова появилось желание рисовать. В моей жизни происходил период, когда я полностью отказалась от развития собственных картин и эскизов. Я не знала с чем это было связано. Никто не знал. Возможно, наступил тот самый момент, когда твоя, так называемая, муза покинула тебя на неопределенный срок. Даже в процессе моей работы, моей реставраторской деятельности, произошли некие изменения. Может едва заметные, возможно, не заметные для глаза обычного человека, не связанного со всей этой канителью, но все-таки они были и это только больше подливало огня в пекло. Вот так просто и поэтому отъезд в Берлин оказался большим плюсом в этой небольшой истории.
Каждый день я выбиралась из душного номера отеля и сегодняшний день, конечно же, не исключение. Еще вчера я запланировала поход на открытие выставки. Выставки, естественно, были моей главной темой. Иногда мне говорят, что я уж слишком помешана на всем этом своем искусстве. Может так и есть, но я этого не стану признавать. Я люблю свою работу, специальность и все, что с этим связано и не собиралась отказываться. Ведь так прекрасно, когда у человека есть любимое дело, которому он готов себя посвящать.
В моем так называемом портфолио, уже собралось несколько зарисовок, эскизов, идей, которые по возвращению домой я собиралась воплотить. Была бы возможность, я бы начала прямо здесь, но кроме бумаги и пары простых карандашей у меня ничего не было. Хотя я всегда знала, что обычный карандаш мой лучший друг.
- Дайана, детка, убери свои бумажки. Отдохни ото всей этой ерунды. - послышался голос Оуэна, что заставило меня улыбнуться. Так получилось, что мы с мужем полные противоположности. Я бредила выставками, а он ничего в этом не понимал и никогда не горел желанием туда выбираться. Он и в моих полотнах ничего не понимал, но иногда пытался вклинить свой любопытный нос.
- Не дай уйти вдохновению. - лишь бросила я и с головой погрузилась в эскизы. Может и правда зависимость, но я от этого не уставала. Наоборот, прилив сил и расслабление. Возможно, я могла бы сидеть так вечность, если бы не выставка...

* * *

Я знала автора этой выставки. Однажды мы пересекались в Нью-Йорке еще во время моего обучения в колледже около двух лет назад. Наврятли она помнит, кто я такая, но лицезреть ее произведения для меня сущее удовольствие. Так бы всю жизнь и металась от одной картины к другой, если бы не звонок моего мобильного.
- Да... Нет, я еще не собираюсь обратно... И зря ты не пошел... Даже ты бы оценил... Ладно. Занимайся своими делами. Целую. - я немного владела местным языком, но с мужем я привычно разговаривала на своем родном и близком к сердцу английском. Телефон в сумочку, а мой взгляд снова направлен на очередное произведение искусств. Полотна - это отражение мыслей автора, но каждый человек, при виде любого из них, может ощутить совершенно другое.

+1

4

У Каролины был старенький Фолькцваген жук красного цвета и женщина, по всей видимости, гордилась своей новой тачкой, которой Пейтон даже затруднялась подобрать определение. Темнокожая родственница артхаусной художницы-режиссера определенно не часто видела подобных авто на дорогах Сакраменто, как и других городов штата Калифорнии. Все-таки родной штат она в достаточном количестве исколесила в компании Дитриха за последних пару лет, чтобы заметить, какие-то предпочтения американских автомобилистов. Все-таки тут, в старушке-Европе люди подходили к выбору своих железных лошадей с какой-то совершенно иной концепцией, понять которую американке было не просто. Зато Ноа пришел в полнейший восторг и обрадовался тому, что тетя Линн ездит на том самом Маленьком Красном Автомобильчике, о котором он не так давно смотрел мультики по телевизору. Естественно, провести аналогию между авто из мультфильма и реальным жуком в голову Тони не пришло бы сразу. В прочем, времени стоять и пялиться на красный автомобиль у женщин не было много – выставка открывалась в течении часа, а Каролине не хотелось бы опоздать. Все-таки она хотела поздравить свою подругу с открытием выставки одной из первых.
Поскольку автомобиль не был рассчитан на многих пассажиров, Тони устроилась рядом с Каролиной, взяв на руки непоседу Ноа, которому раньше не часто доводилось ездить на переднем сидении. Он, как и любой другой мальчишка был в восторге от подобного, а потому весело болтал ножками, следя за дорогой от дома своей тетки и до самого выставочного центра, в котором должна была состояться выставка.
В действительности, Тони предполагала, что на этой выставке не будет настолько много народу. Все-таки для нее современное искусство остается чем-то из разряда не самого понятного. В прочем, как и для Дитриха, звонка от которого женщина ожидала и, прежде чем покинуть автомобиль его младшей сестры, внимательно посмотрела на дисплей своего мобильного телефона. Однако, как говорится, увы. Увы, но пока мобильный молчал и Дитрих еще не нашел времени позвонить своей пассии, чтобы успокоить ее уверив, что все теперь будет снова хорошо.
- Ну, что пойдем? – предложила Линн своим родственникам, быстро покинув пределы своего автомобиля, который оказался еще и подарком ее мужа ко дню рождения. И что в ответ на это известие могла сказать Тони? Разве только тихо вздохнуть и определить диагноз – немцы! Определенно ведь в этом что-то должно было быть, ведь Дитриха всегда выводил из состояния равновесия ее старенький Форд, за который она цеплялась обоими руками и ногами. Правда, Пейтон не осмелилась спрашивать у Каролины относительно того, кому все-таки принадлежала идея такого подарка. Ей хотелось верить в собственную правоту.
Спустившись в полуподвальное помещение, но от этого не менее ярко освещенное, женщина ощутила, как в ее уши ударила чужая немецкая речь. Все слова, окружающих ее людей, многие из которых знали Каролину и приветливо кивали немке, были совершенно не понятными Пейтон, которая растерянно смотрела своими большими карими глазами по сторонам. Она успела только оглянуться по сторонам и заметить пару ярких картин на стенах, прежде чем Линн схватила ее за свободную руку и потащила за собой к какой-то женщине, что наверняка и являлась той самой подругой, к которой они торопились и, по всей видимости, слегка опоздали из-за пары пробок. То была невысокого роста женщина, лицо которой украшали веснушки, пусть и тональный крем старательно смягчал их яркость, а длинные рыжие волосы были вплетены в толстую косу, что почивала на плече. Она обратилась к Пейтон, улыбнувшись, и заговорила что-то на своем языке, тогда как темнокожая женщина по наитию подала руку навстречу и улыбнулась, не зная, что и сказать. Ей хотелось оказаться в каком-то тихом месте, где не придется долго торчать и вслушиваться в чью-то непонятную речь. Хотя определенно точно ей хотелось в первую очередь домой, в Штаты, где все привычно и легко.
- Мы оглянемся, - произнесла женщина, обращаясь к Каролине, которую не хотела напрягать собственной персоной. Все-таки творческой натуре Линн не нужен был такой балласт, как Пейтон и Ноа, что могли вполне сами позаботиться о себе и, как только немка согласно кивнула в ответ, попросив не выпадать надолго из поля ее зрения, женщина прошла в более тихий уголок помещения, где и расслышала знакомую английскую речь. Улыбка сразу же украсила лицо темнокожей женщины, однако она не поспешила окликнуть незнакомку – все-таки, это было наверняка странно? Тем временем, Ноа дернул мать за руку, указав в сторону какой-то картины.
– Мама, а что это такое? – спросил ребенок.


Жук Каролины
Каролина

+1

5

Если бы была возможность гулять по этому городу сутками, то, наверное, я бы так и сделала. Мне было плевать, что я плохо знаю местный язык, что никого здесь не знаю и что гуляю здесь одна. Меня вдохновляла сама атмосфера. Наверное, для того, чтобы ко мне вернулось вдохновение мне следовало сменить этот душный, но родной Нью-Йорк на что-то совсем другое. Да, я всегда, в любой поездке, скучаю по дому. Но сейчас я не жалею, что поехала.
Если дома последнее время я и листочка изрисовать не могла, то здесь за день я могла изрисовать весь свой блокнот. Один раз я сидела в парке, на краю фонтана и рисовала маленького мальчика, который так отчаянно догонял птиц. В какой-то момент мне даже стало грустно. Мне двадцать четыре года, я замужем, обладаю стабильным заработком, но у меня еще нет детей. Да, многие в моем возрасте говорят, что заводить детей еще рано, нужно пожить для себя и в своей удовольствие, что мы еще молоды и все еще впереди. Оуэн считал так же, а я почему-то совершенно наоборот. Мне бы хотелось родить маленького карапузика, который будет плакать по ночам, смотреть на меня своими маленькими глазками и махать ручонками в разные стороны. Моей, так называемой мечте, не суждено было сбыться по крайней мере в данный период времени. Я временно смерилась и лишь наблюдала за такими маленькими зайками на улице. Возможно, я еще правда молода и мне рано заводить детей. Время покажет.
Мои зарисовки не ограничивались парками. Я могла сесть где-нибудь в музее и начать рисовать, может быть остановиться посреди на улицы, напротив запавшего в душу прекрасного вида. Да, возможно, люди считали меня странной, но ведь все художники отчасти странные? За то у меня на собиралось идей на месяцы, а может и на годы вперед. Только вот мои собственные картины, кроме моего мужа никто не видит, потому что за пределы чулана в нашей квартире они не выходили. Я не считаю себя таким талантливым художником, чтобы устраивать выставки и выставлять их на всеобщее обозрение, если не найдется кто-то, кто сможет насильно заставить меня это сделать.
От картины до картины я ходила с интервалом в минут пять. Да, я любовалась, но мне не нужно было много времени, чтобы вникнуть в суть. Где-то что-то виделось не так как автору, а появлялись свои собственные мысли. Разговор с Оуэном заставил меня на время отойти от картины и закончить этот разговор. А вот уже, когда я решила вернуться к этому произведению искусства, то уже заметила темнокожую женщину и, видимо, её маленького сынишку. Дети они такие дети. Любопытные. Им всегда все интересно.
Мама, а что это такое? - это, наверное, не правильно с моей стороны, но я влезла в разговор мамы и ребенка. За все мое прибывания здесь я редко слышала родную речь, а тут появился шанс пообщаться с кем-то и в этом чудном месте.
- Это ночной Берлин, малыш. Бранденбургские ворота. - я бросаю взгляд на мальчика и улыбаюсь. Он явно был удивлен, что незнакомая тетя  решила с ним поговорить. Тут же я перевожу взгляд на его маму, но улыбка не пропала с моего лица. - Простите, я влезла в ваш разговор.

0

6

Пейтон не рассматривала экспонатов, среди которых было великое множество наверняка хороших картин. Уж больно сильно женщина была сконцентрирована на своем, а потому ей понадобилось какое-то время, чтобы присмотреться к той картине, на которую указал сын. Почему именно ее приглянул себе Ноа, Тони не знала, да и вряд ли сможет узнать, однако ответа у нее не было. Видимо, то был какой-то немецкий город или какая-то его часть, которую она не знала, да и знать не могла. Всего второй раз она в Германии, да и за время первого своего визита к родне Дитриха, им было не обойти все то, что хотелось бы увидеть. Еще бы, ведь Ноа было тогда всего годик. То была очень рискованная поездка, ведь все свое внимание им с Дитрихом приходилось в первую очередь уделять сыну, а тогда уже прогулкам. Удивительно, что они попали тогда еще в Дрезден, родной город Дитриха и Каролины, из которого они уехали вместе с матерью в штаты.
Но, сыну нужно было что-нибудь ответить?
Прежде чем Тони собралась с мыслями относительно картины, незнакомка была любезна ответить на вопрос, заданный ребенком. Что же касается самой темнокожей женщины, то она несколько растерялась, услышав родной английский, но вскоре лишь улыбнулась молодой леди.
- Что вы, было так любезно с вашей стороны помочь нам, - покачала головой Тони, отвечая на извинения незнакомки. – Самой мне вряд ли было бы дать столь точный ответ сыну, - объяснилась она, сделав небольшой шаг навстречу темноволосой леди. Было достаточно шумно, а потому оставаться на значительном расстоянии не представлялось возможным. – Видите ли, мы не так давно здесь, да и не все тут знаем, - объяснилась женщина, глядя своей собеседнице в глаза. Кажется, это от нее же несколькими мгновениями ранее она слышала родную речь? В прочем, расспрашивать было бы не так уж и красиво с ее стороны, однако покидать ее компанию также не торопилась.  – Приехали погостить к родне мужа, но сами никак не можем привыкнуть к местной речи, тогда как немцы не торопятся переходить на английский, - выдохнула Пейтон, надеясь, что ее кривых да косых объяснений будет достаточно. Все-таки сказать больше она вряд ли могла бы.
- Меня зовут Пейтон Картер, - темнокожая женщина протянула руку незнакомке. – Но, можно просто Тони, - пожала она плечами. – А это Ноа, - представила она сына, что с интересом наблюдал за незнакомкой и вслушивался в каждое слово, сказанное ней. Видимо, маленькому ребенку также не хватало родной речи, однако сын не торопился ввязываться разговор взрослых и пока тихо наблюдал за происходящим.
Тони оглянулась, разыскивая взглядом Линн, и довольно-таки быстро обнаружила сестру Дитриха в той же самой компании, в которой и оставила ее каких-то минут пять назад, не больше. Возвращаться снова к Каролине и тяготить ее, Пейтон пока не представлялось возможным, да и хотелось как-то дать отдохнуть родственнице от той опеки, которой она окружила их с Ноа.
- Это наша родственница, - кивнула Пейтон в сторону Линн, что оживленно о чем-то разговаривала со своей подругой. – Она нас сюда затащила. Сами мы бы сюда ни за что не вырвались, пожалуй, - и это была чистейшая правда. Все-таки проще было бы закрыться в своей ракушке, и сидеть там, пока кто-нибудь не постучит.

+1

7

[float=left]http://s6.uploads.ru/xehms.gif[/float] Для меня картины, в каком-то понятии, смысл жизни. Я не представляла и дня, чтобы я об этом не думала. Нет, в жизни каждого из нас есть какие-то моменты, сложные моменты нашей жизни, проблемы, о которых ты думаешь постоянно и больше ни о чем другом. Слава богу, что на моем жизненном пути, в данный период времени, было все замечательно, чему я была очень рада.
Почему я подошла к этой женщине и мальчику? Можно списать это на помутнение рассудка, а может мне просто не хватало общения здесь, в этом городе. Если я и знала немецкий язык, то совершенно немного и я бы не сказала, что идеально им владела. Где-то немного, пару фраз. Для того, чтобы сказать "Спасибо", узнать дорогу или купить что-то мне моих умений вполне хватало. А вот кроме мужа на своем любимом родном языке я поговорить не могла. Родная речь может где-то и прослушивается, но я не стану подходить к людям и навязывать им свою персону. Новые знакомства нужны всегда, но не всегда люди хотят с тобой знакомится. А тут... Тут как бы повод даже появился. Почему нет?
- Что Вы, мне ведь не сложно, - я лишь улыбнулась шире, переводя взгляд то с мальчика на женщину, то с женщины на мальчика. - Я сама здесь не давно, но... За несколько дней успела оббегать многое. Скучно сидеть в номере и ждать пока вернется муж.
Нет, я не отчитывалась. Мне просто хотелось поделиться так сказать наболевшим что-ли. Оуэн редко посещал что-то вместе со мной даже если мы находились в другой стране или городе. Да и вместе мы куда-то ездили только по его делам. Он стал таким деловым. Иногда меня это пугает. А неприятностей мне хотелось меньше всего. С другой стороны мне было обидно. Обидно, что моему дорогому и любимому мужу сложно провести со мной время, погулять по улицам незнакомого города или по каким-нибудь достопримечательностям и музеям. Вдвоем куда интересней, чем гулять по городу одной. К сожалению, у него всегда находились отговорки и какие-то непонятные дела. Мне все равно никто не рассказывал, поэтому допытываться смысла не видела.
- Дайана. Дайана Нильсен. - я протягиваю руку в ответ и пожимаю её, в знак знакомства. - Мне очень приятно познакомиться, Тони. - я делаю паузу и присаживаюсь на корточки перед мальчиком, осторожно протягиваю ему свою руку. Почему-то мне всегда казалось, что малыши меня бояться. Хотя вроде бы и не такая страшная. - Очень приятно, Ноа.
Я снова ему улыбаюсь и выпрямляюсь, вернувшись к Пейтон. Выставка выставкой, но поговорить с кем-то, кроме зануды мужа, было тоже приятно.
- Мы с мужем из Нью-Йорка. У него здесь какие-то дела, а я так... За компанию. Решила пробежаться по местным достопримечательностям. Я художник. Художник-реставратор. - для меня было удивительно как я так просто рассказывала что-то о себе. Обычно я скромная девчушка, порой конечно, которая никому ничего рассказывать не хочет. Лишь в редких случаях и то, возможно, близким. Мне хотелось общения. Слишком много времени я проводила одна.
- А про язык Вы правы. Услышать родной английский здесь выходит довольно редко, - я переминаюсь с ноги на ногу, - Хотя иногда мелькает. Если прислушаться.
Тони указала мне в сторону её родственницы, там я и заметила виновницу сия торжества. Я не собиралась подходить, мне было хорошо и тут в кругу, как в тот момент мне казалось, уже знакомых мне людей.
- Почему? - поинтересовалась я, слегка приподняв бровки вверх от удивления, - Разве лучше сидеть дома? Здесь ведь столько прекрасного. И Ноа явно хотелось бы что-нибудь посмотреть. Мне так кажется. Да, существует языковой барьер, но это и не такая уж большая преграда. Нельзя сидеть в четырех стенах, так и свихнуться легко. - я снова улыбаюсь и перевожу взгляд на мальчишку, - Правда, малыш?

+1

8

Новая знакомая Пейтон и Ноа оказалась особой весьма словоохотной. Молодая леди не побрезговала завести беседу с темнокожей женщиной, да еще и с ребенком, пусть даже между ними и ощущалась существенная разница в возрасте. Пожалуй, хороший десяток лет находился между ними, что сказывалось на всем. А в прочем, быть может, Тони со временем стала дамой весьма наблюдательной и внимательной к мелочам, которые могут сказать о человеке именно то, чего он явно не скажет самостоятельно. Новая знакомая Тони была одета в весьма яркую и модную одежду, что было не удивительно, ведь молодежь куда охотнее следит за веяниями в мире моды, как и рискует носить достаточно короткие шорты, что не скрывали стройных ножек светлолицей девушки, которая, наверняка, еще даже не была замужем и тем более не давала жизнь ребенку. Однако ни одна из этих существенных, казалось бы, деталей не стала для их знакомства преградой.
Но, в одном мгновение Тони пришлось все-таки удивиться. Она приподняла свои тонкие брови вверх, как только ее новая знакомая поведала о том, что уже успела оббегать главные достопримечательности этого чудесного, но все равно такого чужого города. Хотелось бы спросить у нее, когда успела, только женщина сдержалась от подобного комментария. Наверное, не каждый такой домосед, как она сама, которого еще нужно вытаскивать из дома, чтобы посетить весьма неплохую, надо отметить, выставку современного искусства. Все-таки Пейтон была уверенна – вполне могло быть и значительно хуже, если бы она попала на выставку тех же абстракционистов. В прочем, если подобное веяние все еще сохранялось в искусстве, в чем женщина не была уверенной. Она не так хорошо разбиралась в искусстве, которое интересовало ее ровно на уровне наблюдателя – нравится или не нравится. Да, у нее не плохой вкус, она следит за новыми веяниями в моде, но мода – далеко не то искусство, о котором принято вести речь. Хотя тоже по-своему имеет нечто общее с живописью и фотографией. Только углубляться женщина все-таки не желала.
Многозначительным кивком в знак понимания и согласия с Дайаной ответила Пейтон, осознав, что все-таки ошиблась немного в своем представлении о ней. Все-таки девушка была уже дамой замужней, но вот нутро подсказывало ей, что детей у нее нет. Да и вряд ли планировала их чета из Большого Яблока в скором времени, раз муж занимается делами, тогда как супруга мается от безделья и успела побывать во многих, если не во всех уголках столицы Германии.
- Теперь понятно, почему вы на выставке, - улыбнулась темнокожая леди Нильсен. И не хотела она ничего такого сказать своими словам, но тут, как говорится, так уж вышло, при этом, само собой.  – У вас должно быть очень интересная профессия, пусть отнимает много времени и сил, - предположила Тони, решив умолчать пока о своем виде заработка. В прочем, теперь она и его лишилась, практически сбежав из Сакраменто, где в марте месяце она только устроилась работать в одной хорошей кафешке баристой. И не то, чтобы Пейтон смущалась своего занятия, скорее напротив. Но, все-таки решила промолчать на этот раз.
– Конечно, иногда мелькает – но далеко не всегда есть шанс и возможность воспользоваться тем, что доходит до наших ушей, - рассмеялась в ответ на замечание молодой леди Пейтон, после чего тихо вздохнула. Она все-таки позавидовала своей новой знакомой, муж которой был хотя бы рядом с ней, а не где-то далеко, за океаном.
- Вы говорите в точности, как наша родственница, - тихо произнесла Тони, сдержанно усмехнувшись своей собеседнице. – Но, я, наверное, из тех людей, что предпочитают привычную обстановку, где все знакомо и нет никаких непредвиденных ситуаций или опасностей. Хотя, судя по одной из любимых бабушкиных поговорок – беда может найти тебя и спящим, - пожала плечами женщина, надеясь, что ее слова прозвучат скорее разумно, но не странно.
- А вы многое тут посмотреть успели? Понравилось? – поинтересовалась Тони, на этот раз сузив предмет разговора к происходящему здесь и сейчас.

0

9

Если быть честной, то толком я никогда не следила за модой. Я редко читала, перелистывала глянцевые, модные журналы, на показы не ходила. Даже не смотря на мою творческую деятельность я никогда не отличалась от остальных людей в своем стиле. Да, я была молода и не пыталась скрыть свои ноги или другие (в разумном смысле) части тела, так как показывать было что, а раз есть зачем скрывать. Я всегда считала, что если у тебя есть подобающая фигура, то не стоит прикрывать ее от обозрения окружающих здесь людей. Что касается лично меня, то я покупала и одевала то, что мне по душе, что мне нравится и чтобы мне хотелось одеть. Никогда не гналась за модой и какими-то определенными идеалами.
Что казалось моего замужества, то с Оуэном мы поженились года четыре как назад. Двадцать один год приемлемый возраст для замужества, но я всегда считала, что сделаю шаг навстречу к браку позже, после двадцати пяти. Но ведь жизнь вещь непредсказуемая и ты никогда не знаешь, что может тебя подстерегать. Когда любишь ждать некогда. Тем более мой муж старше меня на несколько лет и это, конечно же, не преграда для нас. Он занятой человек, который никаким образом не относится к искусству, творчеству и никак не хочет развиваться в этом плане.
Услышав слова Пейтон я одобрительно кивнула, подтверждая ее слова, и улыбнулась. Да, возможно, причина моего похода на выставку в первую очередь была моя профессия, мое хобби и занятие всей моей жизни.
- Времени отнимает много Вы правы, но это не преграда совершенно, - я перевела взгляд на висящую рядом картину, - Я люблю свою работу. Занимаюсь этим с детства и понимаете... Я не устаю. Нет, ну, конечно, от любого вида деятельности получаешь некую усталость, утомляешься. Но в те моменты, когда думаешь о том, как правильно наложить цвет, штрих или еще что-то... Кто-то может и устает, а я лишь получаю удовольствие.
Так было на самом деле. Порой я слишком увлеклась процессом работы. Я не замечала ничего: ни как быстро летело время, ни как постепенно пропадала четкость в глазах и я понимала, что все. Бывают моменты, когда ты готов работать хоть сутками. К сожалению или счастью, для организма это не есть хорошо и я пытаюсь не переусердствовать. Тем более никто и не позволяет мне этого делать. Благо есть кому отвлечь.
- Порой сидеть дома, взаперти, в четырех стенах мучительно. Нужно выбираться. А я вообще дома не люблю долго сидеть, если только не работаю. А раз еще есть возможность изучить что-то новое, неизведанное тебе, то, собственно, почему бы и нет. - я снова перевела взгляд на женщину, не переставая улыбаться, - Вы посмотрите, во всем есть выгода. Даже в этой выставке. Пойдемте. Малышу явно будет интересно узнать что-то новое.
Я двинулась вперед к следующим картинам. Я не собиралась рассказывать что-то про каждую картину. Где-то, возможно, я сама не понимала смысл или ощущала его по-другому. Возможно, им вообще будет неинтересна моя глупая болтовня, а я пристала как банные лист ей богу. Я прошла немного вперед и остановилась, взглянув на Пейтон и Ноа.
- Картина - это в какой-то степени душа художника. Часто в ней он излагает свои мысли и эмоции. Возможно, какие-то переживания. Возможно, вы не поверите, но даже по цветам, которые он на ней изобразил можно понять в каком расположении духа он был. Некоторые картины закрыты от нашего воображения и можем увидеть в ней что-то абсолютно другое. То, что ближе нам.
Тут я отвлеклась на вопрос Пейтон и сдвинулась дальше. Мне нравилась реакция мальчика, которой только мотал головой со стороны в сторону, наблюдая за происходящим. Да, то каким я языком все это рассказывала, возможно, было понятно для женщины, но никак для маленького мальчика. Своих детей у меня не было, поэтому я понятия не имела как и что им объяснить. Я лишь разговаривала так, как сама себя понимала.
- Да, я пересмотрела уже все картины. С работами этого художника я встречалась еще во время своего обучения в Нью-Йорке. А Вам нравится?
- наверное, это был глупый вопрос, но я осмелилась его задать. За это время, которое летело не так уж быстро, с мамой и мальчиком мы обошли почти все картины, а я в свою очередь пыталась излить свои мысли так, чтобы интересно и понятно было еще и им.

+1

10

Верно говорят, что душа другого человека – потемки. Это целый новый мир, что может так сильно отличаться от твоего, понять который порой бывает не так уж и просто. Все-таки у каждого человека позади свое собственное воспитание, свои жизненные обстоятельства, атмосфера в семье, да и опыт. Бесценный, он достаётся способом проб и ошибок, без которого не так просто идти дальше по жизни. Однако именно эти, казалось бы, незначительные детали и нюансы, имеют свое влияние на человека, его внутренний мир, с которым мы сталкиваемся уже после красивой обложки, по которой обычно и составляется первое впечатление.
Что же, внутренний мир и мысли юной собеседницы Пейтон были таким же неопознанными, как новая книга, которая открывалась им с Ноа сейчас. Дайана сказала, что не устаёт от своей работы, однако Тони лишь мягко усмехнулась своей новой знакомой, не перебивая её, хотя у темнокожей женщины уже сложилось определенное впечатление о мисс Нильсен. Так подтвердит его юная леди или нет, кто знает? У молодой американки ещё было предостаточно времени, чтобы узнать, что такое есть настоящая усталость, когда валишься с ног, а утром не хочется даже выбираться из постели. Счастливая. Пожалуй, не каждый может похвастать тем, что его работа приносит не только прибыль или худо-бедный заработок, но и удовольствие. Все-таки, при всем своем желании, Тони никогда не могла сказать, что работа в кафе приносила ей какое-то удовлетворение. Это была потребность, необходимость. А то, что необходимо не всегда приносит должное удовольствие. Это была привычка, выработанная годами.
- Это здорово, - произнесла женщина, не убивая с лица своей улыбки. – Это большая редкость, - добавила она, но не стала вносить в разговор ещё и сухую статистику о том, как много народу, мягко говоря, не жаловали свое место работы.
Дайана была по большей мере интровертом, что и подтвердила своими последующими словами, на которые Тони захотелось внезапно фыркнуть нечто вроде: Да что ты знаешь, мисс? Как бы ты поступила, оказавшись на моем месте? Все так же сбегала бы к прекрасному? – однако женщина промолчала. Были вещи, о которых не принято было говорить вслух и потому она промолчала, проглотила задевшее за оголенный нерв, коим и являлись вопросы, связанные с домом.
- Сомневаюсь, что сделанные вами выводы являются верными. Дом – не скорлупа и не ракушка;дом – это уют и тепло, в котором хочется проводить время, наслаждаясь компанией своей семьи, - произнесла она, махнув рукой на желание раскрыть свое мнение более полно, дабы оно не выглядело будто оправдание. Ну,а пока Дайана предложила показать им картины, представленные на выставке. – Конечно, пойдем, - согласилась женщина, прежде чем последовала следом за Нильсен.
Сам Ноа внимательно слушал все, что рассказывала незнакомая тётя о картинах и держался за мамину руку.
- А если картина черно-белого цвета? – поинтересовался наконец-то Ноа, заставив взрослых обратить на него внимания. - Что этот цвет может знать? Или передавать? – добавил умный ребенок парочку вопросов, что его интересовали, на что Дайана частично дала сразу ответ.
- Я не поклонник современного искусства, - ответила на этот раз Тони, как только американка озвучила встречный вопрос. - Но, пожалуй, знать этого не обязательно моей родственнице и её подруге, - она кивнула в сторону Каролины и художницы, на выставку которой её и привела младшая сестра Дитриха. Но, стоило только Пейтон оглянуться, как темнокожая женщина заметила приближение светловолосой немки к ним с Ноа.
- А вы тут не скучаете? – спросила Лин у Тони, посмотрев на Дайану. В прочем, закономерно этот вопрос мог оставаться риторическим. Все и так было на лицо. – Новые знакомства – это всегда хорошо, - добавила женщина, улыбнувшись. – Меня зовут Каролина Хаффман, я родственница Тони, а это моя подруга – Гера Гольдманн, чьи прекрасные картины мы нынче имеем возможность наблюдать, - она не только сразу же представилась, но и представила подругу, протянув Дайане руку для приветствия.
- Это мисс Дайана Нильсен, -в свою очередь представила свою новую знакомую Тони. – Она также американка, как и мы, - улыбнулась женщина яркой улыбкой.
- Ну, конечно, американцы чувствуют друг друга на расстоянии, - пошутила Каролина. Уж с чувством юмора у Лин всегда был порядок. Ведь настолько оптимистично мыслящего человека было, порой, не просто найти. Да и всегда младшая сестра Дитриха обладала хорошим чувством юмора и умела заставить окружающих улыбаться. Эту же шутку поддержала и фрау Гера, рассмеявшись в ответ.

+1

11

Наверное, часто я была похожа на наивную девчушку, которая очень мало видела еще на своем жизненном пути. Та, кто еще мало чего понимает и все еще, как маленькая девочка, верит в чудеса и сказки. Отчасти, все было именно так. Я часто не замечаю того, что очевидно и находится прямо перед моими глазами. Я дура, которая верит, доверяет и позволяет вешать себе лапшу на уши. Я добрая. Порой я слишком добрая. Я не могу сама себя оградить от всего дерьма, которое находиться повсюду в этом мире. Слишком доверчивая. Когда-то это нужно прекращать.
У каждого своя жизненная история и, наверное, поэтому я не совсем была согласна с Пейтон. Да, она права. Дом – это уют и тепло, в котором хочется проводить время, наслаждаясь компанией своей семьи. А что делать, что вроде бы какая никакая семья есть, а время проводить здесь не с кем? Сидеть в запрети, в четырех стенах и правда ждать чуда? 
- Да, ты права. Но моя семья состоит из двух человек и, когда его нет дома, а его часто нет дома, то что там делать мне? Волком выть? - какой бы наивной я не была, я не собиралась убивать свою жизнь дома в одиночку. Да, в случае этой женщины был еще и ребенок. Но... Но, наверное, я еще слишком молода и еще очень многого не понимаю. Возможно, все еще было впереди.
Я могла рассказывать об искусстве часами. Правда часами, мне не надоедает. Да, наверное, тем, кого не очень интересно современное искусство это совершенно не интересно, но вот мальчишка, как мне казалось, слушал внимательно, поэтому я пыталась объяснять что-то более доступным для него языком. Надеюсь, что у меня это получалось.
- А если картина черно-белого цвета? Что этот цвет может знать? Или передавать? - вопрос мальчик чуть заставил меня задуматься, но не надолго. Я взглянула на него и слегка улыбнулась.
- Знаешь... Если картина черно-белая, то не обязательно, что на ней изложено что-то плохое. То есть да, художник мог изложить здесь свои проблемы и переживания, но чаще всего это не так. Вообще, чаще черные и белые цвета используются в графике. Скорее всего это просто какие-то натюрморты. Художники редко используют чистый белый или черный цвет. Чаще смешивают их, чтобы затемнить какой-то яркий цвете или осветлить. - в какой-то момент мне казалось, что я слишком увлеклась и, наверное, частично мальчик перестал меня понимать. А может наоборот. Нынешние малыши понимают иногда лучше, чем всякие взрослые. А может я излагаю более менее понятно только для себя. кто знает, как есть на самом деле.
Тут к нам подошла родственница Пейтон и Ноа с виновницей сия торжества. Я была уверена, что я уже ее видела.. Пересекалась в Нью-Йорке. Но это было так давно, мои навыки немецкого языка не были идеальными, поэтому я не стала напоминать человеку кто я такая и что когда-то давно мы где-то там виделись. Ну, виделись и виделись.
Меня зовут Каролина Хаффман, я родственница Тони, а это моя подруга – Гера Гольдманн, чьи прекрасные картины мы нынче имеем возможность наблюдать.
Я пожимаю руку девушки в знак знакомства и улыбаюсь, заправляя в тоже время прядь волос за ухо. Возможно, я сейчас похожа на дуру.
- Очень приятно, Каролина и Гера. Замечательная выставка. Картины превосходны, - отвечаю я. Было бы глупо с моей стороны не высказать свое восхищение. Художник художника и ля-ля-ля тополя...
- Ну, конечно, американцы чувствуют друг друга на расстоянии, - я слегка рассмеялась, услышав слова Каролины.
- Скорее всего узнают по родному языку. Да, Тони? - я перевожу взгляд на темнокожую и улыбаюсь. Возможно, это и вправду было именно так. Не услышала бы я как они с Ноа разговаривали, возможно бы, этого знакомства и не состоялось бы. Кто знает. Тут я мельком бросаю взгляд на экран своего мобильного и тут же, через пару секунд, перевожу его на новых знакомых. - Простите, мне пора идти. Тони, чтобы Вы с Ноа не сидели дома, предлагаю прогуляться завтра по городу, если Вы не против. - я достаю с сумки блокнот и ручку, быстро чирикаю определённое количество цифр на нем, вырываю и протягиваю его женщине. - Если надумаете, то позвоните мне. Всего доброго.
Прощаюсь и уже через несколько секунд покидаю данное заведение.

0

12

Когда-то и Пейтон была замужем за мужчиной, что был занят только работой. У них не было детей и темнокожей женщине, чего греха таить, тогда не хотелось обзаводиться детьми. Тогда она думала, что дело вовсе не в чувствах или отношениях, что за пять лет достаточно быстро испортились, не смотря на видимые попытки супругов отыскать свое счастье. Что поделать, но Тони отыскала свое в своем бывшем кавалере, которого не смогла забыть спустя годы, проведенные врозь… И ведь именно ему она подарила ребенка, что теперь с любопытством смотрит на мир своими большими карими, как у его заботливой матери глазами.
Определенно, женщине было, что ответить своей собеседнице. «Завести детей, подумать о будущем…» - так и вертелось на кончике языка, однако она так и не озвучила этих слов. Во-первых, она не тот человек, который должен раздавать нравоучения другим, пусть даже бесплатно и по доброте душевной. Каждая душа – потемки, и порой даже самые близкие родственники и друзья не могут помочь нам советом. Все-таки каждый судит в первую очередь по себе. По своему опыту, по своим желаниям и стремлением. По своей шкале важного и необходимого. Ну, а во-вторых, Пейтон знала, как порой неприятно бывает, когда кто-нибудь посторонний начинает поучать тебя. Еще в Сан-Хосе у них была такая соседка, миссис Моусли. Эта белая пожилая женщина лезла в дела буквально всех своих соседей, что поначалу выслушивали женщину из вежливости, а потом из жалости – ей просто было очень одиноко. В прочем, о себе такого Пейтон не могла сказать. Как-никак, но даже в Берлине, на другом конце мира, она не чувствует себя одинокой или брошенной, ведь рядом с ней есть сын, маленькая часть их с Дитрихом, по которому она безумно скучала.
В это время, получив ответ новой знакомой, Ноа задумался о том, что сказала эта тетя ему. Он любил фотографировать и всегда любил запечатлять счастливые моменты, которые выпадали у них семейства – так было во время поездки к озеру с рыбалкой, а также на Халф Мун Бэй. Мальчик не единожды видел черно-белые фото или рисунки, однако он не мог припомнить себе, что чувствовал, пока смотрел на них. Разве были они страшными? Кажется, нет. Но, почему все сразу говорят о плохом, когда говорят «черный»? Это же часто повторяют некоторые темнокожие ребята, когда пытаются найти виновного среди них. Вот только понять это ему было, видимо, пока еще не обязательно.
Конечно, пока Ноа задумался о своем, мальчишка упустил разговор взрослых, который завязался у них по приходе тети Линн с ее подругой. И, тем не менее, мальчик не выпускал ладонь матери из своей, отвлекшись на время лишь на предложение, которое озвучила его матери их новая знакомая.
- Мы посмотрим завтра на эти врата? – спросил ребенок, указав пальчиком на картину, возле которой и случилось спонтанное знакомство с их соотечественницей, которая уже собиралась бежать по своим каким-то наверняка  важным делам.
- Если Дайана нам их покажет, - довольно-таки быстро добавила в ответ женщина сыну, прежде чем принять визитку молодой девушки, которую та уже ей протянула. – Спасибо за предложение, - ответила она, но так и не произнесла какого-нибудь согласия или отказа. Это было просто благодарностью, которую она оставила повиснуть в воздухе между ними, прежде чем проститься на время с молодой леди, с которой они быть может и не встретятся вовсе.
Ну, или встретятся завтра?
И все-таки согласиться было не просто. Когда Каролина убежала на съемки фильма, Пейтон оставалось только задуматься о досуге для сына, которому действительно было скучновато сидеть все время дома либо ходить в парк неподалеку. Он был пытливым ребенком, что всегда стремился к новым знаниям, поэтому раздобыв в своей сумочке номер телефона, оставленный Нильсен на ее визитке, женщина набрала номер своей соотечественницы. К тому же, самой Тони не помешало бы уже развеяться, а то даже как-то тошно становилось утром, от очередного воспоминания о совсем недавним еще дням.
- Добрый день, Дайана, - обратилась она к собеседнице, когда она сняла трубку, и послышался ее озорной голос по ту сторону. – Ваше предложение еще в силе? Мы тут собираемся как раз с Ноа на прогулку и вспомнили о вас, - произнесла темнокожая женщина, улыбнувшись своим словам. Пожалуй, она пока еще даже не знала, что может добавить.

Отредактировано Tony Danziger (2016-04-06 22:53:53)

+1

13

Как же это сложно. Сложно жить и надеется в лучший исход. Я как маленькая девочка всю жизнь верила в сказки, верила в чудо и надеялась, что скоро все наладится и будет так, как хочется нам. На самом деле уже тогда, в Германии, было что-то не так. Наверное, разговор с новой знакомой немного меня взбудоражил. Тогда, вернувшись в номер отеля, мне больше не хотелось никуда идти. Хотелось запереться в этих чертовых четырех стенах и не выходить.
Что меня совсем не удивило, Оуэна не было. Я уже привыкла, что засыпаю без него, а когда просыпаюсь его уже нет. А может это все самовнушение? Может он вообще не приходит? Почему, когда раньше это казалось бредом, сейчас это казалось истиной? А может просто я ничего в этой долбанной жизни не понимаю.
Я решила, что сегодня я буду сидеть до тех пор, пока мой дорогой и любимый суженный-ряженный не придет ко мне наряженный. Если такое чудо, конечно, случится. Но все это время мне следовало чем-то занять. Рисовать? Пыталась, но почему-то получалось слабо. Для меня это несвойственно, потому что после практически любой выставки у меня появляются новые мысли и идеи по поводу своего творчества. В этот раз, к сожалению, оказалось не так. Убираться? У меня есть глупая привычка начинать убираться, когда нервничаю, но это бывает редко. Да, тем более, наверное, глупо было бы убирать в номере отеля, когда тут и так каждый день производится уборка. Вскоре я просто забилась в уголок, как маленькая серая мышка, поджав колени к груди и просидела так в темноте, пока в один прекрасный момент просто уснула от ожидания, прижавшись к стене. Додумалась бы хотя бы на кровать лечь что-ли.
Вот только утром, я уже проснулась в своей постели, укрытая одеялом, а рядом на тумбочке красовалась чашечка с еще горячим кофе, мой любимый кекс с шоколадом и записка:"Прости, принцесса, задержалась. Постараюсь быть пораньше."
Если честно, то с одной стороны это было мило и казалось, что он обо мне заботиться, но я же девушка, я умею перевернуть все с ног на голову. Меня это злило. Мне хотелось разорвать эту глупую записку в клочья и выбросить в окно, то же самое проделать с этим благородным кофе и кексом. Но тут я подумала о том, что они то не виноваты, что у меня муж такая скотина, хоть и любимая, конечно. жаль, что мои мысли не выходят за пределы моего разума и я не могу выговориться и сказать ему это в лицо. Смелости не хватает. По крайней мере пока что.
Я сладкоежка, но хорошо это скрываю, поэтому кекс умяла за обе щечки и запила все теплым кофе, а тут уже и через пару секунд зазвенел мой телефон. Сумка девушки - это Нарния, а я свой телефон со вчерашнего дня не видела, поэтому искала я его долго и уже думала, что этот звонок пройдет мимо меня.
- Да? - резко отвечаю я, вытянув телефон с злосчастной сумки и вскакивая с кровати. По ту сторону линии оказалась моя новая темнокожая знакомая, с которой мы познакомились в галерее. Хотя если быть честной, я не думала, что она позвонит и тем более согласиться на прогулку. Почему? Не знаю. Мне просто так казалось. - Да, конечно. Я не отказываюсь от своих слов. Где Вам удобнее встретиться?
Мы договорились о встрече возле парка, недалеко от тех самых знаменитых Бранденбургских ворот. Тот прекрасный мальчик Ноа, хотел их увидеть, а я не прочь исполнять детские желания.  Наша встреча была назначена через час, а значит у меня было немножко времени собраться. Я вытянула из шкафа джинсы, красный пиджак и легкую блузку молочного цвета под низ. Не рискнула обувать туфли с каблуком, а вот балетки пришлись как раз кстати. Я не стала оставлять каких-то записок, писем и прочей лабуды для мужа, в случае его возвращения. Во-первых, я не уверена, что он вернется так рано. А во-вторых, могу я по обижаться? Я даже решила, что трубку не возьму, если он вдруг соизволит мне позвонить. Пусть поволнуется. Хотя зная меня, я могу и поднять.
Уже через сорок пять минут, я сидела на лавочке, рядом со входом в парк и ожидала своих знакомых. Ну, в этом есть какая-то выгода: мне не придется гулять одной, да и им может быть будет интересно.

+1

14

Иногда приходит время выбираться из своей раковины или панциря и этот день должен был стать именно таким. В прочем, как хотите, называйте это, но решиться обычно на подобное стоит не малых усилий, как-никак. Сегодня маленького озорника Ноа будет ожидать интересная прогулка к Бранденбурским воротам, которые так понравились маленькому кареглазому мальчишке вчера на выставке. Примечательно ли, что именно возле картины, на которой были изображены эти самые ворота, находилась женщина, свободно владеющая английским языком, да еще и готовая помочь посмотреть на архитектурное достояние Берлина вблизи. Что же, будь Пейтон поклонницей различных сверхъестественных историй или чего-то в этаком духе шпионских историй, то наверняка бы задумалась о том, стоило ли доверять Дайане настолько, чтобы отправиться вместе с ней на прогулку. Однако сама Тони позвонила этой молодой женщине. И, нужно сказать, это было одним из главных плюсов этой истории, поскольку их присутствовало куда больше и все они, отдельно взятые, являлись лишь камушками в большой картине создателя.
Они договорились встретиться в парке, неподалеку от Брандербурских ворот спустя час. И это при том, что темнокожая женщина пока еще была несколько не готова к выходу из дома. На ней была самая простая футболка и шорты, которые Пейтон довольно-таки быстро сменила на длинную узорчатую юбку черно-белого цвета, которая благодаря тонкой струящейся ткани, развевалась на ветру. Сегодня погода не была настолько капризной, как это бывало в предыдущие дни, поэтому Тони позволила себе позабыть о зонтике. Пускай серые тучи, и проплывали где-то над городом, все-таки не обещали проливного дождя, как и любых других осадков сегодня. В свое время женщина, что положилась лишь на свои предположения, когда не знала практически особенностей местного климата, пожалеет о том, что не взяла с собой зонтик. Но, это будет потом, тогда как сейчас они с Ноа торопились на встречу. Они даже сели сами на гражданский транспорт – довольно-таки вместительный автобус, проезд в котором стоил несколько евро, которые Тони и оплатила на входе. Но, к сожалению, они все-таки немного не рассчитали своего времени, а потому слегка опоздали, заставив Дайану дожидаться на них.
- Прошу прощения, Дайана, что мы заставили тебя ждать, - обратилась к американке женщина, позволив себе осторожно улыбнуться ей. - Мы слегка не рассчитали свое время...
- Добрый день, миссис Дайана, - решительно поздороваться Ноа с тетей, которую они с мамой встретили еще вчера днем на выставке, улыбнувшись ей своей весьма располагающей и милой улыбкой. – А вы жили когда-то здесь, что так много всего знаете? – любопытный мальчишка поспешил задать свой вопрос молодой леди, нисколько не чувствуя смущения, как это часто бывает, когда дети не могут вести себя свободно в присутствии взрослых. В этом плане маленький озорник был совершенно не похожим на большинство детей и никогда не терялся. – Откуда вы знаете так много про картинки и эти врата? – спросил кареглазый мальчишка, когда они понемногу взяли курс на причину своего небольшого путешествия.
В это время небо слегка прочистило свой голос, когда послышался шум грома где-то вдали над их головами.
- Неужели и сегодня пойдет дождь? – покачала головой Пейтон, сетуя на погоду в столице Германии. – Может быть, нам стоит поспешить войти вовнутрь? Все-таки мне кажется, что мы сегодня наверняка промокнем, - покачала она головой, когда стали ощущаться мелкие капли летнего дождя.

+1

15

— Будьте просты. Будьте честны. Будьте добры.
Мой жест в галерее был всего лишь жестом доброй воли. Я, конечно же, сомневалась в том, что моя новая темнокожая знакомая позвонит мне и согласиться прогуляться по городу. Это правда было удивительным. Не часто люди доверяют почти незнакомому тебе человеку, и я прекрасно это понимала. Наша человеческая натура направлена на это. Мы все творцы своей жизни, мы все защищаемся как можем. Наша грубость с кем-то тоже некая защита. Не значит вовсе, что ты злая стерва, которая не способна нормально разговаривать с людьми и прочие мелочи. Просто защитная реакция, которая порой помогает нам выжить в этой суровой жизни.
Но я никогда не отказываюсь от своих слов. Предлагала я на полном серьезе, а значит никаких причин отказываться у меня не было. В очередной раз мужа не было дома, а значит меня здесь ничего не держало. Иногда я вообще начинала задумываться: а есть ли он у меня? Муж этот? Может я уже давно вольная птичка, которая может делать все, что душе угодно. Моя душа хотела сделать что-нибудь такое, после чего ему стыдно стало. А может вообще улететь в Нью-Йорк без него?
Я безумна. В мою темную головку часто лезли подобные мысли. Мысли, которые я редко воплощала в реальность. Кто я для мужа? Маленькая серая мышка, которая при его виде пискнуть боится. Да, боится. Но когда-нибудь и моему терпению придет конец. Когда-нибудь и эта милая история станет драмой. Не всегда есть силы терпеть.
Я пришла раньше и сидела на скамейке "копаясь" в своей собственной голове. Как обычно слишком много мыслей и как обычно я в них путаюсь. Время летело незаметно. Я и не замечала того, что сейчас происходит на улице. Не замечала людей. Абсолютно ничего. Наверное, я просто устала. А мысль уехать была сейчас как раз кстати.
Как говорилось выше, я не сразу заметила как пролетело время и как долго я жду.
- Ничего страшного. Это я раньше пришла, - ответила я, заметив Тони и Ноа рядом. Я ворона, а чуть правда их не прозевала. Хватит своих проблем. - Добрый день, Ноа. - я улыбаюсь ему и как "взрослому" молодому человеку, протягиваю руку в знак приветствия. Я поднимаюсь со скамейки и мы уже направляемся в сторону тех самых заветных ворот, которые я обещала показать. Обычно такие маленькие детки стесняются разговаривать с еле знакомыми ему людьми так открыто, но Ноа был неким особенным мальчиком и очень общительным, что мне очень в нем нравилось. Такой милый маленький мальчик. В этот момент меня одолела мысль, что я бы тоже была не прочь завести такого маленького зайчика....
- Я с рождения жила в Нью-Йорке, малыш, - ответила я мальчику, продолжая наш путь к намеченной цели. - Я окончила художественный колледж в Нью-Йорке, часто хожу по выставкам, поэтому я многое знаю о картинах. А насчет ворот... Я просто много гуляла и читала, поэтому так получилось. Просто сейчас у меня много свободного времени.
Времени и правда было слишком много. Слишком. Мне это надоедало.
- Дождь? Я люблю дождь. - я даже слегка улыбнулась. Еще будучи маленькой девочкой, я любила бегать босиком по лужам, под проливным дождем и не заботиться ни о чем, не думать о проблемах, а лишь радоваться тому, как капли ударяются о землю. - Пойдемте, вон там хорошее кафе. Малыш, ты любишь пироженные со взбитыми сливками?
Мы зашли в кафе в тот момент, когда по ту сторону линул сильный дождь. Будь я одна, я бы тут же оказалась под струями воды и наслаждалась чувством небольшой свободы. Жаль, что на самом деле было не так.
- Что Вы будете? - поинтересовалась я у своих собеседников и уставилась в меню. Хотя есть мне не очень хотелось.

+1

16

Дайана весьма радушно встретила их с Ноа. Казалось бы, может ли быть таким милым совершенно незнакомый тебе человек, которому ты не доверишь тайну, но останешься признательным за то, что он уделяет тебе время и просто отвлекает от темных мыслей, из-за которых ты была готова сидеть в четырех стенах. Так, будто бы и не желая проводить время так, словно ничего не случилось там, в Калифорнии. Но, ребенок не должен сидеть в четырех стенах и именно из-за Ноа и его любознательности женщина была готова, пожалуй, на все. Он был ее маленькой радостью, что приносила свет в ее жизнь, когда Дитрих не мог быть рядом, и делает это сейчас. Так что, темнокожая леди признательно улыбается молодой девушке, когда она поначалу протягивает Ноа руку для приветствия, а после отвечает на его вопросы, при этом не так, как это обычно делают взрослые, сюсюкаясь с ребенком, но спускаясь к его уровню, не изменяя себе.
Узнав чуть больше информации о Дайане, Тони теперь смогла прорисовать ее образ более подробно. Жительница Большого Яблока, художница и замужем, наверняка, за состоятельным молодым человеком, что слишком мало уделяет ей времени, детей нет и единственная радость это искусство… Да, пожалуй, это был некий стереотип и ярлык, который обычно в Сан-Хосе вешали на «новеньких», как это было в случае с семейством немцев, прибывших когда-то в их теплые края в погоне за американской мечтой. Но, Тони была не из тех, кто вешает ярлыки. Или, по крайней мере, женщина старалась не делать этого. Она не спешила с выводами, хотя порой, чего греха таить, все-таки быстро выдавала свои вердикты.
- Я тоже люблю читать, - согласился тем временем со своей новой знакомой Ноа, чему Пейтон могла только улыбнуться. Это было действительно так, и мальчишка ничуть не преувеличивал. – Я прочитал целую энциклопедию, которую мне купил папа, - добавил он, на что получил легкое пожатие руки от своей матери, что вела его за руку все это время. – А когда приедет папа? – это мальчишка уже обратился к матери, на что она бы охотно ответила завтра. Но, ответа у нее не было точного.
- Скоро приедет. Помнишь, он обещал? – ответила она, не внеся ничего нового в их разговор, но надеясь, что сейчас хотя бы на эту тему придется говорить. И уж очень ловко они подобрались о теме погоды, поговорить о которой остается всегда, если ты только не знаешь, о чем еще можешь сказать. – Мы коренные жители Калифорнии, поэтому нам обязательно нужно солнце, а здесь как-то очень пасмурные дни выдались, как для июня месяца, - тихо вздохнула темнокожая леди, вновь подняв взгляд карих глаз на небо, где собирались тучи и можно было только гадать, выдадут они пару слезинок сегодня или все-таки воздержатся и продолжат хмуриться, как среда на пятницу.
Ноа согласно кивнул, когда его спросили о сладостях и пирожных.
- Но больше всего я люблю шоколадное печенье, которое печет мама, - добавил внезапно ребенок, когда они все оказались внутри кафетерия, а на улице все-таки начал идти дождь. Пейтон лишь успела оглянуться, представив, что еще какое-то ничтожное мгновение отстраняло их от того, чтобы насквозь промокнуть и испортить себе настроение, и обрадовалась, что пока они могут переждать дождь внутри кафешки. С куда большим удовольствием она будет наблюдать за дождем через окно с кружкой горячего кофе, нежели будет бежать под ним с зонтиком, которого у нее сейчас не имелось при себе.
- Ноа мы закажем какао со сливками, а себе я возьму Американо без сливок, - ответила на вопрос Дайаны сразу же, зная наизусть предпочтения сына и свои. Так уж повелось, что женщина не привыкла изменять некоторым привычкам. Открыла меню Пейтон лишь ради интереса, но увидела в нем несколько интересных десертов, попробовать которых ей почему-то захотелось. – Пожалуй, я попробую кусочек «Добоша». Здесь указано, что это самое любимое угощение принцессы Сисси, австрийской императрицы, - огласила Пейтон свой выбор, взглянув на свою собеседницу и компаньонкой.
Кто знает, может быть, это общение в кафе их сблизит? Они поделятся чем-то сокровенным?
- А я буду шоколадное мороженное, - добавил Ноа, на что получил согласие матери, как только к ним подоспела официантка и записала их заказ.

+1

17

— А ночью мы придумываем себе идеальную жизнь.
Я всегда любила дождь. Особенно прогулки под дождем. Да, это нечто грустное, одинокое, не подвластное моему объяснению. Я всегда любила сидеть у окна в дождь, слушать как стучат капли по подоконнику, а я сижу завернувшись в плед, с чашкой кофе и думаю о на сущем. А как прекрасно пройтись под этими холодными струями воды и  ощутить прилив некой свежести и сил, которые помогают тебе жить дальше и не думать о проблемах. Будь бы я одна, то осталась бы там, гулять дальше, сидеть или просто стоять, но я бы радовалась этому дождю. К сожалению, а может к счастью, не знаю, я не могла сейчас так поступить. Малыш Ноа и Тони. Они были моей небольшой преградой, которые предотвратили возможность заболеть для меня.
- Несмотря на все, я люблю дождь. Для меня он часто предвестник чего-то хорошего. Да и гулять под дождем я люблю, - ответила я и перевела свой взгляд в окно. Меня снова окинули воспоминания и чувства. Я не видела Оуэна уже несколько суток, а казалось, мы приехали сюда вместе. Может я чего не понимаю, но, наверное, не такой должна быть счастливая семейная жизнь. Я всегда волновалась за него, думала где он и что делает, а он... С его стороны я изредка видела подобные жесты "доброй воли" и то, если это можно было так назвать. А я всегда хотела уюта, тепла и заботы. Остается только гадать изменится что-либо или нет. Скорее всего нет. Надоело верить сказкам.
- Я уверена, что печенье твоей мамы очень вкусное, Ноа. Но, к сожалению, его здесь нет. думай, что ты хочешь. - я в очередной раз улыбнулась мальчику и, даже не заглядывая в меню, огласила свой заказ официанту. - Капучино без сахара и круассан с марципаном.
Я не первый раз уже заходила в это кафе, поэтому уже знала, что мне нравится здесь больше всего. да и что тут думать. Еще с детства я любила круассаны, особенно с марципановой начинкой. Ведь в глубине души, каждая девушка любит сладкое, как бы она это не отрицала.
Когда все заказали то, что хотели и официант удалился, я в очередной раз перевела взгляд на мальчика. Меня всегда тянуло к маленьким прекрасным деткам, а у этого мальчишки были еще прекрасные глазки.
- Сейчас мы перекусим, дождь кончится... А что ты хочешь посмотреть? Куда пойдем? - я посчитала, что Тони не против такого непринужденного разговора с ее сыном, хотя может я чего-то не понимала, поэтому тут же перевела взгляд на женщину. - А тебе, Тони? Чего хочется увидеть в такую погоду? В галерее вы уже были...
Тут я погрузилась в небольшое раздумье, вспоминая те места, где уже была я и что из прелестей этого города будет интересно им. К сожалению, я не знала, что может понравится мальчику, что его увлечет, так как плохо разбиралась в детях, хоть и очень их любила. Недостаток моей семейной жизни, будь она неладна. В общем, для меня стало проблемой построить план нашей дальнейшей прогулки. Но ничего. Импровизация никогда никого не подводила.

+1

18

В воздухе витал аромат кофе, которое проворный официант понес на небольшом подносе к столику, за которым сидела одинокая мадам. Уловив любимые тонки черного кофе, темнокожая женщина слегка прикрыла глаза и еще раз наполнила легкие любимом ароматом, дабы продлить свое маленькое и невинное удовольствие еще хотя бы ненадолго. В прочем, оставалось еще совсем немного подождать, чтобы кружка горячего черного кофе оказалась перед ней. Правда, с терпеливостью у Пейтон бывали иногда проблемы.
Вообще, Тони не любила относить себя к любителям какого-то определенного напитка. Обычно женщина говорила, что ей нравится все: кофе, чай, капучино или даже самая обычная вода. Но, дело в том, что она полагалась на свое настроение и желание: есть время для кофе или горячего чая с лимоном или молоком по английскому рецепту, а есть время для простой воды, что лучше всего утоляет жажду в жаркий день. Однако все-таки к кофе у темнокожей леди были какие-то особенные отношения. Полюбив просыпаться утром под кружку терпкого кофе, а после и устроившись работать в кофейне, Тони знала великое множество хитростей по приготовлению кофе. К примеру, женщина порой добавляла некоторые особенные добавки в настроение постоянным клиентам, чтобы сделать для них то ли сюрприз, то ли приятно. Ей было весьма забавно и даже приятно находить на лицах своих клиентов удивленные, но все-таки улыбки. Но, нынче Тони не ждет ничего особенного от самого обычного Американо. Кто станет заботиться в далекой Германии о том, чтобы порадовать темнокожую женщину?  Но, каким все-таки будет удивление женщины, когда она все-таки попробует кофе и без труда определит тонкий вкус, которые могли по-своему подчеркивать в такой далекой и непонятной для Пейтон Европе и Германии в том числе.
Тем временем ладонь женщины нежно прикоснулась к плечам сына, что лишь пожал плечами в ответ на вопрос их новой знакомой. Естественно, Ноа был ребенком умным и начитанным, но в силу своего возраста знать достаточно много не мог. К примеру, он все-таки не знал, чего еще ему хотелось увидеть в городе, где все было для него не знакомым, а люди разговаривали на непонятном ему языке. Конечно, хотя бы в кафе официанты говорили более-менее на английском, так что это упрощало нынче им задачу в заказе.
- Когда мы впервые приезжали в Берлин, Ноа было немногим больше года. Так что, мы успели не так уж и много посмотреть с мужем. Но, успели съездить в Дрезден – это его родной город, - неожиданно для себя разговорилась Тони. В прочем, подобные разговоры должны были бы незаметно отвлечь ее от мыслей о любимом мужчине, по которому она безумно скучала. В прочем, как и Ноа. – Так что, даже не знаю. А как вы думаете, что стоит посмотреть помимо Бранденбурских ворот? Вы наш гид. Может порекомендуете что-нибудь интересное? – в свою очередь Пейтон ответила вопросом на вопрос. Быть может и не стоило, но другого выбора у темнокожей женщины не было. Ее, правда, мало интересовала архитектура. Интересные истории, которые муж рассказывал показывая ей что-нибудь в городе, естественно, нравились ей. Вот только зачем сейчас мучить кого-то подобным?
- Я помню, как папа рассказывал мне о том, что где-то здесь есть целый остров музей – может нам туда пойти? – спросил ребенок у двоих женщин, что вели разговор между собой.
Тем временем, официант принес часть их заказа. Пока готовилось кофе и капучино для дам, чье-то мороженое уже было готово к употреблению.
- Только кушай осторожно, радость моя, - предупредила женщина своего сына, наблюдая за тем, как сын берется за ложку и осторожно пробует любимый вид мороженого.
- Диана, а скажите, что вам больше всего хотелось бы посмотреть в Берлине? Есть любимое местечко? – обратилась к своей собеседнице Тони, улыбнувшись ей доброжелательной улыбкой.
За разговорами по теплые напитки время слетело достаточно быстро. За это время даже дождь перестал идти, так что они могли выйти на улицу и полюбоваться Бранденбургскими воротами без множества туристов, что обычно бегали где-то поблизости. Они также, как и гости из Америки предпочли переждать его в уютном местечке. Так что, после небольшой прогулки по парку, Тони пришлось вспомнить о времени и возможности звонка из Сакраменто, поэтому они с Ноа простились со своей новой знакомой и пожелали ей всего самого лучшего. И, как говорится, до новых встреч?

Отредактировано Tony Danziger (2016-07-13 20:32:53)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » One of Us