В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Sleep in Heavenly Peace


Sleep in Heavenly Peace

Сообщений 1 страница 5 из 5

1


05. 03. 2016
- - - - - - - - - - - - -
Наверное, не найти более умиротворенного места во всем госпитале, кроме той комнаты, где находятся все новорожденные. Сюда приходят родители и родственники новорожденных, чтобы посмотреть на них. Также сюда дорогу знает и персонал клиники.
- - - - - - - - - - - - -
Bree M. Harlow & Tony Danziger

http://a.abcnews.go.com/images/Health/GTY_babies_hospital_ll_150126_16x9_992.jpg

+2

2

Это больно. Это действительно боль, осознавать, что однажды ты можешь просто не получить допуск в операционную. Бри уже который месяц боролась со своей проблемой - с тремором руки, появляющимся так некстати даже из-за незначительной доли алкоголя. Она даже почти пить бросила...так она считала, когда говорила себе, что бокал красного после работы это не выпивка, а так - расслабление души и тела, сосуды расширятся, кровь побежит сильней, уснуть будет проще. Ведь спит она действительно, все хуже и хуже. Просыпается среди ночи, глотает ртом воздух, а потом не может уснуть до самого утра, бродит по небольшой квартире, сидит на балконе с кружкой молока и печеньем с шоколадом, смотрит на легкое мерцание телевизора в окне у соседа. Он никогда не отключает "ящик". Даже на ночь. Все время можно слышать то кулинарную передачу, то звук выстрелов из старого кино с Одри Хэпберн.
Сегодняшняя ночь не стала исключением. Бри очнулась после кошмара. Она еще долго глотала воздух, стараясь насытиться им. Она так и не завела дома аптечку с лекарствами, у нее больше не было в сумочке успокоительного. Она не носила с собой валиум. Она отказалась от всей химии. Только в верхнем ящичке над мойкой стояла бутылка недопитого вина. На дне оставалось не больше половины бокала. Но ей не хотелось взять и высушить бутылку до дна. Она вышла на балкон и села на импровизированный диванчик из поддонов и мягких подушек, прижала правую ногу коленом к груди, обняла ее, чувствуя себя так более защищенной. Ей это было сейчас нужно. Определенно, самая необходимая вещь.
"Что ты творишь с собой, Эм Харлоу?"
"Зачем ты так...тебе пора в отпуск. Бессрочный."

Но уходить для нее - последнее дело. Зачем просто так уходить с арены, если еще есть силы побороться за собственное благополучие? Так что просидев до первых петухов на балконе и пытаясь убаюкать себя тихим мурлыканием песен мамы, Бри слушала шумный телевизор соседа напротив. А когда вдалеке забрезжил рассвет - собралась, заплела волосы в хвост, снова не накрасилась. Она решила пойти на работу, не смотря на то, что сегодня ее выходной. Что у нее вообще было сейчас кроме работы? Одна, совсем одна.
Бри пошла пешком. Она решила, что десять кварталов пешком - шикарная зарядка. К тому же, было о чем подумать. Солнце приятно грело ей макушку пшеничных волос. Очки-авиаторы, игриво поблескивали в переливе лучей солнца. Она шла торопливо, останавливаясь на светофорах, перебегая по-быстрому там, где их не было. Бри задержалась у небольшой кофейни под названием "Мама Марта", купила себе черный кофе без сахара и пончик. Вредная еда, но зато вкусно и много калорий. То самое, что требуется для продолжительного рабочего дня, коим она так сильно хотела себя наградить. В госпитале никогда не хватает рук. А какой зав отделением не обрадуется, что у него доктор готов пахать за бесплатно? Странная она, эта Бри Эм Харлоу. То ли слишком сильно любит свою работу, то ли бежит от всего остального мира.
Чистый выглаженный халат вместе с бейджем ждал ее в собственном кабинете, который Бри получила незадолго до нового года. Она скинула рюкзак на пол у стола, сняла с себя кожаную куртку, сменила ее на халат, поправила идеально отглаженные лацканы, сунула руки в карманы, приподнялась на носках, словно собиралась достать макушкой до потолка, подвигала плечевыми суставами, а после - пошла делать обычные дела, которые не заканчиваются никогда.
День прошел в спешке. Она носилась по отделению, заходила в палаты, спрашивала как дела у ее пациентов, шутила и смеялась с персоналом, выпила пять кружек кофе и к концу смены и сама не заметила как оказалась в родильном отделении у кого самого огромного окна за которым - об боги - самое настоящее сонное царство малышей. Сколько же их тут было. И совсем новорожденные и те, которым уже исполнилось пять, семь дней. Они все были такие одинаковые и такие разные. Говорят, что любая мать чувствует свое дитя. И даже если вы дали матери не ее ребенка после родов, даже если она ине видела своего еще никогда - она знает подсознательно, что ее обманывают. Понимает каким-то странным и необыкновенным образом.
Время клонилось к десяти вечера. Детей только недавно покормили и уже уложили спать. Малыши потягивались в своих пластиковых кроватках. Кто-то так сладко зевал, что и сама Бри растянулась в зевоте, закрывая рот рукой. Во второй у нее была очередная порция кофе, на этот раз с сахаром и молоком.
Дети, оказывается, успокаивали ее. Но она пока совсем не могла понять тех, кто добровольно заводит по три, пять, семь детишек. Как справляться со всеми? Тем не менее смотреть на них можно было вечно.
- Где ваш? - она улыбнулась темнокожей женщине, которая с благоговением прильнула к стеклу.
Было ясно, и без слов, что это одна из мамочек.

+1

3

Пожалуй, в мире существует не так уж и много чудес, которыми можно восхищаться и переживать каждый раз по-новому. Мир полон прекрасного, однако он также полон жестокости и зла, которое нас окружает, опустошая нашу жизнь снова и снова. Именно поэтому так важно цепляться за то хорошее, что дарит тебе судьба, пусть это счастье и не может длиться вечно. Суета, обыденная рутина и масса проблем, которые подбрасывает жизнь так или иначе отвлекает нас от того прекрасного дара, которым следует радоваться ежечасно, ведь сейчас малыш кажется совсем еще маленьким, тихонько себе лежит и подает знать своей матери знать, когда захочет есть или еще чего-нибудь. Естественно, верно то утверждение, в котором говорится, маленький ребенок растет не по дням, а по часам. Все-таки убедиться в верности оного у Пейтон уже была возможность, ведь она уже была дважды мама, а потому не переживала так остро всю беременность, как было с Ноа, в котором уже с трудом узнавался тот маленький комочек радости и счастья, подаренный Тони судьбой почти семь лет назад. Теперь же у нее есть возможность держать маленького ангела, свою совсем крошечную дочь, чье маленькое сердечко на протяжении последних девяти месяцев билось в такт с ее. А ведь темнокожая женщина в полной мере могла сказать, что за это время привыкла делать все с оглядкой на нее, ведь у них были одни переживания на двоих, один сон и радости каждого нового дня, горести и печали… Да, определено можно сказать, что за то время ожидания появления на свет Энджи, в жизни Пейтон случилось действительно много всего. Ничего, пожалуй, из этого женщина все-таки не определила к плохому, ведь было всякое, начиная от вынужденной поездки в Берлин и заканчивая знакомством со своей сводной сестрой на самое Рождество. А как же выигрыш в лотерею? О, помнится тогда маленькая озорница обрадовалась раньше своей матери, которую привела в шок внезапная удача. В прочем, малышка и дальше будет оставаться при своей матери, пока она не вырастет и векторы ее интересов не сместятся в сторону друзей и интересных новых открытий, которые были еще впереди.
Это был очень долгий период девяти месяцев, за которые случилось так много и в то же самое время, они пролетели подобно одному короткому мгновению. Но вот они прошли его вместе, вдвоем – Тони и ее малышка, что сонно кормилась ее грудью во время очередного вскармливания, на которое девочку принесла одна из медсестер клиники, в которой и увидела свет долгожданная кроха четы Данцигер днем ранее. Ее крошечные пальчики прикасались к темной коже ее матери, что безмятежно наблюдала за сонной дочерью, слегка улыбаясь ей, ощущая себя вполне счастливой матерью, на руках которой было ее маленькое счастье весом в три кило и семьсот грамма.
В прочем, время снова быстро уплывает и Пейтон приходится вновь остаться наедине, отдав медсестре родильного отделения дочь, чтобы отдохнуть после вчерашних родов, которые прошли, как и обещал врач, менее болезненно и проще первых. Что же, главные посетители в лице мужа и сына нынче уже заглядывали к темнокожей женщине с визитом и даже имели возможностью понаблюдать за спящей Энджи в комнате для новорожденных, куда их сопроводила медсестра. Именно поэтому Тони позволила усталости взять над собой верх и, опустившись на подушку, уснуть сладким сном.
Правда, сон не длился слишком долго. Так уж повелось, что Пейтон проснулась из-за побеспокоившего ее звонка мобильного телефона, на который она получила уже привычные поздравления с благополучным рождением долгожданной дочери. На этот раз ей позвонила племянница, с которой женщина не общалась, наверное, на протяжении всего того времени, что длился кризис в отношениях Лидии и Томаса. И он, пожалуй, еще долго будет длится.
- Приходи ко мне завтра, если сможешь? Покажу тебе нашу красавицу и потолкуем о насущном, – предложила Пейтон своей племяннице, что вкратце обрисовала обстановку дома, после извинений о столь позднем звонке. – Ничего страшного, дорогая, я рада была тебя услышать, - добавила темнокожая женщина, прежде чем сбросить вызов, попрощавшись с Хоуп. Теперь у нее оставался час до нового свидания с дочерью, однако дождаться этого времени мать, естественно, не могла. Именно поэтому она аккуратно поднялась с постели и, накинув на себя халат, отправилась к той самой комнате с большими окнами, через которые обычно родители и ближайшие родственники, пришедшие навестить новорожденного, могут полюбоваться маленькими ангелами, что спят и видят самые безмятежные сны.
У одного из окон уже стояла женщина с белокурыми волосами. Поверх ее одежды на ней красовался белоснежный докторский халат, на который Тони покосилась лишь краем глаза, ведь все ее внимание поглотила маленькая кроха, которую вскоре ей должны будут снова принести. Наблюдая за тем, как Энджи спит, высунув свою смуглую ручку из-под того одеяльца, которым ее укрыли, темнокожая женщина не могла удержаться от улыбки, которую по всей видимости и заметила мисс доктор, что поинтересовалась у нее, какой же из детей ее.
- Не мой, а моя, - тактично поправила она светловолосую женщину, вновь блеснув белозубой улыбкой, прежде чем указала пальцем на своего темнокожего ангела. – Вон та девочка под светло розовым одеяльцем, четвертая в ряду, - объяснила женщина, нарисовав на пластиковом окошке маршрут для большей точности. – Они все так мирно спят… - не удержалась она, произнеся на одном выдохе, прежде чем снова посмотрела на свою внезапную собеседницу. – А вы из этого отделения? – спросила она, ожидая лишь согласного ответа. Но, это было бы ведь слишком просто?

+1

4

Дети...Как Бри относилась к этим комочкам? Что она чувствовала, когда смотрела на маленьких, только появившихся на свет, человечков? Сложное чувство. Что-то между нежностью и отвращением. Да-да. Честно, она никогда не представляла себя в роли матери, изначально зная, что это не будет ей по душе. Она считала себя не созданной воспитывать малышей. Чему она может научить собственного ребенка? Она даже и не представляет, что будет ради кого-то вставать в два, три, четыре часа утра, чтобы накормить или укачать. Но ее мать упрямо твердит, что она хочет все таки понянчить внуков...хоть на старости лет. Бри говорила ма, что та еще не старая, и ей еще жить и жить. Сорок восемь не приговор. А потом Марта говорила, что отец вон точно не дотянет. Ему и так уже шестьдесят. Бри закатывала в этом моменте глаза и просила не хоронить папу раньше времени. Если честно, Бри была по большему счету уверена, что мистер Харлоу переживет их всех. Несколько раз. Такой уж у него характер.
Ледяной, как заснеженный Тибет. Он кажется глыбой спокойствия в отличие от импульсивной Бри. Такое чувство, что и не ирландец вовсе. Слишком хорошо умеет держать себя в руках и не поддаваться на провокации. Может это все годы тренировки себя? Он ведь сколько там пробыл адвокатом? Почти все сознательную жизнь. Лет сорок стажа уже есть точно. А когда ты занимаешься чем-то таким каждый день, то вырабатывается безусловный рефлекс на внешние раздражители.
- Она очень хорошенькая, - улыбается бри и смотрит на указанного ребенка.
Малышка посапывает, глаза ее еще закрыты, она неуверенно водит ручками. Кажется, что спит. Но как тут поймешь? Харлоу думает о том, что приключения юной мамы только начинаются. Пеленки, распашонки, кормление с интервалом в два часа.
- Это ваш первый ребенок? - интересуется про между прочим и мельком смотрит на незнакомку.
Бри качает отрицательно головой на вопрос.
- Я этажом ниже работаю - хирургия, доктор Харлоу, можно просто Бри, - она протягивает холодную руку.
Всегда холодную, словно ледышка. Бри не уверена, что ей нужно это знакомство, но она чувствует себя одиноко и теперь ей есть с кем поболтать хоть десять минут. Все же лучше, чем...одиночество.
Отделение погружалось в сон. Мамочки все более лениво выходили из собственных палат. То там то тут слышался плач малышей, которых еще не успели убаюкать и отнести в отдельную комнату. Бри стояла в пол оборота к окну и сложила руки на груди. Или ей показалось, или стало холоднее. А может это все нервы. Она чувствовала как дрожит. Но не могла понять, что именно - ее руки или вообще она вся.
- Смотрю вы себя хорошо чувствуете, значит скоро выписка, - улыбается, - прекрасно, когда все проходит гладко, - она склоняет голову немного на бок.
Бри нравилось общаться с пациентами. Даже не со своими собственными. Было в этом что-то такое...что расслабляло и давало сил что ли. Она любила смотреть на людей сильных, способных бороться за себя, за своих родных. И она по-особенному относилась к тем, кто бороться больше не хотел и не собирался. Ей было больно смотреть на тех, кто опускает руки в самый важный момент. На тех, кто больше не хочет бороться и идти к собственной цели. Такие люди сплошь и рядом. Стоит только попасть на шестой этаж. В отделение химиотерапии. Там сидят люди, совершенно оторванные от реальности, погруженные в себя...они сидят у аппаратов, которые вводят в их организм необходимую дозу препарата, чтобы убить ту гадость, которая поселилась внутри. И не все из этих людей хотят и будут бороться. Кто-то сдастся достаточно быстро. А кто-то воспрянет духом и все таки выдержит испытание.
Бри моргнула, отгоняя от себя печальные мысли о тех, кому помочь еще можно, но сложно из-за того, что они и сами этого не хотят. Она, слава богу, никогда не сталкивалась с последствиями раковых опухолей воочию. Но зато в молодости, на практике, проработала несколько месяцев в онкологическим диспансере. И знает, какой там стоит запах...знает, какой там стоит всеобщий ужас и потерянность. Бедные люди...
Но Эм улыбается. Она делает над собой усилие и прогоняет эти ни к чему не нужные мысли прочь.
- Уже придумали, как назовете малышку?

+1

5

Маленькую кроху, укутанную в легкое розовое одеяльце практически-то и не видно с того места, из которого Пейтон, как и многим другим посетителям этого отделения, было позволено наблюдать за детьми. Да и что тут рассмотришь на таком расстоянии? Вот совсем другое дело, когда ребенок оказывается у тебя на руках и тянется своими маленькими ручками к тебе, желая поскорее добиться желаемого. Да и что может желать ребенок в столь юном возрасте, если не сказать больше? Насытиться, а также просто побыть с мамой, вместе с которой он уже прожил определенный период времени, и находиться врозь от нее ему было наверняка также не просто, как и ему самому. Однако собеседница решила сделать комплимент маленькой Энджи, на которую Тони даже не могла смотреть без счастливой улыбки и тихого благоволения – ведь это ее ребенок, ее маленькая дочка, что станет еще одной радостью, прежде чем слишком быстро подрастет и вырастет, стремясь догнать своего старшего брата в этом.
- Спасибо, вы очень добры, мисс, - ответила темнокожая женщина на комплимент, озвученный доктором, прежде чем решительно покачала головой. – Нет, у меня уже есть шестилетний сын, - поспешила она удовлетворить любопытство своей внезапной собеседницы, которой был к лицу этот белый халат и белокурые волосы. Вообще, мисс Харлоу, как назвалась бледнолицая женщина, производила на нее достаточно хорошее впечатление. У нее был приятный голос, и каждое слово было произнесено с той самой неподдельной интонацией, которую нравилось слушать. Однако и самой Пейтон хотелось поговорить сейчас. Уж слишком не просто было придержать язык за зубами, когда речь заходила о ребенке, по которому безумно скучаешь. Все-таки в клинике женщине пришлось пробыть некоторое время до родов, а теперь еще и после них приходилось находиться. К тому же, дома ведь было столько самых разных занятий! Наверняка на кухне нужно было провести знатную уборку, пока там хозяйничали мальчики. Да и никакие стены не заменят домашнего уюта и комфорта, по которому также соскучилась Тони.
- Мой сын учится уже в первом классе, навещал недавно, но я все равно ужасно скучаю по нему, по мужу, - у нее не спрашивали этого, однако мысли желали быть озвученными, будто бы сказав о том, что было на сердце, могло стать легче. И ведь, в некоторой мере, так оно и было.
- О, отделение хирургии? – удивилась женщина, припомнив те несколько раз, когда она побывала в этом самом местечке, этажом выше. – Моя подруга лежала, пожалуй, у вас в отделение некоторое время летом, - она не уточняла, просто поспешила объяснить свою реакцию на отделение, в котором работала мисс Харлоу. – Не могу припомнить имя наблюдавшего ее врача, но она там долго провалялась – может быть, вы ее помните. Лорелея Леншерр, - такая уж натура женская, что всегда ищет каких-то общих знакомых или же стремиться обнаружить те тонкие нити, что могли бы привести снова или когда-то уже приводили к тому или иному человеку, но по каким-то особенным причинам этот человек оставался загадочно не узнанным.
Тем временем светловолосая женщина-док поинтересовалась о самочувствии Пейтон, которая откровенно улыбнулась ей.
- Да, вы правы, - согласилась Тони. - На этот раз обошлось без больших разрывов. К счастью, моя малютка меньше мучила, чем ее старший братец, - улыбнувшись, довольно-таки быстро протараторила темнокожая леди. – Обещали выписать завтра после обеденного осмотра, если все будет в порядке – нас отпустят домой, - в привычной для себя манере добавила Пейтон, сделав лишь небольшую паузу, чтобы продолжить наблюдать за своей маленькой кровиночкой.
Уже не оборачиваясь на леди докторшу, Тони кивнула головой.
– Да, мы решили назвать ее Энджел – ведь она, словно ангел. Правда, темнокожий, - заметила она, прежде чем вновь посмотрела на свою собеседницу. – А у вас тут … маленький пациент? Или родственник? – нет, она не заметила никаких инкубаторов, но предположить подобное было уместно, учитывая, что бывают самые разные случаи в жизни.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Sleep in Heavenly Peace