Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Не в той Вселенной


Не в той Вселенной

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Участники: Matthew Charles Morton, Sebastian Underwood
Место: затерявшийся в переулках Сакраменто маленький безымянный секонд-хенд
Погодные условия: +22, в меру солнечно
О флештайме: март (условно 8 марта. А можно будет потом изменить, если что?) 2016 года, часов эдак 13-14

Отредактировано Matthew Charles Morton (2016-03-08 16:30:58)

0

2

«Монстр недостаточно ужасен, видите ли!» - ворчал Мэтью, выходя из издательства, - «Да где это видано, чтобы по-настоящему опасные монстры выглядели жутко? Возьмем хотя бы тех же маньяков: они всегда выглядят довольно мило, приятные такие люди, например… например…» Иллюстратор попытался вспомнить хотя бы одного маньяка из тех, которых показывали в новостях, но память как всегда подводила. Задумавшись, он чуть не налетел на процессию юных бойскаутов, - шарахнулся на проезжую часть, откуда-то из-за спины отчаянно засигналил автомобиль. В два прыжка преодолев дорогу, Мэтью забился в нишу между домами и только там смог наконец выдохнуть. Трясущимися руками извлек из рюкзака жестянку из-под чая, в которой хранился запас самокруток и пара-тройка оставшихся с приезда доктора Рэмси вкусных сигарет для особых случаев. Прикурить удалось с третьего раза. Мортон вспомнил, что, кажется, проскочил один из порталов без соответствующего ритуала обхода – день явно не задался. С другой стороны, появилась слабая надежда, что в этой вселенной заказчик окажется умнее и примет монстра почти без доработок: «Окей, пририсую ему еще пару зубов и сделаю потемнее, хватит с них», - решил Мэтью, выбираясь из ниши. Ну что может лучше успокоить и поднять настроение, чем шатание по городу и разглядывание витрин? В кармане оставалось еще немного денег с прошлого заказа, можно было позволить себе парочку Странных Покупок для возвращения волшебства и душевного равновесия.
Прошло около часа, когда Мортон обнаружил себя рассматривающим лаки для ногтей. Ему всегда нравились эти маленькие, яркие, буквально светящиеся изнутри пузырьки; накрашенные ногти женщин казались стеклянными и завораживали, как елочные шары или желе в прозрачных баночках. Мужчина потянулся к прилавку – он перебирал лаки, вертел их в руках, вглядываясь, впитывая в себя каждый цвет, каждую искорку и, разумеется, полностью игнорируя крайне подозрительные взгляды охранника. С тем же отсутствующим видом художник в итоге выбрал пузырек глубокого темно-красного («демонического», как он для себя определил) цвета и понес к кассе.
Следующим пунктом возвращающего волшебство путешествия стал секонд-хенд, притаившийся за одной из арок. Неброская вывеска, полуподвальное помещение, то странное ощущение, которое не поймаешь ни в одном из обычных магазинов, – он был живым, настоящим, разным. Там не найдешь стопок и рядов абсолютно одинаковых вещей, там ничего не разложено по коллекциям, – маленький уютный хаос, калейдоскоп фактур и оттенков.
-Лучше синюю, - обронил Мэтью, проходя мимо женщины, державшей в руках пару туник и, судя по всему, мучительно между ними выбиравшей. Женщина посмотрела на него так, как смотрело большинство людей. «А как бы она отреагировала, если бы решила, что я стилист?» - задумался мужчина. Уж точно не смотрела бы этим их странным взглядом. Наверное, даже обрадовалась бы – конечно, если бы он выглядел как известный стилист. «А как выглядят известные стилисты?» - попытки вспомнить хоть одного известного стилиста ни к чему не привели; мало того, Мортон задумался столь крепко, что далеко не сразу заметил стремительно надвигающийся на него старенький, грубо раскрашенный манекен. Последняя торопливая попытка свернуть (насколько это вообще возможно в узком проходе между вешалками) или резко затормозить успехом не увенчалась – раздался жуткий грохот и художник оказался на полу, запутавшись в неожиданно удвоившихся конечностях – собственных и пластиковых.

+1

3

Какие люди становятся регулярными покупателями в секонд-хэндах? Те, кто не обращают внимания на одежду как признак статуса. Те, кто не прочь плюнуть в сторону общественного вкуса, семнадцатилетний ли панк, или бодрая восьмидесятилетняя пенсионерка. Те, кому просто жалко переплачивать за этикетки, а своего стиля хочется.
И еще я не исключаю фактор азарта. Никогда не знаешь заранее, что найдешь сегодня в секонд-хэнде. Я читал у Набокова про такую русскую национальную забаву как поиск грибов. Насколько я понял, бедным или живущим вдалеке от столиц русским он в летнее время заменял тотализатор и казино. Правда, роман «Ада» оказался для меня слишком скучным, чтобы изучить эту тему во всех тонкостях. Но я допускаю, что секонд-хэнды для жителя современного мегаполиса наиболее приближены к лесу по своим условиям. Полутемно, вокруг бесконечное разнообразие природных или не природных форм, и не играет современная музыка. Конкретно в этом магазине вообще никакая музыка не играет.
Тихо-тихо играет у меня в сознании фантомная мелодия то ли Beatles, то ли Simon & Garfunkel. Она доносится из Лондона пятилетней давности. Когда еще мне доведется побывать в тамошнем секонд-хэнде?.. Я делаю усилие, чтобы выпутаться из ностальгии и сосредоточиться на чисто практических задачах: найти новые штаны взамен драных.

Итак, выхожу я задумчиво из примерочной с новыми штанами. То есть почти новыми джинсами Wrangler classic cut. Удача.
И что же? Удача решила сегодня меня полностью завалить своими подарками, понял я буквально полсекунды спустя.
Не то что я не мог удержаться на ногах, когда на меня наискосок стал валиться длинный но хрупкий молодой человек. Я мог. Но не хотел. Я просто сгруппировался поудобнее, чтобы приземление на потертый линолеум было мягче, и чтобы нас не завалили пальто с вешалок поблизости.
Следующим на меня еще более неожиданно упал здешний манекен. Но тот был легкий. И не костлявый, в отличие от собрата-покупателя, а наоборот полый внутри. И к тому же практически знакомый, сколько раз я уже здесь мимо него ходил… В целом, немного похоже на групповуху с участием неодушевленных предметов. Не очень люблю неодушевленные предметы в таком контексте, но в каждой бочке меда есть ложка дегтя, или что там на эту тему говорит фольклор.
Последними нас эффектно засыпали шелковые шарфики из картонной коробки, которая не устояла на краю прилавка.
А сверху, через прилавок, на это безобразие смотрит пожилая продавщица.
- Ай-яй-яй, молодые люди, - говорит она.
Не видел я ее раньше. Старушки иногда меняются.
- Улыбайтесь, - посоветовал я ей в ответ. – Вас снимает скрытая камера.
Она посмотрела на меня скептически – что, правда что ли? - но на всякий случай поправила сиреневые кудряшки аккуратной стрижки в стиле восьмидесятых. В наш век телевидения никто не сможет полностью отмести такую возможность.
- Извините, - говорю я долговязому парню. Кто на кого упал? Да кто считает, право же.
Похоже, падение больше вывело из равновесия его, чем меня. Он пытается встать с пола, но это не такая уж легкая задача, если ваша координация движений пострадала от внезапности, и вы еще не избавились от объятий манекена в пиджаке и при галстуке прямиком из шестидесятых.
Я протягиваю упавшему руку.
- Вылезайте из-под манекена и давайте поставим его на место. А то правда как-то ай-яй-яй… Кстати, меня зовут Себастьян.
Возможно, сейчас сработает условный рефлекс крепкого мужественного рукопожатия. И вместо того, чтобы смотреть на меня озадаченными, светлыми, как все детские мечты, глазами, молодой человек уцепится за протянутую руку и примет, будем надеяться, вертикальное положение.
- Вы не ушиблись?

+1

4

Сказать, что Мэтью был в растерянности, значит ничего не сказать. Он паниковал. Паниковал так, что сбилось дыхание и не слушались конечности. Ну еще бы! Мало было привлечь всеобщее внимание, устроив самый настоящий погром, так он еще и человека уронил. Впрочем, человек особо рассерженным не выглядел, от него даже ощущения рассерженности не исходило, и это как раз-таки было очень странно. Мортон привык, что люди обычно сердятся, когда их случайно роняешь или задеваешь, а некоторые и вовсе считают, что ты это специально, из вредности. Незнакомец что-то говорил – Мэтью с огромным трудом удалось сфокусироваться на словах. Ответ получился несколько скомканным:
-И-извините-спасибо-Мэтью… Мортон, - и зачем, спрашивается, добавлять фамилию? Художник давно уже не представлялся случайным людям, а знакомство с новыми заказчиками происходило по обкатанной схеме: «Здравствуйте, я – Мэтью Мортон, иллюстратор, мы переписывались по поводу такой-то книги». Человек с мягким и красивым именем Себастьян протянул руку, помогая встать. Это было очень кстати – паника, конечно, почти улеглась, но колени еще подкашивались. Манекен Мэтью трогать боялся и решил оставить его Себастьяну, к тому же были кое-какие опасения, что на самом деле пластиковая фигура живая и после падения будет люто ненавидеть неуклюжего покупателя. И все припомнит, разумеется. В общем, пришлось позорно сбежать, собирая разлетевшиеся по полу шарфики. На всякий случай художник предпринял еще одну попытку извиниться перед новым знакомым (продавщицу он, честно признаться, даже не заметил – мир временно зациклился на одном человеке):
-Простите, это все из-за портала… - и осекся. Доктор Рэмси неоднократно напоминал, что не стоит рассказывать людям про порталы. «Видишь ли, это как доказывать средневековой общественности, что Земля круглая и вращается вокруг Солнца», - объяснял он. «Как Джордано Бруно?» - Мортон был весьма горд тем, что помнил хоть какие-то фамилии из школьной программы, стараясь просто не думать о том, что не помнит все остальные. «Ну, жечь тебя, конечно, не станут, но воспримут неадекватно».
«Язык мой – враг мой», - обреченно думал Мэтью, бережно и аккуратно складывая последние шарфики обратно в коробку и стараясь не встречаться взглядом с Себастьяном (хотя чертовски хотелось рассмотреть его получше – теперь, когда стало понятно, что он, наверное, замечательный, если не разозлился и помог прибраться), - «А валить всю вину на другую Вселенную, просто потому что она другая… Совсем дурак что ли?»
Мучительно хотелось курить.

Отредактировано Matthew Charles Morton (2016-03-21 17:49:06)

+1

5

Манекен упал с особенно раскатистым грохотом, потому что был полый внутри. Стало быть, кое-что человеческое ему было не чуждо. Я приделал его обратно к подставке, на которой он крепился – пусть теперь стоит тихо и ждет следующего приключения. И слушает музыку, которая как раз заиграла – кажется, Simon and Garfunkel, хотя не могу ручаться. За прилавком на полке стоял старый музыкальный центр. Наверное, хозяйка магазина решила с помощью музыки рассеять воцарившуюся неловкость и успокоить покупателей, на тот случай, если мы их перепугали. Правда, нельзя сказать, что покупателей было много – в противоположном углу пара-тройка девушек перебирали женскую одежду, вот и все.
Мэтью бросил на пластикового человека взгляд, полный неподдельного ужаса. У него необыкновенно выразительное лицо, редко встречаются люди, которые так превращаются в гротескное воплощение испытываемых ими эмоций. Помню, что, обличая современную вырождающуюся цивилизацию, Джонни объяснял, что мимика беднеет, потому что все меньше используется для общения. Современная психология дело говорит – кому интересно, какое выражение лица, когда ты пишешь в текстовом мессенджере?
- Мэтью Мортон, - повторил я. – Очень рад.
Было в этом сочетании что-то стильное и мрачное – такое имя бы подошло персонажу готического романа. Однако, чего-то особо готического и пафосного в Мэтью  я в первый момент не разглядел. Он представлялся просто собратом-любителем одежды с историей. Возможно, интеллигентным; вероятно, впечатлительным.
- Из-за портала? Какого портала? – заинтересовался я.
Будь Мэтью иностранцем, он мог бы обозвать порталом узкий проход между манекеном и примерочной. Но больше ничто не указывает на то, что английский язык для него не родной. Я нахожу в оговорках пропасть интересного. Почему человек совершил именно такую ошибку, а не другую? Очень жизненный вопрос. И к тому же, ошибки, которые мы допускаем в речи, по большей части безобидные и даже курьезные. Обычно они проскальзывают незамеченными, пролетают мимо, как мелкие мотыльки, оставляя еле заметную щекотку неловкости… Фрейд обратил внимание на ошибки и оговорки, но он стремился переловить всех мотыльков, наколоть на булавки и снабдить этикетками. Слишком тяжелые методы для легкого явления!
Вообще, в речи отражается куда больше от нашей личности, чем люди считают обычно.

+1

6

Выбор был невелик: либо сделать вид, что это оговорка («Какая к черту оговорка? Какое вообще слово могло иметься в виду, чтобы можно было так оговориться?» - окончательно похоронил этот вариант Мэтью), либо промолчать, что было бы крайне невежливо, либо рассказывать как есть с риском нарваться на обычную реакцию «средневековой общественности». Например, Себастьян может сразу позвонить куда нужно, приедут бравые молодцы из лечебницы и у Мэтью начнутся большие проблемы с заказами, потому что сроки и без того горят. Или не может? Мортон, совершив над собой поистине нечеловеческое усилие, поднял взгляд на собеседника и застыл на несколько секунд, пристально в него вглядываясь.
«Себастьян похож на волшебника из Вересковой страны», - иллюстратора как всегда понесло – он не мог нормально сказать, как выглядит тот или иной человек, зато сходу рассовывал людей по разным сказкам – как уже придуманным, так и несуществующим, - «Слишком молод для волшебника, конечно, но мало ли как бывает, вдруг он просто слишком талантлив? И почему именно в этой Вселенной? Хотя прекрасно получилось под нее подстроиться, судя по тому, как он спокоен и уверен, вроде местный, а вроде и нет - много волшебства. Во взгляде, в движениях. Но раз он волшебник, то, получается, должен знать про порталы. Или нет?»
Осторожно приблизившись, Мэтью наклонился к Себастьяну и негромко (даже, пожалуй, доверительно) произнес:
-Лучше не говорить при других людях про порталы – это опасно для их психики. Ну и для моей тоже. Но я могу рассказать… где-нибудь на улице, например. Вы курите?
На этом героический запал Мортона окончательно иссяк – он торопливо отодвинулся, опустил взгляд и, дрожащими руками уложив в коробку последний шарф, вцепился в лямки рюкзака. Оставалось надеяться, что Себастьян – действительно волшебник из Вересковой страны и все поймет.

+1

7

- Порталы – это опасно для психики…
Эти слова меня сразу же заинтересовали. По моему опыту судя – всё, что опасно для психики, это моя среда, я в этом, как рыба в воде. Прослеживается долговременная тенденция. До сих пор меня влекло к опасным для психики людям во всем их завораживающем разнообразии. От обладателя комплекса Наполеона до сероглазой садистки, от самообъявленной шизофренички до скрытного селф-хармера…
Но вот, похоже настал момент узнать побольше об опасных физических явлениях. Или космологических? Да может быть, Мэтью просто из тусовки любителей фэнтези и свободно пользуется принятым в ней жаргоном, который я просто не знаю, потому что в юности не дочитал Толкиена дальше, чем до конца первого тома.
- Ничего, - успокаиваю я своего нового знакомого, - у меня психика тренированная. О, конечно! Конечно, курю!
Дескать, и вы еще спрашиваете, мистер Мортон? Да как же можно натренировать психику без сигарет?
Что-то все же есть в этом всем фэнтези. Это факт, что каждый человек носит с собой свою реальность, наподобие прозрачной сферы неопределенного диаметра. И некоторые вызывают желание спастись бегством, ибо их сфера полна рабочих собраний, повышений по службе, начальников-козлов, ипотек, машин в рассрочку, тренажерок, медицинских страховок, которые так и прут на тебя в их настойчивом монологе.
Но ведь не все люди таковы. Вот, Мэтью только намекнул на свой загадочный и практически невидимый мир, а сразу возникло желание узнать, что же это за вселенная, которая изнутри куда больше, чем снаружи.
Хоть я и заинтригован, но не забываю о своей находке – бросаю на прилавок двадцатку за джинсы, и мы поднимаемся из полуподвала. Я достаю из кармана пиджака сигареты. На ярком свете сакраментского солнца Мэтью выглядит бледным, чуть ли не полупрозрачным. Если бы он был фотографическим негативом, я бы потянулся за закрепителем. А так я только протягиваю ему пачку.
- Прошу. Надеюсь, не слишком крепкие?
После первой затяжки и спросить не грех:
- Так может быть, расскажете, мистер Мортон? Я интересуюсь разными необычными явлениями.

0

8

Мэтью хотел было достать сигареты для особого случая из своей жестянки, как Себастьян предложил свои. Вообще было что-то особенное в сигаретах, которые предлагали другие люди – Мортон не мог отказаться, потому что воспринимал подобные жесты как нечто сакральное, особенное, объединяющее. Как Трубка Мира, например. Хотя, наверное, дело было в том, что находилось не так-то уж много людей, чтобы предложить сигарету.
«Мистер Мортон» - так к нему обращались экзаменаторы и заказчики. И те, и другие прекрасно знали (или думали, что знали) ответы на заданные ими же вопросы. Проверяли, удостоверялись, ждали осечки. Хотя в тоне собеседника не было ничего подобного, Мэтью слегка напрягся.
-Порталы, - медленно начал он, закурив, - это переходы в другие вселенные. Параллельные, если так можно сказать. Когда все вроде как остается таким же, но вроде и меняется, и человек, прошедший через портал, тоже становится…
«…немного не собой», - хотел было закончить иллюстратор, но осекся, поймав взглядом пару молодых людей (возможно, студентов) в конце переулка. Замолчал, вытянулся и застыл, как тушканчик. А потом заговорил – торопливо, не глядя на собеседника; складывалось ощущение, что он просто думал вслух, начисто забыв, что с кем-то разговаривает.
-Смотрите, какие интересные! Они как будто из сериала про студентов, только не ситкома, а какого-нибудь детективного, с приключениями и всем таким, - продолжая говорить, Мэтью присел на корточки и начал рыться в рюкзаке с риском подпалить сигаретой либо пальцы, либо сам рюкзак. На асфальт вывалились жестянка с сигаретами, запасной свитер, пара-тройка перьев (предположительно голубиных - в городах сложно найти чьи-то еще), охапка перевязанных шнурком акварельных кистей, пара-тройка маленьких разноцветных мячиков, - наконец Мортон извлек блокнот с зажатой между страницами тонкой черной ручкой и начал весьма условно набрасывать парочку, делая пометки вроде «лиловая куртка», «белые, немного грязные кроссовки», «зеленый рюкзак».
-Сразу представляется полусдохший клуб по интересам (ну, скажем, литературный), в котором состоит абсолютный минимум человек и который неожиданно превращается в основательное такое детективное агентство. Вот ребята как раз оттуда; они еще не очень хорошо знакомы и временами, наверное, не слишком ладят – каждый слишком особенный, слишком яркий…
Столь же стремительно загрузив вещи обратно в рюкзак, Мэтью рывком поднялся на ноги.
-Извините. Порталы, да… - иллюстратор замолк и беспомощно уставился на собеседника. Как-то неловко было признавать, что он в упор не помнил, на чем остановился.

+1

9

- ...переходы в другие вселенные. Параллельные, если так можно сказать. Когда все вроде как остается таким же, но вроде и меняется, и человек, прошедший через портал, тоже становится

- Если это метафора, то я, кажется, понимаю, что вы имеете в виду.
Вроде бы мысль была изложена просто, и вместе с тем она поражала своей оригинальностью и, как бы это сказать, личной окраской. Хотя бы потому что я ни разу не слышал, чтобы подобные темы затрагивали вот так попросту, в беседе за сигаретой, а не в фантастическом романе или на телеканале для полуночников.
Порталы - сам этот термин напомнил мне про аэропорты. Про двери, которые открываются в длинную кишку, ведущую в самолет. Мне всегда казалось, что у них должно быть, особое, торжественное название.
И становится…
Кем?
Кем я стал, когда высадился в аэропорту Сакраменто?
- Я думаю, порталы – это очень важно. И похоже, это дело тонкое. Я например не могу подобрать слов, чтобы о них разговаривать. А такое со мной не часто случается, я работаю журналистом

Вдруг Мэтью застыл и уставился вдаль так пристально, словно увидел там кого-то давно потерянного и горячо любимого. Примерно так оно и было – ожившие персонажи из сериала тоже по улицам каждый день не ходят, я полагаю, хотя, если начистоту, что я знаю о сериалах?

Из рюкзака вывалился десяток разнородных предметов, но странный человек успел так быстро водворить их на место, что я не успел как следует разглядеть, что это было, помимо вынутых им блокнота и ручки. Возможно, пара волшебных палочек и яйцо феникса. Вряд ли скатерть-самобранка, потому что тогда Мэтью выглядел бы более упитанным. Ясно было одно – передо мной неординарная разносторонняя личность.
- Вы случайно не иллюстратор? – не мог не спросить я.
В нашей газете важное место отводится небанальной графике. И я, как главный редактор, немало времени посвящаю охоте на классных специалистов, которые дешево берут за свою работу. Таких в сфере искусства, как ни странно, не так уж мало.
Но мой новый знакомый был слишком занят свой идеей, чтобы сразу дать ответ. И на этот раз тоже его мысли оказались не так уж оторваны от жизни.
- Я знаю здесь один литературный клуб, - с удивлением ответил я. – Правда, это скорее кафе. И я бы не сказал, что оно полудохлое. Сами понимаете, если есть такая дополнительная приманка, как приличный кофе, шансы литературы сразу повышаются вдвое. Правда, мне всегда казалось, что это место живет собственной загадочной жизнью. Но вот, способно ли оно превратиться в детективное агентство? Не проверишь – не узнаешь, не так ли?.. Хотите это разведать? Если, конечно, вы никуда не торопитесь.

+1

10

- Вы случайно не иллюстратор? – поинтересовался Себастьян.
«Ну точно волшебник!» - окончательно уверился в своем предположении Мэтью. Это было хорошо, волшебники – люди интересные и уж точно не будут говорить глупостей про «неадекват» и «психушку». А уж когда собеседник рассказал о кафе, на душе стало совсем легко, такое ощущение, что где-то внутри проснулись и разом взмахнули крыльями с десяток пестрых колибри. Себастьян предлагал Приключение! И не просто Приключение, а с настоящим Расследованием.
Мортон практически не сомневался, что в том литературном клубе найдется пара-другая секретных комнат, или, например, пистолет в каком-нибудь неприметном томике, а еще специальный кабинет, где хранятся раскрытые дела. И – что было бы самой удачной находкой – нераскрытые. А каждый работник и постоянный посетитель – настоящие детективы, ежедневно разгадывающие сложные загадки и временами рискующие жизнями.
Иллюстратор немного постоял молча, пытаясь хоть как-то угомонить воображение; как обычно, картинок оказалось слишком много, они не вмещались в голову, мельтешили перед глазами. В такие моменты Мэтью казалось, что рано или поздно он взорвется и весь город накроет образами – так и не нарисованными, смазанными, перекрывающими друг друга, яркими, как камешки калейдоскопа.
-Конечно, хочу! – с воодушевлением отозвался Мортон, – Мы же, получается, проведем собственное расследование? Подумайте только, вдруг получится раскрыть детективов – это же даже интереснее, чем ловить убийц или еще кого! А если мы попадем в самый разгар какого-нибудь расследования и сможем помочь? Или, например, окажемся по дороге свидетелями таинственного ограбления? Вы умеете стрелять, если что?
На мгновение в сознании промелькнула вполне приземленная мысль о том, что кофе в подобных заведениях может оказаться не слишком-то дешевым, но тут он вспомнил, что так и не купил ничего в секонд-хэнде. А значит, можно было потратить эти деньги на другое Волшебство. В конце концов, какая разница – новый свитер или кофе в процессе расследования?
А еще по дороге обязательно должны были найтись порталы. Собственно, так бы Мэтью смог объяснить их действие более наглядно, показать, как нужно их обходить, или… Ему в голову закралась странная идея, но, чтобы провести эксперимент, предстояло внимательно отслеживать все происходящее.

+1

11

Когда я высказал предположение о профессии моего нового знакомого, на лице его промелькнуло неподдельное удивление. Что делать, поиск иллюстраторов, комиксистов, принт-дизайнеров – процесс бесконечный. Наиболее дешевые кадры такого рода чрезвычайно текучи. Тщательно подысканный специалист некоторое время работает за дешево, но потом находит себе место получше – вот он типовой сценарий. А я ведь болею за дело. Если так и дальше пойдет, буду спрашивать у всех встречных «Вы еще не открыли в себе иллюстратора?» Но надеюсь, до того не дойдет.

- Вы умеете стрелять, если что?
Это прозвучало неожиданно. Американцы, конечно, славятся своей любовью к огнестрельному оружию. Но у этого конкретного американца вид был вполне миролюбивый. Может быть, первое впечатление обманчиво.
- Вы серьезно? – переспрашиваю я. – Может, у вас и из чего стрелять есть? Конечно, говорят, что Сакраменто по своей организованной мафии впереди всей Калифорнии. Но сколько я здесь живу, больше двух лет, а никогда не был свидетелем преступных разборок. А вы, наверное, знаете о городе больше?

В данный момент веял свежий ветерок, светило неизменное калифорнийское солнце, и атмосфера была расслабленной, почти пляжной. Немногочисленные прохожие имели свежий, отдохнувший вид. Из-за южного климата и неизменного солнца кажется, что Сакраменто в выходные превращается в курорт. Нас окружает один из его симпатичных кварталов. Такой есть в каждом североамериканском городе. Квартал с легким налетом богемности – там кинотеатр со старомодной вывеской и фестивалем короткометражных фильмов, здесь лавка комиксов, чуть подальше – этнический ресторанчик. Вдоль улицы – деревья, дающие немного тени. Кирпичные, приятно обшарпанные дома, относительно малое количество транспорта. Мы шли дальше. Я поудобнее перехватил пакет с новыми штанами.
- Этот так называемый Литературный клуб не так далеко отсюда. Был, во всяком случае, когда я видел его в последний раз. Правда, в тот раз уже давно стемнело. И, вы не поверите, я не услышал в кафе ни единого звука, кроме фоновой музыки, которая была довольно гнетущей. Но при этом я умудрился пообщаться с одной весьма примечательной девушкой, причем ни одного слова не было сказано вслух… Вот уж кто таинственная личность – я даже лицо ее не разглядел. Только получил некоторое представление о ее почерке.
Мы завернули за угол, пошли мимо дорогих частных домиков с пышными палисадниками, и я почувствовал, что полностью сбился с дороги. Это обнадеживало – именно такое ощущение предшествовало каждому попаданию в Литературное кафе.
- А еще раньше, когда я впервые нашел это место, там было довольно оживленно, и все читали стихи. Такие, знаете, малоизвестные стихи зарубежных авторов. А вам нравится поэзия?
Меня очень интересовал ответ. По правде говоря, не так много я встречаю людей, которым поэзия нравится. Думаю, это искусство в значительной мере вышло из моды. Хорошо еще, что остались тексты песен, в них поэзия возвращается к своему изначальному, первобытному, назначению.
Не успели мы как следует развить дискуссию о поэзии, как из ближайшей двери повеял сквозняк, пахнущий свежесваренным кофе.
- Постойте! Да ведь мы, кажется, пришли.

для следующего хода

После следующего твоего поста мы можем перейти в
Литературный клуб
и попробовать пообщаться с одной или двумя девушками, которые зашли туда последними.

0

12

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Не в той Вселенной