Любят же взрослые оправдывать огрехи своего воспитания мифическим...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+32°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мексиканская стирка


Мексиканская стирка

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Участники: Агата и Сонни с поддержкой
Место: Мексика, Тихуана
Время: 15 апреля 2016
О флештайме:
Нужно было просто перевезти фургон с места на место. Но возникли осложнения...

Отредактировано Sonny Pulsone (2016-04-05 19:01:32)

0

2

Последние несколько дней Сонни большую часть времени был занят тем, что офигивал от предстоящей перспективы снова поехать в Мексику, неминуемо встретить там Агату и снова делать какое-то дело с ней вместе. Потому что непросто было понять, как теперь себя вести, что говорить, как поступать - хоть, казалось, всё было не так и сложно, но взгляды в таких ситуациях меняются. Вот чем опасны такие отношения и почему они с бизнесом плохо совместимы - всё может быть прекрасно, пока мужчина и женщина вместе, но как только отношения умирают, кончается роман или разрушается брак, неважно, чаще всего это приводит чуть ли не к войне; и самое поганое, что это вполне в человеческой природе, в природе тех людей, которые находятся вокруг них большую часть времени, очень немногим удаётся "остаться друзьями". И выхода тут два - либо не заниматься чем-то одним, либо - никогда не расставаться. С первым оказалось так же сложно, как и со вторым... Что ещё было удивительно - так эта связка, Агата и наркотики. Пульсоне не задумывался о том, что сам будет вовлечён в торговлю наркотиками однажды, но бизнес есть бизнес, и с такого рода продажами справиться он тоже мог бы; от кого он таких перемен не ожидал - так это от Агаты. Ему раньше казалось, что с оружием у неё отношения вполне себе стабильные, и что заниматься этим видом деятельности ей нравится. А тут - наркотики. Ну и конечно, судьба и его вовлекла в это дело - как солдат в команде Дэнни, он теперь отправляется в Тихуану с ещё тремя ребятами, чтобы помочь Агате - ну и вообще, приглядеть, чтобы всё было в порядке, обеспечить безопасность, проследить, чтобы мексиканские дружки Тарантино не решили обворовать её саму - со стороны Семьи она ведь там одна находилась, много она одна может?
Когда приказ пришёл, Пульс даже не стал спорить. Можно избегать друг друга сколько угодно, но пока они находятся в одной организации - пересекаться время от времени так или иначе придётся, а попытки бежать друг от друга только навредят ещё сильнее. Придётся жить с этим как оно есть. Хотя, казалось, что боссы попросту издеваются... с другой стороны - может, и наоборот, их помирить пытались таким образом. А вообще-то - в их деле всё построено на связях; а кто лучше знает друг друга, нежели муж и жена? Ну или бывшие муж и жена... И Сонни всё никак не мог отделаться от воспоминаний о том, как они с Агатой начинали свою бесславную деятельность в Детройте. Уж чего-чего, а "оперативного" опыта у них обоих, выходит, накопилось не так много. Их шайка выгрузилась из аэропорта, пересев в автомобиль, попутно коротая время за разговорами обо всём и ни о чём:
- ...вот Берт Янг. Сколько раз он итальянцев играл... и мафиози тоже. Рокки там, или Однажды в Америке, Клан Сопрано, или эта вот ещё... Rob The Mob. А разве он итальянец?.. - размышлял Джулиано, сидевший на переднем пассажирском сидении, притом не стесняясь активно жестикулировать, из-за чего казалось, что этот факт - а обсуждалось присутствие актёров неитальянского происхождения на ролях итало-американцев в кино - задевает его так сильно, словно касался лично его. Типичный Джулиано - сколько Сонни помнил его, он вёл себя именно так. Старался подчеркнуть, какой он там весь из себя итальянец.
- А с чего ты взял, что он неитальянец? - возразил ему Чед; находившийся "в деле" дольше чем Джулиано. На самом деле, Агату Чед наверняка знал лучше, в своё время он был одним из телохранителей в команде Донато - и когда их не стало, потерял свои ориентиры, в итоге и придя к тому, что начал заниматься наркотиками. Так или иначе, был связан с ними даже тогда, когда политика Семьи в этом отношении была скорее негативной.
- Так имя же!
- И что имя? Может, у него дед и какой-нибудь янки, женился на итальянке, да дал ей свою фамилию, сделали сына, он нашёл себе итальянку и женился - фамилия всё ещё та же, но крови чьей в роду стало больше?
- Эээ... - загрузился Джулиано.
- Я говорю, может, он по матери итальянец. У отца фамилия Янг, а у матери там какая-нибудь... Роккотуфлиниеллиболоньезесантамарияпиццаделачиччо...

- Заткнись! Хватит!.. - от выданного пируэта "Ржавый" Нолан - единственный, у кого в крови итальянского действительно не было ни капли - начал смеяться ещё на "болоньезе", "делачиччо" его и вовсе ввёл чуть только не в состояние истерики. Всё бы ничего, если бы этот рыжий не находился за баранкой, что не вызывало риска вписать их в какой-нибудь кактус...
- Ну, полукровка, иными словами. Хрен его знает. - пожал плечами Чед.
- Или это псевдоним может быть. Чтобы об подобную скороговорку, которую ты выдал, язык не ломать. - поддержал разговор Сонни. Он в своё время видел одного такого в Нью-Йорке - сократил итальянскую фамилию себе в паспорте, то ли для какой-то махинации, то ли просто задолбало, что люди вокруг её выговорить не могут. То ли потому что отец его невесты замуж за итальянца не хотел дочь отдавать - точно Сонни уже не помнил. - У киношников вообще там свой дурдом.
- И то верно. Чего ты вообще докопался до искусства, Джулиано?
- Так, заканчивайте галдеть. Вон Агата стоит. - обратил Сонни внимание на женскую фигуру на обочине.

Внешний вид

+1

3

Почти два месяца я провела в Мексике. И я больше не чувствую себя растерянным туристом, который может посеять бумажник, стать жертвой вора или быть "обвешанным" на местном рынке. Мне было достаточно легко найти язык с мексиканцами, ведь их менталитет схож с испанским. Даже за годы жизни в Америке мне не было так комфортно, как здесь. Я не была Иностранцем. Именно по этой причине, а еще потому что у меня был долг перед Давидом, я выступила инициатором поехать в Тихуану на переговоры. Хотя не представляю кого бы Торелли могли отправить сюда вместо меня.
В результате что мы имеем? Наши связи с тихуанским картелем укрепились, появился еще один канал взаимодействия. Этот самый канал и стартует сегодня. Для Торелли планируется вывезти первую партию наркоты. И в качестве сопровождения в Тихуану приезжает Сантино с поддержкой.
Что я думаю насчет этого всего? Ну, к наркотикам у меня отношение нейтральное: человеку не зря дан разум, чтобы решать какой дрянью он будет себя убивать... или не будет. Сама же я подобным не соблазнилась и не увлекалась. А по поводу моего бывшего и предстоящей встрече... я особо не нервничала. Я стала смелей. В чем секрет? В новых отношениях! Деля постель с Давидом я постепенно отпустила Пульсоне. Хотя, склона думать, что тут еще сыграла роль смена места обитания. Так что мне даже не пришлось делать новую прическу, чтобы начать все заново. Я просто уехала под важным предлогом.
На улице стояла не жаркая погода, днем температура едва достигала 20 градусов. Кому-то и этого покажется много, но я давно уже привыкла к калифорнийскому климату. Не смотря на умеренный градус, солнце то и дело пробивалось из-за облаков.
Рейс задержать не должны - решила я, подъезжая к месту встречи. Остановив автомобиль в двадцати метрах от остановки, где раз в три часа тормозил автобус, развозя пассажиров из аэропорта и обратно, я покинула салон.
Парней пришлось ждать порядка пятнадцати минут, что в условиях данной встречи за задержку я не считала.
Их машина поравнялась с моей и затормозила. Я обошла тачку спереди и наклонилась к водителю, здороваясь с ребятами через приоткрытое окно.
- Привет, парни. - я задержала свой взгляд на Сантино неприлично долго. Проверяю сама себя екает что-нибудь внутри или нет. - Как дорога? - на самом деле их ответ меня не интересует, но надо ведь что-то спросить, а не глупо сверлить взглядом бывшего.
Напоминаю себе, что этот мудозвон оказался действительно мудозвоном, пьяницей, блядуном (да, Джозеф очень мило отзывался о том, что мой муж стал частым гостем Парадиза), и отвожу взгляд.
- Давай за мной - очертив двумя пальцами круг в воздухе сказала я. Вернувшись в авто я включила поворотник и начала движение.
До склада, где нас ждал фургон с товаром, было минут сорок езды. Он находился в промышленном районе и напоминал больше гараж, нежели склад.
Встретили нас несколько мексиканцев с пушками, но сразу же расслабились убедившись, что это всего лишь я.
- Через сколько можно ехать? - спросила на испанском языке у Гуэра, который курировал поставку. Мужчина уверил, что ждать не больше получаса.
- Тридцать минут - перевела я для Пульса и остальных. - Есть хотите? - мне вот кусок в горло не лез. Я немного волновалась. Во-первых, мы не хило так нарушали закон двух стран. Во-вторых, я не хотела уезжать. Нет, скорее я не хотела возвращаться. Но домой тянула мысль о сыне и ежике. Я соскучилась по Аарону.

внешний вид

+1

4

Дело в том, что Сонни - тупой. Не в том плане, что он недоразвит умственно, дебил, не способный писать и считать, а в том, что он попросту абсолютно недальновиден, живёт минутой в будущее не способен заглянуть - ему достаточно того, чтобы хорошо было сейчас, и вот это и делало его неспособным к началу каких-то новых отношений в попытке забыть Агату; может, это и последствия пятнадцатилетней изоляции тоже - но оказалось, он попросту не знал, как это делается, для него бордель Ливии оказался и приемлемой остановкой, и непреодолимым барьером одновременно, где Пульс мог бы получить свою долю траха - и ничего, в общем-то, более. Это отвлекало, конечно, но - это не было способом забыть Агату, забыть о чувствах, как и об обидах тоже... и с алкоголем та же ситуация, в общем-то - он не лечил, а обезболивал. Поняв это однажды, Пульсоне постепенно сократил потребление крепких напитков практически до минимума. Но вот уезжать под важным предлогом ему было некуда... Поэтому он оставался. Примерно в той же точке, где Агата его оставила, слепо шаря руками и слабо представляя, как её преодолеть - невесело, но честно.
Поэтому видеть Агату было сейчас странно; хоть он и знал, что увидит - это всё равно как будто встреча с призраком, с чем-то прошлым, чем-то... недосягаемым, хоть и видимым. Вышедшим из твоей жизни. Трудно не задержать взгляд, когда смотришь на такие вещи - и когда такие вещи смотрят на тебя самого. Как дорога?.. Особо никак. Он так никуда и не приехал, пока её не было.
- Привет, Агата! - радостно помахал Чед, перегнувшись через плечо Джулиано и тем самым разорвав связь взглядов Агаты и Сонни. Пульс просто каменел - он не знал, что хочет сказать. Но - вдруг захотелось выпить. Затем он вдруг поймал в центральном зеркале заднего вида другой взгляд...
- Джулиано, ты на что там пялишься? - соучастник устремил свои глаза на пятую точку Агаты, Пульс это почти наверняка понял, и почему-то - чёрт знает, почему - это его начало злить. Парень это, видимо, почувствовал, откинувшись на своё кресло и сжавшись там:
- Эээ, ни на что.
Ладно, стоит признать - посмотреть у Агаты как раз всё ещё было, на что. С тех пор, как она ему много раз показывала спину - ничего там не изменилось, жаль только, что Сонни слишком хорошо помнит, как это выглядит. Их автомобиль тронулся вслед за агатиной машиной, а Пульс подпалил сигарету, приоткрыв окно, чтобы выдыхать туда дым. И пейзаж возле дороги был чем-то сродни его жизни - таким же бессмысленным и пустым... с иногда попадающимися кусками скал и кактусами. Впрочем, такое он выдерживал долго - дольше, чем сорок минут, высидеть которые становилось мукой.
Выбравшись, наконец, из автомобиля, Пульсоне смерил мексиканцев хмурым взглядом - что люди тут живут опасные, он знал и раньше, в свой прошлый приезд - убедился в этом и ещё раз; представители же тихуанского картеля, или как бы их там не называли, выглядели и вовсе как-то недобро, да ещё и - как будто на одно лицо. Не только азиаты похожи между собой, стоит отметить. То, что в этой стране Агате нравится - вот этого Сонни точно не мог понять; не хотел бы тут ни работать, ни жить. Всё-таки по сравнению с местными, они, итальянцы, мафия, ребята ещё довольно мягкотелые - а за южной границей Штатов вообще звери живут...
- Нет. - есть не хотелось, но это не из-за того, что присутствие где-то неподалёку мексиканского кокаина портило аппетит; волновался Сонни не о наркотиках, он совершал преступления разной степени тяжести чуть не каждую неделю, собственно даже сбор выручки от его рэкетов - уже преступление, это их хлеб. Не по себе было из-за присутствия Агаты. Хотя, нет, пожалуй, даже не только из-за её присутствия - небритые рожи местных доверия не вызывали, и в их руках были серьёзные стволы - а они с парнями не были вооружены, вот в чём дело. И ощущал себя буквально голым без пистолета. Или чего-нибудь посерьёзнее...
- А я бы вот поел. - заявил Чед.
- И я. - поддержали его Джулиано и Нолан в один голос. В самолёте, вообще-то, кормили, просто местную кухню отведать хотелось всем троим - поскольку это было одним из тех немногих удовольствий (если не единственным), что им тут, занимаясь этим делом, вообще светило бы. Даже местную шлюху тут нигде не снимешь, они всё время в пути будут; впрочем, глядя на Джулиано - возможно, он и за полчаса бы успел и договориться, и всё сделать, даже не зная местного языка. Хотя - доллар всем народам мира понятен, в Мексике так и вообще почитаем особо.
- Агата, у тебя нету пушек для нас? - выдавил обращение из себя - прикрываясь вопросом безопасности. Когда-то они с Тарантино лучше заботились друг о друге... спина к спине, общий дом, пушка всегда под рукой и ко всему готовы. Теперь смотреть в её глаза схоже с тем, что глядеться в разбитое зеркало. Может, стоит поговорить? Или всё же поесть... Ладно, может, если он получит ствол, то сможет поесть - чувствуя себя защищённым на тот случай, если кто-то захочет испортить им обед, как когда-то испортили коктейль. Вот что сейчас казалось важнее вопроса о еде.

+1

5

Трое против одного выразили желание перекусить. Значит идем в ближайший общепит коротать время и набивать желудки. Но если парни хотят таким образом успеть отведать местной кухни, то их ждет небольшое разочарование. Потому что никакого стоящего заведения по близости нет, а то, что предлагали в кафешке для работяг подходило разве для того, чтобы утолить голод, а не насладиться пищей. Но, возможно, ребята не привередливы в еде и даже каша-мала, завернутая в лаваш покажется им сносной.
- Агата, у тебя нету пушек для нас?
- Безусловно есть - уверила я итальянца. Толку то мне будет от четверых безоружных парней? При таком раскладе проще было бы встретиться после прохождения границы. Но мне нужен кто-то из своих готовый прикрыть и меня, и товар. Сама я с пушкой не расставалась. Мексика в этом плане лояльная страна, если не сказать иначе. Беззаконие. Хотя за последние годы власти делают большие усилия, чтобы остановить наркооборот и распространение оружия, но все пока зря. Слишком много продажных копов и слишком мало их официальное жалование. Нет, есть, конечно, и успехи, например, арест Хоакина Гусмана Лоера по прозвищу "Коротышка". Все телеканалы трубили о его побеге и скором задержании! Но мне кажется, что это все фарс, подготовленный ради той части населения, которая еще надеется о светлом будущем своей страны. Ведь если угаснет вера в правосудие, начнется хаос. Тот хаос, что сейчас творится в арабских странах.
Оружие я планировала выдать перед выездом, но судя по виду Сантино он предпочел бы обезопасить себя сейчас. - Разбирайте - сказала я, подойдя к старому неработающему верстаку и стянув с него замызганную ткань, что прятала пушки от лишних глаз.
- Отлично - Чед заправил оружие за ремень - Теперь-то мы можем поесть?
- Да, идем - я глянула на Давида и кивнула ему в сторону улице, сообщая жестом, что мы ненадолго отойдем. Торчать в гараже резоны не было.
Мы пошли по пустым дорогам, отходя на узкий грязный тротуар, когда проезжала машина, и спустя четыре минуты хода оказались в местном баре. По меркам американцев это было похоже на придорожное кафе: еда здесь готовилась для тех работяг, что трудятся сутками на близлежащих заводах.
Мы заняли небольшой столик, а Нолану пришлось притащить себе стул, чтобы уместиться за ним всем пятером.
- Нет, это лучше не бери. Возьми это - показываю пальцем на строчку в меню, напечатанное на простом листе бумаги. Чтобы сделать заказ надо самолично подойти к кассе с подносом. Официантов здесь не было. Поэтому трое мужчин ненадолго покинули столик, оставляя нас с Пульсоне наедине. Как неудобно.
Я посмотрела на мужа и не зная что сказать (а стоит ли начинать разговор вообще? нам есть что говорить друг другу?) отвернулась к заляпанному окну. Делаю вид, что смотреть на пыльную и скучную улицу мне интересней, чем в его сторону. Но я просто не могу без какого-то смущения и растерянности глядеть в сторону Пульса. Между нами огромная пропасть, которую словами будет не заполнить. И претворяться, что все у нас нормально тоже не могу. Странные ощущения.
И знаете в чем правда? Я полагала, что встреча с супругом пройдет легче. Даже в голове составила несколько фраз, обращенных к нему. Но по итогу не могу ничего ему сказать. Это какая-то смесь обиды, разочарования, неуюта и недоверия. Не представляю как дальше вести с ним дела. Хочется верить, что не придется.

но, я смотрю в твои глаза -
в пустые зеркала, ищу в них отражения.
знаю, что любовь давно ушла -
и в мире из стекла, ищу любви спасенья, слышишь?

+1

6

Сказать честно, из всего, что Пульсоне видел - в Мексику он не верил. В том плане, что когда-нибудь она станет хорошей страной для жизни. Исторически это не сложилось, а политически - Соединенные Штаты не смогут потерпеть у себя под боком кого-то по-настоящему сильного, и будут продолжать работать на то, чтобы экономика соседа не падала слишком сильно, но и повышалась не очень-то быстрыми темпами, чтобы тут не началась война - но и переезжать жить сюда никто не рвался. Впрочем, Сонни, со своей колокольни, было наплевать, всё это создавало лично ему почву для работы - для того, чтобы заработать денег, и довольно хороших - жить навсегда он сюда точно не стал бы переезжать, и чувство патриотизма - оно у него точно не в сторону Мексики работало, а в сторону родных Штатов; где политика относительно оружия тоже была довольно свободной, если уж честно не сказать - халатной, но притом людей не убивали пачками каждый день... Поэтому - нет уж, он бы хотел получить что-нибудь огнестрельное прямо сейчас... если эти хорошие друзья Агаты соберутся сделать что-нибудь нехорошее в эти свои полчаса, что им отданы на ожидание - что они смогут противопоставить? Пакетами с кокаином их до смерти забьют?
- О, классные стволы. Спасибо! - Нолан подбросил пушку на ладони, любуясь ей, затем прикинул, как она лежит в руке. Сонни подошёл к делу более обстоятельно, вытащив магазин, оглядев патроны, и спрятал пистолет под полу своего пиджака. Взял револьвер, открыл барабан, убедившись, что и он заряжен - и его отправил во внутренний карман своего пиджака, постучав немного - чтобы не было заметно, что он вооружён. Джулиано по этому вопросу повёл себя несколько более безалаберно, запихнув пистолет в штаны так, чтобы рукоятка торчала из-за пояса.
- Спрячь, чтобы не видно было.
- Зачем? Вон те ребята не парятся. - мотнул соучастник ухоженной шевелюрой в сторону представителей картеля.
- Они местные. Мы - нет. Четверо вооружённых гринго - это не выглядит хорошо, capisce? - это выглядит, как вызов; не хватало ещё, чтобы кто-то на ровном месте докопался. Туристы при себе обычно стволов не носят... а если и носят - значит, им есть, что защищать, так что уже привлекают к себе внимание. До Джулиано эта мысль, кажется, дошла - поколебавшись немного под взглядом Пульса, он чуть сдвинул пушку, прикрыв полой своей кожанки.
Они и так, надо сказать, внимания привлекали достаточно...
- Так кто вообще такой этот Берт Янг? - решил Нолан продолжить начатую в машине тему, подтаскивая стул к столу.
- Ну, актёр. В Рокки Бальбоа он тренера Сталлоне играл... в Клане Сопрано - отца Бобби Баккалы, больного раком деда, помнишь?
- активизировался снова Джулиано, даже оторвавшись от меню (как будто он там разобрать что-то мог, на испанском-то).
- Понятия не имею, о чём ты говоришь.
- Ты не смотрел?
- Нет.
- Как ты мог???
- Без обид, но мне этой околоитальянской бодяги хватает и в жизни, общаясь с вами, чтобы ещё и в кино это видеть. Я с вами чокнусь.
Сонни на этих словах Ржавого звучно хмыкнул - пожалуй, он понял, что ирландец имел в виду. Сам чувствовал себя так же много лет назад, в Нью-Йорке - даром, что был итальянцем, в нём дух исторической родины, да и дух итало-американских кварталов, был воспитан на порядок хуже.
- Спасибо, Тата. Попробую это выговорить... Пульс, так тебе что-нибудь взять?
- Возьми то же самое, что себе возьмёшь. - Чед, коротко кивнув, затем мотнул головой в сторону прилавка, выдав на лице не вполне определённое выражение в адрес остальных парней, что, мол, лучше бы на какое-то время всем вместе отойти, дав Агате и Сонни пообщаться наедине. Нолан понял сразу - Джулиано пришлось слегка дёрнуть из-за стола за шиворот.
- Знаете, кто ещё "неитальянец"? Питер Фальк... - донёсся напоследок обрывок слов Чеда, затем они с Агатой остались наедине с пустым столом, парой обшарпанных диванчиков и стулом, друг напротив друга. И первым действием Пульса после этого тоже стала попытка посмотреть на улицу, сквозь грязное и пыльное окно, но и там он увидел отражение лица Агаты... и отвернулся, уставившись в поверхность стола, пытаясь думать о чём-нибудь - но даже разбить эту странную пустоту в голове оказалось задачей не самой простой.
- Здесь можно курить?..
- только и нашёлся, что спросить Пульсоне, взглянув на Агату; впрочем, к тому моменту уже потянувшись за сигаретами, и сразу же закусил одну, хотя подпаливать пока не спешил, остановив руку с зажигалкой на полпути. Отчего всё вообще так... странно? Казалось бы, жили они вместе - всего-ничего, детей (ха-ха-ха) так и не нажили, казалось и делить-то даже особо нечего, с иными своими приятелями Сонни больше имел, но расставался куда более легко, без ощущения такой вот... чужеродности. И осталась некая привычка - словно мозг зафиксировал черты испанки в себе, но это и всё, что осталось, как будто. Он теперь даже не мог сказать - скучает ли...
- Как... дела? - выдавил. Даже и непонятно, о чём спрашивал, о самой Агате или её бизнесе в Мексике. Наверное, это зависит от того, о чём она решит ответить...

+1

7

- Здесь можно курить?..
- Кури - в случа если нельзя, то попросят потушить сигарету. Но по большому счету всем безразлично куришь ли ты в его заведении или нет. К тому же, у Сантино в зубах была обычная сигарета, а не что-то повеселее.
Итальянец щелкает зажигалкой и затягивается. Мне вот на фоне расставания удалось все-таки избежать возвращения к этой дурной привычке. По началу, сознаюсь, купила пачку сигарет и благополучно выкурила ее, но потом стало легче. Мы и так достаточно попортили здоровье всеми этими ссорами, размолвками. Не хватало еще и вернуться к старому. Я больше не хочу падать. Не хочу в случае обиды бежать к бару и наливать целый стакан. Мне надоело быть слабой и понапрасну жалеть себя. И уж тем более не позволю чтобы кто-нибудь, застав меня выпивающую в одиночестве, смотрел сострадающим взглядом.
- Как... дела? - приоткрыв рот собираюсь сказать, что все нормально, но останавливаюсь. Какие именно дела? Он хочет знать мое состояние перед поездкой? Волнуюсь ли я на этот счет? Или интересует мой расклад в целом? А может и так, что мужчина просто заполняет паузу? Последнее явно ни к чему. Неловкость от молчания я не ощущала. Все, что угодно, но только не неловкость. Но и назвать Сонни человеком, с которым бы мне было комфортно посидеть в тише я не назову. Мы просто люди, ждущие других людей. Ждущие открытие нового пути, достижение цели, подвернувшегося шанса...
- Отлично. Только по Аарону соскучилась. - разлуки с сыном стали частыми. И я опасаюсь, что когда завтра увижу его, он станет еще дальше. Еще хуже, если у него затаится обида на меня. И фиг тут расскажешь десятилетнему мальцу, что это не просто работа. Все то, чем я занимаюсь может стоить мне жизни. А может и ему...
Какие совместные дети с Сонни, если я с одним взрослым ребенком разобраться не могу? Нет, однозначно, с ролью матери я не справляюсь и никогда не буду справляться. Получается, что это к лучшему, что забеременеть так и не удалось?
Все, что ни делается - к лучшему?..
- А ты как? - задаю встречный вопрос. Может Пульсу поболее есть что рассказать. - Выглядишь... неплохо - трезвым! Но подобное уточнение я оставила в мыслях. Хотя, думаю, мужчина прекрасно понял что я имела в виду под этим "неплохо".
Пока парни тыкали в меню и пытались сосчитать сдачу, прошло минут пять. Итого осталось как минимум пятнадцать минут, чтобы все съесть и вернуться обратно. А предполагая, что минимальную задержку нам простят, то и вовсе можно поплющить зад двадцать минут. Правда, с этим мы успеем еще - впереди долгая дорога, где первая остановка только после границы.

- Ты зачем острый то заказал? - я смеюсь над Чедом, который попросил добавить специй, не предполагая, что мексиканская еда и без того острая. И сейчас мужчина жадно дышал через рот, пытаясь остудить горящее от перца горло.
- На. Запей - он даже умудрился чуть не подавиться, чем вызвал среди сидящих очередную волну смеха.
- Блять, ничего смешного! - кашляя и жадно впиваясь в стакан пробубнил мужчина.
- Да, прости, ничего смешного - я попыталась сделать серьезное лицо - А десерт свой будешь? - указываю на маленькое блюдце, где лежали три чилийских красных перца, они предназначались к одному из блюд, но никто не рискнул их добавить. Может Чед захочет? Я снова рассмеялась.

Как и планировали, через четверть часа мы покинули кафе и зашагали обратно в сторону гаража. Фургон, забитый пачками стирального порошка внутри которого находился никакой не "Ариель", а самый настоящий кокаин, был укомплектован. Помимо фургона, поедут еще две легковые машины в качестве сопровождения. Предстояло решить кто с кем сядет. Естественно, оказаться в одной тачке с Пульсонне я не мечтала.
- Чед, поедешь со мной? У меня еще перец чили есть

+1

8

Аарон... в конечном итоге - у Тарантино всё равно хотя бы есть, что терять; у Сонни же, выходит, в жизни по-прежнему нету ничего стоящего. Большой опустевший дом? Слишком большой для бессемейного человека, который и внутри-то проводит слишком мало времени, чтобы домом этим всерьёз заниматься - та половина вещей, что принадлежала Агате, давно исчезла, и теперь их дом скорее игровой площадкой для Таракана стал, ёжик больше хозяйничал, нежели Пульс. Иногда даже казалось, что колючий скучает по своей хозяйке - начинал всё больше лазить в местах, где раньше много времени проводила Агата, таскал к себе в норки разные маленькие вещи, что она оставила после себя, даже террариум начал помаленьку растаскивать, хотя изначально Сонни открыл дверь, думая, что ёжику понравится жить за стеклом. Что ещё у него было - машина? Он бы за месяц смог бы купить себе новую, попросту на выпивке и сигаретах сэкономить и немного больше потрудившись. Некоторые ребята каждые два-три месяца машину меняли - продавали старую, покупали другую. Сэкономить можно было и на шлюхах, да. Что серьёзного у него было в жизни - походы к девочкам Ливии?.. Вот уж чего настоящим для человека считаться не может, так это секс с проституткой, наверное. Даже такого уровня, как леди из "Парадиза". Выходило то же самое, что и раньше - с тех пор, как Агата из его жизни исчезла, жить стало вроде как и не для чего. В жизни не осталось ничего, что было бы важнее долга - вроде того долга, который он выполнял сейчас, приехав в Тихуану с группой ребят.
Это вовсе не значило, что Пульс был готов прямо сейчас лечь и сдохнуть, конечно - как Агата и заметила, он был "неплохо", жил ради себя, развлекался, как умел, и деньги были, нельзя это назвать несчастьем. Хоть и счастьем - тоже не назвать...
- Нормально. - Сонни затягивается, и не знает, что ещё ответить на её вопрос. Ему даже не по кому скучать, пожалуй. Может, по своим приятелям если только - несколько новых хороших знакомств он завёл, пока Агаты не было, и может и её познакомил бы с ними, но какой смысл теперь, когда всё - не как раньше? - В городе федералы злобствуют... примерно с тех пор, как тебя депортировали. - хотя, может, Тата про это знала и так. Вряд ли это связано с её переездами, впрочем - весь кипишь из-за арестов, и из-за пропажи их главного информатора, без которого процесс над Гвидо развалился. И Сонни - снова в центре событий, глядел на последние минуты жизни Сальваторе... - Ты как-то поменялась. - сделал странное заключение, взглянув на Тарантино ещё раз. Стала как-то... взрослее, что ли. Или, может, Мексика так на неё влияла, что она стала держаться как-то по-другому. Она много раз намекала, что ей в Сакраменто не всегда комфортно - а в этой стране, где все говорят на её родном языке, ей, видимо, комфортнее. По-прежнему он этого не понимает, но сейчас его уж точно не спрашивают - хотя и раньше мнением не шибко интересовались...
- Так вот почему все мексы такие злые! С такой-то острой пищей... - заключил Нолан, трескавший свой сэндвич, впрочем, с довольно хорошим аппетитом. И Сонни подумал - а ведь ирландец может быть прав, Агате, может, оттого и не сиделось на месте, что в её подтянутой попке вечно от мексиканской пищи прижигало?.. Вон как Чеда скрючило от одной только приправы... С изжогой спокойным вообще оставаться непросто, а этого Пульс со своими алкозаплывами и куревом тоже поимел уже прилично.
Впрочем, сам он как раз любил поострее. Хорошая причина, почему вообще связался с Тарантино, нет?

- Стиральный порошок?.. - почесал Сонни репу, увидев, в каком виде путешествовал их "товар". Интересная упаковка. Особенно забавно будет со стороны выглядеть, как товар будут дегустировать по прибытию, проверяя его качество - не каждый день увидишь, как кто-то вскрывает пачку стирального порошка и пробует его на язык, вдыхает... интересно, тут настоящего стирального порошка нигде нет среди этих пачек? Таможня ведь тоже что-то, поди, должна проверить... - Да тут весь Сакраменто, похоже, можно перестирать... - Росси явно будет в восторге, с таким количеством - наверное, можно под себя весь рынок будет подмять; особенно если товар окажется действительно хорошего качества... а не каким-нибудь Тайдом разбодяженный. Разбавляют же некоторые слабительным, чтобы больше было - потом нарики от белого порошка ещё и с белого друга не слезают; а тут - кишки промоются, вообще красота...
- Ага. - кивнул Чед, подходя ближе к автомобилю, на который указала Агата, тогда как Джулиано и Нолан остановились у арендованной машины, на которой сюда приехали. - А фургон кто поведёт? Кто-то из твоих друзей? - Сонни захлопнул дверцы фургона, придирчиво оглядывая автомобиль. Порошок, не порошок - вообще-то, ерунда какая-то, а не маскировка получается, фургон, два автомобиля сопровождения, тут гением быть не надо, что везут что-то недешёвое.
- Я в фургоне поеду. - сообщил Сантино, немного поразмыслив, и глянул на мексиканца, который торчал у водительской двери гружёной машины. - Переведи, Агата - я вместе с ним поеду. - чтобы за товаром напрямую приглядывали и "наши", и "ваши", и в том случае, если бы кто-то внезапно решил изменить существующие планы, это ему не удалось бы сделать так просто...

+1

9

- В городе федералы злобствуют... примерно с тех пор, как тебя депортировали. - на этот счет я была более чем в курсе. Испытывала что-то сродни зубной боли, когда речь заходила о Бюро. Не в ладах я с ними. И моя депортация, как я считала, была их ходом.
- Да, знаю... - надеюсь, что бизнес от этого не пострадает...
- Ты как-то поменялась.
- М, загорела? - более видимых изменений я в себе не наблюдала. Или сейчас Пульсоне намекает на сухое общение с ним? Ну так на то имеются причины. Я считаю, что выбранный мной стиль поведения с ним лучше, чем устраивать скандалы. Последнее точно не пойдет на пользу делу. И может Торелли, отправляя ко мне именно Сонни таким образом хотят проверить наш профессионализм? Если личное будет мешать, то кто-то от кого-то из нас захотят избавится. Впрочем, поездка на два месяца в Тихуану и была похожа на "избавление". Вот только мне здесь понравилось.

Первая партия кокаина и правда была упакована в 10-килограммовые пачки стирального порошка. Но в дальнейшем тактику планируется поменять. Это пробный ввоз, он и по объему меньше, чем те, на которые мы договорились с картелем.
- Стиральный порошок?.. Да тут весь Сакраменто, похоже, можно перестирать...
- В планах "перестирать" не только Сакраменто, но и Нью-Йорк с Чикаго - усмехнулась я. Если дела пойдут хорошо, то можно будет задуматься о покупке (рассрочке) загородного дома. Или хотя бы новой машины.

При распределении мест в машинах, Сантино изъявил желание поехать в фургоне вместе с мексиканками. Это что недоверие?
Я хмуро взглянула на мужа. Недоверием можно было бы и обидеть наших друзей, но пока прямо об этом Сонни не заявлял, так что может это просто мои вымыслы. Во всяком случае переживать было не за что. Удара со стороны тихуанского картеля я не ждала. Ради одной пробной партии рвать все сложившиеся отношения и перспективные им смысла нет.
- - Переведи, Агата - я вместе с ним поеду.
- Я понэл - на ломаном английском произнес водитель грузовика. Мексиканцы хочешь ни хочешь, а частично английский знали. Не все, конечно. Обычные работяги, что жили в трущобах и не представляли свою жизнь где-нибудь еще кроме "Хеллоу" ничего не понимали (или не хотели понимать). А вот тот, кто жил в больших, к тому же приграничных городах, языком владели. В случае этой шестерки, понимал он только простые фразы.
- Ладно, тогда поехали - Чед вместе с Джуллианом и Нолом покинули гараж, следуя к оставленным возле входа автомобилям. Сонни с двумя (второй тоже был водитель, чтобы меняться) мексиканцами загрузились в фургона. В салоне мест хватало как раз на троих, поэтому неудобств на этот счет мужчины вряд ли будут испытывать. Другое дело чисто психологически...

- Пока? - встав позади фургона я прощалась с Давидом. Как и большинство женщин мне хотелось, чтобы он сказал, что мы скоро увидимся. Но я изначально понимала перспективу наших отношения, так что больших надежд не питала.
- Да, конечно. - произнес он, целуя меня на прощание. - До встречи - он ударил ладонью по фургону, давая команду трогаться.
Я не спеша пошла на выход, махнув мексиканцу рукой прежде чем занять пассажирское место возле Чеда.
На заднем сиденье авто лежала сумка с моими вещами. Одежды было без фанатизма, большую часть оставила в квартиру Алонсо, чтобы при следующих визитах не собирать багаж в дорогу.
Три машины (две легковушки и грузовик) выехали в сторону границы. И все шло спокойно, ехали не превышая скорости, пока с нами по встречке не поравнялся джип...
Я вывернула шею, заметив поодаль еще один внедорожник.
- Кажется, у нас... - и не успела я договорить, как Чед начал экстренно тормозить, но в результате мы все равно въехали в зад нашему же фургону. На перекресток, перекрывая дальнейшее движение выехала фура...

+1

10

От присутствия федералов все испытывали боль - кто зубную, а кто и в месте поинтереснее; но после тех арестов, после устранения Розарио, по хорошему счёту федеральные агенты превращались не более, чем в россыпь прыщей - неприятно, мешает, но, в конечном счёте, опасно не сильно и заживает само; Бюро просто наблюдало - но хотелось надеяться, это наблюдение, прыщ этот, будет просто шрамом поверх нанесённой раны, который затянется со временем сам собой. Внимание федералов - нечто постоянное; но пристальным по-настоящему оно становится только иногда, время от времени. Даже у Бюро не бесконечные активы. Возможно, появление в городе такой партии кокаина даже их и отвлечёт, переключит их внимание. Это не значит, что не надо оставаться осторожным, впрочем.
- Возможно. - усмехнулся Сонни, делая затяжку. Общение довольно сухо проходило с обеих сторон, пожалуй; нет, поменялось что-то внешне, в её глазах, что ли... как-то стало по-другому. Не как было дома. Пульс не брался точно посудить, почему так казалось - может, он не видел её слишком давно, или это связано с тем, что она основалась здесь. Не хотелось бы думать, что это из-за наркотиков, но - и эту версию отметать не стоило, пожалуй, в их мире такие вещи вполне обыденны, пожалуй - и шкипер его это дело любит, даже и Фрэнк дунуть не дурак.

Пульс не думал, что недоверие сможет обидеть местных настолько, что они решат его прямо в кабине прирезать - хотя бы потому, что настоящее недоверие начинается там, где получаются трупы, и то, что они в фургоне, помимо кокаина, ещё и труп одного из сакраментовских привезут - явно на пользу дела не пойдёт. Как и то, если он из Тихуаны вообще не вернётся ни живым, ни мёртвым... Да и границу с покойником на борту пересекать не будет проще. Хотя дело и не в обиде, и даже не в том, кто кого порешит, а в том, что Пульсоне за товаром хотел приглядеть лично - если это означает недоверие к кому-то, то в равной степени и к мексам, и его выездной бригаде, и к Агате.
Правда, когда он оказался в кабине фургона, между двумя суровыми мексиканцами, по английски если и говорившими - то весьма бедно, Сонни собственная идея такой прекрасной уже не показалась, отрезанный от команды он начал чувствовать некоторую неуверенность, и ощущал себя скорее так, словно добровольно согласился отдать себя в заложники, а не словно заправлял делами... устроился на всякий случай так, чтобы более-менее чувствовать прикосновение обоих пушек к телу, заметно напрягся - глаза тоже включил, стараясь быть как можно более внимательным... и вот это привело к тому, что он, бросив беглый взгляд на зеркало заднего вида, всё-таки обнаружил, что именно в Агате успело поменяться.
Отражение как будто замедлилось, предательски давая Сонни в деталях увидеть, как один из мексиканских ребят нежно целует Агату на прощание - и кулаки его так же медленно сжались, а челюсть сомкнулась так, что если бы во рту у него оказался бы стальной прут, то Пульс его, пожалуй, и перекусил бы - вот, значит, чего Агата такая довольная в своей Мексике... или, может, в прошлый свой приезд она тоже так сильно рвалась туда именно поэтому? Может, и на его месте, в той кафешке, когда он приезжал, когда она ещё внезапно согласилась на кольцо - до него ещё кто-то сидел??? Или после него. Вальяжный хлопок по борту внедорожника в голове Пульсоне отозвался, словно разрыв гранаты - будто парень не сигнал сидящим внутри подал, а конкретно его в сторону отпихнул, катись, мол...
Я тебе хлопну, млять. Я тебе так хлопну...
Агата помахала этому парню на прощание, а Сонни был уже вполпути от того, чтобы сделать глупость - может, наличие справа и слева по другу Алонсо, тоже помогло его сдержать в какой-то степени. Если их личное сорвёт сделку, а следом и весь новый канал потащит за собой - вот это будет уже самый натуральный прокол... Пульс сделал усилие над собой, чтобы перевести взгляд с зеркала на то, что происходит впереди - но всё уже успел уловить, как Тарантино машет мексиканцу на прощание.
Он начал потихоньку остывать по пути, нехитрый мексиканский пустынный пейзаж, ровная дорога почти без встречных машин, это помаленьку успокаивало нервы. До тех пор, пока слева вдруг не послышался надрывный шум мотора, и рядом с их кортежем не пристроился ещё один автомобиль - ещё одной машины Пульс даже и заметить не успел, как вдруг прямо перед головным автомобилем вылетела фура - на тормозах, даже было видно, как задымились покрышки, явно неслась на всех парах; но всё же - достаточно быстро. Перекрывая все перспективы устроить гонку. Водитель ударил по тормозам, что всех троих мотнуло вперёд; затем - мотнуло ещё раз, сильнее, когда сзади ощутился толчок... Из джипа, что остановился у фургона, выпрыгнули водитель и двое пассажиров, в руках у каждого - по автомату. Практически одновременно они нажали на спусковые крючки, поливая головной автомобиль свинцом, четвёртый парень - пассажир с заднего сидения, держал на мушке Калашикова кабину фургона, прямо не выходя из джипа, только высунув автомат из окна. Тем временем, второй джип настиг место происшествия, и машина, где ехала Агата с ребятами, через секунду тоже оказался под непрерывным обстрелом двух или трёх автоматических стволов.
Водитель фургона выхватил пушку, начав опускать стекло на дверце - но пассажир джипа дал очередь, и стекло усыпало пол салона, туда же через миг хлынула кровь, сам водитель резко завалился на пригнувшегося к полу Сонни, став на короткое время щитом, пара пуль прошила и потолок салона.
- Чёрт!..
Высунув пушку в окно, Пульсоне несколько раз нажал на курок - не целясь, потому что цели не видел и просто не мог прицелиться - и не попал, но заставил налётчика подумать об укрытии; этой заминки хватило как раз чтобы ухватить руль левой рукой, а ногой нащупать педаль газа - и вот так, в позе каракатицы, втопить её в пол, попытаться выехать хотя бы с линии огня. Фургон, слегка задев джип, покатился на тех, кто "обработал" первый автомобиль - заметив это, они начали стрелять по нему, на Сонни и пригнувшегося пассажира посыпались стекло и обшивка, затем - очереди смолкли, а фургон тряхнуло - один из врагов всё же попал под колёса...

+1

11

Within Temptation – Skyfall (Adele cover)

Благодаря пристегнутому ремню безопасности я избежала участи проделать дыру головой в лобовом стекле. Меня просто с силой толкнуло вперед. Грудь сдавило ремнем до боли, что аж дыхание сперло, но это все равно было лучше, чем получить сотрясение мозга или вовсе скончаться.
Времени очухаться и сопоставить наше положение дел не дали - поднялась стрельба. Фургон обстреливали из четырех автоматов. И остается только надеяться на чудо, чтобы внутри кабины кто-нибудь остался в живых.
- Проклятье!!! - согнувшись пополам я достаю из-под сидения узи, но стрелять через Чеда было неудобно. Тем временем нахлабучивать начали и нас. Я жму на кнопку, чтобы выдернуть ремень. Удается не сразу, ведь помимо того, что в руке был автомат, приходилось еще и голову прижимать к коленям. Иначе велик шанс получить пулю промеж глаз.
В какой-то момент у нас появилась инициатива: Чед тоже схватился за пушку и начал обстрел. Это позволило мне выбраться из машины и, пригнувшись, расположиться за ней, используя открытую дверь как щит.
Я стреляю без разбора, ставя перед собой задачу не столько попасть, как отбиться, умерить пыл нападавших.
Нашему фургону наконец-то удается сдвинуться с места. В развороте задев один из джипов, грузовик дал ходу. Нападавшим пришлось разбежаться в стороны, чтобы не загреметь под колеса. Одному мексиканцу все-таки не повезло и его накрыла махина, сминая под колесами.
Мне не удалось увидеть кто был за рулем, потому как стоял хаос, да и водитель прятался от пуль, согнувшись. Но мне было важно узнать, что с Сантино все в порядке. Что он успел среагировать во время неожиданного нападения.
Из машины пытается выбраться Чед, поэтому я взялась его прикрывать. Магазин в узи быстро закончился и далее пришлось перейти на "пукалку", которая сильно проигрывала по сравнению с автоматами нападавших мексиканцев.
- Надо валить - и здесь без вариантов. Судя по всему, мексиканцы в своей атаке подготовились. А это значит, что наш скудный арсенал не сравниться с их ни по мощности, ни по количеству боеприпасов.
- Машина не на ходу - кричит Чед. И это было ясно, стоит только бросить беглый взгляд на тачку. Она превратилась в решето, а из капота валил дым.
Я киваю в сторону второго автомобиля, на котором следовали Джуллиан и Нолан. У тех дела обстояли гораздо хуже. Джуллиан уже никуда не спешил, замерев со смертельным ранением на пассажирском сиденье, а Нолан был ранен, но все еще пытался отбиваться.
Пригнувшись, Чед добежал до второго автомобиля. Ему пришлось выкинуть мертвое тело своего бывшего товарища, чтобы впоследствии занять его место.
Пока мы отбивались налетчики предприняли повторную попытку захватить фургон с товаром: они начали стрелять по колесам. Машина, конечно, может передвигаться на голых дисках со спущенными шинами, но, во-первых, это будет крайне медленно, во-вторых, на асфальте останутся следы. Поэтому, чтобы избежать такой проблемы я решаю отвлечь мексиканцев. Открыв заднюю дверь автомобиля достаю из своих вещей то ли платок, то ли трусы, не важно, и запихиваю в бензобак таким образом, чтобы получился своеобразный фитиль. Он вышел коротким, но я полагаю, что времени удалиться на безопасное расстояние мне хватит.
Чиркнув зажигалкой и удостоверившись, что ткань зажглась и пламя распространяется, я совершаю рывок до Нолана с Чедом.
- Сейчас будет громко - предупреждаю парней, чтобы пригнулись и не растерялись, а воспользовались ситуацией.

+1

12

Протаранив одного из противников, фургон снова начал набирать постепенно, но верно набирать обороты, и Сонни наконец сумел поднять голову, взглянув на дорогу как следует - но удерживать руль и педаль в таком положении становилось ещё труднее, поэтому пришлось открыть дверцу, вытолкнув труп водителя наружу, прямо на асфальт; затем Пульс занял его место - прочувствовав задницей ту лужу крови, которую тот оставил после себя. И он, и второй местный приятель Агаты, были в крови убитого, на полу звенели осколки, в лобовом стекле появилось несколько отверстий, разошедшихся дальше трещинами, став похожими на блестевшую на солнечных лучах паутину. По поводу жеста Пульса, мексиканец что-то начал орать - но на родном себе языке, поэтому понял из его гневной речи Сонни совсем немного.
- Сам пендехо.
Самым умным решением сейчас было бы - драпать, пока есть такая возможность, развернуться и уехать назад - спасать груз, что был у них в кузове... Сонни, и его партнёр тоже, оказались не столь умными. Да и фура, перегородившая проезд, места для манёвра особенно не оставляла, хочешь не хочешь, приходилось снова столкнуться с теми, одного из которых они переехали только что. А они уже опомнились, заняв боевые позиции - и снова начали обстреливать фургон, правда, делая это всё же как-то более аккуратно, чем ведя огонь по живым мишеням (видимо, тоже думали о том, что находится внутри).
Прикинем силы... В джипах прибыло восемь человек, плюс, как минимум - один, занимал кабину той фуры. Одного они сбили, и судя по тому, что перестрелка ещё ведётся - кто-то из сопровождающих ещё жив... только Сонни не мог сказать, была ли Агата в их числе. Переглянувшись с новым товарищем по оружию, Пульс резко выкрутил руль, и фургон, сравнимый с куском сыра по количеству дыр, чуть не завалившись набок, развернулся и встал поперёк поля боя, давая Агате и остальным некоторое прикрытие - и Сонни буквально вывалился из машины, прокатившись кубарем по пыльной дороге, переводя в пользу ещё ту энергию, что тряхнула их обоих при ударе; и, поднявшись, на полусогнутых, тут же помчался к машине, где истекали кровью Джулиано и Нолан, и пара мексиканцев... Парень, что был с ним в кабине, выбрался следом - но ему повезло меньше; он успел сделать всего несколько шагов, как вдруг резко замер, прямо посреди поля боя, на его груди образовалось несколько алых дырок - он даже успел увидеть собственные, опустив голову, но затем обмяк, упав на колени, и затем уткнувшись лицом в асфальт... больше не вставал.
- Какого хрена она творит??? - обратился сразу ко всем, увидев бегущую к ним Агату, и высунулся, паля по мексиканцам уже с обоих стволов, прикрывая её. Жаль, что у него на затылке не было глаз - ещё одна потенциальная опасность располагалась прямо позади них... - Фура, Чед! - в обойме пистолета оставалось ещё несколько патронов, револьвер же быстро выплюнул все свои шесть; нападавших стало ещё на двух меньше - во всяком случае, Сонни увидел, что двое из них упали, не будучи уверен, что подстрелил насмерть. Получить лучшую информацию уже не успел, как только Агата оказалась в безопасности (если можно это назвать безопасным местом, конечно), едва успела произнести предостережение - длина импровизированного фитиля подошла к концу и поднятая столбом пламени машина подлетела в воздух, теряя колёса и запчасти. Это и действительно сработало, как отвлекающий манёвр, хорошо что бензобак находился с правильной стороны и пламя мексиканцы заметить не успели. Это вряд ли упасло автомобиль от взрыва - но так они были бы больше к нему готовы...
- Чед, проверь фуру! - Джулиано сегодня последний раз пообедал, Нолана полноценным участником боевых действий тоже можно не считать, и друзья Агаты, похоже, тоже не в лучшем состоянии, похоже они остались втроём против пятерых или шестерых... может и больше. Сонни распихал пистолеты под плащ, открыл дверь и принял автомат из рук Нолана. Что его беспокоила - так это фура, от её водителя нету прикрытия, а если он вступит в бой - они трое попадут ещё и под перекрёстный огонь. - Сколько у нас осталось патронов? - использует Пульс короткую передышку. Дома, деньги, машины; любовь, дети... сейчас всё "общее", что имеет значение для них - это сколько осталось на двоих патронов.
Выстрелы стихли на какое-то время - стали слышны только отголоски разговоров, которые Сонни не понимал, но мексиканцы там что-то обсуждали, и скорее всего - либо их, либо - фургон и его содержимое. Фургон Пульс держал на прицеле, противники, скорее всего, делали то же самое, возможно - и мысль им пришла та же, что и Сонни... Выведя фургон посреди поля - он сам того не желая дал цель обеим сторонам.
- Меняемся. - сдвинулся на шаг в сторону, продолжая смотреть в сторону фургона и всё ещё держа автомат в руках, в том же положении, кивая, чтобы Агата приняла его и прикрывала их с Чедом - Сонни, пока он подберётся поближе к фургону, Чеда - чтобы не застрелили на пути к фуре. - На счёт три... Раз... - переместился Сонни, отдавая Агате автомат. - Два... - сжал пистолет, вытянув руку в сторону врагов. - Три... - они с Чедом почти одновременно покидают укрытие, Чед - бежит к кабине многотонного грузовика, Сонни спешит к фургону, держась ближе кузовной его части.

+1

13

Взрыв машины для мексиканцев стал неожиданностью, и это позволило нам попытаться уравновесить шансы и вывести из строя пару их человек. Мы сняли еще троих в учиненной суматохе, но мексиканцы тоже заняли место в укрытие. Перестрелка перестала носить эффект неожиданности и теперь надо было действовать особо осторожно и с умом.
В фуре, которая выкатила на перекресток и перегородила дорогу до границы и правда находился человек. Он то и был нашей главной головной болью, так как спокойно мог бы шмальнуть кому-нибудь в голову. От этой участи нас спасали разве что открытые двери автомобиля.
- Сколько у нас осталось патронов?
- У меня не больше трех - но радует, что часть, которую я выпустила, все-таки попала в цель.
Слышны обрыв фраз мексиканцев. Они интересуются друг у друга тем же, чем и то, что Сантино пару секунд назад спрашивал у меня: количеством патронов. К сожалению, расслышать ответ я не смогла.
Мы махнулись оружием как раз перед тем, как мексиканцы стали перебираться до фургона. Если кто-нибудь из них займет место за рулем, то все пропало; вероятность того, что партию наркотиков мы потеряем очень велика.
Сосчитав до трех, Сонни и Чед срываются с места. Мне приходиться выкрутить до предела все свои шесть чувств, чтобы успевать прикрывать мужчин по разные стороны. Нолану, как я успела заметить, все труднее стало держать оружие. Он терял бдительность и сознание в целом...
Пульсоне уже сравнялся с кабиной и собирался забраться в салон, как через другую дверь быстрее него это сделал бородатый мексиканец с автоматом. И в то же время периферическим зрением замечаю, что Чед, оказавшись возле фуры не видит как из-за капота машины выглядывает вооруженный водитель.
У меня всего мгновение на то, чтобы сделать выбор кого прикрывать. И это выходит необдуманно, без какого-либо анализа. На автомате. Инстинкт или что-то большее? Я стреляю поверх головы Пульсоне, убирая нависшую над ним в кабине грузовика мексиканца. Тело латиноса падает на сидение, а дальше сползает на резиновый коврик, где его кровь перемешивается с кровью убитого ранее нашего водителя.
И снова начинается дикая пальба. Мексиканцы пытаются остановить Сонни и едва не попадают ему в ногу, но мужчина успел запрыгнуть в салон. По правую руку от меня Чед не смог опередить действия противника и получил ранение. Он еще был жив, но вряд ли продержится до ближайшей больницы. Мужчине уже нечего терять, поэтому он яростно спускает остатки обоймы в своего врага. Устроенной умирающим итальянцем провокации хватает, чтобы я запрыгнула в машину и, поменявшись с Ноланом местами, села за руль. На дороге для маневра места нет, поэтому сдвинув рычаг переключения передач в угол, мы с визгом поехали задом.
Поняв, что фургон с товаром уходит, налетчики вышли на дорогу во весь рост, обливая нас свинцом. И если фургон, за рулем которого был Пульс, мог такого вынести, то мне пришлось спрятать голову, чтобы уберечь себя. Хочу сделать разворот и уже с силой кручу руль, как одна из пуль попадает в колесо. Автомобиль, и без того потрепанный, заносит на дороге. Нас с Ноланом унесло в кювет, очерчивая всю траекторию падения столбом пыли.
- Нолан? - хриплю, дергая ручку двери. Но он молчит. Нолан больше не скажет ни слова... И мне страшно, что и для меня эта дорога может стать последней.
Выбравшись из адовой машины я кашляю от пыли, что лезет в рот и нос. Блузка, что утром была идеально белой сейчас походила на половую тряпку. И пятна крови на одежде... едва можно разобрать чьи они... Но боли я не чувствую. Мне просто нужно выжить во что бы то ни стало.

+1

14

Три патрона в одном стволе - и ещё три или четыре в другом, оставшемся у него. Не густо. В теории - это может быть шесть чьих-то смертей, но это если стрелять точно в голову или сердце, имея возможность для чистого и спокойного выстрела, иными словами - убийства, как оно есть; хотя даже в этом случае убить каждого из шестерых с первого выстрела, мгновенно, девятимиллиметровой пулей... не столь просто. В техническом плане - не говоря о том, что убийца вообще живёт далеко не в каждом из нас. Но на практике, имея два ствола и шесть пуль, в разгаре сражения - в котором перевес не на твоей стороне, даже просто попасть в цель все шесть раз - непросто. И каждый выстрел надо просчитывать, благо - некоторая возможность для того имеется, благодаря Агате - с автоматом, в котором патронов осталось больше и калибра они посерьёзнее... Примерно об этом думал сейчас Сантино - не о о том, выживет ли, не о своей судьбе или Божьем провидении, даже не о своих машине и доме, что остались в Сакраменто; думал просто о том, сколько у него осталось патронов. Даже не о том, как эти шесть-семь кусочков свинца необходимы для его жизни - жизни никакой не осталось, весь мир сократился до их маленького поля боя на одном их многочисленных перекрёстков на бездорожье Мексики. Каждый открытый бой, в который ты вступаешь - это такая маленькая жизнь... и её окончание увидеть приходиться не всем.
Сонни дёрнулся, буквально услышав, как пули из автомата Агаты входят в чью-то плоть в полуметре от его головы; и часть этой самой плоти, мозги, или что бы там ни было, брызгают прямо на него, на голову, на лицо, тёплая, чуть липкая и неприятная красная жижа; он наспех вытирает её рукавом, чтоб она хотя бы не заливала глаза, и тут же подпрыгивает, когда рядом с его ботинками начали сверкать искры и отрикошетило несколько пуль, оставляя дырки в дорожном покрытии и улетая куда-то в воздух. Матюкаясь, Пульс запрыгивает в салон; труп мексиканца мешает нащупать педаль, а лобовое стекло снова прошивают  пули - дёрнув за ремень его оружия, Сонни удаётся выбросить его из салона, но только наполовину - и когда машина тронулась, парень поехал за ней следом, чертя по асфальту прямо своей бородой, оставляя уродливую кровавую полосу... Лучше уж быть в чужой крови, чем собственной.
- Давай... давай... - отбросив пистолеты на приборную панель, Сонни тянул автомат на себя, пытаясь распутать его ремень; затем попросту дёрнул посильнее, отстёгивая карабин. Он завладел оружием - его прежний владелец, наконец, вывалился из машины окончательно, подняв небольшой клуб пыли. С силой хлопнув дверью, или тем, что осталось от дверцы, Пульсоне взглянул в зеркало заднего вида - увидев, как автомобиль, за которым пряталась Агата, набирает задним ходом обороты и почти догоняет его, но - вдруг теряет управление вместе с одной из шин и слетает с дороги... следом бегут последние трое из налётчиков, на ходу пытаясь целиться и что-то всё ещё вереща...
- Чёрт!.. - если никого больше не останется - сколько Сонни продержится, даже удрав? На потрёпанном фургоне, который едва не дымится, пуль в обшивке которого больше, чем краски, и с кузовом, полным кокаина - в чужой стране, где жадных до этого наркотика хватает и без тех, кто висел у него на хвосте сейчас? Не пройдёт и получаса, на него по всей Тихуане будет объявлена охота, и далеко не всем охотникам он сам будет нужен живым... Взревев, фургон разворачивается, стремясь к месту очередной за сегодня аварии; держась за руль одной рукой, Сонни снова распахивает дверь фургона, хватает один из пистолетов с панели, и, используя дверь в качестве щита, на ходу всаживает все три оставшихся патрона в одного из мексиканцев, попутно пытаясь вырулить так, чтобы хотя бы один из двух других оказался под колёсами; но удаётся только сбить одного из них с ног - он откатывается в сторону, но уже предпринимает попытки встать. Бросив на сидение опустевший пистолет, Пульс берёт другой, зажимая его дуло зубами поперёк, и а руки занимает трофейным автоматом - в таком виде, весь в крови, хотя его рожа и без того была достаточно красной, с пистолетом в зубах, с автоматом в руках, и выпрыгивает из фургона, давя на спусковой крючок - пока автомат не смолкает, щёлкнув; тогда он выбрасывает его на дорогу, вынимая изо рта пистолет, и разряжает последние его запасы в последнего мексиканца, который остался в живых и в сознании. И сллёвывает, чувствуя во рту металлический вкус с ароматом оружейной смазки, оглядываясь по сторонам, спешно направляясь к машине. Гора трупов, догорающий автомобиль, гильз на целую ёлочную гирлянду - добро пожаловать в Мексику... И сколько порошка нужно, чтобы отстирать всё это?
- Агата!.. - он оглядывает девушку, бегло заглядывает и в автомобиль, убедившись, что Нолан уже мёртв; да и Джулиано - так и не воскрес. А вот Чеда не наблюдал ни в каком виде... - Чеду тоже не удалось? - он не успел заметить, что происходило у фуры, слишком занятый фургоном. - Надо убираться отсюда... - пока подмога не подоспела, этих наверняка где-то ждут, с добычей или без... да и если кто-то из них вырубился только временно - может и прийти в себя. Вот только Пульс не уверен, что разумно оставлять Нолана, Джулиано и Чеда прямо так, но что делать?.. Он тянет руки в карман, к пачке, и закусывает измятую сигарету.

+1

15

Я стояла в канаве рядом с перевернутой на бок машиной, которая напоминала больше груду метала, что пропустили через мясорубку. Фарш из железа. На фарш, впрочем, сейчас походило все. Поле боя было залито кровью и на квадратный метр приходилось слишком много мертвых тел.
Оглядываюсь назад в ту сторону, куда мчался грузовик с Сонни. Теперь ему придется развернуться, потому как без его помощи мне вряд ли удастся выжить. Вероятно и ему жить бы пришлось не долго без меня. Как бы не старались и не отрицали, но мы были по прежнему связаны. Может уже не любовной клятвой и не доверием, но необходимость друг в друге была столь же острой.
Пульсоне, совершив разворот в два захода, гонит обратно по пути расстреливая оставшихся мексиканцев. Мне же, оставшись без оружия остается только прижимать голову и клониться к земле. В таком положении, уткнув взгляд в красный песок, я ползу по канаве в сторону Пульсоне. Или правильнее сказать, что я пытаюсь быть как можно дальше от поля боя.
Звучит новая волна выстрелов и я закрываю голову руками. А потом все смолкает, но мне все еще страшно убрать ладони от ушей. Нет, кажется все и правда закончилось. Опускаю одну руку, вторую через несколько секунд, и встаю на ноги.
- Агата!.. - мужчина подходит и я ловлю его беглый взгляд по своей фигуре. Сам он был не лучше. И его одежде точно придется отправиться на свалку.
- Чеду тоже не удалось? - смотрю назад, в сторону фуры, возможно Чед жив и медленно ползет к нам с горделивой улыбкой? Но, к сожалению, из-за развернувшегося пожара, что излучал столбом жар, и хаоса, Чеда я не увидела. Даже тело его затерялось где-то среди таких же разбитых сосудов.
- Он мертв - проверять не станем. И тащить с поле боя тела наших товарищей тоже лишнее. В их могилы опустят пустые гробы. Такова судьба. И в этом не было ничего страшного или удивительного. Не всем в нашем мире дано умирать красиво, так, чтобы друзья и коллеги смогли проститься и поцеловать в лоб на прощание.
- Надо убираться отсюда...
- Да. Быстрей - мы возвращаемся к фургону и я не сразу решилась занять грязное место. Помявшись выбрала наиболее чистое сиденье, которое было поодаль от водительского.
- Дай тоже сигарету - не спрашивая разрешения тянусь к Сантино, доставая из его кармана пачку. Зажигалка у меня была своя. Как оказывается, не зря ее ношу. Огонь в принципе никогда лишним не бывает, ведь как знать чем обернется день. Может надо будет дать кому-нибудь прикурить, а может поджечь бензобак автомобиля, чтобы последующий взрыв помог тебе выжить.
- Проклятье! - ругаюсь, но сдержано - Проклятье! Проклятье! - и уже не в силах сдержать злости, обиды, грусти, я луплю ладонью по приборной доске.
- Черт!!! - завершаю выплеск эмоций ударом ногой. Делаю долгую затяжку. Кажется стало легче. Или это самообман? Какая разница? Главное, что помогает. Главное, что я еще дышу.
До города у нас есть время, чтобы подумать о том кто это мог быть. У меня скользнула мысль, что засаду могли огранизовать наши тихуанские друзья, но такую версию я даже не стала воспринимать всерьез и развивать ее. Этого не может быть. И не имеет смысла.
Покусав губы, достаю из кармана джинс мобильный телефон. экран покрылся трещинами и кое-где начало осыпаться стекло дисплея. Но сам мобильник еще работал и отвечал на тачпад. Касаюсь два раза по значку трубки и на экране высвечивается имя Давида. Идет дозвон.
- Давид, у нас проблемы. Мы возвращаемся назад - сказала быстро и так же быстро завершила звонок. На щеке остались крошки стекла и я провожу грязной ладонью, чтобы очистить кожу. Но толку от этого оказалось мало, так как на лицо теперь прилипли песчинки.
- Надо будет связаться с нашими и сказать, что у нас задержки. Подробности рассказывать не будем... пока что. - не хочу, чтобы Торелли решили, что я не могу вести дела в Мексике и посчитали меня неблагонадежной. Даже если проблемы случились не по моей вине.

+1

16

Сонни оглянулся назад одновременно с Агатой, в надежде увидеть, что Чед возвращается к ним - но лишь проводил взглядом чёрный дым, уходящий от горящей машины в небо... и это, быть может, цинично, но Сонни сейчас думал о Чеде, Нолане и Джулиано не как о товарищах, которых они потеряли или пустых гробах, а как о чём-то, что может потянуть их мёртвым (во всех смыслах) грузом - оставлять поле боя вот так, как есть, бросив тут троих мёртвых американских граждан с уголовным прошлым и настоящим, небезопасно; гробы могут и не быть пустыми - если их опознают, их тела вернут домой... но вместе с тем, учитывая, какая сейчас обстановка в городе, каково внимание федеральных властей к организации - эта может вызвать ещё целый ряд проблем, и кокаин в пачках для стирального порошка потянет их одну за другой, как паровоз... не говоря про то, что отпечатки Сантино, да и Агаты, определённо есть в полицейской базе данных - не местной (хотя насчёт Таты не уверен), так американской точно... и законники по ту и эту сторону границы начнут сотрудничать на этой почве - а начнут, учитывая, что тут погибло несколько американских граждан, да ещё и преступников - как он будет объяснять, что на поле боя остались несколько стволов с его отпечатками? Отделы по борьбе с организованной преступностью, ФБР, УБН, с них не слезут.
- Беги. Я сейчас... - Сонни возвращается на дорогу, подбирая автомат и пистолет, и возвращается к перевёрнутому автомобилю, забрасывая их в салон через разбитое окно, туда же кидает револьвер; оглядывает землю вокруг - но если даже где-то и есть протечка, то всю выходящую из машины горючую жидкость тут же впитывает сухая мексиканская почва. Жаль, что так же не может впитать и кровь. Пульс делает глубокую задумчивую затяжку, и, переложив всё по карманам пиджака, снимает с себя окровавленный плащ, чиркает зажигалкой несколько раз и забрасывает его в салон, давая пламени распространится как следует... на сидения, на обшивку, рано или поздно - и на ходовую часть, и бензобак... на Джулиано и Нолана. К тому моменту, как этот пожар закончится, едва ли можно будет идентифицировать их... остался Чед, но - заниматься ещё и им времени нет. "Увидимся в другой жизни, ребята..." - думает Сонни, возвращаясь к фургону и спешно уводя его с места перестрелки. В голове ещё звучат отзвуки стрельбы, в ушах как будто слышен звон, но - имеющий обыкновение вскипать по каким-то бытовым несложным вопросам, сейчас Сонни на удивление спокоен, не выражает экспрессию так, как его пока-ещё-жена, и даже не чувствует особой ненависти, как ни странно. На его душе просто хреново и как-то пусто - что-то такое, наверное, чувствуют солдаты на войне, выбираясь из окопов после атаки... но к такому ощущению его ещё в армии приучали, пусть довольно косвенно. Жизнь, в том числе - и тюремная тоже, обучение закончила - друзья приходят... и уходят.
- Ты эту машину сейчас совсем развалишь. - хотя сам Пульс сейчас сжимал руль так, что едва только не вырывал его из панели. От пинка Агаты неожиданно открылся замок с его стороны и прошитая несколько раз дверца распахнулась на ходу, пришлось отклониться и захлопнуть её обратно. Хорошо, что по этой дороге явно не так часто кто-то ездит... самое последнее дело - это ещё нарваться на местную полицию, спешащую к месту преступления, на такой красивой развалюхе и с двумя центнерами "Ариэля" высшей пробы в багажнике. Надо было бы поскорее достигнуть того места, где фургон может скрыться от посторонних глаз...
- Позже... и не по мобильнику. - Сонни специально взял в Мексику "одноразовый" телефон, попроще, подешевле и покрепче - кнопочный, но и он предполагался для связи между их четвёркой, а не для звонков домой - телефон Дэнни могли прослушивать, телефон вообще любого, кто имел отношение к этому порошку - могли прослушивать. Всё сейчас работало на безопасность... хотя подробности рассказать всё-таки стоило, речь не просто о деньгах теперь зашла, а о людях тоже. Товар - он-то пока что при них. Хоть и возникает задержка... чёрт её знает, насколько долгая.
Выбросив в окно окурок, Сонни протягивает руку, касаясь пальцами щеки Тарантино - пытаясь смахнуть прилипшие влажные песчинки; он-то в земле не извалялся, да и пиджак его был, относительно плаща, довольно чистым. Его взгляд чуть дольше, чем следовало бы, задерживается на лице Агаты... а затем, вытерев ладонь о брючину, Сонни задумчиво и мрачно изрекает, глядя на дорогу:
- Как-то всё это подозрительно похоже на подставу... Водитель этой фуры будто точно знал, когда появиться, и где мы будем.
- взглянул на Тату ещё раз, нахмурившись. Словно кто-то знал маршрут, которым они поедут; и значит, это явно кто-то из местных, из её тутошних друзей, а не из общих друзей в Сакраменто. Так ли было разумно этому Давиду говорить о том, что они возвращаются - и так ли разумно возвращаться теперь?.. - Куда мы едем, кстати? Я дорогу не запомнил. - и вообще не в курсе местных дорог, чего нельзя сказать о мексиканцах - и врагов их, и друзей. Спешить могут как им на помощь, так и наоборот... из того, что сказала Агата, впрочем - становится понятно, что им на помощь спешат едва ли; их просто ждут.

+1

17

Учитывая, что в Мексике коррумпированных представителей закона куда больше, чем в Штатах (но слава богам, что этот показатель пока еще уступает вымышленному и не безиызвестному городу Готэму), то вероятность , что кто-то возьмется расследовать перестрелку на дороге мала. Едва ли напишут в газетах об этом. Поэтому я скептично отнеслась к затее Сантино замести следы и уже хотела окликнуть его, как он наконец завершил то, что желал.
- Это было лишнее - сухо сказала я. У полицейских и так множество нераскрытых дел, чтобы еще и эту заварушку среди местных криминальных групп расследовать. Так что отпечатки никому не будут нужны, это пустая трата времени и бюджета полицейского отдела. Пульсоне был новичком в этой стране и действовал исходя из логики, что движет им в Америке.
Фургон стремительно удалялся с места происшествия и вот в зеркале заднего вида было можно разглядеть только серый дым... От его созерцания меня отвлекает итальянец, касаясь щеки. Он стряхивает песок с моего лица, но в какой-то момент я ощущаю как его пальцы нежно гладят мою кожу. Он не убирает руку так скоро, как следовало. Как сделал бы это тот, кто действительно просто хотел помочь убрать грязь. Мне становится неловко. Не люблю, когда кто-то ставит меня в неудобное положение. Я поджимаю губы и смотрю вперед себя, на паутину из трещин на лобовом стекле.
- Как-то всё это подозрительно похоже на подставу... Водитель этой фуры будто точно знал, когда появиться, и где мы будем.
- Что? - это он сейчас намекает, что нападение дело рук картеля? - Нет, нет. Это не имеет смысла - мотаю я головой. На самом деле мне просто не хочется даже допускать мысли, что перестрелку спланировали наши партнеры. А если совсем честно, то я боюсь подумать, что за всем этим может стоять Гуэрра. Человек, который мне не безразличен. И если так, то выходит, что мной воспользовались как... как женщиной. Ненавижу оказываться в таких ситуациях женщиной.
- Если это подстава, то нас легче было бы убрать в гараже и потом сказать, что по дороге до границы на нас напали. - то есть глупо тратить столько человеческих ресурсов и при этом не иметь 100%-ой гарантии, что мы погибнем. - Больше похоже на провокацию. И утечку информации - в голове промелькнуло еще десятки доводов, что засаду устроил не тихуанский картель. Я теперь больше готова поверить, что среди наших людей или людей Давида имеется крыса.
- Но может и стоит быть поосторожнее... - вдруг те, кто напал на нас сделают это снова. Или каким-то образом подставят нас перед мексиканцами.
- Куда мы едем, кстати? Я дорогу не запомнил.
- В гараж не поедем. Ты останешься в фургоне пока я не буду убеждена, что возвращаться безопасно - мы и так много потеряли: людей, время. Не хватало еще и партию товара профукать.
- Нам надо выехать к реке: есть дорога, уходящая в тупик - там можно переждать будет - я начала подсказывать Пульсоне дорогу, ориентируясь на указатели. В разбитом грузовике ехать по городе было опасно и слишком палевно, поэтому пришлось давать круг, чтобы объехать город.
- Я свяжусь с тобой. - выйдя из кабины говорю я. Номер мужа у меня имелся. Прежде чем уйти пробую привести себя в порядок: отряхиваю джинсы и завязываю блузку в узел, оголяя живот; так меньше видно багровых засохших пятен.
Не сказав больше ничего на прощание, я ухожу.
Давиду пришлось соврать, что возвращать фургон не стали, так как не были уверены, что за нами нет хвоста. Я научена уже тем, что своим друзьям не стоит в лицо бросать подозрения. Наш разговор с последующей поднявшейся шумихой внутри картеля длился три часа. Дело клонилось к вечеру когда я связалась с мужем.
- Привет. Ты как там? Сейчас за тобой приедут люди, езжай за ними. Скоро увидимся. - за Сонни и правда приехала машина, которая стала поводырем на мексиканских улочках. Грузовик был доставлен на новое место. Это был склад подвального помещения с подъемным въездом для машин. В свете зелено-желтых ламп я стояла посреди поддонов с ящиками и ждала когда Пульсоне выйдет из машины.
- На сегодня все. Надо отдохнуть. Мы отвезем тебя в гостиницу

+1

18

Неудивительно, что столько жителей мечтают из этой страны свинтить - если уж Сонни дважды сюда приехал, и оба раза увидел большие пушки; дальше, и правда, разве только Ирак или Афганистан, но в том, что полиция будет бездействовать, Пульсоне вовсе не уверен, и даже если хоть они там все поголовно продажные - зависит это от того, кто именно им платит... и явно они получают свои мексиканские доллары не от Торелли и не от Агаты лично, а от кого-то из местных - а кому-то из местных явно невыгодно сотрудничество других местных с италоговорящими ребятами из Штатов, как видно.
- На хрен. Безопасность лишней не бывает. - а Нолану и Джулиано уже всё равно... не то, чтобы он совсем не чувствовал угрызений совести за то, что сделал, но лучше уж так - чем меньше следов найдут, тем лучше. А даже если их по Чеду опознают теперь - доказать что-либо будет уже сложнее, будем давить на то, что просто туристы попали под разборку - к Дэнни, Пульсу, остальным могут приходить с расспросами, но это обычно ничем не кончается, не впервой. Если нет отпечатков, или каких-то других существенных улик. Сонни вполне мог бы оказаться на их месте, что прекрасно понимал; не у всех в их мире есть могилы с именами, и для того, чтобы загнуться без какого-либо упоминания о себе - необязательно жить в Мексике.
- А я что говорю? Подстава. - для Пульса мексиканцы вообще, по хорошему счёту, все на одно лицо; он не утверждает, что это были друзья Агаты - но один из этих самых друзей мог и перестать дружить с остальными, забыв об этом предупредить, и сообщить новым друзьям о том, где пойдёт предназначенный для американцев кокаин... и если он был всего один, и предпочёл бы остаться нераскрытым, то перестрелять всех в гараже ему как раз было бы не легче. Как бы то ни было, впрочем - они с Агатой всё ещё живы, и товар - всё ещё при них, а это значит - плохие парни ещё не выиграли.
- А ты что, пешком до города пойдёшь? - в таком виде?.. Учитывая, что по местности активизируются полицейские... Впрочем, Тарантино, хоть пешком, хоть на попутке, будет двигаться - а он остаётся сидеть на кокаиновой куче в фургоне, больше напоминающем дуршлаг, чем автомобиль, без знаний языка, весь в крови и ещё каком-то дерьме... с револьвером - в котором нету ни одного патрона. Перестрелка-то явно была только началом их приключений. Что-то это напоминает - автофургон, река неподалёку...
- Офигительно. И сколько мне ждать?.. - хмыкнул на прощание, тоже выбираясь из машины и провожая взглядом оголённую спину Агаты... Дальнейшие несколько часов ему предстояло трястись над кокаином, как бессмертный царь из сказок, но это Сонни делал ответственно - и единственный момент, когда он отлучился от машины, это пошёл к воде и умылся, став более-менее похожим на человека; и больше от фургона далеко не отходил, скуривая постепенно свои сигареты, пока не осталось ни одной; всматриваясь в дорогу и окрестные кусты, словно часовой на посту, в любой момент готовый к... чёрт его знает, к чему, собственно - скорее всего, что увидит оружейный ствол перед своим носом и ничего не сможет с этим поделать. Либо - к тому, что придётся всё-таки звонить в Сакраменто, а затем - делать что-то ещё, если Агата так и не вернётся и не свяжется... Мексика-то - опасная страна. Нет, и думать об этом не хочется...
- Есть хочу. - звонок стал настолько долгожданным, что Пульсоне даже становилось тяжело поверить в то, что телефон на самом деле звонит, а не его начинает глючить от вынужденного безделья, тревоги - за жизнь Агаты, за собственную жизнь, за сохранность груза, что под его ответственностью - и от своих тяжёлых мыслей, которые он успел перелопатить за эти несколько часов одиночества, как за первые пару суток своего долго тюремного заключения. - Пусть пожрать чего привезут... чтоб я знал, что это именно твои ребята.
Вот таким вот образом, когда Сантино приоткрыл дверь, выглядывая на свет фар, на землю ([u]"Эй, Гринго!"[/u]) упала картонная коробка с мексиканской пиццей внутри, а следом - полетела бутылка воды... Кое-как изъяснившись со своими проводниками на ломанном английском и жестах, Пульсоне пошёл заводить фургон - а завелась потрёпанная машина не сразу и с большим трудом. К счастью, хотя бы по колёсам противники так ни разу и не попали... да и бензобак тоже не прошили. И постепенно поглощая остывшую пиццу и запивая её минеральной водой, Пульс трясся в фургоне вслед за легковым автомобилем до самого пункта назначения...
- Фух, наконец-то... Привет. - выдохнул Сонни, вылезая из кабины. Да уж, сегодня выдался очень длинный день... и очень контрастный сам по себе, и тревожный. Не было уверенности в том, что он сможет заснуть теперь, но на то, чтобы принять душ и отзвониться в Сакраменто с гостиничного телефона это никак не повлияет.
- Дэнни, это я. - спустив часть своих карманных денег на пачку мексиканских сигарилл, Пульс раскуривал одну такую, сидя в номере. - Возникли трудности с твоей стиральной машиной. Трое водителей уволились по статье. Придётся отложить доставку на какое-то время.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мексиканская стирка