Вверх Вниз
+22°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Представьте себе пригород Сакраменто ранней весной? Когда округа расцветает ...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Для нашего врага эта игра стоит свеч


Для нашего врага эта игра стоит свеч

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Участники:
Hayden Scarre &  Guido Montanelli
Время:
2.06.2016
Место:
ночной клуб "El Dorado"
О флештайме:
Последние звонки, совершенные на телефон управляющего, оповестили о пропаже дорогого товара для клуба, а охрана заведения не может объяснить беспорядки, творившиеся прошедшей ночью. Когда наступила черная полоса неудач для райского места, на его пороге появляется человек, знакомый лишь владелице клуба. Пропажа и беспорядки - это еще цветочки, когда в самом здании обнаружено кое-что поинтереснее.

Отредактировано Hayden Scarre (2017-01-04 11:32:37)

+4

2

Сейчас в стенах элитного заведения Сакраменто играет только музыка, не смешиваясь с голосами персонала и ни на секунду не прекращая играть. Диджей проигрывает новый плей-лист, который обязательно должен прийтись по душе всем гостям. Только стук мужских лакированных туфлей может прервать только начавшийся свежий ремикс на известный поп-сингл. Скарре метался от одной стенке клуба к другой, предварительно обойдя свой кабинет вдоль всех стен по углам, не отрывая телефонную трубку от телефона. На том конце провода либо молчали, либо же слышались продолжительные гудки, а затем голос оператора, то и вовсе какие-то помехи. Управляющих был обескуражен тем, что не может дозвониться до важного поставщика, котором на той неделе отвалил немало денег за новое оборудование. Деньги были перечислены на счет, неделю заказ собирали и паковали, грузили в машины и отправляли по маршруту. Ответа не было и вчера, когда доставка была указана в точное время. Бумаги раскиданы по всему столу в кабинете управляющего, и на них до сих пор нет росписи получения товара. Хейден нервно тыкал по сенсорному экрану, не редко позволяя себе посылать все к чертям и огрызаться с любым на его пути. Официантки старались лишний раз не доставать его вопросами, помогая на кухне и в баре. Где-то поблизости должен был быть арт-директор и администратор. Скарре не решался сказать о случившемся самой владелице клуба, такому маленькому Наполеону, который отдавал указания. Это был чуть ли не первый случай, когда мужчина ударил в грязь лицом, полностью облажался и не хотел простить себе такую грубую ошибку.  Технику будут еще долго разгружать, а вот на её установку потребуется немало сил и времени. С такой задержкой они выбиваются из графика и оформления, которые начеркал на белом листе бумаги арт-директор.
Указательный и большой пальцы снова набирают проклятый номер поставщика, который будет уже гореть в аду благодаря проклятьям американца. На том конце телефона управляющий снова слышит фразу, всей душой ненавистную фразу оператора. Ему везет, что пока владелицы нет, ибо его репутация может сильно подпортиться. Хейден остановился у барной стойки и замахнулся, чтобы разбить свой телефон на вовремя остановился. Он может ему еще пригодиться.
- Я убью этого урода, который в первый раз подкладывает такую свинью моему заведению. Ему нулей мало после единицы в сумме, которую я ему отвалил? За такое он должен лично разгружать грузовики или фуры, которые он отправил мне. Я даже не видел толком, что к нам едет!
Скарре повышал голос с каждой фразой, чувствуя, как ненависть к тому человеку возрастает. Товар провалился как сквозь землю, а им обязательно сегодня будут интересоваться целый день. Нет иного выхода, так что придется клубу открываться в своем старом оформлении. Хейден делает знак рукой, чтобы диджей заметил его и сделал музыку еще тише. Он зря ожидал ответного звонка, о сообщении товара в пути. Скарре получит желаемое и обязательно потребует деньги обратно, хоть он и не в праве распоряжаться такой суммой особенно сейчас. Хайке он знал хорошо и в то же время почти её не знал. У этой девушки уже имелись связи, которые она пыталась не афишировать и не распространяться на их счет, от чего мужчина как-то невольно подумал, что все это могло быть и её рук дело. Еще больше его злило, что открытие на носу, что рядом нет хотя бы администратора, который смог бы выслушать его угрозы, что и Хайке он толком не может сказать об этом. Его руки ищут по карманам пачку сигарет, которую он купил вот уже месяц назад, и теперь курил, но очень редко. А теперь это тот самый случай, когда стоит расслабиться хотя бы на минуту, иначе можно легко сойти с ума.
- Привет. Я надеюсь, что ты у кабинета Хайке, так что загляни к ней и позови сюда. Я сознаюсь в том грешке, который не совершал. - Хейден бросает трубку, и номер телефона администратора гаснет. Уже сейчас этот вечер начинает казаться бесконечным и унылым. Управляющий не сомневается, что ярость женщины будет направлена на только на него. что он сделал такую чертову оплошность. Но Скарре сейчас все равно. Он затягивается, провожает взглядом бармена, который протирает последний чистый бокал и спешит удалиться на пару минут. Когда в окружении управляющего появляется арт директор, то мужчина расплывается в улыбке, именно так приветствуя своего коллегу.
- Как ты думаешь, за сколько дней к нам прибудет то, что мы так люто просрали? То, что даже в глаза толком не видели. Еще несколько таких ошибок, и можно легко разориться. - Он пожимает плечами и делает новую затяжку. С утра он сломал стул и растормошил свой кабинет из-за очередной плохой новости. Кто-то очень сильно невзлюбил клуб, тем самым испортив вход бессмысленным граффити. Об этом инциденте Скарре спешит забыть, уповая на запись камер наружного наблюдения. На его телефон поступил лишь один звонок, оповестивший о пропаже техники. Теперь, кто бы не звонил по этому номеру, то абонент был недоступен.
- С такой работой можно легко поседеть. Не могла же такая махина пропасть? Может в этом виноват владелец какой-нибудь палатки или придорожной забегаловки с дешевыми видами развлечений? На кого можно еще повесить ярлык "козла отпущения"?
Сейчас было бы очень кстати, чтобы один звонок или человек смог бы помочь уладить эту проблему. Пока таким человеком казалась Хайке.

Отредактировано Hayden Scarre (2016-09-02 23:15:44)

+2

3

При всём уважении к ночным клубам... впрочем, уважения этого у Гвидо никогда не было много. Нет, этот вид отдыха человек, некогда окрещённый газетчиками главным мафиози Сакраменто и что-то в том же духе, никогда не любил - предпочитая живую музыку тем набором электронных звуков, что льётся из слишком мощных для такого шума, опять же по его мнению, колонок; называть то, что играет тут, музыкой, у него язык попросту не поворачивался - в общем-то и танцами те хаотически-эпилептические движения, которые совершали находящиеся на танцполе, он не мог назвать тоже. Не то, чтобы заведений такого рода не было в его молодости; но тогда, казалось, было во всём этом больше души, больше мелодии, больше красоты - сейчас вся эта душа вышла, и остался, в лучшем случае, один секс - но это в лучшем случае; если случай не был лучшим - всё это сводилось к давлению и напряжению. С которыми вечерний отдых совершенно никак не связан...
Это не касалось танцев, которыми занималась его дочь, скажем - да, некоторая часть этой культуры, безусловно, проникла и туда, но всё это в целом было довольно реальным, человеческим, в этом всё ещё присутствовала своеобразная красота, которую Гвидо понимал; в которой - чаще всего - не было той оглушительности и ослепительности, на которой строилась жизнь в местах вроде "Эль Дорадо". Так что, можно сказать, ночные клубы для Гвидо были элементом совершенно чуждым.
Впрочем, это не означало, что в них он не видел совершенно ничего - его мнение было его мнением, а сфера таких развлечений, тем не менее, пользовалась популярностью, и приносила, что с определённой точки зрения ещё важнее, хороший доход владельцам, а значит - что-то во всём этом всё-таки было. И против Гвидо ничего не имел - ему это явление было непонятным, непривлекательным и чужим, но - всё же, не враждебным.
Из всего это следуя - за всю свою жизнь Гвидо внутри Эль Дорадо ни разу не был, хотя клуб действовал уже очень давно, и имел репутацию довольно громкую в своей сфере - что даже сам Монтанелли, мало соприкасавшийся с ней, об этом заведении был наслышан, и имел несколько знакомых в числе его постоянных посетителей и даже персонала - можно сказать, что Эль Дорадо был одним из важных мест для города, чем-то вроде достопримечательности для местных, чем-то своим, без чего Сакраменто прежним уже не будет. Кто бы этим местом не владел... а владелец, как стало известно, некоторое время назад сменился. А перемены, как известно, без труда не происходят; сменой власти в клубе, видимо, не все остались довольны - или же просто кто-то из конкурентов решил этим воспользоваться, задумав избавиться от соперника на своём рынке, пока ещё управляли им новички в городе. Бизнес есть бизнес - если Эль Дорадо закроется, или просто потеряет свой спрос, спрос этот возрастёт у других ночных заведений.
О том, что в клубе начались проблемы, Гвидо сообщил Джозеф Клинтон - Скарре знал его, как одного из своих барменов, работавших здесь ещё при прежних директорах; как оказалось, его дочь с Хейденом тоже была знакома неплохо - вероятно, она тоже проводила в клубе хорошую часть своего времени, это Гвидо не стал выяснять - всё это делало его в какой-то степени причастным к этому месту, пусть даже общего по духу у него с ним было немного. Да и лишние деньги, к тому же, никому не помешают - никто не сказал, что Монтанелли решил помочь заведению безвозмездно. Бизнес не может быть бизнесом, если не приносит дохода. Но - это уже было предметом личного обсуждения, когда всё станет уже больше, чем просто мнение Гвидо и пара перекрёстных знакомств.
Итак... Монтанелли оставил свой Хаммер на парковке, предназначавшейся, в общем-то, для машин персонала - особенно в такое время, при свете дня, когда Эль Дорадо только готовился к своему вечернему открытию; толкнув служебную дверь, войдя внутрь, уверенно и неспешно, словно не пришёл сюда первый раз, а зашёл к себе домой, и двинулся дальше. До слуха донеслись ритмичные звуки со стороны диджейского пульта, а перед глазами предстало зрелище лёгкой суматошности и беспорядка, что всегда царит при приготовлении заведения к открытию; он, поглядев по сторонам, чтобы никого не сбить случайно или в него никто не влетел бы, и не без интереса оценивая интерьер, пересекает зал, постепенно погружаясь в местную атмосферу, позволяя себе прочувствовать её - слиться с ней, насколько это возможно; это необходимо ему скорее попросту для комфорта - делами приятнее заниматься, когда ощущаешь какое-то личное участие, вся их деятельность и строится на этом - на личном интересе. Если дать людям возможность защищать свои собственные инвестиции - приказывать уже не придётся.
- Где я могу найти управляющего? - обратился к одной из официанток, пробегавших мимо; и, взглянув в сторону, куда она указала, увидел у барной стойки молодого человека с сигаретой в руке. Он не суетился, как большинство присутствующих, а казалось, просто стоял, наблюдая за происходящим - но манера движений его рук, его взгляд, сама поза его сообщала о некоей нервозности. - Мистер Скарре, полагаю?

Внешний вид

+1

4

Хейден опустил голову, потупив свой пустой взгляд на чистую поверхность барной стойки и забив свою голову мыслями о своей ошибке. Вину за исчезновение крупного заказа он уже был готов понести, совершенно не думая, что будет дальше с его репутацией. Закон подлости исправно работал, ведь этот дерьмовый день случился именно тогда, когда в клуб нагрянул законный владелец этого места в обличье хрупкой, властной и миниатюрной блондинки. Хайке с легкостью могла принять решение об его увольнении, а вот сумму, указанную по контракту, он будет должен выплатить вплоть до цента. В этих стенах никого не волновали чужие проблемы, к которым в самом редком и исключительном случае сам Скарре как-то сочувственно проникался. Молодой человек резко встал со своего места, быстрыми шагами направился к лестнице, ведущей на второй этаж, далее туда по длинному бесконечному коридору с приглушенным светом и бесконечным количеством дверей, где лишь одна из последних дверей - это дверь в его кабинет. Мартин, арт-директор этого клуба, проводил взглядом удаляющуюся фигуру своего друга, не успев ответить на все его вопросы. Управляющему потребовалось пару минут, чтобы притащить с собой карту с ручкой, вернуться на свое место и достать торчащий из заднего кармана штанов телефон.
- Ты заключил сделку, сделал заказ, а на какую сумму мне так и не сказал. Я имею право знать, сколько цифр там после первой. - Арт-директор посадил свою задницу рядом на свободное место у барной стойки. Бармен протирал последние стаканы, обратив внимание на то, как Скарре что-то рассматривает в телефоне и чертит на большом листе бумаги, время от времени досадно цокая языком и хмуря брови. Он настолько увлеченно этим занят, что пропускает реплику Мартина мимо ушей и не сразу понимает, что с ним разговаривают.
- А я тебе скажу так, что последние центы этого долга могут отдать аж мои внуки, если они вообще будут, если меня не прикончат на месте, потому что мы в полной заднице. Ты понимаешь, да? - Он задается этим вопросом вслух так, словно спрашивает и себя в том числе. Правая рука с кольцом в виде украшения продолжает вычерчивать линии, крепко зажимая синюю гелиевую ручку тремя пальцами. - Я могу жениться только на своей работе.
- Ой, да брось, - его друг кривит губы и отмахивается. Он отворачивается в сторону, чтобы найти бармена, который сейчас был бы очень кстати. - Уверен, что не хочешь снять напряжение алкоголем? Ну подумаешь. То было всего-лишь чуть больше недели. Не хочешь? Тогда я выпью за тебя. - Мартин указывает бармену на заветную бутылку с виски, чтобы тот не терял время, а уже сразу начал готовить заказ. - До открытия еще час, а впереди бессонная ночь и стремное утро. Предлагаю связаться еще раз с исполнителем, отправить им запрос, а если нет, то наведаться самим. Такие вопросы мы решим только личным визитом. Представляешь, как у них должно сорвать крышу?
Скарре медленно прикрыл глаза и положил голову на барную стойку. Музыка, заполнявшая все клубное пространство вовсе не мешала ему сосредоточиться и думать, а вот головная боль стала более ощутимее.
- Я уже перевел им деньги. - Невнятно и приглушенно произнес он, сообщив другу, что счет их заведения стал меньше на нехилую сумму. Хейден закончил чертить на карте линии, складывающиеся в длинную дорогу, имеющую несколько вариантов маршрута, какие-то знаки, даты и время. Достав последнюю сигарету из пачки, он встал на ноги, откинул голову назад, чтобы похрустеть шеей и снова почувствовать то, как она затекла, и то, как боль снова начинает долбить по голове.
- Что? - Громче переспросил Мартин, получив свой долгожданный заказ в виде виски со льдом в граненном стакане и развернувшись лицом к своему другу. Он вовсе не ослышался, когда тот сообщил ему о благополучном и срочном переводе денежных средств, от чего исполнитель на данный момент находился не в таком плачевном состоянии, как крупнейший клуб города. - Бл..Смотри. - Арт-директор пихнул его в бок, пока мужчина закуривал и выдыхал дым. - Гость? Или ты кого-то ждешь? - Мартин приподнял бровь, не сводя взгляда от мужчины, который каким-то образом прошел в клуб еще далеко до его открытия. Тот был весьма пожилым на вид, в костюме и высокого роста. Полностью оценить его внешний вид мешало освещение в клубе, которое могло ослепить в любой неожиданный момент или же было не достаточно ярким в силу того, что до открытия было еще как минимум полчаса. Хейден пожал плечами и стал глазами искать охрану, которая должна была уже отреагировать на постороннего в заведении, но к удивлению управляющего никто не спешил выпроводить пожилого мужчину и даже показаться на глаза управляющему.
- Понятие не имею кто это, но охрану я бы сейчас уже уволил. - Сболтнул брюнет, видя, как незнакомец заметил его и направился прямиком к барной стойке. Хейден развернулся к бармену и попросил пепельницу, чтобы потушить сигарету, от которой ненароком стало противно. Теперь его парфюм смешался с сигаретным дымом, пропитавшего манжеты темно-синей рубашки и самого воротника.
Он напрягся, когда незнакомец подошел ближе и обратился к нему в довольно-таки вежливом тоне. Не стоило удивляться, что фамилию Скарре знают многие в городе, когда репутация шагает впереди самого имени. По сравнению с этим пожилым мужчиной Хейден выглядел мальчишкой одного роста с ним. Он перевел уставший взгляд на незнакомца и выпрямил спину, чтобы не казаться сутулым.
- Да, я. Чем обязан? И хотел бы узнать Ваше имя. Сейчас клуб закрыт, и посетители не должны находиться здесь. - Он сделал акцент на слове "посетители", ведь в этих стенах шастают разношерстные личности многих социальных слоев, хоть Эль Дорадо изначально и зарекомендовал себя раем для тех, чей бумажник далеко не пуст. Мартин внимательно изучал непрошеного гостя, уже решив не покидать их компанию еще так рано, а также желая услышать имя этого человека. В небольшой неловкой паузе, арт-директор уловил момент, чтобы сложить карту и обратить на себя внимание своего друга.
- Если тебе это еще пригодится, то, как я думаю, что скоро удалюсь и оставлю это у тебя на столе. Посмотрю, что ты там нарисовал. - На что он получил одобрительный кивок от управляющего.

+2

5

Мистер Скарре выглядел довольно молодо - и даже отражавшаяся на его лице усталость не могла скрыть этого; впрочем, Гвидо полагал, в таком виде бизнеса - и стоит быть молодым, старики на таком танцполе, как здесь, смотрятся, как минимум, нелепо, и даже сам Монтанелли, даже сейчас, при дневном свете, в атмосферу места как-то не очень хорошо вписывался - и со своей стороны, тоже не мог сказать, что оценивает. Предпочёл бы поговорить в кабинете управляющего, пожалуй - наверняка в заведениях такого плана звукоизоляция в административных кабинетах хорошая... почему-то именно вопрос звукоизоляции Гвидо занял сейчас больше всего, музыка, игравшая здесь, ему претила - и возникало умозаключение о том, что от такого рода композиций было бы логичнее, наоборот, ограждаться, а не стремиться на них, как мотыльки на свет, с наступлением темноты; хотя - эту мысль Монтанелли и настойчиво пытался отогнать от себя, чтобы она не помешала диалогу: его отношение к ночной жизни молодых людей двадцать первого века не должно было как-то слишком сильно сказываться на отношении к Хейдену. Деньги, в общем, есть деньги - и бизнес есть бизнес, Скарре в нём добился довольно-таки неплохих успехов для своего возраста, нельзя это не признать, даже сейчас, оказавшись внутри клуба, Монтанелли мог оценить его размах - и вместе с ним, и ответственность, которую нёс его управляющий.
На самом деле, можно сказать, именно впечатление его дочери сыграло решающую роль в решении Гвидо прийти сюда и познакомиться со Скарре лично; Сабрина о нём хорошо отзывалась - как о человеке, с которым можно вести дела, насколько понял Монтанелли; о человеке, который может быть полезным ему в будущем - если помочь с его проблемой сейчас... в противном случае - вероятно, что он уже не будет полезным вообще никому, разорив известный в городе клуб. Коллекторам, разве что - да может язвительной жёлтой молодёжной прессе. Конечно, и общение с Хайке сыграло свою роль, финансы тут теряет владелец. Но это - в какой-то степени, справедливо будет заявить, что это больше отвечало на вопрос "почему именно Эль Дорадо?", нежели зачем он вообще появился в зале одного из подобных заведений с деловыми предложениями в карманах - а Гвидо заинтересовала возможность ещё и расширить свои связи: начав что-то совместное с одним ночным клубом - естественно, узнаешь и о других. Учитывая, что приближались выборы мэра - связи расширить было особенно полезно... так что Монтанелли планировал ещё и осмотреться - что и как в этой сфере работает.
Судя по манере приветствия - Хейден к своему положению относился довольно строго; перед лицом незнакомцев, во всяком случае - и соблюдал внутренний распорядок подконтрольного заведения, которыми и определял свои решения, поступки и слова - а не от своего собственного мнения и взгляда. Что делало его как раз неплохим управляющим, если спросить мнение Гвидо; и это было достойно уважения.
- О, нет, я не претендую на роль посетителя. - вежливо усмехнулся Гвидо в ответ, слегка покачав головой. - Говоря по правде, я и порог заведения подобного... рода, как Ваше, переступаю впервые за достаточно долгое время. - если не считать клуба "Бурлеск", может быть, и других заведений вроде него - но "Бурлеск" можно скорее отнести к разряду кабаре, чем ночных клубов в современном значении этого слова, нечто вульгарное и возвышенное и классическое в одном флаконе - впрочем, вдаваться в подробности на эту тему Монтанелли не стал. То, что на что Гвидо претендовал на самом деле, скорее можно было бы назвать "партнёрством"... во всяком случае - он бы предпочёл именно такое слово, некоторые люди предпочитают подбирать и другие слова. - Меня зовут Гвидо Монтанелли. Я знаком с владелицей, миссис Йегер... - и терпеть не может выговаривать её имя, кстати, но заставляет себя это делать как можно более чётко - во всяком случае, при общении с ней или с общими с ней знакомыми, дабы не обидеть случайно, и не разбудить дракона, спящего, поговаривают, внутри этой маленькой на первый взгляд женщины - хоть с причудами, что кажется, что место ей бы среди педсостава сказочного Хогвартса, аккурат между Помоной Стебль или Сивиллой Трелони, но и со своим немецким стрежнем внутри. А учитывая, что у них почти все знакомые, включая теперь уже и Хейдена, с учётом того, что Гвидо ему представился - общие, это значило - Гвидо прикладывал к этому особое старание почти всегда. - И я увидел, что у дверей её заведения работает бригада маляров, а зайдя внутрь - почувствовал, что как-то пустовато, словно не хватает какого-то рода... аппаратуры? Извините, не знаю, как это называется правильно. - ненавязчиво указал рукой в сторону диджейского пульта. В общем-то, да - о проблемах клуба Гвидо был не то, чтобы в курсе, скорее - предугадал их, узнав от Джозефа, с кем связался управляющий, сделав вывод о том, что доставку он свою не получит - пока что он просто зашёл проверить, правдив ли, и сейчас думал, что в своей правоте убеждался. - Выглядит проблемой, как по мне. Из тех проблем, которые я способен - и привык - решать... - пожав плечами слегка, Гвидо запнулся, словно бы поймав себя самого на том, что сказал слишком много, снова оглянувшись в сторону диск-жокейской стойки; чуть приподняв голову, взглянув и на потолок с аппартурой, что была закреплена на нём. Затем снова взглянул в глаза Хейдена, задав вопрос, тоном, казалось бы, совершенно нейтральным: - Я присяду?

+2

6

Стоило арт-директору скрыться с глаз управляющего, чтобы более не привлекать внимание к себе, как брюнет переключил все внимание на незнакомца. Хейден довольно быстро бросил попытку еще раз вглядеться в черты лица пожилого мужчины, перебирая в своей памяти все лица, которые он мог увидеть, пусть даже мельком и один раз. Со стороны владельца, если он его старый знакомый друг, это будет выглядеть подставой и попахивать недоверием, ведь тот еще во время приватной беседы рассказал Скарре о значимых личностях, которые имеют хоть какое-то отношение к клубу или связаны с ним. Стараясь сохранять в себе внутренне спокойствие и не подавать виду о том, что сейчас многое, в том числе, если не сама жизнь, которая в подметки не годится тому делу и сумме, пропавшей со счетов, Хейден выжидал, когда реплики будут касаться какого-нибудь срочного дела, а мужчина заинтересует его и расскажет о себе. Управляющий не перебивал, он научился слушать окружающих, постепенно избавившись от привычки перебивать, если конечно не хотел сделать это намеренно.
Приподняв бровь в ответ на то, что незнакомец впервые за долгое время переступает порог подобного заведения, Скарре почувствовал неприятное покалывание по своему самолюбию. В тот же миг он стал ссылаться на глупые предрассудки, будто надумал что-то в укор себе, ведь этот человек мог и вовсе иметь в виду нечто иное, а его слова никоим образом не могли бы звучать как-то грубо. Когда дело касалось репутации, то Хейден всеми силами пытался не запятнать репутацию именно этих четырех стен, нежели чем свою, от которой тоже, кстати, зависело немало.
- Вы мистер Монтанелли? - Скарре оживился и изменился в лице, когда услышал очень знакомую фамилию, буквально режущую слух. На его губах проскользнула приветственная улыбка, больше походившая на неловкую и натянутую. Он был одновременно зол на то, что новая владелица вовсе не торопилась делиться своими планами и намерениями, не предоставила управляющему, второму лицу этого клуба, с кем нужно иметь дело, и не шла особо на контакт в последнее время. Взгляд голубых глаз быстро и хаотично забегал по сторонам, будто он кого-то искал, но на самом деле Скарре пытался понять, кем приходится этот человек Сабрине. Кажется, она как-то обмолвилась только об отце, а её фамилию он узнал нечаянно, нагло заглянув в документ, дабы удостовериться в её совершеннолетии. - Очень неожиданная встреча. К сожалению, миссис Йегер не упомянула Вас в нашем с ней последнем разговоре. Она тогда торопилась на важную встречу со своим массажистом.
У него с первых минут могло зародиться непонимание в разговоре с этой маленькой блондинкой, если бы он не начал в один момент шутить и поливать сарказмом любую свою реплику, которая ей могла бы не понравиться. Неожиданный визит владелицы в Эль Дорадо поставил весь персонал на уши, и только Хейден смог оценить странный юмор владельца мужчины, который в свое время принимал на работу выпускника Гарварда.
Замечание от Гвидо было как нельзя кстати, от чего управляющий цокнул языком, на секунду прикусил губу, ища в ответ на реплику логичное объяснение странному виду заведения. Быть может, у него не получиться скрыть правду от внимательного мистера Монтанелли, но врать Хейден вполне умел, глядя в лицо.
- Вы очень точно подметили именно неотъемлемой составляющей ночного клуба. У меня давно в планах была идея заняться его новым оформлением, хотя эта работа больше висит на плечах арт-директора. Я же только даю добро, располагаю финансами, слежу и контролирую весь процесс. - Он замолчал, осознавая, что мужчина и так уже мог о многом догадаться. Если такое громкое и известное заведение имеет трудности или проблемы, то тут не может обойтись дело без чужого вмешательства. Решение проблемы, предлагаемое со стороны, уже попахивает любимым словом Скарре - "сотрудничество". - Должен признаться, что у вас нюх на подобного рода обстоятельства. Тогда, я бы хотел поговорить с Вами в более спокойной обстановке. Пройдемте в мой кабинет.
Шагая по длинному коридору и сопровождая Гвидо к двери своего кабинета, парень накручивал себя в мыслях о том, что могла рассказать о нем Сабрина, в каком свете выставить и как вообще отозваться об этом заведении. Хейден пытался уверовать, что на Сабрину можно положиться, ибо она видела многое, что могло здесь твориться, а обвинить управляющего во всех смертных грехах - это слишком легкое дело. Остановившись у темной двери, Скарре поспешил нажать на ручку, открыв дверь во внутрь и приглашая гостя пройти первым.
- Здесь можете располагаться, как Вам удобно. - Он сам зашел за Гвидо, прикрыв за дверь и первым делом увидев на столе у себя тот листок бумаги, на котором рисовал всевозможные маршруты грузовиков еще полчаса назад. Значит Мартин уже заглянул сюда, даже не притронувшись к новой пачке сигарет. - Хотите что-нибудь выпить? - За алкоголем Хейден проводил множество бесед, снимая напряжение и немного развязывая себе язык, чтобы не чувствовать себя неловко в той или иной компании. Он подошел к столу, убирая бумагу и поправляя наручные часы стеклом наружу на запястье левой руки. - Надеюсь, Вы не против, мистер Монтанелли, что я так плотно прикрыл дверь, потому что не люблю, когда кто-то подслушивает или сует свой нос не в свое дело. Вы, наверняка, знаете, как это бывает и какие потом от этого последствия.
Усталость снова дала о себе знать, от чего Хейден при более ярком свете выглядел уставше, но не переставал меняться в лице, не скрывал эмоции и иногда позволяя себе вежливо улыбаться.

+1

7

Сколько таких людей, как Скарре, Гвидо повидал - управляющих, владельцев, прочего рода деловых людей?.. Огромную часть его круга общения составляют именно эти трудяги бизнес-сферы; и общаться с ними он вполне привык, хоть и не мог сказать, что это ему нравилось - но и каких-то отрицательных эмоций это тоже не вызывало, некоторые люди всё-таки склонны любить свою работу, или могут, во всяком случае, любить какую-то из её частей - для Монтанелли эти контакты были... приемлемы. И вполне удобны. Так, чтобы даже не слишком задумываться об этом - как едва ли кто-то задумывается о подушке и одеяле, когда ложится спать - за исключением людей совсем нищих, или каких-нибудь извращенцев, каждый имеет возможность положить что-то под голову перед сном и укрыть своё тело от ночной прохлады, даже в тюрьме. Так что - общение с Хейденом было скорее было чем-то обыденным, деловым, что-то, из чего можно извлечь выгоду в будущем - бизнес, и даже при учёте влияния его дочери - практически ничего личного.
Не безынтересным было то обстоятельство, что Скарре не только помнил его фамилию (или его дочери - которую, в числе прочих, вполне мог бы и забыть), но и не стал этого факта скрывать, довольно живо отреагировав, когда он представился - вроде даже и искренне, хотя и не то, чтобы очень приветливо, впрочем, по дальнейшим словам управляющего складывалось впечатление, что не репутация Гвидо этого причиной.
- Зато моя дочь упоминала лично Вас в нескольких разговорах со мной.
- улыбнулся Гвидо в ответном жесте. Так что - не такие уж они с Хейденом незнакомцы, в конце концов, пусть даже владелица заведения их друг другу не представила; возможно, просто и не сочла нужным это сделать, желая, чтобы Монтанелли пришёл и представился самостоятельно - поступок тоже не лишённый мудрости, от всего этого владелицу клуба и лучше держать на некотором удалении - так меньше рисков... Для неё. Но он, может, и не такой важный человек для неё, как массажист - но, думается, массажист трудностей "Эль Дорадо" не решит... да и новых подкинуть вряд ли сможет - что было как раз в силах Гвидо, как, наверное, понимал Скарре; да только смысла в этом не было, как и в угрозах подобного рода - Скарре и причин для этого создавал никаких... зато для знакомства более приятного причины были вполне объективные, что Монтанелли было только приятно. "Сотрудничество" и впрямь звучит куда лучше, чем "вымогательство", и бизнес - даже преступный где-то - вести приятнее честно, без необходимости давить на кого-то, кроме тех, кто в лагере конкурентов.
Гвидо понимающе кивнул на слова Хейдена - само по себе, "оформление" это процесс скорее творческий, но реализация всего этого - невозможна без, собственно, самих материалов, и даже самый хороший проект декорации так и останется бумажным проектом вкупе со сметой, если не иметь возможности предоставить всё необходимое. Как художник не сможет работать без красок, каким бы ни был чётким образ в его голове, каким бы сильным не было вдохновение... а имея краски, но не имея палитры, чтобы их смешать - он ещё может работать, но определённо далеко не так продуктивно. О сложностях такого рода большинство людей, и бизнесменов в том числе, даже и не задумываются, пока не приходится встречаться с ними лицом к лицу; и спрогнозировать такие вещи, что ещё хуже, тоже весьма и весьма тяжело. Но Хейден был прав - определённый нюх у Гвидо на такие вещи был. Пусть не в среде ночных клубов; но - в целом, форму они имели общую, если не вникать во все тонкости. Улыбнувшись, он кивнул, шагнув в указанном Скарре направлении - в зале, и правда, было слишком много лишних ушей, а персоналу в такие подробности посвящать не стоит - они, во-первых, могут подорвать доверие, причём с обоих сторон, а во-вторых - лишние мысли в головах банально мешают людям работать.
- Вина, если можно. Если его нет - не отказался бы от кофе. - произнёс Гвидо, устроившись в кресле напротив стола хозяина кабинета - заметив, что на столе лежит какой-то документ, но, конечно, не вглядываясь в него. В отличие от многих гангстеров, да и бизнесменов - тоже, Монтанелли мало пил, от крепких напитков старался воздерживаться, что касалось лёгких, пивных - этих не употреблял и вовсе, и, в принципе, кроме вина, преимущественно красного - почти ничего из алкоголя не употреблял; если не было возможности выпить вина - совершенно спокойно мог обойтись и без выпивки вовсе. Да и голову предпочитал сохранять в трезвости - в противоположность Скарре, когда вёл дела, он хотел оставаться напряжённым и сконцентрированным.
- Вы совершенно правы - прекрасно знаю. И сам этого терпеть не могу... - согласился Гвидо. В наше время, с развитием Интернета, и когда гласность вслед за этим вошла в моду, люди перестали стесняться вообще всего, даже того, чего стесняться бы и стоило - совать нос в чужие дела вообще неизбежно становится нормой, а любопытство постепенно перестаёт быть пороком. Монтанелли это не нравилось. Он был человеком старой закалки - и говорить о своих делах предпочитал за закрытыми дверьми, даже если в них и не было чего-то... уголовного. Просто потому, что это были его дела. - Так вот, насколько я могу видеть - "неотъемлемую составляющую" ночного клуба не установили в срок, и, полагаю, это не вина арт-директора или вообще кого-либо из персонала клуба. Как нельзя и акт вандализма поставить в вину охране - которая присутствует только в рабочие часы клуба, и к тому же - не имеет никакой силы за его пределами. - это вина полиции, быть может - можно всё свалить на их недобросовестную работу, никак не на охранников, которые заняты, в основном, внутри, не снаружи - и видимо не в тот момент, когда граффити было сделано. И даже закрасив его, исправив внешний вид здания - не факт, что граффити там не появится снова потом, или, при невозможности снова сделать рисунок - вандалы не придумают что-то ещё... Баллончики стоят, между тем, дешевле строительных красок.
- Мне кажется, что Вам и миссис Йегер не помешает кто-то, кто умеет разбираться со сложностями такого рода. - чуть откинулся в кресле, внимательно взглянув на Скарре.

+1

8

С момента их знакомства в голове управляющего вертелся только один вопрос, который не давал толком покоя, вызывая долю страха, смешанного с любопытством. Зачем такому человеку, как Гвидо, решать насущные и большие проблемы ночного клуба? Хейден не переставал изучать его внешне, следить за мимикой, за реакцией, вслушиваться в каждое слово и то, с какой интонацией оно произнесено. У клуба с самого начала были недоброжелатели, которые по разному давали о себе знать, устраивая разные рода пакости, проблемы, встревая в конфликты и создавая для этого заведения вовсе не очень приятную репутацию. Клиенты отворачивались, клуб переживал даже один застой и был на грани закрытия, но правильная схема ведения бизнеса в жестких руках владельца не позволили большому медному замку навсегда закрыть двери сюда. Кто такой Монтанелли? Он не мог быть волшебником, который вот так шел мимо и решил с ходу помочь решить проблему. Тогда откуда он знал, если зашел именно сегодня в это заведение? Когда он последний раз был здесь и был ли вообще? Скарре решил не торопиться делиться всем, потому что толком не знал, с кем имел дело. За то время, пока он работал управляющем, то расшиб себе лоб о грабли, символизирующие свои и чужие ошибки.
То, что Сабрина кому-то рассказывала о Хейдене, сильно льстило ему. Он больше приглядывал за этой смышленой девчонкой, по умолчанию примерив на себя роль старшего брата, хотя у неё он и так был, но в этих стенах, куда она любила заглядывать на досуге, управляющий пристально следил за ней и пытался огородить от всякого рода недоразумений. Что Сабрина могла рассказать о нем своему отцу? Это неизвестно. Наверняка Гвидо узнавал много свежей информации из её уст, по мимо иных источников.
-Надеюсь, что она говорила обо мне только хорошее. - Хейден бросил фразу, перед тем как проследовал к бару, открыл его дверцы, чтобы пробежаться глазами по этикеткам спиртного. Коллекция алкоголя постоянно пополнялась за счет щедрых подарков дорогих гостей и старых добрых друзей. Остановившись на бутылке с вином, которого изъявил желание выпить гость, управляющий захватил два чистых бокала вместе с выпивкой. - Любите какое-то определенное вино? Я люблю оценивать вкус тех, кто мне дарит алкоголь и не приходит с пустыми руками. Кажется, это вино от главного конкурента Франции - из Испании.
Он аккуратно откупорил крышку напитка, разлил его по бокалам, свой оставив на столе, а второй протянув Гвидо. Гость удобно расположился в кресле, поначалу бросив несколько взглядов по сторонам, дабы оценить обстановку. Кабинет управляющего считался чуть ли не одним из самых тихих мест в этом клубе, поскольку его хозяин предпочитал в большем времени тишину, чтобы не отвлекаться от работы. На кожаном диване, который стоял чуть поодаль, за спиной Монтанелли, зачастую располагались те, кто заглядывал сюда с новостями или просто поболтать о делах насущных. Сам Скарре занял свое место за красивым темным столом, на поверхность которого опускался свет от настольной лампы.
- К счастью, арт-директора это тоже сильно волнует, не меньше моего. Я стараюсь доверять людям, с которыми работаю, мистер Монтанели, и полагаться на них, иначе такие люди мне не нужны в команде. Один из актов вандализма как-то давно, кстати, они помогли мне раскрыть и без помощи органов правопорядка. Этих людей, буквально, поймали за руку. - Управляющий как-то замаялся, решив побороть неприятное чувство глотком алкоголя. Отпив от бокала мужчина опустил взгляд голубых глаз, обдумывая, как бы подтвердить слова  мужчины, но при этом, чтобы это не звучало плачевной новостью, у которой имеется плохой финал.
- Стоит все же признать, что у такого заведения, как Эль Дорадо, есть свои враги и недоброжелатели, которые будут ставить палки в колеса, как это начали делать чуть ли не с самого его открытия. Я работаю здесь не с его основания. Эту должность мне доверили под свой страх и риск. Сейчас, клуб может нажить себе его больше врагов и конкурентов за счет того, что я запланировал большие изменения, не только внутри, но даже частично снаружи. Такая техника, которая стоит больших денег и доверия у наших поставщиков, сейчас на кону. Я не Шерлок Холмс, который может найти причину моих проблем и вывести на чистую воду тех, кто стоит за этим. Поэтому, - Хейден сделал паузу, чтобы сделать передышку после столь долгой и непрерывной речи, - думаю, Вы правы. Но с другой стороны, какая Вам от этого выгода? Я бы хотел узнать и о Вас побольше. Мне предлагают помощь, скажем так, и мне хочется знать, кто это делает. - Мужчина намекнул на то, что дал слово Гвидо, надеясь услышать от него больше информации, чем он может узнать по-наслышке или от других источников.
Он по своей натуре любил людей, которые сразу могут зацепить внимание, зарекомендовать себя так, что в них еще будут нуждаться. Скарре внимательно слушал Монтанелли, изредка преподнося бокал к губам, чтобы осушить горло и почувствовать, как алкоголь растекается внутри горла. Гость, сидящий перед ним в кресле и блистающий приличными манерами, прослеживающимися в ходе беседы, пробуждал интерес, который мог быть удовлетворен ответами на вопросы, все еще находящимися в голове управляющего.

+2

9

Разумеется, Гвидо знал, куда и зачем он шёл - несмотря даже и на то, что не был в этих стенах никогда; несмотря даже на то, что к заведениям подобного рода не питал интереса обычно, но об этом, впрочем, он уже сказал Скарре. Положение Монтанелли было великовато, чтобы соваться куда-то без разведки, очертя голову, и тем более он не стал бы замахиваться просто так на что-то столь крупное, как "Эль Дорадо", это не уровень какой-то бургерной забегаловки или газетного киоска, которые имеют свойство расти, как грибы - и точно так же исчезать вскоре после того, как дождь заканчивается, потому что "грибников" более чем достаточно. Заведение, где заправлял Хейден, было одним из самых главных ночных клубов города, местом, где бывали многие молодые люди, оставляющие там немалые деньги, во-первых - значит, и прибыль у клуба была хорошая, - и в числе его посетителей было немало и важных персон, у молодых людей есть родители, которые часто и дают эти самые деньги, оседающие затем в кассе бара или ещё где-то здесь, да и среди числа людей постарше здесь тоже бывают интересные гости - людям нужно иногда отдыхать. Всё это - уже само по себе привлекало внимание, но - даже это не было основной причиной, почему Монтанелли заинтересовался таким, с позволения сказать, сотрудничеством.
- Именно так. - Гвидо кивнул, едва заметно улыбнувшись. Вот именно, что он слышал от дочери о Хейдене хорошие вещи. Сабрина - фактически, она и была основной причиной; справедливо будет сказать, что если бы не его дочь - Монтанелли вряд ли когда-нибудь вошёл бы сюда. Рина была в числе регулярных посетителей заведения, здесь она поддерживала свои контакты и заводила новые знакомства; здесь она отдыхала, ей здесь нравилось, собственно уже потому - проблемы "Эль Дорадо" становились проблемой и Гвидо, особенно если если начинают маячить такие громкие слова, как "закрытие"...
- Я итальянец, мистер Скарре - я предпочитаю итальянское. Оно мне подходит лучше, так сказать. Лучше усваивается. - улыбнулся Монтанелли в ответ, своё высказывание превращая в эдакую полу-шутку - на самом деле, его вкусы в этом и вправду были несколько "однобокими", и за эти рамки Гвидо выходил редко - что, впрочем, не означает, что он за них не выходил совсем никогда; но акценты его всегда были на стороне его исторической родины. "Итальянское плохим не бывает" - так он всегда говорил. - Так Вы считаете Испанию главным конкурентом Франции в плане виноделия? - продолжил, просто поддерживая беседу, не желая заводить спор. Естественно, Монтанелли считал Италию. Впрочем, если по части белых вин - ему, и впрямь, больше нравились французские, шампанское - даже и названное по французскому региону, тут тоже всё было понятно, хотя - и не так однозначно, но вот что касалось красных вин - здесь итальянцев никто не мог превзойти, по его мнению. Хотя, если говорить о вине - стоит говорить и о сортах, а не просто о регионах; всё познаётся в сравнении. Гвидо принял свой бокал, обхватив его обеими ладонями, согревая; неспешно поднёс к носу, принюхиваясь к аромату напитка, и чуть откинулся в кресле, наблюдая за передвижением Хейдена.
- Но вандализм на этом не прекратился, насколько я понимаю? - заинтересованно приподнял Монтанелли брови, взглянув на молодого человека; всё так же "обнимая" пальцами бокал и пока что не отпивая ни глотка. Кто-то из персонала, значит, успел что-то заметить, во время своей работы - а может, как раз потому, что отвлекался от работы; но ловить кого-то за руку вечно тоже не представляется возможным, как и просто запретить этим "художникам" продолжать приходить раз за разом. Испортить что-то - несложно; и обычная витрина серванта из самого дешёвого стекла, и двухсотлетняя китайская фаза, разобьются совершенно одинаково, если в них попадёт булыжник - к слову о том, какие большие и дорогостоящие перемены затеял управляющий. Сам факт каких-то перемен, впрочем, какого-то нового начала, означает именно риск, и риск даже не только денежный - его, в крайнем случае, может покрыть и Йегер, вот только Скарре она, скорее всего, тоже "покроет", то есть заменит кем-нибудь другим. На кону доверие к нему владелицы, и его репутация, вот что всё это значит. А есть ли у него какого-то вида "страховка" на тот случай, если всё сорвётся в итоге? Гвидо не знал этого точно; но, делая выводы хотя бы из его молодости, сказал бы, что вряд ли. Поэтому и держаться за то, что у него есть, он будет очень крепко. Ему следовало бы, во всяком случае... потому что если всё будет удачно - он будет иметь под собой настолько твёрдую землю, насколько она ещё никогда не была под ним ранее.
- Понимаю... видите ли, в этом и суть - мало просто поймать кого-то за руку или вывести на чистую воду, важно пресечь возникновение таких проблем. Чтобы можно было спокойно работать дальше. - Гвидо подался вперёд, взглянув на Хейдена. Они подошли к самой сути, он стал задавать менее пространные вопросы, требовавшие более конкретных ответов. Тот момент, когда Монтанелли нужно было бы назвать свою цену. Но Скарре спросил и ещё кое-что... кое-что о том, о чём ему следовало бы знать как раз поменьше. - Вы уже знаете, мистер Скарре, что я хороший друг миссис Йегер, и моя дочь любит проводить время в Вашем заведении. К тому же, у Вас подрабатывает барменом ещё один мой неплохой приятель, Джозеф. По этой улице ещё друзья моей дочери и сына катаются - так что, можно это назвать даже дружеской помощью, добрососедской. Конечно, мне хочется, чтобы дела у клуба, который нравится Сабрине, к которому она привыкла, шли хорошо... и не пришлось бы менять эти привычки. - кивнул Гвидо. Распорядок жизни менять трудно, и большинству людей это не нравится - а те немногие, которым это нравится, никогда не вызывают доверия, это люди без корней, это люди, которые легко отказываются от всего - включая в итоге и других людей... Но дойти к этому, на самом деле, может любой человек - в силу обстоятельств. Которые не обязательно не смог предотвратить сам; иногда это бывает просто выше его сил... у Хейдена есть возможность обрести немного больше такой силы сейчас. Не абсолютной, конечно - Гвидо не волшебник, как он сам заметил, но - кое-какую, всё же. И, пожалуй, и не самую маленькую. - Да и Вам едва ли хочется искать другую работу, насколько могу понять. Вам "Эль Дорадо" дорог, я могу это видеть... с той любовью, который Вы в него вкладываете. - без какой-либо угрозы в голосе - оглядев кабинет ещё раз, Монтанелли попросту констатировал факт, без давления на то, что Скарре может потерять клуб или что-то ещё в таком духе, даже если фраза его и прозвучала двусмысленно. - В общем, вполне можно предотвратить такого рода трудности, о которых мы говорили, и защититься от врагов и конкурентов тоже в будущем. Скажем, за десять процентов от вечерней прибыли сейчас, когда происходят изменения - и за двадцать в будущем, когда подготовка Ваших идей будет завершена и наступит время их реализации. - и нужно будет защищать клуб уже от тех самых конкурентов и врагов, с удвоенной силой, потому что защищать будет нужно технику, а не место её установки. - Клуб закончит переоборудование, Вы укрепитесь в своей должности, а тех, кто будет пытаться Вашу позицию расшатывать - я беру на себя, за десять процентов сейчас, и двадцать - после. И никакого вмешательства в организацию "Эль Дорадо" с моей стороны, разумеется - дизайн, меню, техника, музыка, здесь все идеи только Ваши и Вашей команды. - впрочем, Гвидо мог бы предложить что-то купить через него из продуктов питания или даже немного выпивки, или что-то по кухне и её оборудованию, может и персоналу, но - это уже отдельная тема для разговора, которая если и будет поднята, то в будущем. Сейчас не об этом.

+3

10

Управляющий вряд ли сам мог предположить, что подводит самого себя к исповеди, которая вывернет и покажет другую сторону этого заведения гостю. Глядя на Гвидо, Хейдену хотелось доверять, причем делать это безоговорочно, но по его мнению, тот будто что-то не договаривал, возможно, так казалось из-за его аккуратности или хороший манер. Вспоминая о Сабрине и слыша то, что мистер Монтанелли подтвердил его предположение, Хейден улыбнулся. Не смотря на ту грязь, которую отсюда могли вынести некоторые журналисты, отзывы посетителей всегда были положительными, порой даже завышенными.
- Жаль, я не какой-нибудь сомелье, чтобы хорошо разбираться в этом деле. Испания? - Он задумался, пожав плечами. - О ней я не так часто слышу, как об Италии. Уж что точно я люблю в Италии, так это кухню. Мой отец считает её одной из лучших в мире, поэтому и открыл в честь неё один из своих ресторанов. - В голосе Скарре проскользнула нотка недовольства, окрашенная со смиренностью. - Одним из странных, но важных моментов моей работы, так это то, что если не порой, то зачастую, нужно соответствовать чужим ожиданиям, состоять из общепринятых правил, мнений, стереотипов. Слово не воробей, поэтому тут бытует мнение, что да, это Испания. - Он выдавил из себя некую утешительную улыбку и поймал себя на мысли, что даже будучи находясь на должности управляющего, он пляшет под дудку современных технологий, моды и общественных мнений.
Бокал управляющего немного дополнился алкоголем. Недопитую бутылку мужчина бы не оставил в любом случае. На дне осталось еще то, что можно было бы долить гостю. Управляющий поднял глаза на Гвидо, внимая его словам и подмечая, с какой интонацией и заботливостью он отзывается о своих детях. Любой родитель хочет для своих детей лучшее. Если Скарре этого еще не понять, то у Гвидо уже целая и большая семья, за которую он готов любому порвать глотку как настоящий глава семейства.
- Как видите, вандализм перерос в новый ряд проблем. Возможно, - он делает паузу и прищуривает глаза, - кто-то узнал о том, что скоро это заведение преобразится, что в него решили вдохнуть новую жизнь, дать второй шанс на существование. И тут не должно быть промаха. Может, Вы не слышали, не читали или не видели, но Эль Дорадо в свое время уже прогремел на все Сакраменто, когда я едва ли сюда пришел. Один урод журналист практически вывел на чистую воду все, что здесь творилось, вскрыл каждого. Сейчас мне приходится чуть ли не досконально изучать любого, кто переступает порог. Тогда клуб серьезно чуть ли не закрыли. Каждый из нас пережил волну негодования, на меня вешали минимум три статьи. Мы нашли, как заставить черный пиар работать на нас. - Скарре делает пару глотков и поджимает губы. Видимо, ему стал нравиться вкус этого пойла. - Удивительно, правда? Как наши пути пересеклись. Вы правы. Это место - мое детище, поэтому я готов бороться за него. Это единственное, что держит меня на плаву в этом городе, единственное, что я сыскал здесь для себя.
Сабрина слишком молода, а потому может быть непостоянна. Хейден относился к ней чуть ли не как к своей сестре, не раз вытаскивая из разного рода дерьма и ограждая от необдуманных поступков. Девушка была всегда уверена, что у неё будет крыша над головой, место. куда она может сбежать, возможность, в которой можно утопить сою обиду или неудачи. Эль Дорадо для каждого посетителя был не только клубом, а чем-то еще. Это было главной идеей, философией создателя, чтобы каждый хотел вернуться сюда еще раз и еще, и их жизнь не была бы жизнью, если бы хотя бы один день прошел без визита в эти стены.
- Джозеф хороший работник. - Он невзначай отмечает одного из своего сотрудника, который всегда отличался работоспособностью и понимаем. Все же есть незаменимые работники, потому что каким бы лучшим или худшим не был новый, он все равно не сможет делать свою работу также идеально, как это делал предыдущий.
Настал тот момент, к которому они подводили весь разговор. Цена вопроса. Цена спокойствия и безопасности клуба, цена всего ущерба, который клуб уже и так пережил, балансируя на грани закрытия. Гвидо называет свою цену, в то время как Хейден тут же начинает прикидывать, сколько мужчина будет получать, и сколько будет оставаться клубу. Торговаться с Монтанелли сейчас - не самая лучшая идея. Еще неизвестно, чем на самом деле он занимается, так ловко увильнув от вопроса, и Хейден это заметил, не получил точного ответа. Сбивать процент не было смысла. Клуб нуждался в защите, особенно сейчас, когда его ждало временное закрытие и полное преображение. Без какого либо совета Скарре должен принять решение, которое в последующем отразится на работе каждого, главное - на доходах клуба. Это значит только одно, что клуб должен зарабатывать еще больше, скорее всего, черпая деньги с какого-нибудь источника еще, пиар-ходы должны работать по новой отработанной схеме, репутация также должна работать на само заведение. Управляющий готов сказать свое "да", но тут же он останавливается, задавая новые интересующие вопросы.
- Хочу, чтоб Вы понимали, что это только чисто профессиональный интерес. Как вы будете это осуществлять? - Хейден откинулся на своем сидении в ожидании ответа. - Мне не хотелось бы, чтобы такие проблемы принимали больший масштаб, разрастались еще больше. Вы знаете, что я тоже заинтересован в нюансах. Защита не должна быть в ущерб клубу, мне все равно, что будет с теми, кто пытается поставить палки в колеса, но даже сейчас, мне важно, чтобы оборудование дошло до дверей этого заведения. Плата будет исправной. - Твердо убеждает управляющий, растирая ладони рук.

+2

11

Гвидо не обманывал себя - он признавал, что производит на людей определённое впечатление, и разумеется, пользовался этим - но старался лишь не пользоваться бесстыдно. Это было бы неприятно в первую очередь ему самому, это в определённом смысле сровняло бы его с женщиной, которая пользуется своей красотой, когда хочет с её помощью чего-то добиться - Монтанелли считал себя выше этого, полагая, что имеет за собой побольше, чем эта способность. Он слишком стар, чтобы строить кому-то глазки; старость добавляет фактурности его внешности - но это просто то, что заложено в Гвидо природой, от рождения, видимо. Ему самому сложно сказать, родиться с таким лицом - это удача или неудача; он не считал себя красавцем, он знал, что выглядит даже старше, чем есть на самом деле, но никак не стремился что-то с этим делать. В его бизнесе, впрочем - красивым быть вовсе не обязательно. А Скарре - выглядит серьёзнее, чем человек, которого можно запугать, и весомее, чем человек, которому нечего предложить. Да и в любом случае... его дочери обольстить его будет легче, чем ему самому.
- О, так Ваш отец - ресторатор? - с уважительным интересом отозвался Гвидо, переспросив, хотя ответ на этот вопрос и казался абсолютно очевидным. Ресторатор, который уважает итальянскую кухню и держит итальянский ресторан - определённо, в глазах Монтанелли одно только это тут же добавляет Хейдену очков; во-первых, потому что Гвидо - итальянец, во-вторых - потому что он и сам владеет итальянским ресторанчиком; о котором не может, конечно, сказать, что он "один из", если он и может себя называть ресторатором, то не настолько крупным, но - всё же, в какой-то степени с отцом молодого человека это их роднило. Впрочем, у Гвидо не вызывал доверия итальянский ресторан, который не управляется итальянцем - было в этом что-то в самой основе ненатуральное, ненастоящее... но - всё познаётся в сравнении. Было бы неплохо как-нибудь посетить заведение Скарре-старшего. - В Италии - лучшая в мире кухня, если хотите знать моё мнение. - улыбнулся в ответ. Кого бы это удивило, впрочем; и в этом Монтанелли точно не переубедить, итальянцы почти всё делают хорошо, но что касается готовки - это они делают лучше всех в мире. - Что ж, кто я такой, чтобы его оспаривать... - усмехнулся Гвидо. У Испании и Португалии есть огромное наследие на территории обоих Америк, и Южной, и Северной, это наследие в каком-то смысле даже больше этих стран, потому, не удивительно, что напитки оттуда популярны в Штатах - и в общем-то, популярность это заслуженная. - А чтобы любить хорошее вино - не обязательно быть сомелье. - поставил точку в вопросе Монтанелли, улыбнувшись, и приподнял бокал за ножку, глядя на свет сквозь его содержимое, оценивая цвет напитка. Если вино хорошее - в конечном счёте, есть ли разница, из какой оно страны?
- Я слышал что-то, но не могу сказать, что досконально вникал. - честно ответил Гвидо. Один из крупнейших клубов города, один из центров его ночной жизни - когда там что-то происходит, эхо раздаётся по всему Сакраменто, и не услышать его, находясь в том бизнесе, где вращался Монтанелли, тяжело - но, как он и сказал, ночные клубы сами по себе его интересовали несильно, и то, что случилось, он принял к сведению, но не принимал слишком уж всерьёз - до сегодняшнего дня, после которого происходящее тут станет касаться и его лично. Гвидо покивал, соглашаясь со словами Скарре. Значит, он был прав - управляющий держится за свой клуб, не просто как за место работы, а как за что-то дорогое; и это делает его человеком с убеждениями - что отличает от... в общем, простого работяги, которому всё равно, где добыть свой кусок хлеба, и который может легко сменить место работы, если ему того захочется. У Скарре есть верность - этому месту, или миссис Йегер, или себе самому на месте управляющего этим заведением, но он знает, что такое верность. Немного странно только, что он влился в это, имея за собой отца - и наследство в виде ресторанов, которых, можно сделать вывод по его словам, больше, чем один; почему предпочёл не быть вовлечённым в семейный, свой же, бизнес - что на его месте Гвидо бы и сделал, - но расспрашивать об этом Монтанелли не стал, не желая влезать в чужие семейные дела, раз уж этого не просят. В любом случае, Хейден оказался в схожей сфере со своим отцом, ресторанный бизнес имеет много общего с бизнесом клубным, эти два направления переплетаются между собой, и местами - очень тесно. Значит, какие-то задатки у него всё-таки были. Тоже хороший признак - когда человек находится на своём месте.
- Я могу сказать о нём то же самое. - улыбнулся Гвидо, кивнув. Он лично был одним из тех, кто пристроил Джозефа к делу - первым, фактически, кого тот встретил в Сакраменто, лет уже... пятнадцать назад, кажется. Или около того, когда был ещё жив Малыш Лампи, в эти времена. Тогда он был просто пацаном, конечно, но - со временем он тоже узнал, что такое верность и преданность, впитал это в себя, и для него это не было пустым звуком. Несмотря даже на то, что их дальнейшие пути несколько разошлись, они остались в приятельских отношениях - им попросту нечего было делить.
- Думаю, что понимаю Вас - вы не хотите нарастания конфликтов, не хотите чтобы Ваш клуб стал полем боя. Я согласен, ничего с нашей стороны не должно происходить в ущерб заведению... - Гвидо чуть откинулся назад в свою очередь, глядя на Скарре; чуть покачал бокал вина в своей руке, словно обдумывая, что собирает сказать дальше. - Так вот, как это будет осуществляться. Если в "Эль Дорадо" появляются какие-то проблемы - я не имею в виду что-то вроде пьяного дебошира на танцполе или ошибки в бухгалтерской отчётности, а такие проблемы, с которыми не сможет справиться персонал, - Вы сразу звоните мне, или сообщаете, вот - Джозефу, например. Или моей дочери, не столь важно. Я разберусь. А какими способами я это сделаю - для Вас это значения иметь не будет. Я не даю клубу советов, какую звуковую систему нужно поставить - клуба не должно касаться, каким образом делаю свою работу я. - взглянув на Хейдена, Монтанелли отпил из своего бокала немного. Посмаковал, перед тем, как продолжить. - Я тоже профессионал, мистер Скарре - и у меня тоже есть профессиональные секреты. Не стоит забивать себе голову лишними вопросами, capisce? - снова поднеся бокал к губам, Гвидо на этот раз просто принюхался, не отпивая, дополняя послевкусие напитка его ароматом... - К тому же, как Вы сами сказали, вам всё равно, что будет с тем, кто мешает Вам. Одно могу сказать - что бы не происходило с ними, происходить это будет не здесь. - поставив бокал на столешницу, Гвидо сделал круговое движение пальцем, подразумевая в этом жесте сам клуб. - Делать работать в стенах заведения - это непрофессионально. Как кухонную плиту поставить в центре обеденного зала. - и всё и звучало так, словно речь будет идти о кухонной плите, а не о преступлении - слова Монтанелли звучали спокойно, даже спокойнее, чем разговаривают страховые агенты или банковские служащие, заключающие договор. Защита, протекция, это для его круга - и есть каждодневный труд... можно его любить, можно не любить, но его выполнение в любом случае не должно быть сложнее, чем для официанта, к примеру - записать и принести заказ. Так всё и работает. - Оборудование будет к вечеру сегодняшнего дня, крайний срок - к завтрашнему утру. - крайний срок - это в том случае, если кто-то из знакомых начнёт упираться, но - даже в этом случае, какое-нибудь решение найдётся. Гвидо пообещал - значит, всё будет, тем способом, или иным - Скарре незачем знать, каким. В любом деле есть свои тонкости.

+2

12

Гость, а точнее мистер Монтанелли, пришедший сюда создавал двоякое впечатление. С одной стороны, мужчина весьма уже благосклонных лет внушал доверие, поскольку опыта у него было больше, недели чем у управляющего, и речь не только в плане работы, сколько в жизненном опыте в том числе. С другой стороны, Хейден знал его от силы пару часов и доверять слепо практически не умел. Никто, кроме Гвидо, не предложил его помощь, к тому же, он совершенно случайно или же нет оказался на пороге заведения именно тогда, когда проблема уже стала носить весьма затянутый и серьезный характер. Никто не знал, куда делся заказ после последнего звонка, после которого было совершенно еще большое количество звонков поставщику. Люди на той территории также были обеспокоены. Сейчас Скарре только мог бы подорвать репутацию тем, с кем связался на свою голову и уже заплатил все до цента.
Управляющий поднял взгляд на Гвидо, когда тот переспросил о профессии мистера Скарре.
- Да, ресторатор. Если будете как-нибудь проездом в Нью-Йорке, то спросите у любого жителя о итальянском ресторане Скарре. Одно из первых заведений моего отца. Сначала он хотел обосноваться в Штатах и только потом покорять Европу. Порой мне казалось, что своим детищем он называл именно открытые рестораны, а не меня и мою сестру. - С холодностью в голосе отозвался Хейден. Единственное, что сейчас ему не давало покоя, так это то, что он с легкостью принял подарок от отца в виде дома в Сакраменто, так как у самого не было баснословной суммы в двадцать четыре года, чтобы позволить себе ступить с университета сразу в довольно обеспеченную жизнь. - Соглашусь на счет кухни. - Улыбка затронула уголки рта. - Этот ресторан мой любимый в городе.
В какой-то момент мужчине стало казаться, что своему гостю он может рассказать обо всем, совершенно позабыв, что знает его совсем ничего. Гвидо казался понимающим, тем человеком, который мог поддержать любую тему, будь то кухня или вино, литература или кино. На протяжении всего разговора тот демонстрировал хорошие манеры, вежливость и не позволял себе каких-нибудь высказываний. Это походило на осторожность, которую управляющий отметил для себя вновь.
- С мелочными ситуациями разберется охрана, иначе за что я им вообще плачу? - На этот риторический вопрос Хейден издал смешок, но затем продолжил. - Но я бы не хотел впутывать в это дело Сабрину, думаю, Вы со мной согласитесь. Это место должно стать для неё местом отдыха, а не проблем. Я же найду, как связаться с Вами. С Джозефом тогда предстоит общаться чуть чаще.
Джо тот парень, который немного выделялся на фоне других барменов и официантов. Когда происходил новый набор, Скарре получил указание от владельца клуба не трогать некоторых людей. Джозеф был в их числе.
- Люблю иметь дело с профессионалами, особенно с теми, кто дает непоколебимую гарантию и подкрепляет свои слова делом. Я не сомневаюсь в Вас, мистер Монтанелли, просто подобного промаха я больше не могу допустить. Мое опасение вполне очевидно. Мне вполне все равно, что будет с теми, кто такое проделывает, кто даже готовит новые палки в колеса. Было бы хорошо, если бы они снова не смогли это сделать.
Хейден задумался о том, как бы лишить тех людей хоть какой-нибудь возможности, позволившей им снова перейти дорогу клубу. Управляющий мог бы повысить планку, вплоть до того, чтобы согласиться убрать конкурентов или недоброжелателей. Тогда опасения арт-директора подтвердились бы самым худшим способом: Скарре марает руки в чужой крови, чтобы не оставить препятствия для Эль Дорадо. Он готов даже устроить похороны этих ублюдков с размахом, лишь бы в счет клуба капали деньги.
- К вечеру? - Потухшие глаза синего цвета снова оживились, зажглись огоньком интереса и смотрели на Монтанелли с каким-то вопиющим восторгом. - Это быстрее, чем я ожидал, но.. - Он сделал секундную паузу, приложив указательный палец к губам, словно что-то обдумывая. В лучах света, горевшего в кабинете, на пальцах управляющего блестело пару колец, которые изредка соприкасались с поверхностью бокала, издавая характерный звук. - Но на то и цена вопроса. вы часто быстро завоевываете доверие людей? - Он поинтересовался это к слову, уже предвкушая вечер, но в то же время не хотел бы обманываться и тешить себя тем, что еще не произошло.
- Мистер Монтанелли. - Хейден прищурил взгляд, словно нашел то, что хотел бы спросить у мужчины. - Вы знаете тех, через кого я мог бы приобрести пару отменных пистолетов?
Вопрос звучал весьма безобидно, но он еще давно волновал управляющего. Он не крутится возле охраны, которая могла бы его прикрыть, он сам зачастую лезет в пекло и понимает, что нужно под рукой что-то, что может защитить по крайней мере его. Взять на себя ответственность он мог, тем более в целях самозащиты в Америке много кто использовал оружие. Хейден бросил взгляд на ящики стола, снова убедившись, что стволам совсем там не место. Два пистолета, которые могут дать каплю гарантии на безопасность. Два изображения этого оружия уже давно было набито на теле мужчины, не забывая, что когда-то одна пуля предназначалась ему, а вторая для его девушки.
- Я согласен. - Он протянул руку Гвидо в знак того, что решение принято и так теперь будет с этого момента.

+1

13

От внимания Монтанелли не ускользнула как та холодность, с которой Скарре отзывается о своём отце, ни то, как потеплели его слова, когда речь зашла об итальянской кухне, да и о ресторанах в принципе; Хейден только что сказал, что его папа словно бы относился к ресторанам лучше, чем к собственным детям, но по подобному изречению - мог бы сделать вывод, что и у него самого к отцу отношение примерно то же самое. Явно не лучшее заключение, которое можно было бы сделать о человеке, но, впрочем, во-первых, вывод Гвидо вполне мог бы быть ошибочным, а во-вторых - отношения Хейдена и его сестры с родителями, как и вообще практически всё, что касалось семьи Скарре, его попросту не касалось.
- Обязательно спрошу. - его интерес к заведению, тем не менее, Хейден привлёк; спросить же о нём Гвидо мог и не обязательно преодолевая путь через всю страну, он знал многих, кто жил или бывал в Нью-Йорке, но находится или часто бывает здесь, в Сакраменто, или где-то неподалёку от него, и более склонен к путешествием, чем он - Монтанелли-старший вообще едва ли мог путешественником, длительные переезды или перелёты присутствовали в его жизни, конечно, но он не то, чтобы сильно любил это, и не то, что сильно не любил, с другой стороны - но всё это было для него просто работой, а не отдыхом, он редко ставил себе целью выбраться куда-то, чтобы получить новые впечатления. - А Вы сами - не итальянец, мистер Скарре? - позволил себе Гвидо единственный вопрос, который мог бы претендовать на звание личного. Как завершающий штрих всего этого разговора об итальянских кухне, вине, ресторанах... Хейден не был слишком похож на итальянца внешне, фамилия же его - и напоминала итальянскую чем-то, и одновременно не слишком, имя не был итальянским точно, хотя и то, и другое можно сменить, как минимум одного итальянца из Нью-Йорка, пожелавшего это сделать (тоже ресторатора, кстати) Гвидо уже знал; да и внешние признаки чёткой гарантии тоже не дают. Ни в Америке, где межнациональный брак дело вполне обычное (и сугубо личное), ни в Италии - во времена Римской Империи тоже бывшей многонациональным государством, и в северной её части люди до сих пор очень отличаются от тех, кто проживает в южной.
- Разумно. У моей дочери есть другие дела, которыми ей стоит заниматься. - кивнул Монтанелли. В любом случае, способов связи с ним у Скарре более чем достаточно, в двадцать первом веке с этим вообще нету проблем... Тем более, что Джозеф (по каким-то причинам, он терпеть не мог, когда сокращают его имя) здесь появлялся достаточно часто и всё своими глазами видел. И с этих процентов, о которых заявил Монтанелли, мужчина тоже будет иметь долю - так будет более чем правильно. Хейдену, впрочем, об этом напрямую знать не обязательно, фактически это будет происходить уже после того, как он заплатит Гвидо.
Не обязательно владельцу и знать, или даже задумываться, о том, что будет с его конкурентами - Монтанелли, в общем-то, не был сильным поклонником скоропостижных расправ, но сложиться может по-разному; однако, в любом случае, подобное "повышение" планки, этот приказ - расправиться с кем-то, убрать кого-то, должен поступать не от Скарре; ему не стоит об этом знать, не нужно делать никаких похорон, не надо и задумываться об этом - в этом случае и не получится, что он пачкается в чужой крови, что он причастен как-либо. Что особенно будет полезно, если что-то всё-таки пойдёт не так - и в клуб придут задавать вопросы люди со значками.
- Не могу сказать, что это всегда происходит быстро, но... - туманно улыбнулся Монтанелли в ответ, не став продолжать фразу; нельзя завоевать доверие всех сразу, у Гвидо, разумеется, были и противники, были и те, чьё доверие было испытано большим временем, нежели один вечер, и если в целом - то и действительно пока не произошло чего-то, что это доверие между Хейденом и Гвидо на самом деле подкрепит. Аппаратура ещё не попала в клуб, да и Гвидо ещё не получил никакой доли. Впрочем, Скарре почти сразу же делает шаг по направлению к тому, чтобы доверие это стало немного твёрже:
- Конечно, знаю. И более того - Вы и сами с ними знакомы. - улыбнувшись, Монтанелли развёл руками, и затем показал на Скарре ладонью. А затем - этой же ладонью в абстрактном направлении куда-то назад, за стену, в зал, откуда они пришли. - Джозеф. - он был отличным барменом; и, быть может, как раз потому, что искренне любил этим заниматься - для Джозефа работа здесь была чем-то вроде способа отвлечься, хобби (редкое качество, на самом деле - уметь отдыхать на работе) - основной его доход и был как раз от торговли пушками, в качестве одного из ребят Агаты Тарантино. - Обратитесь к нему, и уверен, он подберёт именно то, что нужно для Вас. - так что решение этой проблемы, можно сказать, было у Скарре буквально под боком. Хотелось бы надеяться, конечно, что пользоваться оружием самому управляющему не придётся; не в стенах собственного клуба, во всяком случае, во всём же остальном - оружие в Америке и действительно вещь довольно распространённая. Исторически сложившиеся обстоятельства, можно сказать.
- Affare.* - поднявшись со своего места, Гвидо крепко пожал руку Хейдену, слегка встряхнув их ладони над столом. Затем снова взял бокал в ладонь, звякнув его бортом о борт бокала Скарре, снова произнеся по-итальянски: - Salute!** - и прикончил остатки вина двумя небольшими глотками.

*Договорились (итал.); аналог англо-американского экспрессивного "deal"
**Популярный краткий итальянский тост-приговорка, ближайший русский смысловой аналог - "Ваше здоровье", хотя дословный перевод другой

Отредактировано Guido Montanelli (2017-01-08 13:43:39)

+2

14

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Для нашего врага эта игра стоит свеч