Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » truth be told, I don't mind.


truth be told, I don't mind.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

ЛОЛА и ААРОН, позже АГАТА
25.04.2016, улицы Сакраменто,
затем госпиталь имени Святого Патрика
Того, что на её глазах собьют ребенка, Лола никак не могла ожидать. И тем более не могла ожидать, что ребенок окажется сыном Агаты. Точно тут ясно только одно: ублюдку, сбившему ребенка, не жить.

0

2

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2b8XC.png[/AVA][SGN].[/SGN]

Уроки сегодня тянулись медленно и нудно. Ко всему прочему из три из четырех нелюбимых предметов проходили именно в этот день. Вот что значит понедельник! Поэтому Аарону ничего не оставалось, как мечтать, чтобы занятия скорее закончились.
- Думаю свалить с последнего урока. Не вытерплю я математику. К тому же домашка не сделана - закинув рюкзак на одно плечо и идя по коридору разговаривал испанец со своим одноклассником. - Хочешь со мной? Вместе сгоняем на великах в порт. Можно будет купить батон хлеба, намочить его водкой и смотреть как чайки вырубаются - вот веселуха! - придумал мальчишка новую забаву и желал, чтобы его друг составил ему компанию.
- Это, конечно, здорово. Но, извини, у меня и так пропусков много из-за болезни. Еще один и станут жаловаться родителям. Отец мне тогда ремня даст! - пошел мальчишка в отказ.
- Ну и слабак - резко сказал Рон и, развернувшись, побрел к выходу. Страх перед родаками и нежелание поддержать его идею о прогуле разозлили Тарантино, поэтому он даже не пожелал попрощаться с другом.
Пока была перемена представлялся хороший шанс свалить из школы, так что без проблем Рон отстегнул цепь велосипеда, одел вторую лямку рюкзака на спину, и поехал прочь. В младшей школе ему осталось доучится всего лишь месяц, а дальше каникулы и новая школа! Мальчик очень много ожидал от средней школы, где уже не будет под ногами глупой малышни, а начнется новая жизнь. Если хорошо себя зарекомендует, то может получится со старшими ходить на их крутые вечеринки. Как наподобие той, что была в доме Монтанелли. Правда, тогда копы нагрянули внезапно, но до их приезда, Рону все нравилось.
Раз друг его дал заднюю, одному ехать в порт Аарону не улыбалось, так что он решил двинуть в сторону ресторана "Маленькая Сицилия". Там, независимо от того была ли на месте его мама или нет, испанца всегда готовы были накормить, напоить и оставить хоть до закрытия. Ко всему прочему, через один дом находился магазинчик с дисками, где стоял игровой автомат. А у мальчишки как раз в кармане позвякивали пара центов. Вдруг свезет и он выиграет Джек Пот?
Но Фортуна, вместо вкусного обеда и просаженных в автомате денег, обернулась совсем иной стороной...
Аарон усердно крутил педали велосипеда, пришлось даже слезть с седушки и встать во весь рост, забираясь в горку. Но оставалось еще пара метров поднажать, чтобы потом со скоростью скатиться вниз. Рон любил этот маршрут и часто здесь проезжал. Вот велосипед перевалил через самую верхнюю часть и, как в американских горках, испанцу открылась дорога вниз. Он остановился, чтобы отдышаться и насладиться моментом. Затем запрыгнул на байк и стал крутить педали, и только на середин горки перестал, так как велосипед разогнался на такую скорость, что крутить было не обязательно.
Впереди этот холм утыкался в перекресток и ранее Рон всегда проскакивал его на "зеленый" или тормозил на тротуаре. Сейчас мигал верхний сигнал светофора, предупреждая, что пора заканчивать переход.
- Я успею - сказал ребенок то ли себе, то ли велосипеду и наклонился еще больше вперед, чтобы уменьшить трения ветра. - Успею. - он сжал руль потными ладонями, глядя, как светофор отсчитывает последние секунды.
5...4...3...
- Даа!- испанец въехал на перекресток и расслабился. До другой стороны дороги оставалось совсем чуть-чуть, как вдруг стремительное движения вперед прервал грубый толчок в бок. Удар капота машины, пришедший по правой ноги, подбросил тело мальчика в воздух. Ручка его велосипеда процарапала крышу автомобиля, после чего байк, а следом и испанец, упали на дорогу в паре метров от столкновения.
Боли не было. Страха тоже...
Ничего не было.
Только темнота, какая окутывает тебя во время самого крепкого сна, приходящегося с 4 до 6 утра.
Водитель, простояв 15 секунд и осмыслив первой искрой мысли что же он наделял, с места происшествия скрылся.

+1

3

внешний вид.

Боже мой... как же он меня достал. Визгливый (почему визгливый-то, это же мужик?) голос мужчины впивался в мозг раскаленными иглами, я морщусь и смотрю на него из под стекол темных очков, одной рукой массирую висок, словно это может как-то спасти меня от головной боли, которая буквально раскалывает голову напополам. Смотрите, смотрите внимательно, вот-вот лицо треснет! Не пошла ли трещина от от брови к переносице? Нет? Но почему так больно-то??
- Ты точно уверена, что ты не Бонни Смит? Нет, я уверен, это ты! Я тебя узнал! Ну сними очки, ну пожалуйста, из-за них ничего не видно. У тебя должны быть голубые глаза! - блять, он точно извращенец. Ну кто смотрит на цвет глаз у порноактрисы? Это даже более жутко, чем его рассказ о моих татуировках, заставивший меня брезгливо передернуться и свернуть руку так, чтобы ему не было видно надписи "joy" на моем запястье. Я молчу и смотрю на него внимательно, может быть, даже несколько устало, хотя вряд ли он видит это за стеклами очков. Тянется ко мне руками, кажется, хочет снять очки. Отбрыгиваюсь и отпрыгиваю назад так резко, что стул подо мной издает жалостливый скрип.
- Э! Руками не трогать! Точно я уверенна, что не Бонни Смит, кто это вообще такая. И что за имя придурочное. Чувак, съебись по-хорошему, ты мне мешаешь! - почему я вообще тут сижу? А, наверное потому, что до сих пор не допила свой кофе.

Но, наверное, стоит объяснить, что я вообще делаю и что происходит? Встать пришлось довольно рано, из-за прогулов в университете я как никогда близка к отчислению, и поэтому хотя бы какое-то время нужно изобразить из себя старательную ученицу. Так что да, я встала чуть свет, оделась более-менее прилично, и даже благополучно пережила первые две пары. Сейчас у меня было окно, так что я решила сходить в какое-нибудь кафе, погреться на солнышке, потому что потом придется вернуться на последнюю пару. Организм реагировал на ранний подъем так, будто у него на них была очень мудреная, хитрожопая аллергия. У меня раскалывалась голова, и всё, никаких других признаков аллергии не было. Хотя, может, это не на ранние подъемы аллергия, а на малое количество сна... Встала-то я рано, а вот лечь рано не вышло.
И вот сижу я на улице, за круглом столиком, пью кофе, как ко мне подсаживается странной наружности паренек, я бы решила, что он наркоман какой-то последний, уж очень подозрительные у него мешки под глазами, и козлиная бородка. По отдельности - ничего страшного, даже у меня были мешки под глазами, не зря же я в очках сижу. А вот вместе - очень подозрительно. Но самое подозрительное, что он, блять, меня узнал. Огромный интернет, тонны порнухи, если соединить все ролики воедино, не хватит жизни, чтобы их все посмотреть, а он, блять, меня узнал. Ну не пиздец ли?
Продолжает загонять мне об этом Бонни Смит, рассказывает, какая она крутая и охрененная. Ну хорошо...
- Чувак, ты видел меня? Мне же шестнадцать лет, я малолетка, какие порнофильмы? - блин, не очень удачный аргумент. Чувак начинает рассказывать мне, что Бонни как раз и выглядит на шестнадцать, и что в этом её особенная фишка. Фишка! Господи Боже, ты же молодой, чувак, у тебя что, уже прямо вот сейчас наклонности педофила? Нет, всё, меня это достало... - Или ты сейчас отвались на меня по-хорошему, или я тебе вот эту чашку с кофе на голову одену, я серьезно. Ты меня уже... - договорить у меня не получается.

Визг тормозов, звук удара. Поворачиваю голову на звук, и вижу пацана, растянувшегося на земле. Рядом покореженный велосипед, чуть дальше - черный джип, стоит на месте буквально несколько секунд, затем новый визг, и машина резко срывается с места, скрывается за углом. Вот пидр!
Вскакиваю с места, напрочь забывая и про кофе, и про поклонника. Пацан выглядит совсем худо, сначала я думаю, что надо его поднять и оттащить в машину, отвезти в больницу, но потом решаю, что могу ему только лишний раз навредить. Набираю номер скорой, звоню. Хорошо, что она тут буквально в паре кварталов, а пока...
Вытаскиваю у пацана из кармана телефон, удивительно, но он цел. Нахожу в телефонной книге номер, подписанный как "мама", звоню. - Здравствуйте. Миссис... или мисс. Не знаю. Да, я звоню с номера вашего сына, погодите секунду... Я очень извиняюсь, что вынуждена вам об этом сказать, но вашего сына сбила машина. Скорая сейчас приедет, его отвезут скорее всего в госпиталь Святого Патрика. Подъезжайте туда? - хуй его знает, кто обычно занимается такими звонками, может какие-то психологи специально обученные, но если бы с моим ребенком что-то такое случилось (фу пиздец, какие дети, Лола?), я бы хотела, чтобы мне позвонили вот прямо сразу, как всё случится.

Скорая приезжает очень быстро, они аккуратно кладут мальчика на носилки. - Я с ним! Я знакомая! Мне надо поехать! - черт его знает, зачем я решила ехать в больницу, но может это всё вот - намного интереснее, чем очередная пара в университете? И голос в трубке был какой-то знакомый. Или показалось?

+1

4

Внешний вид

Покидать Сакраменто, но все равно возвращаться стало для меня не просто вынужденной необходимостью, а приятным занятием. Это как возвращение в родительский дом: устаешь от него, но после продолжительного отсутствия тянет туда. В этот раз меня не было почти два месяца. И после приезда казалось, что надо заново учить английский язык, но спустя неделю втянулась.
Что в этих длительных командировках было плохо, так это то, что мои люди начинали меня забывать. Они с большой охотой прислушивались к словам Джозефа, нежели к моим. И в своем друге я начинала видеть конкурента, того, кто желает меня подсидеть. Такого я допустить не могла, ибо оружие это мой хлеб, поэтому плотно занялась поиском новых покупателей и продавцов. Надо расширять бизнес и если это произойдет непосредственно с моей подачи, то былое уважение вернется.
И я как раз находилась на складе, общалась с Клинтоном и Бучем, как на мобильный раздался звонок. На дисплее имя сына и я растянулась в улыбке, произношу теплое "Привет".
- Здравствуйте. Миссис... или мисс. Не знаю. Да, я звоню с номера вашего сына, погодите секунду... - стоп. А ты кто такая? Девчачий голос на том конце трубки мне не нравился. Либо развлекаются одноклассницы Рона, либо у него украли телефон, но зачем, в таком случае, тогда звонить мне?
Я напряглась.
- Где Аарон? - строго спрашиваю и слышу ужасающий ответ.
- ... но вашего сына сбила машина. - что? Как? Когда? Это правда? Это шутка? Это дерьмовая, мать его шутка! За нее я оторву Аарону уши, а тебе, малявка, руки. Именно такие мысли пронеслись в первый миг. И в душе я надеялась, что это розыгрыш. Любой розыгрыш будет лучше правды. Только похоже, девушка, сообщающая мне эту новость, не веселилась.
Меня затрясло и я поспешила опуститься на стул. Правда, едва не промахнулась и не шлепнулась на пол, если бы Джозеф вовремя не пододвинул стул.
- Скорая сейчас приедет, его отвезут скорее всего в госпиталь Святого Патрика. Подъезжайте туда?
- Что? Святого Патрика. Да, я сейчас буду - не стала я спрашивать о состоянии сына и серьезности травмы, так как, помимо голоса незнакомки, слышен был и посторонний, мешающий шум. Лучше, не тратя время на разговоры, поеду, нарушая правила, прямиком в госпиталь.
- Агата, что случилось? - парни озадачено смотрели на мое белое лицо. - Кто попал в Святого Патрика?
- Аарон. Моего сына везут в больницу. Машина сбила - говорила монотонным голосом, с каждым словом осознавая происходящее. Может все-таки все не так страшно? Тогда почему сам не набрал меня? Побоялся, что ругать буду за неосторожность?
- Мне надо ехать - я встаю со стула и направляюсь к выходу.
- Стой. Ты уверена, что можешь вести машину? - Джозеф ловит меня на пол пути к двери и предлагает составить компания. Я не отказываюсь.
За рулем пикапа сидел он, я же по дороге выкурила пару сигарет и пыталась несколько раз дозвониться на телефон сына. На этот раз трубку уже не взяли.

- Где мой сын? - влетела я в больницу к стойке администратора. - Аарон Тарантино. Только что должен был поступить к вам. Ему 10 лет, испанец. Машина сбила - говорила я все, что могло помочь медсестре ускорить поиск моего ребенка.
- А, да. Он сейчас в реанимации.
- Что с ним? - я перегнулась через стойку и с каждым словом все ближе нависала, готовая уже сама начать листать записи в книге. - Где эта реанимация? Куда мне идти?
- На все вопросы сможет ответить доктор. Сейчас он проводит операцию. Это второй этаж. - видно было, что и девушка растерялась, но все-таки выдала информацию по кускам. Вместе с Джозефом мы рванули по ступенькам на второй этаж.
В отделение реанимации и правда не пускали, но можно было остаться в коридоре, где для ожидания были предусмотрены ряд мягких стульев. На одном из них сидел единственный посетитель - черноволосая девушка. Рядом с ней лежал рюкзак сына. И я сразу догадалась, что она и была той звонившей.
- Кажется, я ее знаю... - неужели Лола? Лола была вместе с Роном, когда тот попал под машину? Лола виновата в том, что мой сын сейчас лежит на операционном столе? Лола втянула маленького мальчика во что-то не хорошее?
С каждым мысленным вопросом мой шаг по длинному коридору ускорялся, пока я не сошла на бег.
- Что ты сделала с моим сыном?!! - закричала я, оказываясь возле девушки. Она без сопротивления поднялась, от чего ее было легче впечатать в стену даже несмотря на одинаковый с ней рост. Я была не просто зла. Злость это когда грузовик с наркотиками кто-то расстреливает. Злость, это когда тебя бьет муж. Злость это, в конце концов, когда еж срет в любимые туфли. Но нет, сейчас это была не злость. Эта была та сила, способная разорвать человека в клочья. Ведь никто не может сражаться яростнее, чем мать, обеспокоенная за своего ребенка.
- Что произошло?!! - по прежнему яростным тоном давила я на Лолу, сжимая ее плечи.

+1

5

Я забираюсь в автомобиль скорой помощи, напрягаюсь, потому что уверена: меня сейчас вытолкают и оставят снаружи. Для большей уверенности, покрепче вцепляюсь пальцами в рюкзак мальчишки, если что скажу, что хочу отдать рюкзак лично матери, или кто там приедет.
Не знаю, откуда у меня вдруг появился такой навязчивый интерес к чужому горю, но мне ужасно хотелось поехать, а еще посмотреть, чем дело кончится. Вглядываюсь в лицо мальчишке, на его лице маска, слишком большая для маленькой головы. Выглядит он плохо, очень бледный, хотя сознание мне и подсказывает: он от природы смуглый, и не может ни при каких обстоятельствах быть такого странного цвета. И всё же...
В конце концов, отворачиваюсь, не в силах смотреть на раненого ребенка. Где-то в глубине души просыпается злость, раздражение, гремучая смесь разливается в груди, кипит и булькает, как самая настоящая лава. Что за ублюдок сначала сбил ребенка, а затем даже не вылез из автомобиля, дал деру, как последний трус... Я правильно сделала, что поехала. Мне нужно будет рассказать, что я видела, может быть, я даже смогу помочь найти преступника. А что, собственно говоря, я видела? Начинаю рыться в своей памяти, но у меня не слишком много времени. Автомобиль останавливается, двери открываются. Выпрыгиваю максимально быстро, чтобы не мешаться под ногами. Отхожу чуть в сторону и закуриваю, наблюдая затем, как подъезжают носилки, такая кровать на колесах, и мальчишку осторожно укладываю на них, везут в здание. Черт, вот же угораздило... Интересно, меня будет полиция опрашивать? Фу, ненавижу полицию.

Не выкуриваю даже половины сигареты, в конце концов выкидываю её в урну, даже не замечая того, что промахнулась. Мне без проблем говорят, куда увезли пацана, когда я показываю его портфель и говорю, что это я вызвала скорую, а теперь жду его маму. Интересно, какая она?
Врачи снуют туда-сюда, лица у них напряженные и, как мне кажется, немного взволнованные. Сижу на стуле и наблюдаю за всем происходящим, нервно кусаю губу. Надеюсь, с ним всё будет в порядке. С пацаном. Не знаю, кто он и не знаю, как его зовут, но врагу не пожелаешь подобному. И тем более не пожелаешь ребенку...

Слышу шаги, цокот каблуков по белоснежному кафелю. Поворачиваю голову, и, кажется, моя челюсть только что пробила пол, нахуй. - Вот же блять, - произношу в сердцах, усаживаясь глубже на стул, и вообще, кажется, пытаясь пересесть на следующий, тот, который подальше от входной двери и, соответственно, испанки.
В моей голове могло бы быть много вопросов... Например, как меня угораздило? Или... сколько Агате лет? Неужели это её сын? Или, может быть, все-таки брат, потому что выглядит она слишком молодой для того, чтобы иметь такого взрослого сына... Мне становится ясно, почему голос на том конце трубки показался мне смутно знакомым. Я могла бы задать себе все эти вопросы, но не успеваю, в голове только отборный мат, и мысли мечутся по черепной коробке в очевидной панике.
Я не видела Агату уже... Хуй знает сколько, если честно. Давно. С тех пор, как я стала работать на новой студии, и с тех пор, как ошивалась рядом с мафией, прошло уже очень много времени, и я не рассчитывала в ближайшее время пересечься с Тарантино. Вот же не повезло... Испанку я, откровенно говоря, побаивалась. Она была не ебанутая, конечно, но явно без царя в голове, особенно когда злилась. Невольно вспоминаю, как она переехала Сонни автомобилем, и у меня мороз по коже. Не повезло ублюдку сбить именно этого ребенка. И не повезло мне, блять, оказаться рядом, ну как так Лола, почему ты вечно влезаешь во всякую хуйню??

Агата бежит, а затем я опомниться не успеваю, как уже прижата к стенке. Кидаю испуганный взгляд на мужика, который её сопровождает, но он смотрит на меня исподлобья и я понимаю, что помощи от него ждать не приходится. Странно, но я совсем не злюсь на Агату за то, что она орет на меня и, очевидно, считает, что я что-то сделала с её сыном. Мне её жаль...
- Ничего я не делала с твоим сыном, - морщусь, вжимаясь в стенку, и изо всех сил уговаривая себя не отпихивать Тарантино. Меня бесит, когда со мной так обращаются, но и нарываться я тоже не хочу. - Он ехал на велосипеде, я кофе пила в кафе. Потом смотрю, какой-то еблан на джипе сбил ребенка, валяется на асфальте, рядом велосипед покареженный, - осекаюсь, понимая, что вряд ли стоит прямо в таких подробностях описывать случившееся. Агата выглядит сейчас просто отстойно, того же неестественного бледного цвета, что и её сын. - В смысле.. лежит. Лежит на асфальте. Я вызвала скорую и позвонила тебе, затем приехала сюда с ним, он в реанимации вот за это дверью, поговори с врачом лучше. Я понятия не имела, что это твой ребенок! - я не могу пятиться, позади меня стена, но зато могу по стеночке отходить потихоньку куда-то в бок и надеяться, что она меня отпустит. - Агата, поговори с врачом! - произношу уже совсем строго, в надежде, что она послушает меня и все-таки отпустит. Ну неприятно пиздец, отвали, а?

+1

6

С каждым сказанным словом девушки в моей голове рисовалась эта ужасающая картина.
- Он ехал на велосипеде, я кофе пила в кафе. Потом смотрю, какой-то еблан на джипе сбил ребенка, валяется на асфальте, рядом велосипед покареженный
Я словно оказалась на месте Лолы в своих мыслях. Вот сижу у окна милого кафе, по ту сторону организованы клумбы с цветами. И все бы хорошо, если бы этот чудный ланч не омрачила пугающая авария.
Ехал на велосипеде, сбил джип... С какой скоростью мог ехать мой сын? И как сильно пострадать от удара? От этих вопросов начинает кружиться голова, поэтому мои пальцы вжимаются в девичьи плечи еще сильнее, но уже лишь для того, чтобы не навернуться. Я не слабая, я не падаю в обморок, просто вся эта информация накатила на меня такой дикий выплеск адреналина, что сердце едва не рвется на части. И слова Лолы доносятся из какой-то пелены, пытаясь перекричать отчаянное бум-бум-бум в висках.
- Агата, поговори с врачом!
- Да... да, поговорю - неохотно разжимаю ладони и отпускаю руки. Получается, что Хантер вроде как и услугу оказала, если говорит правду. Она, значит, свидетель и поможет отыскать ублюдка, если, конечно, его уже не взяли. Но эти мысли играют на заднем фоне, потому как основной вопрос, звучавший в голове, это "Как там мой ребенок?". И самая главная фраза, мельтешащая, это молитва.
Доктор сейчас занят операцией, поэтому я не стану врываться в операционную и кричать имя своего сына. Мне придется ждать, и это самое ужасное. Когда, кроме ожидания ничего не можешь поделать.
Губы пересохли и я облизываю их, надолго поджимая нижнюю губу. Опускаюсь на стул по другую сторону от рюкзака. Кое-где грязный, в пыли, только подтверждает то, что ему пришлось валяться на грязной земле. Я бережно отряхиваю пыль и теперь уже зубами впиваюсь в губу, чтобы не разреветься.
- Давай помогу - видя мое состояние Клинтон забирает у меня рюкзак и закидывает себе на плечо. Я по-прежнему смотрю в ту точку на уже опустивший стул.
- Лола, у тебя есть сигареты? - конечно есть, эта малявка курит, я знаю - Не хочешь покурить? - заодно и меня угостить.
Я встаю на ноги, намереваясь проделать обратный путь до первого этажа. Кроме спасения в никотине, мне необходим и глоток свежего воздуха. Хотя вряд ли воздух на улице можно назвать свежим...
- Ты знаешь как давно его привезли? Сколько он уже там? - оглядываюсь на запертую дверь реанимации с включенной световой табличкой "идет операция". Мне хотя бы понять сколько еще ждать. Только чем мне эта информация поможет?
Что нужно сделать за это время, так позвонить Декстеру. Но для начала выкурю сигарету. А Кортес пусть лишние десять минут поживет в спокойствии. Потому как последующие дни или недели будут для нас ужасны. И я молю богов, чтобы этот ужас не затянулся на годы и мне не пришлось оплакивать ребенка.

+1

7

Наверное, я была к Агате слишком жестока и нетерпима. Она представлялась мне человеком, сделанным из стали. Суровая испанка вынесет все тягости судьбы, которые на неё свалятся. Упадет, затем поднимется, отряхнется, а затем пойдет дальше. В этом мы, наверное, были с ней похожи, хотя мне до её уровня еще очень далеко. Я не знаю, какая жизнь была у Агаты, через что она прошла и что пережила, однако какой-то... жизненный опыт, что ли, читался в её взгляде, в движениях, это было даже в её походке. Хах, не ожидали от меня такой наблюдательности, да?
И всё же, у каждого человека был предел. Можно встать, отряхнуться и пойти, когда что-то случается с тобой, а ребенок - совсем другое дело. Не знаю, мне сложно даже представить, что сейчас испытывает Агата. Одна из причин, по которой у меня детей никогда не будет.
Мы сидим рядом, и на Агате лица нет. Сижу рядом и почему-то не ухожу. Наверное, когда первичный шок пройдет, она начнет задавать вопросы? Аккуратно поглядываю на часы, торопиться мне больше некуда, пару я благополучно проебала. Вселенная явно не хочет, чтобы я закончила университет.
Мне неловко, неуютно, неудобно. Кидая взгляд на мужика рядом, он, по-моему, чувствует себя точно так же. Интересно, кто такой? Бодигард, или новый хахаль? Давно не общалась с Сонни, они уже всё, не вместе? Хотя какая разница.

Облегченно выдыхаю, когда Агата предлагает покурить: хоть как-то разрядить напряжение. Киваю и поднимаюсь со стула: - Пойдем. Не знала, что она курит, но, наверное, в таких ситуациях курят абсолютно всё. Снова смотрю на часы, теперь уже для того, чтобы ответить на вопрос Агаты. Смотрела на них две минуты назад, но уже забыла об этом...
- Примерно полчаса. Наверное, уже скоро закончат. Пойдем, - мне ужасно жаль, что свидетелем оказалась именно я, а не какая-нибудь сердобольная, заботливая дамочка. Такая наверняка знала бы, что сказать в такой ситуации, и как утешить. У меня с утешением явные проблемы, и больше всего, в подобных ситуациях, мне хочется сбежать, оставив человека наедине со своим ужасом.

Мы на улице, и я протягиваю Агате пачку, затем подношу зажигалку. Сама тоже закуриваю, на душе погано, какой-то пиздец происходит. Жалко пацана... Особенно теперь, когда он, оказывается, не совсем левый с улицы. Неожиданно даже для самой себя, нахожу нужные слова: - Ты не переживай так сильно, всё хорошо будет. Машина не быстро ехала, и ударила не сильно. Врачи с такими случаями легко расправляются, - произношу спокойно и уверенно, ободряюще улыбаюсь. Черт его знает, что у меня там с актерскими способностями, но получается, вроде, уверенно. Само собой, я не видела, как быстро ехала машина, и не видела, как пацана сбила машина. Всё, что я видела - это результат. Авто и рядом, уже на асфальте, ребенка. Но Агате не обязательно об этом знать.

Это всё, не буду говорить слишком много, чтобы не переусердствовать. Докуриваю, а затем вдруг замечаю неподалеку врача, он в каком-то забавном халате, шапочке, и минуту назад его здесь еще не было. Щурюсь, потому что лицо кажется знакомым. Хуевая память на имена, но идеальная на лица. Хоть раз в жизни пригодилось...
- По-моему этот тот врач, которого я видела около реанимационной, - указываю на мужчину вытянутой рукой, между пальцев зажата сигарета. - Может уже всё? Наверное мы ушли, а следом сразу он вышел, - это обнадеживает. Если операция уже закончена, то длилась всего полчаса, и ничего серьезного. Или ребенок умер... Но об этом я почему-то не думаю.

+1

8

Оказавшись на улице Лола сама предложила мне сигарету, так что просить не пришлось. Для меня сейчас каждое слово дается с трудом и кажется, что если начну говорить, то на каком-нибудь слоге могу дать слабину. Оставалась надежда, что я все-таки зря переживаю и авария была действительно небольшой. Ну наложат ему гипс на руку, а через неделю снимут...
Но с Аароном никогда не случалось ничего подобного. Да, он влипал в неприятности, хулиганил в школе, дрался с другими мальчишками, но всегда невзгоды обходили его стороной. И такое чувство, что в этот раз Судьба решила взять с него по полной. Это было словно сообщение, злорадство Всевышнего "я же столько раз тебя предупреждал..."
- Ты не переживай так сильно, всё хорошо будет. Машина не быстро ехала, и ударила не сильно. Врачи с такими случаями легко расправляются
- Десять минут назад ты говорила другое - хмуро заметила я, вспоминая слова Хантер возле операционной: покореженный велосипед... валяется на асфальте...
Я снова сделала затяжку, понимая, что вредная привычка вернулась ко мне. Покуривать я начала еще до сегодня, но в малых дозах, но именно сегодня уже получила столько никотина, что аж голова начинала кружится. Во всяком случае лучше так, лучше я буду думать о количестве скуренных сигарет, нежели о том, что происходит в данный момент в реанимации.
- По-моему этот тот врач, которого я видела около реанимационной. Может уже всё? Наверное мы ушли, а следом сразу он вышел - я слежу за рукой девушки, она указывает на мужчину. Врач тоже вышел покурить, скромно стоят вдали от нас. На его лице было написано "не трогайте меня", оно выражало усталость. Но в данном случае тактичность проявлять я не намерена. Впрочем, тактичность вообще не мой конек.
- Хм. Сейчас спросим - и я приблизилась к доктору.
- Вы сейчас оперировали мальчика? Его машина сбила... Я его мать. Что с ним? - выбрасываю сигарету в урну, чтобы сконцентрировать внимание на диалоге.
- Здравствуйте. Операция еще идет, у мальчика многочисленные переломы обеих ног, легкое сотрясение. - мужчина посмотрел на свою сигарету, после чего добавил, чтобы не возникло вопросов, а раз операция идет, то что он забыл здесь? - Операцию продолжил другой врач. Мистер Геллер.
- И насколько все плохо? - я глянула на Лолу, чтобы глазами сказать "а ты говорила "ничего страшного". Многочисленные переломы ног не тянут на то, что все будет хорошо. Как минимум, Рону придется носить гипс месяц.
- Доктор, только давайте честно. - серьезно сказала я. Уж лучше сразу узнать как обстоят дела, чем надеется на лучше, а по завершению операции получить ужасную новость.
Мужчина помолчал, было видно, что подобные разговоры он не любит. Но ничего не поделать, это часть его работы. - Скажу так, опасность миновала, но готовьтесь к тому, что ребенку потребуется длительная реабилитация. Его кости еще растут, поэтому надежда, что он еще будет ходить, есть.
Мысли, что Рон не сможет ходить я вовсе не допускала. Поэтому сейчас, даже когда врач озвучил риски, я не могла понять как это. Такое несчастье просто не может произойти в моей семье, с моим ребенком.
Мне кажется, что происходящее вокруг не реально. Сон. Кошмар. Кажется, что тело не принадлежит мне, а за всем происходящем наблюдаю с трех метровой высоты. Я была не я.
- Дай... это... дай... - я жестом пытаюсь изобразить сигарету, тыча пальцем на зажатую между палец сигарету у Лолы.
Надо делать что-то дальше. По горячим следам искать негодяя, сообщать в полицию, звонить Декстеру. Но на все это нет сил. Я просто не знаю за что сейчас хвататься, поэтому хватаюсь за плечо Хантер.
- Пока тут это все... когда все закончится... короче, подумай хорошенько что ты видела, кого видела. Мне надо найти эту гниду... -и чуть тише и от этого пугающе и кровожаднее, добавляю - ... раньше, чем его найдет полиция.

+1

9

- Конечно. Я когда его увидела, перепугалась как не знаю что, я теперь вот пришла в себя и могу оценить то, что видела, - пожимаю плечами, затягиваясь в очередной раз. В подобные моменты курить хочется не переставая, ты вроде бы втягиваешь в себя сизый дым, наполненный никотином, держишь в себе, в желание курить никуда не девается. Сигареты сжигается до самого фильтра, а затем из пачки достается новая. Это происходит на автомате, даже не замечаю, как руки сами вытаскиваю коробку с красной крышкой из кармана.
Я не уверена, что делаю все верно. Может быть, мне не стоило давать женщине ложную надежду, может ей было бы легче принять всё так, как есть. Если может быть вообще что-то легкое в принятии того факта, что твоего ребенка сбила машина... Может быть, но я не знаю, как вести себя в таких ситуациях, а еще надеюсь, что никогда толком не узнаю.

Я думала, Агата даст мужчине хотя бы докурить. Он отворачивается от нас, демонстративно смотрит в другую сторону, и явно видно, что не хочет ни с кем разговаривать. Делаю очередную затяжку и щурюсь, разглядывая его. Было в моей жизни время, когда я хотела стать врачом. Потом я почему-то передумала, но сейчас, когда вижу это довольно молодое лицо, испещренное морщинами, в грустными, глубоко посаженными глазами, начинаю понимать, почему не решилась учиться на медицинском.
Держусь сзади испанки, так, чтобы меня было не очень хорошо видно, но чтобы я, при этом, всё слышала.
- Fuck... - выдыхаю чуть слышно, когда врач рассказывает о травмах мальчика. Где-то на краю сознания мелькает мысль: хорошо, что я не стала сама поднимать его и тащить в машину, хорошо, что вызвала скорую. С такими травмами, я могла сделать ему только хуже. Хотя, казалось бы, насколько хуже... Поджимаю губы, ощущение поганости на душе только усиливается, и только остается догадываться, как же хреново прямо сейчас Агате.

Я не могу похвастаться каким-то офигенным знанием мимики испанки, даже характер её знаю только отчасти, в основном те его стороны, которые касаются агрессии и вспыльчивости. Но мне кажется, я никогда не видела девушку в таком состоянии. Поспешно протягиваю ей свою сигарету, хотя это уже больше похоже на окурок. Делаю несколько шагов назад, и достаю из пачки очередную сигарету, какую там по счету? Прикуриваю, а затем осторожно вкладываю в пальцы испанки, вытаскивая из них мой окурок. Она умудрилась за одну затяжку сжечь одну третью сигареты, в общем-то, всё, что от неё вообще оставалось...

- Спасибо, - произношу, обращаясь к врачу, когда Агата уходит в сторону. Затем догоняю её, вглядываюсь в лицо и киваю. - Лады. Постараюсь вспомнить, - почему-то, от её последнего уточнения, у меня мороз по коже. Хотя и поддерживаю её в этих кровожадных мыслях. Одно дело - сбить ребенка и остаться, вызвать скорую, хвататься за голову и переживать, извиняться перед родителями и предлагать помощь. Совсем другое - даже не выйти из машины и смотаться, в надежде, что пронесет. Стараешься не думать о том, что, наверное, поступила бы точно так же, как этот мужик.

В конце концов, мы поднимаемся обратно на этаж. Бугай Агаты преданно стережет дверь в операционную, но она вдруг открывается, и каталку вывозят, куда-то везут. У меня екает сердце, и я задаю вопрос даже раньше, чем это делает испанка: - Куда вы его везете? - в голосе не слышатся истеричные нотки, конечно, но что-то очень близкое определенно есть. Вся эта гнетущая атмосфера здорово повлияла на меня.
Но оказывается, что всё в порядке. Его просто перевозят в палату, потому что операция закончена, и теперь ему нужен покой. Мы ждем еще какое-то время, а потом врач разрешает пойти к нему. Мне немного неудобно, но я все-таки спрашиваю: - Агата, можно мне тоже.. туда?
Я уже забыла, как выглядит Аарон, и теперь поражаюсь тому, каким мелким и щуплым он выглядит. Еще не пришел в сознание, то ли после удара, то ли после анестезии, или что там ему кололи. Выглядит не очень хорошо, но хотя бы жив, и монитор показывает какие-то цифры, не разбираюсь в них, но они кажутся мне успокаивающими.

- Смотри, по-моему он просыпается... - я вижу, как шевелятся веки, и как он пытается поднять руку, хотя пока может только пальцами шевелить. Не решаюсь что-то говорить еще, или обращаться в Аарону, и только растерянно смотрю на Агату.

+1

10

Выкурив еще по одной сигарете, мы с Лолой решили возвращаться назад. От никотина и свалившихся новостей я была белее снега, но пока еще держалась. Наверное, это шоковое состояние. Осознание всей трагедии и печали придет ко мне ночью, когда останусь одна под одеялом в свой квартире.
Возле операционной пришлось ждать еще пол часа. Это время тянулось вязко и лениво, словно проверяло наши нервы на прочность. Как будто мы и так недостаточно перенесли.
Наконец дверь, толкаемая каталкой, отворилась. На койке лежал мальчик, который в бессознательном состоянии и с ссадинами на лице казался совсем маленьким. Он был укрыт по грудь белой наволочкой, а медсестра везла рядом с ним капельницу.
- Куда вы его везете? - спросила Лола, которая все это время составляла нам компанию. К моему удивлению в данной ситуации она вела себя достойней, чем я могла предполагать. Ведь из предыдущего общения с девушкой я сделала вывод, что она легкомысленная, испорченная и извращенная. Та, кто не знаком с чувством такта и на похоронах могла бы дико заржать. Но в данной ситуации она показала себя иначе. То ли Хантер действительно в сложной ситуации могла собраться и откинуть свое ребячество, то ли она была тише воды и ниже травы потому что рядом была я.
- Операция завершена. Мы перевозим его в палату. - сказала медсестра.
Вместо вопроса врачам я лишь вздохнула и последовала за ними. Аарона устроили в отдельной палате люкс, где он должен отойти от общего наркоза и провести в больнице от двух до трех недель. Пусть это время будет для него наиболее комфортно, с телевизором.
- Агата, можно мне тоже.. туда?
- Нуу... хорошо - киваю. Не знаю зачем она рвется туда, может из любопытства или ей действительно небезразлично, но я посчитала, что хуже не будет.
Палата Рона была светлая, уютная (насколько может быть уютно в больничных стенах), с небольшим диваном и жк-телевизором. Надеюсь сыну будет здесь комфортно, хотя я бы не желала оставаться в этом месте, где пахнет хлоркой и лекарствами, дольше, чем на три дня.
Испанец начал отходить от наркоза, лениво шевеля пальцами и дергая веками. Я с тревожным лицом наблюдала за его пробуждением, разглядывала его загипсованные ноги, укрытые одеялом, и гадала что будет дальше.
- Аарон? - беру его руку. Холодную и ватную. Сверху кладу вторую ладонь.
- Аарон? - снова зову ребенка. Он нехотя открывает глаза и смотрит в потолок. Молчит, что аж пугает. Я оборачиваюсь и вопросительно переглядываюсь с Джозефом и Лолой. Не знаю как реагировать и общаться теперь с сыном. Мне придется сказать, что ему заново придется учиться ходить. А такую весть даже взрослому человеку сложно сказать...
- Мам - протяжно зовет меня сын. - Где я? - он оглядывается пока еще спокойно, но серьезно. - Ммм - в следующую минуту скривился испанец и попытался сесть, но так как тело не отошло полностью от наркоза, это не получилось. - Больно.
Я лишь могу в ответ погладить его по испачканным волосам, так как не знаю что ответить.
Дверь платы резко открывается и в комнату широким и резвым шагом входит Декстер. Он безразлично окидывает взглядом присутствующих, а затем устремляется к сыну.
Декстеру я позвонила как раз тогда, когда мы сели во второй раз ожидать окончания операции. Не знаю от куда ехал мужчина, но вид у него был запыхавшийся.
- Рон, привет. Как тебя угораздило? - Кортес пытается разрядить обстановку, но налет усталости и обреченности ничем не скрыть. Поняв это, мужчина похмурнел.
- Я ехал на велосипеде, и... - Рон попробовал дать ответ отцу, но на этом застопорился, уставившись на Лолу. - Ты кто?

+1

11

Опасливо поглядываю на Агату, она такая бледная, что я боюсь, как бы она не свалилась в обморок. Только сейчас мне приходит в голову, что, может быть, несколько сигарет, одна за другой, для неё - не лучшая идея. Ладно я, готова поспорить, что мне сейчас даже в половину не так херово, как ей. Да что там в половину... На четверть! Переживу как-нибудь такие дозы никотина, но вот Агата... Впрочем, я побаивалась ей отказывать. Да и девочкой она давно не была, чтобы следить за ней.

Мальчишка потихоньку начинает просыпаться, а я оглядываюсь по сторонам. Где-то в глубине меня всё еще теплится любопытство, которые не может до конца задушить ни страх, ни переживания, пусть и за незнакомого ребенка. Вообще, это странно... Я всегда думала, что мне, в общем-то, плевать на чувства людей вокруг, на их судьбы. Люди погибали каждый день, а еще люди погибали по моей вине. Не каждый день, слава Богу, но случалось и такое. Я жила с этим грузом на душе, и жила спокойно, так что почему-то твердо была уверена в своей черствости. Кто бы мог подумать, а? Агата была удивлена моим поведением, точно так же, как я сама себе удивлялась прямо сейчас.
Здесь... уютно, что ли. Сдвигаю брови к переносице, когда эта мысль мелькает в мозгу. Глупости. В палате больницы не может быть уютно, тут страшно, пахнет лекарствами, и все вокруг с уставшими, грустными лицами.

Стараюсь не сильно пялиться, но вглядываюсь в лицо Агаты и надеюсь заметить хоть что-нибудь радостное. В смысле... Он же очнулся, да? Час назад она не знала, выживет ли он вообще, а сейчас вот он тут, рядом, живой и даже пытается разговаривать. Это должно её радоваться, но Агата выглядит всё такое же мрачной и испуганной. Наверное, всё не так просто, как я думаю.
Наблюдаю за этой сценой и мне становится неловко, словно я влезла во что-то личное, сокровенное. Зачем я вообще сюда поперлась? Надо было остаться снаружи, подождать в коридоре. Или вообще уйти...
Мне хочется что-нибудь сказать. Ободрить, может быть, сказать, что очень круто, что он жив, и я рада. Но не решаюсь, так как подозреваю, что могу сморозить какую-нибудь глупость. Все-таки, я еще не до конца избавилась от страха перед испанкой, и, скорее всего, никогда и не избавлюсь.

В палату заходит мужчина, и первый вопрос, который возникает у меня в голове: какой он национальности? Выглядит очень... по-Агатовски, что ли. Или по-Аароновски. Перевожу взгляд на мужчину, который был с нами всё это время, пытаясь догадаться, кто есть кто. Так значит, это хахаль? Или вон тот? Хотя нет, наверное, вот этот, который новый - это отец, иначе зачем бы ему приходить? По мужчине видно, что он переживает и точно так же напуган. Снова становится неловко.. Настолько, что я чуть не пропускаю вопрос Аарона.
- Привет, маленький чувак. Я - Лола. Это я тебя нашла на дороге и позвонила в скорую. Можешь называть меня Спасительницей! Или героиней, как тебе больше нравится, - я улыбаюсь и встаю, широко расставив ноги, грудь колесом, руки в бока. Короче, принимаю такую позу, в которой, по моему мнению, должно стоять Спасительница и Героиня.
- По шкале от одного до десяти, на сколько хуев... больно? - прищуриваюсь и наклоняюсь к нему поближе, подхожу теперь вплотную к койке. Не знаю, может я несу какой-то несусветный бред, но не могу смотреть больше на эти грустные, испуганные лица. Если с утешением у меня есть какие-то проблемы, то с разряжением обстановки - никаких совершенно.

+1

12

Когда Аарона перевели в его палату, то у меня отлегло на душе, ведь он жив! Нет, другого расклада я и представить не могла. Ни на секунду не задумывалась, что моего ребенка может не стать. Я переживала за полученные им травмы, за ту боль, что он испытал и будет испытывать, за возможные осложнения, но почему-то я не рассматривала того, что сын мог бы умереть. Возможно, это своеобразный механизм защиты. Обычно он есть у подростков, когда они думают, что возвращаясь домой в первом часу ночи по неблагополучному районы с ними ничего не случится. Это то чувство, которое заставляет нас смотреть на вещи не трезво и думать, что если где-то и есть зло, то меня-то оно обойдет стороной. Со мной не скрою, много дерьма случалось, но из всего я умудрялась выбираться. Не всегда целой, но зато живой. Я полагала, что этот "иммунитет" передался по наследству и Аарону. Может поэтому он и жив сейчас? Только вот ноги...
Предстоит долгий и тяжелый разговор с врачом, но пока что я не спешу убегать, а хочу побыть с Роном. То же чувство разделяет и Декстер, который хоть и знает и понимает меньше, но расстаться с ребенком не готов. Сейчас мы нужны маленькому испанцу.
- Привет, маленький чувак. Я - Лола. Это я тебя нашла на дороге и позвонила в скорую. Можешь называть меня Спасительницей! Или героиней, как тебе больше нравится - Лола похоже, что позаимствовала позу у Супермена. Но сейчас она пыталась разрядить обстановку, так что и Супермн, если поможет, то пусть останется.
- По шкале от одного до десяти, на сколько хуев... больно? - я внимательно смотрю на Рона, ожидая его ответа.
- Сем... шесть - вяло сказал ребенок. В то, что его самочувствие соответствует семи я больше поверю. Но стоит похвалить мальчишку за стойкость, что даже в такой поганой ситуации он держится. Или просто ему понравилась Лола, что меня не особо обрадует.
- Шесть - это отлично - я улыбнулась и встала на ноги - Воды хочешь? Я до кафе спущусь. Кому-нибудь что-нибудь принести? - смотрю на каждого из присутствующих. Декстер даже не удостаивает меня взгляда, а озадаченно разглядывает своего сына.
- Нет, я уже поеду - говорит Клинтон, который собирается вернуться обратно на склад. По-хорошему и мне надо бы, но, думая, мужчина поймет, что ему вновь придется взять все рабочие вопросы на себя.
- Лола? Хочешь перекусить? - предлагаю девушке составить мне компанию, а заодно дать ребенку прийти в себя, да поговорить с отцом.
В составе из троих человек мы покидаем палату, чтобы спустится до кафе, где нас уже останется двое.
- Спасибо, что не бросила его там. Не думала, что тебя беспокоит хоть кто-то, кроме себя. - это типа комплимент в сторону Хантер. - Что будешь? Пирожное? Или тебе за фигурой следить надо? - она ведь еще снимается в порнушке? Наверняка, с ней заключили какой-то контракт на небеременность и фигуру? Или в таком бизнесе на счет этого не парятся?

+1

13

- Это очень круто, что только шесть, - я предпочитаю не заметить то, что он почти сказал семь, но затем передумал. - Ты крутой, уверена, если бы я была на твоем месте, то сказала бы, что десять или девять, - улыбаюсь ему и замечаю, что детям врать как-то намного проще, чем взрослым. Или просто вся эта ситуация меня настолько вымотала и заебала, что я готова изобразить какой угодной финт ушами, лишь бы мне, и людям вокруг, стало лучше. А я вру прямо сейчас, да. Скорее всего, если бы со мной такое случилось, я бы послала с таким вопросом нахер, а затем начала истерить из-за того, что не могу пошевелить ногами. Интересно, он их хотя бы чувствует? По-моему, даже чувствовать боль - лучше, чем не чувствовать ног вообще.
Понятия не имею, откуда это всё во мне берется, эти реплики, улыбки, баловство. Никогда не думала, что могу вести себя вот так, и считала, что боюсь детей, не могу с ними общаться. Наверное, у меня просто не было шанса раскрыть свой потенциал. Детей я опасливо избегала, а Табита... ну, Табиту сложно было назвать нормальным ребенком, уж очень озлобленной она была. Слава Богу, мне не пришлось слишком долго с ней возиться...

Безымянный мужик прощается и уходит, совершенно спокойно и обыденно, даже не целует Агату в щеку на прощание, и я окончательно убеждаюсь в том, что он - никакой не хахаль. Не знаю, с чего я вдруг так заинтересовалась личной жизнью испанки. И с Сонни уже фиг знает сколько не пересекалась... Вообще, практически, затворническую, спокойную жизнь жила. Ну да, как же...
- Хочу, - киваю, может быть, слишком поспешно, и это выдает моё желание как можно скорее смыться из палаты, а заодно и из больницы. Вряд ли, наверное, можно найти такого странного человека, которому бы нравились больницы, чем дольше здесь находишься, тем сильнее ощущение, что стены вокруг давят и не пропускают воздух. Приду домой и первое, что сделаю: полезу в душ, и долго оттуда не вылезу, желание смыть с себя этот запах очень навязчивое.

- Ну... Что я могу сказать? Я полна сюрпризов, - усмехаюсь, ничуть не задетая репликой Агаты, и тем, что она, по всей видимости, считала меня черствой, эгоистичной сукой. Ну разве можно было её винить за это? Я вот по поводу испанки то же самое думала, и у меня даже закрадывались подозрения, что именно поэтому мы так друг другу "нравились". Но прямо сейчас всё, вроде как, хорошо... Ну, между нами. И я рада, что она больше не пытается вытрясти из меня дух, как в коридоре, в самом начале нашей встречи.
- Вообще-то да, надо, но у меня такое ощущение, что кусок в горло не полезет. Хочу кофе, а лучше, чтобы он был по-ирландски, - вот таким красивым, приличным названием я прикрываю кофе с бухлом и своё желание нажраться, хотя еще даже трех часов нет, кажется. Но это ничего страшного, вовсе не алкоголизм в стадии зародыша, а желание поддержать организм после такого стресса. Быстро пролистываю меню, кофе с виски есть, а просто виски, без кофе, нету. А жаль... Ну и ладно.
Присаживаюсь за столик и тыкаю пальцем в интересующую меня картинку, когда подходит официант. Игнорирую его красноречивый взгляд, и вытаскиваю из сумки фальшивые водительские права, на которых моё имя, моя фотография, но лет мне не девятнадцать, а двадцать один. Всё, отпали вопросы? Да, я собралась бухать средь бела дня, хотя выгляжу как школьница, незачем на меня так смотреть.
- Что ты будешь делать? Реально хочешь найти раньше копов? По-моему это будет не трудно сделать, меня до сих пор толком никто не опрашивал. Но я расскажу тебе всё, что вспомню. Тюрьма для такого урода - слишком мягкое наказание, - последнюю фразу я говорю, кажется, слишком громко, потому что сидящая за соседним столиком парочка, подозрительно на нас косится. Упс! Выдавливаю в адрес Агаты виноватую улыбку.

+1

14

- Вообще-то да, надо, но у меня такое ощущение, что кусок в горло не полезет. Хочу кофе, а лучше, чтобы он был по-ирландски
- Это как? - честно говоря, не знакома я с ирландской культурой. Знаю, что у них там зеленые гоблины есть с золотым горшочком и все. Но вряд ли Хантер имела в виду кофе с привкусом золота. А вот если бы меня спросили про итальянскую кухню, то в знаниях я преуспела больше, чем в испанской. Как никак сказывается не только тесное общение с итальянской Семьей, но и работа в ресторане. Последнее в скором времени придется оставить, но я пока на этот счет не задумываюсь, так как не располагаю всей информацией о состоянии сына. И прежде чем полностью вникнуть во все это я хочу сделать вдох. Сделать глоток чая, успокоиться, дать возможность сердцу стучать 60 ударов в минуту, а не 120. Узнать плохие новости я всегда успею. Даже думаю, что когда вернусь в палату, то Кортес мне сам их скажет, успев поговорить с лечащим врачом.
- Ааа. Понятно как... - проследив взглядом Лолы в меню протянула я и улыбнулась. Для себя же выбрала чай с какими-то травками. А кусок, и правда, в горло не лезет, так что пусть будет только напиток.
- Что ты будешь делать? Реально хочешь найти раньше копов?
- Хочу - кивнула я. Меня не волновало кто здесь слушает меня. И дело не в том, что я не забочусь о безопасности, а в том, что все равно посетителям кафе не провести всей аналогии и ниточек до конечной цели. К тому же я не говорю в слух, что хочу убить человека. Только подразумеваю...
- Наверняка какой-нибудь из водителей заснял момент аварии на регистратор. Другое дело, что если этого типа объявят в розыск, тачку он бросит. Но зато у полиции будет его имя и портрет. - только насколько хорошо работают копы? Они разошлют ориентиры по всем постам, но так ли легко узнать человека в гуще серой массы? Другое дело, если происшествию дадут огласку и оно попадет на телевидение - тогда тут чисто из рекламных целей надо поймать преступника, чтобы доказать простым гражданам какая же славная и бдительная у нас полиция. Но на разглашение этой аварии я добро не дам.
- Я тоже думаю, что поймать его не составит труда... - и хорошо бы сделать это по горячим следам, чтобы водила не успел свинтить куда-нибудь.
- Опиши мне машину. Какого цвета она была? Модель? - я делаю глоток чая, подготавливая новые вопросы. - Окна были затонированы? Водителя видела? Это мужчина или женщина? Может на тачке была вмятина или рисунок? - надеюсь, что Лола достаточно хлебнула своего ирландского виски и готова отвечать на вопросы. Не хочу тянуть время и ходить вокруг да около. Ведь ее воспоминания произошедшего могут стереться как раз из-за этого кофе. Я бы тоже с удовольствием сейчас закинулась чем-нибудь крепким, но еще весь день впереди. И что-то мне подсказывает, что он не будет легким... Так что полагаемую для себя бутылку я оставлю до вечера. Хотя стоит сегодняшнюю ночь провести с сыном в больнице. Ему явно в первые дни из-за всего будет не комфортно и страшно. Пусть он чувствует себя на "шесть" и держится молодцом, он все-таки ребенок. Мой ребенок.

+1

15

Чуть удивленно вскидываю брови. Я вот как-то даже не думала о том, что кто-то в современном мире может не знать о том, что из себя представляет кофе по-ирландски. В смысле... Это же ирландцы! Когда добавляешь к чему угодно слово "по-ирландски", то понимаешь: оно будет либо зеленым, либо как-то связано с бухлом. А может, и то, и другое одновременно. Так что, если бы мне сказали, например, про какое-нибудь "одеяло по-ирландски", я бы живо представила у себя в голове зеленое одеяло, вымоченное в виски. Впрочем я, наверное, слишком строга с ирландцами, или просто очень много времени провожу в пабе у Джека, где ирландцев куча, и всё вертится вокруг выпивки. Да и вообще, ирландцев в Сакраменто развелось столько, что в пору нас называть Бостоном западного побережья. Люблю эту тему...

Делаю несколько крупных глотков, а затем закрываю глаза, прислушиваясь к собственным ощущениям. Горячая жидкость ползет по пищеводу вниз, я чувствую её перемещения, но тепло это не теряется, как случилось бы с обычным кофе, а разрастается в животе приятным жаром. Вот теперь можно жить и разговаривать... Жаль, что нельзя было постоянно поддерживать какой-то определенный, небольшой уровень алкоголя в крови. Жизнь была бы намного интереснее, веселее и легче. И куда подевался весь мой энтузиазм по поводу примерного поведения, хорошей учебы и так далее?

- Если честно, я не помню там машин. Время не обеденное, будний день, все на работах, не понятно вообще, чего этот выполз... Хотя круто, его, в таком случае, легко можно будет отследить по всяким городским камерам, - отхлебываю из чашки еще немного кофе, а затем отставляю её в сторону. Я с огромным удовольствием бы выпила всю чашку залпом, у меня даже рука к ней тянется, если честно. Однако вряд ли я после этого смогу адекватно разговаривать и быть полезной. Не хватало еще Агате, после всего пережитого, возиться с пьяной мной.

- Так... Ну это был джип. Точно помню, что черный. Не сильно крутой, ну, знаешь, не какой-нибудь Кадилак Эсколейд, попроще. У него на жопе по-моему такие колесики были, ну знаешь, эмблема. Правда я не знаю, точнее не помню, как называется эта марка.. Стекла тонированные, но только сзади, спереди ничего такого не было, - прикрываю один глаз, пальцем ковыряю ручку чашки, и стараюсь как можно отчетливее представить себе ту машину. У меня было не так уж много времени, чтобы разглядеть её, но я сделала это машинально, прекрасно понимая, что информация мне дальше пригодится. - Рисунков точно никаких не было, хотя я помню царапину на боку. Я еще подумала, что она выглядит точно так же, как царапина на твоей машине, которую я угнала, кхм, - хуй его знает, это действие алкоголя, или мне неловко вспоминать наше с Агатой знакомство, но я краснею. - Было плохо видно, но мне показалось, что за рулем мужик... А дальше сознание подкидывает воспоминание, которое ну вообще я от него не ожидала: - В номерах точно были буквы L и О, я запомнила, потому что это типа как моё имя... - ну ничего себе, это я чего, полезная что ли? Столько информации вспомнила. Пожалуй, можно вознаградить себя остатками кофе...

- И ты реально можешь его взять и найти? Вот так просто? В смысле... У тебя достаточно связей для этого? - я даже не пытаюсь скрыть возмущение, а потом начинаю вести себя совсем уж по-детски: - Возьми меня с собой!

+1

16

Нахождение в кафе и создание более-менее спокойной и привычно обстановки позволило Хантер лучше сконцентрироваться и в закромах своей памяти найти сегодняшний отрезок времени. Мне казалось, что я даже вижу как шевелятся ее волосы в следствии активного думания.
Девушка дала детальное описание автомобиля. Это было больше, чем я ожидала. С такими отличительными особенностями машину будет найти не трудно. Но, опять же повторюсь, что надо найти не только джип, а и водилу.
- Ты много смогла запомнить - констатировала я факт и сделала глоток чая. Довольно сложно трезво вникать в ситуацию и при этом не давать волю эмоциям. Потому что я сейчас на той грани, чтобы ни сорвать и не побежать на поиски. Прямо сейчас. Одной.
- Рисунков точно никаких не было, хотя я помню царапину на боку. Я еще подумала, что она выглядит точно так же, как царапина на твоей машине, которую я угнала, кхм
- Кхм. Да, у тебя действительно хорошая память - усмехнулась я, но не злобно. С момента той истории прошло два года и машину я продала. Сначала она стояла в гараже у Лео, а потом, поняв, что за руль кадилака я уже не сяду, выставила его на продажу. Сейчас эти деньги мне очень пригодятся.
- И ты реально можешь его взять и найти? Вот так просто? В смысле... У тебя достаточно связей для этого? - ой, какая любопытная. Лола так и норовила засунуть свой нос в те дела, куда девушкам ее возраста и поведения лучше не попадать - долго иначе не проживет.
- У меня есть друзья, которые помогут в этом - в данной ситуации без помощи Семьи мне не обойтись. И я знаю, что смогу рассчитывать на них, потому что это уже личное дело каждого члена Торелли.
- Возьми меня с собой!
- Что? Куда? - опешила я. Взять на поиски или на расправу? Как бы там ни было, ни там, ни там Лола присутствовать не может. Рвение девушки вызвано было скорее интересом, подогретым фильмами. Это ведь так опасно и так круто участвовать в разборках, находится на волоске от смерти и быть уверенно, что всегда выйдешь сухой из воды.
- Ты же понимаешь, что тогда мне придется тебя убить? - я улыбнулась, от чего фраза выглядела шуткой. Но надеюсь Лола поняла, что поговорка "в каждой шутке лишь доля шутки" как раз именно про этот случай.
- Давай телефона обменяемся. Если еще что-то вспомнишь, набери. - я достала мобильник и заклацала по экрану. - И если мне понадобится твоя помощь, то я тебе позвоню - подаю гудок на мобильный Хантер, после чего мы обе сохраняем номера в памяти своих телефонов.
- Мне надо возвращаться - оставляю в кружке чая на один глоток и встаю из-за стола. - До встречи - не знаю скорой или нет.
Прежде чем уйти в палату к сыну я приобретаю на кассе два стаканчика кофе с собой. Для себя и Декстера. А так же выпечку, чтобы Кортес перекусил. Правда, сомневаюсь, что он голоден. Скорее, как и у меня, кусок в горло не лезет.
Еще раз выхожу на улицу, чтобы стрельнуть сигарету и сделать один звонок. Пора начинать вендетту...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » truth be told, I don't mind.