В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Золотая клетка, любви не удержит


Золотая клетка, любви не удержит

Сообщений 41 страница 60 из 60

1

http://99px.ru/sstorage/41/2011/06/image_410706112056516611565.jpg

- - - - - - - - - - - -
Наследник престола Хорезмского царства и одна из его наложниц
Мурад и Лукреция
13 век
два года спустя после событий Тысяча и одна ночь
- - - - - - - - - - - -
Амин стал падишахом, как и предполагалось.
Теперь ему предстоит править царством, как это до него делали его предки, тогда как Фериде предстоит править гаремом и оберегать мужа от дворцовых интриг.
Но, как же дети?
Дети постепенно растут и им только предстоит сделать удивительный сюрприз всем вокруг - выросли! Пора уже постепенно входить в дела взрослых.

Отредактировано Tony Danziger (2016-05-14 14:37:49)

+1

41

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка наследного принца[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bum4.png[/AVA]Когда человек является по-настоящему счастливым и ничто не тревожит его думы и сердце, время имеет обыкновение лететь очень быстро и незаметно. В прочем, и без того особенного преподнесенного настроения, подаренного ежедневным счастьем и покоем, один день сменяет другой день без устали, заставляя его каждый раз таять на глазах с последними лучами солнца на закате, а после вновь поджигать Восток, словно свечу вечером. Но в своем безмятежном счастье очень легко затеряться, упустить тот критический выпад судьбы, после которого будет не просто оправиться. Не зря ведь говорят, что тот, кто высоко летает – очень больно падает, ведь лететь ему к земле весьма далеко. Однако ни единая примета не говорит о том, что оправившись после падения – его горький вкус уже не забудешь, и сделаешь все ради того, чтобы не повторить свою предыдущую ошибку.
Что же, белокурая венецианка прекрасно помнила то время, когда ей пришлось делить любимого мужчину с другой, в чем-то даже более успешной, казалось бы, на первый взгляд, соперницей, которой удалось то, чего не могла продолжительное время сделать сама Амира. Она не смогла понести дитя от наследника престола, не смотря даже на то, что они много времени проводили в покоях мирзы наедине, тогда как Эсме было достаточно всего нескольких ночей. Но, Аллах рассудил по-своему. Всевышний отнял у наложницы жизнь в тот же день, когда она родила на свет чудесную дочь. Хотя это не значило, что во дворце все смирились с волей Аллаха. Кто-то полагал, что здесь замешано колдовство и злой умысел венецианки, что приколдовала наследника престола, не говоря уже о том, что будучи бесплодной понесла дитя. Так неужели она не могла постараться так, чтобы и бедняжка Эсма испустила дух? Все эти сплетни, блудили коридорами дворца не один день и хорошо были известны Амире-хатун. Наложница принца даже была осведомлена в том, кто именно стал их первоисточником, но решила не предпринимать никаких серьезных деяний по этому поводу. Во-первых, она не желала тратить силы и эмоции на злых людей, когда в ее душе цвела радость из-за долгожданной беременности. Ну, а во-вторых, рабыня обнаружила удовольствие в другом, весьма благородном деле, которое она разумно позаимствовала у валиде своего возлюбленного мирзы. Хатун занялась благотворительностью и собирала священный вакф для обновления старинной лечебницы, тесно общаясь с женами местных вельмож, что также желали сделать доброе дело и оставить по себе след в Самарканде. И ведь наложница нисколько не забывала еще и о тех прошениях, которые каждый месяц она собирала у обездоленных женщин в мечети, куда они приходили за милостью с надеждой на то, что наложница принца сможет помочь им в их беде. И помогала. Правда, пока она была на последнем месяце беременности (лекарь поставил именно такой срок и предписал будущей матери проводить ночи в одиночестве, чем вызвал только негодование Амиры) о визитах в мечеть ей следовало забыть. И вместо этого Амира отправляла в город верную ей калфу. Ее целью было собирать прошения, пока верные и благодарные горожане молились за свою госпожу-заступницу.
Этим вечером наложнице спалось не так уж и хорошо, не смотря на то, что Мурад все-таки остался с ней и беспрерывно находился с ней рядом, обнимая свою единственную фаворитку и, даря ей нежные поцелуи, в которых ей хотелось бы забыться, если бы только не предостережение доктора, которого наследник слушался. Пожалуй, смерть Эсмы-хатун сделала наместника провинции слишком предусмотрительным, ведь даже до этого во время близости ему следовало тактично напомнить о том, что наложница и мать его будущего ребенка не из хрусталя, и желает более крепких объятий. Но, Амира не жаловалась на это. Она лишь тактично просила то, чего желало ее сердце, не замечая, насколько капризной стала в своих желаниях. Хотя, многие калфы и служанки лишь улыбались друг другу и говорили, что это очень даже естественно. Ведь, скорее всего под сердцем капризной женщины и зародился не менее требовательный наследник своего отца.
Когда Мурад обнял в постели свою белокурую венецианку, девушка осторожно, чтобы не потревожить дитя под ее сердцем, повернулась к нему и ответила на его поцелуй, пока ее пальцы взъерошили и без того растрепанные волосы любимого мирзы, которому уже следовало торопиться к своим обязанностям.
- Видит Аллах, когда-нибудь наступит этот день: может завтра, может быть послезавтра, и ты останешься со мной до самого полудня, а то и дольше, - мягко улыбнулась хатун своему господину, пока еще сонно щурясь. – Ты не знаешь, как я мечтаю о том, чтобы мы безмятежно смогли скоротать хотя бы несколько дней вдвоем, - добавила она, покачав головой, прежде чем ее возлюбленный снова подарил ей поцелуй, после которого и принялся одеваться. Не стала залеживаться в постели и Амира, решившая, что сможет отдохнуть в обеденное время, когда на улице буде неумолимая жара.
Она позвала свою служанку, при помощи которой и надела на себя халат до того, как кормилица принесла после завтрака маленькую принцессу, что с первых дней признала в любимой наложнице своего отца мать. Не смотря на то, что та и не могла кормить ее грудью, девочка все равно тянулась к главной женщине гарема своего отца, которая ожидала с нетерпением того дня, когда она все-таки назовет ее своей матерью. Увы, но пока еще девочку разве интересовали украшения ее названой матери, которые она с удовольствием рассматривала, и говорила о них ей что-то понятное лишь одной только ей. Так было и сегодня: малышка, прежде чем оказалась на руках у Амиры, потянулась к ней своими маленькими ручками. Ну, а после того, как заняла свое место на ее руках, она сразу же отыскала на шее матери тонкое золотое ожерелье с оберегом, которое она не снимала в последние дни, чем и насмешила наложницу. Пожалуй, следовало бы сказать, что маленькая принцесса Мейсуниса была во многом похожа на своего отца. Как и предвещала Амира, у девочки были красивые темные волосы, что завивались в дивные кудри, как и у Мурада. А еще у нее были красивые карие глаза, в которых можно было утонуть, настолько завораживали они. Но, пожалуй, самым главным было то, что девочка унаследовала мягкий характер своей матери. Она не только искала тепла и любви, но и сама дарила это окружающим ее.
- Возвращайся к нам поскорее, ты ведь знаешь, что мы ждем тебя с нетерпением, и нам мало того времени, которое нам остается, - потянувшись за поцелуем Мурада, Амира произнесла ему в ответ. После этого она лишь провела взглядом своего возлюбленного, приготовившись к самому обычному времяпровождению, которое неумолимо приближало тот час, когда она должна была уже привести на свет ребенка.
Но, день даже не собирался быть похожим на другие, и уже в скором времени наложнице это предстояло узнать. Амира действительно побывала в саду до того, как полуденная жара начала спускаться на Самарканд, после чего отправилась в свои покои, где и провела немного времени во сне. После этого она снова решила прогуляться, но тут ей и донесли о том, что во дворец прибыли гости.
- Сам сын великого визиря, брат наместница престола, Фарид-паша пожаловал к нам в гости, - доложил ага Амире, которая лишь тихо вздохнула. В своем деликатном положении она не могла принять званого гостя во время отсутствия Мурада, как и не могла занять его разговором.
- Позаботьтесь о том, чтобы Фариду-паше было предоставлено угощение и покои, в которых он сможет отдохнуть после путешествия, пока не вернется наместник, - распорядилась Амира, прежде чем заметила, как начинает мяться ага, переступая из ноги на ногу. – Что-то еще? – спросила она осторожно.
- Видите ли, наш гость привез еще дар для своего брата – нескольких наложниц, - не менее осторожно доложил ага, после чего отвел госпожу к тому балкону, из которого она и смогла разглядеть наложниц, привезенных Фаридом, и ужаснулась увиденному. Все наложницы до единой были светловолосыми, как на сама и, наверняка еще родом происходили из Италии.
- Что с ними делать?
- Отведите их на веранду, но пусть там не располагаются особенно – здесь они не задержатся надолго, - строго произнесла наложница, после чего отправилась обратно к своим покоям, где и стала дожидаться прихода Мурада.
- Ты слышал? Все вокруг говорят о том, что именно я повинна в смерти Эсмы. Будто бы я прокляла ее или наколдовала злую судьбу, как приворожила тебя, Мурад, - обратилась к наследнику престола Амира, стоило только ему войти в покои наложницы поздним вечером. На ее глазах блестели слезы, но их наследник не мог видеть, поскольку она отвернулась к нему спиной и уставилась на узорчатую роспись стен своей комнаты. – Они считают меня ведьмой, потому что я понесла дитя, будучи бесплодной,… но я молчала на все эти сплетни и слухи, не обращала внимания не на что, Мурад. Но, но теперь мне придется еще смириться с тем, что ты решил пополнить запас свих наложниц? Чем я заслужила такое? Что я сделала не так или ты боишься, что лишишься одной венецианки и хочешь перестраховаться, заведя себе еще несколько? – добавила она, повернувшись уже лицом к наместнику провинции, который явно не на такой прием ожидал от своей фаворитки, которая успела порядком накрутить себя и сейчас была на грани уже.

[SGN]http://funkyimg.com/i/2bFyb.gif[/SGN]

+1

42

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Тебе - все естество мое, тебе - и сон и явь,
Твори, что хочешь: боль мою убавь или прибавь.

Работы в лечебнице шли полным ходом, так что Мурад позволил себе задержаться на этой стройке, едва только закончил совет. Самаркандские сановники одобрили новый замысел по возведению дополнительных укреплений для стен города, так что теперь дело оставалось за малым - закончить перестройку больницы для бедных и затем приниматься за новое дело. И каждый раз, затевая какое-либо серьезное строительство и выслушивая возражения от своих советников, молодой принц напоминал им о грандиозном канале в Кяте что был три года назад благополучно достроен его отцом. Если позволит Всевышний, он будет снабжать водой оскудевшие земли вокруг Кят-калы еще многие-многие годы и благодарные потомки обязательно не раз поблагодарят доброго и справедливого падишаха за него. Ведь главная ценность как в пустыне, так и в высохшей степи - вода, без которой не может существовать все живое...
-Амира-хатун решила целиком и полностью взять под крыло эту лечебницу? -улыбнулся главный зодчий, едва только увидев наместника. -Благодаря тем средствам что ей удалось собрать, мы закончим все работы вовремя и после внутренней отделки, городские лекари вновь начнут трудится, помогая бедным и неимущим.
-Она не хочет оставаться в стороне, пусть даже сейчас ей надо бы поберечь себя, -ответил Мурад доброжелательно кивнув Фазлиддину. -Знаете, я подумываю о том чтобы написать в Гургандж великому мастеру ибн Сине - быть может, он пришлет для нашей больницы кого-нибудь из своих учеников? Я знаю что он уже стар, но не потерял былой живости ума и продолжает обучать искусству врачевания в одном из гурганджских медресе.
-Это замечательная идея, мой мирза! -не мог не воскликнуть мавляна. -Все знают как великий мастер спас Гургандж от черной немочи... и если в нашем городе станут трудится его ученики, то люди не раз скажут вам спасибо за этот великий дар.
-Мой господин, не сочтите за дерзость? -один из телохранителей Мурада подошел к нему и поклонился, ожидая когда ему будет позволено продолжить. -Мне только что доложили что из Бухары прибыл Фарид-паша - его проводят во дворец и устроят должным образом.
-Фарид приехал? -удивленно переспросил принц и усмехнулся после услышанной новости. Едва только этот бездельник и повеса услышал о том что Мурад поедет в Самарканд, то сразу заявил что никогда в жизни бы на такое не согласился. Одно дело - жить в столице, пусть даже мучаясь из-за навязанных матушкой уроков и учителей... а вот ехать черт знает куда, да еще и нести ответственность за целый город - подобное точно не для Фарида и он бы на такое никогда не согласился. Даже если бы родился сыном повелителя вселенной. -Интересно, что моя тетушка Хадижа придумала для него на этот раз, чтобы хоть как-то заставить его позабыть о себе любимом? Пошлите кого-нибудь к моему брату и предупредите его, что я вернусь только к вечеру... сегодня я должен успеть посетить военный лагерь рядом с городом.
Попрощавшись с главным зодчим, что вновь вернулся на стройку, Мурад вместе со своей свитой направился на смотр своих войск, которыми когда-то командовал его двоюродный дедушка. Надо сказать, что будучи кадровым военным, Темыр-паша сумел навести в войске что составляло гарнизон Самарканда поистине железную дисциплину и те правила что он установил пока был во главе города неукоснительно исполнялись и по сей день. Принцу предстояло быть наблюдателем на военных учениях для новичков - и он был очень рад, когда дневная жара наконец-то стала спадать, едва только солнце начало опускаться за горизонт.
-Я очень доволен вашими подчиненными, Сафар-бек, -обратился наместник к одному из своих сановников, что отвечал за обучение и заботу о новобранцах. -Если я верно понял, пару месяцев назад все эти солдаты были простыми крестьянами?
-Совершенно верно, мой эмир, -Сафар-бек поклонился. -Они не умели обращаться с оружием, однако имели желание послужить на благо нашего великого царства. Каждый хорошо обученный и храбрый солдат для меня как драгоценный бриллиант - ведь с случае неожиданного нападения на наш город, только с помощью ему подобных можно будет отразить напор захватчиков. По воле Всевышнего в нашем государстве сейчас благословенный мир... однако, никогда не стоит почивать на лаврах и быть слишком беспечными.
-Неплохо сказано, -Мурад улыбнулся, после чего перевел взгляд на стоявших по струнке молодых воинов - не весь состав гарнизона, но все равно выглядит весьма браво и более чем внушительно. -Ваши старания достойны награды и я распоряжусь чтобы вам ее выдали в самое ближайшее время. Я до сих пор не могу забыть как дядя сопровождал моего отца в Бухару из Кят-калы во главе славных самаркандских полков. Это было поистине незабываемое зрелище...
Попрощавшись с командующим и получив от него в ответ неожиданный, но приятный подарок - необыкновенной красоты коня-двухлетку редкого светло-серого окраса - Мурад направился наконец во дворец, где его радостно встретил изнывавший от безделья Фарид. Братец пожаловался, что на этот раз матушка решила срочно приставить его к делу и с согласия отца уговорила повелителя отправить своего единственного сына в помощь наследнику престола.
-Я надеюсь, что у тебя найдется какое-нибудь простое и необременительное поручение для меня? -хитро поинтересовался Фарид, после того как дружески обнял старшего брата. -Ты же знаешь как мне вредно чрезмерно переутомляться.
-Давай мы поговорим об этом за ужином? -рассмеялся Мурад. -Я хотел бы немного передохнуть и заглянуть к моей луне. Мы наконец-то дождались самого драгоценного дара Всевышнего и ждем появления нашего первенца.
-Ты не терял даром времени... мои родители тоже хотя внуков и по их мнению я все должен делать одновременно! И учиться наукам и пытаться стать государственным мужем.., -Фарид картинно вздохнул. -Но - не буду тебя задерживать, дорогой брат и смиренно жду на ужине.
Направившись в покои Амиры, принц улыбнулся - наверное даже основательно повзрослев, его братец никогда уже не изменится. А все из-за того что тетушка Хадижа чрезмерно баловала своего драгоценного сыночка пока он был ребенком, так что теперь быть с ним излишне строгой ей уже определенно было несколько поздновато?
Когда слуги открыли узорчатые двери спальни его возлюбленной, наместник ожидал что она как и всегда обнимет его и не выпустит из своих объятий... но кажется, что Амира была чем-то расстроена?
-Ты слышал? Все вокруг говорят о том, что именно я повинна в смерти Эсмы. Будто бы я прокляла ее или наколдовала злую судьбу, как приворожила тебя, Мурад.., -пожаловалась молодая женщина, еле сдерживая слезы, так что Мурад поспешил скорее обнять ее и прижать к своей груди. -Они считают меня ведьмой, потому что я понесла дитя, будучи бесплодной,… но я молчала на все эти сплетни и слухи, не обращала внимания не на что, Мурад. Но, но теперь мне придется еще смириться с тем, что ты решил пополнить запас свих наложниц? Чем я заслужила такое? Что я сделала не так или ты боишься, что лишишься одной венецианки и хочешь перестраховаться, заведя себе еще несколько?
-Я не слышал ничего подобного... но поговорю с распорядительницей дворца и прикажу ей пресечь раз и навсегда подобные разговоры, -принц нежно коснулся губами волос своей возлюбленной. -И я не совсем понимаю, о каких наложницах идет речь? Ты прекрасно знаешь, что мне никто не нужен кроме тебя...
Подняв полные слез глаза, Амира рассказала Мураду о том подарке, что привез ему Фарид, так что молодому человеку оставалось лишь тихо вздохнуть. В этом поступке проявилась вся бесшабашная и увы - просто до нельзя безответственная натура его братца-повесы. Естественно, он наверняка не подумал о том что может расстроить таким вот даром возлюбленную наследника престола?
-Вытри слезы, моя любимая, -улыбнувшись, мягко произнес Мурад. -Я не собираюсь принимать подобных подарков... а брат просто поступил так как он привык, но я обязательно поговорю с ним за ужином и предупрежу, чтобы ему не следует так себя вести. Если пожелаешь, то можешь взять этих наложниц себе в услужение... а если нет, то значит они останутся в гареме Фарида. Так что не расстраивайся и улыбнись мне? А еще я до сих пор не дождался твоего поцелуя, о котором мечтал весь этот долгий день...
Осторожно притянув Амиру ближе к себе, принц накрыл ее желанные и сладкие губы своими и на несколько волшебных минут позабыл обо всем на свете - как и всегда, когда был рядом со своей любимой...

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-15 21:39:27)

+1

43

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA]
Несмотря на то, что Мурад все-таки решился подойти к своей капризной наложнице, которой сейчас следовало не забивать себе голову мыслями о наложницах, привезённых наследнику престола в подарок от брата, Амира все равно сказала все, что было на душе. Но, полегчало ли ей? Нет, тяжесть от бремени не свалилась внезапно с плеч, когда она была так ранима, хотя близость любимого мужчины рядом определенно успокаивала и присыпала тревогу, убаюкивая теплым объятием и нежным поцелуем. Но, пожалуй, сказать наверняка она не могла сейчас, да и вряд ли скажет до тех самых пор, пока не узнает, что ей удалось избавиться, как она того и хотела, от того щедрого подарка, который преподнёс Фарид-паша наследнику Хорезмского престола. И дело ведь было тут вовсе не в самом паше, с которым наложнице как-то доводилось пересекаться издалека во время охоты, на которую наследник престола решил взять с собой и белокурую венецианку, которая с той самой поры и должна была принадлежать всецело только одному Мураду. Дело было в том, чего нельзя было увидеть или узнать в толпе, ведь наложница, безгранично любившая своего мирзу безумно ревновала и не могла ничего поделать с собой.
Тем не менее, мирза пообещал своей рабыне поговорить с распорядительницей дворца, дабы пресечь слухи, блуждавшие по дворцу, на которые она, собственно, и пожаловалась ему в начале своего жалобного обращения к нему. Но, вместо того, чтобы тихонько согласиться, приняв с благодарностью оказанную ей заботу, будущая мать ребенка эмира лишь молча покачала головой, прежде чем решиться сказать вслух то, что так и рвалось наружу с кончика ее языка.
- Ты думаешь, это поможет? – спросила она, приподняв свои тонкие брови вверх. – Возможно поначалу сплетники и испугаются, но чем больше ты будешь держать их в узде, тем больше они будут винить меня. Прикажи этим сплетникам отрезать языки – они все равно найдут способ очернить меня, - добавила она, озвучив свои мысли, при этом не отводя взгляда в сторону. Тем более ей все-таки следовало рассказать о подарке Фарид-паши более подробно, раз уж мирза был все ещё не осведомлён о нем и очень удивился той причине, из-за которой его луна расстроилась. – Сегодня прибыл Фарид-паша и привез в подарок тебя пятерых наложниц, привезённых для тебя специально из Италии и Венеции, потому что ты любишь, говорят, все из тех краев, - добавила она с весомой долей обиды, не стесняясь подчеркнуть любимому Мураду то, как ее печалит подобное.
И ведь ей удалось достучаться до доброго и отзывчивого сердца своего возлюбленного, который принялся тут же успокаивать мать будущего ребенка, не выпуская из своих объятий. Он улыбнулся ей своей мягкой и нежной улыбкой, видеть которую доводилось далеко не всем во дворце, однако именно эту улыбку она так любила в нем, как и его уста и бездонные темные глаза, смотреть в которые она могла еще долго.
- Но отказываться от подарка тоже не хорошо, - заметила осторожно Амира-хатун, постаравшись успокоиться и угомонить свои слезы, что полились будто сами. – Ты знаешь, что у меня в услужении хватает верных наложниц… зачем мне еще эти? - продолжила дальше венецианка, осекшись на полуслове. – Но, ты не обидишься, если я скажу все-таки то, что Всевышний, я надеюсь, вложил мне в мысли? – добавила белокурая наложница, не отступая от молодого человека ни на шаг. Все-таки она находилась в его объятиях и покидать их пределы ей не хотелось. – Не будет ли нарушением традиции или приличий, если ты продашь рабынь, а вырученное за них золото можно было бы использовать для священного вакфа – оно могло послужить во благо и, я надеюсь, подобное не обидит Фарид-пашу, - наверное, раньше, еще даже год назад подобная мысль не пришла бы в голову венецианке по имени Лукреция. Однако сейчас, после стольких дней проведенных в гареме, что щадил даже избранную мирзой фаворитку, ей не оставалось ничего иного, кроме как приспосабливаться и привыкать. Да, определенно, теперь она почти привыкла к гарему и его жестоким реалиям. Вот только по-прежнему она не хотела привыкать к тому, что мирза не принадлежит полностью лишь только ей одной, но и своему царству, народу.
- Можно я приду к тебе в покои сегодня? – спросила она внезапно. – Я уже так давно не покидала этих покоев, в которых, мне кажется, я однажды задохнусь, если лекари еще когда-нибудь скажут тебе сторониться меня и беречь, ведь я не хрустальная, любовь моя. Я не могу без тебя, - слезно добавила Амира, обняв Мурада за шею так, чтобы ей было удобнее дотянуться до его губ своими и подарить требовательный поцелуй, во время которого кое-кто увлекся настолько, что начал расстегивать чей-то чапан…

+1

44

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Люди так устроены, что обожают злословить и обсуждать других - не все конечно, но большинство и с этим, наверное, ничего нельзя поделать. Особенно, если кому-то по воле Всевышнего досталось больше другим - любви, достатка или каких-либо еще жизненных благ - то обделенным подобными дарами остается лишь судачить, а так ли все это заслуженно ближними? И естественно, в гареме не могли обойти столь животрепещущую тему как неожиданное счастье, что посетило фаворитку наследника престола. Разве мог кто-то промолчать, наблюдая как Амира понесла дитя, когда ее все считали бесплодной? Мурад прекрасно знал, что угрозами он заставит сплетников замолчать лишь на время, но что он мог сделать еще? Разве что придумать какое-то наказание за злословие в адрес его любимой... но в любом случае для поддержания порядка во дворце были специально поставленные для этих обязанностей люди, которым и следовало заняться досужей болтовней.
-Я знаю что людей порой невозможно заставить молчать... ведь когда кто-то счастлив, обязательно найдутся те кому это счастье встанет поперек горла, -Мураду оставалось лишь вздохнуть после этих слов. -Но... пускать все на самотек я не стану и все же прикажу распорядительнице следить чтобы рабыни и слуги не распускали языки. Пусть все знают, что я могу быть добрым лишь до определенного предела, которого никому не стоит переходить.
Принц еле сдержал улыбку, услышав подробности о "подарке" своего непутевого братца... наверное только Фарид мог додуматься привезти светловолосых венецианок чтобы порадовать его и наверняка даже и не думал о том что это может расстроить Амиру. Но если кузен мог позволить себе поступать безответственно, то у Мурада не было такой роскоши, к тому же ему меньше всего хотелось огорчать свою безмерно любимую женщину.
-Вот что мы сделаем - я передам этих наложниц тебе, а ты поступай по своему усмотрению с ними, -ответил возлюбленной Мурад. -Ты ведь прекрасно знаешь, что в моем сердце уже давно царишь только ты одна... а я как тот поэт что не в силах описать свое чувство, сгораю от любви только когда ты рядом.
-Можно я приду к тебе в покои сегодня? -неожиданно попросила Амира, обняв принца за шею и притянув его ближе к себе. -Я уже так давно не покидала этих покоев, в которых, мне кажется, я однажды задохнусь, если лекари еще когда-нибудь скажут тебе сторониться меня и беречь, ведь я не хрустальная, любовь моя. Я не могу без тебя...
Вообще, главный лекарь еще месяца так два назад посоветовал молодому наместнику не делить ложе с его прелестной наложницей, дабы не навредить будущему ребенку. Мурад тогда порадовался, что Амира не присутствовала при этом разговоре, потому как почтенный эскулап добавил, что пока фаворитка мирзы находится в тяжести, он мог бы выбрать себе для утех любую рабыню из гарема. В конце-концов, они ведь были доставлены во дворец чтобы дарить ему наслаждение и таковы правила, призванные сделать жизнь венценосных особ комфортной и удобной.
Но... выслушав старика, Мурад вспомнил своих родителей - когда мама носила его младших сестер и брата, отец преданно и верно был рядом только с ней одной. Разве мог бы их сын поступить иначе? Один раз ему пришлось послушаться добрых советов и это в конце-концов закончилось трагедией - когда родилась Ниса и умерла бедняжка Эсма... так что на этот раз Мурад решил поступить так как подсказывало его сердце. Он старался не оставлять Амиру одну и естественно сейчас не мог ответить отказом на ее просьбу.
Вот только кажется... они навряд ли успеют перейти в его покои?
-Ты знаешь что я сделаю все, лишь бы ты была счастлива.., -шепнул принц в губы любимой, прежде чем вернуть жаркий и нетерпеливый поцелуй. Ну а после того как Амира расстегнула и стянула с плеч Мурада шелковый чапан, ему осталось только позабыть об ужине на котором его ожидал Фарид-паша. -И я всегда буду рядом с тобой...
Он постарался быть особенно нежным и осторожным с любимой, боясь навредить ей каким-либо неловким или резким движением - ведь до рождения их ребенка оставались считанные дни. Чуть позже, когда волна страсти схлынула и Амира прильнула к Мураду, стараясь успокоить собственное дыхание, наследник престола прижался щекой к ее светлым волосам, ощущая то самое безбрежное словно море счастье, которое ему могла подарить лишь его возлюбленная.
-Мы с тобой так и не придумали еще имя нашему ребенку.., -тихо шепнул Мурад, поглаживая ладонью по спине Амиры. -Знаешь... когда моя мама должна была родить мою младшую сестренку, отец сразу сказал что хочет дочку... и они даже в шутку поспорили, потому что валиде была уверена что родится сын. Но отец был непреклонен и сразу сказал что желает назвать кроху в честь своей матушки... и так в нашей семье появилась Руми. Я тогда даже спросил его - почему он был так уверен, что на свет появится именно девочка? А отец ответил, что желал этого всем сердцем и молился именно о дочери... вот и я тоже просил Всевышнего чтобы он послал нам сына.
Он улыбнулся, крепко, но очень осторожно обняв Амиру. Порой ему казалось, что прошло совсем немного времени, с того самого момента как он впервые увидел ее во дворце своего отца в Бухаре, но... этого хватило чтобы она стала для него всем миром, светом каждого дня и самой жизнью. Без малейшего преувеличения...

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-16 19:44:15)

+1

45

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA]Наложница могла быть довольна собой, ведь она получила практически все, чего только могла пожелать ее душа. Во-первых, любимый и единственный мужчина в её жизни дал ей полную свободу действия в своем гареме, разрешив ей на свое усмотрение распорядиться новыми рабынями, привезенными Фарид-пашой в подарок своему брату-наместнику провинции. Ну, а во-вторых, Мурад не стал противиться естественным желаниям, которые никогда, казалось, даже не утихали между ними. Ей удалось не просто завладеть вниманием мирзы, но и добиться того, чтобы молодой человек забыл обо всем на свете, даже об ожидавшему на его приход кузену, которому наверняка не понравится то, что молодой эмир предпочел провести время со своей фавориткой и будущей матерью его сына, нежели с ним. В прочем, молодая женщина предполагала, что теперь они с Фарид-пашой были квитами: он расстроил её, приведя наложниц брату, она же отняла все внимание Мурада для себя одной. При этом, надо сказать, женщина нисколько не сожалела об этом. Она лишь наслаждалась той близостью с любимым мужчиной, которой ей недоставало все то время, которое им с Мурадом доводилось ограничивать себя одними поцелуями и объятиями, позабыв на какое-то время о совместной близости.
- Я люблю тебя, - тихо прошептала Амира-хатун, прежде чем прильнуть к своему мужчине, приводя дыхание в порядок. Ее губы коснулись влажной кожи на груди наместника, пока она слушала ускоренное сердцебиение своего принца, что нежно поглаживал свою наложницу по спине, а их неугомонный порой малыш тихонько устроился под сердцем своей матери, что чувствовала себя сейчас более чем хорошо. В прочем, именно сейчас Амира могла сказать с уверенностью, что она была сейчас счастлива. Да, она была састлива, не смотря на далеко не самое радостное приветствие с мирзой, которому пришлось выслушать от своей луны не одну жалобу, прежде чем она потребовала того, что должна была взять еще раньше, как и сейчас, но не терпеливо ждать чуда с неба. К тому же сейчас ничто не могло омрачить ее счастье.
На какое-то время молодая женщина прикрыла глаза, наслаждаясь неторопливыми движениями руки мирзы по ее плечам и спине. Наверное, если бы кто-то посмотрел на нее со стороны сейчас, то мог бы сказать, что хатун сейчас походила на царственную кошку, которая получала удовольствие от приятных прикосновений рук своего хозяина. Не хватало разве что заурчать, демонстрируя свое удовлетворения, чего Амира, в прочем, не могла сделать в виду множества причин. Когда же Мурад заговорил, наложница лишь приподняла взгляд своих светлых глаз на него и внимательно прислушалась к тому, что он хотел рассказать ей, и улыбнулась, слушая рассказ, а также надежды возлюбленного мужчины.
- Я тоже молюсь о сыне, мое сердце, - тихо произнесла она в ответ повелителю своего сердца. – Значит, у нас должен родиться только сын, - добавила она, после чего слегка приподнялась для того, чтобы иметь возможность заглянуть в глаза своей любви. – Не знаю, правильно ли выбирать имя наперед, любимый. Мы ведь не знаем, кого пошлет Аллах нам наверняка, да и каким ребенок будет… Может быть нам стоило бы лучше дождаться дня, когда он родится? Вдруг наш малыш сам принесет себе имя? – предположила она, прежде чем опустила вновь голову на грудь мужчине. И надо сказать, что после Амира не намеревалась больше отпускать своего Мурада, предполагая, что потом Фарид-паша просто обязан простить своего брата за то, что тот задержался у нее в покоях.
Вскоре будущая мать уснула, продолжая обнимать Мурада, что так и не покинул ее покои, однако долго и спокойно Амире поспать этой ночью не суждено было. Женщина проспала не дольше трех часов, когда ребенок начал донимать ее своими активными движениями, которые она, казалось, ощущала беспрерывно. Конечно, она не один раз попыталась сменить позу на более удобную, однако опасалась за мирзу. Ей не хотелось будить среди ночи любимого, ведь у него был такой длинный и не простой день, после которого ему необходимо было лишь хорошенько отдохнуть. Так что, белокурая венецианка поворачивалась из стороны в сторону очень аккуратно и несколько раз даже засыпала до очередного всплеска активности своего озорного малыша. Правда, когда проснулся Мурад, она уже не спала и даже успела пошутить, что сегодня она имеет полное право его запереть в своих покоях – все-таки она уже выспалась. Но, как это обычно и бывает, ничто дальше шуток и не зашло и новый день начался по тому же сценарию, что и предыдущий. В покои принесли маленькую Нису, они позавтракали, а после наместник падишаха отправился по своим делам куда-то за пределы дворца. Однако на этом и схожесть заканчивалась.
Амира не хотела, чтобы Мурад волновался, поэтому она много улыбалась ему, несмотря даже на дискомфорт, что она ощущала из-за активности плода их любви. Вот только после ухода наследника престола, она не стала испытывать судьбу и спустя еще какое-то время послала за лекарем, который и констатировал близость родов у фаворитки мирзы, которому и отправили весть, стоило только схваткам начаться.

+1

46

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
-Мой дорогой брат, я так понимаю, твоя райская гурия вчера не позволила тебе пойти на ужин? -посмеиваясь поинтересовался Фарид-паша, едва только встретился поутру с принцем возле дворцовых конюшен. Мураду предстоял выезд на главную площадь, для того чтобы собрать прошения, а так же выслушать своих верных подданных и повеса-братец напросился сопроводить его. -Признаться, я сразу подумал что ей не понравился мой подарок... но он был сделан из лучших побуждений. Я не хотел чтобы ты целый месяц, а то и больше мучился воздержанием...
Молодой наместник лишь покачал головой на эти слова - если бы на месте Фарида был кто-то другой, то возможно подобные слова могли бы рассердить Мурада. Но... двоюродный братец был поистине неисправим и перевоспитывать его было уже несколько поздновато.
-Когда тебе встретится единственная и прекрасная женщина, что предназначена самой судьбой, ты поймешь меня, -ответил Мурад, легко взлетев в седло своей лошади. -Ты мой брат и я многое готов тебе простить, но не забывай, что ты здесь прежде всего для того чтобы служить мне. И дав тебе поручение, я буду требовать чтобы оно было исполнено точно и в срок - надеюсь, мне не придется разъяснять это еще раз?
-Нет, мой эмир, -поспешно ответил Фарид, усевшись на своего коня и пустив его неспешным галопом. -Я буду верой и правдой служить вам, в чем и поклялся вашему отцу-повелителю.
-Прекрасно. Значит не болтай лишнего и будь готов в любой момент прикрыть мою спину если понадобится, -наследник престола пришпорил лошадь и вместе с сопровождающими вовремя и без опоздания прибыл на рыночную площадь, где его уже с нетерпением ожидали.
-Аллах всемилостивый... чтобы выслушать всю эту толпу народа, тебе придется проторчать здесь до самой ночи! -не сдержался Фарид, но принц лишь отмахнулся от него словно от назойливой мухи. Тем временем, на площади объявили о прибытии господина наместника и все люди что стояли за плотным кольцом солдат из охраны Мурада, в едином порыве замерли в почтительном поклоне, дожидаясь пока принц не сядет на приготовленный для него диванчик под навесом и не позволит поднять головы.
-Согласно указу нашего всемилостивейшего падишаха, каждый из его верных подданных во всех городах нашего счастливого царства, может обратится с жалобой или просьбой о помощи к наместнику! -нараспев прочитал глашатай, едва только на площади воцарилась тишина. -Слушайте и не говорите что вы этого не слышали!
-Славься великий падишах! -как и полагалось ответил нестройный хор голосов на площади, после чего солдаты разошлись, устроив небольшой проход для просителей и внимательно проверяя каждого человека до того как он подойдет к принцу.
-Всевышний... помоги нам выдержать это.., -состроив жалобную физиономию, произнес Фарид, вставший рядом с диванчиком на котором сидел Мурад. -Как же их много...
-Фарид-паша, сегодня сбылась твоя мечта - ты ведь хотел стать государственным мужем? -тихо ответил принц. -Быть сановником означает не только жить в свое удовольствие...
-Жаль-жаль, -вздохнул непутевый братец наместника, наблюдая за тем как по цветастому ковру к Мураду ковыляет какая-то несчастная старуха, которую вела под руку девочка лет десяти-одиннадцати.
-Пусть Всевышний подарит вам много счастливых и долгих дней жизни, мой повелитель, -пожилая женщина с трудом поклонилась принцу. -Прошу вас о великой милости... моя единственная внучка круглая сирота - ее отец и мать погибли в один день, когда в Самарканде была эпидемия черной оспы много лет назад. Я боюсь думать о том что с ней будет когда я умру... ведь у нее больше нет близких родственников. И кто возьмет ее замуж, без приданого? Помогите нам, повелитель...
-Я могу взять твою внучку в услужение во дворец, добрая женщина... но в этом случае, тебе не придется с ней часто видется, так как правила это запрещают, -ответил Мурад. -Это единственный приемлемый вариант - она будет сыта и всем обеспечена, а тебе будет выплачиваться определенная сумма каждый месяц.
-Она очень добрая и старательная и будет хорошо служить вам, мой повелитель, -обрадовалась старуха. -Для меня главное знать, что она в безопасности и с ней все хорошо. Атике, благодари нашего доброго господина! Пусть аллах воздаст вам за доброту!
За первой просительницей потянулись и другие, так что Мураду пришлось провести на площади не один час, прежде чем прискакал гонец от главного лекаря с вестью о том что у Амиры начались схватки. Прежний страх за нее вновь стиснул сердце принца ледяными когтями, когда он поспешил подняться со своего дивана и приказал слугам собрать прошения, а затем подозвал к себе глашатая.
-Сообщите людям, что на сегодня аудиенция окончена, но я еще встречусь с ними в ближайшие дни и выслушаю всех кто не успел подойти ко мне сегодня, -приказал наследник престола. -Сейчас я должен вернутся во дворец и буду благодарен каждому кто помолится за благополучное рождение моего ребенка.
-Слава Всевышнему, Амира-хатун спасла нас от этой пытки! -воскликнул Фарид, едва только услышав приказ возвращаться. -Мои ноги уже словно деревянные...
Не слушая своего кузена, Мурад сел в седло своей лошади и пришпорил ее, буквально помчавшись во дворец. А когда возле дверей покоев Амиры его встретила Фатьма-хатун, он реально перепугался, потому как она произнесла те же самые слова, что были произнесены в ту роковую ночь когда не стало Эсмы.
-Мой господин, вам придется набраться терпения... даст аллах, Амира-хатун разрешится благополучно...
-Я не могу войти к ней сейчас? -поинтересовался Мурад, ощутив нехороший холодок в ногах - а что если... все будет так же как и в прошлый раз? Он не любил Эсму и отношения с ней были необходимостью, навязанной родителями... и Всевышний решил его наказать, забрав ее жизнь. Но Амира... без нее для молодого принца не было смысла в этой жизни.
-Можете, но ненадолго, -кивнула Фатьма и зайдя в спальню, Мурад вдруг увидел совершенно незнакомую ему женщину возле постели своей возлюбленной. Увидев замешательство наследника престола, лекарша и верная служанка Амиры, поспешила объяснится. -Мой господин, эта хатун известная в городе целительница - она помогает всем и не берет за это платы. Госпожа пожелала чтобы она пришла...
Целительница оказалась не старой еще женщиной лет пятидесяти и почтительно поклонилась Мураду. Он присел на край постели и протянул руку любимой, желая лишь одного - чтобы с ней все было благополучно, когда ребенок наконец появится на свет.
-Я буду рядом, луна моя... и буду терпеливо ждать твоего драгоценного дара. Если я понадоблюсь тебе - только позови...
Ему пришлось покинуть спальню и дожидаться вестей в соседних покоях, куда пришел и Фарид чтобы поддержать старшего брата. И на этот раз весельчак-паша воздержался от своих привычных шуточек, видя взвинченное состояние Мурада - он лишь приказал слугам принести немного ароматного вина. Пусть это было запрещено, однако сейчас это был самый действенный способ немного успокоить нервы наследника.

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-17 20:32:08)

+1

47

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA] Порой планы Аллаха на наш счет могут пугать своей неизвестностью и таинственностью, поскольку заглянуть в планы Всевышнего не под силу никому, даже колдуну, слушать россказни которого большой грех. В прочем, неизведанное и неопознанное всегда пугало людей, еще из самых древних времен, коих мы и не помним, при этом не перебирая их возрастом и положением в обществе, ведь только один Аллах может возвысить самую обычную рабыню к царицам и лишить султана всего самого ценного – детей и власти в своем султанате, ради которого правители готовы даже восстать против своих давних друзей, как и брат может пойти против брата или сын против отца. И если сейчас ничто не могло сбить с праведного пути верного своему отцу мирзу, то Всевышний, видимо, решил испытать его возлюбленную на прочность, если можно было так сказать, правда. Определенно можно сказать было лишь то, что Амира-хатун ничего не боялась сперва. Ей было уже известно, что порой женщины долго не могут разродиться и тогда лекарь помогает им в этом. В точности, как и было известно то, что далеко не всегда проходит благополучно. Живой, так сказать пример случился меньше года тому назад и был жив все ещё в памяти всех жителей дворца молодого эмира. Тогда, правда, смерть Эсмы не сильно затронула сердце фаворитки наследника Хорезмского царства, а может даже убавила его ношу, лишив в один день соперницы, что тщетно пыталась завоевать расположение и чуть больше симпатии принца для себя. Однако сейчас, в тот самый момент, когда боль при очередной схватке окружала белокурую венецианку, она мало-помалу начинала опасаться за исход всего, поэтому сразу же отправила за целительницей, которая и должна была находиться рядом с ней постоянно до тех пор, пока она не разрешится о бремени.
- Где Мурад? Ему сообщили?? – спросила наложница у калфы, которая наклонилась над ней, чтобы справиться, не нужно ли фаворитке чего-нибудь. Сейчас ей хотелось бы увидеть лицо любимого, взять его за руку и ощутить его поддержку, которая обязательно придаст ей сил во время длительных родов, к которым уже морально приготовилась Амира.
- К наместнику отправили гонца, госпожа. Я думаю, он прибудет, как только сможет, - тихо ответила Фатьма-калфа, надеясь угодить наложнице, что в последнее время была достаточно капризной, чтобы теперь все и каждый осторожничали с главной женщиной гарема, дабы не обрушился её гнев ни на кого случаем.
- А где целительница? – не желая более спрашивать о принце, увидеть которого наложнице хотелось куда больше чем ту самую целительницу, Амира решила отвлечься на что-то еще. Именно этим чем-то и стала целительница, благо она достаточно вовремя подоспела, чтобы дать выпить какой-то отвар трав, который должен был расслабить женщину. Правда, прежде чем дать Амире выпить его, целительнице пришлось поговорить с главным лекарем, что был при хатун все это время.
Когда Мурад вошел в покои, в которых и расположилась его возлюбленная, Амира как раз отдыхала между схватками, что начинали учащаться, тогда как перерывы между ними все больше укорачивались и укорачивались. Развязка этого долгого и мучительного дня, что медленно клонился к вечеру, была уже, казалось, совсем близко, поэтому молодая женщина улыбнулась своему возлюбленному мирзе несколько измученной улыбкой, пока кто-то из служанок вытер пот из ее лба.
- Сердце мое, похоже, наш малыш хочет родиться сегодня, ещё до полуночи, - буквально выдохнула Амира, прежде чем кивнуть в знак согласия со словами эмира. Правда, прежде чем она отпустила его руку из своей, у нее нашлась одна просьба: - Поцелуй меня только сперва, Мурад…
Увы, но женщине не хватило совсем немного времени, чтобы после нежного поцелуя, который ей подарил Мурад, позволить своему возлюбленному принцу покинуть покои, ведь из ее уст слетел далеко не самый тихий стон. Правда, это должен был быть скорее крик, но при должном сдерживании и контроле ей удалось его хотя бы немного притупить его, дабы мирза не переживал лишний раз. Все-таки хатун все еще помнила, как ей доводилось успокаивать своего возлюбленного, когда должна была появиться на свет Ниса. И ведь именно с этих пор перерывы между схватками стали настолько частыми, что женщине уже было безразлично, сколько времени все длилось, день или уже вечер на дворе – она хотела лишь того, чтобы ребенок увидел свет. Но малыш все еще ждал чего-то и медлил. И как окажется лишь несколькими часами позже, причиной был размер сына наместника, что был достаточно крупным малышом и порядочно помучил свою маму, прежде чем плач озарил все вокруг. Но главное было уже сказано калфой и целительницей: родился сын. Как и годится, сперва повитуха нанесла несколько ударов по маленькой попке малыша, чтобы вызвать у того плач. И ведь стоило только наложнице услышать этот постепенно усиливающийся плач, пока ей не позволили приложить к груди мальчика, с ее уст не сходила блаженная улыбка, которой она, совершенно измученная и уставшая, встретила Мурада.
- Посмотри, дорогой, на нашего драгоценного сына, на нашего Мансура - на нашу маленькую победу? – произнесла Амира у вошедшего наследника престола, опираясь на свои мягкие подушки, прежде чем передать сына в руки его отца. – Аллах послал нам сына, он услышал нас, Мурад…

Отредактировано Tony Danziger (2016-05-17 00:00:29)

+1

48

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
В тягостном ожидании прошел не один час, прежде чем Фатьма-хатун сообщила наместнику долгожданную и счастливую новость... и Фариду-паше было уже реально жалко своего старшего брата, что не знал куда себя деть от беспокойства и переживаний. Выпить чашу вина Мурад отказался и позволил себе лишь пригубить немного холодной воды, подкрашенной несколькими его каплями - ну а после этого начал беспокойно мерить комнату шагами, моля Всевышнего о том чтобы муки его возлюбленной благополучно завершились...
-Брат... успокойся и присядь - я уже не могу видеть как ты себя мучаешь, -не выдержал наконец Фарид и буквально заставил Мурада сесть на диван. -Вспомни своего отца-повелителя? Сколько раз ему приходилось переживать рождение твоих сестер и братьев? Разве он изводил себя так же как ты сейчас?
Мураду оставалось лишь тяжко вздохнуть. И что он мог ответить своему кузену на все эти вопросы? Его отец конечно же переживал за мать, но всегда старался сохранять спокойствие, потому как мгновения ожидания до рождения очередного драгоценного чада ему приходилось переживать вместе со старшими детьми. Естественно, Амин не мог позволить себе лишний раз пугать их...
-Ты ведь знаешь что Эсма не пережила рождения Нисы... и я не могу не бояться за Амиру.., -наконец ответил принц. -Моему отцу по счастью не пришлось пережить подобного страха и несчастья - да пошлет Всевышний ему и матушке еще много счастливых и долгих лет совместной жизни. Я ничего не могу поделать с собой...
-Послушай... я понимаю почему ты боишься сейчас.., -решительно начал Фарид, понимая что должен как-то поддержать своего брата. -Постарайся думать лишь о хорошем? Матушка как-то говорила мне, что ей пришлось изрядно помучится, когда я должен был родится - а мои сестры, наоборот, родились куда легче и быстрее. Так что у каждой женщины наверняка все происходит по-своему...
-...сказал великий знаток женщин, -закончил фразу кузена Мурад и не сдержавшись, улыбнулся. -Я устал уже от этого страха, клянусь аллахом... он мучает меня на протяжении долгого времени, с тех пор как Амира сообщила мне радостную новость. Все чего я хочу сейчас - поскорее уже обнять ее и осознать что все тревоги позади.
-Я уверен, что так и будет.., -ответил было Фарид и именно в этот самый момент и появилась верная служанка и лекарша Амиры. -Хатун, ради всего святого, скажи уже - все хорошо??
-Всевышний явил свою милость и моя госпожа благополучно родила чудесного мальчика, -Фатьма поклонилась Мураду, который вскочил на ноги и помчался в спальню любимой прежде чем она договорила. Лекарше оставалось лишь пойти за принцем, тогда как его братец облегченно вздохнул.
Буквально влетев в покои Амиры, наследник престола с облегчением ощутил как противный липкий страх начинает понемногу отпускать его... Его прелестная венецианка выглядела усталой, но счастливой, обнимая новорожденного сынишку, что беспокойно шевелился у нее на руках, видимо удивляясь что ему больше не тесно. Мурад с замиранием сердца взял на руки своего ребенка и легонько коснулся губами его лобика.
-Ты выбрала ему очень красивое имя, луна моя... он и правда чудесный - и намного больше Нисы... она родилась такой маленькой, -счастливо улыбнулся молодой наместник, прежде чем нежно поцеловать Амиру. -Благодарю Всевышнего за его великую милость к нам.
-Мой повелитель, госпоже надо отдохнуть, -улыбнувшись, напомнила Мураду Фатьма-хатун. -Ваш сынок изрядно помучил ее, прежде чем появился на свет... позвольте я заберу его чтобы запеленать?
-Конечно, -принц осторожно передал сынишку лекарше, после чего ласково коснулся ладонью щеки своей любимой. -Отдыхай, любовь моя, а я пока отправлю письмо родителям в Бухару - они должны как можно скорее узнать, что родился наследник хорезмского царства и порадоваться за нас.
Лично написав письмо отцу и матери и позаботившись о том чтобы его доставили как можно скорее, Мурад присоединился к своему кузену за поздним ужином, после чего решил ненадолго выйти в сад. Ночной воздух был свеж и прозрачен, а звезды светились на темном бархате неба подобно прекрасным драгоценным камням... и напомнили наследнику престола о том что надо бы подготовить достойный подарок для его возлюбленной. Ведь с этого самого дня Амира больше не была просто фавориткой молодого мирзы - после рождения сына, ее статус фактически приравнивался к султанскому. Мурад присел на край бассейна изящного мраморного фонтанчика и коснулся рукой спокойной воды в которой отражалось звездное небо, ощутив как недавние тревоги и переживания окончательно его покинули...

Три месяца спустя...

Проснувшись тем утром, Мурад даже и предположить не мог, какое испытание для него приготовил Всевышний... и абсолютно ничего не предвещало скорой беды. Проснувшись, наместник как и всегда позавтракал вместе с Амирой, после чего с особенным удовольствием обнял своих детей, едва только их принесли для церемонного утреннего приветствия. Нисе уже минул один год и она уже начала робко делать свои первые осторожные шажки, держась за руку матери или няни, что постоянно была рядом с ней -ну а Мансур радовал своих родителей тем что рос чудесным и здоровым ребенком, обещая очень скоро догнать свою сестренку.
-Как спалось моей милой принцессе? -улыбнулся Мурад, ласково коснувшись губами пухлой щечки любимой дочурки. Ниса что-то довольно промурлыкала в ответ на своем языке и решительно потянулась ручками к Амире, прекрасно зная что на отцовском чапане нет совершенно ничего интересного. То ли дело мама? Красивые украшения всегда привлекали внимание девочки - вот и сейчас, оказавшись на руках у Амиры, маленькая принцесса первым делом схватилась за ее красивое ожерелье. -Когда она вырастет, будет такой же любительницей украшений как и моя младшая сестрица Зули. Я помню как в Кяте нашей матери преподнесли красивое украшение для головы, так оно не давало ей покоя днем и ночью. Отцу даже пришлось заказать три таких короны для всех моих сестер, чтобы никому было не обидно...
Улыбнувшись Амире, наместник нежно поцеловал своего спящего сынишку - как и всегда, уходить от дорогих и любимых ему не хотелось, но помня о неотложных делах в городе, он был вынужден это сделать. Поцелуй любимой, подаренный Мураду прежде чем он покинул покои Амиры, напомнил об очередной волшебной ночи вдвоем, что миновала нынче даже слишком быстро, пролетев словно одно волшебное мгновение. С этими приятными воспоминаниями, принц и направился в канцелярию совета дивана, где как и всегда поутру его ожидали ближайшие советники. Фарид как и всегда сопровождал старшего брата, заступив на должность ответственного за дворцовую стражу, хотя по сути дела мог бы полноправно участвовать в заседаниях. Но... все это было явно не для кузена наместника, что предпочел заботится о безопасности последнего и оберегать его жизнь.
-Итак, давайте начнем? Мне нужен полный доклад о состоянии казны, а так же поступлениях в благотворительные вакфы, -начал Мурад, после того как уселся на свое привычное место. -Неделю назад я рассказывал вам о весьма необычном прошении, которое получил от одного из почтенных самаркандских ученых. Он попросил разрешения и помощи открыть при медресе где преподает, бесплатную школу для обучения письму и счету детей бедняков.
-Мы все прекрасно помним об этом прошении... но не сочтите за неподобающую дерзость, повелитель - зачем детям бедняков учится грамоте? -поинтересовался один из советников.
-Как пишет этот почтенный факих, знания - самая большая драгоценность которая только может быть дарована человеку и не делится ими самый тяжкий грех, -ответил Мурад. -Он предлагает нескольких своих учеников в качестве учителей и говорит о том, что искры таланта, дарованного Всевышним, можно найти не только в людях благородного происхождения. После начального обучения, те кто достигнут достаточных успехов смогут продолжить свое обучение, остальные же не останутся в обиде, научившись читать и писать за счет казны и благотворительных пожертвований. Я склонен согласится с этим человеком и хочу с ним поговорить.
Советники Мурада не могли не одобрить подобных начинаний, несмотря на то что некоторые из них все же сомневались в целесообразности обучения детей дехкан и ремесленников. Аллах уже определил каждому человеку место в этой жизни, так стоит ли вносить столь координальные изменения? Однако возражений столь благому делу все же не последовало, после чего обсудив остальные насущные вопросы, наместник отправился в самаркандское медресе, где его уже с нетерпением ожидали. Ученый богослов написавший прошение молодому мирзе был уже в почтенных летах, однако сохранил живость ума и кристальную ясность суждений - как оказалось, он уже взял на себя смелость вместе с учениками составить примерный план обучения для всех желающих.
-Мой повелитель, в нашем городе встречаются купцы, что порой не могут как следует подписать собственное имя.., -произнес ученый, грустно покачав головой. -Когда я вижу таких людей мне жаль их... и я надеюсь, что мне удастся исправить подобные упущения. Ваши подданные еще скажут вам спасибо за возможность испить истины из бездонного колодца знаний.
-Хорошо, завтра я пришлю к вам моего казначея и вы подробно расскажете ему, что вам понадобится в первую очередь, -согласно кивнул наместник. -Не вижу никаких причин чтобы отказать в столь благом начинании - и буду требовать от вас подробного отчета обо всем.
-Мой повелитель.., -старик растроганно улыбнулся. -Сегодня вы сделали своего раба счастливейшим из смертных... конечно же я выполню ваш приказ в точности и буду ждать завтра вашего человека.
-Брат... неужели ты думаешь что люди оценят твои старания? -тихо произнес Фарид, едва только покинул медресе следом за Мурадом. -Вспомни, даже когда мой дядя-повелитель построил канал, чтобы у людей в степи всегда было вдоволь воды, и то нашлись недовольные, говорившие что не стоило затевать это строительство. Если им не особо нужна была драгоценная вода, оценят ли они знания которые этот почтенный факих хочет дать им?
-Знаешь... я все же склонен согласится с почтенным Рашидом-хаджи, -задумчиво ответил Мурад. -Он говорит что даже если найдется хотя бы один талантливый человек, что захочет учится, то уже будет счастлив. А недовольные чем-либо были, есть и будут всегда - нельзя же принимать важные решения с постоянной оглядкой на них?
Они пустили лошадей шагом по одной из людных улиц Самарканда, когда навстречу выбежал какой-то человек и упал на колени перед копытами Серой Мглы на которой ехал Мурад. Охранники тут же спешились, подойдя к мужчине... и тут принц узнал в нем одного из лекарей, что приехал по приглашению из Гурганджа чтобы работать в новой лечебнице.
-Мой господин, беда! Большая беда пришла... Три дня назад в город пришел караван и один из погонщиков попросил помощи..., -запыхавшись после быстрого бега, выпалил лекарь. -Сегодня он предстал перед Всевышним и наша целительница говорит что он умер от "черной смерти"...
-Помилуй нас аллах... только не это.., -буквально выдохнул Мурад. Но он не мог позволить себе поддаться панике, хотя полученные вести были не просто плохими... ужасающими. -Фарид, пошли человека к Сафар-беку и передай мой приказ - поставить заслоны на въездах в город и никого не выпускать и не впускать без моего особого на то разрешения. С этой самой минуты и до выяснения всех обстоятельств, город будет закрыт.
-Слушаюсь и повинуюсь, мой повелитель, -кивнул Фарид, мгновенно избавившись от привычной маски вечного весельчака. -Готовить ли мне гонца к падишаху?
-Да. Нам понадобится помощь - и я сам напишу ему письмо... Но прежде - распорядись чтобы нашли всех людей из того каравана, -продолжил принц. -Следует как можно скорее изолировать их, пока не стало слишком поздно. Что до тебя, почтенный лекарь - возвращайся в лечебницу и не вздумай болтать! Все кто будут поднимать панику и распространять слухи о "черной смерти" будут брошены в зендан!
Пришпорив свою лошадь, Мурад вместе со свитой помчался к лечебнице, надеясь что целительница все же ошиблась. Но увы...

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-19 19:39:16)

+1

49

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA]Теперь Амира знала, какого это ощутить себя  матерью. Она испытала ту особенную радость, что будет всегда отбиваться в памяти светлой радостью воспоминаний, когда ей сообщили о том, что под ее сердцем зародилась новая жизнь. Но, чего только стоили те неповторимые ощущения, когда дитя начало двигаться и давать ей знать о себе! Пожалуй, подобное нельзя было ни с чем другим сравнить, поскольку подобное было попросту невозможно повторить, разве что понеся еще раз дитя. И, естественно, об этом любимая женщина наследника престола и мать его наследника сразу же решила переговорить с целительницей, как только прошло немного времени после родов, и она могла себе позволить снова быть полностью рядом с Мурадом. Вот только целительница не поспешила радовать белокурую венецианку, предупредив о том, что ее организму необходимо будет еще времени для того, чтобы выносить дитя. Конечно, султанша выказывала доверие словам целительницы, благодаря которой ей и удалось излечиться от своего «бесплодия», вот только это нисколько не убавляло желания снова познать радость материнства, ощутить ребенка под сердцем, прежде чем дать ему жизнь. Именно поэтому женщина искала других способов поддержания своего здоровья, значительно чаще возносила Аллаху свои молитвы и помогала всем тем женщинам, которые нуждались в ее помощи и поддержке, надеясь тем самым выпросить себе милости у Всевышнего. Он ведь все видит и слышит, за добро награждает, а за зло карает. Пусть даже и не сразу.
Эту ночь Амира-султан провела рядом с Мурадом в его просторных покоях с красивым балконом, на котором они могли при желании дышать ночным воздухом или просто любоваться звездным небом, которому и было суждено стать уже не единожды свидетелем нежных объятий и поцелуев наместника падишаха Амина в Самарканде. И, между прочим, в Самарканде весьма радушно приняли не только внука Мансура, но и его сына, которого, уж так вышло, назвали именем деда - Мансуром. Этого, конечно, Амира не знала, когда предложила такое имя своему возлюбленному принцу, но лишь приятно удивилась тому, насколько многозначным оказался ее выбор. Соблюдать какую-то толику традиций всегда считалось правильным и почетным, не смотря ни на то, кто ты и где живешь, будь то Самарканд, Хорезм или далекая Венеция, о которой белокурая женщина уже практически позабыла. Естественно, память охотно принимала вещи, что были значительно ближе и ярче, незаметно и постепенно вытесняя прежние воспоминания. В прочем, разве можно все напрочь позабыть? Об этом не единожды уже задумывалась Амира и каждый раз доходила до того, что не соглашалась с этим утверждением. Как-никак, а итальянский язык она все еще помнила, как и помнила те колыбельные, которые пела ей давным-давно, в совершенно другой жизни, мама, лица которой она уже никак не могла вспомнить.
Грустила ли она теперь? Пожалуй, лишь иногда. В те самые мгновения, когда она садилась с сыном на руках в саду или покоях, чтобы хоть немного покормить и прижать к своей груди (не всегда же кормить наследника кормилице!). Все-таки ей хотелось показать свою маленькую звездочку, которой она и пела колыбельные на таком прекрасном и удивительном языке песни и колыбельные. Однако мечтать о прежней жизни мать наследника великой династии уже давно позабыла, рядом со своим принцем и мирзой. И пусть бы кто-нибудь сейчас предложил наложнице и фаворитке отказаться от любви, ради дома, по которому она когда-то скучала – отказалась бы, даже не думая. Все-таки любовь к Мураду привязала женщину к чужому краю и традициям крепче, чем можно было себе представить.
Когда няни, избранные Амирой среди наложниц гарема мирзы, которых ему периодически кто-то решался присылать в Самарканд, принесли детей, женщина была уже практически одета. На ее тонкой шейке красовался последний подарок Мурада, который тот преподнес своей луне накануне вечером, тогда как служанка недавно помогла ей одеться в новое платье, сшитое по несколько нетрадиционном стиле для здешних краев. Завтракая с принцем, султанша не могла не порадоваться тому, как быстро росли дети. Мансуру было всего три месяца и у них на носу были уже первые зубки, которые всегда приносят боль и дискомфорт ребенку, однако он уже был куда более любопытным мальчишкой, что различал уже своих маму и папу, к которым он тянулся своими маленькими ручками. Но, пока еще не выдавая особенных звуков. Так что, маленький наследник ограничивался лишь слезами и веселым курлыканьем. Однако не в пример своему младшему брату, Ниса-султан была уже куда более любопытной девочкой, что любила, если не обожала, блестящие украшения своей матери, которая пока еще безуспешно пыталась научить ее разговаривать. Но, к сожалению, особенных успехом Амира не достигла на данный момент. Все-таки девочка очень спешила, глотая множество звуков и даже целых складов, когда пыталась что-то увлеченно рассказывать ей или отцу, как и было сегодня.
- Ну и когда ты уже будешь разговаривать с нами на понятном языке? – спросила женщина у маленькой принцессы, улыбнувшись ей и собственным желаниям. А ведь Амире так хотелось уже, чтобы маленькая дочка уже не только бегала, но и разговаривала. При этом, после этого ей определенно хотелось убавить скорость роста Нисе, чтобы в полной мере насладиться ее детскими годами, которые девочка проведет подле нее, готовясь к своему великому будущему.
Женщина рассмеялась, когда Мурад предрек будущее своей дочери, а после рассказал ей о том, какой была когда-то в детстве Зульфия-султан. И, надо сказать, что Амира нисколько не была удивлена подобному положению вещей. Все-таки ей думалось, что все дети любят что-то блестящее, поскольку это вызывает их интерес, но не могла не согласиться и с теорией любимого мужчины, в которой тоже была своя правда.
- Она будет настоящей красавицей, как Зульфия- султан, - произнесла она, прежде чем позволила девочке все-таки стащить с ее шеи украшение. – Посмотри, Мурад, какие у нее длинные и кудрявые волосы – как у твоей сестры, разве нет? – спросила она, посмотрев на наместника, который теперь уже решил уделить свое внимание сыну, что был на данный момент сыт и доволен всем, прежде чем он передал ей и его. Ну, а Ниса пока решила подползти к серебряному подносу с фруктами, чтобы взять из него большое яблоко и поднести к своему ротику, чтобы немного погрызть его.
- Возвращайся к нам как можно раньше, - попросила женщина у любимого принца, после чего подарила ему полный нежности и скрытого желания поцелуй, благодаря которому они могли взбудоражить кровь и собственное желание друг к другу. – Иначе скоро я сговорюсь с Фарид-пашей, мое сердце, чтобы он уговорил тебя сделать перерыв в делах и мы могли отправиться на охоту, как тогда, хоть на несколько дней, - тихонько огласила свое желание женщина, прежде чем отпустить любимого Мурада, надеясь на то, что нынче он придет к ней раньше и им удастся больше времени провести вдвоем.
Ну, а пока наместник падишаха в провинции был занят делами, его женщина занималась привычными для нее делами: сперва, она гуляла в саду, где и находились также дети, а позже приняла молочную ванную, которой приписывали удивительные целебные свойства. Именно после этой процедуры, к султанше и подошла калфа, что принесла ей тревожную весть.
- Госпожа, в городе случилась какая-то беда: наместник закрыл въезд и выезд в город, от чего мы не можем дождаться посланника из столицы, который и должен был доставить для вас то, о чем вы просили, - отчиталась женщина, на что Амире оставалось только тихо вздохнуть. Ей должны были доставить не какие-то украшения, но золото на вакф, благодаря которому не одна девушка Самарканда должна была получить приданое. К тому же, вместе с золотом должны были также доставить и особенный подарок, который женщина заказала для своего любимого принца с самой Бухары.
- Надеюсь, ничего серьезного не случилось и в городе попросту кого-то пытаются поймать, - высказала свои надежды султанша, даже не подозревая о подлинной причине, по которой и был закрыт город от визитеров. – В любом случае, я надеюсь, Мурад мне все расскажет, как вернется, - прежде чем приняться одеваться, тихонько произнесла белокурая венецианка, уже понемногу чувствуя, как ее поедает любопытство. Все-таки просто так ничего не случается!

+1

50

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Наверное только Всевышний знал, как же Мураду хотелось услышать, что тревога была ложной и что никакой эпидемии в городе не будет! Но, судя по всему, аллаху было угодно послать молодому наместнику серьезное испытание, потому как едва только он прибыл вместе со своей свитой к лечебнице, как увидел хорошо знакомую ему целительницу. Эта женщина нисколько не потеряла присутствия духа и быстро сумела организовать работу лекарей в лечебнице - перво-наперво, отделив подозрительных и возможно заразных больных от тех кто лечился от менее опасных хворей. Всем кто помогал лекарям было запрещено покидать больницу, чтобы избежать угрозы распространения черной смерти по городу, а тем кто доставлял продукты, было приказано оставлять все принесенное возле порога и категорически не подходить ближе и не пересекать порога новой лечебницы.
-Мой повелитель, вам лучше тоже не подходить и не спешиваться, -добавила знахарка, после того как Мурад подъехал вместе со своими сопровождающими и узнал все печальные новости, так сказать, "из первых рук". -Я могу совершенно точно утверждать что это чума... и что хуже всего - неизвестно, скольких мог заразить караван-баши, что умер сегодня. Насколько я поняла, они около недели торговали на нашем базаре...
-Я отдал приказ найти всех погонщиков и торговцев с того каравана, -ответил наследник престола. -Как только они будут найдены, их сразу приведут в лечебницу. Если я могу еще хоть чем-то помочь вам - говорите сразу.
-Все что нужно было сделать для предотвращения распространения заразы, уже сделано... единственное, надо бы объявить на городской площади чтобы горожане не скрывали заболевших и сразу приводили их в больницу, -ответила целительница. -Много лет назад, мне уже довелось пережить одну эпидемию... и тогда она выкосила несколько селений неподалеку от Самарканда. Я не буду вас обнадеживать, мой господин - нас ждут поистине черные дни, однако нельзя просто сидеть сложа руки и смиренно ожидать смерти. Надо бороться...
Бороться... размышляя об этом, Мурад направился в старый дворец своего деда, отмахнувшись от Фарида, что сразу предложил ему уехать в столицу и не подвергать себя опасности. Кажется, именно так сделал наместник Гурганджа, когда город погибал от черной оспы? Как и любому нормальному человеку, принцу не хотелось погибнуть от страшной болезни... однако, он не мог позволить себе струсить и бросить своих подданных на произвол судьбы. Куда страшнее Мураду было за Амиру и детей, которые были еще совсем крошечными...
-Я никуда не поеду, но попробую уговорить Амиру вернутся в Бухару, -тихо сказал наместник, повернувшись к своему кузену. -Она должна как можно скорее увезти детей... и ты будешь сопровождать их до столицы. Тебе я доверяю самое дорогое что только есть у меня.
-Брат... если ты думаешь, что я оставлю тебя в такой сложный момент и буду рад возможности сбежать в Бухару, то очень ошибаешься, -вздохнул Фарид-паша. -Служа тебе я на своем месте... а еще, мне думается что твоя белокурая райская гурия откажется уезжать.
Мурад ничего не ответил на это замечание своего братца... но про себя вынужден был признать, что Фарид может оказаться прав. Однако, ради собственного спокойствия и безопасности любимой, он должен был попытаться уговорить ее уехать, пока еще не стало слишком поздно для этого...
Вернувшись во дворец, принц не сразу пошел к Амире и детям, помня о том что сказала ему целительница. Болезнь весьма опасна и он нынче был возле самого ее очага, так что прежде чем подходить к детям и своей возлюбленной, Мураду следовало принять кое-какие меры предосторожности.
-Сообщите Амире, что я приду сразу после того как схожу в хаммам и переоденусь, -приказал он Фатьме-калфе, которую встретил на этаже где располагались покои его драгоценной султанши. -Это не займет много времени...
-Сейчас же все передам, мой господин, -поклонилась лекарша и заметив невеселое выражение лица молодого человека, тут же осмелилась поинтересоваться. -Не сочтите за дерзость... что-то случилось? Мы слышали что город теперь закрыт для въезда и выезда...
-Ступай и не задавай лишних вопросов, Фатьма-хатун, -оборвал женщину Мурад, после чего направился в хаммам. Всегда считалось, что омовение с настоями ароматных трав и солей способствуют тонусу и очищению, не только тела, но и души - так что наместник почувствовал себя куда лучше и увереннее после того как вышел из бани и на всякий случай, сменил одежду. У него не было оснований не верить словам целительницы, о том что поддержание чистоты дает человеку шанс избежать болезней... пусть небольшой, но все-таки?
Не представляю как смогу сказать все это.., -вздохнул в очередной раз Мурад, прежде чем слуги открыли перед ним двери покоев Амиры. Она, как и обычно, проводила время с детьми и как раз укладывала сытого, довольного и сонного Мансура в его кроватку. Маленькая озорница Ниса уже сладко спала, по привычке держась своими маленькими пальчиками за край одеяльца - так словно бы она собралась вылезти из-под него, но сон оказался сильнее.
-Луна моя, у меня не самые хорошие новости.., -обняв Амиру, наместник решил сказать все как есть и не ходить вокруг да около. -Ты уже наверное знаешь, что я приказал закрыть город? Случилось нечто страшное - один из больных в лечебнице умер от чумы. Ты знаешь, что это значит...
Теперь следовало собраться с духом и высказать то что определенно должно было не понравится возлюбленной наследника престола. Тяжко вздохнув, он решительно продолжил:
-...ты должна немедленно собраться и увезти детей в Бухару. Пока еще есть такая возможность...

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-21 17:33:42)

+1

51

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA]- Халиме-хатун, - обратилась мать наследника к одной из тех девушек, что прислуживали ей в покоях, - я хочу знать, когда приедет наместник во дворец. Позаботься о том, чтобы меня оповестили сразу же, - потребовала молодая султанша, что еще недавно не позволяла себе так рьяно командовать и отдавать приказы. Но, властность легко входит в привычку. Особенно, если нет того, кто бы постарался присадить тебя, слегка подрезав крылья. Хотя, тут еще, конечно, можно было посомневаться. Все-таки подобные были, но после распоряжения наместника все тихо лежали на своем дне, боясь даже поднять глаза.
- Конечно, Амира-султан, - почтительно поклонившись главной женщине гарема, ответила Халиме, у которой были длинные рыжие волосы, завивающиеся в смешные кудряшки, которые девушке было, по всей видимости, не просто расчесать поутру. Обещав все сделать, девушка сразу же поспешила исполнить волю своей госпожи, во власти которой было сделать все, что душа могла пожелать с любой из рабынь гарема. Чего только стоил последний инцидент с продажей десятка рабынь из Венеции и Италии?
Ну, а пока Амира дожидалась известий, она размышляла о тех причинах, из-за которых Мурад принял именно такое решение, а не любое другое. Все-таки ведь всему должна быть какая-то причина. Тем более должна быть причина, по которой так внезапно закрыли город, не позволяя никому в него въезжать или выезжать. Конечно, причин могло быть более, чем достаточно. И начинать считать их, можно было с самой простой. К примеру, из побега какого-то преступника из темницы. Вот только о том, чтобы кто-то такой находился под стражей, султанше не было известно. В прочем, причин для подобного решения наместника могло быть значительно больше. И ведь, чем дальше заглядывала Амира в своих предположениях, тем тревожнее становилось у нее на сердце, что беспокойно стучалось в ее груди, к которой она прижимала маленького трехмесячного Мансура. А также, пока его годовалая сестренка делала свои первые шаги при помощи няни, избранной венецианкой специально для маленькой звездочки, что неустанно делала что-то новое, не прекращая приятно удивлять всех, кто только окружал ее.
Незнание делает женщину очень нетерпеливой, пусть даже внешне ей и удается сохранять спокойствие, коротая свое время по привычному уже плану. Вот только любопытство заставляет еще больше натянуться все ее естество, не оставляя места покою, без которого ожидание известий становится куда более длительным и мучительным. Естественно, Амира достаточно быстро заметила за собой нервозность и волнение, однако ничего не могла поделать с собой. Единственным, что помогало ей в этот не простой час, был маленький сыночек, прижимая которого к себе, она заставляла себя не думать о том плохом, что могло случиться. Или, не приведи Аллах, уже случилось?
Тяжко вздохнув, женщина поднялась из тахты, чтобы пройтись по комнате от дверей к балкону, на который она не стала выходить сейчас. И именно в этот момент в покои постучалась наложница, чтобы доложить – мирза отправился в первую очередь в хамам, после чего желал зайти к своей любимой хатун, которая сейчас лишь набиралась злости. Ведь, как могло случиться так, чтобы мужчина не позвал ее составить себе компанию в хамаме, куда она не ходила вместе с ним лишь во время беременности, от которой уже несколько месяцев как разрешилась?
Она тяжко вздохнула, прежде чем согласно кивнуть, отослав рабыню прочь, после чего еще немного прошлась с сыном, которого и уложила в маленькую кроватку, как только он уснул у нее на руках. Что-то было не так и женщине это не нравилось. И ведь она даже не представляла себе, насколько ей не понравится то, что скажет ей возлюбленный принц, как только появится на пороге ее покоев и обнимет ее за плечи.
- Что случилось, сердце мое? – подняв взгляд своих светлых глаз на молодого мужчину, спросила Амира у мирзы, насторожившись, как когда-то давно…
Но, прежде чем белокурая женщина успела согласно кивнуть на слова любимого мужчины, Мурад поспешил ошарашить ее правдивым известием, о котором она даже не могла подумать. Чума – страшная хворь, или же черная  смерть, отнимавшая жизнь, не перебирая своими жертвами. От нее не было лекарств, как и не было спасения, если ты оказался зараженным. Все-таки пережить эту болезнь мог далеко не каждый. Да и тот, кто это делал, более не мог жить предыдущей жизнью.
Распахнув широко свои светлые глаза, Амира смотрела и слушала Мурада, едва не пропустив главной новости его, или даже просьбы, на которую она лишь медленно покачала головой. И ведь тут же позабылось все то, что она хотела бы высказать возлюбленному о том, что мирза был в хамаме без нее.
- Уехать и оставить тебя? – она не отступилась, но и не перестала категорично покачивать головой. – Я не могу. Мурад, пойми меня – я не могу уехать без тебя из Самарканда. Что я буду делать без тебя?? Как мне жить без тебя? А детям?! Нельзя так. Если едем, тогда едем вместе, а нет – останемся здесь и будь, как повелит Всевышний. Но, я не оставлю тебя, так и знай, - решительно добавила Амира, ухватившись за одежду Мурада, словно бы боясь, что он сбежит от нее.

0

52

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Принято считать, что на этом свете нет ничего хуже кровопролитных войн, когда жизни простых людей становятся не более чем пешками в играх власть имущих... однако, куда страшнее могут быть невидимые враги, куда более опасные чем сотня клинков и не знающие жалости. Имя им - страшные хвори, вроде черной смерти, что вершат свою кровавую жатву как среди богатых, так и среди бедных. Бич аллаха, которым он лишний раз наказывает людей за грехи и напоминает им, что перед его гневом равны абсолютно все, вне зависимости от сословия и материального положения. Самарканду еще предстояло испытать всю силу выпавших на его долю испытаний и Мурад не желал такой доли для Амиры и своих детей. Единственное что он мог сделать, это отправить их как можно скорее к своим родителям... и если ему не суждено было пережить всех этих тяжелых дней, то хотя бы Ниса и Мансур будут иметь шанс вырасти и радоваться жизни при дворе своих дедушки и бабушки.
Наместнику было тяжело решится произнести единственно нужные и верные слова, когда Амира крепко обняла его - как утопающий хватается за соломинку, когда оказывается во власти коварных зыбучих песков. Он не хотел быть жестоким, видя как глаза любимой наполнились слезами... но выбора у Мурада уже не было. Колесо его судьбы начало свой новый оборот и только Всевышнему было известно, кто может оказаться под его тяжелым ободом, а кому суждено выжить...
-Ты завтра же уедешь в Бухару, луна моя... у тебя и детей будет надежная охрана, а гонец которого я пошлю отцу уже сегодня, позаботится чтобы тебя должным образом встретили в столице, -тихо, но твердо произнес мирза, обняв свою возлюбленную. -Ты самое дорогое что есть у меня... и я не могу подвергать тебя опасности. Ты должна сберечь моих детей, Амира - прошу тебя, подумай о них, прежде чем ответить мне... Нашему сыну всего три месяца, а эта болезнь не щадит никого - и я не могу допустить чтобы с ним или Нисой что-то случилось. Скажи что любишь меня и сделаешь все как я сказал?
Тяжко... как же тяжко было Мураду даже допустить мысль о том, что его единственная любовь окажется далеко от него - ведь им не приходилось расставаться даже на день с момента самой первой их волшебной ночи в тайном саду. Однако, принц слишком хорошо знал, что с самого своего рождения принадлежит прежде всего великому хорезмскому царству... и как никогда теперь понимал своего отца, когда тот с горечью как-то сказал, что никогда не желал сесть на трон своих предков. Вспоминая беззаботную жизнь в Кят-кале, Мурад думал о том, насколько счастливы были там его родители - и смотря на них, он всегда мечтал о такой же большой и дружной семье...
Сейчас все эти давние мечты почти сбылись, однако суровая реальность сделала их хрупкими, словно искусно сделанное венецианское стекло с родины Амиры. Один жестокий удар судьбы мог легко покончить с ними...
Мурад вынужден был быть жестоким и приказать верной Фатьме-калфе в этот же день начать сборы для отъезда Амиры и детей. Фарид согласился сопроводить наложницу старшего брата до Бухары, но упрямо заявил, что вернется сразу как только исполнит этот приказ. В свете всех этих срочных решений ужин вечером этого же хлопотного и долгого дня был весьма невеселым...
-Прошу тебя, не хмурься, любимая, -тихо произнес Мурад, накрыв ладонь Амиры своей. -Ты знаешь, что без тебя мне нет жизни... и я не могу подвергать тебя опасности. Мне будет куда легче остаться и управлять городом, зная что ты и дети в безопасности. Моя валиде окружит тебя заботой и любовью, а я буду молить Всевышнего о том чтобы наша разлука не была слишком долгой...
Он видел, что Амира едва притронулась к еде и прекрасно понимал, что сейчас все слова утешения которые только можно было найти, по сути своей не приносят должного эффекта. Без какого-либо труда, Мурад мог прочесть в бездонных и прекрасных словно весеннее небо глазах любимой лишь одну-единственную просьбу - позволить ей остаться - но не мог отменить собственное решение, ради ее же блага.
-Пообещай мне одну вещь? -наследник престола нежно обнял свою любимую, когда они вышли на балкон в его покоях после вечерней трапезы. -Когда ты приедешь в Бухару, то будешь каждый вечер приходить в наш тайный сад и думать обо мне... а еще писать там письма для меня. Я уверен, что матушка предоставит в твое распоряжение самых быстрых и надежных гонцов. Так мы сможем часто общаться...
Едва только Амира повернулась к Мураду, он тут же нашел ее желанные и сладкие губы своими, чтобы в очередной раз позабыть обо всем на свете в ее объятиях. Эта ночь перед долгой разлукой была особенно яркой и приятной для обоих, но наступившее утро напомнило наместнику и его возлюбленной о том что пришло время простится.
Появление на улицах кортежа, что направлялся к главным воротам не на шутку встревожило жителей города и без того напуганных последними печальными известиями. Кто-то высказал опасения, что наместник решил уехать и бросить всех своих подданных на произвол судьбы - и этот слух тут же буквально наводнил весь Самарканд. Все успокоилось лишь час спустя, когда горожане увидели как Мурад со своей свитой направлялся в канцелярию совета дивана на обычный утренний совет. Несмотря на угрозу черной смерти, город продолжал жить своей обычной жизнью...
Тем временем, Фарид-паша вместе с надежной охраной, возглавил кортеж Амиры и направился в сторону столицы государства. На этот раз путешествие было не только грустным, но и долгим, ведь приходилось делать более долгие и частые остановки, чтобы султанша и ее дети могли как следует передохнуть. Но... как и все плохое в этой жизни и долгая дорога наконец-то подошла к своей финальной точке, когда наложницу наследника престола уже на подъезде к Бухаре встретили воины падишаха во главе с сыном великого визиря Темыра-Мелика.
-Госпожа, для меня настало время попрощаться с вами, -поклонился Фарид Амире, едва только успел переговорить с Мехмедом-пашой. -Вы знаете, что я должен как можно скорее вернутся в Самарканд... и прошу вас выполнить мою скромную просьбу. Во дворце вы наверняка встретитесь с моей матушкой, Хадижей-султан - передайте ей мою любовь и преданность и скажите что я буду верным долгу и постараюсь оправдать ее ожидания. Она знает как я терпеть не могу писать письма...
Молодой человек улыбнулся.
-...но если вы захотите написать письмо моему брату, то я буду счастлив его передать. Вы можете целиком и полностью положится на Мехмеда-пашу - несмотря на свою молодость, он умен и храбр и сопроводит вас во дворец повелителя в целости и сохранности.
Шестнадцатилетний сын Гюнеш-султан, как и полагалось, почтительно поклонился Амире и Фариду, подтвердив что отборная сотня из личной охраны падишаха готова отдать свои жизни ради безопасности возлюбленной наследника престола и ее детей.
-Госпожа, я бы попросил вас поторопится, -произнес Мехмед. -Наш повелитель приказал нам не мешкать и как можно скорее привезти вас в его загородный дворец.

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-21 23:43:40)

+1

53

[NIC]Amira[/NIC]
[STA]фаворитка Мурада[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNsi.jpg[/AVA]
Однако нет. Мурад не торопился убегать от своей любимой наложницы и матери его сына-наследника, что замерла на месте, слушая его категоричный ответ и понимая, что не сможет убедить его в противном, как и не сможет убедить его передумать. Решительность, с которой он велел ей уезжать из Самарканда уже завтра, слишком хорошо узнавалась женщиной, что за последние годы успела не только хорошо узнать о том, что больше всего нравится ее мирзе, но и узнать, как вел себя в той или иной ситуации ее возлюбленный эмир. Он ведь никогда не желал доставить боль своей луне и розе, всегда тщательно оберегая ее, порой даже от самой себя. Вот только сейчас молодой наместник падишаха в Самарканде, видимо, не понимал, что подобным решением не спасет свою луну от боли расставания. Более того, ей предстояло отправиться в Бухару. Именно туда, где она уже неоднократно ощущала себя несчастной. Именно там чуть больше двух лет назад она встретила Мурада, что стал для нее всем в этой жизни. И только в том дворце она осознала, как легко может его потерять лишь потому, что мирза принадлежит в первую очередь своему государству, но не ей одной, как бы им обоим этого не хотелось. Там, в Бухаре она познала боль потери своего спокойствия, ведь именно там ей пришлось смириться с тем, что у Мурада будут также другие наложницы, раз уж она сама не могла привести на свет наследника. В прочем, то испытание оказалось хорошей наукой и впредь женщина не потеряет своего эмира, как и не станет делиться им – так она решила в тот самый день, когда узнала благую весть о рождении своего сына, Мансура. Вот только, как не потерять и уберечь любимого, будучи на весомом расстоянии от него?! Увы, но наложница, получившая статус султанши, не знала.
Ее глаза расширились и стали подобными большим золотым монетам, когда слезы защипали ей глаза, прежде чем скатиться градом по щекам, пока ее грудь тяжко вздымалась, требуя больше воздуха в этот час. Ей не так уж и часто становилось трудно дышать, однако сейчас ее грудь, словно бы сдавила какая-то тяжкая черная лапа боли и страха, прогнать которую от себя она была не в силах.
- Пожалуйста, не делай этого, - тихо произнесла Амира, не отводя взгляда полных слез глаз на своего любимого. – Неужели ты думаешь, что я смогу жить в Бухаре без тебя? – пожалуй, наложнице следовало сказать об этом как-нибудь иначе. Например, ей стоило сказать, что не желала ни за что на свете возвращаться в Бухару, с главным дворцом которого у нее были самые плохие воспоминания, не смотря даже на то, что именно в его стенах брала начало их совместная история. Теперь она куда лучше понимала желание Мурада увезти свою любимую наложницу подальше от главного дворца, что был похож на кипящий котел сплетен и заговоров, и не был безопасным местом для наложницы с весьма шатким положением фаворитки.
- Ты знаешь, как я сильно люблю тебя, мое сердце, - тихо прошептала в ответ женщина, так и не сказав того, что желал услышать от нее наместник. Да и разве могла она так легко сдаться его требованию? Все-таки раньше ей удавалось убедить любимого в некоторые моменты, и получала желаемое. Так что, именно по этой причине Амира надеялась и сейчас отстоять свое намерение остаться, хотя и знала, что шансов у нее практически нет. Черная хворь – страшная напасть, что крушит все на своем пути. Возможно, это было несколько эгоистично с ее стороны, вот только Амира сейчас не думала об этом в таком ключе. Все-таки она была сосредоточена на себе и на своих собственных стремлениях, в которых дети оставались рядом с ней и по умолчанию не могли стать целью страшной болезни, пока рядом с ними была их мать и отец, что желали для них всего самого лучшего. Но, заглянуть в глаза правде всегда не просто. Как и было не просто согласиться на единственно верное решение мирзы в этот час и момент.
Мурад в скором времени раздел все необходимые распоряжения слугам, за чем Амире-султан оставалось лишь молча наблюдать, глотая собственные слезы и обиду на любимого мужчину за то, что он слишком трепетно оберегает ее. Все-таки ее место было подле него – иного знать наложница не желала, а поэтому не могла смириться с тем, что совсем скоро ей придется уехать и, кто знает, когда снова ей посчастливится увидеть возлюбленного?! Пожалуй, это слишком сильно пугало наложницу, от чего вечером у нее напрочь пропал аппетит, когда они вместе с Мурадом трапезничали в его покоях. На ней красовалось красивое шелковое платье, его любимого цвета, а волосы украшала нежная диадема, которую он подарил ей – именно то, что нужно для прощального вечера с горячо любимым мужчиной, с которым ей не хотелось прощаться.
- Но в твоем дворце мне и детям ничто не сможет угрожать, любимый, - озвучила, пожалуй, свой единственно-верный аргумент Амира, прежде чем тяжело вздохнуть в ответ на слова своего повелителя, что не разрешал ей остаться. – Кто будет заботиться о тебе, мое сердце, когда меня не будет? – тихо всхлипнула наложница, заглянув в бездонные глаза Мурада, который нежно взял ее за руку, чтобы вывести ее на балкон, из которого открывался красивейший вид на ночной город.
Самарканд безмятежно спал этой ночью и даже не подозревал о том, что на его долю выпадет такое нелегкое испытание, как черная смерть, что уже стояла над несколькими жителями и гостями города. Все вокруг было тихо, и лишь жара, что так и не успела спать после особенно жаркого дня, душила женщину изнутри, когда они оба стояли молча на балконе, любуясь красивым темно-синим небом, на бархате которого были рассыпаны тысячи мелких бриллиантов-звезд, сверкающих своим ласковым светом. Амира обнимала своего мирзу, прижимаясь щекой к его груди, в которой слышалось уверенное сердцебиение, прежде чем он попросил ее об одном обещании. Тогда молодая женщина оторвалась от него и подняла взгляд к своему возлюбленному, все еще питая слабую иллюзию на то, что он передумает. Но, нет. Он не передумал до сих пор.
- Хорошо, мое сердце, - тихо согласилась она, уже не имея слез для того, чтобы ронять их. – Я буду приходить в наш сад, что цветет воспоминаниями о наших встречах, и буду писать каждый день письма, которые, я надеюсь, не затеряются по дороге, но обещай и ты мне, сердце мое, - произнесла наложница, прекрасно зная, что обещать ей Мурад ничего не должен. Но, может быть, он все-таки сделает для нее исключение?! – Обещай мне, что победишь эту хворь и не оставишь меня на этом свете. Обещай, что будешь осторожен и не станешь рисковать зря. Обещай, что никогда не забудешь обо мне и приедешь за мной, как только придет время нам воссоединиться, - практически на одном дыхании попросила Амира у Мурада, прежде чем поднять взгляд своих светлых глаз и ощутить желанное прикосновение его губ к ее. Последовавший поцелуй был полон нежности и желания, на протяжении которого они лишили одежд друг друга уже прямиком на балконе. Уже оттуда они незаметно уже переместились обратно в покои, из которых уже ранним утром Амире пришлось уйти с осознанием того, что скоро она не вернется туда.
- Я буду молить Аллаха о том, чтобы он даровал тебе свою милость и благосклонность, мое сердце, - уже прощаясь возле кортежа, что должен был сопроводить фаворитку наместника вместе с их детьми, прощалась хатун, не в силах отойти от возлюбленного. В прочем, настоятельные рекомендации калфы, что ехала вместе со своей госпожой в Бухару, заставили Амиру отступить после последнего поцелуя, который она позволила себе украсть у своего эмира перед длительным путем, что лежал в сторону столицы.
Дорога была невыносимо тяжкой и не простой, не смотря даже на хлопоты слуг, которые стремились угодить фаворитке и маленьким детям, из-за которых они делали частые остановки. Вот только останавливаться в поселениях им было опасно, поэтому это делали вдали от селений, где могла также поджидать на них хворь, от которой бежали наложница и дети. В прочем, на душе Амиры не стало ничем не легче, когда она увидела вдали Бухару, а также встречающий их кортеж.
- Благодарю Вас, Фарид-паша за оказанное терпение к нам в пути и заботу, - как годится, хатун поспешила поблагодарить старшего брата Мурада, что проводил ее в дороге, как и обещал это наместнику. – Я обязательно исполню вашу просьбу, паша, и если Вы будете любезны, подождать, пока я напишу письмо, моей признательности просто не будет границ, - добавила наложница, прежде чем Мехмед-паша, о котором заговорил Фарид, поклонился.
Собственно, медлить было нельзя. Во дворце на нее ждала валиде Мурада, к тому же детям следовало уже проститься с путешествием, из-за которого они порядком устали, как и сама Амира. Вот только прежде чем она сдвинется с места, она обязательно напишет возлюбленному хоть пару строк!


Мурад, мое сердце и моя единственная любовь в этой жизни!
Не пыльная дорога и не жаркое и беспощадное солнце над головой, а разлука с тобой для меня худшее наказание, которое могла только придумать судьба. Я молю Аллаха, чтобы он помог нам пережить ее и ускорил день нашей новой встречи. Мне до сих пор не верится, что тебя нет рядом со мной, ведь каждый раз, когда я засыпала в пути, просыпаясь, искала тебя рядом…
Сейчас мой путь расходится  с верным тебе Фаридом-пашой. Он передает нас в руки Мехмеда-паши, который сопроводит нас в загородный дворец твоего отца-повелителя. Очень надеюсь на то, что уже в следующем письме, ты скажешь мне о том, что едешь за нами и этот путь в Бухару был проделан совершенно зря. Прошу тебя, скажи, что уже все в порядке и опасность миновала! Больше всего на свете я хочу, чтобы мы снова воссоединились: ты, я и маленькие детки, что также нуждаются в тебе, как и я, любовь моя.
Я жду с нетерпением вестей от тебя, твоя опечаленная разлукой луна.

+1

54

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2bNda.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Проводив Амиру и занявшись неотложными делами, Мурад на какое-то время отвлекся от горького привкуса разлуки с любимой и вновь ощутил его в полной мере, когда вернулся в старый дворец своего дедушки. Он уже давно успел привыкнуть к тому, что торопится домой, желая как можно скорее заключить свою единственную и неповторимую в объятия, поцеловать любимых детей и затем посвятить все свое свободное время только семье. Сейчас же, во дворце было непривычно тихо и как-то пусто... не сдержавшись, наместник зашел в покои Амиры, где все осталось на своих местах, словно она просто вышла ненадолго и скоро должна вернутся.
Я знаю что поступил правильно... она теперь в безопасности вместе с детьми - а это самое главное для меня. Даже если что-то нехорошее и случится.., -подумалось Мураду, когда он присел на постель в спальне своей любимой. -Но даже осознавая все это, мне все равно ее не хватает...
Как быть, если дорогой и близкий человек вдруг волей судьбы оказался очень далеко и нет никакой возможности, бросить все и лететь к ней словно на крыльях? В этот самый момент, принц как никогда понял давние слова своего отца и истинную причину по которой тот не хотел владеть престолом своих славных предков. Причиной этой была истинная и преданная любовь, которую Амин всегда питал к своей жене... и хотел принадлежать лишь ей одной и своим детям, но вовсе не государству и неумолимому долгу.
-Знаешь, когда мне очень грустно, я поверяю свои мысли дневнику.., -совершенно неожиданно вспомнились Мураду слова его младшей сестры Айше. -Мне очень нравится записывать все интересное что происходит со мной... и после того как я сделаю очередную запись, мне становится куда легче на душе. Зули смеется и говорит, что спустя века по моему дневнику будут изучать правление нашего отца... а что? Это еще один стимул больше стараться и писать как можно интереснее...
Улыбнувшись собственным мыслям, наследник престола уселся за письменный столик и взяв чистый лист бумаги, аккуратно окунул калям в чернила. Он никогда не вел дневников, но мог написать письмо Амире и тем самым хотя бы ненадолго заглушить тягучую тоску по ней и детям...

Луна моя!

Ты уехала и солнце словно померкло для меня... вечер тянется бесконечно долго и я корю себя за вынужденную жестокость с которой обрек нас на эту разлуку. Я знаю, что принял верное решение - лучше я буду знать, что ты и дети далеко от меня, но в безопасности, чем мою душу будет разрывать страх потерять вас. Прошу тебя понять меня... и помнить всегда, что ты, Ниса и Мансур всегда будете самыми дорогими сокровищами для меня на этом свете.
Перед тем как мы расстались, я просил тебя заглянуть в наш тайный сад... и теперь, смотря как лунный свет разливается по дворцовому парку, я вспоминаю нашу самую первую встречу. Тогда я еще не знал, что благодаря моему младшему и такому неуклюжему братишке, я встречу свою судьбу... Сейчас мне очень хочется как можно скорее получить добрые известия о ситуации в городе, чтобы забыв обо всем на свете помчаться следом за тобой в Бухару.

Написав начало своего письма, Мурад решил остаться на ночь в спальне Амиры, ведь на следующий день ему вновь надлежало подняться с рассветом и заниматься делами. Несмотря на опасную эпидемию, ученый факих из самаркандского медресе не стал откладывать открытие своей школы, на котором наместнику тоже следовало бы появится. Так в думах и тоске по любимой закончился для молодого наместника очередной хлопотный и долгий день - а вернувшись уже следующим вечером, он решил продолжить свое письмо, благо что ему было что поведать Амире.

Ты наверное сейчас еще только подъезжаешь к столице... а я все никак не могу закончить это письмо. Стольким хочется поделится с тобой, столько рассказать! Пусть даже и с помощью пергамента и чернил...
Сегодня днем, я снова был в лечебнице... и по пути туда, молил Всемилостивого о добрых вестях. Но целительнице, что возглавила борьбу со страшной болезнью было нечем меня порадовать, увы - как оказалось, почти все люди из того каравана что принесли чуму в Самарканд, оказались больны. Один лишь аллах знает, с кем они успели пообщаться по пути в мой город и скольким принесли эту черную хворь. Молю Всевышнего отвести беду от горожан и надеюсь на лучшее...
Знаешь, все же одна хорошая новость у меня есть - нынче Рашид-хаджи, ученый богослов открыл бесплатную школу для детей бедняков при самаркандском медресе. Он и его ученики готовы трудится ради того чтобы драгоценные крупицы знаний, которыми они обладают не пропали зря. Мне подумалось, что эта школа позволит людям отвлечься от тяжелых мыслей о завтрашнем дне - ведь учиться пришли не только дети, но и несколько взрослых, чему господин Рашид был несказанно рад.
Напиши мне пожалуйста, как идут дела в Бухаре и обними за меня Зули, Айше, Ахмеда, Руми и конечно же малыша Джихангира. Передай матушке мою искреннюю и преданную любовь и уважение - да пошлет ей Всевышний долгих и счастливых лет жизни в покое и радости.
Напоследок хочется сказать о самом важном... я люблю тебя безмерно и буду любить всегда, какие бы испытания Всевышний не послал на мою долю. Всегда помни об этом, луна моя и не забудь поцеловать Нису и Мансура и сказать, что их отец постоянно думает о них и очень скучает.

Дописав последнюю строчку, Мурад оплавил на свечке немного сургуча и капнув несколько капель на лист пергамента, прижал к ним свое кольцо-печатку. Сложив письмо для Амиры в специальный футляр, он принялся за послание отцу - и на этот раз постарался более детально описать ситуацию в городе и окрестных селениях, не скрыв никаких подробностей. Пока еще было неизвестно, только ли в Самарканд пришла страшная болезнь... но в любом случае, принцу нужна была помочь отца-падишаха, дабы избежать проблем с продовольствием после того как город был закрыт.
На следующее утро, один из преданных телохранителей Мурада, получил приказ как можно скорее доставить оба письма в столицу, что и было в точности исполнено. И на тот момент, молодой наместник еще не знал, что спустя несколько часов ему принесут вести о том, что поселения рядом с городом уже оказались во власти неумолимой как рок черной смерти...

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-22 23:46:51)

+1

55

[NIC]Amira[/NIC]
[AVA]http://sg.uploads.ru/kGVRL.png[/AVA]
Вручив письмо Фарид-паше, Амире пришлось лишь проводить кузена своего возлюбленного принца, которому предстояло весьма непростое задание: победить чуму, от которой вымирают целые селения, и перехитрить, возможно, собственную судьбу, которой захотелось наградить Мурада испытаниями, видимо, посчитав, что было слишком много безмятежных дней на его молодом веку. Женщина стояла, глядя на то, как отдаляется всадник вместе со своим сопровождением туда, откуда она прибыла и где оставила свое сердце. Ей хотелось бы вернуться в Самарканд, чтобы разделить трудности, выпавшие на долю любимого мирзы, и при возможности даже облегчить его ношу – и плевать, что она всего лишь женщина, наложница и рабыня. Невольница тоже что-то может в этой жизни, пусть никто не хочет позволить ей действовать. Она не такая слабая и беспомощная, чтобы ее оберегать безмерно. По крайней мере, так считала женщина, прежде чем Мехмед-паша отвлек от столь эгоистично направленных мыслей, напомнив о том, что на нее ждут. Падишах желает увидеть своих внуков, как и Фериде-султан.
- Не беспокойтесь, хатун, - постарался успокоить наложницу Мехмед, сопровождая женщину к тому крытому экипажу, в котором и провела большинство времени в этом путешествии Амира. – Ваше путешествие уже почти закончилось. Еще немного и вы сможете отдохнуть во дворце, а там и минует опасность в Самарканде, куда вы сможете снова вернуться, - усмехнулся паша, наверняка желая подбодрить молодую женщину, что лишь молча покачала головой, прежде чем взять у служанки сына на руки, чтобы впредь не отдавать его никому. Ведь во дворце, куда они направлялись, водились те еще ядовитые змеи.
Но, прежде чем сесть в экипаж, Амира повернулась к Мехмеду-паше:
- Не пытайтесь меня ободрить, паша, ведь это тщетно. Единственное утешение для меня – добрые вести, а их мы еще не скоро получим. Подсказывает мне сердце, что не скоро мы с Мурадом встретимся…
- Дай Аллах, вы окажетесь не правы, - только и мог ответить Мехмед совершенно расстроенной женщине, что лишь кивнула в знак своего согласия и села-таки в экипаж, который и доставил ее во дворец падишаха.
- Хвала Аллаху, Вы приехали, - всплеснув в ладони, произнес главный евнух гарема, глаза и руки Валиде-султан, как только Амира сошла с кареты и прошла во внутрь той части дворца, на которой и расположилась его женская часть. Кто-то из наложниц с любопытством наблюдал за фавориткой наследника Хорезмского царства, которую хорошо запомнили в гареме падишаха. Все-таки к ней хорошо относилась Фериде-султан, да и чего стоила та история с выбором наложницы, которая умерла при родах, дав жизнь дочери, которую уже никогда не сможет ни обнять, ни взять на руки. И теперь многим оставалось гадать над тем, как бесплодной наложнице удалось подарить наследнику престола сына. Колдовство?
Тем не менее, женщину быстро проводили в приготовленные для нее и детей покои, в которых они могли немного передохнуть, а после выйти в сад, где на избранницу Мурада уже дожидалась его валиде. Толику обиды и горечи Амира все еще ощущала по отношению к этой женщине, из-за которой ей пришлось не только ревновать, но и ощутить боль в те ночи, которые мирза должен был провести с другой. В прочем, когда-нибудь в далеком будущем она, быть может, и сможет понять полноту мотивов Фариде-султан, вот только сейчас еще рана полностью не зажила. И тем не менее, Амира весьма почтительно поклонилась перед султаншей, рядом с которой на шёлковых подушках сидели и ее дочери, держа трехмесячного Мансура на руках.
- Очень жаль, что при таких обстоятельствах мне приходится увидеть собственных внуков, - тяжко вздохнула валиде, сначала взяв у Амиры внука-наследника, который смотрел на нее своими синими глазами. – Он так похож на Мурада, только глаза синие… - улыбнувшись, произнесла Фериде, прежде чем к ним под шатер, что защищал женщин от жаркого солнца подошли аги, державшие в руках дары для матери наследника от султанши. – Прими эти дары, Амира, от меня и забудь о той обиде, что все еще гложет тебя, как червь изнутри. То, что сделано, уже сделано. Никому не ведомы намерения Аллаха на наш счет, - добавила она, определенно удивив хатун своей проницательности. В прочем, всем была известна рассудительность и мудрость главной женщины султанского гарема. Так чему тут было удивляться?
- Благодарю вас, Фериде-султан, вы слишком щедры ко мне, - поклонившись султанше, ответила женщина, после чего Мансур начал плакать на руках своей бабушки, что и вернула его матери. Маленькая Ниса же стеснительно смотрела на красивую темноволосую женщину, на голове которой красовалась прекрасная тиара, блестевшая всеми цветами радуги, которой девочка сразу же потянулась своей маленькой ручкой, как только пришла ее очередь, посидеть на ручках у бабушки, которая нашла и для внучки красивый талисман-оберег в подарок. Именно в этот момент и объявил ага о приближении повелителя, от чего Амира даже испугалась. Все-таки ей раньше не доводилось видеть падишаха так близко. Но он пришел специально для того, чтобы посмотреть на своего внука и надежду Хорезмского царства, которую он и взял на руки, довольно улыбнувшись.
Действительно, прием, который организовали фаворитке мирзы и матери его сына, как и обещал Мурад, был полон радушия. И день ото дня ее не оставляли наедине с детьми, постоянно требуя присутствовать где-то, от чего женщине было немного легче сносить свою боль разлуки, которая в полной мере побеждала хатун по приходу ночи. Однако одним прекрасным днем посланник принес письмо для Амиры хатун, которое ей и передала сама влиде, что также заметно волновалась о сыне, что оставался в зараженном чумой городе. Конечно, наложница не знала, что султанша не один день просила мужа-падишаха призвать сына в столицу. Все-таки он был наследником, сыном повелителя, которому нельзя было находиться в опасности. Но, перво-наперво, у матери болело сердце о старшем сыне, как и о каждом другом ее ребенке. Тем же вечером Амира отправилась в тот самый сад, что хранил в себе так много приятных воспоминаний, чтобы там, как и обещала она возлюбленному эмиру, написать ему письмо.

Мурад, сердце мое!
Сейчас я сижу в нашем саду и снова перечитываю то письмо, которое принес твой гонец, и на глаза мне наворачиваются слезы, ведь мне так хочется, чтобы ты был снова рядом со мной. А в прочем, знаешь, мне кажется сейчас, что наша разлука лишь иллюзия. Кажется, что вот-вот ты войдешь тихонько в этот сад, стоит только спеть мне грустную песню о тех прачках, что так тебе понравилась когда-то. Однако я пою, а ты не приходишь. И я понимаю, что это все правда, не страшный сон, проснуться от которого не просто, хотя так хотелось бы.
Во дворце все хорошо. Меня приняли даже слишком радушно падишах и твоя валиде. Вот только мне кажется, что все эти наложницы, проживающие здесь, желают мне зла. Я тщательно оберегаю детей от кривого глаза и не разлучаюсь с ними ни на миг. Даже сейчас я взяла с собой спящего Мансура в сад, где ему очень понравились цветущие цветы, которые еще помнят нас здесь, любовь моя.
Твои сестры и брат шлют тебе наилучшие пожелания и молятся, как и многие здесь за твое здоровье и успех в Самарканде. Они, как и я желают поскорее обнять тебя и убедиться в том, что с тобой все в порядке. Но, чтобы это произошло быстрее, прошу тебя быть осторожнее и воздержаться от частых поездок в горд, улицами которых бродит эта страшная хворь. Береги себя, мое сердце, как бы я берегла тебя, будучи рядом с тобой.
Твоя покорная и жаждущая встречи луна.

Отправив это письмо в Самарканд, наложница старательно узнавала всевозможные новости и слухи, что могли дойти в Бухару из закрытого Самарканда, который отказался покидать Мурад. И единственным спасением для наложницы были письма любимого и их дети, которых она даже слишком тщательно оберегала буквально от всего на свете...
[SGN]
http://sd.uploads.ru/RQoHb.gif
[/SGN]

Отредактировано Tony Danziger (2016-05-22 19:29:02)

+1

56

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2c5Q8.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Мурад прекрасно понимал, насколько тяжелые дни ожидают город вверенный его заботам... и очень быстро убедился в том, что поступил верно, когда принял нелегкое решение отправить Амиру и детей в столицу. Спустя несколько дней после отъезда султанши, город оказался полностью во власти жестокой болезни и многим горожанам пришлось изведать горькую боль утраты своих родных и близких. Как верно говорили мудрые люди - нет ничего страшнее обыденности смерти... когда у людей нет надежды на то что завтрашний день будет лучше предыдущего, а молитвы, которые они возносят аллаху, просят лишь об одном: поскорее освободить их от постоянного страха вновь не увидеть рассвет...
Один из вечеров застал молодого наместника в пути - вместе с охраной и верным Фаридом, он решил наведаться на одну из застав, что были поставлены на пути к городу и узнать не было ли срочных писем из столицы. Еще, вот-вот должен был подойти караван с продовольствием для города и Мурад намеревался дождаться его и сопроводить в Самарканд. Увидев молодого мирзу, солдаты на заставе немного приободрились - раз он лично объезжает посты, какая-то надежда у осажденного черной смертью города еще осталась?
-Повелитель, сегодня пришло несколько срочных писем, -доложил один из солдат, с поклоном подав Фариду-паше несколько металлических футляров, что предохраняли депеши от сырости. -Не угодно ли вам присоединится к нашей вечерней трапезе? Сегодня наши новобранцы весьма удачно сходили на охоту...
-С удовольствием, но вначале переведу дух и прочитаю все донесения, -благодарно кивнул Мурад, после чего поручив Серую Мглу одному из солдат, уселся рядом с Фаридом возле костра. Принц ощущал себя бесконечно уставшим после всех дел и хлопот что свалились на него, так что с удовольствием позволил себе несколько минут законной передышки и протянул озябшие руки к пламени. -Брат... прочти мне письмо отца?
Как и полагалось, прежде чем развернуть пергаментный свиток с хорошо знакомой Мураду печатью на шелковом шнурке, Фарид-паша приложил его ко лбу и к губам. К удивлению обоих, великий падишах в своем письме приказал обоим как можно скорее вернутся в Бухару - не нужно было даже и гадать, чтобы понять по чьей просьбе Амин решил написать такое?
-Уверен что валиде и моя матушка не теряют зря времени и атакуют нашего доброго повелителя со всех сторон, -улыбнулся Фарид. Он прекрасно знал как Амин любит и ценит своих любимых женщины - супругу и младшую сестру - так что было в некотором роде закономерно, что он в конце-концов уступил их просьбам. -Сначала она хотела пристроить меня к делу, теперь желает снова вернуть...
-Отец хорошо знает, что мне придется нарушить его приказ... приказы султана не могут быть выше законов государства - а они гласят что никто не должен покидать зараженный город, дабы не создавать опасности для здоровых, -устало вздохнув, ответил Мурад. -Надо будет отписать ответ повелителю, прежде чем мы вернемся в Самарканд... так он быстрее получит его.
-Прежде ты как следует отдохнешь, брат, -ответил Фарид-паша, протянув еще один свиток наместнику. -Но сначала тут есть куда более приятное и ожидаемое для тебя письмо.
Придвинувшись ближе к костру, Мурад прочитал послание от своей любимой луны... и на пару минут прикрыл глаза, стараясь представить ее в их любимом тайном саду. Как Амира любуется закатом на большом балконе, как поет ту самую красивую и печальную песню, что так нравилась ее возлюбленному принцу. В какой-то момент ему безумно захотелось махнуть рукой абсолютно на все и сбежать к своей любимой луне... вот только долг словно стальная цепь держал Мурада в его городе, не позволяя подло поступить по отношению к его жителям.
После ужина, принц долго не мог уснуть - его знобило и бросало в жар, так что в конце-концов ему удалось лишь ненадолго задремать уже перед самым рассветом. И как оно обычно и бывает, беда никогда не приходит одна... едва только Мурад заставил себя встать и начать собираться в обратный путь, из города прискакал гонец и сообщил что на главной площади начался самый настоящий бунт...
-Как такое возможно?! -словно в каком-то тумане, принц оседлал свою лошадь и вместе со свитой и охраной помчался к стенам города. Как оказалось, в его отсутствие по городу прошел слушок, будто бы местная знахарка на самом деле самая настоящая ведьма... и что именно она и наслала черную хворь на жителей города. Доведенные до последней степени отчаяния люди, бросились к лечебнице и приволокли несчастную женщину на площадь - и убили бы ее, если бы не появление Мурада и его сопровождающих. -Что здесь происходит??
При виде наместника, толпа немного угомонилась, а солдаты помогли бедной целительнице подняться на ноги. Ей здорово досталось, о чем говорили синяки на ее лице... однако она продолжала держаться со странным спокойствием и достоинством, что еще больше злило горожан.
-Повелитель, она ведьма!! -крикнул кто-то из толпы и этот крик тут же подхватило несколько человек. -С каждым днем заболевших все больше и больше! Она просто питается их жизнями!!
-Подобные обвинения слишком серьезны и их должен решать суд!! С каких это пор простые горожане превратились в палачей? -Мурад ощутил как ему заложило уши, а окружающая реальность едва не повернулась вокруг своей оси. Голоса недовольных раздавались словно из какого-то гулкого колодца и каждый звук больно резал по ушам молодому мирзе. -Поступайте согласно законам нашего великого государства! Соберите доказательства и пусть достопочтенные муфтии рассмотрят это дело... но пока вина этой женщины не доказана, никто не смеет ее трогать!
-Господин!!! -услышал Мурад отчаянный крик знахарки, прежде чем понял, что с ним явно что-то не то... силы окончательно покинули его и наступила вязкая темнота...
Фарид-паша успел среагировать мгновенно, подхватив старшего брата и не позволив ему упасть и заодно приказав солдатам оттеснить недовольных. Естественно, неожиданный обморок наместника только подбавил масла в огонь всеобщего недовольства, так что следовало как можно скорее спасать обоих - и Мурада и знахарку. Так уж вышло, что его жизнь теперь могла зависеть только от нее...
-Добрые жители великого Самарканда! С этой самой минуты в городе объявляется военное положение! -рявкнул Фарид. -Каждый кто будет затевать беспорядки на улицах, окажется в дворцовом подземелье! Предлагаю вам разойтись по домам добровольно...
Спустя где-то час после проишествия на площади, воины корпуса Сафар-бека вошли в город и заставили жителей соблюдать установленный порядок. Положившись на опытного и преданного династии военачальника, Фарид тем временем, доставил во дворец Мурада и целительницу, не рискнув возвращать ее в лечебницу.
-Я знаю что тебе слишком даже досталось, хатун... но теперь твоя жизнь зависит от того, останется ли в живых наш повелитель, -коротко произнес паша. -Военное положение только озлобит тех кто хотел твоей смерти - и если ты не спасешь моего брата, никто не помешает им прийти ко дворцу и устроить самый настоящий бунт.
-У нашего повелителя вовсе не чума, как кричали эти невежественные люди.., -ответила знахарка. -Судя по всему он сильно простыл пока был в степи и не стал говорить лекарям о том что неважно себя чувствует...
-Я повторяю тебе - если Мурад умрет, никто не сможет спасти тебя. Так что постарайся. хатун - все средства в твоем полном распоряжении, -неожиданно жестко ответил Фарид-паша. -Ты же не хочешь чтобы началось настоящее восстание? Эти люди напуганы и не будут довольствоваться только лишь твоей головой!
Так потекли тревожные и полные ожидания дни, в течении которых Мурад находился в бреду и беспамятстве... и пока он не мог появляться в городе, появились новые слухи. Та самая ведьма не довольствовалась уже отнятыми жизнями и убила сына самого падишаха..

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-24 06:52:33)

+1

57

[NIC]Amira[/NIC]
[AVA]http://sg.uploads.ru/kGVRL.png[/AVA]
В тайном саду, где впервые встретились наедине Мурад и его любимая наложница, у Амиры-хатун не было компании, кроме ярких звезд, душистых цветов и маленького сына. Мансур тихонько спал себе в окружении всей этой неземной красоты, которую так любили его родители и которой наслаждались когда-то, прячась от всех кривых и завидных глаз дворца в этом удивительном таинственном саду. Именно этот дивный сад, его певучие птицы и звезды были постоянными свидетелями встреч мирзы и наложницы, которой сейчас оставалось лишь жить воспоминаниями прошлого, надеясь на то, что они еще смогут повториться в будущем. Ее грусть по любимому была великой, несмотря на то, что молодая женщина провела, как многие сказали бы, не так уж и много времени вдали, а расстояние порой делает чувства сильнее. Вот только один день постепенно сменял второй, а там и начали сменять друг друга недели, пока одно письмо за другим отправлялось из столицы в провинцию и наоборот. Только лишь письма очень долго шли и, к превеликому сожалению хатун, порой писем от Мурада не было целую неделю! Из-за этого она ужасно волновалась, вот только не за себя и свое блистательное будущее рядом с наследником престола, о котором только мечтали другие одалиски, но о самом наследнике, на которого навалилось даже слишком много всего. Тем более, можно было смело сказать, что мирзе грозила смертельная опасность, при этом каждый, данный Аллахом, день, о котором Амира подносила руки в молитве четыре раза на дню. Так было и сейчас, когда она прикрыла свои глаза и тихонько шептала молитву, после которой ей оставалось лишь наблюдать за тем прекрасным видом, что открывался из балкона этого сада.
Было время, Амира пела здесь песни, как тот соловей, песни которого убаюкивали маленького сына хатун. Было ведь время, когда она представляла себе себя кем-то совершенно другим, вроде прекрасной принцессы, заключенной в высокой башне, из которой ее должен был спасти прекрасный принц… И, надо ведь, чтобы ее золотая клетка, из которой девушка рвалась обратно домой, превратилась в самый настоящий дом? Мурад изменил жизнь своей избранницы, став ее домом, ее твердыней, без которой жизнь была не та уже.
Но пока малыш спокойно спал, его мать наблюдала за тем, как позолотило солнце небо на закате, словно бы желая поджечь его. Медленно восходящие звезды начинали мерцать на темно-синем бархате, заставляя всех постепенно позабыть о своих трудах, путников сделать перерыв в своем путешествии и заняться собственным отдыхом. Вот только, какой мог быть у Амиры отдых? Разлука плохо сказывалась на женщине, что плохо спала ночью, допоздна засиживаясь в саду, из которого ее никто не мог прогнать. Разве что маленький Мансур, жаждущий оказаться у мамы на ручках, либо же просто изголодавшись на свежем воздухе желал насытиться поскорее. В прочем, может быть, ему мог попросту надоесть настырный соловей?
Подобное произошло и этим вечером, когда Амира отправилась с ребенком в свои покои, где уже спала себе мирно Ниса, а ее нянька и кормилица встревоженно дожидалась возвращения своей госпожи, за которую боялась не меньше чем за маленькую султаншу и наследника. Все-таки на что способна разлука? К тому же, хатун с большим подозрением относилась буквально ко всему, что окружало её во дворце падишаха.
Как и обычно ночь прошла для Амиры, словно пытка. Уже шла вторая неделя без вестей от Мурада, от чего сердце рабыни больно сжималось от одной только мысли о том, что больше она его не увидит. Кто-то из дворцовых слуг уже даже начали между собой шептаться о том, что должно быть мирза уже мертв. Что еще могло ждать на него в городе, где зверствует уже не один месяц чума?
Амире снился какой-то страшно мрачный сон, в котором на неё ночью, когда она вышла из тайного сада, напали другие наложницы и заявили, что теперь Аллах ее накажет за то, что она не желала делиться любимым ни с ними.
- Жадность – это страшный грех, - твердили рабыни, среди которых фаворитка узнала свою соперницу, что уже чуть больше года отдала аллаху душу.
- Теперь мы с ним будем вместе! – заявила Эсма-хатун во сне, от которого Амира проснулась в холодном поту. Дети еще спали, когда она выбралась из постели и направилась к кувшину с водой, желая утолить свою жажду. Вот только равновесие подвело молодую женщину, у которой закружилось все перед глазами от чего она и сползла на пол, задев маленький круглый столик, из которого и свалилась на пол серебряная чашка, из которой собиралась испить хатун.
Из-за шума проснулась служанка, спавшая в покоях фаворитки самаркандского наместника и ее детей, которая и подбежала к Амире-хатун, чтобы справиться, что же произошло и помочь подняться на ноги. Все-таки еще вчера вечером все было хорошо!
- Что с вами, госпожа? – спрашивала служанка, приводя в чувства мать наследника, у которой не просто все поплыло перед глазами, но еще и начало попросту тошнить.
- Меня отравили, хатун! Беги и приведи ко мне лекаря, - потребовала она, оказавшись снова в постели при помощи верной служанке, что сразу же дала все необходимые распоряжения, позаботившись также и о детях, которых перенесла в отдельную комнату, чтобы шум не помешал им спать.
- Что произошло? – спросила Фериде-султан, как только вошла в покои наложницы сына вместе с врачами и, пока те занимались фавориткой, султанша занялась допросом хатун.
Зная, как сын любит её, Фериде не могла допустить, чтобы с любимицей сына что-либо приключилось. Как иначе она посмотрит в глаза сына, когда он вернется за своей жемчужиной? А в том, что он вернется она нисколько не сомневалась! Она верила, не смотря на его молчание и те слухи, что доходили до Бухары. Служанка быстро рассказала султанше о случившемся, прежде чем лекарша была готова с улыбкой на лице огласить свой вердикт.
- С ней все в порядке, султанша. Просто эта хатун беременна – поздравляю Вас, - торжественно огласила она, на что даже Амира удивилась, выслушав.
Как такое возможно ведь?!
[SGN]
http://sd.uploads.ru/RQoHb.gif
[/SGN]

+1

58

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2c5Q8.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
На несколько тревожных и долгих дней окружающая реальность превратилась для Мурада в полный кошмаров сон, который все никак не хотел заканчиваться. Он снова видел ту самую камеру в зендане загородного дворца... слышал звуки капающей воды и ощущал тот же страх, что мучил его в детстве - вот только в этом видении, рядом с принцем не было отца, что крепко обнимал и готов был защитить от всех бед ценой собственной жизни. Мурад был один и не представлял что будет дальше. Вязкая и сырая темнота подземелья затягивала его все глубже и глубже... пока этот полет в никуда внезапно не закончился и открыв глаза, молодой наместник увидел, что находится в хорошо знакомой комнате. Это была та самая спальня, в которой он и Амира провели вместе немало счастливых часов - за окном было темно и лишь одна свеча одиноко горела на том самом столике, где Мурад писал письмо своей возлюбленной.
-Мой господин! Слава Всевышнему, вы наконец-то очнулись! -раздался хорошо знакомый голос и с трудом повернув голому, принц увидел целительницу - она как раз зашла в комнату, держа в руках чашу от которой шел сильный и терпкий аромат трав. -Я ходила к главному лекарю, за очередной порцией отвара для вас... как вы себя чувствуете?
-Что со мной было? -почти шепотом поинтересовался Мурад, прежде чем женщина подошла ближе и помогла ему выпить немного чудодейственного питья. Он подчинился, хотя это лекарство было не самым приятным на вкус... -Я рад, что ты жива хатун... как дела в городе?
-Вы были в жару и беспамятстве несколько дней, мой господин, -знахарка поставила чашу на столик и помогла принцу улечься поудобнее. -После того как вам стало плохо на площади, меня едва не убили, так что мне пришлось спрятаться во дворце... для всех в городе, я нахожусь в подземелье.
-У меня тоже... чума? -Мурад тихо вздохнул, ощущая какую-то совершенно бесконечную усталость и желание как можно скорее закрыть глаза и погрузится в блаженный сон. Правда на этот раз хотелось бы без кошмаров... -Что со мной?
-Вы сильно простыли, но теперь уже пойдете на поправку, -улыбнулась целительница. -Фарид-паша говорил что отвезет вас в столицу, сразу как только вам станет лучше. Он приказал солдатам войти в город, так что последние несколько дней прошли более-менее тихо и спокойно. Вот только я боюсь за моих больных... надеюсь что лекари сумели о них позаботится должным образом.
-Я не могу уехать... не могу бросить все..., -прошептал Мурад, уже начав засыпать и не почувствовал как целительница коснулась его лба, проверяя нет ли у него жара. Но по счастью, кризис миновал и после долгого и спокойного сна, принц почувствовал себя куда лучше, хотя и был все еще слаб.
-Мне пришлось применить к толпе весьма жесткие меры, -рассказал Фарид, когда пришел спустя день навестить своего брата. -Они не знали меры, когда требовали убить целительницу и кричали на весь город, что она отравила и тебя... Но как оказалось, паника это тоже болезнь и она прекрасно лечится с помощью военного положения и запрета появляться на улице после вечернего азана. Как только ты немного окрепнешь, то сразу уедешь из в столицу, брат. Фехрие-хатун говорит, что тебе опасно оставаться в Самарканде пока чума еще не покинула его.
-Фарид... я не могу сбежать как трус.., -попытался возразить Мурад, но кузен жестом остановил его.
-Ты никуда не бежишь... вспомни законы, о которых сам же не раз напоминал мне? -ответил Фарид. -Наследник престола не имеет права подвергать себя опасности. Как представитель династии, я останусь и буду дожидаться твоего возвращения. Надо полагать, рядом с твоей райской гурией ты поправишься куда быстрее? А когда вернешься, болезнь с помощью Всевышнего уже покинет Самарканд.
Еще несколько дней спустя, был организован отъезд Мурада, которого сопровождала серьезная охрана и конечно же целительница - для нее было слишком опасно возвращаться в лечебницу. Большую часть длинной и утомительной дороги, принц проспал, потому как не успел еще достаточно окрепнуть, но на подъезде к Бухаре, решил что пора бы прокатится верхом. Правда садится в седло Мураду пришлось с помощью одного из стражников, но он и правда почувствовал себя куда лучше, когда Серая Мгла перешла на легкий галоп.
Этим утром Фериде-султан не могла найти себе покоя от какого-то неясного предчувствия... она категорически не хотела верить слухам, что ходили по столице насчет осажденного страшной болезнью Самарканда. Люди болтали что якобы большая часть города уже вымерла и черная смерть не пожалела и сына великого падишаха... Молчание Мурада пугало валиде, но усилием воли она приказала себе не думать о плохом, ведь беда уже не раз обходила ее первенца стороной. В эти черные дни, Фериде не единожды посетила главную мечеть, чтобы помолится о любимом сыне и чтобы отвлечься от грустных дум, с прежней энергией занималась благотворительностью и раздавала беднякам много милостыни.
Она упрямо продолжала надеяться только на хорошее... и была вознаграждена за терпение, когда поутру в загородный дворец прискакал гонец и сообщил, что мирза Мурад вот-вот уже прибудет в столицу.
-О Всевышний... я благодарю тебя за эту великую милость.., -счастливо вздохнула султанша. -Мой сын жив и скоро я смогу его обнять! Нужно как можно быстрее сообщить эти счасливые вести нашему повелителю!
Хазнедар гарема тут же поклонилась своей госпоже, заверив что сейчас же найдет гонца и отправит его в канцелярию совета дивана, где Амин проводил очередной совет. Ну а Фериде-султан решила сама все рассказать Амире и порадовать ее, так что немедленно отправилась в покои фаворитки любимого сына. Зайдя в комнату Амиры, султанша застала ее за веселой игрой с маленькой дочкой - Ниса уже вполне уверенно и самостоятельно ходила по мягкому ковру, улыбаясь любимой маме и что-то довольно курлыкая при этом. Ее маленький братишка сладко спал в своей кроватке, так что Фериде пришлось понизить голос, рассказывая невестке счастливые новости, чтобы ненароком не разбудить любимого внука.
-Я не смогла усидеть на месте и решила что сама должна рассказать тебе добрые вести, -улыбнулась женщина, присев рядом с Амирой. -Сейчас я получила одно важное письмо, в котором говорится, что Мурад возвращается в Бухару! Он скоро будет здесь и ты порадуешь его своей замечательной новостью... Ради такого события надо бы организовать в гареме праздник - пусть все порадуются и поедят сладостей досыта.
Ожидание не продлилось слишком долго и вскоре наследник престола прибыл в загородный дворец - проезжая по городу, он конечно же первым делом заехал в канцелярию чтобы выразить почтение и преданность любимому отцу. Амин был счастлив видеть своего старшего сына и не мог не заметить как тот осунулся и похудел: ему определенно требовался хороший отдых. После визита в канцелярию, ничего не мешало Мураду направится во дворец, чтобы как можно скорее обнять свою обожаемую луну и сообщить ей, что их разлука наконец-то подошла к концу.
-Прости что заставил тебя волноваться... но после твоего отъезда город словно погрузился в хаос и по всей видимости, письма что я отправлял, так и не дошли до столицы, -произнес принц, крепко обняв Амиру, когда его матушка, а так же братья и сестры тактично позволили им остаться наедине. -В какой-то момент мне показалось что я больше не увижу тебя, но хвала Всевышнему, все уже позади. Как только я основательно поправлюсь, мы сразу вернемся в Самарканд, но прежде нужно сделать еще кое-что очень важное.
Мурад улыбнулся и прежде чем продолжить, нежно поцеловал Амиру.
-Я хочу чтобы ты стала моей женой, луна моя. И как только отец вернется с заседания совета, я сразу же поговорю с ним об этом.

Отредактировано Dietrich Danziger (2016-05-25 20:02:45)

+1

59

[NIC]Amira[/NIC]
[AVA]http://sg.uploads.ru/kGVRL.png[/AVA]

Судьба – непредсказуема и изворотлива. Никогда не знаешь ведь наверняка, где она решит круто развернуться и сменить свое направление от севера к югу, или же от востока до запада, или наоборот. Некоторым особенно достается от судьбы-злодейки, ведь кого-то она щадит, но есть и те, кто падает без сил у ее ног, моля пощады после длительного и изнурительного пути через все уготовленные ней препятствия и испытания. В свою очередь Амира-хатун могла сказать, что знала, какого это быть любимчиком Фортуны, как и ее жертвой, поскольку на ее молодом веку она успела познать и горечь потери, и счастье встречи. Она потеряла свой дом и свою семью в далёкой Венеции, но смогла найти в себе сил и оправиться от этой потери, чтобы обнаружить новый дом и новую семью, которой для нее стал любимый мирза и их дети. Она обнаружила любовь и познала страсть, как и ревность, что способна сжечь все на своем пути. Ей пришлось делиться с тем мужчиной, которого до боли в сердце любила, с другой наложницей, которая должна была подарить сына мирзе, раз уж она не была способна. Однако слишком поздно она осознала, как легко может потерять своего любимого, если не будет сражаться с собственной судьбой, доверять которой было не самой лучшей ее идеей. Однако не всегда есть возможность возразить судьбе. Порой она оказывается сильнее, и демонстрируя свою силу, она ждет должного ответа. Вот только, что могла противостать самая обычная рабыня могучей и непредсказуемой? Разве что молитву к Всевышнему, которая, видимо, дала свои собственные плоды.
Ребенок, которого Амира носила под сердцем стал не просто ее утешением. Этот малыш или малышка, что еще в течении пары недель мучил ее утренними недомоганиями, был теперь гарантией ее хорошего настроения, ее надеждой и самой настоящей опорой в это не простое время. Нет, наложнице не стало легче или проще. Скорее наоборот. Она попросту должна была заботиться о сыне или дочке, что еще даже не родился, когда на ее руках было их двое и поэтому наложница особенно держала себя в узде. Она почти не плакала, стала более вдумчивой и осторожной. Хотя, по правде говоря, Амира-хатун никогда не была женщиной беспечной.
В тот день, хатун проводила время с детьми. Ниса только-только проснулась и была полна задора к играм, пока Мансур все еще мирно спал в своей колыбели, вдоволь насытившись молоком кормилицы. Это был уже обычный для них полдень, поэтому хатун не особенно удивилась, появлению Фериде-султан в её покоях. Вот только светлая радость в глазах и улыбке султанши были настолько яркими, что не могли скрыться от глаз фаворитки наследницы. Та надежда, что до сих пор была жива в ее сердце, сразу же подняла голову, пусть даже Фериде-султан еще не озвучила ту новость, от которой даже дышать становилось легче.
- Аллах услышал наши молитвы, пусть славится его имя во всех уголках мира, - вдохнула наложница, прежде чем велела служанкам привести детей в должный для долгожданной встречи с их отцом вид. И себе велела приготовить украшения, поскольку от ношения их во дворце падишаха она отказалась. Но главным украшением для женщины, как и для Фериде-султан, стала, конечно же, яркая счастливая улыбка. Именно ней Амира встретила Мурада, когда он вошел в покои своей валиде в гареме, где на него уже с нетерпением ожидали все его братья и сестры, не говоря уже о матери и любимой наложницы. Дети, конечно, тоже были рады своему отцу, вот только сами они еще мало понимали.
Конечно, Амира заметила то, как изменился ее эмир. Самарканд с его проблемами и испытаниями подточил молодого человека, что сейчас выглядел уставшим. Любой, наверное, кто видел Мурада, пожалуй, мог утверждать, что теперь, когда он пережил первое серьёзное испытание судьбы, выглядел заметно повзрослевшим. Так, словно бы не пара месяцев прошла с тех пор, но год или два. Наложница не много говорила до тех самых пор, пока их с Мурадом не оставили наедине. По большей мере, она слушала и ловила каждый жест и слово своего обожаемого мужчины, пока не стала единственной его обладательницей, когда из покоев вышли все помимо их обоих. И уж тогда хатун не нужно было сдерживать себя от поцелуев, каждый из которых напрочь лишал разума и заводил с пол. оборота.
- Ты не представляешь себе, как я переживала и боялась, что потеряю тебя, пока каждый новый день доносились все новые и новые сведения из Самарканда, в одном из которых сказали, что и ты тоже болен, - быстро отчиталась обо всем, что было на сердце, и прежде чем ручки прошлись по вожделенному мужчине, для которого у нее были свои новости.
Но, тем временем, он поспешил извиниться за то, в чем его вины не было и быть не могло. И на это наложница отреагировала молниеносно, прикоснувшись кончиками пальцев губ желанного мирзы.
- В этом нет твоей вины, любимый, - тихо произнесла Амира, прежде чем мирза, буквально-таки ошарашил своим предложением. Он хотел освободить её и жениться! Так, разве можно желать чего-то другого?!
- Милый, любимый, я даже о подобном не мечтала, - честно призналась Амира, ловко ухватившись за руку мирзы, которой и накрыла свой живот. – У меня тоже есть для тебя новость, сердце мое, - тихо, как большой секрет, произнесла она.

[SGN] http://sd.uploads.ru/RQoHb.gif
[/SGN]

+1

60

[NIC]Murad[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cbNc.jpg[/AVA]
[STA]наследник престола[/STA]
Мурад был совершенно счастлив, когда Амира крепко-крепко обняла его и прильнула к его губам своими, подарив не один сладкий и нежный поцелуй. Наконец-то закончилась долгая и мучительная разлука, после которой ничего не мешало двоим счастливым влюбленным быть вместе и заключить наконец священный обряд, который должен будет навсегда связать их души воедино. Принц был очень рад видеть радость в глазах своей прекрасной возлюбленной и никак не предполагал, что она приготовила для него поистине чудесный дар, за который следовало вознести не одну благодарственную молитву Всевышнему.
-Луна моя, ты осчастливила меня сегодня, -наследник престола счастливо улыбнулся, нежно коснувшись ладонью живота Амиры. -Я буду молить аллаха о том чтобы нам никогда больше не пришлось разлучаться... Как только будет возможно, мы сразу вернемся в Самарканд, чтобы никто не мешал нам жить своей семьей - я очень люблю родителей, а также братьев и сестер... однако больше мне не хочется вмешательства в нашу устоявшую и спокойную жизнь. Уверен, что ты хочешь этого не меньше чем я, любимая моя...
-Мама? -от разговоров Мурада и Амиру отвлек звонкий голосок Нисы - несколько минут она с интересом наблюдала как ее мама обнимает отца, от которого маленькая принцесса успела немного отвыкнуть. Видя что любимые родители порядком забылись, кроха решила напомнить о себе и заодно произнести свое первое в жизни слово - самое важное и дорогое для каждого человека.
-Я вернулся в счастливый и радостный день - наша Ниса наконец-то говорит! -рассмеявшись, Мурад подхватил дочурку на руки и ласково поцеловал ее. -Моя радость, я очень скучал по тебе и Мансуру и думал о вас постоянно... попробуй сказать "папа"?
Ниса улыбнулась Мураду и протянув ручку, коснулась кончиками своих маленьких пальчиков сначала его носа, а затем приложила свою теплую ладошку к его щеке. Решив что этого с папы достаточно, девочка повернулась к Амире и протянула к ней свои руки, так что принцу пришлось передать малышку своей будущей супруге.
-Скоро она снова ко мне привыкнет, -принц ласково коснулся ладонью мягких вьющихся волос дочери. -Теперь мы будем проводить вместе много времени, хвала Всевышнему...
Обернувшись к кроватке своего сына, Мурад подошел ближе и присел рядом, стараясь не шуметь и не нарушить сладкого сна маленького Мансура. Это был поистине чудесный и спокойный ребенок, о котором только можно было мечтать... и осторожно коснувшись маленькой ручки мальчика, наследник престола позволил себе вздох облегчения - он с самого начала поступил верно, обезопасив свою единственную и любимую женщину и своих детей. Теперь же, время грусти наконец-то миновало и уступило место радости: Амире пришла пора стать законной женой Мурада и молодой человек рассчитывал, что падишах позволит ему устроить церемонию никяха в самые ближайшие дни.
Тем же вечером, Амин устроил во дворце праздничный ужин в честь возвращения своего любимого сына, на который были приглашены также великий визирь и приближенные сановники. Младший братец Мурада тоже присутствовал и буквально ходил за Мурадом хвостом, радуясь его возвращению и тут же начав упрашивать его остаться в Бухаре. Падишах слушая Ахмеда, лишь улыбнулся, переглянувшись со своим дядей.
-Я тоже очень сильно скучал по тебе, дорогой мой братишка, -ответил Мурад, ласково пригладив немного разлохматившиеся волосы Ахмеда - неужели этот совсем уже взрослый молодой человек и есть тот самый мальчишка за которым всегда нужен был глаз да глаз? -Ты сильно вырос, пока мы не виделись и совсем скоро тебе тоже придется исполнить свой долг и принять на себя управление одним из городов. Пойми, Ахмед - мне бы очень хотелось чаще видеть тебя и сестер, но я давно уже принял свою судьбу и готов следовать за ней дальше.
-Просто мне порой бывает очень грустно..., -вздохнул Ахмед, переведя взгляд со старшего брата на любимого отца. -Когда мы жили в Кяте, то всегда были вместе и я думал что так будет всегда. А теперь, Мурад снова уедет, Зули скоро выйдет замуж... а потом и мне надо будет уезжать... Иногда мне очень хочется, чтобы все было как раньше.
-Сынок, даже если бы мы остались в Кят-кале, рано или поздно все вы обязательно покинули бы родной дом, -мягко произнес Амин. -Каждый день я молю Всевышнего, чтобы каждый из моих детей обрел свое счастье... ведь оно заключается не в богатстве или власти, а в крепкой и надежной семье - такой, какая всегда была и будет у нас.
-Я готов подписаться под каждым вашим словом, повелитель, -улыбнулся Темыр-Мелик и затем обратился к Мураду. -Я слышал, что Фарид-паша наконец-то взялся за ум, мой эмир? Честно признаться, я думал что он проведет всю свою жизнь в развлечениях и рад что ошибся...
-Великий визирь как и всегда прекрасно осведомлен обо всем? -Мурад усмехнулся, прекрасно зная что у его двоюродного деда остались "свои" люди в Самарканде - недаром же он так долго правил там? -Повелитель, я прошу вас наградить Фарида - если бы не он, город бы погряз в бунте и хаосе... когда я был болен, он не позволил ситуации выйти из под контроля. Он достоин самой высокой похвалы и награды, как и моя любимая тетушка Хадижа-султан. Она не зря так долго билась с ним, заставляя учиться и не позволяя ему делать все что захочется.
-Я рад слышать это и обязательно достойно награжу Фарида, -кивнул Амин, улыбнувшись Селиму - тот слушая похвалы своему единственному сыну поклонился, сказав что это и есть самая достойная награда. -Вот что я хотел тебе сказать, Мурад... точнее даже попросить кое о чем.
-Я внимательно слушаю вас, отец.
-Твоя мать соскучилась по тебе и просила задержать тебя в столице... я прекрасно понимаю, что ты хочешь как можно скорее вернутся к своим обязанностям, но прошу тебя исполнить эту просьбу, -тихо произнес падишах. -Тебе нужно отдохнуть и как следует поправится, прежде чем я отпущу тебя в Самарканд. Я говорю тебе все это не как твой повелитель... но как любящий отец, успевший соскучится по своему сыну.
-Вы знаете, что я не смею отказать вам, -Мурад улыбнулся. -Но... позволите ли тоже озвучить одну просьбу, отец? Я прошу вашего разрешения на проведение церемонии никяха с Амирой-султан. Вы знаете как сильно я люблю ее и хочу чтобы она наконец стала моей законной женой.
-Не вижу никаких причин отказывать в этой просьбе, -благосклонно кивнул падишах. -Сегодня же будет отдан приказ начать подготовку к церемонии. И мне думается, что следует устроить по этому поводу праздник для всех горожан - особенно для бедняков. Пусть благородная Бухара повеселится как следует и возносит благодарные молитвы за счастье моего льва!
-Я завтра же отдам все необходимые приказание, повелитель, -тут же ответил великий визирь. -Мне думается, что церемонию следует провести в главной мечети - там же где и вы сочетались браком с нашей милостивой валиде.
Мурад вернулся с торжественного ужина весьма довольным и обнаружил что его любимая луна тоже уже сбежала с праздника в гареме, не желая надолго оставлять детей одних. Маленькая озорница Ниса уже крепко спала в своей кроватке, а ее братишка дремал на руках у Амиры, даже во сне крепко держась маленькими ручками за краешек вышитого одеяльца.
-Дай мне его? -принц улыбнулся, нежно обняв своего сынишку. -Я поговорил с отцом о нашем никяхе и он ничего не имел против - так что через два дня ты станешь моей женой, любимая. Падишах решил устроить праздник во дворце и в городе, а еще просил меня на какое-то время остаться в столице... Я не стал спорить с ним, хотя и хотел бы как можно скорее вернутся вместе с тобой и детьми в Самарканд.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Золотая клетка, любви не удержит