Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Время предупреждений прошло;


Время предупреждений прошло;

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://i11.pixs.ru/storage/8/4/9/tumblrntvi_1450088_21755849.gif

Океан ЕльзиЯ не здамся без бою!
Шо ж це я, шо ж це я не зумів
Зупинитися вчасно, все ясно
Зі мною тепер і назавжди, пізно не йти
Не йди від мене

Я налию собі, я налию тобі вина
А хочеш із медом

Хто ти є? - Ти взяла моє життя
І не віддала
Хто ти є? - Ти випила мою кров
І п'яною впала

Твої очі, кличуть, хочуть мене
Ведуть за собою

Участники: Leon Bechtel и Margarita Bechtel ;
Место: о.Тахо, дом Марго у воды, подаренный отчимом на свадьбу;
Время: 17 марта 2016 год;
Время суток: глубокая ночь, что-то около 3 часов;
Погодные условия: с озера веет прохладой...;

Забрать сына и уехать на неделю на Тахо не сказав ничего мужу - опрометчивый поступок. А что если твой муж Леон? Что если накануне вы поссорились и он уехал из вашего дома в неизвестном направлении и на неопределенный срок? Что будет, когда он найдет тебя, Марго? Зачем ты это сделала...

- Я должна сказать тебе что-то важное, Леон! - практически кричала она, утирая большие капли слез со щек.

дом;

http://i9.pixs.ru/storage/3/2/3/interioriz_4924982_21749323.jpg

Отредактировано Margarita Bechtel (2016-04-30 21:09:04)

+2

2

ПРЕДЫСТОРИЯ
Костяшки изрядно ломило, так как они уже начали забывать, что такое бой. Я не был в клубе порядком двух месяцев из-за длительного пребывания на работе и болезни сына. Впрочем, ничего страшного не произошло - небольшая простуда, с которой мой парень должен справиться в легкую, но все таки что-то свербило во мне, оно не давало оставлять ребенка на долго, не позволяло покидать его. Врачи, лекарства, обследования - я старался быть как можно чаще рядом с ним. Не зря говорят о том, что дети - цветы жизни. И мой цветок слегка помялся и его нельзя оставлять в таком состоянии.
В тот день я не смог быть рядом с ним, посему оставил Маргариту на целый день одну. Нет, я не сомневался, что моя женщина с чем-то не справиться - мать она от бога, но все таки хотелось всегда быть уверенным точно, что все будет в порядке. А, как известно, никто не сделает лучше ничего кроме тебя самого. Может, переврал, но суть, думаю, ясна. Закрывая дверь, я взглянул на наручные часы, стрелка на которых показывала уже за десять. Близилась ночь, а я только собираюсь домой. Выхожу из здания, выдвигаюсь на парковку. Практически бегом, стремительным шагом направляюсь к своему мотоциклу и в предвкушении ближайшей поездки с так называемым "ветерком" сажусь верхом.
В доме, как и всегда, идеально чисто и пахнет чем-то, напоминающем ваниль с молоком - мне нравится этот запах, он успокаивает. Но можно ли успокаиваться должным образом тогда, когда твой ребенок болен? Ты в любом случае находишься в вечном напряжении и смятении, волнении. Как я понял по тишине в доме и отсутствии мультиков на экране телевизора, Кристофер уже видел десятый сон, что меня не могло не радовать.
- Как он? - кинул я, даже не взглянув на жену, которая уже подошла к порогу, встречать уставшего супруга с работы. Маргарита, скрестив руки на груди, смотрела на меня потупившимся взором. Стараясь говорить как можно тише, она промолвила:
- Температура сегодня была, но в остальном уже лучше. Голоден?
Я кивнул, и девушка прошла на кухню.
Вечер шел своим чередом. Я не хотел смотреть на Маргариту, а она, в свою очередь, боялась смотреть на меня. Боялась от того, что на данный момент мое состояние не гарантировало ничего хорошего. Даже не обещало. Все таки украдкой она несколько раз вскинула свои густые ресницы и взглянула на меня, но ответа не последовало. Вскоре девушка ушла прочь из комнаты наверх. По всей видимости либо спать, либо проверить сына. Зазвонил телефон.
"Завтра. В 7:40 на парковке. Едем в Манх." - написано на экране мобильного. Я набираю "Добро" и нажимаю отправить.

НАШИ ДНИ

Те чувства, которые я испытываю на ринге, словами не передать. Когда ты бьешь, то ты бьешь ради удара, ради того, чтобы получить в ответ. Это своего рода элемент садомазахизма, но при этом ты получаешь кайф от обоих сторон направления. Чувство, которое возможно понять только тому, кто хоть раз участвовал в нормальной драке. Правда лишь в том, что в уличной драке в перспективе упасть и больше не встать, а у нас все это дело более безопасно. Никто не гарантирует, что ты вернешься домой с целыми руками, ногами, лицом, но жить ты останешься  в любом случае. В подпольных клубах, которые помимо боев ведут еще и незаконные дела в стенах своего заведения, обычно распространены бои на смерть, но в таких участвую я крайне редко. Если спросить, причастен ли Леон к криминалу, то, подумал с некоторое время, можно ответить положительно, ибо на моем счету уже достаточно жизней, количество которых может смело упечь за решетку. Но организаторы таких закрытых мероприятий обычно умеют утаивать смерть. И на том спасибо.
Всю дорогу из Манхэттена я представлял, как войду в дом, ко мне кинется мой до одури соскучившийся сын, закричит "Пааапа!" и будет обнимать что есть силы, а Маргарита... А ее я готов разорвать на части прямо с порога, и помеха сему только Крис. Я безумно соскучился по своей женщине и, раз уж пошло на это дело, хотел бы извиниться перед ней за весь негатив, который она ловила на себе до моего отъезда. Не плохо было бы купить какой-нибудь шикарный букет по дороге, что я, в принципе, и сделал. Скажите, что это - не нормально? Уезжать на несколько недель из дома, ничего не сообщив об этом родной жене? Я соглашусь с вами непременно, да, но представьте себя на ее место. Неужели вы бы отпустили своего мужика в поездку туда, где его могут похоронить? Вот и я думаю, что нет. Рано или поздно я расскажу ей о том, что уезжаю не только по работе и на мотофестивали... Но не сейчас. Точно не сейчас, когда я просто хочу ее увидеть, обнять, прижать к себе, приобнять попутно еще и нашего сына и просто порадоваться жизни. Порадоваться тому, что они у меня есть.
Тишина в доме насторожила меня, так как час был отнюдь не ранний. Я обошел весь дом и не обнаружил ни души.
- Маргарита! - по глупому, но все таки напоследок решил позвать жену. Как и стоило ожидать, ответа не последовало. Впопыхах я извлек из кармана брюк телефон, набрал ее номер, но тот оповестил меня об отключенном устройстве абонента.
- Какого черта? - стиснув зубы, выдавил я, не понимая, что вообще происходит и где моя жена и сын. Мысль о том, что сестра определенно должна знать о том, где находится Маргарита, посетила меня не сразу.
- Бет, где моя жена? - глушив в себе гнев и стараясь говорить тише, не переходя на крик, поинтересовался я у сестры. Та поспешно выдала мне местонахождение моего семейства и поинтересовалась, не помирились ли мы. Этот вопрос подверг меня в шок, так как лично я ни с кем не ругался, но обдумав поспешный уезд жены из дома вместе с сыном понял, в чем все таки кроется причина этой якобы ссоры. Воистину, я оставил ее на несколько недель одну не предупредив... Я бы убил ее за подобную выходку. Что, в принципе, и сделаю, если не успокоюсь до приезда на этот чертов Тахо...

+2

3

"Ему всегда было на меня плевать," - почти плакала Марго, когда со злостью швыряла вещи в сумку-саквояж для того, чтобы отправиться на озеро.
От Лео не было вестей вот уже дней пять. Пять чертовых дней она понятия не имела где и как проводит время ее супруг. Ни звонка, ни смс. Она пыталась, конечно, дозвониться до Бэктеля старшего, но задача это была невыполнимая. Телефон был не доступен и ее раз от раза срывало на голосовую почту. Но сообщений она не оставляла, тут же скидывала через две секунды, так что машинка успевала записать только то, как положили трубку на рычажки.
- Мамочка, а куда мы собираемся? - уже шедший на поправку Крис застыл в двери спальни, смотря как мама активно скидывает свои вещи.
Пара удобных свитеров, пара брюк из мягкой ткани, балетки на плошкой подошве, теплые кофты для сына, джинсы, шорты...Она скидывала вещи, в конце, почти не глядя и сомневалась, что взяла все самое необходимое. 
- Мы поедем на Тахо в летний домик, тебе же нравится там отдыхать? - она улыбается сыну машинально.
- Урра! Летний домик! - голос мальчика сорвался в хрипотцу, он подбежал к Марго и обнял ее за коленки. - Мам, а папа приедет? - вопрос, который не застал ее врасплох, но заставил тяжело вздохнуть.
Маргарита потрепала сына по волосам:
- Обязательно, мой милый, обязательно. А теперь иди одевайся, мы скоро выезжаем, - она дает ребенку стопку одежды, - я сделаю нам сандвичи в дорогу и возьму немного молока, - задумчиво проводя сына взглядом она заправляет пушистую рыжую прядь за ухо, закрывает молнию на саквояже и стаскивает его на первый этаж.
Ей тяжело, начинает сразу ломить спину, но эта тяжесть никак не идет в сравнение с той, которую она испытывает от разлуки с Леоном и от того, что он не желает послать ей хотя бы весточку. Это обижает Марго, она впервые сталкивается с такой предательской холодностью мужа и желает ему отомстить. Вспыльчивость берет верх и она пакует чемоданы, сажает ребенка в машину и уезжает в направлении, где он не сразу начнет ее искать. Так как в домике на Тахо они бывают не часто. Так что большую время года он кому-нибудь да сдается.

Они весело напевали вдвоем с сыном песенку про Вилли Вонке, пока машина с допустимой скоростью мчалась вперед на Тахо. Три часа спокойной дороги и вот они подъехали к белому домику у самой кромки воды. На километр вокруг - глухая местность, лишенная какого-либо признака жизни. Марго нравилась эта уединенность, прямо так она себя чувствовала в деревне у бабушки. Только тут условия получше. Свет, вода, отопление.
- Не носись так быстро - взмокнешь и просквозит, быстро в дом, - скомандовала Марго, доставая из машины их с сыном багаж и захлопывая дверь.
В доме прохладно. Но стоило зажечь камин - как приятное тепло окутало, вначале, гостинную, а после - и остальные уголки дома. Аромат поленьев и звук трескающегося под температурой дерева создавал атмосферу уюта. Так они и уснули в первый день на Тахо. В обнимку на диване, завернутые в плед.
Марго нежно обнимала сына, а он уткнулся носом ей в бок, тихо посапывая и что-то бормоча в сне.

Неделя свежего воздуха пошла Кристоферу на пользу. Он совсем поправился. От кашля и хрипов не осталось и следа, температура больше не мучила ребенка и у него появился зверский аппетит, приходилось готовить много и часто. Марго вообще удивлялась - куда там в него столько влазит? Самой ей кусок в горло не лез. Женщина стала замечать, что ее тошнит от еды, и каждый раз, когда она жарит рыбу для Криса, запах стоит невыносимый. Один раз ей так показалось, что рыба пропавшая, Марго выбросила всю сковородку с обедом, начав готовить сначала.
- Рыбу! Рыбу! Рыбу! - командовал Крис, сидя за столом и стуча своими маленькими кулачками по столешнице.
- Ай яй яй. Ну что ты творишь? Нет на тебя папы, - причитала Марго, довольно смеясь и ставя перед сыном тарелку с рыбой и картошкой.
А папы действительно не было. Ни звонка, ни смс. Даже Бет не знала куда делся ее брат.
"Мне кажется, что он ушел." - рассказывала она подруге по телефону и почти рыдала в трубку. "Да нет, никуда он не ушел. Куда он денется?" - успокаивала она. "К черту все. Понимаешь? Он пропал. Я забрала ребенка и мы уехали на озеро. Посмотрю, как ему будет не скучно нас искать. И не смей говорить ему где мы," - грозила она Бет. Но та неуверенно согласилась.
Маргарита знала, что подруга ее сдаст.

17 марта 2016 год

Ночь была тихой и звездной. На небе - ни единого облака. Лежа в кровати, которая была придвинута к окну, Марго видела как на небе то загораются, то гаснут звезды. Она даже видела как одна из звезд покатилась по небосклону. Падала. Загадала ли она желание? Загадала, конечно. Она хотела, чтобы у нее родилась девочка.
В тумбочке у кровати лежал тест на беременность с двумя полосками. Не просто так ее мучали головные боли, тошнота, смена настроений. Это все беременность. При чем беременность уже как полтора месяца. Довольная улыбка на лице и мысли, которые не давали спать. А что если Лео не вернется? Где он сейчас? Что с ним? Она не знала. Телефон предательски "сел" и был затерян в кармане сумки. Вот уже второй день она не вспоминала про мобильник. Бет звонила на домашний.
Где-то на улице ярко засветились фары, послышался шум подъезжающего автомобиля. Марго выглянула в окно, но оказалось слишком темно, чтобы разобрать что за авто. Натягивая на плечи халат и спускаясь по холодным деревянным ступенькам она прежде проверила спит ли Крис. Тот спал без задних ног.
Скрипнула дверь, потом москитная сетка. Она вышла на порог дома, вглядываясь в пустоту.
- Эй?! Кто тут? Это частная территория, советую ехать прочь, или я вызову копов, - глаза все еще не привыкли к темноте, но в случае чего она была готова бежать в дом, чтобы достать биту в подставке для зонтов. 
И даже если в глубине души она надеялась, что это Лео, то, увидев его своими глазами - не поверила.

+2

4

Территория, которую можно было считать прилегающей к дому и относящейся к нему, была огромной, посему вокруг не было ни души. Лишь издалека можно было рассмотреть несколько домов, которые так же некогда купили отдыхающие здесь регулярно жители того же Сакраменто или других приближенных городов. Глубокая ночь. И это все только лишь подстегивало меня. В дороге не вышло успокоиться, как хотелось, посему я прибыл еще более разгневанным, более резким, с практически полным отсутствием самоконтроля. Был ли я не доволен ее выходкой? Более чем. Леон Бектэль - один из тех людей, которые привыкли все и вся держать под четким контролем, но при этом не поддаваясь контролю извне. Вполне соглашусь, что это не есть нормально, но оно есть так, как есть. Посему мысль, которая не давала мне покоя в момент прибытия - проучить жену за непослушание. Жена Леона Бектэля не имеет никакого права поступать так, как сделала Маргарита. Она обязана быть образцово-показательной, а не вытворять нечто подобное. И вот, я уже слышу ее голос на подходе к дому. От стоянки до порога около двадцати метров грунта, не огорожденого забором, но зато усыпанного густой травой и небольшими аккуратными клумбами различных растений, которые не так давно возвели несколько садовников, наняты мной же.
Бросив резкий взгляд на окно второго этажа, где находилась детская комната, я убедился в том, что сын не стоит около него. А после следовало то, что и стоило ожидать - Маргарита рассмотрела меня в темноте, когда я целенаправленно шел к ней торопливым шагом. Она не на шутку испугалась, ее можно было понять. Маргарита понимала, уже знала, что последует за моим появлением. Приблизившись к ней на столько близко, на сколько мне было удобно, резко, не щадя девушку абсолютно, нанес с размаху хлесткий, точный удар тыльной стороной ладони по ее щеке. Маргарита рухнула наземь, держась за моментально покрасневший участок кожи, на ее глаза накатывали слезы. Я смог их разглядеть средь потемки и блеклое освещение уличного фонаря. С помощью этого блеклого, практически не ясного свечения можно было разглядеть и мое лицо, которое напоминало собой камень. Самый натуральный камень, а не лицо, которому присуще выказывать эмоции, чувства, от части и то, о чем думает носитель. Нет. Сейчас я был абсолютно безэмоционален, Еще один резкий взгляд в сторону окна Кристофера, а после я быстро поднял жену с земли за локоть и поволок ее к дому, чтобы встать под крышу, под которой сын точно ничего не увидит. Что бы она там не говорила, я не слушал ни единого слова, ну или просто не слышал - сути это не меняет. Злость потихоньку угасала в связи с тем, что адреналину в крови было куда меньше, чем до поездки в Манхэттен. Но то, что агрессии практически не осталось, ничего не меняло. Абсолютно. Женщину необходимо воспитывать, иначе она будет делать то, что ей вздумается, а это не есть правильно. По крайней мере в моем понимании. Маргарита знала, за кого выходит.
- С каких пор... - я вжал ее в стену около входной двери, закрыв ту. Рука крепко разместилась на горле Марго, прижимая ее к стене, но при этом не перекрывая воздух, разве что незначительно - дышать она могла спокойно, но в такой позе, когда чья-то рука за шею тянет тебя будто куда-то вверх, даже стоять-то в принципе не удобно, не то, что дышать, - с каких пор ты решила, что можешь выкидывать подобно дерьмо, Марго? - совершенно спокойно, ровным тоном спрашиваю ее я. По щекам девушки струились слезы огромными каплями, она рыдала без остановки. Это ни на мгновение никогда не остановит меня. Да, я, как и любой нормальный мужик, не люблю женские слезы. Но это касается только случая, если слезы моей женщины будут пролиты из-за кого угодно, кроме меня. Я убью любого, черт возьми, если кто бы то ни было попробует ее обидеть, но не сейчас. Слезы, пролитые от страха перед мужем - ценнее золота. Она знает, что я не причиню ей весомого вреда, но и то, что не оставлю безнаказанной, прекрасно осознает.

+1

5

Если говорить о том, чего Маргарита боялась в своей жизни, то ответит она однозначно. Мужа. Правда вряд ли признается в этом кому-то из знакомых, друзьям или даже его сестре. Для всех, кто не был частью ее маленького мира - они с Лео самые счастливые люди на этом свете, а он - самый лучший муж, о котором только мечтать можно. Впрочем, он таким и был. Достаточно заботливый (когда не злится и не пытается ее избегать), отличный отец (Марго ведь не слепая и она прекрасно видит как Лео держит на руках сына, как играет с ним в мяч на заднем дворе их дома, как переживает за ребенка...не каждый папа следит так за своими детьми). Только из-за этого мужчину стоит любить. А положительных качеств у ее визави было еще очень и очень много. 
Ей было страшно. Марго сделала неосознанно несколько шагов назад, но Лео был куда более проворным. Хлесткая пощечина разнеслась, наверное, на всю округу. Маргарита почувствовала, как ее коленки подкосились и она не удержала равновесия - рухнула на землю.
Неосознанно на глаза навернулись слезы и покатились градом по щекам. Она чувствовала как те скатывались к подбородку, по шее, утопали в вороте теплого халата. Меньше всего ей хотелось бы сейчас подниматься на ноги. Ведь было понятно - на этом Леон не успокоится.
- Зачем, - плакала она, хватаясь открытой ладонью за горящую щеку и не находя в себе сил подняться.   
Но Лео не надо было даже просить помочь. Хотя, Марго с удовольствием бы выбрала вариант, при котором ее совсем  не трогают и оставят в покое. Жалко, что это не в стиле Бэктеля старшего. Первый пар он уже спустил, но никак не успокоился на этом, потянув ее за локоть наверх и таща за собой под навес дома. Чтобы в случае чего их не увидел Кристиан. Ведь ребенок не должен быть вмешан в дела своих родителей больше, чем того нужно. Да и ломать психичку маленькому члену семьи - непростительная роскошь.
Холодная рука Бэктеля на ее шее создавала достаточное неудобство. Подступила тошнота, а голова начала кружиться. Марго показалось, что она вот-вот свалится в обморок, но нет, такого желанного забытья не произойдет сейчас. Она не может себе позволить свалиться на землю снова. Но она просто обязана сказать Леону о том, что ждет ребенка. Марго наделась, что эта новость если и не выбьет его из колеи, то точно заставит остановиться и послушать ее, ведь, кажется, мужчина даже не слышал что она говорила.
- Лео, ты исчез на две недели, я не знала, что и думать. Ты не отвечал на звонки, - она сглотнула и Лео мог чувствовать это своей рукой. - Я же тоже не железная. Я должна была сидеть на месте и делать вид, что все хорошо? - выпалила она зная, что это ситуации не поможет, а только еще больше разозлит его.
Инстинктивно сжимающаяся рука мужа на ее шее дала понять, что он сейчас либо ее придушит, либо снова ударит, и когда Леон в очередной раз замахнулся, чтобы отвесить ей пощечину, Марго выпалила:
- Я должна сказать тебе что-то важное, Леон! - и тут рыдания снова застигли ее врасплох.
Комок, подступивший к горлу нашел выход, и Маргарита ревела как ребенок.
- У нас будет еще один ребенок, - выдавила она сквозь слезы, пытаясь предугадать реакцию мужа.
В прошлый раз он был вне себя от счастья. Но тогда и момент был получше...Марго приготовила ужин, они прекрасно провели вечер, а вместе с десертом она подарила ему самый первый снимок узи, по которому еще не было понятно, что там ребенок, но было видно комочек, чье сердце все таки бьется.
А сейчас момент был, увы, не романтичный. Вообще вся ситуация была соткана из ужасной цепочки решений, за которые пришло возмездие. Решение Лео уехать из дома ничего не сказав Марго, решение Марго увезти сына ничего не сказав мужу...
- Отпусти меня, пожалуйста... - уже сипит она, потому что Лео неосознанно начал сжимать ее шею еще сильней, а руки у Бэктеля еще как сильные.

0

6

На минуту опешив от услышанного, я и не знал, как мне реагировать. Даже не поняв сперва суть того, что я услышал, ненароком сжал хватку еще сильнее, чем сделал больно Марго, но опосля резко отпустил ее, и девушка могла дышать ровно, а так же нормально стоять на ногах. За спиной Маргариты, в доме, послышался тонкий протяжный голос сына, который звал маму, потеряв ее.
Ничего не сказав жене, я открыл дверь в дом и проследовал в него, навстречу к ребенку. Малыш крайне обрадовался встрече с отцом:
- Пааааапа! - закричал он и кинулся ко мне. Я же подхватил его на руки и прижал к себе.
- Да, сынок, я приехал. Ты почему все еще не спишь? - улыбнулся ему и понес малыша на верх, обратно в кровать. Парень очень не хотел ложиться, он всячески уговаривал меня хоть еще пять минуточек побыть всем вместе, говорил, как сильно он по мне соскучился и что очень скучал, но час был поздний, и ребенку явно пора было видеть десятый сон. Поцеловав Кристофера в лоб, подоткнул ему одеяло. чтобы тот раскутался не сразу. Мы договорились, что завтрашний день весь проведем вместе и будем играть в мяч, а еще пожарим мяса и будем его вместе кушать. Всенепременно. Только при таких условиях он согласился уснуть. Выключив свет и закрыв дверь, я тяжело вздохнул и направился вниз, по лестнице, на кухню. Маргарита стояла там, скрестив руки на груди и смотрела куда-то в окно. По ее щекам все еще текли слезы, пусть не так обильно, но текли. Медленно подойдя к ней, я обнял жену и прижал к себе. Обнял осторожно, разместив горячие ладони на животе. Она невольно повернулась ко мне, и я принялся осматривать ее лицо, боясь, что ненароком оставил на нем синяк. Нет, обошлось, но покраснение не сходило. Немного наклонившись, я коснулся губами красной отметины и прижал к себе Маргариту еще сильнее, но все так же осторожно, словно боясь повредить то, что теплится под сердцем.
- Почему ты не сказала мне раньше, милая? - заглянув в ее красные глаза, напомнил себе, как всегда ими восхищался, - почему я узнаю об этом только сейчас?
Нет, я не ненавидел себя. Будучи более, чем уверенным в том, что срок не столь большой, чтобы такая ситуация могла что-то изменить, я был практически спокоен за будущего ребенка. Правда переживания жены все таки могут немного сказаться на любом сроке, посему свое каменное выражение лица и обиду в целом пришлось подзасунуть куда подальше. Пусть на время, но все же пришлось. Нам еще предстоит многое обсудить, но сейчас меня больше всего волнует, почему она говорит это мне только сейчас? Да, я бы все равно уехал, сказав она мне и ранее, но такого инцидента не произошло бы. Я бы точно не поднял на нее руку. Не в моих правилах. Черт возьми, почему ты не сказала???
- Зачем ты увезла сына? Зачем уехала сама? Я так скучал по вам... А если бы что-то случилось? Что бы я тогда делал, Марго? Что?
Я говорил спокойно, стараясь нервничать как можно меньше, иначе опять бы произошел какой-нибудь срыв. Мысль о ребенке успокаивала знатно. Да, я может и чувствовал себя виноватым за то, что не брал трубку, когда был в отъезде, но, по большому счету, мне просто было некогда это сделать. Кажется, что с рождением второго ребенка вся жизнь изменится... Гладя ее по волосам, по покрасневшей щеке, утирая остатки слез, я смотрел в эти ясные, любящие глаза, и чувство вины окутывало все сильнее. Не смотря на мой деспотичный характер, на мои срывы, на мои "командировки"... Не смотря на все это она остается верна мне и не перестает любить так же сильно, как и тогда, когда мы только дали друг другу клятвы. Я улыбнулся. Впервые за долгое время слишком искренне даже для самого себя и прильнул к ее губам.

+1

7

Что бы он ни делал, каким бы деспотичным не казался  - она все равно безумно любила его. Не смотря на страх, не смотря на синяки и ссадины, которые время от времени появлялись на ее теле, тщательно спрятанные одеждой. Он был ей мужем, а она ему - женой. Они поклялись в этом не только перед свидетелями, но и перед Богом. А что может быть прочнее, чем связь, благословленная небесами?
Марго нельзя назвать чертовски верующей, но именно она настояла на красивой церемонии в церкви по всем правилам. Потому что ей думалось, что это будет волшебно. А после - после она стала вкладывать в это куда более глубокий смысл. "Пока смерть не разлучит нас..."
Из дома ее стал звать сын и Лео быстро убрал руку с шеи жены, скрываясь в холе ее загородного жилища, где Марго может побыть в одиночестве. Но, как-то никогда не выходило у нее это самое одиночество. Рядом всегда кто-то был. То Бет, то Лео, то ребенок. Она слышала как заскрипели ступеньки, отец и сын поднимались наверх, а Крис засыпал отца вопросами, а еще рассказывал, кажется, обо всем на свете.
Сквозь слезы она улыбнулась, вытерла щеки, но не могла успокоиться и перестать плакать. Неосознанно положила руки на живот, будто говоря тому, кто там внутри, что все будет хорошо. Что это пройдет, что папа на самом деле не хотел сделать маме больно. Просто мама иногда делает то, что не нравится папе, а он ее наказывает. Она просила малыша внутри не переживать.

Он нашел ее внизу, плачущую, совершенно разбитую, она выглядела слишком бледной, и на этом фоне красная отметина на щеке казалась настоящим алым пламенем. Марго боялась смотреть ему в глаза, она боялась, что Лео не успокоился, хоть и выглядел он куда более сдержанным.
А когда подошел и обнял ее, Марго дала волю чувствам, разрыдавшись пуще прежнего, обнимая мужа руками и прижимаясь к нему. Ей уже было и не важно, что десятью минутами ранее он ударил ее, ей было все равно на его срывы, было все равно на то, каким деспотом он является. Это был ее мужчина. Поэтому она прижимается ближе, утыкаясь носом в его щеку.
Большие миндалевидные голубые глаза все еще наполнены влагой.
- Я узнала это только вчера, - шепчет она, прикрывая глаза, которые болят от яркого света, - не могла понять почему мне было так плохо...если верить тесту, то я уже на шестой неделе...представь, шесть недель? - она улыбается.
Марго видит что и глаза супруга улыбаются. Сразу становится немного легче, словно с плеч упал огромный груз, давящий на них вот уже несколько часов. А может быть и все эти шесть недель, которые она не подозревала, но неосознанно предполагала где-то внутри.
- Я не знала, что делать. Тебя не было. Я вообще думала, что ты от нас ушел, - ее голос срывается, но теплые руки мужа вытирают новые ручейки слез и она сразу же прекращает плакать, но все еще всхлипывает, чувствует как трясется подбородок. - Не уходи больше так. Ничего не сказав...Я не переживу, если ты нас оставишь.
Она почти забыла какие на вкус его губы. Ее руки непроизвольно тянутся к его шее, чтобы обнять. Они  не целовались целую вечность. Марго льнет к нему все ближе, понимая, насколько сильно скучала. Как сильно соскучилась по его сильным рукам, по тому, как он касается ее.
- Я так скучала, - шепчет она, покрывая его лицо короткими поцелуями, кажется, что инцидент перед домом совершенно забыт, словно он ничего не значил для нее - простила.
Она всегда прощала его слишком быстро. Забывала. Потому что любит.

Отредактировано Margarita Bechtel (2016-05-07 10:35:49)

+1

8

В такие моменты не грех и слезу пустить, но я, как и всегда, остаюсь от этого далек. Не смотря на трогательность момента, не перестаю улыбаться. Ведь в этом и есть счастье! Счастье для любого мужчины - продолжение его рода и сытые желудки семьи, а так же крыша над головой. Что там и как было -то? Посадить дерево? Вырастить сына? Короче говоря, я чрезмерно справляюсь, а это не дает мне поводов к печали.
Подняв жену на руки, я осторожно, но все таки закружил ее, поддавшись приступу радости и безграничного счастья. Я был благодарен небесам, был благодарен ей, когда она родила мне Кристофера, а теперь еще один самый ценный подарок, который Марго может сделать мне. Да какой мужик не будет за это носить свою женщину на руках? Покажите мне его, я сломаю ему челюсть! Прижимая Маргариту к себе еще крепче, улыбаясь ей в ответ, местами даже радостно смеясь, но более тихо, чем хотелось бы, чтобы сын вновь не вскочил и не прибежал к нам, говорю ей о том, как сильно люблю ее, каким счастливым человеком она делает меня. И, конечно же, о том, что...
- Никогда, слышишь, никогда не смей даже думать о том, что я брошу вас! Вы - самое дорогое, что у меня есть, - опустив ее на пол, взял ладони девушки в свои, - я никогда не уйду насовсем, Марго. Ты и Кристофер - самые дорогие мне люди.
Целуя ее руки, наблюдаю, как Марго все больше и больше меняется в лице. Она по настоящему счастлива от того, что видеть радость на моем лице. А видеть такой самого близкого и любимого человека - на вес золота.
Но, не смотря на столь радостное событие, час все таки был поздний, а срок в шесть недель весомый, посему не стоило забывать о здоровье Марго. После того, что я сделал, после того, что не смог себя сдержать, мое переживание походит на ложь. По крайней мере внутри меня самого. Но и с этим я активно борюсь, доказывая с каждой минутой самому себе, что да, черт возьми, эта женщина сделала меня самым счастливым человеком!
- Пора спать, - улыбнулся я ей, и вновь уже более уверенно подхватил девушку на руки, понес ее на верх, в спальню. Она засмеялась от неожиданности и продолжила озарять меня своей неописуемой улыбкой. Проходя мимо комнаты сына, мы на мгновенье прислушались - сопит, спит - и спокойно пошли в комнату, расположенную в противоположном конце второго этажа этого большого, но очень уютного дома.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Время предупреждений прошло;