Вверх Вниз
Возможно, когда-нибудь я перестану вести себя, как моральный урод, начну читать правильные книжки, брошу пить и стану бегать по утрам...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Borderline


Borderline

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Jay Simon & Romana Wilson
Место:
ночной клуб и улицы к нему прилегающие
Время:
ночь с 30 на 31 марта 2016
Погодные условия:
+14, ветренно
О флештайме:
Все говорят, что в мегаполисах жизнь хуже, что люди там злее и эгоистичней, как бы не так.

Отредактировано Romana Wilson (2016-07-10 22:45:44)

0

2

[NIC]Jay Simon[/NIC][AVA]http://savepic.ru/9649170.jpg[/AVA][STA]Drugs and whores[/STA][SGN]http://i.imgur.com/keskdvB.png[/SGN]

Все катится по наклонной в пизду. Я в этом уже точно убедилась, за месяц-то, грех не понять очевидного. Тебя Джей отвергли, не ты, а тебя. Сколько я еще буду держаться руками и ногами за тебя, Денивел? Сколько еще мне потребуется времени, чтобы отречься от тебя и забыть? А смогу ли я это сделать? Кажется, нет. Сколько я еще буду задерживаться на работе чтобы просто посмотреть на тебя? Ты явно видишь это, явно чувствуешь слежку за собой, но все равно ведешь себя, будто ничего и нет. Что мне сделать такого, что бы ты начала реагировать на меня? Перестала играть с моими чувствами. Перестала терзать мою душу... я не могу отпустить тебя, не могу. Я не желаю этого! Я не желаю признавать того факта, что ты отрекнулась от своего хозяина. Когда мое сердце переполнится ядом и местью, я возьму себя, выйду за тобой следом, с не большим интервалом и проследую прямо до твоего дома, до твоей двери в квартиру и догнав, прижму к железной двери. Именно в этот день, я добьюсь от тебя всех ответов, именно в этот момент я захочу увидеть твои глаза переполненные слезами, именно в тот день, я сделаю тебе по-настоящему больно. Наши предыдущие встречи, наши ночи, покажутся тебе цветочками. Я буду терзать твое тело день, а может два, а может и три, пока ты не умрешь на мятых простынях истекая кровью. Разве это нормально, Мори, со мной творить такое? Разве это честно? Зачем ты пробуждаешь во мне нечто ужасное и отвратительное?! Да, я это осознаю и каждый день, пытаюсь оттянуть, и так... месяц. Ты не увидишь больше моих слез, нет, ты их не достойна. Никто их не достоин.
Сижу у барной стойки, поправляю ногу, соскальзывающую с подножки. Меня здесь уже хорошо знают, частый клиент. Абсент, джин, так и льются некими чередованиями в мою стопку. Бармен спокойный молодой человек, который никогда не задает глупых вопросов, не интересуется жизнью и не расспрашивает, почему я прихожу сюда из-за дня в день и только пью. Музыка уже перестает так бурно действовать на тело, желание идти в пляс и завораживать своим подхалимством красивых девчонок куда-то проваливается... может оно и к лучшему? Ведь так, я не вернусь к тому, с чего начинала. Если бы не это... я бы не знала Анжи, не знала Дени, как и сотню других девушек, а может и больше. Зачем мне эта разгульная жизнь? Зачем вообще эта чертова жизнь, если она все равно ведет в тупик. Перед носом вновь пополняется стопарик. Проскальзывает мысль. А что если вернуться к наркотикам? Вновь их употреблять, вновь пасть на уровень канализационной крысы? Перейти на более сильные и смертоносные... чем это не выход? Хоть так, моя жизнь обретет цветные краски, я буду вновь слышать музыку и улыбаться, по-настоящему улыбаться. Беру стопку в свои пальцы и слегка бултыхаю зеленую жидкость - абсент, опрокидываю рюмку себе в рот и залпом выпиваю. Горько, так же горько как и от всей это чертовой жизни. Не понимаю тех, кто желает жить, не понимаю тех, кто находит в этом яростном аду, счастье. В чем оно, черт подери, заключается? Где вы вообще видели счастливых людей? Они существуют? Только пьяные и обдолбанные!
Оплатив свое пьянство, спрыгиваю с высокого табурета и начинаю выползать сквозь толпу людей, двигаясь в сторону выхода. Это не так просто, как казалось. Вокруг девушки и парни, девушки и девушки, парни и парни, и всем наплевать, на их ориентацию. Всем плевать, кто с кем и почему. И мне тоже... дайте только пройти, черти. Какая-то из девиц, ловко втянула меня в свою атмосферу, начала лапать меня и подтанцовывая тереться своим телом об меня. Улыбаюсь ей в ответ, прижимаю к себе и коснувшись своими губами ее уха, четко и громко отшиваю.
- Не сегодня, не сейчас. Может в следующий раз. - отпускаю из объятий, сделав шаг в сторону, оборачиваюсь и подмигиваю. Зачем я это делаю? Зачем я кому-то даю еще надежду, которая просто бессмысленна.  Ускоряю темп, раздвигая людей на пути. Все-таки вырвавшись наружу, вздыхаю свежего и чуть прохладного воздуха. Куда идти, если никуда не хочется? Куда ведут эти улицы, если тебя никто не ждет? Руки скользят по карманам, в поисках сигарет и зажигалки, наткнувшись на упаковку, достаю ее, а затем и зажигалку. Вытряхиваю сигарету и зажимаю ее в зубах, в следующий этап, подкуриваю. Разместив все это барахло обратно по карманам, продолжаю двигаться куда-то вперед. Сколько я так иду? Не знаю... Сколько мне еще идти... тем более неизвестно. В какой-то момент, я могла бы включить свой мозг, опомниться что мой дом, в абсолютно другой стороне, но разве это важно сейчас? Я иду... и мне никто не мешает, никто не в праве остановить и чего-то потребовать. Краем глаза замечаю какой-то парк. Заворачиваю в него. Теперь становится еще интереснее. Выбрасываю окурок в какие-то кусты и присаживаюсь на первую попавшую скамью.  Задираю голову вверх и всматриваюсь в небо, окутанное ветвями деревьев. Иногда отвлекаюсь от этого занятия, слыша посторонние звуки, шаги людей, решивших, что идти сквозь парк более кротчайший путь, чем его обходить. Я бы опасалась на их месте так поступать... мало ли на кого наткнешься. Подымаюсь с скамьи и продолжаю двигаться вперед. Даже если впереди будет моя смерть, я поблагодарю вселенную, если нет... все останется на своих местах. Опустив чуть голову, смотря себе под ноги, следую по тропинке. Видимо в какой-то момент задеваю рукой мимо проходящую девушку. Подымаю голову и смотрю на нее.
- Извините... - но она видимо и не расслышала моих слов, так как торопливо двинулась в путь. И вот, снова одинокое одиночество, во тьме и с подвыванием ветра. Дохожу до середины парка и натыкаюсь вновь на скамеечки.  Присаживаюсь на нее с осознанием, что я здесь задержусь на подольше. Подымаю вновь голову и начинаю разглядывать под лунный свет кроны деревьев, редкие и яркие звезды.  Я бы этим восхитилась, если бы... не раскрывшаяся и истекающая рана внутри груди.

Отредактировано Francesca Fitch (2016-09-15 01:24:24)

+2

3

Как выглядит кризис среднего возраста? Чем дальше Романа отходила от акта своей вопиющей безалаберности, тем больше понимала, что в ее исполнении все выглядит именно как этот кризис. Она никогда не была из тех людей, кто планирует семьи, кто хочет нянчиться с детьми и ставит отпрысков во главу угла. Нет, это точно не был ее стиль жизни, не стиль жизни решительного трудоголика, коим она еще с детства себя проявила (то, что в свое время подростком она напротив была тем самым жутким везде успевающим и совсем не спящим существом, Романа старательно старалась забыть). Но как выяснилось в итоге - к двадцати девяти она получила все, что хотела в пятнадцать. Неплохую, очень даже неплохую работу, энное количество хороших друзей, которым не страшно позвонить в два ночи, если что-то случится, огромного кота и стойкое отвращение к мало-мальски похожим на попытки построить семью отношения. Один роман превратился в идеальную дружбу, второй подбросил больше проблем, нежели радости. Все остальное было тусклым и бестолковым барахтаньем в трясине тоски и обыденности.
Стены давили, мешали дышать, хотя клаустрофобии за собой она никогда не замечала. Хотела быть взрослой? Стала взрослой. Только вот злополучная взрослость - это не пьянки ночи напролет и даже не проживание отдельно от родителей, нет, быть взрослой - это мириться с тем, что реальность никогда не совпадает с мечтами, быть взрослой значит брать ответственность за себя и свои поступки, чего делать совершенно не хотелось. Хотелось, чтобы кто-то банально поставил ее завравшуюся эгоистку на место. Чтоб кто-то поломал весь мир, сравнял воздушные замки и тем самым придал ей направление движения. Романа застыла в стагнации, прекрасно понимая, что выше шоураннера ей не прыгнуть, искать себя в отношениях было боязно, и поэтому она металась, будто загнанный зверь.
Где-то в глубине жило прекрасное понимание, что все что она делает- это всего лишь жалкие попытки доказать себе, что с ней все более, чем в порядке. Только в порядке не было ничего, хотела даже с жизнью расправиться - да и то не дали. Хотя, духу у нее тоже бы едва ли хватило. Так какого лешего она разгуливала по ночному городу, не взяв с собой ничего? Телефон сел почти до упора, в голове перестуком отзывались собственные шаркающие шаги. Сейчас можно все, можно перестать держать спину, перестать улыбаться и просто слушать гудящий как улей ночной город, который ревностно пытается доказать, что завтра на работу никому не надо. Надо, еще как надо, но все забывают или хотят забыть, однако утро подбирается, чтобы напасть головной болью вместе с жалящей трелью будильника, оповещающего о начале понедельника. Девушка разочарованно прыснула. Кому-то очень завтра не поздоровится.
Эта часть города никогда не считалась безопасной, для подобных ночных прогулок она и завела травмат - но благодаря совершенно притупившемуся чувству самосохранения он и остался там, в ящике прикроватной тумбочки. Вопиющая безалаберность. Романа в очередной раз свернула наугад, улицы в желтом ночном освещении тусклых фонарей все казались одинаково пугающими и в то же время манящими. Должно быть так чувствует себя кто-то, кто шаг за шагом погружается в алхимию и темные магические практики в поисках решения на один единственный вопрос от отчаянья. Как эта душа день за днем теряет привычные ориентиры, гонится за убегающим призраком и наконец теряется во тьме.
Бум! Романа зацепила носком туфель один из камней. Тот с грохотом прокатился вперед на несколько шагов. Она быстро преодолела их и снова пнула камень. И еще раз, вымещая на нем всю скопившуюся бессильную злобу, будто осколок гранита был виноват во всех грехах человечества. И  еще, до тех пор пока неровный осколок не улетел куда-то в газон начавшегося сквера. Не то, чтоб было холодно, но руки мерзли от нервных спазмов. Надо было пить таблетки, но она их при первой же возможности игнорировала, потому что они порождали серый туман в голове. Мысли превращались в патоку или в отвратительное сливовое варенье.
Если хочешь что-то выдать, острое как бритва - определенно нельзя позволять себе такую роскошь как антидепрессанты, но их отсутствие порождало очередной приступ мерзко-поганого настроения, когда мысль утопиться в ванной не кажется такой уж безрассудной. Господи, кто бы знал, что она уже пыталась. Она хорошо помнила как малодушно стекла спиной вдоль бортика ванной и задержала дыхание. Светлые волосы, расплывшиеся по поверхности, напоминали то паутину, то длинных змей-альбиносов одновременно. Лампа под потолком в матовом абажуре через толщу воды походила на мутную луну в полнолунье. Грудь сдавило тисками, и страх в итоге переборол все остальное. Она вынырнула и судорожно схватила воздух ртом. В тот раз она решила, что спрыгнуть с моста будет проще. Как же можно было так глубоко заблуждаться.
Романа сделала круг по внешней аллее, свернула вглубь, совершенно не заботясь о том, что делать этого не стоит в ночное время. Она несколько раз зябко передернула плечами, заметив силуэт женщины, сгорбившейся на одной из скамеек. Ей бы развернуться да уйти в другую сторону, но вечная привычка быть если не добросердечной, то добросовестной сработала на раз-два. Романа ускорила шаг и уже вскоре положила ладонь на спинку.
- Вам плохо? Может вызвать скорую? - поинтересовалась она, вглядываясь в полумраке в лицо человека напротив в поисках следов инсульта или передозировки. Ничего, что было в ее списке симптомов. Было бы куда проще, если б хоть что-то нашлось.

+1

4

[NIC]Jay Simon[/NIC][AVA]http://savepic.ru/9649170.jpg[/AVA][STA]Drugs and whores[/STA][SGN]http://i.imgur.com/keskdvB.png[/SGN]
Кроны деревьев не перестают дрожать и пошатываться от ветра. Это гипнотизирует, не известно, сколько еще я смотрю на природу, сколько минут уделяю свое внимание им. Да и хер с ним, это немного расслабляет, мысли отходят куда-то в сторону, оставляя голову пустой. Волосы развеиваются при порывах неуправляемой стихии. Временами поправляю челку, но как же лень каждый раз протягивать руку к надоевшим прядям волос и приводить их в порядок. В итоге забиваю на них огромный и жирный член. Бесит. Поворачиваю голову так, что бы волосы сами укладывались на свое место или же тупо не мешались. Глубоко вздыхаю. Этот вздох будто вытаскивает из другого мира, заставляя душу вернуться обратно в это истерзанное тело. Так тяжело, так плохо. С очередным порывом ветра возвращается тот самый сгусток боли, который удалось на мгновение утихомирить, давая передышку. Нахмуриваюсь и отвожу взгляд в сторону, долой эту природу к чертовой матери.
Ненавижу вас... всех... - вновь и вновь эти слова звучали в моей голове, будто на автомате они повторялись раз за разом, но с каждым сказанным про себя этим словом боль становилась в десятки раз тяжелее. Обида придавала еще больший вес этим не самым жизнерадостным фразам.
- Конченный ублюдок. - как камнепад обрушились твои слова на мою голову, головная боль следом следует за твоими нравоучениями.
- Да заткнись ты... - чуть ли не выкрикиваю, меня точно услышали потерявшиеся души - люди, жаждующие краткого пути. Чувствую на себе чужие взгляды. Ненавижу... суки, перестаньте пялиться на меня, у вас своей жизни нет что ли? Какое вам до меня дело? Какое вам, черт подери дело, до такого дерьма, как я?! От меня сбегают все, меня ненавидят даже бродячие собаки и кошки. Насекомые насмехаются от моей никудышности. Я ничем не лучше, какой-нибудь букашки попавшей в крепкую паутину. И вот... дожидаюсь своей мучительной участи, когда мое тело ослабеет, не сможет больше сопротивляться этой реальности и все мои доброжелатели не впрыснут свою дозу яда, заставляющую мое тело разлагаться и перевариваться прямо на их глазах. Отвратительно, не правда ли? Но... на что я еще могла надеяться в этой жизни? Так и сгнию... сидя здесь на скамье и мечтая о ней... о своей... о своей ненавистной Денивел. В моей голове не раз пролетали мысли, а что если... завтра... не зайти к ней в гости с тортиком, с улыбкой по уши... попить чай и не зарезать прямо на кухонном столе? Ужасно, не правда ли? Но почему меня эти мысли успокаивают? Каждое представление о девушке, истекающей собственной кровью меня успокаивают и даруют некое спокойствие? Но руки... дрожат, а ноги не идут.
Пытаюсь встать, выпрямляюсь и пытаюсь удержать равновесие, каким-то неловким телодвижением тело поворачивается на 180 градусов вокруг своей оси, в итоге не получается совладать своим телом и теряю все-таки равновесие, упираюсь обеими руками в спинку скамьи. Устало опускаю голову вниз. Голова кружится, а висок мучительно сдавливается. Эта боль... невыносима. Я готова заорать. Сосуды головы волнами начинают напрягаться, сдавливаться в том же ритме, что и у виска. Меня позицию, накрываю голову ладонями и уже держусь благодаря локтям упершимися в спинку. Зубы сжимаю как можно сильнее, еще немного и начну скрипеть ими, желая заменить боль на иную. Не поможет, проверено... только выпивка, только всплеск эмоций угомонят эти страдания.
- Хочешь праздновать свой день рождения в крысиной клетке? Ну давай, что же ты мелочишься, убей кого-нибудь, предварительно изнасиловав... потом как раз отправишься к Денивел, заранее получишь свой подарок и угомонишься, но или в психиатрии или же в тюрьме... - ты так спокойно об этом рассуждаешь, что начинаю вновь беситься. Да как ты смеешь так просто произносить ее имя? Тварь, бесчувственная тварь.
- Язык проглотила? - улыбаешься, да? Ты знала чем зацепить меня, ты знала как поставить меня в ступор, но надолго ли? Мне хотелось что-то ответить тебе, но резко, как с неба обрушивается на меня чье-то прикосновение. Тепло. Боль резко отступает и поворачиваю голову на слова незнакомки.
- Нет, все в порядке. - надеваю маску доброжелательной особы, делаю голос более мягким и добрым. Лицо почти не удается рассмотреть, только некоторые черты цепляются, а остальные проваливаются под пелену мрака. Резким движением отталкиваюсь от спинки скамьи и выпрямляюсь в полный рост.
Не высокая... - чуть прикрываю глаз, почувствовав очередной разряд у виска.
- Не составишь мне компанию? - протягиваю незнакомке руку. Зачем? А черт его знает. Манеры, да чтоб их... хотя, о каких манерах может идти речь, если я уже переключилась с "Вы", на "Ты".
Незнакомка, не уходи настолько быстро, не оставляй меня, раз решила заговорить со мной. Куда тебе торопиться среди ночи? Ты и так уже загулялась... просто побудь моим десертом, развей меня... если ты веришь в кого-нибудь из тех, кто свыше, они не забудут твоего поступка, они не станут сдергивать с тебя плоть и опускать в раскаленный котел с чертями.

Отредактировано Francesca Fitch (2016-09-15 01:24:39)

+1

5

Это странно и неправильно, она не должна быть здесь, не должна делать то, что делает, но остановиться уже нет сил. Нет желания продолжать эту бессмысленную игру, а ночь, впервые с того злополучного дня Валентина проведенная где-то за пределами работы, только способствует усугублению, казалось бы за полтора месяца отступивших симптомов. Она же только недавно думала, что все прошло, она стала нормальным человеком, пережившим Комик Кон в другом городе и еще кучу мелких неприятностей по работе, что она двигается вперед, к нормальности, но нет, темнота, безлюдный пейзаж доказали ей обратное в одночасье. В голове все снова будто переклинивает, еще не успевший снова затвердеть внутренний стержень раскалывается на части, острыми краями ударяя в левое подреберье. Хочется хоть как-то ощутить себя живой, но ничего не удается...
Романа к своему ужасу вспомнила, что только вчера зачем-то попыталась начать курить. Тяжелый и едкий табачный дым ударил в легкие, в голову, породил кучу звездочек перед глазами, но в итоге оставил только жуткую, выворачивающую наизнанку рвоту и еще большее разочарование в голливудских методах лечения депрессии. Она давилась, кашляла, но в итоге в очередной суицидальной попытки отправиться на тот свет выкурила половину пачки залпом. Потом ее скрутило напополам в обнимку с унитазом, и она просидела в ванной не меньше трех часов, не способная даже подняться. Холодный пол, сбитые в кровь колени (ноги уже не держали) спрятанные сейчас под гетрами, чей край прячется под слишком длинной для них юбкой, жуткая головная боль и желание побыстрее закончить это жалкое существование - вот и весь итог вчерашнего выходного.  Романа определенно не знала когда это все началось, она не могла вычленить тот момент, когда мысли о суициде и смерти для нее, всегда такой общительной и дружелюбной стали нормой. Избавиться бы от них, но она не знала как.
Женщина напротив была странной, даже пугающей, такой бы она сама описала серийного маньяка, да и чутье говорило ей бежать сейчас без огрядки, но та часть, что сейчас властвовала, что раз за разом толкала то на дно ванной, то к ограде моста сказала ей остаться и она послушалась, едва сжав протянутую руку в своей холодной ладони.
- А почему бы и нет? - Романа дернула подол вниз пытаясь хоть что-то разглядеть в этой женщине кроме длинной челки, но ночь она на то и ночь, чтобы все прятать от и до. Только силуэты, похожие на призраков и длинные почти черные тени. Таким рисуют в готических  графических романах города, погрязшие в грехе. Сакраменто на эту роль не подходил, но мечтать не вредно. Она полезла в карман и выудила на свет дешевую пластмассовую зажигалку, думая, что это что-то исправит.
- Не против если я подсвечу? Не могу понять степень паршивости твоего состояния, - короткий язычок пламени появился следом за щелчком, но ничего ровным счетом не исправил, только выхватил из полумрака запястье и ногти с ободранным наполовину лаком. Романа в задумчивости занесла над пламенем левую руку и лишь в последний момент вспомнила, что пламя вообще-то может оставить следы ожогов. Боли она не боялась, только того, что ее осудят.
- Где-то между "прирежьте меня" и "я не хочу пить", так навскидку, - зачем-то она начала говорить что-то вслух... Что-то совершенно неуместное и ненужное, похожее на дождик-мишуру, лезущую в рождество во все углы. Но тишина давила на уши и самым простым вариантом было заполнить ее ни к чему не обязывающей болтовней, альтернативой был громкий визгливый крик, который она пока успешно в себе давила, - Если хочешь могу побыть жилеткой или просто заткнуться и посидеть рядом. Меня любой вариант устроит, если тебе нужна компания.
Перспектива просидеть всю ночь на скамейке в сквере была явно лучшим из предложений на сегодня, она определенно была лучше варианта одиночества или варианта попробовать еще один способ доконать свое тело. Нужно было просто сесть и выслушать кого-то, кому было куда хуже на первый взгляд. Кого-то, что был так же как и она в шаге от необдуманного поступка.

Отредактировано Romana Wilson (2016-08-05 14:02:51)

+2

6

[NIC]Jay Simon[/NIC][AVA]http://savepic.ru/9649170.jpg[/AVA][STA]Drugs and whores[/STA][SGN]http://i.imgur.com/keskdvB.png[/SGN]

Соглашаешься провести время со мной, ответ прозвучал так же быстро, как обычно получают люди кулаком в лицо. Странно. На какой-то момент создается впечатление, что девушка сошла со своего пути и решила окончательно добить эту жизнь. Забрать от нее последнее, что можно. Как и я, во общем-то. Ведь нас обеих ничего не волнует, не так ли? Есть то, что нас пожирает изнутри, что заставляет совершать не обдуманные поступки, но разве мы сейчас спрашиваем себя об этом? Зачем, мы так поступаем? Чего ждешь от этого? Но нет, у нас ответ останется один, по-прежнему тот же. Нахера жить, если столько боли! Нахуя существовать, если это каторга! 
На первый взгляд,  ты обычная, как еще несколько миллионов людей. Твой голос, твои телодвижения...  у нас нет активного диалога, мы будто боимся что-то сказать друг другу, будто боимся, что между делом раскроемся перед друг другом. Ты выдавливаешь из себя рваные фразы, а я же.... чаще всего молчу. Мои слова, устная речь, вся в голове искаженная матом и депрессией, я не хочу срываться на тебя, ты не тот человек, который должен это выслушать. Ты не та, для кого готовились те слова. Ты просто - случайность, мой не большой луч тепла. Ты можешь подпитывать меня новыми волнами безумия или спокойствия, я не знаю, как среагирует еще мое тело на твое присутствие, я не знаю чего ожидать от себя, а тем более в таком вот состоянии.
В руках незнакомки оказывается зажигалка, подсвечиваешь наши лица и чуть ухмыляюсь. Эта ухмылка не была от удовольствия или чего-то схожего. Необъяснимое чувство. Смешанное, "какого хуя ты творишь" и "да и похуй". Кажется, в этот момент ты все-таки обжигаешься, а мои пряди волос чуть не вспыхивают ярким пламенем. Не послушная челка благодаря помощи стихии так и жаждала оказаться над языком пламени и сделать "вжик".
Твои речи оказываются достаточно дерзкими, как такая девушка, с такой специфичной внешности, может оказаться настолько... настолько острой? Или ты говоришь снова не подумав? Это поведение меня предостаточно удивляет, даже в плоть своей характерной неадекватности и перепада настроения, но работа с людьми научила меня одной все-таки вещи, уважай - даже если ненавидишь, говори аккуратно и обдуманно. Не делай резких выводов вслух и молча познавай врага в лицо.
Ты не враг, но и не друг, ты нечто неземное. НЛО? Ты ли это? Почему вы не зеленые и выглядите как люди? Что не так с этим ебучим миром-то?! ДАЖЕ НЛО - сказки! Как и истории об вечной любви, счастье и прочем ванильном говне!
- Ошибаешься. - кратко делаю замечание, на описание своего состояния. Выпить - всегда за... и плевать, что еще немного и рвота переполнит глотку и пазухи. Плевать, что я буду захлебываться в этой отвратительной кашице, давясь вновь и вновь, мне правда нужно выпить. У меня зависимость, я не хочу просыхать, не хочу становится скучным человеком, дайте мне наконец-то умереть в этой боли. Пусть мой желудок не выдержит спастики, пусть его разорвет внутри меня и я наконец-то... покину этот чертов мир, кишащий пиявками и мозгоебами.
Ты выдаешь вновь что-то странное выедающее мне мозг. Разве можно мне такое сказать? Нахер мне жилетка?! Ты точно что-то... необыденное и прилетевшее из другой галактики, будто ты познавала человечество по голливудским фильмам или чему-то подобному. Ты даже не сравнишься с Реми, который и то, кажется адекватнее и цивилизованнее.
- Тебе жилетка не нужна? А вот она!  - и юмор у тебя, Астарта, тоже не в какие ворота...
- Заткнись.
- Знаешь, это настолько божественно, ты даже не представляешь. Прекрасно и не забываемо, видеть тебя на столько говном. Ну что раны все начали гнить и зудеть? Я никогда не забуду тебя таким потрясающим говном. Будь у меня в этом мире фотоаппарат, я бы сфотографировала тебя изнутри, распечатала и вывесила на стеночку своего "воображариума". - на ответ, молчу... чуть закатываю глаза и покачиваю головой, мол, заебала.
- Если у тебя есть деньги на такси, поехали ко мне... да, мне нужна компания и абсент. Телефона у меня нет и бумажник где-то просрался. Дома расплачусь с тобой. - кратко выдаю план действий, твое уже дело - поедешь или нет. Ждать мне здесь утра или собственной смерти - тоже не важно. Не важно ничто... и никто... а нет, Денивел Мори, ради тебя я выдержу эту ночь и залью эту белоснежную луну алой краской.  Настроение чуть задирает свою юбчонку и показывает кружевные трусики, на лице вновь проявляется ухмылка, но уже гораздо довольнее, наполненная таинственностью.  Лучше не знай, незнакомка, что тебе придется пережить этой ночью, Эта последняя твоя ночь, последний алкоголь и... руки, которые могли бы прикоснуться к тебе. Даже если ты чертово НЛО, меня не остановит и такой поворот событий.
- Да не существует их! Ты тупая? Ты ебанутая? Снова на колесах?!
- Взгляни в мои галактические глаза, посчитай в них звезды и скажи число.
- Ну так что, незнакомка, согласна на такое время провождения? Обещаю, ты никогда не пожалеешь.
- Сама как-нибудь не пожалей....

Отредактировано Francesca Fitch (2016-09-15 01:24:58)

+1

7

Где-то здесь проходит граница между тем, что стоит делать и чего делать определенно не стоит, но о каком "не стоит" может идти речь, если еще совсем недавно она была уверена, что сегодняшний день для нее уже не будет существовать? В мутном неровном свете все кажется каким-то выдуманным, не настоящим, будто склеенным из пластика, папье маше и воска и сверху покрытым отвратительной глазурирующей краской. Закрыть глаза здесь и через минуту-полторы она очухается дома с передозировкой снотворного или на дне ванны судорожно хватая ртом воздух. Это было бы хорошим решением, если бы не одно но - Романа твердо была уверена, что все происходящее здесь очень даже реально, не менее реально, чем ее обычный будний день последних полутора месяцев, начинающийся с приема антидепрессандов, генерирующих мерзкий туман в голове.
Она едва ли сама замечает, как губы складываются в ехидную, кривую, но в то де время болезненную усмешку, потому что быть обычной собой - милой и относительно доброй уже нет сил. Нет сил ни для чего, каким бы замечательным ни казалась бы и не была бы обычная жизнь. Рассудок и инстинкт самосохранения стремительно машут ручкой и напару отчаливают в дальние дали, оставляя ее здесь, в этой мрачной глубине парка. Любой другой бы стремглав рванул отсюда, подальше от странной незнакомки, чье лицо наполовину скрыто невнятной челкой. Ее хочется поднять и рассмотреть острое лицо получше, быть может в обычной манере что-то дорисовать, как в минуты странного почти кататонического оцепенения она часто дорисовывает себе вторую пару глаз на щеках.
- Как тебе будет угодно, я просто предположила,- женщина перед ней определенно кажется странной и это "кажется" все больше перерастает в "несомненно", но из этих зыбучих песков уже не выбраться. - Исходя из своего опыта мучений.
Романа внезапно почувствовала себя неким подобием кривого зеркала, потому что ей тоже хочется закатить глаза. Дооизображалась. Она демостративно запустила руки в карманы расстегнутой наполовину куртки и, доказывая, что оные совершенно пусты. Она дошла сюда пешком из дома. Что такое километров семь, может чуть больше, для существа не замечающего даже собственные ожоги? "Ошпарилась,"- равнодушно и отрешенно отметила она, замечая красное пятно на внутренней стороне ладони. Так очередной приступ издевательства над не особо годным для употребления сосудом.
- Боюсь ничем не могу помочь, но я живу относительно недалеко, так что можем совершить круг почета,- Романа улыбается сдавленно и чуть более психованно-нервно, чем следовало. Таким занимаются студенты в колледже, доказывая себе и окружающим что нуля по шкале Альфреда Кинси в современном обществе существовать не может. Ее официальный ноль тоже был крайне шатким, пусть то, что могло сдвинуть ее к единице ограничивалось пьяными поцелуями и лапаньями. К удивлению, ей даже льстило, что ее приняли "за свою", хотя это было немного странно. Лично в ее голове образ лесбиянок, ничего не скрывающих в своей жизни был совершенно другим. Офелия и Иса были яркими донельзя, они буквально источали протест обществу, в то время как она напротив сливалась с людьми на десяток лет младше ее паспортного возраста. Романа опустила глаза вниз, настолько придирчиво, насколько позволяло сейчас ее кратковременное недоумение, пытаясь понять что подтолкнуло женщину к такому решению. Гетры были отвратительными. Вообще в каком пьяном угаре она из приобрела. Нет. Ничего. Может дело было в том, что свой внешний вид Романа основательно подзапустила? Обычно обесцвеченные  травяными настоями до темной блондинки волосы вернулись обратно в свой родной светло-русый, пропала все поголовно косметика за исключением разве что тонального крема, но сегодня она даже им пренебрегла, зато не пренебрегла привычной вызывающей кровавой помадой. Это могло вывести какие угодно ассоциации.
Романа вопросительно приподняла бровь, обычно это "не пожалеешь" как раз означало что-то омерзительное, что по утру помнить страшно и хочется стереть из подкорки, но почему бы и нет? Ведь действительно в жизни надо попробовать все. Хотя под "все" большинством обитателей этого голубенького шарика понимали наркотики и порно, и куда реже квантовую физику. Ха. Кто бы это объяснил ее младшему брату, так же плотно, как и она застрявшему в работе и написании докторской степени. Он кажется не меньше нее потерял традиционные ориентиры в жизни, просто еще не осознал это.
- И возможно стоит представиться, раз уж пошел такой разговор. Я... Грета, сокращенно от Маргарет, - какого черта она вообще воспользовалась своим вторым совершенно никогда не употребляемом кроме разве в крайне официальных документах. Почему не выдавила привычное первое? Неужели боялась того, что очередной грязный секрет вылезет наружу? Точно не этого. Напротив, ей не хотелось быть сейчас связанной с собой старой, серой и вымученной. Пусть хоть для кого-то она не будет Романой. Даже звучит будто кто-то сбросил подушку с лестницы.
А что ей нравилось, может даже стоит поменять имена местами? Долго она будет объяснять начальству, почему хочет внезапно поменять титры.
- В ту сторону, - она тыкнула большим пальцем через плечо.

+1

8

[NIC]Jay Simon[/NIC][AVA]http://savepic.ru/9649170.jpg[/AVA][STA]Drugs and whores[/STA][SGN]http://i.imgur.com/keskdvB.png[/SGN]
Оказывается, что моя подруга-судьба, тоже без гроша в кармане. Что за чертов день? Тут все без денег что ли? Твою мать. Севший в ноль мобильный, пустой кошелек без всякой наличной валюты. Все такое опустошенное, как и смысл моей жизни. Где-то среди темных туч промелькивает молния, а за ней и содрогающий землю гром. Ливень начинается резко и неизбежно. Сильные и сочные капли дождя ударяются о лицо и стекают ручейками по рельефу. Сыро и противно. Подымаюсь с места и провожу ладонями по лицу, стряхивая воду. Подхватываю девушку за руку и начинаю ее вести куда-то неведомо куда.
Шаг за шагом по мокрому асфальту приближает нас ближе к выходу. Останавливаюсь и смотрю в ее глаза, а она в мои. Пересекаемся. Ты решаешь познакомиться со мной, невольно ухмыляюсь и начинаю пожирать взглядом Гре... Гретель? Грета? Как? Еще раз, а то вода в уши затекла.
- Как тебя зовут? - вытряхиваю воду, подставляя тем самым временем второе. Тупая затея. Бесцеремонно залажу пальцем, преимущественно мизинцем и выгоняю образовавшийся пруд.
Если ты и на самом деле Гретель, то я... буду той старой и противной старухой - людоедкой, из сказок братьев Гримм. Из тебя выйдет чудесный супчик... женские тушки, неповторимы, особенно в молодом возрасте. Кстати говоря, хер знает, сколько тебе лет и что ты вообще здесь забыла. Ах, да... ты же что-то говорила про прогулку... так вот, она у тебя не удалась.  Ты еще долго будешь жалеть о том, что повстречала на своем пути такое чудовище, как я. Ты никогда об этом не забудешь, всю жизнь мое лицо будет сниться в твоих кошмарах, от которых ты начнешь рано или поздно просыпаться с холодным потом и бешеным сердцебиением.
Надеюсь, тебе повернется лицом матушка-удача, и после нашей встречи, ты останешься живой...
Произносишь еще раз свое имя, на сей раз слышу его достаточно отчетливо. Маргарет, Грета.
- Гарет...  - делаю свое своенравное сокращение, сопровождая ударением на первый слог. - Попробую поймать такси... - игнорирую свой "навигатор", знающий путь только до своего пункта производства. Плетусь в абсолютно противоположную сторону, продолжая держать "завтрак" за руку и тащить его за собой. Вторая же рука вытянута в сторону, в надежде поймать желтенького друга и поехать на нем домой. А если у них есть еще и терминал... то всё, можно считать, что день удался.
Проходит минут пятнадцать, несколько желтых ублюдков проскакивает мимо, мчась с проворачивающимися колесами. Мне не раз приходилось вот так вылавливать какое-нибудь такси, при различных ситуациях, но каждый раз... они, суки, да останавливались. Даже если кровью истекаешь и на грани потери сознания, и то останавливались, а когда мне хочется тут резко затащить это создание в постель, сделать из него пудинг, так все... никого нахрен нет, всем резко потребовалось по делам. Гандоны! Недовольно фыркаю. Волосы насквозь мокрые.... как и вся прочая одежда, находящиеся на теле.
- Я Джей... - чуть опомнившись, называю свое имя и как по взмаху волшебной палочки, подъезжает такси прямо к ногам. Хитрая ухмылка касается губ. Приоткрываю заднюю дверь и даю возможность первой запрыгнуть Грете, только после нее, уже размещаюсь на сухом кресле и в теплом салоне. Водитель не торопится двигаться с места и оборачивается назад. Это оказывается мой один из самых излюбленных водил, который знал меня в лицо. Вот она - удача.
- Ты как раз вовремя. - мужчина улыбнулся и без слов понял, по какому адресу держать путь, даже не стал вбивать его в навигатор. Ведь он забирал меня все эти бесконечные дни отсюда, и терпел мой шмон и перегар. Даже удивительно, что моя ненадежная память запомнила это лицо и эти черты.
Путь оказывается достаточно долгим... обычно, кроме желтого цвета машины, этого лица у руля и голоса мне нечего вспомнить, но сегодня оказался именно тот день, когда в достаточно в здравом уме и под легким шефе, увижу это все собственными глазами. Нужно же посмотреть, как выезжать из этого дерьма!
В машине стоит тишина, а если быть точнее... где-то тихо подвывает какая-то попсятина, действующая слегка на нервы. Стараюсь вслушиваться в звуки бьющихся капель о стекло. Так успокаивает и одновременно, так будоражит воображение. Будто это прекрасное и невинное личико Денивел, разбивается об сильный и грубый кулак моей правой руки. Черт, божественно.
Автомобиль останавливается, протягиваю свою банковскую карту, зная, что в этом такси они оборудованы терминалами. Таксист проводит карточку и отдает ее обратно. Киваю головой, типа благодарю и покидаю машину. Руки вновь начинают рыскать в поисках ключей. Раз связка, два... вот и она.
Пять минут и оказываемся уже на пороге квартиры. В квартире срач, I'm happy very much.
- Да блин, заходи уже... - подталкиваю девушку, и закрываю за нами дверь. Ее с легкостью можно отпереть изнутри, так что чего ссать-то? Все равно уже в моей обители. Стягиваю ботинки в прихожей, скидываю насквозь мокрую куртку и закидваю ее на вешалку. Сквозняк продувает все комнаты насквозь, где-то на кухне шуршит пакет, а в комнате поскрипывает пол.
- Пить будешь? Наркотики? Чем тебя побаловать? - вот так с порога интересуюсь увлечениями девушки. Бросаю легкий взгляд на нее, пытаясь понять во что она одета... и знаете, никогда не думала, что эта жизнь меня до такого доведет. Ну что поделать? Всем хочется чего-то непредсказуемого и горячего.
Но эти гольфы! Черт подери! Это гетры! Эксклюзив, мать вашу!
Стараюсь долго не задерживаться в коридоре и проталкиваю свое слегка шатающееся тело вперед. Оказываюсь в гостиной, на столе уже заготовлены дорожки, а рядышком бутылка абсента. Включаю негромко музыку, чтобы можно было услышать и девушку, все-таки не одна я как бы. Приваливаюсь на диванчик и две белых дорожки какого-то дерьма всасываются в ноздри по-очереди. Смахиваю с кончика носа остаток.
Кажется... когда-то я уже успела вернуться к этому дерьму...

Отредактировано Francesca Fitch (2016-09-15 01:25:15)

+1

9

Как чувствует себя кролик, попавший в тесные объятья удава? Боится ли он или заворожен? Понимает ли что его смерть лишь дело нескольких минут или же он до последнего верит в лучшее? Если кому-то и удалось побывать в подобной ситуации, то он уже ничего не расскажет, а если и расскажет, то уже пропустив через призму сознания, приняв на себя роль несчастной жертвы и посыпав голову пеплом. Никто никогда не скажет, что на деле это похоже на желе, в котором увязаешь, вроде понимаешь, что делать этого не должен, но слова все равно вырываются изо рта, ты все равно отвечаешь: "да", когда должен был сказать "нет" и продолжаешь падать в пленительное небытие. Будто сознание обитает отдельно, а тело отдельно. Они не связаны ничем между собой и одно просто наблюдает за действиями другого. Как еще было объяснить то, что происходило?
Тело дрожало, отзываясь на мерзкие холодные струи дождя, - когда он только успел так припустить? -оно еще пыталось как-то вырваться из плена вконец обезумевший головы или же все обстояло в точности да наоборот? И это сознание вырывалась из плена уставшего тела? Да гори оно все синим пламенем, вода стекает за шиворот, капает с волос, кажется, она даже добирается до белья, потому что она на удивление ярко чувствует холодные металлические детали слишком туго затянутого бюстгальтера, впивающие в кожу.
- Мне определенно кажется, что это мужское имя, - фыркнула она невпопад, пытаясь понять почему вопреки обычной если не подчеркнутой женственности, то по крайней меря явно бросающейся в глаза эмансипированности Романа не чувствовала отторжение даже к такому, нарочито грубому обращению. Ее тащили на буксире, определенно двигаясь совершенно не в том направлении, куда следовало, они вообще не следовали никакому направлению - просто со странной, не похожей ни на бег ни на шаг скоростью двигались вдоль обычно довольно оживленной улицы тщетно пытаясь поймать такси или попутку. Если честно, увидев бы такую голосующую компанию она сама, как бывалый автолюбитель ни за что бы не остановилась. Никто в здравом уме не будет расхаживать ночью, никто не будет ловить такси от парка, от клуба или бара - да, в порядке вещей, но вот так, будто предварительно упав с неба. Лично ее буйная фантазия могла с лету придумать неплохой сюжет для триллера основанного на призраках автостопщиц.
-Д-Джей, - стуча зубами эхом повторила она, силясь запомнить. Не то чтобы она когда-то жаловалась на плохую память на имена, но именно это имя уперто старалось ускользнуть куда подальше, в закоулки сознания, да и осесть там, как огромном думосборе, куда от мистера Поттера Снейп прятал особо болезненные воспоминания. Но думосборами люди не обладали, как и не обладали стойкими принципами и прочей ерундой. Она даже не сразу поняла, что таксист взял совершенно другое направление, нежели на ее взгляд следовало, даже адрес не спросил - видимо уже не в первый раз подбирал ее новую знакомую. Стоило ли все пускать на самотек? Что ж она всегда сможет стратегически ретироваться с чужой территории, ладно, не ретироваться, а позорно сбежать, если ее что-то не устроит. По крайней мере в этот раз она избежит очередного подкола о расположении зеркала. Уже небольшой плюс. Она считала улицы и повороты, запоминая маршрут и мысленно сопоставляя их с картой города, пытаясь понять куда именно они двигаются, в принципе не так уж далеко, Сакраменто вообще город не ахти какой большой, куда меньше того же большого яблока, переливающегося миллионами неоновых огней.
Огней нет, нет света и нет уюта, нет тихо сопящего кота, недовольно прицокавшего бы со своей лежанки ей на встречу, если бы квартира была бы ее. Ой, кажется, что все идет под откос, настолько, что прошибает холодным потом, заставляя невольно закусывать нижнюю губу в попытке сдержать загнанный рык. К черту все, развернуться бы да и уйти пока еще есть возможность. Но замок щелкает, как предохранитель пистолета. Пути назад нет. Не потому что дверь заперта, нет, она сама не уйдет. Не в ее принципах не доводить начатое. Отлично, теперь еще и действие таблеток закончилось, раз ее уже начинает мотать на этих американских горках эмоций. То вверх - к почти завороженному подростковому восторгу, то вниз - к панике.
Туфли летят в сторону, ставить их аккуратно нет никакого желания. Молнию на куртке немного заедает, но если приложить чуть больше усилий и с ней можно вполне себе совладать. Странное, дикое предложение опять пускает карусель по кругу, невольно вспоминаются Иса и Офелия, первая из которых вытаскивала за уши вторую из зависимости, с самого дна, пусть официально они никогда об этом не говорили, но Романа знала где-то на уровне инстинктов, что в их истории все ой как не чисто. И одно не до конца подпорченное Рождество только подливало масло в огонь сомнений.
- Только если потом хочешь избавляться от хладного трупа,  - недоверчиво фыркнула она, все же пытаясь найти адекватный способ примоститься и сесть как-то, не напоминая нашкодившую школьницу, и, не складывая по привычке руки на коленях, - я понятия не имею, как это химия среагирует с таблетками, что меня врачи пичкают. Может начну видеть зеленых человечков, а могу начать задыхаться. - если кто-то и говорил о свободе нравов, о братстве всех людей и равенстве каждого каждому, то ему следовало подсунуть одну из книг: Дарвина и его "естественный отбор", согласно которому выживает лишь сильнейший. И отобрать библию, которая возвела в культ милосердие. Не потому, что она была атеисткой, нет, просто жизнь уже давно ушла дальше заповедей, да и потонула где-то в грехе.

0

10

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Borderline