Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Adrian
[лс]
иногда ты думаешь, как было бы чудесно, если бы ты проживала не свою жизнь, а чью-то другую...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » hell ain't a bad place to be


hell ain't a bad place to be

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://funkyimg.com/i/2bRNV.png

V i n c e n t  &  J u l i a n

Отредактировано Vincent Jervis (2016-05-16 17:02:02)

+3

2

Спазм накатывал за спазмом, вырывая из глотки один за другим потоки мерзко воняющей жижи. Даром что съеденные на ужин королевские устрицы стоили по двадцать баксов за штуку, а за принятые сразу после ужина таблетки Джулиан вывалил еще больше. Сейчас, мерзко поблескивающий в свете уличного фонаря и растекающийся по аккуратно подстриженным листьям садовой туи ужин, вызывал лишь очередные позывы рвоты у перегнувшегося через перила лоджии парня.
Не стоило запивать всю эту хуеву тучу таблеток коньяком.
Не стоило толкать Дэйва с лестничного пролета.
Не стоило пытаться закатать его труп в персидский ковер из гостиной.
И похуй, что Дэйв так любил этот чертов ковер, что на каждом мероприятии, подвыпив, вещал гостям, таким же отъевшимся ублюдочным, как и он сам, о том, как трахал на нем какую-то вьетнамку в Иране. Наплевав на то, что в Иране живут не вьетнамцы вовсе.
Желудок скручивало тупой болью, кишки сворачивались в тугие узлы, и теперь Джулиан просто открывал рот, хватал холодный вечерний воздух в попытках отдышаться. С губ, тонкими, вязкими струйками, текла слюна. Спазмы всё не прекращались, но блевать было уже нечем. Разве что собственными внутренностями, которые усиленно упирались, не желая покидать родное тело.
Голова Дэйва смотрела в пол, а брюхо, с любопытно выглядывающим из-за задравшейся рубашки пупком, - в потолок. Левая нога, указывала на север, правая на восток, как гребанная роза ветров. Руки заломлены вверх, словно в гневе. Не удавшийся сенатор штата напоминал жуткого, майянского божка, что был вытатуирован на спине Стэйси. Она с такой охотой подставляла Джулсу свой зад, всё время в одной позе, что парень хоть убей, не вспомнил бы лица девушки. А вот этого уродливого майянца вполне.
У Стэйси был отличный, разработанный зад, рабочий рот и совершенно девственная пизденка, которую она берегла для будущего мужа "олигарха". Джулс искренне желал ей удачи найти того идиота, который поверит в то, что она не шлюха.
Новый порыв рвоты, новая струя слюны. Бедные туи. Садовник Рамирес наверняка расстроится, когда увидит, что с ними сотворил Джулиан. Даже больше, чем кончине мистера Хейза.
Прошло еще около минуты и, окончательно убедившись, что "всё", парень разогнулся. Вытер губы тыльной стороной рубашки от какого-то пидора дизайнера и вернулся в дом. Дэйв учтиво дождался возвращения сына, никуда не убежал, продолжая пускать кровь из носа. Или рта. Вся морда мистера Хейза была в крови, так, что и не поймешь, откуда именно её столько натекло. Желудок парня снова нервно сжался. Воняло мочой и дерьмом. Как же сильно от этого старого козла несло результатами человеческой жизнедеятельности! Кто бы мог подумать, что после смерти людям свойственно гадить в штаны. Джулс зажал рот с носом ладонью и быстрым шагом, обойдя Дэйва стороной, поднялся вверх по лестнице. Ступени уходили из-под ног, перед глазами всё плыло.
Не стоило запивать всю эту хуеву тучу таблеток коньяком.

***

Он был не в себе, он действовал на автопилоте и ничерта не понимал из того, что втирала ему странного вида дамочка в паспортном контроле. Джулса будто бы поместили на самое дно океана, забетонировали ему ноги в цемент, в лучших традициях итальянских мафиози из книг, и бросили в воду прямо посреди... "какое там самое большое море на земле?" Парня слегка лихорадило, но не так сильно, чтобы это мешало Джулиану покачиваться на волнах кайфа. А дамочка тем временем таращила на него свои рыбьи глаза, открывала и закрывала рот, как положено каждой уважающей себя рыбке, и театрально тыкала пальцем куда-то за спину Хейза. Над её верхней губой воинственно вздымался белесый пушок усов, покрытый каплями испарины. Столько нервов, мадам явно не помешало бы дунуть чего и расслабиться. Но предлагать ей траву Джулиан не стал. Не потому, что он находился в международном аэропорту Остин Бергстром, а просто потому, что вся его дурь осталась дома.
Джулс пытался сказать это трем мужикам, затащившим его в тесную, до рези в глазах белую комнатушку и принявшихся хлопать его по всем местам. Но те то ли не верили, то ли просто получали удовольствие, бесплатно лапая "сенаторского сынишку". Дури они не нашли, благо, в конце концов, до одного из них доперло, с кем именно они имеют дело. Как раз вовремя, чтобы не начать проверять "там, где солнце не светит".
Не стоило запивать всю эту хуеву тучу таблеток коньяком.
Его отпустили, не задавая лишних вопросов.

Наверное, он спал и ему всё это приснилось. Чего только не придет в голову в наркотическом угаре, чего только не навеет подсознание в красочные, до жути правдоподобные сны. Даже убийство собственного отца. Он ведь не мог... нет, он точно не мог.
Ночь Джулс провел в глубоком отрубе, растянувшись хоть и в широком, но неудобном кресле бизнес класса. Откидывать спинку ему даже в голову не пришло. Более того, парень искренне полагал, что взобрался на борт подводной лодки и очень расстраивался, что Биттлз его наебали с цветом. Он раза три поинтересовался у симпатичных стюардесс, нет ли у них такой же, но желтой.
Желтой подводной лодки, увы, у них не оказалось.

***

Ему было чертовски плохо. Из-за яркого, дневного солнца, сжигающего ему глаза, Джулиан ничерта не видел. На улице стояла жара, но парня трясло от холода, ужасно хотелось пить и жрать, а еще лучше, просто прилечь где-нибудь в тихом, темном месте, у батареи и мирно сдохнуть.
От этой мысли перед глазами встала картина, растекающейся по светлому мрамору и впитывающейся в лежащий неподалеку ковер, лужи бордовой, густой крови. Сломанная шея, переломанные конечности. Всего четыре метра, а такой результат.
Наркотическое опьянения сошло на нет, а на его место постепенно приходило осознание в виде обрывочных воспоминаний о событиях минувшего вечера. Внутренности, словно сжало ледяными тисками. Разве бывают настолько реалистичные сны?
Хендерсон вылизывает с туй блевотину, чавкая и причмокивая.
Отец остервенело, как заведенный лупит Джулиана по лицу. Но не кулаками, а ладонью. Щеки парня пылают и болят от пощечин. Чего Дэйв добивается в очередной попытке унижать его? Послушания?
Джулиан под кайфом, он понимает не сразу, но как только понимает, тут же теряет над собой контроль и....
Ему снова захотелось блевать, но нечем. Парень потянулся рукой к круглой, черной, затертой кнопочке звонка и, сам не понимая, что это за дом и к кому он сейчас звонит, нажал её. Он давил на несчастный, видавший виды звонок не отпуская несколько минут, в голове с бешенной скоростью вертелись воспоминания. Их было мало, но каждое из них приводило в откровенный ужас. Похоже, он всё-таки сделал это.

Отредактировано Julian Hayes (2016-05-16 17:17:07)

+5

3

- Следующая песня в стиле инди-рок посвящена парню, который так и не научился завязывать галстук, а в его потрёпанной сумке от Paul Smith не найти толстого, набитого деньгами кошелька. Зато у него уже тридцать тысяч лайков от девчонок в инстаграме за три часа. Кто сказал, что девушкам нужны только деньги? Эта песня о тебе, Винсент, - торжественно объявляет Пол, по воздуху чокнувшись со мной стаканом виски, в котором подтаяли кубики льда за тридцать долларов. Подхалим всё ещё надеется, что я покажу записи с его песнями моему агенту, но я всё время забываю. И чё? Сейчас пол города сидит на наркотиках.
Я как обычно цепляюсь к его словам и возмущённо думаю ,"чья бы корова мычала", у него самого нет денег, последние банкноты при мне отдал угрюмому парковщику в матерной бейсболке.
Пол ставит стакан с виски на кофейный стол, в него забрасывает чёрную сигарету джарум (на них его подсадил я) и за грифель берёт гитару изрисованную пошлыми карикатурами, по струнам которой проводит медиатором с рисунком утопающим в оранжевом закате пляжа Санта-Моники. Я бы давно перебрался в те края, уверен, Оливия бы оплатила аренду какого-нибудь дурацкого домика с видом на побережье океана, но без Пола я не справлюсь с кофеваркой, соковыжималкой и прочей кухонной техникой. И потону в бытовухе, весомый аргумент в пользу этой квартиры с хозяйственным соседом. Да и я привык к такой обстановке: к сувенирным магнитам, развешенным крестом, чтобы в холодильнике всегда была еда, к балкону, вид с которого на наше с Полом графитти, к плакатам рок-музыкантов на стенах. Ну и конечно мне бы хотелось быть рядом с Джин.
- Что б ты знал, терпеть не могу рок и звучание этой гитары, но ты определённо умеешь интриговать, - проговариваю я, перебирая фанатские письма, думая в какое бы из них заглянуть. Многие фанаты благодарят за мою благотворительность. Этот слух запустила моя агент, Оливия. В то время как самый мой самоотверженный, благотворительный поступок - это куннилингус старой продюсерше моего последнего шоу на CW. Да, я не очень хороший актёр, но в наше время это совсем не обязательно, важно иметь неплохие внешние данные, посещать спорт зал, хорошо трахаться и правильно себя позиционировать.
- Это кто ещё? - лениво спрашиваю я, услышав протяжный звонок в дверь и зевнув, ворочаюсь в мягких, чёрных чиносах из Ривер Исланд на диване, рядом с разбросанными виниловыми дисками Пола.
- Минорная терция, - отстранённо комментирует Пол, тронув одну из струн, которая построила интервал с заливающимся, настырным звонком. - А это мажорная кварта.
- Опять эта нотная грамота, - устало спрашиваю я, поднимаясь с насиженного места. - Не боишься воспитать конкурента? Надеюсь, это не Романа Вилсон с тортом.
Пол нервно хихикает. Жизненная история - о моей заботливой сценаристке, узнавшей, где я живу и однажды объявившейся на пороге.

***

Я открываю дверь, в надежде, что Пол заказал пиццу с ветчиной и забыл об этом. Облокатившись плечом о стену, делаю ещё одну глубокую затяжку сигаретой и стреляю высокомерным взглядом наугад в того, кто войдёт. На пороге оказывается Джулиан, икона остинских пороков, отточенных манер перед интеллигенцией, высокомерного хамства, лицемерия перед преподавателями на стадии "попытки договориться мирно, пока им не объявлена война" и периодических быдло-замашек с прислугой и лошьём. И как в нём это сочеталось? Он выглядит немного потрёпанным и с несвойственной ему неопрятностью (кажется, у него какое-то пятно в области колена), но в вещах от дорогих дизайнеров. От него пахнет коньяком. Моё сердце медленно ухает вниз. В удивлении приподнимаю брови.
За дверью мог оказаться, кто угодно, но реальность такова: это парень, которого я лишь увидел, и понял, что он обязан стать моим другом. А потом о знакомстве с которым я очень жалел, заедая эти времена антидепрессантами или хвастаясь ими психоаналитику Алану в попытках его шокировать... хотя, даже последнее время, иногда мне снились забавные сны с приветом из прошлого, в которых мы просто сидели у Джулиана дома и непринуждённо о чём-то болтали, словно не было тех последних двух лет ада, вечного белого порошка на одежде и ссор с родителями. Мы часто обсуждали девушек, смеялись над кем-нибудь. Почти каждое лето проводили много времени вместе в Форт-Уэрте, на ранчо отца. Однажды Джулиан помог мне выбрать эскиз для татуировки в память о тех временах. Мы часто с отцами бывали на стадионах, где проходили скачки с огромными ставками и купленными булфайтерами, а он флиртовал с юной журналисткой "Houston Chronicle", а потом мы все втроём покупали бонг в магазине какого-то ковбоя.
- Эмм. Какие люди в Голливуде, - произношу я, освобождая для Джулиана проход в квартиру, из комнаты Пола доносятся звуки гитары, и он даже поёт что-то, упоминая моё полное имя "Винсент, Винсент".
В какой момент наша жизнь превратилась в бесконечную вечеринку, Джулиан? На которой мы вдвоём разнюхивали белые дорожки со старой семейной фотки Дэйва и его бывшей жены в Окинаве или с задницы какой-нибудь красивой девушки.
Я был слегка шокирован его визитом, изо всех сил пытаясь показать, что всё хорошо, и я рад этой встрече, отчасти это даже было правдой. Другая часть меня желала, чтобы Джулиан остался хорошими и плохими воспоминаниями. Фамилия его семьи для меня была плотно связана  Остином.
- Ray-Ban, - хмыкаю, - у меня таких нет, - я бесцеремонно стягиваю, свободной от сигареты рукой, с его носа тёмные очки за дужку и одеваю на себя, глядя в зеркало.
- На эту полку в шкафу можешь закинуть какие-то вещи, - с полки я подцепляю журавлика счастья, который сложила официантка в Rainbow баре для меня и где-то внутри должен был быть её телефон, а так же свой шарф, освобождая место для Джулиана. - Ты надолго?  Надеюсь на пару дней, не более того.
Придётся сейчас делиться с парнем моими остатками марокканского салата с апельсинами и виски на самом дне Джека Дэниэлса. Досадно, если разливать, то получится где-то по два-три пальца на человека. Маленькие шансы накидаться после этой феерической встречи.
- Что там Сара, всё ещё пытается отомстить и терроризирует звонками? - вспоминаю последние новости, которые слышал от Джулиана, когда последний раз разговаривали по телефону.  - Выглядишь неважно.

Отредактировано Vincent Jervis (2016-05-18 07:14:40)

+3

4

Лужа крови, сломанный нос, вывернутые под неестественным углом конечности, голова, развернутая на девяносто градусов в пол. Джулиан понял, что продолжал давить на звонок даже после того, как дверь открылась. Одернув руку от многострадальной кнопки, парень поднял глаза на хозяина дома. Или квартиры в этом самом доме. До Джулиана даже не сразу дошло, кто именно стоит напротив него. К кому именно он летел несколько часов из родного города.
Или плыл на далеко не желтой подводной лодке.
- Эмм. Какие люди в Голливуде.
Винс отошел от двери, улыбаясь другу. Немного удивленно, но в целом так, как улыбался всегда. Будто они виделись только вчера, а не семь лет назад и всё ништяк, Джулс зашел в гости. Картина маслом. Сейчас пожмут друг другу руки, похлопают по спинам и Винс быстренько поляну накроет, пожрать предложит, а потом, попивая чаек или чего покрепче, Джулиан расскажет другу как...
Бляяя.
И тут до Джулиана таки окончательно доперло. Ясно и четко. Словно потоком ледяной воды, разом выплеснутой на его бедовую голову из ведра, парню пришло осознание всей силы, ужаса и необратимости той охуенно, чертовски, пиздецкой ситуации в которой он оказался. Сердце, колотившееся в груди минутой ранее, теперь, казалось, совсем остановилось и напугано сжалось на самом дне грудной клетки.
Он убил Дэйва. Он просто взял и убил собственного отца.
Бывшего главного прокурора штата, балатировавшегося в сенаторы.
Он сломал ему шею, вывернул конечности.
Он сядет в тюрьму, его наверняка уже ищут копы.
Они засадят его на электрический стул. Это будет во всех новостях страны.
Он уже ничего не может с этим поделать. Совсем ничего. У него нет выбора, нет выхода, это самый настоящий конец. Он труп. Он просто труп.
Блять. Блять. Блять.
Его отпечатки везде.
И нахуй он пытался закатать Дэйва в ковер?! Это ведь и за несчастный случай теперь не сойдет.
Пиздец. Это конец.
Растерянными, перепуганными глазами Джулиан уставился на Винса, не в силах выдавить из себя и слова в ответ. Ему было страшно. Во рту моментально пересохло, ледяные пальцы только сильнее сжали ремень перекинутой через плечо спортивной сумки, всё тело мелко тряслось, а безупречной бледности его физиономии позавидовала бы любая японская проститутка. Мозг буквально взрывался от потока лихорадочно носившихся в голове мыслей, но всё вхолостую, ни одна попытка собрать их воедино, ни к чему не приводила. Не говоря уже о букете "непередаваемых" эмоций. Ему следовало что-то сказать или сделать, но подобрать слова не выходило. Что вообще можно сказать в сложившейся ситуации? Одновременно хотелось и рвануть отсюда подальше, сбежать, спрятаться, от людей, от себя самого и случившегося с ним в целом, сделать вид, что ничего не было, забыть как страшный сон и наоборот, рассказать всё Джервису. Содеянное рвалось из Джулиана, он просто не знал, как быть, ему нужно было поделиться с кем-то. Но язык не слушался, а ноги словно приросли к бетонным ступенькам крыльца.
Был бы Джулиан сейчас под кайфом, как всю последнюю неделю, он бы точно не удержался. Так же, как не мог удержаться после очередных стычек с отцом или дерьмового дня от того, чтобы, напившись и втянув пару тройку кокаиновых дорожек, названивать старому другу. Хотя, какому к черту другу, не было у Хейза друзей.
Но вот опять случилось в его жизни дерьмо и вот он, Джулиан, стоит на пороге дома Винсента, сам не понимая, как здесь очутился и почему опять он. Почему опять Винс. Через семь то гребанных лет. Что это, идиотская привычка цепляться за Джервиса, как будто тот хоть как-то мог его понять и, тем более, помочь? Даже звучит тупо. С тем же успехом, Джулиан мог собрать вещички и полететь через океан к родимой матушке во Францию. Обоим им он нахуй не упал. А, впрочем, куда еще ему было ехать? Тем более под кайфом. Тем более, после того, как прикончил собственного папашу. Правильно, не к кому. Он был один и не то, чтобы это сильно его расстраивало раньше. Потому снова и снова Джулиан обращался к Винсу со своими проблемами, как в старые добрые времена, даже после того, как Джервис умотал из города "за новой жизнью".
Но всё то было по пьяни и под приходом.
Сейчас же Джулиан был трезв и жалел, что приехал к Винсу. Так же, как каждое утро после ночи долгого сопливого нытья в трубку, он старался отбросить любые мысли о Джервисе и продолжал жить своей жизнью. Бухать, гулять, кайфовать и ни о чем не париться. Сейчас, совершенно трезвый и до усрачки перепуганный, Джулиан понимал, что копам не потребуется много времени, чтобы выйти на него. Так почему же он теряет драгоценные минуты до своего заключения, стоя как тупой олень перед бьющими в глаза фарами грузовика, несущегося на него со скоростью света. Вместо того, чтобы стоять и пялиться на примеряющего очки Джервиса, Джулиану стоило мотать из соединенных штатов.
Из глубин квартиры доносилось треньканье гитары и какое-то завывание. Винсент о чем-то трепался, а Джулиана снова тошнило. Он не слышал ни слов песни, ни слов улыбающегося и роящегося в шкафу Джервиса. В голове мелькнуло старое воспоминание, - ночь, Винсент сидит рядом с ним на пассажирском сидении, угнанного ими со двора бентли Дэйва, и смеется как заведенный. Укуренный и счастливый, какими они в ту пору были практически постоянно. Им по четырнадцать. Джулиан рассказывает, как прикончит Дэйва, а потом спустит всё его состояние на всевозможных шлюх. Будут там и мулаточки и азиаточки, и белые и латиноамериканочки. Что он даже с Винни поделится и даст другу так натрахаться за свой счет, что член отвалится. На словах о "Винни", Джервис больно бьет Джулиана локтем по ребрам, продолжая хохотать и давиться дымом. В салоне авто так накурено, что глаза слезятся.
"Не ходить же тебе всю жизнь в девственниках, Винс!" - Джулиан без году неделя, как впервые "попробовал женщину" и уже который день подкалывал этим Винсента. - "Я тебе столько баб куплю, закачаешься. Поможешь мне прикончить моего старика и станешь мне настоящим братом".
Кто же знал, что в итоге так оно и выйдет.
Бля.
Пиздец.
Он реально это сделал.
А Джервис тем временем что-то плел про какую-то бабу.
- Винс, - Джулс не узнал свой голос. Хриплый, глухой, словно бы к его лицу прижали подушку и самозабвенно душили под пение и треньканье гитары.
Винсеент, Виииииснееент, трынь, трынь, трынь.
Шансы на то, что всё это просто затянувшийся кошмарный сон таяли на глазах.
- Винс, - и мысли снова разлетаются, не успевает он их поймать. - Похоже я в полном в дерьме.

Отредактировано Julian Hayes (2016-05-19 20:33:16)

+2

5

Выбрасываю чёрный окурок в пепельницу zippo, пальцами вдавливая его в стальное дно, и последний раз цепляюсь взглядом за зеркало. За тёмными стёклами модных очков спрятал глаза, в которых недавно отчётливо было видно волнение, явно преобладавшее над радостью встречи. Мешки под глазами от недосыпа тоже больше не видны. Последнее время я мало сплю: премьера фильма с моим участием, афтепати, пара интервью, пять уроков по экстремальному вождению, благодаря абонименту подаренному режиссёром в честь окончания съёмок. Три дурацкие реплики, которые никак не мог выучить, и один трюк, который делал без каскадёра на машине - однако, говорят, что фильм ещё покажут в Каннах, и страдал я не зря.
"Чёрт побери. Джулиан". Я чую, как заныли старые шрамы, полученные в Остине. Мне нелегко было всё это время делать вид, что я понятия не имею, что такое Техас, учитывая, что он такой дохрена огромный лоскуток на карте Америки, и значительная часть его территории принадлежит нашим фамилиям. Но каждый раз случалось что-то, что напоминало о моём прошлом, от которого я пытался убежать.
Джулиан не в себе, такое чувство, что его трясёт от озноба или от страха, заботливые люди сунули бы градусник и убедились в нормальности температуры. Так бы, возможно, поступил и доверчивый Дэйв, отвёз его к своему доктору, плохо помню как его звали. Но я то знаю, что с этим парнем не так. Приходы не длятся вечно. Не спорю, я сам дарил ему пакетик с белым порошком на Новый Год, когда он улетал с Дэйвом и его очередной любовницей в Аспен, и это был очень даже крутой и своевременный подарок. Я передал его вместе с ироничными карикатурами Бидструпа Херлуфа и пожелал удачи. Я об этом думаю, глядя в расширенные зрачки Джулиана.
Набираю воздух в лёгкие, чтобы спросить равнодушно, что он такое принял, что оказался на моём пороге и так волнуется, но внезапно осекаюсь. Как я мог строить из себя калифорнийскую звезду перед Джулианом! Моим лучшим другом, которому действительно сейчас хреново! Мне становится ужасно совестно.
Я вспомнил, как мы были на одной волне. Мы самовлюблённые, выросшие в те времена и в том месте, где мечты надолго не задерживались в наших головах, а тут же воплощались в бесцветной реальности. Почти не доставляя радости. Единственное, что приносило эмоции: адреналин, риск, вызов. Мы были парнями с доступом на самые классные вечеринки, мы были теми, по кому лилось много слёз. Мы классно одевались, нас называли пафосными, говорили, что мы выёбываемся. Нам всегда было мало того, что мы тут же получали. Мы не могли остановиться, чувствуя свою безнаказанность, так как с нашими родителями все люди, которых мы обидели, предпочитали решать проблему мирным путём. Мы часто поддерживали друг друга. Влезали в окно преподавателя, чтобы найти у него ответы к контрольной работе и изучали его диски с порно. Включали телефон на громкую связь, когда по телефону звонил кто-то из тех обиженных, кто намеревался с нами поскандалить, и смеялись. Или вместе шарили салфетками по одежде и фыркали со смеху, когда приходилось вытирать капли шампанского, после того как чья-то из бывших не очень метко выплеснула содержимое стакана.
Помню как мы удирали от копов на машине его отца, которые мчались за нами и кричали в громкоговоритель: "просьба немедленно остановить бентли". Вся округа наполнялась воем мигалок. Мы скрывались от них за забором, укуренно ржали и гуглили, когда проветрится вся та таблица менделеева, которую мы в себя засунули на вечеринке.
За дужку приподнимаю солнцезащитные очки, проскальзывающие по моим волосам, оставляя их на затылке. И всматриваюсь в бледного Джулиана. Его обеспокоенность передаётся мне.  Слегка выгибаю бровь.
- Что случилось? - спрашиваю я настороженно, с искренней участливостью, перебирая в голове варианты. Что могло так сильно напугать моего друга? Галлюцинации, какие-то проблемы с девушкой, с родителями как и у меня, он прибил своего диллера, ограбил кого-то, чтобы оплатить дозу? Так же, как и я, сбил кого-то на машине? Просто депрессия?
- Слушай, ты можешь рассказать мне что угодно, - сказал я, примерно догадываясь, что то, что скажет Джулиан - я не должен это знать, ради своего же блага. Я делаю глубокий вдох.
- Что ж, мы оба жили по принципу: без того, чтобы периодически вляпываться в дерьмо - жизнь скучна и не прикольна, - чтобы хоть как-то приободрить, я слабо улыбаюсь, насколько позволяет его расклеившееся выражение лица. - Можешь остаться здесь, ведь я знаю, что любая California dreamin' - произношу с южным акцентом, - начинается со стука в дверь и слов "бля, я целиком в дерьме".
Не знаю, что за прикол, вынудивший Джулиана сорваться с уютного места в Остине, где каждый человек знал его имя и испытывал к нему какие-то сильные чувства: ненависть или обожание. Надо же, ещё не так давно общались по телефону, и ничего не предвещало катастрофы. Я обнимаю Джулиана и спрашиваю:
- Дэйв знает, что ты здесь?
- Винс, кто там? - кричит Пол, на какое-то время прекращая играть.
- Всё нормально, Пол! - отвечаю я, отпуская Джулиана.

Отредактировано Vincent Jervis (2016-05-20 07:50:41)

+2

6

Из лихорадочных попыток собрать мысли воедино, а заодно и собраться самому, Джулиана вырвал внезапный порыв Винсента, который притянул парня к себе и обнял. От Винса резко пахло всё тем же Армани, которое он так любил и марихуаной. От травки Джулс бы сейчас точно не отказался, нервы ни к черту, самообладание летит к хуям, и походу он на гране истерики. Как маленькая, сопливая девчонка. Окажись кто на его месте, Джулиан точно поржал бы. Но, увы, в данном случае в дерьмо вляпался он сам. Скорее на автомате, нежели осознанно, Джулиан поднял трясущиеся, холодные руки и обнял в ответ Винса. Крепче, чем хотел, будто утопающий, попавший в пиздецкую бурю и с силой цепляющийся за спасательный круг. Смешно, но это помогает собраться и, хоть немного, но успокоиться. Точка опоры, вот чего ему не хватало. А еще не хватало Винса, который, при всей своей безбашенности, всегда служил Джулиану чем-то вроде стоп крана или "голоса разума". При всей своей безбашенности, Винсент никогда не был настолько оторванным от реальности тусовщиком, наркоманом и самоуверенным дебилом, каковым являлся и является Джулиан. Винсент так до конца и оставался для Джулиана тем смешливым парнишкой, который доверчиво следовал за ним в самое пекло. И если для Винсента было не понятно, когда это он докатился до такой жизни, Джулиан знал ответ. Он лично сопровождал друга в свой персональный ад. И им было хорошо там вдвоем. Хоть убей, а Джулиан не понимал, зачерта его другу вся эта "нормальная" жизнь, универ, карьера и прочее дерьмо. Их бабок хватило бы и до самого конца безбедной, веселой и отрывной жизни. А семью, белый забор, золотистого ретривера, стервозную жену и тупоголовых детей пусть забирают себе те, кому этот геморрой интересен.
Джулиан был неприятно удивлен, когда узнал, что его друг не разделяет этих взглядов. Универ. Срать Джулс хотел на этот Винсентовский универ. Он был чертовски зол, когда друг бросил его, ведь у них было всё...весь мир лежал перед их ногами.
У них было всё.
Было.
Из слов Винса до Джулса дошла только последняя фраза.
Дэйв.
- Дэйв знает, что ты здесь?
Если Дэйв может наблюдать за ними из котла Сатаны, то да, он наверняка знает. Его там, наверное, раком ебут и раскаленным маслом приправляют за всё хорошее. И Джулиана будут, когда посадят на электрический стул, закрепят металлические браслеты на запястьях и лодыжках, положат на голову мокрую губку и поджарят мозг разрядом в три тысячи ебанных вольт. Перед глазами так и рисовались красочные сцены из "Зеленой мили". По спине снова прошелся озноб. Тело Винса источало жар, но теплее Джулиану не становилось. Треньканье и завывания, доносившиеся из квартиры, прекратились. Винсент отпустил Джулиана и тот сделал шаг назад, еще немного и он окончательно бы расклеился в руках друга.
- Я убил его, Винс, - эти слова стоили больших усилий, чем казалось на первый взгляд. Джулс поднял серьезные, хоть и напуганные глаза на Джервиса. Он держался, он просто старался не допускать больше мыслей и образов в виде распростершегося по полу тела. - Я убил Дэйва.
Голос звучал всё так же глухо. Он всё так же был чужим и незнакомым. Джулиан старался, он держался, хотя паника в груди снова начинала разрастаться и захватывать его сознание. Он крепче сжал ремень сумки и поправил его, подтянув выше на плечо.
- Мне нужна помощь... я не знаю... - голос предательски дрогнул, но Джулиан быстро взял себя в руки. Надо мотать, надо нахуй мотать из этой страны или придумывать алиби, как вытащить себя из этой чертовой ситуации.
- Я не знаю, что мне делать, Винс...я убил его. Он там, - Джулиан махнул рукой влево, в сторону кустов, будто бы Дэйв сейчас лежал аккурат под ними. - Лежит на полу в луже крови, я сломал ему ноги, сломал руки и свернул шею, - теперь он говорил уже какой-то скороговоркой, запинаясь и глотая часть окончаний, будто пытаясь выложить побольше информации, пока снова не начал впадать в панику. Глаза уставились куда-то в пол. - Я много выпил, еще и несколько дорожек кокса, пара тройка оксиконтинок, и Джулия сука. Джулия выбесила меня, ебанная блять. И Дэйв. Я был не в себе, я...я не знал что творил, он меня разозлил. Он опять начал доебываться до меня. Я сломал ему шею, Винс, он лежит там и...бля, там столько крови. Я пытался закатать его в ковер, но он сука весит как рождественский кабан. Там столько крови. Он обосрался, навалил целую кучу дерьма и обоссал весь пол. Я... - парень поднял расстерянный взгляд на друга. - Меня посадят Винс. Меня убьют.
Да здравствует паника - раунд второй.
- Мне нужно выпить. Или дунуть. Мне нужно что-то сделать. Нужно что-то придумать. Я не хочу на электрический стул.
В это время дня на улицах было не так многолюдно, поэтому слов Джулиана не слышал никто, кроме Винса. Хотя, об этом Джулс беспокоился сейчас меньше всего. Как и о соседе Джервиса по квартире, который мог выйти "посмотреть, кто там пришел" в самый неподходящий момент. Заткнуться Хейз просто не мог.
- Я не хочу умирать, Винс! Я не хотел убивать его, он просто разозлил меня. Что мне теперь делать?

+2

7

Мне так хочется поболтать с другом о моей работе и о Джин, но он какой-то совсем уж отмороженный и печальный. "Эй, кем бы ты не был, грустный отморозок, верни мне Джулиана", - мысленно думаю я, закатив глаза, когда Джулиан вжимается в меня при крепких объятиях, явно кайфует от этого, и это меня слегка напрягает. Но я продолжаю быть рядом, потому что Хейз расстроен, и я чувствую себя ответственным и точкой опоры для него. Да он еле на ногах держится! Я с лёгкой долей насмешки тихо произношу ему утешающее "всё хорошо, моя сентиментальная и ранимая кокаиновая зайка", - с наигранной утю-тю интонацией. И ещё раз хрюкаю от смеха.   
- Аккуратнее, тут велосипед Пола, - я пячусь назад и сбиваю ногой пару пустых бутылок Heineken. Мои насмешки притормаживает внезапное признание Джулиана об убийстве собственного отца. От которых желание стебаться резко исчезает. "Блядь! Что?!" Фоном звонит мой телефон весёлым, французским рингтоном. А меня начинает колбасить от внезапно проникшего под рубашку холода. 
- Чеегоо? - я нервно засмеялся. - Джулс, это не смешно. Ты убил Дэйва? - Мои глаза смеются, когда я заглядываю в его глаза, в надежде его расколоть и увидеть там привычные озорные огоньки. Джулиан повторяет ещё раз ледяным голосом пугающую фразу. Оценив его внешний вид, испуг в глазах и интонациях, моё подсознание допускает мысль, что он говорит правду. Но я продолжаю машинально посмеиваться. - Пожалуйста, перестань. Ну ты и скотина циничная со своими дебильными разводами. Это не смешно. У меня пиздец с нервами. Моя агент выебала мне весь мозг. Почему тогда тебя не посадили? - отчаянная попытка подловить на лжи того, кому уже поверила каждая клетка моего тела, введя меня в испуг и теряя почву из-под ног.
Я даю время Джулиану признаться, но похоже, он не врёт.
Если честно, я не знаю как относиться к этой новости и что сказать. У меня к Дэйву никогда не было никаких тёплых чувств. Я его совершенно не знал. На нём всегда были неплохие, солидные костюмы. И у него в гостях я попробовал какой-то суп из сальвадорской кухни. Видел его пару раз по телевизору, когда мама включала посмотреть на отца. Кроме того, начистоту, мои родители иногда говорили о нём по-настоящему скверные вещи. Как на каком-то важном съезде, он откровенно засыпал прямо перед прессой и демократами. Его фотография, как он сомкнул глаза и слегка наклонил голову стала героем мемов в интернете со словами "Мне это очень интересно". Больше Дэйв так не лажал. И, к его счастью, говорил много умных вещей, которые оставляли его в глазах техасцев, хорошим политиком, несмотря на гуляющий по интернету мем.
- Ты серьёзно? Бляяяя, - тупо протягиваю я, но осекаюсь, чтобы не напугать Джулиана ещё больше. Вспоминаю с какой наивной мечтательностью наши отцы строили планы о нашим с Джулианом будущем и хвастались перед друг другом нашими достижениями, приукрашивая с фантазией, свойственной великим политикам.
- Тебя видели? - взволнованно спрашиваю я, пытаюсь прикинуть насколько всё плохо. Ну, и отчасти мной движет любопытство, пока я не вспоминаю, что сам сбил человека на машине отца, с отцом на соседнем сидении, и, по-моему, рассказал об этом Джулиану. Интересно, он помнит? Это заставляет моё лицо сделаться ещё более участливым. "Пиздец какой-то, мне тоже нужно завязывать с наркотой", - думаю я, проецируя эту ситуацию на себя.
- Рождественский кабан? - мои брови ползут вверх от удивления. - Иди сюда, - я заботливо приобнимаю Джулиана за плечо и веду на кухню как раненного бойца. Сажаю его на диван. И заглядываю в шкафы кухонной гарнитуры, в безуспешных попытках найти что-то выпить и хлопаю дверями.
- Полиция нашла труп? - перебиваю Джулиана, когда он паникует и по нескольку раз рассказывает одно и то же, но совершенно не те вещи, которые меня волнуют в первую очередь. Чтобы понимать насколько сильно вляпался мой друг.
- Охуеть. Просто охуеть. У тебя нет фото? - комментирую я, потрясённый, выслушивая подробности. Но всё равно не могу представить, что там произошло. Включаю лентяйкой телевизор на кухне. Но вместо освещения убийства в новостях какие-то сплетни про Майю Кэрролл.
- Завернуть в его любимый ковёр. Ну, не самое хуёвое погребение, - я охуеваю, когда рассказ начинающего убийцы обрастает всё новой конкретикой. Нахожу сигарету и пепельницу, и закуриваю, мои руки трясутся. Мне кажется, чуть больше, чем обычно.
- Послушай, - говорю сдержанно, сделав глубокую затяжку,- Я тебе помогу. Успокойся. Давай думать трезво. Тебе просто нужен хороший адвокат. Желательно, кто-то типа Эннализ Киттинг из сериала "Как избежать наказание за убийство". Но и адвокат Оливии может вполне подойти. Мне ей позвонить?
- И кто такая Джулия вообще? - первый раз слышу это имя от Джулиана. - Тебя не посадят на стул. У меня дед судья, но лучше конечно решить проблему без него. Я не зря убежал из Остина. Видить не хочу никого из Джервисов,- Перспектива обращаться к деду мне не очень нравилась, как и признаваться, что мой друг кого-то пришил. С другой стороны, если Джулиану будет угрожать реальная опасность, может, я смогу сделать это для него? Нет. Я надеюсь, до этого не дойдёт.
- Скажи честно, Джулиан. Ты больше за свою задницу боишься или ты реально скучаешь по Дэйву?   - с прищуром спрашиваю друга. Мне кажется, что Дэйв реально его любил. И простил бы. Не было ещё того, чего бы Дэйв не простил своему проблемному сыну.
- Какие у тебя планы?
В этот момент на кухне появляется Пол, оглядывающий меня и Джулиана что-то подозревающим взглядом, но не таким беспокойным, каким мог бы быть, если бы он что-то услышал. Я чувствую его любопытство.
- Пол. Купи нам что-нибудь выпить? У Джулиана кое-что случилось ужасное с отцом.
- Это твой отец - сенатор Хейз? - неохотно спрашивает Пол. Я киваю. Он хочет задать ещё какой-то вопрос, но усмиряет своё любопытство, понимающе смотрит на меня и уходит из квартиры, щёлкнув замочным затвором.

Отредактировано Vincent Jervis (2016-05-26 10:15:11)

+2

8

Винсент умел привести Джулиана в порядок и помочь тому собрать мысли тогда, когда сам Хейз этого сделать не мог. С Винсом все было просто, и если минутой назад Джулс трясся за свой зад да искал пятый угол, то теперь боролся с желанием сломать Джервису нос. Что-что, а отвлекать от ненужных мыслей и разряжать обстановку Винс мог как никто другой. Своими идиотскими фразочками и подколами в самый неподходящий для того момент. В данной ситуации Джулиану было вовсе не до ебанных шуточек Джервиса, он итак с утра весь на здоровенных таких иголках, а тут еще и Винс со своими приколами. Джулиану было откровенно насрать, верит ему Джервис или нет, о таких вещах переживаешь в последнюю очередь, когда за тобой в любой момент могут явиться копы и отправить в места не столь отдаленные.
Парень рухнул на диван и уставился в спину роящегося по кухонным шкафам Винсента.
- Фото? Ты блять серьезно? Конечно, есть, как же не зафотать труп собственноручно убитого пахана, чтобы потом тебе показать. Как думаешь, сколько лайков соберешь на своем инстаграмме, а Винни? - Джулиан невесело ухмыльнулся. Страх уступал место раздражению. Ему определенно не помешал бы косячок другой и бутылка Хеннесси, нервы ни к черту, тогда как надежды на то, что ему всё это снится, таят на глазах.
Стараясь отвлечься от желания "спустить пар" на дохуя юморном Джервисе, Джулиан огляделся вокруг. Вот значит, в какую дыру решил переехать Винс. Вот ради чего он бросил всё и свалил хуй его знает куда. И хуй его знает зачем. У Хейза просто не укладывалось в голове, как можно променять веселую жизнь, яхты, телок, вечеринки и их вечно укуренные путешествия по разным концам света на вот этот вот диван, который стоит то ли в гостиной, то ли на кухне. Раньше подобные квартиры Джулиан видел только по телеку и теперь, оглядываясь вокруг, понимал, что в ящике они и то выглядели лучше. Оставалось только догадываться, куда уходят все отцовские доллары Винса. Вроде бы во время одного из телефонных разговоров друг говорил что-то про то, что живет сам и не нужны ему подачки. Или нечто в этом роде. Или это был не Винс, а кто-то другой. Сюзи вроде тоже что-то подобное плела о свободной жизни в жопе мира.
"Или Стэйси. Или как там звали эту шлюху...", - что-что, а умением слушать Джулс никогда не отличался. Да и что можно запомнить из этих пьяных бесед по ночам.
Итак, что мы имеем, гостиную в кухне или кухню в гостиной, всё это вместе со столовой и общей площадью в половину старой спальни Винса. Да, черт возьми, у Джервиса даже любимый "траходром" в его спальне был больше, чем эта кухонька для гномьего семейчтва. Краем сознания Хейз конечно понимал, что это наверняка вполне себе неплохая квартира и есть дыры и похуже, но блять, как можно было на вот "это" поменять виллу в Сардинии, куда они ездили почти каждым летом, как вот "это" можно было предпочесть их накротическим секс турам по Европе? В какие только переделки они вместе ни попадали, чего только ни вытворяли. Ради чего Винс всё бросил? Ради вот "этого" вот?
И из-за чего бесился сам Джулиан, когда друг сьебал от него? Сейчас, в виду всего того дерьма, которое с ним приключилось, все прошлые проблемы казались полнейшей хуйней.
"И эта хоббичья нора покажется не хуже виллы в Сардинии, по сравнению с камерой в Хаствилле".
Из мрачных мыслей Джулиана вырвал донесшийся до него запах табака. Как ебанный спаниель унюхавший след, парень резко поднялся с дивана, скинув на него свою сумку и подошел к закурившему Винсу. Не утруждая себя просьбами поделиться и прочим не свойственным Хейзу дерьмом, он просто отобрал сигарету у Джервиса и глубоко затянулся, до отказа заполняя легкие дымом и пытаясь успокоить нервы. Подержал немного, хмуро слушая рассуждения бывшего лучшего друга, и выпустил  дым через ноздри.
- Эннализ Киттинг, эта та страшная баба из сериала, которая пришила своего мужа? - или кого она там пришила. Не суть. Всё познание в мире сериалов у Джулиана заключалась в обрывках оных, выхваченных в перерывах между приставаниями к очередной девушке.
"- Пойдем ко мне, кино посмотрим.
- О, как раз вышла новая серия Гли!
- Вот её и посмотрим".
А потом какая-то уродливая баба что-то треплет с серьезным лицом во весь экран, пока Джулиан самозабвенно трахает девицу в собачьей позе на любимом ковре Дэйва.
- Вариант с твоим дедом мне нравится куда больше, чем уродливая баба из сериала, - подвел итог Джулиан и поймал себя на мысли, что от хорошего траха и пары дорожек кокса он бы тоже не отказался. Только бы не думать о том дерьме, что сейчас происходило в его доме.
Ему всё еще было холодно, внутри всё тряслось, желудок неприятно сжимался, но Джулиан старался держать себя в руках. Он всё еще злился, ему всё еще было страшно, но бля....
- Не зря уехал из Остина? - Хейз даже не собирался возвращать сигарету Винсенту, вместо этого он иронично приподнял брови и усмехнулся, глядя на парня. - Ты это серьезно? И скучаю ли я по Дэйву? Ты обдолбался что ли, Джервис?
Убил пахана, а теперь сидит и скучает по нему. Просто отлично. Конечно же, Джулиан переживал за свой зад. Поскучает он после, когда опасность поджариться на электрическом стуле его минует. И если минует. А пока..
- В этом доме совсем что ли нет бухла? Ты реально решил начать новую жизнь? Скажи еще, что поселился в этой дыре с какой-то пиздой и мечтаешь обзавестись семейкой, - Джулиан издевательски посмеялся, сунул сигарету в зубы и сам полез искать по полкам бутылку хоть чего-нибудь. Руки стряслись, пришлось очень постараться, чтобы не ронять содержимое шкафов на пол. - Походу конкретно тебе родители мозги промыли.
- Это твой отец - сенатор Хейз?
Джулиан выглянул из-за дверцы одного из шкафчиков. Какой-то мудак с квадратной мордой, стоящий метрах в двух от него, открыл было рот для следующего вопроса, но передумал и свалил за бухлом.
- Это твоя новая телка, Винс? Ну у тебя и вкусы, приятель, - Джулиан нервно хохотнул. Упоминания деда судьи, которого Джулс неплохо знал, он часто встречал его на званных ужинах и различных мероприятиях, на которые его таскал отец, немного успокоило. Хотя, хер его знает, пойдет ли старик навстречу и станет ли покрывать убийцу почти сенатора штата, рискуя при этом собственной репутацией или самолично отправит парня на нары. Но каким бы ни был дерьмовым этот вариант, он был. А значит, могут быть и другие. Возможно, ему удастся выбраться из этой задницы. В конце концов, судья может знать, кому заплатить, чтобы дело замяли. Вытащили же они в своё время Винсента, когда тот сбил насмерть человека.
"Это, конечно не сенатор, но может быть...".
- Нет, копы вряд ли найдут его в ближайшее время. Дэйв взял отпуск и по идее должен сейчас трахать очередную шлюху в Майами. Его никто искать не будет, - не найдя в шкафах ничего путного, Хейз завалился обратно на диван, мозг лихорадочно перебирал варианты. - Как думаешь, если Хендерсон сожрет его, судмедэксперт сможет точно определить время смерти? Я не кормил Хендерсона почти два дня, думаю, на этой неделе ему будет, чем заняться с Дэйвом.
Да цинично, да отвратительно, но блять, это бы чертовски помогло. Сейчас, не смотря на всю ужасность своих мыслей, Джулиан чуть ли не молился, чтобы его питбуль не оставил от Дэйва ничего, кроме обглоданных костей и переваренных куч во дворе.
- Может прийти прислуга...но только через дней пять, не раньше. Я собирался лететь в Канкун на эту неделю, Хуаните только и нужно, что цветы поливать. Нет, они точно раньше не вернутся, его не найдут. Всё хорошо, - Джулс сам не заметил, как докурил сигарету. Парень рассуждал вслух, не обращая никакого внимания на друга и сосредоточенно глядя перед собой. Картина и правда складывалась неплохая, если только ничего не пойдет не по плану.
- Всё отлично. Не хочешь слетать со мной в Канкун, Винс? Там девушки покраше этой твоей завывающей верзилы с дешевым бухлом. Оторвемся, как в старые добрые, заодно и алиби у меня нарисуется неплохое. Совместим приятное с полезным. Вилла оплачена, онклюзив и все дела.

+2

9

Я замираю и слегка щурюсь, глядя на Хейза из-под полусомкнутых ресниц. Тамзин позавчера говорила, что они пушистые и клёвые, а мои глаза хитрые и тёплого шоколадного цвета, прежде чем мы занялись сексом в примерочной магазина с одеждой, сломали вешалку и немного испачкали футболку из новой коллекции, а потом, хихикая и нервно озираясь, вешали её среди вещей, которые никому не подошли. Пока отошла продавец. Интересно, её купил кто-то? Или что скажет менеджер магазина?
Хейз ведёт себя дерзко, говорит много нелестных слов о моём любимом сериале, отбирает сигарету, нагло ухмыляется и стебёт мой инстаграм как избалованный придурок, напрашивающийся быть вышвырнутым за дверь и посланным всем миром. Прямо романтический герой. Справедливости ради замечу, такое поведение в остинское время всегда прокатывало, он стебал людей, а они натянуто смеялись над его чёрным юмором над ними самими. Но я  - не эти люди, я почти Голливудская звезда. Хотя я делаю парню скидку, потому что Джулиан всегда был чрезмерно тщеславным, чтобы признать, что ему кто-то нужен. Как минимум, чтобы поехать в центр за авторскими конверсами от граффити-художника и оценить в салоне машины хорошую песню, которую он нашёл. Выбрать нормальную доску для сноуборда. Или обменяться мнением о фотографии задницы очередной его подружки. Как максимум,  любой стратег и засранец всегда имеет надёжных друзей. Которые, когда он оступится, не будут смеяться и закалывать вилами с ранчо Хейзов.
Сейчас он надменно фыркает, пальцы веером, но ему придётся привыкать существовать среди обычных людей. Он с пустыми карманами в Калифорнии. Придётся ходить среди людей по пешеходным тротуарам, а не смотреть на них из-за кофейной завесы тёмных очков, опустив стёкла в отцовском бентли. Назад дороги нет. Остинское солнце не светит так же тепло и приветливо убийцам сенаторов - даже за выкуренный косячок в тачке его отца мы чуть не загремели на полгода. Суровые Техасские законы. Тогда его самая бешенная тёлка, закричала в открытое окно остановившему нас и улыбавшемуся копу, что мы наркоманы ебучие, и она дала Джулиану в зад, а теперь Джулиан сказал, что это ничего не значит.
- Зафотать пахана? Кошмар, - закатываю глаза, опираясь задницей в мягких чиносах о край столеншницы. – Признайся, у кого ты нахватался этих уменьшительно-ласкательных суффиксов в Остине, пока меня  не было? Мэтт Янг? – главный неудачник в нашей школе, приехавший в Остин из Форт Уэрта. - Помню, что когда-то ты не только прекрасно знал английский язык. Но кокаин мы принципиально нюхали, сняв со стены и положив на кровать, Дэвида Хокни, а не какого-нибудь Роберта Макгинниса. Теряешь марку, – слегка выгибаю бровь.
Я бы воздержался от едкого комментария, если бы не презрительный взгляд Джулиана, блуждающий по кухне. Его, наверное, сейчас просто колотит от злости, в какой дыре ему придётся существовать. Из нас двоих с Джулианом, ему было что терять. А я давно стал перелётной пташкой. На прошлой неделе я жил пару дней в пляжном домике в Малибу, принадлежавшем Тамзин. Когда вернулся с конной прогулки на пару с Оливией из Палм-Спрингз. Поэтому отчасти справедливо, об уюте я совсем не заботился, даже не снял со стен плакаты, после прошлого хозяина. Обустроил квартиру только соковыжималкой и микроволновкой, когда CBN попросили меня чуточку набрать вес для съёмок в сериале.
Я слышу осуждение в интонациях Джулиана. Он всё ещё строит из себя парня мажора, правда его любимая вилла в Сардинии – теперь тыква. А Хуанита – крыса, которая заложит его с потрохами, за все свои страдания и выговоры от Хейза-старшего за проделки сына, сваленные им же на неё. Джулиана Хейза из Остина больше нет. Как и Винсента Джервиса из Остина, на которого всегда возлагали надежды и считали хорошим парнем.
- Эээ, - говорю я с раздосадованным взглядом, следя за перемещениями гвоздиковой сигареты в пальцах Хейза. Когда я хотел забрать сигарету, Джулиан сделал ещё одну затяжку. Непроизвольно вспоминаю, как наёбывал Алана, что первый раз закурил на его приёме. Он просил убрать сигарету, а я сказал: «Да, это резонно, - и протянул ему 400 баксов. – Я забочусь о тебе, Алан. Это тебе на химиотерапию, если подхватишь рак лёгких».  Казалось бы, где это видано, где это слыхано, когда психотерапевты жалуются потом отцам?
- У Пола нет влагалища, он говорит, что это только слухи, - немного гадостливо протягиваю я, косясь на дверной проём, но Пол не слышит. После второго камня в огород моего соседа я всё же не выдерживаю, и чувствую как во мне начинает закипать бешенство как в жерле Килиманджаро.
- Нет, с Полом мы делим аренду пополам. Я берегу себя для Аллена, Ридли Скотта или Скорсезе... И всё же, ты стал таким… прямолинейным…. Просвети, Джулиан, давно это в моде? Говорить всем то, о чём думаешь, - начинаю вкрадчивым голосом с моей коронной еле затронувшей губы улыбкой. Может быть, я переобщался с голливудскими лицимерами или слишком часто повторял для прессы, что я за мир во всём мире. И нужно заниматься любовью, искусством, просмотром сериальчиков, подписками на мой инстаграм, а не войной.  – А я думал, уродливее твоей Стэйси никого не бывает. Иногда ты действительно жил по принципу «если есть пизда и рот, значит, баба не урод», особенно когда был конкретно в хлам, - я откровенно начинаю веселиться, впиваясь в него глазами, в которых плещется вызов.
- Послушай меня, - гляжу на последнюю сигарету в руках Джулиана и на его ухмылку. –У тебя нет денег. Нет квартиры, хотя бы какой-то. У тебя нет друзей. Я – твой единственный друг, твои рыбы-прилипалы не в счёт. И, верно. Для меня это не пустые слова, поэтому ты приехал. Ты можешь здесь остаться. Джулиан, я знаю размеры твоей гордости, - я хмыкаю, - поэтому избавил тебя от необходимости просить меня об этом. Но не цепляй Пола. Я помогу тебе, чем смогу. Но многое изменилось. Мою дружбу миллионы людей загадывают, задувая свечи на торте. Не злоупотребляй.
- Твои очки, я возьму за аренду, - вставляю я. Наконец-то успокоившись, и взяв себя в руки. Я не верю, что Джулиан не скучает по Дэйву. Иногда я скучаю по своему отцу, смотрю на экран мобильного, на котором куча пропущенных неизвестных номеров и думаю, а вдруг один из них его, и он просто сменил номер.
- Я уехал из Остина, потому что ты бы видел лицо Уильяма, когда он узнал о том, что я не поступил в университет. И парни не успели спрятать наркотики, когда он накрыл нашу вечеринку. Его глаза были недоумевающими с зарождающейся злостью и разочарованием. Он хотел поговорить. Когда я уезжал, он бежал следом. Пытался угнаться за лексусом. Это тупо. Но он так сильно старался, чтобы я стал таким как он, - я замолчал. – Я жалел иногда, что не продолжил дальше отравлять жизнь отца, после того, как раскрылась правда. Но потом неплохо устроился здесь. У меня есть любовь телезрителей, свобода, работа, нормальное количество баб, готовых платить мне за секс, открытые двери на все крутые вечеринки и девушка. И тебе понравится Калифорния, - я улыбнулся.
- Её зовут Джин, - я наконец сказал то, что давно хотел сказать другу. Джулиан бы стукнул меня чем-нибудь, но я действительно иногда подумывал о семье. Когда не гулял на вечеринках друзей и вокруг меня не было сотни красивых девушек. Нужно, чтобы Джин немного выросла и самому встать на ноги и разобраться с карьерой. Я жду того момента, когда мы окажемся наедине без подколов и недосказанностей. Это помогло бы мне решиться. Но случится ли это когда-нибудь?
Я делаю фейспалм, когда Джулиан рассказывает о Хендерсоне.
- Ну, ты и засранец. Хендерсону теперь жить в приюте. Хуаниту депортируют. А твоему отцу жариться на сковородках в Аду.
Помню, Джулиан что-то говорил про Канкун, когда я прилетел с конференции из Сан-Диего и разговаривал с ним в аэропорте.
- Я не смогу составить компанию. У меня много работы. Завтра ужинаю с Оливией. И ты уверен, что это разумно?

Отредактировано Vincent Jervis (2016-06-01 05:14:47)

+1

10

Нет игры больше месяца. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » hell ain't a bad place to be