Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Трое в кабинете, не считая побочных эффектов


Трое в кабинете, не считая побочных эффектов

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Код:
<!--HTML--><style type="text/css">
.sactablemini {background-color: #eed4a1; border: 3px; border-style: double; border-color: #a66400;}
</style>

<div class="htmldemo"> 

<center><div class="sacth">

<div class="sacttitle">Входи в себя без стука</div>
<br>
<div class="saccita">По просьбе коллеги и близкой подруги доктор Баллантайн делает исключение из собственных принципов и соглашается провести сеанс для мистера Джейсона Вествуда, профессора психологии, сумевшего скрывать маниакально-депрессивный психоз в течение всей жизни.</div> <br>
<hr>
<img src="http://funkyimg.com/i/2c5UC.jpg" alt="родительский контроль, расширенная версия"> 

<div style="width: 480px; text-align: left; font: 11px arial; text-transform: none; line-height: 11px; overflow: auto;">
<br><p>
<B>Участники:</B> <a href="http://funkyimg.com/i/2c5Vo.jpg">Доктор Баллантайн</a> и <a href="http://funkyimg.com/i/2chBK.jpg">мр. Джейсон Ш. Вествуд</a><br>
<B>Место:</B> кабинет психотерапевта <br>
<B>Дата и время:</B> 25-10-15 11-00<br>
<B>Погодные условия:</B> облачно  +20<br></p>

</div>
</div></center>

  </div>
<br>

[AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

Отредактировано Beatrix Ballantyne (2016-07-05 20:36:25)

+1

2

Входи в себя без стука.
© Ежи Лец

Сигнальные огни по дуге освещали темный туннель. Женщина плавно поворачивала руль одной рукой, второй включила дисплей телефона. Доктор Баллантайн не имела привычки опаздывать. Заставлять пациентов ждать она не любила. У некоторых серая жидкость размякла до состояния желе, это не значило, что люди становились меньше людьми. Именно соблюдение интересов людей в отделении и их комфортное существование была ее основной задачей и миссией. При всей толерантности она не могла назвать жизнь в четырех стенах полноценной жизнью.
Тоннель вел отнюдь не в клинику, и обычное утро воскресенья она посвящала встрече с коуч-тренером. Ситуация выбивалась из привычной канвы, и Бейтрисс относилась к происходящему со смесью недовольства и раздраженности. По ее экспертному мнению было с чего: встреча должна была состояться в бизнес-центре, наполовину инкогнито. Пациента она не видела. Список препаратов, полученный по почте вызывал редкую реакцию – доктор удивленно выгнула бровь. И так она бы могла продолжать до бесконечности.
Декан Олридж отработала выше озвученные возражения одним коротким высказыванием. "Тебе стоит почаще выходить из зоны комфорта", - фраза сама прорисовалась в сознании и доктор мысленно восхитилась тому, как мягкой и податливой с виду Сьюзен удалось сделать очевидное и заезженное высказывание слабым местом в ее аргументации. Возможно, стоило проанализировать свое поведение?
Тем временем машина была оставлена на крытой стоянке бизнес-центра. Доктор оглядела пустой этаж в попытке угадать машину ее будущего подопечного. Пусть вероятность его появления раньше  была ничтожно мала, она легко подалась невинной слабости - женскому любопытству.
На стойке администрации она предъявила водительские права и получила ключи. Охрана была предупреждена о втором посетителе в кабинет 17-019, и женщина неторопливо последовала к лифту, покачивая бедрами.
Зеркало холла с нескрываемым удовольствием отражало ее фигуру и мягкую походку, и такая признательная публика была достойна того, чтобы она сняла солнечные очки.
Кабинет оказался лучше, чем на фотографиях. Стягивая шелковый платок с головы, она выбрала одно из двух кресел. В одном она оставила сумку, платок и очки, во втором собиралась устроиться сама. Мистеру Вествуду оставался только диван. Классическая схема «доктор-пациент» ее даже развеселила в свете специфики ее работы.
Незакрытая дверь отворилась, когда блондинка листала записную книжку. В дверном проеме появился высокий брюнет. Она окинула его внешний вид быстрым оценивающим взглядом.
- Мистер Вествуд, не так ли? – она мягко схлопнула страницы пухлого ежедневника, затем положила его рядом.
Найдя опору в подлокотниках, она поднималась на ноги, заставляя шелковый подол скользить по стройным ногам. Двое  встретились на середине кабинета, и женщина подумала о символичности сего факта.
- Доктор Баллантайн, - она протянула руку для рукопожатия, - рада встрече. [AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

Отредактировано Beatrix Ballantyne (2016-07-05 20:33:32)

+2

3

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Код:
<!--HTML--><center><b><font size="2" color="#363636" face=Century Gothic">Ost+Front - Bitte schlag mich</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/ec1118ec-cc05-44e6-98b9-b4127c5c5aff/ost_front_-_bitte_schlag_mich_(zaycev.net).mp3"> </object> </center><br>

Warte, dass die zeit verrint
Denn ich will dich wiedersehn
*
Я видел падение Рейхстага.
Снова и снова. Он оседал, как карточный домик. Летели в разные стороны ошметки стен и обугленные обрывки фашистского флага, развеваясь по ветру, да распространяя черный дым по округе. Звон в ушах заполнял без остатка всю сущность, и с кашлем вырвался судорожный,  рвотный позыв. Я боялся открыть глаза и увидеть всепоглощающую пустоту вместо живого мира. Знал, что так будет. Каждый раз один и тот же сон. С момента падения священного распятия мои сны граничили с самыми безумными фантазиями. Смешались краски и время ползло слишком медленно. Я слышал шум гусениц танка. Их грохот медленно сводил с ума. МР-38 стал слишком тяжелым в моих руках. Он весил по меньшей мере раза в три больше своих привычных четырех килограмм. Тянул вниз и кажется, затекла рука. Я старался представить иной мир, тот который так часто изображают на праздничных рождественских открытках, а вместо этого раз за разом слышал ее голос и распахивал в ужасе глаза. Она молила о пощаде, просила прекратить пытку. Ее светлые и запутанные волосы скрывали часть милого личика. Каждый раз Мика смотрела на меня испуганным взглядом и пыталась прикоснуться своими пальчиками к моим обветренным губам в надежде на жизнь. Этого не должно было быть, но я получал истинное удовольствие ...каждый раз. Снова и снова. Мне казалось, что глухой удар затвором автомата по затылку самый прекрасный звук из всех существующих; что нежное тельце, еще более приятно на ощупь за мгновение до ее гибели и моего семяизвержения.
Рейхстаг пал. Но с новым приходом ночи сон повторялся. Горела свастика на знамени Третьего Рейха, и звонкий голосок девушки молил опять:
- Пожалуйста, хватит. Game Over!
Я ни разу не спросил себя: почему чертов английский в самом центре Берлина звучит, как истинный клич к победе? Поражение не всегда бывает явным, оно часто подобно метаморфозам сна. Неясно, где реальные картинки, а где фантазия обрисует кадр из иного мира.
Моя вселенная медленно рушилась и воскресала вновь под сладкое сопение, тихие стоны и едва заметный скрип кровати.
- Game Over! - я медленно моргал, чувствуя во рту привкус гари после бомбежки германского парламента.
Ощущение побитого сс-вца не отпускало некоторое время. Та же рука ныла и слегка покалывала, только в этом мире я ее просто отлежал. Блеклые краски мира оповестили о поднимающемся солнце и начале дня в стране гамбургеров и свободы. Все возвращалось на круги своя, и даже больше. Стих треск автоматной очереди и вой сирены. Утихала барабанная дробь ритмики сердца, ибо оно остановилось. Я глотал жадно воздух, очищая легкие от чада. Смотрел по сторонам, словно только родился и не помнил ничего, кроме искушения гадким сном. Я читал молитву, призывая отца всевышнего оградить от гибельных помыслов, падения, ...вот только уже не падения Рейхстага, моего собственного. Болезненная пустота разливалась в висках и отдавала обухом в затылке. Спустя мгновение, другое я забыл привкус гари и страшные слова.
Я. Не. Помнил. Ничего.
Отвратительное “ничто” заполнило мраком вакуума тело без остатка. Я даже не сразу осознал, где находился, ибо место пробуждения не внушало доверия. Я не мог остаться на ночь в этой квартире. Чья она, и знает ли владелец о незаконном вторжении в его апартаменты? Сколько вопросов врывалось в девственное сознание с восходом солнца, так словно оно было разорвано на несколько частей, и каждая жила своей особенной жизнью.
Тихое и сладкое сопение под боком приговором оповестило о существовании рядом еще одного тела. Чудная белобрысая головка покоилась на бицепсе оттекшей руки. Я даже не мог заставить себя взглянуть в ее сторону. И пусть Отец всевышний простит мои грехи, ибо в прелюбодеянии своем я обогнал самого Асмодея. Столь восхитительная бархатная кожа на ощупь, столь кроткое ангельское дыхание во сне! Я противился соблазну, но просыпался в объятиях прекрасной девы, лаская упругую плоть.
- Gottverdammt!** - тихо выдохнув, уводил прочь взгляд и молил о прощении.
Что происходило этой ночью осталось под покровом тьмы. Та, другая сущность Дьявола, взяла верх. Хоть я и оборвал порочные узы с девушкой, он, как плешивый кобель, вернулся к своей “суке”. Пытаясь незаметно выскользнуть из-под цепких девичьих объятий, я невзначай прикрыл покрывалом ее нагое тело от собственного порочного взгляда, ибо не смел даже смотреть на нее после всего, что натворил. Всё что было, должно остаться в прошлом. Вот только Шон, очевидно, думал иначе. Безбожник обошел меня.
Она не должна была его принимать назад, он же обладал воистину дьявольским обаянием и смог вновь привлечь ее к себе. Я сидел на кровати и разминал затекшую шею, не оборачиваясь к любовнице антихриста, словно она была прокаженной. Единственный в этих стенах, кто переносил самую страшную заразу - полоумие - оказался я. Потирая слегка опухшее лицо и облизнув пересохшие губы, я пытался вспомнить хоть толику из ночной жизни. Сатанист не любил делиться тем, что ему принадлежало.
- Что же ты за мразь такая? - безумно хотелось курить.
Как можно тише я двигался в чужой квартире, подальше от девушки, в чью сторону не мог смотреть. Стыд - не подходящее слово, но первое что приходило на ум. Из всех грехов человеческих Шон пытал самым сладким, я бы сказал, двуличным. Натягивая штаны, я ощутил, как в мое сознание ворвались обрывки из его ночных похождений, которые мистер Шон конвертировал в особой программе, выдавая порциями. Легкие следы на ее шее, запястьях и ягодицах. Он наслаждался своей властью, упивался ее эмоциями, страхом, ...подчинением. Запрет пал ночью, принеся взамен легкую истому. Я испытывал ту же эрекцию, что и он. Мои пальцы вспомнили прикосновения к нежной коже девушки и ее судорожные попытки словить ртом воздух, когда он душил ее в порыве экстаза.
Захлопывая резко за собой дверь, я убирался прочь, надеясь, что с уходом исчезнут и его дрянные воспоминания.
Рейхстаг не выдержал.

Warte, dass die nacht beginnt
Ich kann dir nicht widerstehn
***
Еще одна дверь. Ее я гладил, и на удивление спокойно нажимая на ручку, бегло окинул взглядом кабинет. Проведя штангой по зубам, делал шаг вперед. Сьюзен хотела этой встречи сравнительно долгий период и сегодня наступил подходящий момент. Я был согласен пройти курс интенсивного лечения, да всё что угодно! Лишь бы больше никогда не просыпаться с ощущением дерьма в душе, с его персональным тотемом. Шона не было рядом. Он спал непробудным сном, как и каждый раз после ночи прелюбодеяния. Только одна женщина смогла выдержать его ненасытную, животную натуру и не рехнуться. А впрочем, кто я такой, чтобы ее судить.
- Мисс Баллантайн, очень рад знакомству, - даже не представляете, как!
Оценивающие взгляды, заученные жесты этикета. Я не расценивал ее, как женщину, ибо однажды дал себе обет. Только я не помнил, когда именно и каковы были причины. Спутанное сознание не раз подводило меня к опасной черте. Поправляя оправу очков на переносице и слегка закатав рукава толстовки, сел в кресло против, … еще одной блондинки.
Несколько секунд показались вечностью, его голос ворвался слишком быстро. Мистер Шон был слаб перед блондинками, хотя его либидо подчинялось абсолютно всему женскому полу. Он мелькнул в границе поля зрения. Нечеловеческая скорость, он не был человеком. Антихрист мрачной тенью покорно лег у ног мисс Баллантайн и повторил мои же слова приветствия.
Она даже не может представить, как я рад нашему знакомству...

———
* Подожди, пока придет время
Когда я захочу тебя вновь увидеть.
— — —
** Чёрт!
— — —
*** Подожди, когда наступит ночь
Когда я не смогу перед тобой устоять.
(нем.)

Отредактировано Jason Westwood (2016-11-20 03:36:35)

+2

4

время разбрасывать камни, и время собирать камни;
время обнимать, и время уклоняться от объятий;
(Еккл. 3:1-8)
[AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]
Она не ставила себе задачи считать, сколько из фатумных секунд потребовалось, чтобы их руки встретились, но какая-то не вписывающаяся в текущие декорации ее часть отозвалась на очень аккуратное прикосновение, в котором аккуратность могла легко соседствовать с интимностью. Женщина только благодаря привычке ответила твердым, но не тесным рукопожатием: три легких встряхивающих движения вверх-вниз от локтя случились сами собой, а неотрывный взгляд глаза в глаза излучал профессиональную мягкость и радушие.
- Прошу, присаживайтесь, - она указала открытой ладонью в сторону мебели, позволяя вошедшему определиться первому, украдкой наблюдая за ним.
Она очень долго училась этому: избегать главных ошибок первого впечатления, но детали мужского образа подмечались сами собой. Стоило признать сразу и принять, перед ней был довольно-таки экстравагантный образец ученого комьюнити, и стандартизированные приемы могут сыграть злую шутку. Начать хотя бы с внешнего вида. И услужливая реальность тут же подсунула логическую развилку: или профессор Вествуд молодится или приехал на мотоцикле.
У нее было время собрать «визуальную часть» первичного обследования и поместить в специально отведенное в памяти место, пока пациент занимал выбранное доктором кресло. В ее сознании всему было свое место, время и обстоятельства.
Глядя на него с улыбкой, она переставила сумочку и еже с нею на край дивана и легко устроилась в нем. Ежедневник на коленях придал уверенности и весомости в собственных глазах. Она мысленно улыбнулась, словив себя же на ошибке отношения к себе, но не самой ошибке, а возможности ее не совершить.
- У нас довольно-таки нестандартная ситуация, по многим причинам. В связи с чем, я считаю необходимым формализировать процесс в большей степени, чем обычно. Каждый из нас должен четко понимать, какую роль занимает. Если по результатам нашей встречи, вы подпишите контракт, то прошу называть меня доктор Баллантайн. И никак иначе. Я ваш лечащий врач, а вы – мой пациент. Я буду называть вас по имени. Вы не должны обращаться к моим вопросам, методикам и обратной реакции с точки зрения критики или психолога, ведушего практику. Тогда это будет тоже самое, что и раньше. Сьюзен, - запинается на дружеском имени и тут же поправляется, - ваш декан, мне рассказывала о вашем продолжительном самолечении. Ничего не поменяется, а мы оба только зря потратим время.
Она делает паузу, чтобы мужчина мог уяснить монолог, а самой набрать немного воздуха для продолжения.
- Вы можете уйти сейчас, бумаги не подписаны. После того, как ваша подпись появится в реквизитах, уходить станет слишком расточительным поступком. €
Она открывает блокнот на странице с именной закладкой, и берет винтажную масляную ручку, подаренную группой ее факультатива.
- Расскажите о себе, пожалуйста.
Пункты она не стала уточнять, любой практикующий психолог знал все пункты на зубок. Хочешь или нет, они сами запоминаются после сотни-второй повторения: полное имя, точный возраст, дата и место рождения, текущий социальный статус и так далее, и тому подобное.
Для ее нового пациента наступило самое подходящее время разбрасывать камни.

+1

5

Осознавать структуру собственной психики - это одно.
Перестроить ее - совсем другое. Блок необоснованной вины -
- часть моей психики, и я сомневаюсь, что мне
когда-нибудь удастся ее удалить.
*
———

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#696969" face=Century Gothic">Ost+Front - Anders
[Stand Remix By Forgotten Sunrise]</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/eb329298-6596-4ebf-b501-4dbc55a355e3/ost-front-anders-stand-remix-by-forgotten-sunrise.mp3"> </object> </center>

Anders - ich bin anders
Anders - ja, ich bin anders
**
Я сидел в офисном кресле и смотрел на искусственную женщину. Она ничем не отличалась от типичных американских красоток, созданных руками пластических хирургов. Падре, у нее улыбка неестественная, словно кожа сейчас треснет по швам, расползется в разные стороны и обнажит механические челюсти. Мое бурное воображение не всегда рисовало пикантные картинки из мира Маркиза де Сада или Миллера. Иной раз я видел таких чудовищ, которые даже в страшных снах не приходили экзорцистам, знаменитым фантастам и детишкам. Впрочем, что еще мог увидеть человек, который не раз сжигал людей в машинах, топил их или прижигал кипятком? Ломал пальцы и отрезал языки. Я был мастером увидеть красивые образы в луже крови, брызгающей в разные стороны из перерезанной глотки. Или все было не так?
Мрак отступил и спрятался в углах этого кабинета. Тяжесть стен спала. Обычные панели, такие же жалюзи и вполне удобное кресло. Далеко не я испытал мимолетный дискомфорт. Я уловил ее аромат духов, святоша. У нее отличный вкус. Сильный парфюм для, ...перфекциониста. Кажется, я научился разбираться в людях гораздо лучше тебя. Мной не так движет паранойя, сколько чувства. А знаешь, мы сыграем в одну игру. Ты и правда увидишь злейшего врага рядом с ней, готовящегося целовать восхитительные лодыжки. Я предлагаю тебе взамен возможность показать себя во всей красе. Можешь упасть на колени и молить о пощаде, или к примеру, заключить тебя в одиночную палату. Только я не позволю нашей бренной оболочке зябнуть в четырех стенах. Едва за нами сомкнется тяжелая дверь, я открою ту часть сознания, которую ты не раз блокировал. Покажу все недостающие воспоминания. Доведу тебя до того ничтожного состояния, когда даже самоубийство не спасет от мук угрызений совести. Буду петь песни голосом Моргана и визжать так же тонко, как тетка незадолго до побега из Атлантиды. Я стану самым отвратительным кошмаром всего рода. Ich bin anders...
Ее долгий монолог напугал тебя, падре. Я чувствовал как разило страхом от профессора Вествуда, которого загнала в угол пара охренительных сисек. Быстро моргнув и облизнув губы, ты тер висок вместе со мной. Я стоял за твоей спиной. Согнувшись почти вдвое, напоминал мрачную, тонкую тень с неестественными длинными конечностями. Был длинный, змеиный язык, которым я норовил попасть под блузку нашего психотерапевта. Все было в твоем больном сознании, ублюдок!
- Да, у меня была затяжная депрессия после гибели брата, признаюсь, - так хорошо начал и сразу с откровений, - так, что я принимал некоторые успокоительные препараты.
Мне нравился ход событий, особенно пункт рассказа о себе. Вместо того, чтобы напрячься и показать нас со стороны типичных американских профессоров с педантизмом, скрытыми сексуальными проблемами и прочим дерьмом из прошлого, я слабо ухмыльнулся и проговорил твоим голосом:
- Вы всех так обрубаете, мисс Баллантайн? - довольно строгий подход к пациентам, в отличии от нашей безалаберности и "нестандартных" экспериментов, - практически напугали.
Мы расслабились. Даже отвратительный и гадкий мальчишка в тебе, сейчас глазел на врача в юбке. Только состояние это варьировало между спокойными, плавными движениями гремучей змеи и некой угловатостью паука-шелкопряда, ткущего новый шедевр. Суть сравнения, надеюсь, не придется объяснять. Нашим полотном стали слова, обрывки фраз и предложения. Их я навязывал больному мозгу, ты мог испортить все:
- Не думаю, что моя жизнь чем-то уникальна. Я преподаю в университете курс прикладной психологии. Как я обмолвился раньше, мой брат погиб, и некоторый период я пребывал в скорби по нему. Просто в последнее время, слишком большое напряжение...
А еще я трахнул собственную племянницу, после того, как та перевернула семейный крест вверх тормашками. Я сжег подельника, чтобы тот не сдал нас копам, накачал наркотой другого. Сколько милых и славных девочек прошли через мои гнилые руки, перед тем, как приобрели психологическую травму и ненависть к мужскому полу?!
- Иногда мне кажется, что я не оправдал надежды людей, - цокнув языком, ты услышал церковный хор, пока я на хрен не отшиб все набожное дерьмо, - наверное, сказывается усталость.
Поведя рукой в воздухе, ты уничтожил мою тень. Я растворялся медленно, наблюдая за женщиной, в то время, как она изучала тебя.
———
* Дин Кунц - Странный Томас
** Андерс — Я другой!
Андерс — Да, я другой!
(нем.)
- посв. Андерсу Брейвику знаменитому
норвежскому террористу.

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Отредактировано Jason Westwood (2016-11-20 03:37:03)

+1

6

Мистер Вествуд не был прилежным учеником, в то время как доктор Баллантайн считала себя отличным преподавателем, терпеливым и внимательным. Главный секрет ее успеха выходил далеко за рамки педагогических методов, которыми она пользовалась в работе. Эффективность ее работы основывалась на простом умении слушать.
Довольно распространена и, в общем-то, никем не оспаривается мысль, что люди больше любят говорить, чем слушать. И зачастую, слушая собеседника, мы не пытаемся его понять, а всего лишь ждем, когда он замолчит, чтобы можно было заговорить вновь.
Недавно она даже наблюдала очень показательный случай. Главный «босс», как преподаватель, задавал подчиненным один и тот же вопрос, а подчиненные кивали, выходили за трибуну и читали заготовленный текст абсолютно вне связи с заданным вопросом. И была поражена. Люди не слышат друг друга не только в простых, личностных отношениях, но даже и в формальной, деловой обстановке. О каком эффективном общении и деловом успехе может идти речь? Особенно важно ответить на этот вопрос, как личное переплетается с делами.
Что касается ведущего врача нейропсихиатрического отделения, то ее отличительной чертой было выработанное чувства слышать, слушать и наблюдать; правильно использовать все пять вопросов. Это отличие она обменяла на желание во время рабочих процессов говорить о себе. Она становилась белым холстом, на котором пациенты оставляли отпечатки своих душ. Отмеченные маркерами цвета факторы итак фиксировались в головном мозгу, – но неосознанно и недостаточно последовательно. Женщина старалась научиться тонко понимать любого собеседника. Постоянно задавая про себя каждый из вопросов, она концентрировалась исключительно на общении и становилась более наблюдательным собеседником, чем можно было решить по ее внешнему виду.
Она отчетливо осознавала, какую часть ее тела рассматривает будущий пациент, но не предавала значение. Спроси мужчина о приобретенных качествах ее бюста, она ответила правду, не задумываясь, моментально оставив  щекотливый момент в прошлом.
- Да, у меня была затяжная депрессия после гибели брата, признаюсь. Так, что я принимал некоторые успокоительные препараты.
Кивнув, женщина начала делать заметки в блокноте. В следующий раз у нее будет больше вспомогательных средств, и блокнот понадобится. Сейчас же в нем появлялась изящная вязь, дань академическому образованию и любви к дорогим письменным принадлежностям, больше напоминающая какой-то шрифт. С колледжа, привыкшая писать сокращениями, блондинка выражала мысли, заметки и вопросы в виде странной неразборчивой письменности.
Уделив еще немного времени блокноту, она изъяла из него свернутый пополам лист и протянула мужчине:
- Это список передала мне Сьюзен, - она, наконец, определила баланс между должным и личным, - возможно, в нем что-то изменилось.
Ответ был получен, а при новых словах мистера Вествуда, она бы могла вздрогнуть, будь они и вправду на более личной дистанции.
- Практически или напугала? – некое отступление от привычной постановки и новое сокращение с записанной его фразой, - или это ваш способ высказать комплимент впечатлению, которое я произвожу на вас? На будущее, то есть на весь период нашего общения, я попрошу вас отвечать как можно подробнее. Сообщать максимум известной информации, независимо на вашу оценку объективной честности.
Нет, она не подстраивалась под возможного подопечного. У нее уже появилась возможность прощупать так называемые «слепые зоны» в его характере.
- Возможно, вы правы. Скорее всего так и есть. Вы самый обыкновенный человек. Мы с вами довольно-таки похожи, если не брать гендерные различия: голова, туловище, две руки и две ноги. Но вы, как и я, заслуживаете быть здоровым человеком, как физически, так и психологически. Мое образование, круг общения и моральные принципы склоняют к мнению, что здоровье – это основа, на которой зиждятся слоны – все аспекты жизни. Вы имеете право на счастье так же, как и любой другой человек.
О теории счастья она могла бы говорить очень долго, но за время платит пациент, и она остановилась на нужном месте. Разговор продолжался дальше.
- Соболезную о вашей потере, - на лице отразилось неподдельное сочувствие, - если для вас это не доставит больших трудностей, расскажите о брате? Как давно он погиб? Вы скорбите по нему до сих пор? [AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

+1

7

— Значит, вы — королевский ублюдок.
— Я королевской крови, но могу быть и ублюдком.
*
———

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#696969" face=Century Gothic">Oomph! - Unter deiner Haut</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/160bfaf2-4587-4f9f-8d64-93b07efc1187/oomph_-_unter_deiner_haut_(zaycev.net).mp3"> </object> </center>

Мой демон бился перепончатыми крыльями с острыми когтями о прутья решетки. Он извивался, требуя снять шпингалет и выпустить его в мир, принадлежащий живым. Я начал привыкать к его существованию, поверил и признаться, уже не мог существовать без антихриста. Феномен Вествудов так и не был разгадан. Каждый раз, в попытке вернуться к нормальной жизни, я забывал задать себе самый главный вопрос: что есть нормально, а что нет?
- Это список передала мне Сьюзен.
Потянувшись за листом бумаги, я улыбался столь непривычным для себя образом, что со стороны мог сойти на монстра. К примеру, Голливудский чужой вполне был схож с отвратительной, кривой физиономией безбожника. Его оскалы были импульсивными и скоротечными, так словно каждая секунда жизни длилась для него гораздо дольше. Сложно объяснить логику того, для кого окровавленная грудь священна, а пытки заложены на уровне подсознания.
Другой феномен с которым столкнулась мисс Баллантайн - хрипотца в голосе. Он воспевал к женщинам с легким немецким акцентом, и сам того не ведая, я продолжил вместе с демоном:
- Вот как? Мне нравится, как вы ведете, - свернув пополам лист бумаги, пожал плечами: - список тот же. Я не вносил ничего нового, кроме лишнего часа сна, бега по утрам вместо алкоголя, и, - выпятив нижнюю губу, мистер Шон добавил: - секса. Хотите чтобы я рассказал в подробностях о своей предыдущей ночи?
Только это был уже не безбожник. Переведя взгляд с ее изящных запястий, на пухлые губы, я наблюдал за искусственным движением мимики. Пытался вспомнить, что говорила Сьюзен о ней. Мимолетный холодок пробирал насквозь. Вслед за ним пришел такой же быстротечный жар, преисподняя антихриста. Я правда не помнил, что говорила моя любовница о докторе Баллантайн.
Голос последней монотонно и размеренно оседал в сознании. Зацепившись за него, я будто вынырнул на поверхность, только суша уже была занята кем-то другим.
[float=left]http://funkyimg.com/i/2iS16.gif[/float]
Ich bin das Gift unter deiner Haut.
Ich bin die Schuld unter deiner Haut.
Ich bin die Gier unter deiner Haut.
Ich bin der Fluch unter deiner Haut.
**

Падре, ты действительно веришь, что она способна помочь обрести счастье тому, кто уже заочно подписался на добровольное мучение? Признаться, пока ты копался в своей божественной памяти, я пялился на нее. Знаешь, мне и правда нравится, как она ведет. Сейчас, мисс Совершенство была сверху, ты ползал на четвереньках и тявкал где-то снизу. А вот между вами был я. Кажется, мне отводилась роль более менее вменяемого связиста. Я передавал ей то, что никогда бы не осмелился сказать ты, и в тоже время давал тебе пинка под священный зад. Ты снова падал в грязь и искал заветную золотую нить. Пнув тебя в очередной раз, я сцепил руки в замок и практически развалился в кресле. Проведя штангой по зубам, в ее же спокойном тоне заговорил:
- Все заслуживают счастья, наверное, - моя уверенность заполняла твою плоть и циркулировала вместе с кровью, подпитывая мозг, - я справился с его смертью. Признаться, я его ненавидел.
Переговоры удавались как нельзя лучше. Ты не ныл о том, как был не прав, и что Кевин умер по твоей вине! Моя обида была так же холодна, как и твоя набожная сущность. Я имитировал апатию профессора Вествуда. На прошлой неделе мне удалось подменить тебя на лекции перед детишками первого курса, только со мной было гораздо веселее, падре. Я разрешал курить в аудитории.
- Мы не были близки. Вернее, пошли по разным стопам, - заискивающим, утробным голосом доставал самые сокровенные мысли Джейсона Вествуда, - Кевин был слишком самовлюблен. Мы перестали общаться лишь потому, что я был готов принять целибат и хотел стать священником.
Цокнув языком и попутно пнув тебя гораздо сильнее, чем в предыдущие разы, продолжил:
- Долгий период вообще не общались, виделись только на семейных праздниках, - слегка скривившись, я думал о том, что выходные эти были не для тебя.
Ты не входил в семью, был побочным эффектом Вествудов. На мой взгляд, святоша, как раз-таки ты и являлся истинным наследием рода. Полнейшее олицетворение всех мужчин, которые из поколения в поколение переносили отвратительную заразу. Вот только мы ее модернизировали, добавив немного романтики и соплей под стать к двадцать первому веку.
Почесав перстнем-когтем висок, я опять заговорил:
- Его убили вместе с супругой пять лет назад. У Кевина было много врагов, - переводя взгляд с бюста блондинки на ее стройные ноги, пел ей, - я правда скорбил. Признаться, его дочь подбросила дровишек. А впрочем, именно благодаря ей я понял, как мне не хватает старшего брата.
Резко переведя ледяной взгляд, уставился в очаровательные глазки. Слегка прищурившись, я пытался прощупать ее душу, пока мисс-перфекционизм записывала в своем блокноте, словно я подопытный крыс, бегущий в ее колесе.
- Я опекал племянницу ровно до того момента, пока крошка не сожгла родительский дом. Думаю, нам обоим не хватало Кевина, - быстро облизнувшись, добавил, - у вас есть дети, мисс Баллантайн?
Выплюнув в конце ее имя, я хотел передать всю твою больную любовь к малютке, которая уже сегодня ночью будет раздвигать свои чудные ножки за пару сотен баксов. Скажи, падре, не хочешь ли ты рассказать доктору то, что камнем тянет нас на дно?
———
* Гримм. Шон Ренар
** Я – яд под твоей кожей,
Я – грех под твоей кожей,
Я – страстное желание под твоей кожей,
Я – проклятие под твоей кожей.
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Отредактировано Jason Westwood (2016-11-20 03:37:22)

+1

8

Она мысленно выдохнула. Журчащая спокойная вода поборола неподвижность огромного каменного жернова, коим ей всегда виделся первый диалог с тем или иным пациентом. Сегодня жернов мельницы прогресса двинулись с неприятным, пробирающим до лимфы скрипом, по сути являющимся ассоциацией на голос мужчины напротив.
Список был в силе. Это одновременно убедило ее в верности будущих рекомендаций и насторожило. Неопределенность в любой сфере жизни была для блондинки тяжела для восприятия, и она выбрала ту позицию, в которой она могла иметь успех.
Заявление про секс в какой-то степени рассмешила, но вслух она никогда бы не призналась. Смеяться над попыткой мужчины произвести впечатление – боже упаси. Ни женщина ни врач в ней никогда себе такое не позволили.
- Я не сексолог, но я запишу ваше пожелание как тему для встречи, - она сообщила будничным тоном, в очередной раз гася его вызов, - могу посоветовать неплохого специалиста.
Каждый первый диалог с первым пациентом сродни практике семи секунд счастья – ее никогда не бывает много.
Этот человек привык действовать вопреки. Даже в ситуации, где он изначально дал согласие на роль ведомого, подчиняющегося и идущего на доверие, привычка огрызаться давала о себе знать. Кажется, отложенный в чертоги сознания анализ первого впечатления, произведенного Джейсоном Вествудом дал свои плоды. Огрызаться, какой странный глагол для размышлений о Homo sapiens. Он появился в ее размышлениях со страниц прочитанной книги, интуитивно, ведь в ее лексиконе ничего подобного отродясь не было.
И похоже, ей придется вспомнить не один образный глагол для мысленного переваривания происходящего. Пока она делала новые заметки, в кресле на против происходили передвижения. Брюнет напоказ расслабился, чуть ли не отзеркаливая ее собственные интонации, если вычленить хрипоту курильщика, его бы можно было назвать почти гипнотизирующим. Подняв глаза от блокнота, она бросила в копилку убеждения о дискомфорте мужчины жест сцепленных в замок пальцев. На языки риторики брюнет говорил так же откровенно, но в отличие от слов, солгать жестами могли очень редкие экземпляры. Мужчина напротив был необычного расцветки павлином, но, увы, это не настолько эксклюзивным. Для него это было даже хорошо. Она не считала себя достаточно квалифицированной для охоты за теми редкими видами, что заставляли вспоминать популярный слоган «хватай, а то убежит». Но как бы она не хотела, последняя фраза заставила ее красивые брови поползти вверх.
В будничном разговоре она пропустила глагол «справился», причислив его к проходящим странностям, но сейчас она испытала глубочайшую потребность до сути, скрывающейся под формулировкой с множеством значений. Предложение было сознательно недосказанным. Она готова была дать руку на отсечение, что будь они знакомы в другом месте, при других обстоятельствах, он не задумываясь выдал подробности до последней замусоленной детали. Об этом говорила прямолинейность ненависти. В этой короткой фразе она выделила крупную моральную брешь, сделав запись о ней почти не глядя на разлинованный лист. Слишком уж часто приходилось делать эту заметку в ее практике.
- Вы так откровенны в своих чувствах к брату. Вы испытываете к нему ненависть и в настоящем, после его смерти? – она говорила мягко, но из голоса невозможно было вытравить профессиональную пытливость.
И еще с десяток-другой вопросов роилось в голове, но она с холодной ясной головой рассортировала их и разложила по полочкам, присвоив каждому номер и логическую формулу «если».
- В каком возрасте вы захотели стать священником? – хотя в ее голове вопрос звучал несколько иначе, «в каком возрасте вы стали ненавидеть Кевина?» - Это ведь очень серьезное решение. Что же вас сподвигло? И что в итоге произошло? Ваша готовность дала плоды?
В ее мире не было ничего невероятного. Она была морально готова к тому, что мужчина достанет из кармана байкерской куртки коловратку и заученным жестом приставит к горлу. И священники сбиваются с пути, впадают в депрессии и исповедуются о подробностях интимной жизни первой попавшейся женщине.
Восприятие резануло голосом выделенное слово «правда». Мужчина подсознательно пытался убедить вовсе не слушательницу. Последующий сравнительный оборот речи продолжал убеждать в глубокой двойственности отношения к погибшему брату. Об этом они поговорят, о да. И не единожды.
- У вас есть дети, мисс Баллантайн?
- Мы здесь, чтобы говорить о вас, мистер Вествуд, - стандартный ответ для тех, кто пытался сделать ее объектом суждений.
Знай она ответ на вопрос, почему у нее до сих пор нет детей, возможно, она ответила как-то иначе.
- Ваша племянница сожгла родительский дом? – она переспросила, не уменьшая взволнованность; данная интонация была весьма уместна, - по каким причинам? И что с ней стало после? Надеюсь, с ней все в порядке. Давно это случилось? А с ней вы сейчас поддерживаете отношения? Как вы относитесь друг к другу в настоящее время?
  [AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

Отредактировано Beatrix Ballantyne (2016-10-29 03:07:34)

+1

9

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#696969" face=Century Gothic">The Prodigy - Invisible Sun</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/d67a0695-f4d0-4e4d-9b55-7bf5dcf94caf/the_prodigy_-_invisible_sun_(zaycev.net).mp3"> </object> </center>

Иисус сказал ему: выйди, дух нечистый, из сего человека.
И спросил его: как тебе имя?
И он сказал в ответ: легион имя мне, потому что нас много...
*

Да у нее есть юмор, падре! Ладно, я погорячился. Она мне нравилась, за исключением искусственной мимики, такой же, как и ее мысли, жизнь. Даю зуб на отсечение, что у этого доктора были свои маленькие трупики в дорогом шифоньере от Тиффани.
Я всего лишь кивал головой, предоставляя возможность женщине взять над тобой верх. Как ни странно, это очень помогает во взаимоотношениях. Но потом ты начнешь звереть, и вся любвеобильность спустится на самое дно, взамен придет хладнокровие доктора Джекила, апатичность садиста и абсолютное отсутствие чувственности. Скажи, святой отец, когда твои предки пытали ведьм, они хоть что-то испытывали, видя, как красивые тела были обречены на экзекуцию раскаленным железом, плетью или огнем? У веры, как и у твоего врача, есть прерогатива держать себя в руках. Я не поверю, что блондинка так же ведет себя в постели, а если и да, мне жаль тот член, которому придется иметь дело с ее вагиной. Я бы уснул, если окунулся в ледянной, искусственный мир женщины.
Она была из твоего мира. О! Это я понимал, как никто другой. За столько лет, я смог изучить твою слепящую и ледяную сторону. Знаешь ли, черный цвет сочетает в себе все остальные, а вот белый. Это ничего. Пустота. Вакуум без жизни, чувств и желаний. Я никогда не встречал более отвратительных существ, чем те, кто принадлежал к последним.
Я отвел взгляд в сторону. Хотел курить, а впрочем я всегда чего-нибудь хочу.
- Откровенен? А не вы ли просили о том же? - искренность не порок, а тайна всегда жаждет быть узнанной.
Мы проведем маленький эксперимент, набожный опоссум. Она будет пялиться на тебя и искать изъян, а я подброшу вам двоим пищу для ума. Стану вашим ребусом, пока вы наконец не обратитесь друг к другу с искренним диалогом.
- Я не испытываю к нему ненависти, - по крайней мере, не в эту минуту, - мне жаль его. У моего брата была отвратительная участь.
Вставая медленно с кресла, мне надо было чем-нибудь занять свои руки. Идеальным вариантом, конечно, бы стала красивая шейка мисс Баллантайн или ее лодыжки, но довольствовался я поглаживанием спинки кресла. Та же кожа на ощупь, только холодная. Примерно такая же, какую мы оба ласкали на рассвете у едва дышащих малюток возраста племянницы. С рассветом приходит надежда. А надежда есть жизнь.
Ощупывая предметы скудного интерьера, я сделал вывод, что это не был кабинет мисс Баллантайн. Зачастую все частные практики, да и не только они, облагораживают то место, в котором проводят больше времени, чем в собственной постели, или на кухне. Человеческий феномен везде совать нос и давать предметам “свое” собственное имя.
Ощущение необходимости. Острая жажда чувствовать себя нужным. У животного мира все гораздо проще. Спаривание, совместная охота или борьба за право лидерства. Люди продвинулись значительно вперед, внеся в послужной список еще и алчность.
Зацепив с полки журнал по парапсихологии и сосредоточенно его рассматривая, я продолжил:
- Меня воспитывал дядя, он принял целибат еще задолго до моего рождения. Откровенно говоря, этому человеку я обязан, если не всем, то многим, - и это была твоя правда, падре.
Ты восхищался братом Сэмюэлем и в рот тому заглядывал. Верил его словам. Он был спокоен, более того, скорее инфантилен. Вы были чем-то схожи. Отвлекаясь от журнала, я уставился на зеркальную поверхность книжных полок, копаясь в твоем прошлом, когда молодой священник держал за руку черноволосого мальчишку, везя его в другой штат, после очередного семейного скандала. Его воспитание было абсолютно противоположным Моргану. Тогда вы сидели в дешевом баре, к вам подошла молодая официантка. Ты жевал гамбургер и спросил Сэмюэля, что такое риза и для чего она. Девчонка с блокнотом в руке смотрела на твоего дядю и лепетала какую-то хрень. А он просто расстегнул ворот кожаной куртки, показав свою истинную сущность в виде коловратки. Тогда ты даже понятия не имел, что его пыталась подцепить шлюха в придорожном баре.
Откинув журнал в сторону, и засунув руки в карманы брюк, я цокнул языком:
- В нашей семье все непросто, мисс Баллантайн. Морган не понимал своего брата, как Кевин меня, - слегка наклонив голову в сторону, я смотрел на нее твоим апатичным взглядом, - Морган, мой покойный отец. Надеюсь, в Аду его жарят регулярно на сковороде, строго по расписанию. Он напивался до потери пульса, пел похабные немецкие песни и избивал мою мать. Называл старшего брата надеждой, а меня “уродом”, Горбуном из Нотр Дама.
Мой голос садился так же медленно и плавно, как тени играли в углах кабинета, перебирая своими тонкими пальцами все мрачные оттенки. Я прохаживался НЕ ее кабинетом, чувствуя, как блондинка сверлит новые дыры в набитой татуировками спине. Остановившись напротив окна, продолжил:
- Морган считал, что в нашем роду мужчины всегда должны добиваться власти силой, или хладнокровием и хитростью. В лучшем случае, и тем, и другим. Я молился по ночам Богу, чтобы он налакался однажды и сдох в сточной канаве, - обернувшись назад, я добавил, - в такой семье, мисс Баллантайн ты либо становишься “ублюдком” и отщепенцем, либо ломаешься, принимая законы, написанные не одним поколением мужского рода. Угадайте, какой путь мой?
Потирая костяшки кулаков подушечками пальцев, я безразлично смотрел в окно. Пялился без задней мысли, абсолютно не обращая внимания ни на периферию, ее голос за спиной или мимолетные движения.
- В четырнадцать лет я лишился невинности в исповедальной кабинке, - облизываясь, ухмыльнулся своему отражению, - это была последняя исповедь маленького Вествуда. Но с братом мы более не общались. Я долго носил в себе жажду исповедаться за то, что было тогда. А потом жизнь взяла свое.
Пока мы оба наматывали сопли на кулак, одинокая женщина в углу так быстро отпарировала и тут же начала задавать много вопросов о том, чего ей не следовало знать. Резко обернувшись к ней и смотря холодным, мрачным взглядом, мне стало жаль ее. Отчего же вопрос о детях задел мисс-перфекционизм? А если и правда плевать, то откуда столько волнения в голосе о чужом ребенке? С появлением в жизни моего Ангела, кое-что осталось неизменным. Отношение к женщинам. Любая из них, ненавидя детей, обрезала к себе интерес на корню. Обычное воспитание неандертальца, считавшего, что слабый пол должен дарить миру потомство. Что толку от женщины и ее силикона, если размер груди не несет продолжение рода?! Смысл увеличенного члена, который не настроен на осеменение, а лишь красуется гигантскими размерами?! Мой мир гораздо проще, падре, мне плевать на внешнюю кожуру, если она бесполезна.
- Да, у Райден был тяжелый период, - как и у нас, - я ее не виню.
О, ты боготворил память о покойном дяде, а я восхищался твоей племянницей. Мне ведь тоже нужен человек, которого бы я любил, святоша. Возвращаясь обратно к креслу, и развалившись в нем, несколько раздраженно обрывками говорил о той святыне, которая принадлежала только мне:
- С ней все в порядке. Крошка способна сама справиться со всем, - не трогай Райден, или я прокушу твою шею!
Я пристально смотрел на нее, как волк на кролика. Положив руки на подлокотники и заскрипев мимолетно зубами, резко добавил:
- Не думаю, что сейчас стоит говорить о моей племяннице, - по крайней мере не здесь и не с тобой.
У святыни всегда есть имя. Она не аморфна и имеет плоть. Моей святыней было исконное женское начало, как у Райден или крошки Мики. К женщинам подобным мисс Баллантайн я не относился, как к объекту страсти. Такие как она слишком холодны и надменны. В них мало того, что я хочу видеть в зрачках, прижимая тело к себе. Пустота.
Invisible sun, a star lit in the dark
Invisible sun, a shadow upon the stars ———
* Евангелие от Марка; 5:9

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Отредактировано Jason Westwood (2016-11-20 03:37:43)

+1

10

Мистер Вествуд не просто разбрасывал камни, он швырял огромные булыжники налево и направо, не заботясь о том, что кто-то может пострадать. Для бунтаря это вполне обыденность. Ведь норма общества не особо заботилась о бунтарях. Замкнутый круг. Объективная реальность. В одном плоде ее образного мышления нашлись ответы сразу нескольких замечаний.
Может быть, мистер Вествуд хотел бы попасть одним из атрибутов своего позиционирования в обществе прямо в ее сердце или в голову, вызывая явные эмпатические реакции, гладь ее восприятия, оставалась спокойной. Лишь круги на водах ее души говорили о том, что содержание наполнилось новым компонентом, в то время как внешне все оставалось спокойным, даже круги постепенно исчезнут, не оставив малейшего следа. Она старательно записывала каждое слово, чтобы позже составить из кусочков истории настоящий шедевр, портрет его душевного состояния. Пусть далекий от норм общества, как и сам мужчина, но правдивый, и дающий понимание инструментов и методов, которые стоит применять к нему. В чертогах ее памяти хранилось множество кропотливо собранных мозаичных изображений, хватило бы на открытие своеобразного вернисажа. Бейтрис Баллантайн умела находить красоту во всем. В различных формах безумия и патологий, в том числе.
Именно медлительность мужчины, контрастирующая с резкостью словесных выпадов, заставили красивые брови ползти вверх. Ненадолго, пока причины его перемещения не сцепились в звенья логической цепочки между вопросами и ответами. Он продолжал игнорировать возможность отвечать прямо, но давал намного больше информации, чем она рассчитывала. Так часто говорят о работе в сфере средств массовой информации – бросал кость. Это одновременно настораживало и восхищало. Мало кто способен подвергнуть критике одну из столпов развития личности – семью. Большинство наоборот, до конца пытались скрыть, что корень нестабильности исходит из того или иного поведения родных. Это говорило о силе его личности и одновременно о глубине пережитых страданий.
Кажется, наклевывался первый стоящий анализа фактор личности мистера Вествуда. Двойственность, с которой он рассуждал о каждом аспекте жизни. Будто в океане жизни волны бросали его то в одну сторону, то в другую – абсолютно противоположную первой.
Первые встречи для нее, привыкшей систематизировать и «навешивать ярлыки» в самом хорошем из лучших смыслов, были действительно самыми сложными. Но в данном случае это не облегчило необходимость решить задачу позволить мужчине говорить, не отвлекая уточняющими вопросами. Она уже второй раз применяла дыхательную технику, дабы иметь возможность в будущем действовать согласно известнейшей максиме неизвестного римского сенатора. Единственное, что она позволила себе, повернуть запястье так, чтобы циферблат усмирил ее профессиональный аппетит.
- Раз вы считаете неуместным, мы не будем говорить о вашей племяннице, - доктор отвечала полным предложением, с мягкой улыбкой согласия и понимания.
Раздражительность и агрессия при озвученном подругой диагнозе были вполне естественны, но у доктора Баллантайн было слишком мало данных, чтобы делать свой вывод, соглашаться со Сьюзен или опровергать. Насколько бы не был авторитетным ранее сделанный вывод по интересующей теме, она никогда не брала его на веру. Человеческая личность слишком хрупкая структура, чтобы полагаться на чужие наблюдения. С таким же успехом она могла позволить применять  экспериментальные разработки Уильяма Кроуфорда на пациентах своего отделения. Именно из-за того, что она не могла этого допустить, все его старания просочиться на территории, подвластные  Калифорнийскому Университету, потерпели огромное фиаско. Не зря она потратила на составление обличающий юношеский максимализм мистера Кроуфорда отчет два месяца собственной жизни.
- Вы ведете университете курс прикладной психологии, - почти цитирует слова профессора со страницы записной книжки, - ваша работа доставляет вам удовольствие? Вы получаете отдачу от общения со студентами? Как на счет коллег? И вопрос, на который мне бы хотелось получить развернутый ответ. Работа помогает отвлечься от ощущения того, что вы не оправдали чьи-то надежды?
  [AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

+1

11

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#696969" face=Century Gothic">Terminal Choice - Der schwarze Mann</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/0b9b60a2-2867-4400-82cb-b23c6c23da8e/Terminal%20Choice_-_Der%20schwarze%20Mann.mp3"> </object> </center>

Komm mit mir. 
Ich bin der schwarze Mann.
Ich komm um Dich zu holen.
*
Сквозь эфемерную призму собственного внутреннего мира я видел, как стены за спиной мисс Баллантайн деформировались. Пузырилась и лопалась старая краска, обнажая внутренности постройки. Серый бетон вернул бразды правления. Кабинет утонул в блеклых полутонах. За окном было грязное небо, символизирующее приближение шторма. Сверкали молнии, изредка освещая четыре стены и женскую фигуру, сидящую напротив меня. Ее голос трелью отскакивал от сырых стен, так словно был записан на пленку. Он воспроизводился с аудио устройства, которого я не видел. Мы сидели среди голых, бетонных стен. Ее кресло облезло, кожа покрылась трещинами, а ножки почернели. Не было мебели, как и исчезли жалюзи на окнах. Пыльные стекла с грязными потеками. А под потолком потресканный плафон исказил свет. Мигала лампочка.
Окинув беглым взглядом комнату, я ощущал мир наполовину. Видел в черно-белых тонах и слушал потресканный голос с невидимой пленки. Это был голос Бэйтрис, но доносился он с другой стороны. Сначала я услышал его со спины, а женщина продолжала сидеть на своем месте, не двигаясь. Она напоминала идеальную версию робота. Восковое лицо, гладкая и призрачная маска. Я не мог рассмотреть глаза блондинки, но что-то подсказывало, что и они всего лишь стеклянные заменители с неестественным блеском, как и пухлые губы. Голос с тихим зумом и треском оборвался, но она так и не пошевелилась.
За периметром здания яркая вспышка молнии прорезала дымчатую тьму, и раскат грома ударился о стены, оставляя в теле легкую дрожь. Она медленно осела в организме, словно землетрясение толчками напомнило о гневе природы. Я пытался понять структуру происходящих метаморфоз, но мысли хаотично кружились по кругу спирали, ускользая от моих длинных пальцев. Я напрягся в кресле, едва услышал собственный голос, записанный на ту же пленку. Искаженный, он стал гораздо ниже; хрипел и сквозь устрашающий свист я услышал:
- Не думаю, что сейчас стоит говорить о моей племяннице…
Щелкнула невидимая плёнка, а я силился понять, с какой стороны доносились звуки. Мне мерещились они везде. Голоса твердили в голове, и они же разбивали бетонные стены кабинета. Частицы звука проносились по кругу, огибая наши фигуры. Затем мертвая тишина разбила звук. Я не слышал ничего, ...даже собственного стука сердца. Мотнув головой, я гнал прочь галлюцинацию, и зацепив перстнем-когтем подлокотник кресла, полоснул острием по потресканной коже. Пленка в ответ щелкнула вновь:
- Вы ведете университете курс прикладной психологии. Ваша работа доставляет вам удовольствие? Вы получаете отдачу от общения со студентами? Как на счет коллег? И вопрос, на который мне бы хотелось получить развернутый ответ. Работа помогает отвлечься от ощущения того, что вы не оправдали чьи-то надежды?
Деформированное эхо разносилось по старому помещению: на-дежды, ...деж-жды, ...ды-ы.
Щелчок и длинный зум наполнил все естество, в то время как стены вновь деформировались на моих глазах. Рассыпались под приглушенный звон. Я вжался в кресло, боясь исчезнуть вместе с ними. Сверкнула молния за спиной, и мой собственный голос нагло парировал со стороны:
- О! Это единственное, что удерживает меня в строю. Иногда мне кажется, если я не занимался детишками, то давно стал бы серийным маньяком. Но это доля юмора. Я не способен обидеть…
Сквозь металлический звон, я отчетливо слышал: бидеть, ...би-и-идеть, ...деть. Подскочив в страхе с кресла и схватившись за голову, сделал еще одно открытие. Резко обернувшись, я видел себя, сидящего по-прежнему в кресле. Такой же блеклый и неестественный, как и Бэйтрис. Словно Барби и уродливый Кен. Два робота, расположенных в креслах друг напротив друга. Мой брат-близнец замер, и щелкнула пленка. Ошметки бетона разрушали конструкцию здания, оставляя лишь металлические остовы. Но это не был каркас здания. Клетка, формой напоминающая прямоугольный параллелепипед.
- Я чувствую, что помогаю деткам, - мой голос пробивался сквозь прутья и вселял страх смешанный с чрезмерной уверенностью, хоть я и не испытывал ничего подобного, - признаюсь, я несколько жесток с ними. Зато они всегда готовятся и чего-то пытаются сделать, боясь меня разочаровать.
Я смотрел на свое alter ego, словно видел впервые. Мистер Шон звенел в ушах, трещал и хрипел. Он был сосредоточен, словно и правда работал. Только это не было правдой. Я! Я - профессор кафедры прикладной психологии! Я читал лекции нескольким группам. Это все я.
- Коллеги? - у меня всегда с ними были дружественные отношения и взаимоуважение, - мне кажется, иногда они не понимают моих нестандартных методов. Это вызывает бурю споров среди консерваторов. Но ведь кто-то должен идти в ногу со временем и прогрессом, не так-ли, мисс Баллантайн?
Зум в ушах волной прошел внутри голой коробки с прутьями. Я сжимал виски и мотал головой. Какие нестандартные методы? Какие споры? Что за бред?
- Работа помогает мне лишь в одном. Надеяться на то, что будущее поколение будет лучше, чем мое. В каком-то смысле, на кафедре у меня нет времени размышлять о плохом. Я думаю, моя миссия - воспитать улучшенную версию нас самих…
Сами-и-их, ...ами-и-их, ...их. Прутья моей клетки дрожали в такт голосу, доносящемуся со всех сторон. Я мотал в ответ отрицательно головой и твердил, что это я. Бил кулаком в грудь, повторяя слова, которым было не суждено вырваться звуком из моих уст.
Безбожник вольготно чувствовал себя в присутствии блондинки, изливая ей МОЮ жизнь. Он не говорил о том, как изнасиловал четырех невинных школьниц. Не рассказывал и о сожжении собственного подельника в машине. Умолчал о сталкерстве, насилии, инцесте и других отвратительных вещах, словно всего этого никогда и не было. Я вцепился в прутья клетки и нахмурившись, смотрел на две каменные фигуры, покрытые пеплом и пылью.
Неужели человечество так низко деградировало? Или быть может люди всегда были такими, не используя даже мизерной части способностей, данных матерью-природой в зародыше? Неудивительно, что эта самая природа мстит человечеству катаклизмами, болезнями и войнами. Око за око. Трусость правит миром, распространяя эпидемию и заражая ею с самого рождения. Мы слишком боимся, выстраивая иллюзорный мир, которого в реальности быть может и нет. Возможно голый каркас вокруг меня и есть реальность? Что такое реальность? Два мертвых тела. А была ли у меня телесная оболочка? Или я всего лишь бесполый дух?
Я хотел понять суть вещей, истину мира. Но когда вновь открыл глаза, осознал, что по-прежнему сижу в кресле. За стенами здания, по-прежнему, был день. Бэйтрис все так же записывала что-то в своем ежедневнике, на стене тикали часики, а из коридора доносилось звонкое эхо шагов. Нервно сглотнув, я прищурился и уставился на мисс Баллантайн:
- Вам не кажется, что что-то не так? - зум в ушах стихал, и я наконец услышал собственный голос.
———
* Пойдем со мной.
Я черный человек.
Я пришел, чтобы тебя забрать.
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Отредактировано Jason Westwood (2016-11-29 00:58:27)

+1

12

Сегодняшняя запись прилично добавит исписанных страниц в ежедневник. Даже проглядывая мельком последние фразы на наличие ошибок или пропусков, она зацеплялась за странный набор слов, как будто за ветки, мешающие разглядеть красочный закат. Она остановила себя, прежде чем намек превратился в анализ, и заставила сосредоточиться на процессе записи. Понятные и приятные действия – вести ручку по бумаге, скрупулезно запечатлевая еще один портрет мистера Вествуда, еще одну социальную маску.
Сложность не делать выводы состояла в том, что о работе потенциального клиента она, так или иначе, слышала от Сьюзен, Мэтью и тех людей, кто бывал в доме четы Олридж. К тому же она сама только пару дней назад стояла перед кафедрой и рассказывала о Синдромах двигательных нарушений своим студентам. Ей вслух захотелось переспросить «Под жестоким вы, наверное, подразумевали, строгий?», но безапелляционно оборвала желание. Путать работу и личное было весьма бестактно. И то, что педагогическая грань думала о собеседнике для профессиональной грани ее личности, не имело малейшего значения.
- Но ведь кто-то должен идти в ногу со временем и прогрессом, не так ли, мисс Баллантайн?
Она кивнула, выражая скорее уважение к его личности, чем к точке зрения. Насколько бы девиантным не было мировоззрение ее подопечных, она всегда уважала человеческую личность. В этом она видела собственную миссию. Всегда оставалась снисходительна, вежлива и уступчива. Даже в преступниках она не переставали видеть живых, переживающих трагедии людей. Безусловно, каждый из них очень потрудился, чтобы прекратить свою жизнь в невыносимость, но никто не мог отнять у нее права сочувствовать им. Для сострадания не требовалось сверхусилий или десятка часов интенсивной терапии.
- Вам не кажется, что что-то не так?
- Смотря, что вы подразумеваете под «не так». Что сейчас не так для вас, мистер Вествуд?
Неважно, чем занимаются люди, обедают или пьют чай, вокруг могут складываться союзы и падать яблоки раздора, в душах совершаться трагедии. И зная это, не является ли самой большой ошибкой делать вид, что ничего не происходит. Особенно, если эта трагедия смотрит на вас сквозь блуждающий взгляд человека напротив.
- Если разговор вас утомил, можем закончить на сегодня, - мягкая интонация в заученной фразе была нацелена выявить естественную реакцию чужого сознания.
Даже если ее заглушают сотни сопутствующих шумов, доктор Баллантайн умела ее видеть. Этому она училась долго, это был ее осознанный выбор.
- В любом случае, мне думается, что следующий вопрос легко будет раскрыть. Я имею ввиду личную жизнь, - она ободряюще улыбнулась уголками губ, - вы сейчас с кем-то состоите в отношениях?
Все грани ее личности редко сходились в одной точке, и уверенность, что главная опора мужчины – его женщина, была одна из них.
- Мне бы хотелось узнать о вашей половинке поподробнее. Знает ли она, что вы здесь? А если нет, о последних отношениях, и почему они закончились.   [AVA]http://s7.uploads.ru/i7qFz.png[/AVA]

Отредактировано Beatrix Ballantyne (2016-12-04 02:06:53)

+1

13

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#696969" face=Century Gothic">Gregorian - Stripped</font></b><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/0f6ffc9c-c04f-4467-bb18-eddb5065360f/Gregorian_-_Stripped.mp3"> </object> </center>

Во всем показывай в себе образец добрых дел,
в учительстве чистоту, степенность, неповрежденность, слово здравое,
неукоризненное, чтобы противник был посрамлен,
не имея ничего сказать о нас худого.

Что такое сознание, падре? Его невозможно изучить даже наполовину, грязный ублюдок! Она ничего не знает о людях, как может лживая свиноматка тебе помочь? Сознание - целая вселенная, абсолютный мир, неизученный никем. Вы никогда не поймете даже одной десятой части мироздания, но я мог тебе помочь. Пока твой лицемерный папочка надрачивал детишек, мы породили мыслителей и гениев. Мы дали вам шанс переплюнуть Бога, а вы выбрали участь крыс, бегущих с корабля. Тили-тили бом.
Я стоял перед тобой на коленях, вдыхая через унылую призму гнилое существование козленка, утратившего мамкину сиську. Посмотри на меня, святоша! Но ты не велся. Мне нравилось с тобой играть, падре. Еще один грязный поросенок сошел с пути праведного, едва сомкнул грязные и развратные губы на теле развратной сучки. Упираясь руками в подлокотник, я медленно выговаривал: тебе не отмыться никогда! Тебя было так легко сбить с пути, подбросив немного похоти в исповедальню, добавив при этом чуть злости и зависти. Ты стал моим любимым уродцем.
Ты терял контроль. Твоя маленькая и серая клетка, превратилась в огромный мир. Я обнимал его руками и хохотал. Не было никакого здания и кабинета. Мы находились на самой вершине горы. Чувствуешь свежесть, падре? Я облизнул твою скулу, а ты запнулся на фразе и переспросил:
- Простите, что? - подавшись вперед, я вновь проник в твое гнилое тело.
- Смотря, что вы подразумеваете под «не так». Что сейчас не так для вас, мистер Вествуд?
- Всё не так. Весь мир, - переводя удивленный взгляд, добавил едва слышно, - весь мир сошел с ума.
Шелестела листва над нашими головами, но грязная сучка ничего не заметила. Ее не интересовал шум воды, доносившийся с той стороны, где когда-то была дверь. Горная речушка билась о камни, стачивая их и преодолевая препятствия. Она неслась по склону вниз и впадала в озеро на краю плато. Прокричал в небе кондор, а ты перевел обеспокоенный взгляд на женщину. Бедный, бедный, Джейсон. Ты до сих пор думаешь, что женщина оградит от страха? Покидая тело, я томительно прошептал тебе: ты на самом краю земли и никто в этот раз не подаст руку, ублюдок.
Ты так жаждал свободы, а обоссался при виде бескрайних просторов. Двуличность маленьких и грязных людишек настолько восхитительна, что мне даже не нужно прилагать усилий для вашего падения. Достаточно одного слова.
Когда ты моргнув, вновь открыл глаза, я стоял у кресла свиноматки и лобызал змеиным, черным языком ее славную шейку. Падре, а ты знал, как сладок ее страх? У нее он был особенным, скрытым далеко от слепых глаз человечества. Она, как ни чем не бывало, продолжила запудривать твои мозги:
- Если разговор вас утомил, можем закончить на сегодня, - о, ее сладкий голосок, несомненно, был еще одной безликой маской, но такой приторной на вкус.
- Я не старый, мисс Баллантайн. Немного по утрам тяжелее, конечно, вставать, ...но не сломаюсь, - слабо хмыкнув, ты как мальчишка добавил, - давайте продолжим. Если я устану, обязательно скажу.
Резко отстранившись от сучки, я обернулся. Ты смотрел сквозь нее, на меня. Грязный поросенок начал сопротивляться, пытаясь разрушить священный мир? Как мило, профессор Вествуд. Я прищурился по твоему образу и гнилому подобию. А тебе пришлось расправить плечи, как того желала моя часть. Оперевшись рукой о колено, ты пожал плечами. О чем ты думаешь, святой онанист? Этот вопрос касался не твоей половины. Я дал тебе личную жизнь, и я же ее заберу назад.http://funkyimg.com/i/2ksmq.gif http://funkyimg.com/i/2ksmp.gifЯ рассмеялся, и сильный ветер начал обрывать листву с деревьев. Живой, зеленый водоворот закружил вокруг нас, превратившись в воронку. Он плотной стеной скрыл поляну, поднимаясь к самому солнцу. Рванув к тебе, я взвыл: расскажи ей, давай! Давай, свинья, поведай, какая сладкая кровь у крошки Мики! Обогнув кресло с другой стороны, мой голос скрипел: шесть маленьких поросят. Расскажи о них! облегчи свою душу, падре!
- Мне бы хотелось узнать о вашей половинке подробнее. Знает ли она, что вы здесь? А если нет, о последних отношениях, и почему они закончились.
Ты смотрел в сторону мисс Баллантайн и несколько раз моргнув, облизнул губы. Что такое, святоша? Слегка нахмурившись, провел пальцами по губам:
- У меня насыщенная личная жизнь, - настолько, что неизвестно, где кончается разврат и начинается божественная месса!
Почесав перстнем висок, натянуто и виновато улыбнулся, как шкодливый пес:
- Точнее, она когда-то такой была. По мне, наверное, это заметно.
Громкий шелест травы перебил твой гнусный и сопливый голосок. Резко подняв руки и быстро взмахнув ими, я остановил привычный поток хаоса. Он на тебя не действовал. Ты по прежнему говорил тихо, словно делился в школе грязными историями об онанизме и первом петтинге после урока.
- Да, у меня продолжительные и довольно трепетные отношения. Конечно, три месяца не показатель, но я искренне убежден, что это только начало нашей совместной жизни…
Слегка наклонившись в сторону я медленно рассмеялся. Гнусный, жалкий совратитель-онанист! Ты даже ей врешь. Вслед за хохотом листья за моей спиной зашелестели, придя в движение. Медленно двигаясь, стена поредела, и образовалось пустое пространство. Сквозь него ты видел длинный коридор из растений и веток. Смотри, падре! Смотри, святой ублюдок!
Хрупкая и нежная фигурка брела по бесконечному лабиринту. Моя сладкая и грязная шлюшка в обличии самой красноречивой проститутки с улицы Красных Фонарей. Малютка увидев тебя, побежала навстречу. Красный палантин слетел с ее плеч, обнажив острые, девичьи плечики. Она смотрела на тебя, словно умоляя: трахни меня, Джейсон! Будь грубее и еще.
Нервно сглотнув, ты перевел резко взгляд, и я вместе с тобой. Ты боишься, падре! Боишься себя самого. Облизнув губы, ты искал слова. Я выучил этот смрадную вонь твоих размышлений. Ты не знал, как рассказать доктору всю историю своих сексуальных извращений, но чертовски устал молчать. Давай, поведай о насилии и инцесте! Давай, сломайся! Сломайся, профессор Вествуд и выпусти то, что исконно твое.
- По правде говоря, у нас есть некие осложнения. Она значительно меня моложе и в силу возраста, иногда, делает глупые вещи. Я не всегда могу ее опекать или присматривать за ней. У нас частенько бывают разлады на этой почве. Поэтому я решил не говорить ей, пока не найду правильный ответ и, главное, подход, - а так хорошо начал, но быстро заткнулся.
Ты пялился на маленькую сучку и лгал. Столько красноречивого лицемерия я не слышал уже давно. Махнув рукой, я привел в движение листву, и она сожрала твою маниакальную страсть, как тля. Мика исчезла, а ты потер лоб и сглотнул слюну.
Как думаешь, что скажет твой психиатр, узнав правду? Что подумает эта грязная свиноматка, когда ты скажешь все, как есть? Я помогу тебе, падре. Подойдя к тебе вплотную и высунув змеиный язык, я провел им по бакенбарду. Ты дрожал, ...от страха, жалости и отвращения к себе самому. Сливаясь с тобой, я принес целый ворох мыслей и шуршание листьев. Их запах забил твои рецепторы и на секунду сбил с толку. А потом мы резко раскрыла глаза в том же конченом кабинете, практически развалившись в кресле!
Тебя выкручивало наизнанку. Ты барахтался в подкорке собственного сознания, а я с удовольствием слушал уникальную симфонию звуков исходящих из разных миров.
- Я иногда и с ней могу быть груб, - медленно растягивая слова, я сидел с прикрытыми глазами, а ты гнусным эхом твердил мои слова, - но я настолько сильно переживаю за нее, что иногда схожу с ума. У моего славного Ангелочка весьма норовливый характер.
Скажи, падре, стоит ли выпороть Мику, когда мы вернемся домой?
———
* Новый Завет,
Послания св. Апостола Павла,
Послание к Титу 2:7,8

[AVA]http://funkyimg.com/i/2esiK.png[/AVA][STA]Frag nicht wer ich bin![/STA]

Отредактировано Jason Westwood (2016-12-04 04:02:40)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Трое в кабинете, не считая побочных эффектов