Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Envy is not a crime


Envy is not a crime

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Sarah and Elizabeth.
офис филиала компании «TG Logistics»; 16 мая, 2016.

+2

2

внешний вид

На часах было без пяти минут второго, когда Сара пробегала по коридору с абсолютно одинаковыми дверьми и такими же одинаковыми, позолоченными табличками, отличающимися лишь выбитыми на них именами сотрудников филиала. В руках – стакан двойного американо без молока, сахара, сливок, корицы – жидкий заряд энергии для девушки и просто отвратное пойло для любителей сладости в кофейных напитках. Аромат кофе быстро распространился по помещению, плюс к нему, Фонтейн оставляла после себя шлейф недорогих сладких духов, так что, в коридоре непродолжительное время пахло довольно-таки приятно.
Обеденный перерыв не означал отдых от всех дел и обязанностей; по крайней мере, такому правилу следовала сама Сара, не давая себе расслабиться даже тогда, когда её коллеги лениво потягивались в своих креслах и неторопливо обедали за своими столами. Она словно была стажером, которому не давали и одной минуты на передышку, чем всегда поражала и до сих поражает мужчин и небольшое число женщин в компании. Им в голову не может прийти мысль о работе во время заслуженного перерыва посреди дня, если, конечно, эта работа не падает обухом на голову и не сидит кальмаром на шее.
А Саре, кажется, все по плечу. Она даже успевает хорошо выглядеть при обладании статуса заядлого, неисправимого трудоголика. Всегда хорошо и опрятно одета, на лице – минимум макияжа, лишь подчеркивающий достоинства; волосы – когда как, то слегка небрежны в силу неимения времени повозиться с феном да расческой, то уложены волоском к волоску.

Однажды Фонтейн немного изменила самой себе и решила завязать волосы в высокий конский хвост – обычно она носит их распущенными или уложенными в более замысловатую прическу, когда на последнюю хватает сил, желания и свободных минут по утрам. И семенила она, цокая излюбленными каблуками лодочек, в одной руке придерживая тот самый кофе, в другой – бумаги для своей начальницы.
- Пс, Фонтейн. Фонтейн! – у Паркера, позвавшего девушку, был крайне возбужденный вид. Впрочем, как всегда, он даже чем-то походил на Сару своей энергичностью, вечной заинтересованностью во всем и желанием работать двадцать четыре часа в сутки. Единственное – все это было приходящим явлением, в то время как у брюнетки состояние вечно заведенного моторчика было постоянным. – Джонатан уехал на встречу, хочешь, посидим в его кабинете? Я взял пончики на первом этаже, те, что ты любишь.
Кабинет начальника Паркера был оставлен и дорого, и уютно; этот человек большую часть своей жизни проводит на рабочем месте за неимением жизни личной (об этом какое-то время ходили сплетни в маленьком женском коллективе, которые, к слову, изначально начали распространяться мужчинами). Парень нередко зависал там в обеденные часы, полагая, что Джонатан Бриджес об этом знать не знает.
- Я занята, Парк… о, они шоколадные? – протянула брюнетка, уставившись на сладости; она совершенно искренне изобразила на лице мучительные гримасу, что означала сопротивление двух сторон в девушке. Одна сторона хотела завершить дела Элизабет, другая – съесть пару любимых шоколадных пончиков вместе со своим другом. Когда на подмогу другой стороне пришел голод и громкое урчание в животе, сопротивляться было бессмысленно.

Всё это произошло около двух недель назад. Казалось бы, обыкновенный рабочий день, обыкновенный перерыв с кофе и пончиками в кабинете Джонатана, которого многие за спиной дружественно называли просто Джо; чего, к слову, мужчина по какой-то причине жутко не любил.
Сара уселась на стол, светила ноги и болтала ими, жуя аппетитный пончик, и чуть вымазалась в шоколадной глазури. Паркер нашел заначку начальника и предложил плеснуть сорок пять капель шотландского виски в кофе девушке, но та, естественно, отказалась наотрез; крепкий алкоголь даже в малых количествах действовал на неё просто убийственно. Долго отнекиваясь, что под конец уже жутко надоело брюнетке и она уже чисто на автомате отталкивала бутылку от себя да театрально воротила нос, Фонтейн в какой-то момент наткнулась на до боли знакомые документы. Точнее, договор с другим филиалом другой логистической компании, заключенный в относительно недавнем времени уже Элизабет. Сара плохо помнит, чтобы Бриджес имел к тому договору какое-то отношение, но наличие полного пакета бумаг на его столе говорили совершенно о другом. При Паркере брюнетка интересоваться документами не стала, хотя хотела, до безумия хотела, чтобы просто удостовериться в своих догадках, или наоборот, опровергнуть их; увидеть подпись мужчины рядом с подписью Элизабет или задеть взглядом его имя в строчках договора. Но усмирить свое любопытство у Сары так и не вышло.

Нити слухов переплетаются между собой, собираясь в тугой комок, и среди них малую часть информации можно считать интересной; но то, что является действительно интересным, никогда не проходит мимо слуха Фонтейн, а затем и её начальницы Элизабет Данн, которая и получает все эти слухи через свою маленькую помощницу. Коллективом, по большей части состоящим из мужчин, руководить женщине трудно, это понимает даже Сара; у француженки есть свои методы управления, она ими пользуется, и англичанка всецело их одобряет. Элизабет вызывает у неё уважение, нежную симпатию, приятно чувствовать, что находишься со своей начальницей в одной упряжке.
После того дня в кабинете Джонатана Сара впервые обратила внимание на сплетни, касающиеся лично его отношений с Данн; они не были особенными, он, как и многие другие мужчины, относились к молодой начальнице со скрываемым презрением, недоверием, но никто раньше не осмеливался серьезно заговорить о намерениях «подложить кнопки на стул» француженке, насолить ей, подпортить репутацию, подставить, а некоторые только и делали, что мимоходом говорили (некоторые в шутливой форме, некоторые - в серьезной) о каких-то планах Джо касательно Лиз. Девушка не посчитала бы эти сплетни серьезными, если бы не те дурацкие документы в кабинете Джонатана Бриджеса, которые долго не давали ей покоя. Сразу заговаривать о них с молодой женщиной было бы немного странно; ведь одно дело - приносить сплетни и слухи на блюдце ей на стол, другое - копаться в чужих бумагах да приходить с находками, что уже выходит за рамки дозволенного.
Но теперь появился мотив! Договор, слова, услышанные на стороне... попробовав связать одно с другим, выходит весьма серьезное подозрение на счет сотрудника фирмы, которое стоило бы проверить.
- Вот, вот и... вот, - выложив на стол Лиз три папки с копиями прошлогодних бумаг, брюнетка шумно выдохнула и провела ладонями по несуществующим складкам на ткани юбки; несмотря на усталость в ногах, продолжала стоять, нависая над француженкой. - В копировальной закончилась бумага, стажер долго не мог найти новую пачку на складе и ему, естественно, никто не стремился помогать. А мне-то никак не отойти в сторону, тут ничего без присмотра оставить нельзя! - будучи жутко пунктуальной, Сара терпеть не могла опоздания и даже минутные задержки. - И... Элизабет, нам нужно поговорить. То есть, мне нужно кое-что рассказать, как всегда, очередная интересная история, но на этот раз она вполне серьезная. У вас есть свободная минутка?
[NIC]Sarah Fontaine[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2cWXE.jpg[/AVA] [SGN].[/SGN]

+1

3

внешний вид
С момента, как Элизабет вступила на должность управляющей, обеденные перерывы превратились во что-то неопределенное, так как с одной стороны побуждали общаться с людьми, налаживать контакты (к чему она всегда тяготела), с другой – стараться не напороться на очередной косой взгляд или шепоток за спиной. Ей шел четвертый десяток, но за неимением нормального опыта работа, это походило на переход в новый школьный класс, где два десятка обозленных и жестоких подростков только и ждут, как бы поставить подножку или наградить обидным словцом. Сами-то – прыщавые, глупые, дикие, но аутсайдера ради бездумной забавы всегда найдут. Это сейчас Лиз выросла, обросла множеством знакомств, выглядит солидно и по статусу, а тогда, с огромными «фонарями» под глазами, резко выросшей грудью и бесталанностью в разных науках, она не заслуживала симпатии даже у преподавателей, которые, вроде, обязаны поддерживать слабых и отвергнутых. Однажды, легкомысленно вызвалась защитить собственную честь и полезла в драку, в итоге ничего кроме боли так и не ощутила. Не шли у нее конфликты, ну вообще не шли. В транспортной компании царил патриархат, и неизвестно, привлекало ее это или наоборот, отталкивало. Дело в том, что мужчины, численность которых сильно превышала слабый пол, показывали себя отнюдь не добрыми рыцарями, способные прикрыть широкой грудью, если что. Не то, чтобы она каждый раз бежала воспользоваться этой функцией, но поразилась, заметив, что те словно не хотят принимать новую начальницу, как само собой разумеющееся. То ли надо пройти какой-то непредсказуемый экзамен, то ли заслужить доверие – не ясно, и по сей день остается загадкой. Никто не приходил поговорить по душам, хотя Лиз ждала. Успокаивая себя тем, что народ просто не знает, как с ней просто найти общий язык, старалась оставаться приветливой, в меру дружелюбной и разговорчивой. Не сказать, что это особенно помогало; вспомнить хотя бы парочку случаев, когда по мере приближения женщины, коллеги затихали, и в итоге стояли с умными минами, будто истуканы. Не самое приятное зрелище, а уж для впечатлительной Элизабет тем более. Не помогла и доставка пирожных из лучшей кондитерской в Сакраменто. Они, естественно, съели все подчистую, вежливо оскалились и были таковы. Лишь один человек воспринимал ее нормально: Сара. С ней не приходилось напрягаться и строить из себя Бог знает кого, ко всему прочему, Данн изо всех сил соблюдала необходимую дистанцию. Об этом она советовалась с Филиппом, как никто другой знающим, что это такое. У него много подчиненных, и он все равно не изменяет своему характеру и нужде в общении с окружающими. Помощница досталась милой, болтливой и действительно выполняющая свою работу, а для пока не разобравшейся во всем Элизабет это настоящий клад. Больше всего хотелось доказать Тому, что все под контролем, а то он зачастил в филиал, да и их обоюдный интерес набирал обороты. Она, в конце концов, не глупышка, и если уж не великим интеллектом, так сообразительностью и мобильностью возьмет штурмом офис. Удачно, что при любых раскладах приходилось работать с людьми, а их она возьмет в оборот, даже если понадобится больше времени.
Мм. – Француженка растянула уголки губ в мягкой улыбке и склонилась над столом, приподняв одну ногу. Еще пять минут назад она разминала ступни, поэтому стояла босая. – Запыхалась? Присядь, отдохни. – Не поднимая глаз, брюнетка коротко вздохнула, не спеша, просматривая бумаги. Она ждали папки вечность назад, и откровенно заскучала, успев позвонить в цветочный магазин и сделать заказ для подруги. – Кажется, я в глаза не видела стажера. Молоденький? – Закусив нижнюю губу, усмехнулась, почесав кончик носа. – Конечно! Я вот тем более без тебя не справлюсь, правильно? – Подняв глаза на девушку, подмигнула, наконец-то откинувшись в кресло. Если хоть немножко знать Сару, сейчас последует сплетня или слух, коими Элизабет никогда не пренебрегала. Такие вещи хоть и превратны, но тоже не с пустого места возникают. Чтобы докопаться до корня, надо перерыть кучу грязи. – Есть. Говори, не томи. – Она откинула волосы назад, медленно покрутившись в кресле и выжидающе глядя на Фонтейн. – Кстати, я сделала пару заказов, они перезвонят.

Отредактировано Elizabeth Dunn (2016-06-15 20:20:15)

+1

4

С приходом Элизабет на место Чарльза в компании многое поменялось, и, в первую очередь, переменилась сама атмосфера внутри всего рабочего коллектива. Ранее она была менее напряженной и не несла за собой такое большое количество прикрытого негатива, сплетни ходили в основном в женских кругах, а мужчины предпочитали перемывать каждому сотруднику кости вдалеке от любопытных ушей и зорких глаз. И ведь понятно – у руля стоял мужчина, рекомендованный самим Томом Галлахером да показавший себя исключительно с лучшей стороны, как профессионал, знающий свое дело, и как начальник, умеющий управлять своим коллективом. Многие относились к нему с симпатией, и Сара была одной из них; даже с большой симпатией, которая и дала в свое время возможность девушке вдоволь погоревать о кончине практически идеального и любимого многими начальника.
Когда филиал, как корабль, на время остался без своего капитана, все надеялись на нового рекомендованного Томом человека из Нью-Йорка; особо амбициозные личности грезили о кресле босса в период затишья, если верить слухам, но без окончательного решения Галлахера подобным грезам суждено было оставаться в своем первоначальном – и единственном – облике.
И когда в офисе появилась Элизабет Данн, уже как официально объявленный управляющий филиалом, случилась вполне себе неудивительная вещь: мужчин начало душить самолюбие, мол, как это так, ходить под каблуком молодой бабы; женщины же потеряли надежду на роман с начальством с целью продвижения по карьерной лестнице, не имея к формам француженки никакого интереса.

Так что, да – Сара была чуть ли не единственным сотрудником в филиале, кто действительно любил и уважал Элизабет, с первого дня относясь к ней с неподдельной вежливостью и дружелюбием. Молодая женщина изначально показала себя с хорошей стороны, не выставив себя высокомерной особой или чересчур озлобленной стервой-карьеристкой, каких сейчас просто пруд пруди среди боссом женского пола, Фонтейн в этом уверена.
Девушку однажды осмелились назвать феминисткой, борющейся за права женщин и их равноправие, однако это был совершенно утрированный, даже скорее выдуманный факт, ибо Сара таковой совсем не являлась. Защищала она Лиз не потому, что та была женщиной, получившей, наконец, кресло управляющего, но потому, что та хорошо справлялась со своими делами и не тянула филиал на дно. Последнее чувствовалось бы даже такой сотрудницей, как Сара, которая всегда всё видит, знает, слышит и чувствует.
В конце концов, девушка с радостью работала на Гамильтона и всегда считала, что мужчины отлично справляются с делами управления, но и Данн была ничуть не хуже; возможно, у нее не так много опыта, но Фонтейн верит, что однажды она еще всем еще утрет носы и завоюет уважение к себе.
- Я ничуть не запыхалась, все хорошо, не стоит, - вежливо отмахнулась от предложения француженки присесть. – Хотя, ладно, - однако уже через пару мгновений опустилась на кресло перед столом начальницы, почувствовала блаженную расслабленность в ногах и сложила руки на коленях. Подобная спонтанность и нелогичность действий нередко прослеживалась в поведении Фонтейн, однако никак не влияла на её трудовые навыки. – Он еще даже не закончил университет, у него скоро выпуск, выглядит очень замученным. Как будто на нем воду возят и мешки таскают, плечи такие опущенные, и это еще при всем том, что он сам высокий. Выше вас на головы две, не меньше. И, да, молоденький, - на последнем слове тихо хихикнула, заправляя темную прядь волос на ухо. Сережка в нем также негромко звякнула.
Проследив за тем, как Элизабет откинулась на спинку кресла, Фонтейн начала покусывать нижнюю губу изнутри, чувствуя, что ей уже не терпится выложить карты на стол. На самом деле Сара не видела ничего зазорного в донесении сплетен до кабинета управляющей, не считала себя стукачкой, и совесть, по её мнению, была чиста; в данном же случае англичанка начала чувствовать на себе большую ответственность за слова, так как они были уже не просто сплетнями, но вполне себе серьезными домыслами касательно одного из сотрудников.
- Заказы? А, да… - заломив пальцы, Фонтейн набрала в легкие побольше воздуха и заговорила. – Это касается Джонатана Бриджеса. Поговаривают, что он хочет вам насолить, - негромко и  заговорщицки проговорила, наклонившись чуть вперед. – Некоторые просто отшучиваются, но, вы же знаете, не бывает дыма без огня. И вот пару недель назад я увидела у него на столе договор о сотрудничестве с той фирмой… мм, господи, не могу вспомнить название!.. В общем, неважно, вы должны его помнить, это ваше первое дело. И Джонатан, насколько я помню, не имел к нему никакого отношения, и не должен этим договором заниматься, - на том моменте, где Фонтейн проговорилась о кабинете Бриджеса и бумагах на его столе, Данн могла неправильно понять помощницу. Та ведь не копалась в чужих вещах, но случайно наткнулась на папку глазами, а значит, ничего ужасного она не совершила.
[NIC]Sarah Fontaine[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2cWXE.jpg[/AVA] [SGN].[/SGN]

Отредактировано Jane Hamilton (2016-06-16 11:30:06)

0

5

- игры нет больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Envy is not a crime