Вверх Вниз
Возможно, когда-нибудь я перестану вести себя, как моральный урод, начну читать правильные книжки, брошу пить и стану бегать по утрам...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » meng-âmok ‡- грохот барабанов может убивать -


meng-âmok ‡- грохот барабанов может убивать -

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

http://funkyimg.com/i/26Lnm.png

Участники: Denivel Mouri & Ange Arando
Место: прекрасный город Сакраменто, ночной клуб "Dubstep"
Время:  10 мая 2016 года
Время суток: ночь со среды на четверг
Погодные условия: +20, облачно
О флештайме: Улыбка — вовсе не способ проявить своё отношение к миру, но средоточие жестокости мира, жестокости для нас неизбежной, ибо эта жестокость и существование — разные имена одного и того же. (с)

http://funkyimg.com/i/26Lnu.png[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-06-30 22:52:05)

0

2

22-15
Я улыбалась. Многие, и парни и девушки, проходя мимо меня, если не замедляли шаг, но позволяли ощутить свою заинтересованность или недоумение. Но я не смотрела на них. Мой взгляд объял все сразу: стильный глянцевый интерьер, элиту ночной тусовки, софиты, пронзающие толпу на танцполе сотнями разноцветных стрел, взрывные биты от лучшего ди-джея Солнечного побережья и даже хайбол с май-тай. Во взгляде таилась разгадка.
Пробившись сквозь потоки развязной толпы, ко мне присаживается мужчина. Таких, как он, коренастых, с мощными бычьими шеями и преодолевших возраст Христа, принимают за мамонтов и исключение, которое подтверждает возрастную статистику. Клуб "Dubstep" - место молодых и бездушных.
- Не интересуюсь, - взгляд в противовес словам отмечает яркую шелковую подкладку брендового пиджака.
Минуту назад я смотрела, как искусно бармен трясет шейкером, как в зеркальной поверхности барной стойки  мои серые глаза не подаются даже магии алкоголя. Серый глухой цвет застыл в радужке миллион секунд назад, выражая только одну эмоцию. Они издевались. Или надо мной, или над всем миром. Или умоляли.
- А я ничего и не продаю.
Да и плевать.
В своем отражении я видела податливость незапертой двери. Хватило бы одного короткого толчка – снаружи или изнутри - и она распахнет черноту бездны, что безраздельно правила мной.
- Я рада, что мы с этим разобрались.
Наверно, чернильная влажная пустота так притягивала всех и отвращала от прикосновений.
- Знаешь, что я думаю, красавица? Я уверен, что ты любишь, чтобы тебя как следует оттрахали.
Скорбь не повод забывать о нормах вежливости, но последняя фраза сделала из вежливости задумчивую внимательность. Глядя в каре-зеленые глаза, отмечая широкое лицо и мужественный подбородок, я искала черты только одного человека в мире. Хотя утробной хрипотцы в голосе было уже достаточно, чтобы я ушла с ним отсюда.
- Скажи папочке, как ты хочешь, - скорее дает возможность прощупать потенциал, чем настаивает.
И я размышляю всерьёз, взвешиваю "за" и "против", силу собственных сомнений и безразличие реальности, которая все равно меня уничтожит. Так или иначе. Ровно до тех пор, пока рука Тобиаса не оказывается на моем плече.
- Так на чем мы остановились?
Я вздрагиваю, словно андерсеновская красавица, и улыбка рассеивается вокруг лучами черного солнца. Сползаю со стула, чтобы уйти с блондином и забыть о не_Шоне навсегда. Но опоздай мой настоящий спутник хоть на минуту, кто знает, где бы я проснулась следующим утром. И проснулась ли вообще.
Тоби крепко держит меня за руку, когда мы пробирались сквозь всю ту же праздную массу к нашему столику, но ему приходится дернуться назад, когда я остановилась, скользя шпильками, и вскидываю руку вверх.
- Мори! Мори-ии!
Тоби дивится больше факту заинтересованности, чем резкой остановке. Экзотичность девушки, к которой я обращалась, отметает любые сомнения, как и общее количество времени, которое я смотрела на нее за последнее время. После щемящего созерцания призрака мне хотелось чего-то, кого-то привычного и противоположного. Пусть не_близкого, но реального.
[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-07 14:31:52)

0

3

внешний вид

Ночь самое лучшее время суток. Не важно где ты и с кем ты. Ночь обнимает за плечи, принимает в свои объятия, хранит твои тайны, помогает выжить. Ночь может быть темной, тихой, шепчущей, уединенной и ласкающей. Ночь может быть окрашена в яркие всполохи, неоновые огни, цветные вывески и горячительные коктейли. Лично мне проще жить ночью. Проще чувствовать себя собой, пропускать сквозь себя эмоции и энергию, распыляться на окружающих, гореть и обжигать своим пламенем. Мне нравится ночь. Я люблю ее. И, кажется, это взаимно.           
Сегодня мне не захотелось сидеть дома или заниматься делами. Мне хотелось пойти куда-нибудь отдохнуть, развеяться, стряхнуть с себя все свои мысли и пропустить пару коктейльчиков. Возможно, даже потанцевать и покурить. Ничто не исключает такого развития событий. Может быть кто-то сочтет странным то, что я могу пойти в клуб одна, но для меня в этом нет ничего особенного. Чтобы выпить и насладиться танцами мне не всегда нужна компания. Конечно лучше бы было пойти с Джей, посвятить ей каждое свое движение, каждый свой взгляд и взмах ресниц, но она решила, что лучше останется дома и займется работой.
Не сказать, чтобы меня это особенно огорчило, но с ней я комфортнее себя чувствую. Особенно после недавней попытки изнасилования в подворотне, с момента которой прошло еще всего четыре месяца. Да, я почти пришла в себя после этого. Но еще не пришла в себя после того, что сделала со мной сама Джей. Каждый раз, когда я вспоминаю об этом, меня бросает в дрожь, а глаза заволакивает слезами. Каждый раз.
Осторожно пробираюсь по залу, стараясь не задеть тех, кто танцует и не привлекать к себе лишних взглядов, хоть и знаю, что это невозможно. Все равно кто-нибудь уцепится за мою внешность, ухватится за мои длинные ресницы, узнает во мне модель или просто захочет познакомиться с «белоснежной» девочкой. На самом деле в клубе полно других девушек, которые заслуживают внимания не меньше, чем я. За некоторых из них я цепляюсь взглядом, скольжу по ним, изучаю, но делаю все это издалека. Джей больше не простит меня, если я прикоснусь к кому-то, кроме нее. Да и я не хочу этого делать. Сейчас мне нужен только один человек в этом мире.           
Я собираюсь пройти к барной стойке и заказать коктейль и именно в этот момент слышу сквозь музыку и голоса других людей, как мелодичный и знакомый голос окликает меня. Довольно резко разворачиваюсь, отчего мои белоснежные волосы сначала на мгновение взлетают, а затем оседают мне на плечи словно первый снег. Анжи Арандо. Губы растягиваются в улыбке, я делаю несколько шагов навстречу девушке:
- Добрый вечер, мисс Арандо, - неспешно прогуливаюсь взглядом по внешности девушки, впрочем, делаю это так, чтобы не выглядеть вульгарно или нелепо. Останавливаюсь на блузке в белый крупный горох, а затем подымаю взгляд к ярко накрашенным губам, - не ожидала, что мы тут встретимся, - хотя могла бы и ожидать, исходя из рода деятельности Анжи она, должно быть, очень часто бывает в клубах, на приемах и банкетах. Интересно, а балы и свадьбы она тоже устраивает?           
- Что-нибудь выпьем? Честно говоря, я именно за этим и направлялась, - уверенна, ты помнишь, что мне всего семнадцать.

Отредактировано Denivel Mouri (2016-07-07 19:23:30)

+1

4

Денивел почти сразу оборачивается и находит меня взглядом. Я беззастенчиво рассматриваю ее, пока она идет к нам, а милый парнишка рядом явно не знал куда деть глаза. Энтузиазм и удивление ощущались почти физически, разве что у него не было хвоста, чтобы радостно вилять.
- Кто это, Анж?
- Сейчас узнаешь, - отвечаю, не отнимая взгляда от малышки.
В какой-то степени я привыкла к непорочному покрову ее длинных прямых волос, к контрасту белого и черного, которым она подчеркивала свою хрупкость. На земляничной фотосессии я сделала ей предложение стать лицом моего бренда к коллекции весна-лето 2017. Мы подписали контракт, и виделись в течение полутора месяцев почти каждую неделю. Вне работы мы встречались только на вечеринке, которую мы закатили в «Felicity» по окончанию первого полноценного ролика для бренда. Мори тогда тоже была в черном.
- Добрый вечер, мисс Арандо.
Мне нравится чувство уверенности, нахождения на своем месте, которые сквозят в ее позе, наклоне головы и высоких каблуках.
- Мы сейчас не в офисе. Называй меня просто Анжи.
Действительно, даже на торжестве мы смотрели друг на друга из-за ширм рабочих отношений. Или я сужу о ней по себе? Отметаю бессмысленные домыслы. Мы здесь и сейчас. И будем делать все, что захотим.
- Давай, - киваю ей, - только не у бара. У нас свой столик на втором этаже. Присоединишься?
Если девушка знает "Dubstep" так же хорошо, как хочет показать, то поймет недосказанность правильно. К тому же у нас с парнем на руках отметки, подтверждающие vip-статус.
- Познакомься, это Тобиас, мой хороший друг.
Картинно прижимаюсь к Тоби, игриво стреляю глазами.
- Тебе, милый, выпала уникальная возможность, вблизи рассмотреть девушку, которую большинство видят только на глянцевых страницах модных журналов. Неповторимая Денивел Мори, собственной персоной! Мне посчастливилось поработать с ней над лукбуком для весны-лета 2017. Очень жаль, что ты отказался инвестировать "Felicity".  Чудесное платье, - наклоняюсь к Дени, позволяя парню придержать меня от падения за талию, - с нами скучно не будет, обещаю.
Пока что я не знаю, о чем мы с тобой будем говорить, но уверена, что я сдержу свое слово. [STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-07 14:45:29)

+1

5

- Хорошо, Анжи – послушно отзываюсь я на твои слова. Уж кто-кто, а я умею быть послушной. Умею быть краткой, почти незаметной, невесомой, умею не отсвечивать и не отражаться в зеркалах. Умею, но не всегда хочу. Пользуюсь этим своим умением по необходимости, а в остальное время я сверкаю и переливаюсь, словно драгоценная жемчужина.
- Присоединюсь, - сейчас я говорю без лишний слов, без лишнего фарса и пафоса, коротко констатирую факты, обозначая свое согласие, свою готовность пойти дальше. Ну а что мне терять, собственно говоря? Я пришла сюда одна, без конкретной цели и спутника на вечер. Возможно, я выгляжу странно со стороны. Возможно, вызываю подозрение своим поведением. Наверное, даже можно подумать, что я ищу себе кого-нибудь на вечер, чтобы поразвлечься. Но это не так.
Я не ищу.
Расплываюсь в улыбке, когда Анжи представляет меня своему спутнику. Киваю головой, произношу дежурное «приятно познакомиться», хотя на деле мне все равно. Мужчины редко представляют для меня интерес. Обычно мое знакомство и общение с ними ограничивается работой. Обычно, но не всегда.
Он не похож на ее молодого человека. Не похож на ее мужчину, даже не смотря на то, что придерживает за талию в тот момент, когда она наклоняется ко мне после своей вступительной речи, произнесенной хорошо поставленным голосом. Еще несколько месяцев назад я бы раскраснелась и смутилась, если бы меня вот так кому-то представили. Теперь я стараюсь держать лицо. Не выглядеть высокомерно, но и не казаться простушкой. Если я хочу пройти в своей карьере дальше, продвинутся вперед, я не могу себе позволить смущаться по таким мелочам. Ради себя самой. Ради Джей, которая достойна того, чтобы ее девушка была столь же популярна, как она сама. Но иногда я думаю, что мне ее никогда не достигнуть. Как бы я не старалась и что бы я ни делала. Ее талант подлинный, настоящий. И она так непредсказуема. Не только в своем поведении, но и в своих работах.
- Спасибо, - я осторожно облизываю свои пересохшие губы, - ты тоже прекрасно выглядишь, - уверенна, что ты просто не можешь выглядеть иначе, потому что о тебе знают если не все, то очень многие.
Мы подымаемся наверх уже втроем. Дружно цокаем каблуками по ступеням, вторя друг другу, и иногда переглядываемся. Анжи хороша. Но я почти уверена, что она натуралка, несмотря на нечто странное, что происходило в Фелисити между ней и Джей. Не смотря на то, что я мучалась от ревности. Джей больше нет. Есть Астарта. Но об этом известно только мне.
- Ты тут по работе или просто отдыхаешь? – спрашиваю я, когда мы оказываемся за столиком, а затем поворачиваю голову к подошедшему официанту и прошу – шампанское, пожалуйста, - немного помедлив, продолжаю, - и сырную тарелку.
Перевожу взгляд обратно на лицо Анжи и улыбаюсь. Улыбаюсь открыто и искренне, словно нас до этого вечера связывала не только работа, но и нечто большее. Провожу языком по своей нижней губе – неосознанно медленно и сексуально, а затем откровенно заглядываю в глаза. Заигрываю ли я?
Возможно.

Отредактировано Denivel Mouri (2016-07-10 17:54:53)

+1

6

Мы обменялись комплиментами, закончили с официальной мишурой и я пропускаю Дени вперед себя, следовать за моим блондином. Этакая свита для маленькой жемчужной королевы.
Я не знаю, о чем мы будем с тобой говорить, но я точно знаю, что буду делать с ней. Глупо было не воспользоваться возможностью как следует рассмотреть Мори, прикоснуться к ее силам и слабостям. Она юна, свежа и талантлива. Ей всего семнадцать. Вряд ли у этого тоненького деревца жизни успела появиться достаточной крепости кора, чтобы снежинка смогла сокрыть и уберечь от меня свои тайны.
Мы столько времени провели вместе, а я ничего о ней толком не знала. В наличии тайн я не сомневалась. У тех, кто находится на изнанке глянца, они появляются сами собой. Тайнами, скандалами, секретами, недомолвками или компроматом обрастает каждый. У кого-то этот ментальный жир откладывается на животе, у кого-то свисает с боков, кому-то попадается носить тяжелую ношу в виде горба. Все это я думаю, пока рассматриваю изящную кукольную фигуру по дороге до столика. Я смотрю и вижу эстетику, красоту и умение себя преподнести: достойно, без вычурности, сдержано. Идеальный баланс.
Интересно, если бы Денивел шла позади меня, она смотрела бы на меня как на сексуальный объект? Вопрос на грани фола, напоминающий гол в свои ворота. Тему возбуждения я сложила в семейный склеп, под надгробную плитку с ее именем. Я-то знаю, что ее там нет и никогда не было, но не пропадать же добру. Пусть там хранится то, что мне совершенно не нужно.
Наверху нас ждет еще пятеро: трое ребят и две девушки. Моя новая_старая компания,  которая с радостью принимает маску жизни за чистую монету. Они вес время придумывают какой-то сумасшедший бред, которому я поддаюсь первая, ныряю в омуты с головой, чтобы удариться темечком о каменное дно и забыться, потерять саму возможность думать и помнить что-то кроме, вязкой отвратительной слабости по утру. Я представляю всем Денивел, а Денивел остальную часть ее элитного окружения.
Парни отодвигаются, но Мори все равно оказывается слишком близко. Я четко знаю, что она не сделает первого шага без какого-либо варианта слово «можно», и так же четко знаю, что не хочу чтобы меня кто-то трогал. Тоби не в счет. Тоби мой моральный костыль, который просто не позволяет упасть ниже плинтуса.
Следом за гостьей в нашей милой компанией:
- Май тай, можно сразу три, - смотрю на нашего официанта как на старого доброго знакомого.
Что же это я… Это так и есть. Мы знаем друг друга долго. Может быть, даже дольше, чем с любым из нашего маленького междусобойчика.
- Отдыхаю, - ответ простой, хоть и ерепенится о язык колкостью лжи.
Я здесь пытаюсь забыться.
- А ты, Мори? Почему ты одна?
Привычки делают нас такими, какие мы есть. Поэтому привычное для себя имя девушки не собираюсь менять на что-то более личное. Когда я нарекаю собеседника особым обращением, я стремлюсь показать, что он для меня особенный, уникальный, ни с чем несравнимый набор букв, фонетических ансамблей и мозаики души. К тому же, волей неволей, человек сам начинает по-особенному относиться к тому, кто называет его не так как все. Такова наша психология.
- Я должна была пойти с Джей, но ее отвлекла работа.
- Джей Симон? Вы с ней встречаетесь? .
Вокруг завертелась возня, две парочки отправляются на танцпол, и в составе одной их пар Тоби. Во время переполоха мне кое-как удается справиться с лицом. Когда я поворачиваюсь к ней лицом, практически молюсь, чтобы она ничего не поняла. [STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-08 23:57:03)

+1

7

Я не была готова к тому, что за столиком мы окажемся не втроем, но и не сказать, чтобы удивилась. Жизнь научила меня не удивляться подобным вещам. Ну а если даже удивляться, то внешне этого никак не показывать, именно поэтому на моем лице не проскользнуло ни одной отрицательной эмоции во время импровизированного знакомства с людьми, с которыми мне предстояло провести ночь за одним столиком. Не то чтобы я была неприветливой или испытывала смущение в общении с другими людьми, просто меня в данном случае не интересовал никто кроме Анжи. Никакой пошлости в этом нет, хоть может показаться абсолютно иначе. Может показаться, потому что я смотрю на Анжи открыто и почти с вызовом. Может показаться, потому что мои губы эротично приоткрыты.
Но так только кажется.
Меня интересует Анжи как человек. Я столько времени проработала с ней, пробыла бок о бок, даже почти целовалась на первой съемке в Фелисити, но ничего не знаю о ней, как о человеке. Ну кроме общедоступных фактов, естественно. Но факты на то и факты. Пусть исходя из истории Анжи они весьма печальны, но доступны каждому - место и положение в обществе имеет отрицательную сторону. Весьма весомую. Меня интересует другое. Меня интересует то, что скрывается внутри, под оболочкой. Я хотела бы увидеть эту красивую девушку настоящей, не прикрытой общественными правилами, нормами морали и обязательствами. То что Арандо ведет себя соответственно своему положению не вызывает сомнения. Я уверенна, она тысячу раз подумает, прежде чем сделает или скажет что-то, что может испортить ее репутацию или запятнать честь. Думаю, в детстве Анжи Арандо была правильной девочкой и гордостью своих родителей. Наверное.
На мой вопрос Анжи отвечает, что отдыхает и я усмехаюсь. Не то чтобы я не верю Анжи. Но такой ответ может дать каждый в этом клубе. Я хотела услышать что-нибудь другое, но, судя по всему, мне не собираются говорить ничего другого.
Откидываюсь на спинку и с задумчивым, блуждающим взглядом ожидаю, когда мне принесут мое шампанское. При мысли об этом напитке я не могу сдержать улыбку - уже представляю искрящуюся жидкость с пузырьками и то, как чертовски приятно пробовать ее на вкус. В большинстве своем люди пьют, чтобы напиться. Я пью, потому что мне нравится вкус спиртного. И нравится то, как оно ударяет в голову.
- Я должна была пойти с Джей, но ее отвлекла работа, - просто отвечаю на вопрос о том, почему я одна. Я могла бы добавить, что вообще часто хожу куда-то одна, хотя Джей это доводит почти до срыва. Я могла бы добавить, что она не зря беспокоиться, потому что последний раз меня чуть не изнасиловали всего полгода назад, но я молчу. Молчу и не успеваю проследить за реакцией Анжи на мои слова, потому что кто-то из парочек подымается, чтобы потанцевать, а мне в этот момент приносят бутылку дорогого шампанского и наливают напиток в фужер. Мило улыбаюсь официантке и киваю головой, подтверждая, что все в порядке, а затем слышу очередной вопрос от Анжи.
- Да, мы встречаемся, - по крайней мере в последнее время это так. Я наконец-то могу быть в этом уверенна и отвечать как есть, - это странно?
Я беру бокал в руку, щелкаю выкрашенным в черный цвет ногтем по тонкому и дорогому стеклу фужера, чуть волнуя напиток внутри него. Немного отпиваю, пробуя шампанское на вкус, и довольно жмурюсь. Вкусно. Пузырьки приятно щелкают на языке.
- А ты с кем-нибудь встречаешься? - безобидный, на мой взгляд, вопрос. Если ты не захочешь, можешь не отвечать. Я настаивать не стану. Но если хочешь говорить откровенно, то наверняка ответишь. В конце концов это не я пригласила тебя провести время вместе.

+1

8

Мори выглядела для меня невинностью, непосредственностью в обертке приличий и деловой этики. Она умеет вовремя подать голос, ненавязчиво, но ясно дать понять свою особенную точку зрения. В рабочей сфере я уважала ее за эти качества. И не подумала, что личное общение снимает большинство ограничения, снижает планку для норм поведения.
Денивел не изменила себе и не скрывалась, это я рисковала скрупулёзно слепленным образом железной леди в ее глазах. Мне было что скрывать, что держать при себе и что удерживать от афиширования.
Ее  привычная податливость превращается в раскрепощение, непосредственность в наслаждение всеми сферами жизни, даже запретными, ненавязчивость в чувство собственного достоинства. Она могла бы закончить тему Джей коротким однозначным ответом. Особенно учитывая неожиданно нарисовавшийся бермудский треугольник отношений между нами троими. Уверена, Дени-в-студии так бы и поступила.
Возможно, девочка хотела показать свою раннюю взрослость, соответствие обществу, которое смотрело на нее сверху вниз, с неким снисхождением. Имелось в виду не физические параметры. Лично мне нравится рост Мори. Будь шанс, я бы предложила ей поменяться. Не факт, что она бы согласилась, но. Не задаваясь вопросом, ты не узнаешь истины.
Я почти физически ощутила ее желание поговорить об этом, использовать еще один шанс утвердиться. Тема Джей Симон была болезненной и неоднозначной, но я ухватилась за нее, как за новую соломинку. В примирительном жесте поднимаю ладонь, затем небрежно и привычно беру бокал с коктейлем под пузатое дно.
- Странно разве что я об этом не задумывалась раньше, - отпиваю содержимое бокала, обжигающее и леденящее одновременно, - но мы в свободной стране, и можем делать все, что не запрещено Конституцией. Если я ничего не забыла с Гарварда, там ничего не сказано про то, что девушка не может встречаться с девушкой. Все остальное дело твоего выбора.
Делаю паузу и новый глоток.
- Выбора и понимания последствий, - некая попытка предостеречь.
Останавливаю себя. Если они встречаются, значит предостережения дано опоздали. Я видела Джей в самой ее ужасном виде и руку давала на отсечение, что тогда она была настоящая, без прикрас.
- Я? - ответный шаг к доверию считаю обязательным, - да. Его здесь нет, правда. В общей сложности больше полугода вместе. И у нас не все так просто, как хотелось бы. Но чем я дольше пытаюсь разобрать нас на кирпичике, тем сильнее понимаю, что только благодаря ему я выжила тогда… Честно говоря, в какой-то момент я его возненавидела за это, - голос холодеет, отдаляет от горячей атмосферы клуба.
Обрываюсь снова, бросаю на Мори короткий взгляд, пытаясь определить, стоит ли говорить с ней откровенно. В ее возрасте я готовилась к выпускному в элитном колледже для девочек, и даже в самых страшных снах не могла представить, что буду наполовину убитой, наполовину  не рожденной.
Я не молилась за рай в ее душе, ибо молитвы бесплодны. Я не оплакивала ни ее, ни себя, ибо дважды оплакивать одно и тоже имеют право только глухие. Но задушенная, скованная ночной неприкаянностью, убивающую душу, и верности ей, и бесконечную любовь, я просто помнила, помнила о ней и о нас. И воспоминания о том несравнимом могли погрузить в мечты о смерти, о полноводных водах Стикса, в которых закончится все: и память, и наша с ней эмпирическая диффузия.
Чтобы максимально абстрагироваться от внутренней ловушки, я должна была отпустить себя, позволить малышке самое выбрать дальнейший курс разговора. Уверена, она сделает эту ночь не забываемой. Если она так хочет быть взрослой, в праве ли я ей отказывать?..[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-15 21:01:00)

+1

9

Что происходит между нами, когда мы цепляемся взглядами? Мы словно стремимся изучить друг друга, прочитать что-то в глазах, вытянуть на поверхность что-то такое, о чем раньше не говорили. Никогда. Ни с кем.
Это химия, Анжи. Не та химия, которая происходит между влюбленными. Не та химия, которую чувствуешь, когда губы жжет от нетерпения и желания поцеловать другого человека. Не та. Но тоже очень крепкая, очень сильная, западающая в душу. От этого чувства просто так не отделаться, не скрыться. В наших взглядах сквозит интерес. Я гадаю, что скрывается под оболочкой сильной и независимой, но смертельно раненой Анжи Арандо. В том, что ты смертельно ранена я не сомневаюсь ни на йоту - это сквозит в каждом твоем жесте, взгляде и даже в наклоне головы. Ты не совсем здесь и неизвестно когда появишься. Я не могу объяснить откуда у меня такое чувство и почему я так в этом уверенна. Звучит самонадеянно, но я просто чувствую. Однако, этого мало. Мне мало. Я хочу почувствовать больше. Коснуться пальцами того, что у тебя внутри, даже если это будет совсем поверхностное касание - мне необходимо.
И сегодня я получила приглашение от тебя.
- Последствий... - шепотом повторяю я и вздрагиваю, неловко заерзав на стуле. Ощущение такое, что Анжи увидела меня насквозь, просканировав взглядом поверхность моего тела. Ощущение, что она залезла мне под кожу, хотя я ничего еще и не сказала. Кроме того, что мы с Джей встречаемся. И очевидно в глазах Арандо это имеет какой-то сакральный смысл. Вопрос: какой?
Я слушаю внимательно, внимаю каждое твое слово, осознавая, о чем ты говоришь. Я не дурочка, мне не надо объяснять, что речь идет о смерти твоей семьи. Речь идет о смерти второй части тебя. И я четко и ясно вижу, как ты хотела умереть, но тебе не дали. Видимо, ты не очень-то цеплялась за жизнь. Я не знала твоей сестры и никогда не узнаю. Но судя по твоему холодному, обжигающему льдом, взгляду, она была не просто сестрой. Она была частью тебя. А теперь ее нет. Поэтому ты выглядишь такой отрешенной и наполовину мертвой. Поэтому твои глаза не горят - они потухли. В них только на секунду вспыхивает свет, когда ты говоришь, что встречаешься с кем-то. Что ж, единственное что я знаю - общественность еще не в курсе того, что у тебя кто-то есть, иначе я бы обязательно узнала об этом вместе с миллионами других из заголовков журналов и газет. Это не моя тайна, но твоя попытка довериться. Я буду молчать столько, сколько необходимо.
Ответить что-либо на твою речь и попытку отстраниться - тяжело. Для того чтобы решиться раскрыть рот у меня уходит полминуты и два глотка шампанского. Напиток искрится на языке и в какое-то мгновение я не могу скрыть наслаждения на своем лице. Странное дело, но я действительно люблю спиртное. Возможно, мне стоило пойти не в модельный бизнес, а в винный клуб или еще куда-нибудь, где необходимо рассказывать о спиртном и пробовать его на вкус.
- Спасибо за откровенность, - я не говорю тебе, что сожалею о твоей семье. Это не имеет смысла, хотя я и в самом деле сожалею. Но ни одни слова в этом мире не смогут утешить тебя. А если и утешат, то это будут именно его слова. Я же не могу дать твоей душе спокойствия, как бы этого не хотела. Другое же дело, что ты отвечаешь откровенностью на откровенность. Я все еще вижу, как ты сомневаешься, как тень ложится на твое лицо, но первый шаг сделан. Занавес открыт. Кто выйдет на сцену следующим?
- Может быть закажем кальян? - я спрашиваю тебя с надеждой, что ты переносишь дым. Я спрашиваю тебя потому, что на мой взгляд за этим процессом разговор идет легче, непринужденнее. Расслабленное тело и разум позволяют раскрыться. А я хочу, чтобы ты раскрылась. Думаю, надо как-то дать тебе понять,что мне можно доверять. Только как?
- У нас с Джей тоже все не просто, - произношу я, цепляясь за твои предыдущие слова о молодом человеке. Мысленно же я думаю о том, что с Симон не может быть просто, ведь пытаться быть с ней рядом это как пытаться приручить дьявола быть человеком. Почти невозможно. Она ранит. Каждый день и каждый час. Не только меня - себя тоже.
Готова ли я рассказать об этом Анжи?
Да, если хочу получить ее доверие.

+1

10

Запоздало ощущаю освещающую пустоту внутри себя. Высказавшись, я облегчила свое существование на сегодня, освободила часть души от тянущего вниз, на дно груза. Маэстро, с тебя последний аккорд. Коверный, закрывай сцену черным занавесом с позолоченной тусклой лентой на углу. Грустная растерянная улыбка угадывается в уголках губ, но я держусь от ее обличающего распространения.
- Не за что, - разве можно принимать благодарность за ту боль, которую переживаешь.
Думать так эгоистично, увы. Но такова скорбь. Она вешает на твои глаза шторы, как те самые приспособления, которые не дают лошадям смотреть по сторонам. И кроме мысленных картин о том, как раньше ты была счастлива, ты не видишь ни-че-го.
Идея Мори отвлекает своей неожиданностью. Я меняюсь в лице, смотрю на нее искренне удивленно. Без негатива или яркого согласия, чистым ошеломлением. Пожимаю плечами, одновременно физически скидывая моральное желание обнять себя за плечи.
- Почему нет? – нажимаю на кнопку в центре стола, и пока к нам не дошли гермесы этого гостеприимного клуба, интересуюсь у Дени: - какой вкус тебе нравится?
- Вишня. Я люблю вишню. Но вообще это не слишком принципиально.
Вуаля, и официанта тут как тут. Принимает заказ на двоих и услужливо интересуется:
- Все ложи свободны, кроме рубиновой. Для двоих могу посоветовать обсидиановую ложу и нефритовую.
- Обсидиановая подойдет идеально.
- Желаете занять ложу сразу?
- Да, - киваю и смотрю на Рича, который все это время стрелял глазками парнишке за столиком на другой стороне vip-зоны, - мне кажется, что вам пора уединиться. Мы с Мори уже, - улыбаюсь парню игриво и почти вызывающе.
Пусть на утро обо мне появится еще один слух. Чем больше их, тем мне спокойнее. Раньше я хранила свою репутацию незапятнанной для отца, а сейчас пряталась в ворохе желтой прессы, словно ослабленный зверек в уютной теплой норке.
Нахожу на сидении рядом с собой клатч, поднимаюсь на ноги и жду, когда девушка последует моему примеру. Дени встает рядом и я протягиваю ей руку. Это происходит само собой. Я хочу быть ранена сегодня, ранена ею и сама даю еще один рычаг на меня. Сознательно снимаю тактильный барьер, чтобы она одними своими маленькими пальчиками могла коснуться моего сердца и увидеть, как кожа покроется пеплом, пропитает поры запахом гари.
Мы идем за нашей проводницей в мир табачных эфиров, шустро, несмотря на каблуки. Я держу Мори крепко, но нежно, намеренно замедляясь на поворотах и закрывая собой от встречного потока. Мы проходим весь клуб насквозь, что оказаться в самой тихой его части. Пикает карточка об электронный замок, дверь открывается и автоматически включается тусклый точечный свет, рассеивающий темноту в черных эбонитовых тонах мебели и утвари. В центре круглого бархатного дивана стоял низкий столик. Линия света проходила над спинкой дивана, на потолке было воссоздан кусок звездного полотна, еще немного света добавляла зеркальная поверхность стола.
- Благодарю, - отпускаю девушку, которая обещает прислать кальянщика в ближайшее время, - дальше мы сами.
- Ну как тебе? – наклоняю голову, опираясь рукой на дверной косяк, пропускаю Мори войти первой. Ее белизна станет еще одним светлым пятном в поглощающей атмосфере.
Черный цвет как ничто иное подходит моей душе. В темноте я прячусь и не вижу собственного уродства. Темнота скрадет и сделает взгляд Мори  в мою сторону не таким болезненно тяжелым, а тяжесть слов потеряется, пока будет искать меня. Даже если я говорю, что готова к пытке, не значит, что я не боюсь боли. Это не изменилось, боли я боялась, так же отчаянно как и всегда.
Мы оказываемся внутри, я подкладываю под бок две подушки-думки и опираюсь на них.
- Мне кажется, это даже хорошо, что мы остались вдвоем. Для меня до сих пор остается загадкой, что ты в итоге думаешь по поводу того, что случилось в день нашего знакомства. Вы тогда уже встречались с Джей? – произнести ее имя сложно, я пробираюсь сквозь себя и тупые края воспоминаний, что ранят больнее, чем тонкие и острые.
Если окажетесь на моем месте, поймете, как такое возможно, а пока.. Наслаждайтесь блаженством неведающих.
- И если да… То, что тебе стало известно,.. имело какие-то последствия для вас?
Мы вернулись к теме последствий. Я ухватилась за это слово еще на прошлом месте нашей беседы, но оно.. однозначно подходит только для встреч тет-а-тет. Может быть стоит рассказать ей о последствиях, которыми одарила Симон меня? [STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-18 00:26:42)

+1

11

Не прячь глаза отвернувшись, даже если в них пусто.

Анжи реагирует на моё предложение неожиданным согласием. Не то чтобы я была сильно удивлена, но это оказалось приятно. К тому же возможность пойти и покурить кальян означала возможность уединиться, поговорить тет-а-тет. Смешно, но сейчас эта возможность нужна была нам не для того, чтобы натворить чего-то безрассудного и безпринципного в общепринятом смысле этого слова. Я просто хотела проникнуться Арандо и с нетерпением ждала этой возможности. К тому же с самого начала вечера мне казалось, что ей есть что сказать мне.
Это так, Анжи?
Когда моя сегодняшняя спутница на вечер задает мне вопрос, я вздрагиваю и выплываю из мыслей столь же резко, сколь в них провалилась. Голову кружит от предвкушения чего-то неизведанного, словно я готовлюсь бросится в какой-то омут, окунуться во что-то неизведанной и возможно даже опасное. Легко облизываю губы и ровным голосом произношу:
- Вишня. Я люблю вишню. Но вообще это не слишком принципиально.
Если не будет вишни, я переживу это с легкостью. Точно так же подойдет мята, шоколад, яблоко или даже земляника. Хотя после фотосессии в Фелисити у меня сложные отношения с земляникой. С шоколадом, надо признаться, тоже. Когда ощущаешь чего-то настолько много, то волей не волей тебя начинает тошнить от переизбытка. Так случилось и со мной. Я даже представила, как внутренне содрогнусь, если кальян будет со вкусом земляники в шоколаде. Это было бы убийственное для меня комбо.
Я позволяю тебе самой выяснять подробности, когда официант материализуется около нас словно из воздуха, пытаясь угодить двум блондинкам, которые выжидательно смотрят на него, одним взглядом намекая, что хотят все самое лучшее. Ведь правда, Анжи?
Я подымаюсь следом за Арандо и когда ее рука касается моей, я доверчиво вкладываю свою ладонь в ее и делаю шаг вперед. У Анжи нежная, мягкая кожа и я ощущая себя рядом с ней уверенно. Будто бы я защищена. Словно я под ее опекой. Мне нравятся люди с которыми я могу чувствовать себя уютно и комфортно. Чувствовать себя так, словно я куда очень долго шла, а потом наконец-то достигла пункта назначения. Анжи была именно такой - девушка, рядом с которой уютно и не хочется никуда спешить.
Когда мы идем держась за руки я инстинктивно чувствую, а затем и слышу, как у нас за спиной щелкает затвор фотоаппарата. Отрешенно думаю что-то вроде "суки", но не оборачиваясь иду дальше, прокладывая свой путь шаг за шагом. Сейчас она моя путеводная звезда и я не собьюсь с курса, не сверну с пути и не отпряну в сторону. На самом деле мне не важно будут ли завтра кричать таблоиды о том, что у Анжи Арандо отношения с молоденькой моделью из агенства Дивин. А то, что нам могут приписать подобные отношения я не сомневаюсь. Это не вина репутации Анжи. Это вина моей репутации. Эуто следствие моего романа с Джей, который уже успели засветить в некоторых изданиях. Теперь я не удивлюсь, если каждой девушке с которой я буду где-то замечена припишут какие-то отношения со мной, а меня назовут ветреной и юной малышкой. Подобные мысли не вызывают у меня ничего кроме усмешки. Пусть говорят. Сплетни только подогревают интерес ко мне, делая мое личико более продаваемым. Что же касается моей репутации - я не сделала ничего, за что меня реально можно было бы казнить.
- Отлично, - я открываю рот только тогда, когда мы остаемся наедине - мне тут нравится, - уверенно прохожу внутрь ложи, оглядываясь по сторонам, а затем перевожу взгляд на потолок, любуясь имитацией звездного неба. Ни капли не раздумывая я падаю на диван, раскинув руки в разные стороны. Белые волосы контрастно ложатся на черное, выделяя меня в темноте комнаты, определяя мое местоположение. Если бы не белизна моих волос и моей кожи, я могла бы спрятаться во мраке этого помещения, раствориться в нем. Люблю черный - самый идеальный цвет.
Я вздрагиваю, услышав имя Джей, но не удивляюсь. Я на подсознательном уровне знала, чувствовала, что мы идем сюда именно из-за нее. Скидываю с себя туфли и сажусь на диване, поджав под себя ноги. Неосознанно закусываю губу и кручу кольца на своих пальцах.
- У нас тогда был сложный период в отношениях, - я вздыхаю и явственно ощущаю, как что-то внутри меня замерзает, покрываясь инеем, - мы не общались, - констатирую факт, - но это не избавило от ревности. Нас обоих. И я за это поплатилась, - не уверена, что я смогу когда-либо озвучить, как именно я за это поплатилась, но тем не менее слова срываются с губ раньше, чем я успеваю это понять, а сказанного не вернешь. Щеки заливает румянцем, а руки неосознанно начинают дрожать. Как бы я не сопротивлялась воспоминаниям, я помню нож в ее руках и свои связанные руки. Помню.
- Я думаю, что даже если бы я не увидела вас тогда... Все сложилось бы точно так же. Это было просто еще одним испытанием на нашем пути друг к другу. Наверное. - Я не могу быть ни в чем уверенна. Особенно учитывая то, что так до конца и не поняла, кем являются друг другу Анжи и Джей и что между ними стоит. Единственное, что мне было известно - во взгляде обоих я легко могла прочитать ненависть и презрение, но почему же тогда это вызвало ревность?
Я должна разобраться.
Помоги мне, Анжи.
- Завтра о нас могут придумать сплетни, - я перевожу тему, потому что к нам входит кальянщик, чтобы обеспечить тем, за чем мы сюда и явились, - тебя это не беспокоит? - мне интересно знать твое мнение на этот счет, потому я и задаю этот вопрос, надеясь услышать ответ.
Темнота располагает нас быть откровенными и по возможности искренними. Темнота позволяет скрыть часть эмоций, но раскрыть душу.

Отредактировано Denivel Simon (2016-07-18 03:12:16)

+1

12

Мну край подушки в пальцах, подражая кошке, но исторгаю из себя нервозность вместо положенного кошачьего блаженства. Девушка находит свою форму уюта, подгибает ноги и становится еще больше похожей на фарфоровую скульптуру. В какой-то момент она замирает, расслабленная и задумчивая, и я вижу звезду вблизи. Из той самой сказки Нила Геймона.
Музыка доносится лишь отголосками ритма, сбивая все биты в единую линию шума. Мы слушаем голоса друг друга, Мы наедине. И слов, и звуков становится недостаточно. Мы должны говорить, много, не останавливаясь, не дать тишине и отчаянию раздавить меня. Кажется, что девушка не договаривает. Куда делась недавние непосредственность и раскрепощение? Или мы просто обе говорим о том, что нас действительно волнует? И от того так спокойны.
- Сплетни – признак известности. Пусть лучше обо мне распространяются слухи, чем узнают правду, - расслабленно пожимаю плечами.
Затем говорю мысль, которую поняла на собственной побитой шкуре.
- Они занимаются этим только потому, что кто-то на это реагируют. Тебя это коснется в большей степени, в любом случае. Ты новое лицо фешн-индустрии, огромное не вспаханное поле для деятельности папарацци.
Намеренно возвращаюсь к ее недавним словам.
- В ссорах всегда виноваты двое. Так почему поплатилась только ты?
- Возможно, она поплатилась тоже. Но я не могу знать наверняка, что она думает на этот счет.
Киваю, ее ответ заставляет меня задуматься. Я размышляю всерьез, но лишь о том, в каком ключе задать следующий вопрос:
- А как поплатилась ты?
- Мне сложно об этом говорить, - она кусает губы, - если быть краткой, то это был физический... эм... процесс. Я не общалась с Джей и... она вышла из себя, - кратко подводит итог, - было больно.
Наклоняю голову на бок, чтобы осознать, не послышалось ли мне.
- Как это? Вы в отношениях, но она причинила тебе физическую боль, я все правильно поняла?
- Правильно, - слова даются Мори с трудом, - все так и было. Ну, если кратко.
- Почему? – вопрос вырывается раньше, чем я его осознаю.
Такой детский, наивный вопрос, протестующий против неправильности происходящего.
- Я люблю ее. По-настоящему и очень сильно... Возможно это не вполне здоровое чувство. Болезненное и ненормальное, но настоящее.
Сжимаю губы, боясь сказать снова что-то лишнее, срабатывает воспитание.
- Надеюсь, последствия ваших отношений не мешают тебе в работе. Хотя у меня есть все основания полагать, что она умеет скрывать... последствия...
[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-07-26 21:11:22)

+1

13

Я не заставляю кальян ждать меня - вдыхаю ароматный дым, пуская его в свои легкие, позволяя заполнить их, а потом медленно выдыхаю. Смотрю на Анжи сквозь эту молочную пелену, которая не скрывает нас друг от друга, но придает таинственности каждой из нас. Хотя, надо сказать, для меня в Арандо и без всего этого очень много тайн. Какой бы открытой она не казалась на первый взгляд, я уже поняла, что Анжи это девочка-загадка, девочка-тайна, девочка-шарада. Я не слишком люблю различные угадайки, но это именно тот случай, когда мне хочется влезть поглубже, узнать, что скрывается за привычной вежливой улыбкой кроме естественной боли по родным. В эту сторону я копать не буду - не хочу бередить то, что и без того никогда не заживет полноценно.
- Возможно, она поплатилась тоже. Но я не могу знать наверняка, что она думает на этот счет, - и это правда. Нам обоим пришлось сложно, но мне не суждено залезть в голову Джей и узнать, как она считает. По возможности мы стараемся упускать в наших разговорах события случившегося насилия. Незапланированного насилия. Настоящего насилия. Того, что угрожало моей жизни.
- Мне сложно об этом говорить, - я кусаю губы в ответ на вопрос Анжи и на секунду прикрываю глаза, болезненно ныряя в воспоминания, которые, я знаю точно, в подробностях я не решусь озвучить никогда. Но говорить об этом даже в общих чертах весьма болезненно и ощутимо. Это заставляет вспоминать, растворяться, чувствовать, вздрагивать, - если быть краткой, то это был физический... эм... процесс. Я не общалась с Джей и... она вышла из себя, - кратко подвожу итог тому, что произнесла, стараясь внести хоть какую-то ясность - было больно.
- Правильно, - слова даются мне с трудом, - все так и было. Ну, если кратко, - требуется определенная выдержка, чтобы признаться в таком человеку, с которым тебя до сегодняшней ночи связывали лишь деловые отношения и ничего более. Возможно какая-то отдаленная симпатия и была между нами с Анжи, но никогда раньше мы не откровенничали и не переходили на личности. Да и вообще никогда раньше я не открывала такие факты своей жизни человеку, который может использовать их против меня. Мне остается только надеяться, что Арандо никогда не поступит так со мной и взамен на мою откровенность ответит своей, ведь я же уверена - их с Джей что-то связывает.
Когда с губ моей ночной собеседницы скрывается искреннее и недоумевающее "почему?", я по какой-то причине не могу сдержать в себе улыбку - настолько откровенной и по-настоящему удивленной, даже немного протестующей выглядит Анжи в этот момент.
Хотела бы я сама знать, почему это произошло. Хотела бы я сама знать, почему даже не сопротивлялась, когда руки Джей творили со мной все те ужасные вещи, заставляя заливаться слезами и вскрикивать от боли. Хотя о чем я?
Я знаю ответ.
- Я люблю ее. По-настоящему и очень сильно... Возможно это не вполне здоровое чувство. Болезненное и ненормальное, но настоящее, - я не вру, не приукрашиваю, не мешкаю. Для меня это факт. Абсолютная истина. Единственный верный вариант ответа. Я люблю Джей.
- С работой все в порядке, - я отвечаю не раздумывая и предельно откровенно, - Джей знает, что мне важно оставаться идеальной для работы, - серьезно отвечаю, склоняя голову на бок, - хотя тогда она немного переборщила. Но уже все в порядке. Я выгляжу точно так же, если ты об этом, - а затем я цепляюсь за слова Арандо, вглядываясь в ее глаза через мутную пелену ароматного белесого тумана-дыма, - что значит твое "умеет скрывать последствия"?
На какое-то мгновение сердце в груди замирает, я в нетерпении царапаю ногтями обивку дивана, стараясь делать это не слишком явственно, не слишком выдавать свое напряжение, которое завладело мной без остатка.
- Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

+1

14

Владельцем клуба был мой хороший друг, и приходя в "Dubstep" я могла рассчитывать на идеальную возможность отдохнуть. От папарацци он застраховать не мог, от грязных предложений случайных встречных так же, но каждая деталь и акцент интерьера, на прямую связанные с удовольствием, были сложены так же идеально, как черный узор на резной шахте золотого цвета. Из высоченного кальяна выходило две трубки, и мы с Мори могли курить в том ритме, который нам нравилась, не мешая друг другу.
Наверное, все дело в том, как сознание привыкло реагировать на кальян. Все вокруг сглаживалось, смягчалось и по большому счету не имело значения. С каждым вдохом моя поза больше напоминала свободное неподвижное раскачивание на поверхности воды. Выдыхаемый дым безапиляционно запрещал, отрезал даже намек на желание, закрашивал светлым непрозрачным все мои рефлекторные желания свернуться калачиком тут же и разреветься от понимания, что в центре нашего разговора поставлен человек, которого я ненавижу всеми фибрами души. Сейчас мне кажется, что тогда была не я или это был просто снятый каким-то чокнутым режиссером фильм, сниматься в котором у меня даже желания не спросили… Где-то далеко, в миллиардах световых лет, в прошлом, мое сердце кричало о том, что так нельзя, что так неправильно. Что нельзя, запрещено, и настоящая дикость причинять боль тем, кто любит тебя, потому что любовь делает нас безрукими, безголосыми и теряющими волю к сопротивлению. Наши любимые становятся нашими ночными богами  с ликами гипнотизирующей Луны, они ведут нас сквозь ночи и дни, а мы идем за ними, забывая о сне, отдыхе и возможности быть счастливыми где-то, кроме как у их ног. 
- Да, если бы я, как твой работодатель, увидела на тебе ее «воздействие», мы бы не смогли работать. Фотомонтаж это бесспорное чудо нашего времени, но не до такой степени. Не исключено, что я бы потребовала от «Divin» возвращение гонорара и возмещение упущенной выгоды от отсутствие материла для брендбука. Это бизнес, ты же понимаешь, - улыбка, которая выглядит как расслабленная и бессмысленная одновременно, - ничего лично против тебя я не имею.
Так же как кальян сближал нас, Джей Симон разводила нас на стороны огромной пропасти.
Я пристально разглядывала Мори и не понимала, что сказать этой девочке. Я даже не понимала, что должна к ней испытывать:  ненависть за соучастие, о котором та даже не подозревала... Презрение за сделанный выбор? Жалость за то, что она пережила то же, что и я?
Нет, сочувствия и сопереживания не будет. Снежинка сказала, что она сабмиссив. Значит, сознательно вручила свою жизнь в руку Симон. Сознательно приняла роль игрушки и абсолютно все последствия: и те, которые были известны мне и те, что я отгоняла от самого факта осознания, предчувствуя отвращение и ужас.
И неважно, сколько ей лет, семнадцать или тридцать пять. Никто не решит за тебя твою жизнь. Никто не изменит прошлого. Как вовремя она задает свой вопрос, словно улавливает подходящий момент для наступательного маневра.
- Наверняка есть немало вещей, о которых я знаю, но не знаешь ты, - усмехаюсь привычной маской железной леди, так проще переживать воспоминания, - или ты о Джей?
Она затягивает в себя дым длинным вдохом, и не спешит отрываться от столь приятного мероприятия. Молчание – знак согласия, не так ли?
- То, что между нами был сек, ты знаешь, - концентрируюсь на ее личике, хочу увидеть и распознать как можно больше оттенков эмоций, - и в каком ключе все это происходит, ты тоже можешь представить, - поворачиваюсь на бок, подкладываю еще одну подушку под голову, не разрывая контакт. - Только меня нельзя назвать сабмиссив. И если быть откровенной до конца, это больше походило на изнасилование, чем на секс без видимого согласия. И этом я тебя не удивлю, - все ее эмоции принадлежат только мне, я хочу знать, что она почувствует, когда узнает все до конца, - и встретив ее снова, мне бы тоже глупо удивляться. Если бы до этого, - обрываюсь, горло сковывает мысленный ошейник, которого я не ждала, не здесь и не сейчас, - если бы до этого я не подобрала ее в каком-то промышленном районе и не спасла жизнь в прямом смысле. Я не могу понять только этого… Каким нужно быть человеком, чтобы отплатить за такой поступок, за который я ничего от нее даже не просила, отплатить таким бесчеловечным образом? Глядя мне в глаза?![STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

+1

15

Атмосфера между нами скользит и меняется, перетекая из одного состояния в другое, от одной эмоции к следующей. Я ощущаю, как над нами сгущаются тучи, как разделяющий нас сизый туман становится плотнее и, кажется, даже холодит кожу. В какой-то момент мне кажется, что в моих глазах мелькает отчаяние, но потом я стараюсь взять себя в руки, хотя это сложно. К тому же абсолютно непонятно, насколько мне хватит выдержки и сил говорить о себе и Джей в таком ключе, слышать о себе такие отзывы и слова, которые режут воздух между нами, минуя дым, а затем втыкаются мне в сердце острыми кусками не то что игл, а скорее арматуры. Я понимаю, что Анжи права в ее словах и что у нее есть право, чтобы говорить такие вещи обо мне и о работе. Заказчик всегда прав, в конце концов. Ну или почти всегда.
Но помимо рабочего момента меня сбивает с ног ее отношение ко мне, как к человеку. И ее, судя по всему, невозможность понять разницу между тем, как быть сабмиссивом и тем, когда тебя действительно насилуют. Потому что если понимать разницу, то откуда тогда такая ледяная колкость? Я могу ошибаться, но, кажется, во взгляде Анжи возможно прочитать что-то типа «ты сама выбрала свой путь». И Анжи права. Но не  совсем. Не во всем. Я никогда не хотела, чтобы все зашло так далеко. Я никогда не думала и даже представить не могла, что это в принципе возможно. Если бы у Симон не было отклонений и раздвоения личности, наши отношения сложились бы иначе. Если бы она была обычным человеком. Если бы в ее жизни было меньше трагедий, то и мне бы не пришлось стать участницей одной из них. Слишком много «если».
И если свои секреты я могла поведать Арандо, потому что это мой личный крест и мои скелеты в шкафу, то о секретах Джей я должна молчать. И не важно как я при этом буду выглядеть и какое мнение обо мне можно будет сложить. Рука легко дрожит, но я не выпускаю из пальцев трубку, легко смыкая вокруг нее свои губы, втягивая в себя как можно больше дыма, а затем выпускаю его на свободу, позволяя раствориться в воздухе, слиться с другими клубами дыма. Стоит Арандо произнести, озвучить факт, что между ней и Джей был секс, как меня словно током бьет, хотя это уже не новость. Хотя это было до меня. Симон имела право спать с кем хочет, когда хочет, сколько хочет. Это логично. Это адекватно.Но тогда почему в голову все равно лезет картинка того, как они при этом смотрелись? Почему я представляю как руки Джей скользили по телу Анжи?
И даже когда Арандо озвучивает факт того, что по сути это был не секс, а изнасилование, я не перестаю давиться непонятной, абсурдной ревностью. Напротив, я ревную только сильнее. Это ненормально, я это понимаю, но все равно испытываю. При этом у меня нет отвращения или отторжения к Анжи. Я просто абсолютно по-детски и глупо думаю о том, какого хрена Джей испытывает желание обладать не только по отношению ко мне. Несправедливая обида таится в моей душе и логикой тут не поможешь.Однако следующие слова моей ночной собеседницы не дают мне просмаковать обиду, а просто сбрасывают с обрыва в пропасть. Пропасть эмоций, ощущений, осознания. Уверена, вид у меня такой, словно я получила пощечину. Но удивление длится недолго, потом приходит осознание - это Джей. Джей могла поступить как угодно.Каким нужно быть человеком, спрашивает меня Анжи, и я отвечаю, не колеблясь, не раздумывая:
- Монстром.
Все предельно просто и ясно. Абсолютно. Не вызывает сомнений. Джей чудовище. Я всегда об этом знала, даже в те моменты, когда не готова была признаться самой себе. Джей руководствуется каким-то собственными, извращенными принципами, видит мир через призму своих жизненных трудностей, отметая моральные и общечеловеческие ценности. Ее реальность это словно отражение в кривом зеркале. Но даже не смотря на это знание, мне больно осознавать насколько она иногда бесчеловечна. И потому я понимаю – у Анжи есть право и все основания презирать и ненавидеть Джей.
- Извини, ты этого не заслуживаешь, - я не знаю, что можно еще сказать, а потому просто кусаю губы, - Джей есть за что ненавидеть. Особенно тебе. Но это не мешает мне ее любить, - минуту подумав, я добавляю, - к сожалению.
На самом деле я не знаю, насколько сильно сожалею о своей любви к ней и уместно ли вообще сожалеть, когда кого-то любишь. Потому я ложусь на диван и сворачиваюсь на нем клубочком, не выпуская из рук трубку от кальяна.
- Есть ли смысл говорить, что она изменилась и больше никого не тронет? – я не могу рассказать, почему я это знаю. Не могу объяснить, что одна ее личность наконец взяла верх над другой и теперь опасность грозит разве что мне.

+1

16

Как же я давно хотела сказать эти слова! Они копились на дне моей души, собирались каплями боли, из незаживающей ранки на сердце. Такой маленькой и вроде бы незаметной, и от этого еще более опасной. Каждый раз, когда мое сердце трогали в том месте, я с удивлением ощущала тянущую боль, чем-то похожую на зубную. Наверно так и есть. Если бы у моего сердца были зубы, оно болело именно так. Мучениями, к которым не привыкнешь и которые невозможно терпеть.
Я смотрю в глаза Мори, а говорю так, как будто передо мной Симон. Как будто через хрупкое фарфоровое тельце чувства и эмоции могут пройти радиоволнами и достигнуть слуховых отделов мозга высокой худощавой блондинки. И если не повлиять на нее, то хотя бы задуматься на секунду, краткое мгновение о том, что между нами все могло случиться иначе. Намного лучше и счастливее...
Ее ответ в одно слово летит в меня разрывной пулей. Лаконичное признание бьет ментальные щиты,  и я вздрагиваю вслед за девушкой. Вздрагиваю, потому что вздрагивает она.
"Монстром, монстром, монстром!" - повторяет эхом боль, которую я выпустила наружу.
Эта пересмешница делает круг по периметру темной ложи, бьется в стены огромными черными крыльями, не найдя выход, счастливо возвращается ко мне, так как будто мы с ней сроднились, и она уже не могла без меня.
"Монстром!" - повторяю про себя, смакую признание маленькой девочки, но мои мысли против воли обращаются к совершенно другому человеку. К тому, чей взгляд я привыкла ощущать со спины,  в области шейных позвонков. Прозрение заставляет меня опрометчиво вжаться в спинку дивана, попадая в новую ловушку - шоковое головокружение. Под действием кальяна теряется не только необходимость помнить о плохом, но и власть над собственным телом. Это плата за скольжение на поверхности жизни, за временное возможность парить над всеми горестями мира.
Малышка тем временем по-своему воспринимает мои реакции. Боль имеет свойство делать нас слабыми, бессильными держать маски и социальные барьеры, она обнажает и делает настоящими.
Я смотрела на маленькую девочку, которую поймали за чем-то очень нехорошим. И маленькая девочка осознает то, что ее обличили, и признает вину, и даже готовится принять наказание. Ей страшно и плохо, страх и осознание сковали по рукам и ногам, она боится наказания, но ей ничего не остается делать, как просить прощения. Все маленькие девочкм просят прощения, надеясь на милость родителей и их любовь. Только я не ее родитель. И буду вести себя с ней не как родитель.
Я даю ей договорить. Даю право высказать не только извинения, но и объяснения, которые я воспринимаю как оправдание. Глупое бессмысленное оправдание. Полюби Мори живого Фреди Крюгера, я бы не приняла эти слова. Это ее право. Ее выбор. И кто я такая, чтобы запрещать ей любить?
Не отвечаю, непроизвольная бессильная улыбка мешает отреагировать. Но лучше я буду улыбаться, чем зло рассмеюсь в лицо маленькой беспомощной девочки, которая по собственной воле возложила на плечи неподъемную ношу. Она подается гнету и обнимает себя, опускаясь на сиденье всем телом. Мори повержена, но этого мало, мне мало. Отбрасывают подушки за себя, рушу еще одно препятствие между нами, подтягиваюсь на руках и разворачиваю на спину.
- Монстры не меняются. Человек может стать монстром, но монстр человеком - никогда. И это неважно, не имеет значения. Сейчас неважно. Слишком поздно, чтобы быть важным. Я хочу знать другое. Когда ты поняла, что любишь ее? Что это именно любовь?
- Это, наверное, прозвучит пафосно,... но когда человек занимает все твои мысли. когда каждое твое действие, каждый твой вздох посвящен только ему... Что это, если не любовь? Когда ты видишь, как он ошибается, падает, делает неправильные выводы, но не бежишь от него, а напротив, торопишься на встречу - думаю, это и значит любить.
Ласковыми неторопливыми движениями убираю волосы с личика и пожираю взглядом ее эмоции.
- Тогда никогда не извиняйся. Не ты должна просить у меня прощения, а она. Но мы обе знаем, что этого не будет. Каждая по своим причинам, но да.. От тебя я бы хотела услышать совершенно другое. Пообещай мне только одно, и я постараюсь отстраниться от того, что через тебя она становится нестерпимо ближе.
- Что я должна пообещать? - взгляд глаза в глаза, - скажи же, Анжи.
Я позволяю себе непозволительную роскошь - обнимаю ее лицо ладонями, чтобы она не посмела отвернуться, принимая от меня единственное, что могу ей дать:
- Ты должна пообещать мне выжить. Никому, даже той, кого любишь, ты не позволишь себя убить. Иначе я никогда не прощу себя.
[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]

Отредактировано Ange Arando (2016-08-06 22:15:33)

+1

17

Вот тебе план. Можешь идти - не подведет
В нём адреса, кто за тобой и наоборот.
Вот тебе жизнь. Если опять кто-то умрет -
Всем докажи, маленькой девочке снова везет.


Я бы согласилась с тобой в другой ситуации. Я бы обреченно кивнула на твои слова о том, что человек может стать монстром, а монстр человеком - нет. Но не сейчас. Не в этом случае. Я не могу согласиться. Не потому, что люблю Джей, а потому что знаю - в ней живут два человека. Один из них правда монстр, не знающий ни любви, ни тоски, ни жалости. Точнее Джей искренне думала, что испытывает все это. Джей искренне думала, что именно эти чувства толкают ее на те поступки, которые она совершала.
Она ошибалась.
Я ошибалась вместе с ней.
Я знаю, что ее жизнь испортили. Отравили с самого начала. И видимо дурные гены и характер взяли свое. Вместо того, чтобы стать сильнее и жить с этим, Джей поступила иначе. Она правда стала сильнее, но решила мстить. Она мстила осознанно и неосознанно. Она желала обладать и быть единственной. Она была самым искренним и непревзойденным эгоистом, которого я видела.
Джей не ценила жизнь, играла со смертью, бегая по лезвию ножа туда-сюда, одновременно мечтая и сорваться, и вымолить у судьбы еще пару мгновений для этой безумной жизни.
И я точно знаю, Джей не сожалела ни о чем из того, что сделала. И именно это делает ее настоящим чудовищем. Монстром. Отсутствие осознания своей вины. Гордость за то, что она делает.
Девушка, в которую я влюбилась, обожала причинять боль и делать людей несчастными, словно питаясь этим. Девушка, в которую я влюбилась, всегда играла с огнем. Девушка, в которую я влюбилась, презирала правила и забивала на приличия. Стоит спросить, почему я влюбилась? Но я и сама не знаю ответ на этот вопрос. Но в Джей было столько харизмы, сексуальности и чистой энергии. К тому же Джей гений. Талант. И я искренне и неистово обожаю это в ней.
Я легко поддаюсь, когда Анжи переворачивает меня на спину, заставляя приобрести ту позу, которая удобна ей для этого разговора. Я не против. Мне тоже нужен контакт.
- Это, наверное, прозвучит пафосно... но когда человек занимает все твои мысли. когда каждое твое действие, каждый твой вздох посвещен только ему... что это, если не любовь? когда ты видишь, как он ошибается, падает, делает неправильные выводы, но не бежишь от него, а напротив, торопишься на встречу - думаю, это и значит любить, - я отвечаю на вопрос Анжи спустя пару минут раздумий, неловко складывая слова в предложения и пытаясь объяснить, показать своими словами, насколько это было неожиданно для меня самой. И рассказать насколько это сильные чувства, накрывающие меня с головой и качающие на своих неспокойных, штормящих волнах.
Нежный пальцы Арандо касаются моего лица, откидывают с него непослушные белоснежные пряди. Когда я кожей чувствую шелковистость подушечек палец Анжи, то на секунду прикрываю глаза - почти невесомые, заботливые прикосновения. Анжи делает шаг на встречу и я открываюсь ей больше. Смотрю во все глаза на нее, словно говоря "давай, ныряй ко мне в душу. Я покажу тебе все, что захочешь". Я чувствую, как сложно это дается малышке, потому что я для нее и правда связующее звено с Джей. Проклятая девочка, объединяющая с дьяволом. Девочка, которая не дает забыть о случившемся.
И я вся обращаюсь в слух, когда Арандо снова начинает говорить. Каждое слово больно ранит сердце, заставляя его кровоточить. Не важно, что Анжи старается не осуждать меня - все равно больно. И я по-настоящему удивляюсь ее выносливости, крепости ее духа, силе ее души. Она не ставит на мне клеймо, хотя могла бы. Она не отправляет меня прочь.
Она понимает мою любовь. И принимает ее.
Меня искренне поражает, что Анжи не удивляет тот факт, как можно любить такого человека, как Джей (либо она хорошо делает вид, что ее это не удивляет). И когда Арандо просит меня дать ей обещание, я нетерпеливо спрашиваю:
- Что я должна пообещать? - взгляд глаза в глаза, - скажи же, Анжи.
Теплые ладони малышки с чуть подрагивающими изящными пальцами ложатся на мое лицо, обхватывая, обнимая его, заставляя меня смотреть ей в глаза. Я не смогу отвернуться, даже если захочу. Я не смогу этого сделать даже не потому, что руки Арандо не дадут мне этого сделать, а потому что ее душа требует от меня этого. Я чувствую. Без слов. На эмоциях. Так просто и тяжело одновременно. В какой-то момент мне кажется, что Анжи перетекает меня, а я возвращаюсь в нее. В какой-то момент мы становимся частями единого организма, которым друг без друга тяжело дышать. Совсем недолго, но я чувствую это - поразительное единение.
Дрожь сотрясает мое тело в тот момент, когда Арандо озвучивает свою мысль, облачает ее в слова, посылает ее мне импульсами и взглядом. Я широко раскрываю глаза, хотя мне хотелось бы их прикрыть.
Я снова возвращаюсь в первое апреля, когда то, о чем просит Анжи, чуть не случилось.
- Обещаю, - отвечаю я, а глаза предательски наполняются слезами, выдавая меня с потрохами, окончательно оголяя мою душу, оставляя меня обнаженной и уязвимой, - Я справлюсь.
И в этот раз я не вру. Я правда думаю о том, что не позволю еще раз провести меня по краю. Я думаю, что больше Джей не удастся заставить меня умолять о смерти, прости о ней, как о освобождении. Не в этой жизни.
Мне кажется, или Анжи видит сквозь зеркало моих глаз мою боль? Мне кажется, или Анжи, сама того не зная, переживает вместе со мной часть тех страданий, которые мне достались? Мне кажется, или Анжи осознает, что один раз я уже была на волосок от смерти в руках Джей?
Потому я говорю так, словно она понимает:
- Этого больше не повториться.

Отредактировано Denivel Simon (2016-08-01 21:56:00)

+1

18

Код:
<!--HTML--><center><object width="357" height="30"><param name="movie" value="http://embed.pleer.com/small/track?id=B2u4qhBhmf8x5B1brj&t=black"></param><embed src="http://embed.pleer.com/small/track?id=B2u4qhBhmf8x5B1brj&t=black" type="application/x-shockwave-flash" width="357" height="30"></embed></object></center>

[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA]
Я ждала ответа так, как будто от этого зависела моя жизнь. В действительности я почувствовала себя живой, впервые за долгое время жадно жаждущей чего-то. На несколько секунд я обрела настоящую, стоящую цель, не требующая бесконечных усилий держать уголки губ в положении "up" или носить амбиции нестерпимыми масками. Давно я не ощущала "хочу", только "должна". Я затаила дыхание в ожидании, пропускаю ее дрожь сквозь себя.
- Обещаю. Я справлюсь.
Мгновение эйфории пролетает, как и любое другое мгновение – мгновенно. Разрешаю себе выпустить воздух, а вместе с воздухом на нет сходит, исчезает, растворяется во тьме прозрение, возрожденное состояние. Взгляд тухнет, я не спешу одеться в лицемерие обратно.
Мори не выдаст и не предаст мою пустоту. Единственное настоящее состояние, доступное после января. Я впитываю страх Мори, ее боль, отчаяние, ужас и потрясение. Всё то, что не расскажешь в гримерке, попивая отборный офисный латте. Вряд ли она с кем-то обсуждала сложные периоды в личной жизни и Джей. Иначе последняя давно была за решеткой, а я не получила отменные фото для нового брендбука. Я беру все, что маленькая девочка может дать, беззвучно шевелю губами, считаю слезинки, которые текут из красивых израненных глаз, спрятанных за цветными линзами. Но всего этого мало, чтобы заполнить пустоту внутри.
Я умерла вместе с Эйме, но продолжаю дышать, говорить и передвигать ноги на встречу будущему. Так устроен мир. Я была одна, одиночеством называлась бездонная пустота под кожей, и я не пожелала бы пережить такое даже врагу. А тем более маленькой снежинке. Тем более, я понимала ее ситуацию, как никто другой. Я была такой же, как она. Жертвой.
И была сейчас мертва лишь потому, что никто не объяснил, что нужно выжить. А заставлять себя жить или пойти навстречу протянутой тебе руки помощи – слишком далекие друг для друга вещи.
Беря с нее обещание, я не понимала, КАК выжить. Как сделать так, чтобы ей снова захотелось смеяться, с чистотой и детской непосредственностью, истинной свободой живого здорового человека.
- Этого больше не повториться.
И после ее фразы, обличающей и пронизывающей могильным холодом, думать о «потом» не было ни сил, ни желания. Зрачки расширяются от осознания, расширяются до размеров внутренней вселенной из пустоты, плечи бессильно опускаются, но я не в силах не отвести глаз, ни отодвинуться. Оказываюсь в ловушке из собственной целеустремленности, но даже после это ментального землетрясения, лицо остается таким же холодным и неподвижным. Реагируют только зрачки, чистыми рефлексами, от которых не избавиться. Повторяю за Мори эхом.
- Не повторится, - эхом, которое умеет ненавидеть, - я почти верю тебе на слово,
Я не хочу спрашивать подробностей. Не сейчас. Это слишком даже для пустоты, в глубинах которой так нравилось плавать моему сердцу, без необходимости чувствовать что-то. Все происходящее становится слишком близко к моей истории. Слишком похоже.
- Не двигайся, - говорю и поднимаюсь над ней, выпрямляю спину, а перед глазами встает самая запомнившаяся картинка из воспоминаний о квартире в Greenhaven.
Упрямо свожу брови.  Наше с Шоном прошлое не помешает жить настоящим. Я неистово сопротивлялась и буду сопротивляться его безумию. Я его жертва, но,.. ни он, ни все горести мира не сломают меня. Ничто не способно сломать меня, после него и Марко. Шон закалил меня, дал испробовать все азы сопротивления на нем, а убийца моей семьи отточил навыки и приказал жить. Я полностью, до последней разгрызенной чужой жестокостью косточки, торчащей из горла вены и слизанных со скул слез, отдаюсь любви к моему преследователю. Одно его рядом присутствие изымало из внутренних раскопок стойкость по крупицам, а темное желание принадлежать ему будоражила и разгоняла застоявшуюся кровь. Без него я бы не прожила и дня больше, но безропотно повиноваться его внутреннему чудовищу я не желала. И сейчас я хотела передать этот опыт той, кому он был жизненно необходим. И это без преувеличений.
Внутренний монолог обрывается, когда я нахожу в косметичке то, что искала. Сначала проделываю задуманное с собой, покусываю губы, пока самая яркая реакция организма доходит до короткой стадии эйфории, обращаюсь к фарфоровой куколке:
- Дай левую руку, - а когда она выполняет требуемой, закрываю ладонью инструмент проводимого ритуала.
Второй укол случается легче, чем первый. Адреналин придал ясности мыслям и поставленной цели.
Откладываю на столик ножницы для кутикулы, в то время как Денивел предсказуемо подносит руку к лицу, оттопыривая мизинчик. Я подношу туда же свой палец, с так же выступившей каплями крови.
- Ты пообещала, что выживешь, - сцепляю наши пальцы, смешивая кровь, - ты скрепляешь клятву кровью. Теперь у тебя нет пути назад. Если будет стоять вопрос, ты или она, ты обязана выбрать свою жизнь.
Расцепляю пальцы, преодолеваю ее сопротивление. Маленькая девочка то ли поняла смысл, то ли просто не хочет оставаться одна, но смешания крови мало. Касаюсь раненным местом ее губ, выводя происходящее на новый уровень, чтобы она ощутила вкус ритуала. Уверена, что она поступит так же.

Отредактировано Ange Arando (2016-08-11 17:49:57)

+3

19

Быть жертвой.
Наполовину сознательно, наполовину неосознанно. Случайно слиться с этой ролью воедино, чувствовать себя в ней так комфортно, словно именно для этого и была создана. Словно именно для этого мое сердце и начало биться. Словно именно из-за этого оно когда-то замрет и остановиться навсегда.После пережитого мной я еще больше уверилась в том, что ненормальная. Потому что нормальный человек не захотел бы ничего общего иметь с тем, кто пытался его убить. Я же осталась рядом с Джей. По какой причине?
Просто для меня был и есть гораздо важнее тот факт, что она не старалась сделать больно моей душе, не пыталась дотянуться до нее и вырвать из тела, чтобы потом медленно сжимать в своих пальцах, глядя на то, как свои дни доживает моя бесчувственная, покалеченная оболочка. Напротив, Джей хотела подарить мне спасение. Не из добрых побуждений, конечно, но…Она хотела прекратить наши страдания раз и навсегда, пусть даже столь изощренным способом. Она не собиралась пить мою кровь день ото дня, растягивая акт мести на долгие годы. Она не собиралась смотреть за тем, как час за часом, сутки за сутками, неделя за неделей мой взгляд бы стал опустошенным, а душа пустой. Вместо этого она хотела просто выместить на мне свою злость и подарить билет в один конец.
Когда я вижу, как глаза Анжи оживают, наполняются осознанием, пониманием чудовищности того, что это уже почти случилось, что она почти опоздала, я вздрагиваю всем телом. Я делаю это неосознанно, рефлекторно, повинуясь мгновенным чувствам. Ее взгляд будоражит меня, пробуждает, и в какое-то мгновение я вижу, что и моя история вдыхает в нее жизнь. Ненадолго, но этого хватило, чтобы сорвать с ее лица безразличие, скрытое за дежурной приветливостью. Своей откровенностью я добилась того, чего хотела – я видела настоящую Анжи. Я видела ее душу сквозь глаза, хоть до сих пор по сути ничего о ней не знала. Не знала, но смогла прикоснуться.И когда крошка говорит не двигаться, я повинуюсь. Повинуюсь потому что поражена неожиданной близостью. Повинуюсь, потому что все мое существо хочет повиноваться в этот момент. Я не задаю вопросов. Джей научила меня, когда не стоит их задавать. Я умею быть податливой, умею растворяться и раскрываться. И потому получив следующую команду от Арандо, без раздумий подаю ей свою руку – держи, я доверяю.
От неожиданности я срываюсь на тихий томный всхлип, когда чувствую легкий, болезненный укол. Это чувство взрывается в моей голове красными всполохами, туманящими сознание. Сердце подпрыгивает в груди, словно делая сальто, а потом начинает биться где-то в горле. Я делаю глубокий вздох, пытаясь успокоить себя и одновременно с этим подношу палец к лицу, чтобы увидеть на нем маленькую капельку алой крови.Я не успеваю спросить, зачем Арандо это сделала – она прикладывает свой палец к моему, смешивая нашу кровь, связывая нас прочными, вечными красными нитями судьбы. В какое-то мгновение я даже забываю, как дышать. Настолько сильно по мне бьет ощущение того, что я посвящена в тайну. Ощущение такое, словно я сосуд, который сейчас не опустошили, а наполнили до верху, до отказа и я захлебываюсь в своих эмоциях.
- Я выберу жизнь, - произношу одними губами, а ощущение в этот момент такое, словно я предаю Джей. Словно я действительно этим самым спасаю свою жизнь и подвожу черту под ее. И если еще минуту назад я чувствовала себя наполненной, то сейчас чувство такое, что меня опустошили, осушили одним глотком.И когда палец Анжи касается моих губ, я чувствую, как дрожь волной накрывает все тело, заставляя меня точно так же потянуться к ней. Уже непонятно, где и чья кровь. Да это и не важно. Немного приоткрываю ротик, чтобы впустить палец Арандо внутрь ровно на полфаланги, чтобы пройтись по кровавому следу языком и прочувствовать нашу клятву на вкус. В ответ я жду того же. Той же смиренности и покорности, готовности не только подчинить, но и покориться.
- Тогда обещай, что не оставишь меня. Как бы ни было тяжело. И тебе. И мне.

+1

20

Но я отдаю тебе ключи от города,
Город не пережил блокаду.

И Мори откликается, отзывается, бьется в мои двери волнами ночного прилива, прилива требующего и мощного. Я слышу ее громкое сбитое дыхание шумом воды в ушной раковине, то отдаляющийся, то приближающийся. Она говорит ровно то, что она должна сказать.
Оставляю ее попытку пробиться без ответа. Прячу взгляд под веками ненадолго, концентрируясь на вкусе крови. Не моей и не ее. Это новая кровь, которой до этого момента не существовало на свете, становится материальным воплощением тех обещаний, которые не проходят даром для клятводавцев. 
Ритуалы формируют в наших Вселенных зачатки черных дыр, способных затянуть в себя нас целиком, если нарушить слово. Слишком уж много энергии тратится на изменение судьбы. Небесная канцелярия увидит, запишет и направит на конвейер жизни всё, даже если слова сказаны вскользь или в шутку, что уж говорить о намеренно заключенных контрактах с Машиной Воздаяния. Кровь, которой мы обменялись, назначила озвученной договоренности высший приоритет.
- Я обещаю.
Слова застревают в горле нехорошим предчувствием, действием, которое обязательно случится, но подсознание специально ставит слепое пятно на данном кусочке будущего, мешая сработать предвидению.
- Все будет хорошо, верь мне. Ты справишься, - говорю тихо, почти шепотом.
Потому что издавать какие-либо звуки сейчас значило призвать слабость и слезы, дать им разрешение наброситься и потопить. Мы отпускаем руки друг друга, мы снова два айсберга в Северо-Ледовитом океане, которые столкнулись ненадолго по воле ветра и течений, задуманных мудрой природой, и снова разошлись, чтобы дрейфовать каждый своей траекторией.
Руки сами собой оказываются на ее теле.
- Любимые не умирают, они живут в нас.
Я не хочу отдаляться, не хочу снова ощущать беспощадное течение времени, уносящий дальше как от Эйме, так и самой жизни. Обнимаю ее за талию и опускаюсь на сидение рядом. Прижимаюсь к белой девочке крепче, чем прижимаю ее к себе. Нет слов, чтобы описать внутренний шторм, пришедший вместе с ответным обещание. Казалось, отпусти сейчас я Мори, меня бы унесло в пустоту, в другую реальность, к злой Гингеме или Белой Королеве.
Но даже взаимные прикосновения не спасают от неизбежного; от усталости и неровного потрясения, взаимного откровения. Ничто не случается даром. Ничто не проходит бесследно. Вместе и вместо пустоты приходит дрема, поглощающая нас с Дени, обеих, превращая, если не в спящих принцесс, то в сестер по летаргическому сну, полному кошмаров и воспоминаний из прошлого.
- Могла бы и меня ради приличия пригласить! –  слишком звонкий для нашей вязкой, наполненной эхом дымной расслабленности, вырывает нас обеих из гробовой неги.
Вместе с голосом к нам становятся ближе свет, звуки и вибрации клубной реальности, внешнего мира.  Я знаю этот голос, но инерция прижимает Мори крепче за меня, и мы вздрагиваем одной дрожью, когда Фил плюхается на диван с моей стороны. Он бесцеремонен, нагловат и безалаберен, но это не мешает ему быть нашим спасителем. Он спасает от нас самих.
- Я тоже хочу, - к звонкости прибавляется отработанная сотнями повторений нужная толика жалобности и обиды, - я, понимаешь ли, пахал весь день, а она без меня, тут!!...
Я слишком далека от представлений, что он имеет ввиду, под «хочу», «без меня» и «тут», волей неволей сталкиваюсь взглядом с Мори, но тут же, против воли теряю контакт. Фил поднимает до вертикального положения и критически осматривает.
- Нормальная, даже странно...
Интересно, что он хотел увидеть?
- И чем это вы тут тогда занимались? - он заглядывает за мое плечо, - а, это ты, жертва клубники.
Хмурюсь, его выражение вызывает внутренний резонанс, хотя он в такой фривольной неоднозначной форме называет снежинку с фотосесссии. Наверно, все дело в новом соотношении Мори и понятия «жертва», диком ужасном открытии, тайне, которая так неожиданно объединила нас... Я хочу ее защищать, но у меня нет сил защитить даже себя от манипуляций Фила.
Дверь открывается снова, отвлекая парня от новой взбалмошной фразы, в проеме появляется официант:
- Желаете продлить?
Неужели наши два часа владения черным раем прошли.
- Да нет, мы продолжим уже дома.
- Запишу на ваш счет, - продолжает стаф и деликатно оставляет нас, позволяя если не прийти в себя, то с достоинством покинуть ложу.
- Помаши клубничке ручкой, папочка забирает свою девочку домой, - Фил не говорит, мурлычет, наслаждаясь временным положением биг-босса.
Пытаюсь проморгаться, состыковать два столь разных ощущения - от Мори и Фила, щурусь. но к своему удивлению делаю, как он говорит:
- Это была прекрасная ночь. Спасибо, что разделила ее со мной.
Несколько минут, пока я не оказываюсь к привычном красном кабриолете, в привычной позе прижимаясь к Филу, как будто пропадают. Они исчезают, прогорая в ненасытном, безумном пламени осознания. Нас со снежинкой объединила не только Симон. На каждой из нас было клеймо жертвы. У каждой из нас был свой собственный монстр. Горячо любимый, желанный монстр, чье влияние ощущалось в том, как мы смотрели, говорили или дышали. Но в отличие от Дени, я осталась в тени, скрывая истинную метку на горле. Я предала ее в тот момент, когда требовала от нее принести клятву, потому что знала, что не смогу ее сдержать. У меня была одна только мысль, когда мы скрепляли клятву кровавой печатью. теперь Эйме будет жить еще в одном человеке. Она проживет еще одну жизнь, она прорастет еще в одном поколении.
И ради ее бессмертия я готова была обманывать столько раз сколько смогу.
Эйме никогда не умрет.
Эйме будет жить вечно.[STA]черное солнце[/STA] [AVA]http://funkyimg.com/i/2dzsP.jpg[/AVA] http://funkyimg.com/i/26Lp5.png
Город становится облаками
Пеплом и порохом…

Пеплом и порохом.

Отредактировано Ange Arando (2016-08-11 20:08:33)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » meng-âmok ‡- грохот барабанов может убивать -