Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » вот кому-то и 17 лет


вот кому-то и 17 лет

Сообщений 21 страница 22 из 22

21

- Успокойся. - Твёрдым спокойным голосом, может быть, чуть резче, чем следовало. Он потянул Кенни за плечи, вынуждая перебраться через свою ногу и сесть перед собой. Притянул мальчика к себе плотнее и полуобнял ногами, натягивая на плечи обоих огромную широкую шкуру, обнимая руками по животу, заключая в этакий кокон.
- Ты всё правильно сделал. - Тихо нашептывая в ухо, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции чрезмерно впечатлившегося юноши. - Я бы тоже так сделал - схватил бы любую вещь, которая могла бы стать оружием самозащиты. Это же сон, там мы немного иные. И ведь я сам насадился на него. Не ты воткнул нож, не ты. - Легкий поцелуй в висок, и Мортен закрыл глаза, вжимая в себя Кенни сильнее. На губах художника заиграла улыбка. - Ты, похоже, не заметил этого. Но раз мы, судя по всему, разделили на двоих один и тот же сон, то не волнуйся. Ты же не знаешь, что ощущал я. Как и я, тот я не до конца понимал тебя. Это же самый настоящий подарок, что мы смогли оказаться вместе в одном кошмаре, в другой реальности. Не находишь, что в словах безумца-Харона была истина? - Швед улыбался уже шире, показывая зубы. Одна рука его тяжело поднялась на грудь Кенни, смакуя и пересчитывая рёбра, другая медленно прошлась к паху. Длинные пальцы погладили "уснувший" член Кенни, затем сжали мошонку, задерживаясь в таком положении, поперекатывали яички и вновь прошлись по уже откликнувшемуся, проснувшемуся органу. Юноша и сам уже наверняка почувствовал, как в его поясницу очень явно утыкается член его мужчины.
- Это всё так возбуждает. - Охрипшим низким голосом просипел Мортен и поцеловал выступающие косточки плечевого пояса, продолжая блуждать руками по любимому телу. - В этом-то и наша разница. Ты слишком чист и светел, я же слишком тёмный для тебя. - Всё более хриплым голосом, словно тягучий горький мёд, в перерывах между поцелуями и прикусываниями плеч, шеи, мочки откушенного в кошмаре уха. - Ты вовсе не погубил. Ты лишь не дал мне внести тебя в свой шедевр - ты был самым главным фрагментом создававшейся очень долгое время картины. И я был последними её штрихами, так что убив тебя, я бы убил и себя, дорисовав свой самый настоящий и единственный, как я считал, шедевр. - Мортен нежно поцеловал висок подростка, втянул носом аромат его спутанных волос. Умопомрачительный запах - смешение мужского шампуня, волос, тела, пота и секса. Он обожал запах Кеннета и готов был вдыхать его бесконечно, словно одержимый. - Ты действительно моя самая настоящая одержимость, Кеннет. И в кошмаре эта одержимость оказалась слишком чистой, без примесей иных составляющих личности, по большей части сдерживающих. Ты же знаешь, кто такой мистер Хайд. Так и Харон - мой внутренний мистер Хайд, только он состоит не из чистого зла, а из чистой похоти, безумия, жестокости и страсти. Слишком болезненной страсти. И мне это нравится. Может быть, когда-нибудь понравится и тебе, если рано или поздно ты не испугаешься меня, когда начнёшь узнавать всё ближе и ближе, окунаясь в мою Тьму. - Это лишь малые слова, которые могут описать то, кем был Мортен-Харон, то, что они чувствовали. Наметки, чтобы Кенни хотя бы немного понял. Нет смысла всё объяснять. Нет смысла в очень многих словах. Всё это лишь оболочка, которая окажется верной лишь на четверть, потому что в отношении серьезных вещей, когда дело касалось самого себя, Мортен говорил загадками либо путал показания, открывая лишь малую долю, которая из сказанных слов в сознании людей рисовала подчас совершенно неверный психологический портрет. И в этом была его коварная задумка. Каждый поймёт и прочувствует то, что ему надо, они будут искать и, может быть, найдут настоящего Мортена. А принимать его или нет, это уже их решение. В этом и смысл психологии взаимоотношений.
- Не волнуйся, я ушёл из той реальности счастливый, как никогда, хоть и с привкусом боли и чувства предательства. Но в самый последний момент я был рад, что ты сбежал. Забавный механизм - человек. На мгновение рассудок стал чист, как никогда, и я порадовался, что ты сбежал. А потом ощутил злорадство, что ты остался один. И вновь окутался счастьем от почти законченной картины и предвкушения увидеть тебя в другой реальности. - Он говорил медленно, перемежая свои слова ласками и поцелуями. - И ведь увидел. И даже больше. Вот мы здесь. Вместе. Принадлежим друг другу.

Отредактировано Mårten Åkesson (2016-07-25 18:37:18)

+1

22

Успокаивающий голос мужчины раздался как никогда вовремя. Кенни притих, повинуясь ему, глубоко выдыхая. Все сны казались ему очень живыми, а даже после пробуждения яркость эмоций и ощущений практически не спадала, будто бы это был не сон, а реально произошедшие в его жизни события. Можно ли на полном серьёзе считать такую жуть благодатью? Безусловно, попасть с любимым человеком в одну вселенную сновидений – удивительно и увлекательно, но… Интересно, если бы несчастным погибшим маньяком оказался не Мортен, а кто-то другой, вообще неизвестный незнакомец, подростку было бы легче?
- Частично была, - всё же согласился Кенни, снова проигрывая обрывки сна у себя в голове, как киноплёнку. Обычно он старался не обращать внимания на то, что ему снилось, и довольно быстро забывал и кошмары, и приятные воспоминания, если они не были связаны с чем-то действительно ему дорогим. Подумаешь, всего лишь ночные галлюцинации! Не всё ли равно, что там нарисовало неадекватное сознание? Но этот сон парень, разумеется, забыть не мог. Этот сон был действительно важен. Не смахивал он на банальные игры разума и воображения. Чёрт знает, что за фигня произошла – путешествие в параллельную реальность, портал в другой мир… Не важно, что это за место, важно то, что они там были. Оба. На самом деле были. Всего лишь одну ночь, хотя казалось, что минимум одну неделю, они оба там были.
Юноша, вероятно, ещё подумал бы о самом феномене произошедшего, но руки Мо, настойчиво ласкающие обнажённое тело, переводили мысли и вообще внимание в совершенно иное русло. Кенни даже не задумался, насколько уместным может быть подобное физическое желание после обсуждения совместного ночного кошмара. Несмотря на все чудачества, он всё ещё был подростком, в котором яростно бушевали гормоны, а Мортен был его любимым мужчиной, которому никакого труда не стоило пробудить в любовнике сексуальное возбуждение.
Светлый… тёмный… шедевр… мысли расплылись в голове, как бензин в луже, оставляя лишь отдалённо напоминающий связные предложения след. Руки возлюбленного скользили, словно оплетая Кенни паутиной, словно Мортен превратился в плотоядного гигантского паука, как в песни The Cure, и с успокаивающим шёпотом вознамерился полакомиться жертвой. И жертва не возражала. Разве можно назвать Колфилда хоть в каком-нибудь ключе чистым или светлым? Разве он сам не покрыт тёмными пятнами с ног до головы?
Если Роберт Стивенсон и пытался что-то показать своим произведением, так это двойственность человеческой личности. В каждом из нас живёт свой мистер Хайд. Наверняка он живёт и в подростке, притаился тихонечко, ещё не торопится обрести контроль. Но он существует.
- Не испугаюсь, - проговорил Кенни, пытаясь поймать сбившееся от пленительного тактильного контакта дыхание, и улыбнулся, слегка запрокидывая голову, - конечно, не испугаюсь… Я ничего не боюсь рядом с тобой, Мортен. Мне ничего не страшно, - и ведь он не лукавил. Даже если бы швед сейчас действительно превратился в гигантского паука, парень воспринял бы это как нечто само собой разумеющееся, без страха и упрёка. Будто так и должно быть.
Мортен был прав, как всегда прав – они принадлежат друг другу. Даже если бы рука мужчины поднялась выше, к горлу пацана, и сильные пальцы сдавили тонкую шею – Кенни бы не испугался. Он был готов пойти за своим любимым человеком куда угодно, и не только в прямом смысле, как в обветшалый дом или чужую страну. В смысле, намного более глубоком, в огонь, в воду, в медные трубы, в полёт, в пропасть, в счастье, в страдание, в безумие, во тьму… куда бы ни позвал его за собой Мо, Кенни шагнёт, прыгнет, нырнёт, окунётся вслед за ним. В самую бесконечность. Всегда.
Он резко развернулся и набросился на мужчину со страстным поцелуем, доверчиво прижимаясь к его телу. Они принадлежат друг другу.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » вот кому-то и 17 лет