Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Grey Night


Grey Night

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

бар "Gelyx"| конец июля|  поздний вечер

Lykourgos Karras | Evie Morel
http://s2.uploads.ru/t/1OkFN.jpg http://sd.uploads.ru/t/62xMV.png

The night will make us gray...
And we will meet without any light or darkness
.

0

2

Ликургос редко выпивал, но были два бара, в которые он захаживал каждую неделю. Опять же два раза в свои собственные плавающие выходные. Колоритный ирландский и этот с пафосным названием, хотя ничего особенного в нём Каррас не находил, разве что здесь наливали отменную метаксу, и можно было почувствовать себя на какие-то мгновения дома. Пусть и очень-очень сомнительно.
В "Рио" грек не пил из принципа - на рабочем-то месте - хотя и мог спокойно опрокинуть в себя стопочку водки или порцию виски после смены, но по утрам он предпочитал иные жидкости, более полезные для организма - обычную негазированную воду, которую и таскал с собой всегда в бутылке.
И вот вроде можно расслабиться, так как на работу только завтра, вкусить всю красоту и полноценность жизни, но мужчине было откровенно скучно. Впрочем, как и всегда. На заднем фоне играла какая-то музыка, в которую он даже не пытался вслушиваться, вокруг стоял тихий шелест чужих разговоров, от которых закладывало уши, стоило обратить на него внимание. Локоть правой руки то и дело кто-нибудь случайно толкал - сел-то за стойку, хоть и ближе к углу, чтобы никто не мешался да и самому, чтобы не маячить широкоплечей глыбой посредине - и сей неприятный контакт то и дело нервировал, распаляя внутреннего зверя. Но Каррас воспитывал его, поэтому терпел, контролировал и при каждом внутреннем рыке производил дыхательные упражнения - глубокие и медленные вдохи-выдохи. Помогало. При этом он рисовал маленькой карманной авторучкой в безбожно помятой и обглоданной тетради, которую носил обычно так же в кармане джинс или косухи, сложив её несколько раз. Привычка ещё с войны - отвлекать себя набросками для возможно будущей резьбы по дереву. Сейчас же он обдумывал композицию для жука-скоробея, которого уже набросал, и ввиду того, что ничего не шло на ум - воображение будто бы уснуло напрочь - водил чёрной ручкой туда-сюда по уже отрисованным деталям, делая жука толще и зловеще, рискуя и вовсе всё испортить. Пальцами левой руки, которой удерживал тетрадь-мученицу, Каррас периодически обхватывал рюмку с метаксой и катал её по лаковой поверхности барной стойки, концентрируясь на производимом звуке. Он-то его привлекал куда сильнее, чем всё окружающее.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-19 01:25:40)

+1

3

Dark-Ambient Archives [mixed session]

look

http://insecrets.ru/wp-content/uploads/2015/07/Koves-3.jpg

В бар с солнечным названием Эви вошла с одним из тех своих настроений, которые считались по внутреннему личностному рейтингу психолога самыми неприятными.

Это не меланхолия и не хандра, это скорее совокупность не совсем позитивных факторов, которые по-своему играют важные роли в жизни каждого из нас. Что-то вроде «держался изо всех сил, пока жизнь хуячила по голове, но разрыдался над нечаянно сломанной вафелькой». Этот афоризм Морель услышала на второй по плану утренней встрече от давнего клиента с навязчивой идеей вуайеризма и сабмиссива.  Клиента, не забывающего масляно изучать блеклым серым взглядом одного из видных политиков города – узнаваемым взглядом, к слову, ведь он смотрел сотни раз с экранов ТВ, планшетов, ноутбуков, телефонов на всех жителей Сакраменто – линию бедер и колен под строгой выкройкой брюк кареглазого сексолога. Такой житейской откровенности Эви удивилась – она была свойственна скорее прогрессивной молодежи, нежели сильным мира сего. В конце сеанса сенатор в очередной раз в последний момент удержал руки на месте – уже на быстром пересмотре записи после его ухода Морель видела, как подрагивали старческие пальцы, тянущиеся к ее ягодицам вроде как незаметно, пока она сама отвернулась за какой-то бумагой.

Швейцар-вышибала с массивными плечами в идеально выглаженном костюме на входе поприветствовал завсегдатая «Gelyx» прикладыванием двух пальцев к виску – он давно наблюдал за этой женщиной, иногда придерживал для нее дверцу такси, пока каждый раз новый спутник переговаривался с водителем. Эта молчаливая персона была ему интересна – хотя бы тем, что, не смотря на не совсем приличествующее femme поведение, все равно оставалась некой загадкой среди похожих друг на друга огромными солнечными очками и губами уточкой девиц с выбеленными краской и жарким солнцем Си-Менто длинными волосами.
На пороге она споткнулась носочками новых старых туфель одного малоизвестного бренда о внезапной «найденный» острый край металла наличника и едва не влетела в косяк. Выпрямилась. Выдохнула. Это не вафелька - но что-то очень близко. Расклад дня: машина в ремонте – какой-то недоразвитый мудак с тщательно задавленными комплексами по размерам самооценки и хера под откровенно гейской прической и визитной карточкой топ-менеджера автомобильного концерна врезался в бок ее Хонды, не страшно – но запарно в плане ремонта, на неделю максимум она осталась без колес; на банковский счет пришло очередное перечисление в размере пары десятков тысяч долларов, как всегда «благодетель» пожелал остаться неизвестным, а ее попытки хоть что-то разузнать наталкивались на недоумение в лицах менеджеров а-ля «Дамочка, вам радоваться нужно, у вас щедрый тайный поклонник!»… и, наконец, сегодняшние результаты занятий - у сенатора наметился прогресс после ее банального предложения переговорить с третьей любовницей на следующей встрече, а вот у экзальтированного редактора модного журнала все по-прежнему оставалось хреново – она упорно не желала отказываться от своих фантазий, в которых мучила помощницу с завидным постоянством, которому бы позавидовал бы сам де Сад. Вроде бы все решаемо – но нет. Не без лишнего напряжения мозгового вещества. Жаль, что не только в работе.
Ее спасет текила. И сеанс с Голосом.

Да, сегодня Эви решила не следовать тому принципу Охоты, который она обычно проповедовала для этого места с настойчивостью убежденного фанатика. Нет. Она планирует хорошенько накатить перед тем, как вернуться в шоколадно-сливочную пастораль своей квартиры. Можно пить янтарную терпкую и обжигающую сладость и дома, в уютной клетке четырех стен, но ей пока что нужно основательно отвлечься.

О чем он говорил в последнем сеансе с ней? Сосредоточься, Морель… Ее бедра в подоле платья три четверти плавно качаются по направлению к стойке, каблуки неприлично звонко отмеряют шаги. Поразительно. Она воспринимает бас, который увлажняет уже первыми густыми нотками низ живота, но не помнит ни единой конкретики. Словно они перебрасывались словами ни о чем, как фехтовальщики первыми финтами перед серьезным боем.

И только вступая в циклические круги света от навесных ламп, которые здесь играли центровую ноту антуража, смешивали тени и придавали им округлые формы, кареглазая молодая женщина внимательно смотрит на уже знакомый силуэт полубоком и понимает, что Он… тоже здесь. Бармену, вскинувшему к ней лицо, Эви подает привычный знак – и парень без вопросов и слащавой улыбки кивает, да, он в курсе, что она пьет и как она пьет. Высокая и массивная прозрачная  стопка  на две трети заполняется жидким золотом. Ставится рядом с похожей, но пустой.  Конически вытянутая тень от причудливого цилиндрического абажура лежит на самом краешке светлого листа тетради, в которой Ликаргос что-то чертит и прекращает, как только еще одна полумрачная завеса закрывает уже весь лист целиком.

- Добрый вечер, мистер Каррас. Позволите?..  – Этот неловкий детский сад вроде «Ой, а вы тоже тут бываете?», «Как я рада встретить вас в этом местечке» или что еще хуже «Не ожидала, что мы увидимся здесь» пусть останется для молоденьких девиц, не переборовших пубертатные комплексы и десять лет спустя школьных расстройств и переживаний. Он здесь, пьет, отдыхает – судя по рисовательному досугу. Она тоже здесь и с такой же целью, разве что вместо тетради у нее в голове голоса текущего дня и яркие фразы а-ля «… входя до конца, понимаете? Почему я должен щадить ее? Нет, я хочу полное проникновение, я хочу трахать ее, а не сношать пуританские выходки под одеялом…» Да. Такое требовалось смыть, сгладить, сложить на полочку памяти и убрать подальше, до следующего сеанса с господином сенатором. Она на мгновение усмехается, и отблеск этой самой белозубой улыбки отражается в стекле подносимой к губам стопки. Терпко и остро. Долька лайма. Хорошо. – Только не подумайте, что я вас преследую.

Отредактировано Evie Morel (2016-08-18 20:48:11)

+1

4

Очередной медленный глоток, и очередное ласковое обжигающее тепло разливается по телу, а ликёрная рюмка опускается обратно на лаковую стойку, продолжая вытанцовывать неаккуратные узоры благодаря грубым пальцам, сжимающим её упругие бёдра в агрессивном объятии.
Маленькая карманная авторучка производит очередной штрих и несколько резко отрывается от измученной поверхности бумаги как раз в тот момент, когда он чувствует чужое присутствие, понимая, что дамочка подсела непросто так.
Вальяжно, словно делая одолжение, Каррас поворачивает голову к предполагаемой собеседнице, может быть, даже спутнице на эту ночь. Чем черт не шутит.
Привычно прищуренный взгляд натыкается на томные выразительные карие глаза, подёрнутые поволокой. Или так только показалось? Совершенно непринуждённо на мгновение опускается в декольте, явно рассчитанное на коварные игры с развитием воображения якобы приличных джентльменов, а заодно и на тренировку контроля над вожделением у похотливых засранцев, прячущихся за данной учтивой маской. И возвращается обратно, словно собирается утонуть в ответном дерзком взгляде, на обманчивый миг позволяя почувствовать женщине власть.
Усмешка на усмешку. Он моргает. Ещё одно мгновение. Пробуждается узнавание.
- Добрый вечер, мисс. - Более низким, чем обычно голосом - вчера и сегодня он слишком много курил.
Хоо, это же та самая сексологиня. Чертовски манящая своими кошачьими, едва уловимыми жестами и собственной аурой, затягивающей в себя, словно трясина потерявшего бдительность путника. А он слишком осмотрительный путник. Но и он после сеанса то и дело возвращался мыслями к этой женщине, несмотря на то, что практически не уделил ей явного внимания, обойдясь профессиональной привычкой сбора едва заметной информации. В этом и был сам Каррас - холодный и крепкий, словно сталь, способный на слишком страстные, убийственно острые поцелуи и пронзающие, дробящие объятия. И собранные данные распаляли желание препарировать, вскрыть её непременно нежную бледную кожу, под которой она спряталась, словно за шелками своей безупречной элегантной одежды, изрезать, обработать все мельчайшие детали, узнать нужна ли дальнейшая обработка или это и есть идеальное готовое произведение искусства, а не очередная заготовка для задуманных эскизов.
Ожерелье из пурпурно-зелёных отпечатков вокруг тонкой лебединой шеи смотрелось бы безупречно. Как и рельефные узоры по всему телу, оставленные стамеской. Интересно, она берёза, сосна или красное дерево? Мягкая порода, легко поддающаяся воздействию и столь же легко превращающаяся в брак из-за прикладывания большей силы или случайной осечки, а если идеальна, то способная со временем покоробиться и потемнеть? Предпочитающая ни к чему не обязывающие редкие авантюры по-крупному мягкая хвойная со своим вздорным характером поперёк годичных колец? Или всё-таки твёрдая порода, самая сложная в обработке, с которой всегда есть риск сломать инструмент или получить травму даже при нажатии?
Хм, она явно загадка с такой-то профессией и стоит ли ему пытаться разгадать ей? Хотя бы просто из интереса.
Что она тогда спросила? Что-то очень личное. Хм. Ах да, заберёт ли он согласную на всё женщину в свою Тьму или сохранит её психику? Ха.
- Хм, я бы предпочёл тогда, чтобы у вас была снайперская винтовка ну или хотя бы нож. - Он коротко усмехнулся в ответ и прищурил свой заинтересованный взгляд сильнее. Поднёс ко рту рюмку и сделал ещё один глоток, втягивая ноздрями аромат Метаксы, а заодно и исходящий запах от женщины. Приятный запах, надо признать. Это Ликургос подметил ещё в их первую встречу несмотря на всё своё рычание. Возможно именно им она и заинтересовала. Ведь все мы животные.
От самого же Карраса веяло древесным шипровым одеколоном, крепким табаком, машинным маслом, натуральной кожей чуть потёртой косухи и самую малость его собственным потом.
- Позволите? - Копируя недавнюю интонацию, прошуршал он и, не разрывая зрительного контакта, подцепил пальцем дольку её лайма и отправил себе в рот с лёгкой надменной улыбкой.
- Вышли на охоту? Судя по всему, пока что неудачную. Или ваша цель - бывший убийца с садистскими наклонностями и тягой к прекрасному, считающий себя Тьмой во плоти? - Новая усмешка, и он не глядя сжал в кулаке несчастную тетрадочку с эскизами и спрятал в кармане расстёгнутой косухи.
И как его только пускают в этот пафосный бар каждый раз? Может быть, всё дело в некогда дорогих байкерских ботинках, повышенной волосатости и упругой заднице в классических джинсах? Ауры опасности и ощущения крепкой стены, ну или хотя бы острых ощущений в кабинке не менее пафосной уборной, больше похожей на будуар какой-нибудь европейской королевы? Многие дамочки, посещающие этот бар на постоянной основе, западают именно на таких, как он. И он такой здесь не единственный. Этакое развлечение и разнообразие для местного контингента. Что всегда забавляло Ликургоса, ведь местный контингент так же не прочь посетить и стриптиз-бар, в котором работает он. Видимо, эти мужчины, как те женщины - устают от идеальных элегантных красавиц в элегантном вечернем туалете, томящихся с бокалами мартини или чего покрепче, например, текилы?
- Вы непохожи на любительницу подобных мужчин, иначе бы уже давно узнали ответ на себе. - Намекая на её вопросы перед самым концом сеанса.
Кажется, сегодня он не будет скучать. Уж точно не ближайшие несколько минут.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-19 03:32:30)

+1

5

Sapphire – On The Dark Path (Original Mix)

Перед тем, как опустошить вторую по счету – из стандартных четырех – стопку крепко-сладкой текилы, которая на вкус отдавала то ли банальным медом, то ли разбитыми ванильными мечтами скучающих девиц за отдаленным, в глубине, столиком, Эви вернула Каррасу внимательный взгляд. Настроение повышалось прямо на глазах. Пришлось признать, что ей понравилось то, что он – не растерялся.
Да.
Многие, неожиданно встретив чужеродный зоне комфорта объект, с которым приходится встречаться едва ли не насильно, под гнетом собственных фантазий и условностей бытия, зачастую теряются и желают уйти от разговоров – это процентов шестьдесят по личным меркам Морель, еще двадцать ведут себя нарочито агрессивно, пытаясь вывести из себя самого сексолога.
Последние двадцать – или чуть меньше – словно не прочь продолжить забавные беседы за чашкой чая, стопкой облегченной серебром русской водки в лаунж-баре, примеркой бюстье в шопе или покупкой газеты в киоске возле дома. Ликургос по всей видимости относился к последним, да еще и за провокативные меры принялся, так сказать – перехватил ее инициативу.
"Когда смотришь в бездну – не забывай, что бездна смотрит на тебя в ответ.
Никогда не забывай об этом, Морель.
Особенно  - здесь и сейчас"

- Мои цели обычно носят исключительно дорогие деловые костюмы, - это кареглазая молодая женщина спокойно ответила, уже деликатно, но с видимым вкусом, дожевав присыпанный мелкими кристалликами соли лайм и оценив полуулыбкой исчезновение одного кусочка за губами мужчины. Крохотная салфетка коснулась ее собственных. В голове приятно и совсем легко зашумело – первый признак того, что организм наконец-то с прибытием внешнего алкогольного спецназа принялся за зачистку мозга, операция «Расслабиться и наслаждаться» вступила в действие. – Обсуждают Моне и последние биржевые сводки. Изучают профильные пакеты Австралии и Новой Зеландии. О. Иногда еще могут изобразить из себя эстетов и пригласить в оперу.
Она развернулась к нему полубоком, опираясь теперь светлым локотком о полированную, идеально чистую поверхность стойки. Округлые сферы груди вырисовывались под платьем особенно четко. К такому платью нижнее белье не полагалось, и сейчас Эви ощущала себя предельно комфортно, точно плавающей в мягкой ткани рыбкой.
- Но вы, мистер Каррас, вы сами – Хищник в ночи. Даже не пытайтесь возражать. Возможно, это я немного помешаю вашей Охоте…
В виске неприятно кольнуло от одной мысли о том, что возможно, последняя будет весьма успешна, и уйдет отсюда вышибала стриптиз-бара с какой-нибудь девчонкой, которая гораздо позже, беря в рот, будет смотреть преданно снизу вверх. Тщательно изображать удовольствие, восхищаясь брутальностью и той темнотой в этом мужчине, которую ей никогда, никогда постичь. Не ревность. Сожаление. То же самое, как выкинуть редкий деликатес с пикантным вкусом в мусорное ведро только из-за того, что он не всем нравится, и любитель появится только через какое-то время, взрастивший свои гастрономические изыски как раз для подобных экспериментов.
"Ты хотела бы быть этой женщиной, Эви? Той, которую он заберет, унесет с собой во Тьму, которой он причинит боль – и не малую.
И доставит наслаждение.
Равное силе разрушения."

- … Потому что в ближайшее время мне дано развлекать вас, пока не появится средней руки и способностей маклер из Центра или Капитолия. – Откровенно, как есть, может быть - с толикой поддразнивания. Они точно на миг опустили свое оружие, как фехтовальщики перед  долгим и затяжным боем. – Впрочем, свободные столики еще есть. – Намекающе на побег приподняла бровь, принимая третью стопку от бармена, тут же отошедшего к новым клиентам. Кажется, ей пора притормозить – но все обостряется с каждым новым глотком.
Особенно – его запах. Одеколон, табак, металлический привкус чего-то постороннего и теплый аромат кожи куртки, который таит под собой его собственный аромат тела, мужского и терпкого.
Что-то в нем цепляет и будоражит, манит не хуже пламени для мотылька. Собеседник кажется хитроумным ларцом, тайной комнатой, интереснейшим приспособлением, а Морель вдруг осознает, что ей безумно хочется овладеть всеми психологическими отмычками этого мира, чтобы откинуть крышку, люк, забрало, створку, герметичную дверь и погрузить по локоть руки в эту жидкую тьму, вступить в нее, позволить проникнуть в себя и одновременно познать самой.

+1

6

Ну да, всё верно. Она не похожа на скучающих ценительниц плохих мальчиков, одиноких избалованных дамочек, уставших от деловых мужчин в дорогих костюмах. Иначе бы они уже давно хорошенько трахнулись. Такую видную штучку Ликургос бы запомнил.
Он выслушал нежданную вторженку со всё тем же привычным прищуром глаз, на дне которых, однако, в искорках отсвета плескался некий азарт и интерес. Ликургос любил сильных женщин, таких сломить и подчинить куда интереснее, нежели изначально покорных пташек мягкой породы. Этакая спец миссия, задание сложнейшего уровня. Он любил изюминку, щепотку гонора, дольку непокорности, дающие вкупе возможность окунуть в свою Тьму полностью, утопить и насладиться переродившейся фурией, способной разделить его Тьму, впитать её в себя и вернуть сторицей. Она права - он хищник. Он зверь и любил зверства, но не пиршество над загнанной жертвой, а битву, сражение с достойным противником. Такой результат охоты для Карраса был самым желанным, но редко исполняемым. Даже загнанные сучки и покорные лани не давали ему и трети удовольствия, что уж говорить о том, что сам процесс охоты нередко срывался в самом начале, стоило ему выпустить свои клыки и оскалить зубы.
Она замялась прежде, чем продолжить про развлечения, на что мужчина едва заметно усмехнулся. Замечание про свободные столики он расценил, как её угрозу сбежать от него.
- Тогда, может, вам всё-таки стоит занять более удобную позицию за одним из таких столиков и не отпугивать потенциальных целей чужеродным субъектом в столь малом радиусе вашей досягаемости? - Поинтересовался он чугунным шёпотом, усмехаясь и приподнимая правую бровь с вызовом. - Это будет более разумное решение, вам так не кажется, мисс Морель? - Махнув не глядя бармену, чтобы повторил им обоим, Каррас наклонился чуть ниже к своей собеседнице. - А то ваши среднестатические заносчивые эстеты-маклеры сорвутся с крючка, завидев издалека альфа самца в вашей очаровательной компании, и решат, что вы уже оказались в его зубах проглоченной с потрохами. - Хищный оскал-улыбка, он впервые показал ей свои ровные зубы, кажущиеся на фоне смуглой кожи и густой чёрной растительности безупречно белоснежными, что на самом деле было не совсем так, ведь Ликургос курил, и эмаль имела слегка желтоватый оттенок. Не отвратительный, но и не привлекательный. Совершенно обычный для человека курящего и следящего за собой, но не фанатеющего различными отбеливаниями и прочей искусственной лабудой.
Взгляд снова, словно случайно, скользнул в игриво предоставленное его взору декольте с аппетитной округлой грудью, маняще прячущейся за черными тенями и дорогой тканью элегантного платья. Какая жалость, что эта штучка предпочитает более дорогие напитки, однако не факт, что более креплёные и качественные. Или это её игра, и, быть может, это уже он попал на её крючок? Ведь кто знает, что можно ожидать от всех этих мозгоправов-манипуляторов, а тем более по части секса, ведь она похоже знает всё о нём. Всё то, что он поверхностно рассказал их общему знакомому на совместных и невидимых сеансах. И это распаляло интерес хищника всё сильнее.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-24 21:03:18)

+1

7

Wardruna – Voluspa

- И правда. – На жест-намек Ликургоса бармен отреагировал весьма быстро, и вот уже еще один шот на подходе – как выстрел в голову. Контрольный. Освобождающий. И яркий как… как оргазм. – Альфа-самец. Но… - Она не стала отвлекаться на ломтик лайма – вкус текилы застыл патокой на нёбе - вскинула указательный палец и демонстративно призадумалась, точно подбирала нужные слова.

На дне ее карих глаз, слишком ярких в эти минуты для той, что привыкла держать все в себе, плескалось легкое опьянение вкупе с золотом азартного возбуждения. Так пресловутый, уже зацепленный в диалоге обоими, хищник предвкушает долгую и острую погоню. Ибо что такое смерть жертвы? В чем ее смысл? Не лучше ли насладиться агонией?..
В понимании Морель, с таковой агонии, с трепета и затаенного желания, интереса, любопытства, начался этот их разговор. Фехтовальщики обменялись приветствиями, и в ход пошли первые финты, точно они теперь пробуют силу друг друга, испытывают возможные пределы.

И это происходит в центре довольно пафосного бара, где чуть позже на миниатюрной сцене появится два афроамериканца – с саксофоном и хангом, где через час станет невозможно дышать от дорогой туалетной воды какого-нибудь воротилы с Уолл-Стрит, решившего сменить обрыдлевший деловитостью Нью-Йорк на солнечный Сакраменто, где бронзовая текила стоит гораздо дороже, чем в соседнем квартале… Они вдвоем были чужды этому миру, хотя все равно являлись его неотъемлемой частью - изнанка, неприкосновенная по меркам кармы города.

Потерев фалангой вскинутого точеного пальца кончик своего же носа, Эви вперила в Карраса пытливый взгляд фанатика. Она любила свою профессию вообще, но прямо сейчас была как борзая, спущенная с поводка. Это недопустимо – конечно же. Это неправильно. И тем не менее…

- Но кто сказал, что я настолько легкая добыча для вас? Вы ведь так и не ответили на мой вопрос. Где заканчивается для вас горизонт событий? – На столешнице чуть влажно посверкивал конденсат вокруг выставленных из холодильника бутылок, прозрачным потом искрился блестящий шейкер, отставленный за ненадобностью ловким парнем за стойкой – и все на расстоянии вытянутой руки. Морель не постеснялась вытянуть к высокому хрому и снять несколько капель, провести невидимую линию меж их локтями. – Не выбирайте выражения. Можете быть откровенным – это не для записи.

Какая-то часть ее разума, еще трезвая и привычно рассудительная, сейчас тихо охреневала с линии поведения сексолога. Ведь она открыто… цепляла его. Провоцировала на то ли продолжение сеанса – раз уж грек и сам не был против, это же очевидно! – то ли сами действия… горизонт событий для самой Эви был действительно безграничным.
Линия символично высыхала прямо на глазах, влага испарялась довольно быстро.

- Хотя нет. Дайте-ка лучше я попробую угадать… Вы ведь наверняка не раз разочаровывались в дамочках вроде меня, мистер Каррас. Или в тех посетительницах бара, где вы работаете… - Она мягко, даже деликатно придвинулась чуть ближе, чуть приглушила голос, и без того негромкий. На Ликургоса мог повеять свежий и одновременно чуть горьковатый аромат духов Эви - только что разломанный на части грейпфрут, политый золотистым медом, сливовой патокой. Последняя нотка принадлежала собственному запаху кареглазой.  – Каждый такой вечер охоты заканчивается для вас разочарованием, особенно, когда вы чувствуете давление… да. Темное давление. Разве не оно распирает вас каждый день изнутри? Я скажу больше – выбранные вами женщины сбегали едва ли не через полчаса… не выдерживали тяги и спуска пара. Все они – гордые, необъезженные самки в шипах и коже, - молодая женщина чуть насмешливо склонила голову к плечу, неуловимым кошачьим движением отвела мешающую прядь от виска за ухо, - уверенные в своей неотразимости, в своем терпении испытать и пройти до конца, пьющие русскую водку напоказ, с горла и без льда, изображающие дикую страсть и голод еще в стенах вашего бара… На сколько их хватает? Почему… - у нее вдруг пересохло горло. – Почему они в вашем представлении – и только они – могут быть любительницами? Вдруг они действительно… «любительницы», и до сих пор вам просто не встречались профессионалы?

Опьянение под гнетом приоткрытых эмоций отступало. Но азарт оставался, как и невнятная, не поддающаяся логическому объяснению злость – он лишил ее очередного пятничного удовольствия, он - тот, кто вдохновлял ее ночные исповеди под тканью тонкого белья пальцами Голосом в наушниках, – уже посмел вынести вердикт касательно вкусов Морель.

Ее очередь сделать знак бармену. И все же смягчиться, вновь возвращая внимание к греку.
- Прошу меня извинить. – Ленивая улыбка вроде бы смогла скрыть всколыхнувшийся пруд, омут темного начала, того, что восхищалось культом Реи-Кибелы. Кто она сейчас? Рея? Или все же Кибела?Я увлеклась. За мой счет. – Кивок на метаксу в стопке Ликургоса.

+1

8

- Судя по всему, вы сами. - Небрежно пожимая плечами и коварно улыбаясь правым уголком губ на реплику про лёгкую добычу, мужчина опрокинул в себя новую порцию греческого креплёного напитка. Похоже, он задел её за живое. Всколыхнул женскую гордость и профессионализм, а может быть и ещё что-то этакое, чего ему, как мужчине, а тем более едва знакомому, было неведомо.
Наблюдая за её гипнотизирующим жестом, Ликургос нахмурился. Возведённая стена в виде черты таяла, символизируя с её словами этакое разрешение действовать. Он-то поначалу вновь подумал о "работе" и несколько разозлился глубоко внутри. Раскрывать свои потаённые страсти, добровольно плюхаться своей задницей в кресло сексолога, оказавшись вместо пафосного дорогого бара на не менее дорогом сеансе? Ну уж нет, какие бы у неё не были мотивы, - профессиональный интерес, азарт, свои какие-то коварные женские штучки и попытки получить своё, - он ей этого не позволит.
Не на того напала, дамочка.
Но эта черта... Ликургос хмурился и слушал дальше, потому как мисс Морель разошлась и наносила удар за ударом, как думала, не давая ему парировать в ответ. В какой-то момент он и в самом деле хотел уже прорычать "чего вы добиваетесь?", но к концу её пламенных речей остыл и внутренне расслабился. Внешне-то грек так и пребывал всё в том же якобы непроницаемом коконе некоей надменности и превосходства над данной самкой.
- Да вы, похоже, меня кадрите. - Усмехнувшись, прошелестел Ликургос, не забыв незаметно вдохнуть её дивный аромат. Кивнул на поставленную новую стопку, - благодарю. За ваше здоровье, хитрость и профессионализм. - И он выпил до дна, с грохотом вернул посудину на дорогую стойку, где ещё недавно была начерчена линия, прямо в самый её эпицентр. - Из вас получилась неплохая хищница. - Это прозвучало чуть более грозно, нежели все прочие его речи. Сам Каррас придвинулся и в свою очередь, не отрывая прищуренного взгляда от смелой женщины. - Вот только я буду идиотом, если попадусь на ваш крючок. Такое наверняка прокатывает с вашими маклерами, но не прокатит со мной. - Медленная полу-ухмылка плотно сомкнутых губ и уже на левую сторону лица, с вызовом в глазам, но и немалым уважением. Обмен репликами между двумя хищниками, ни капли оскорбления. - Через ваши профессиональные пламенные речи, в которых вы пытаетесь задеть уже меня за живое и вытащить мой гнев наружу, я вижу далеко уже не профессиональный азарт и жажду получить мои ответы на ваши вопросы. - Его огромная тяжелая и грубая пятерня опустилась на поверхность стойки, касаясь её руки и надавливая на её нежную кожу, но не с угрозой, не болезненно, а лишь давая женщине капельку того, чего она так желает. Дразня, потому что... - А испытать это самой. Я бы мог сказать, выбирайте место, где хотите доказать мне, что вы "профессионалка", и мы тотчас бы отправились туда. Но я буду идиотом, если попадусь на такой развод. Так что оставляю вас с вашими фантазиями и интересами клеить тех самых маклеров. - Он плотоядно оскалился, не разрывая невидимой горящей цепи, что вонзилась в их глаза, и начертил пальцем на её руке знак Марса, надавливая уже куда сильнее. И встал, собираясь отчалить восвояси.
Останутся синяки? Он окажется не прав в своих выводах? Она подаст на него в суд за домогательство и оскорбления, предоставив эти самые синяки, как вещественное доказательство? О, да он только обрадуется - хоть чем-то разнообразит свою скуку.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-27 17:55:00)

+1

9

Trifonic – Parks on fire

Катарсис произошел, когда он коснулся ее.
Эви и так уже жалела, что не надела белья; чисто теоретически, после всех этих его резковатых реплик о том, что она теперь бьет ниже пояса – три раза «ха-ха» - используя навыки сексолога для выворачивания наизнанку его личных интересов – кареглазая уже давно «поплыла» и вся незаметно изъелозилась на высоком барном табурете. Благо платье черное. И возможно ее поражение в виде вероятной влаги останется незамеченным.
Но вот прикосновение пальца вдруг напомнило о ситуации с Фабиано – Морель словно пронизало током, до слабого вздрагивания. Далеко до неконтролируемого оргазма – не то место, не те зоны, пусть алкоголь и грек достаточно потрудились над разогревом тела. Но гораздо чувственнее, чем обычное, безликое, деловитое или даже неожиданное. Он уже владел ею. И хвала всем темным богам – не знал об этом. Каждое касание клитора было посвящено Голосу, каждый сдавленный стон контрапунктом восхвалял этот бас, каждое сведение бедер в финале признавало его силу.
Что же будет, когда она встанет на колени перед ним и…
Твою мать.
- Уже сбегаете? Не смогли защитить свою территорию?
– Ох, Эви уже пожалела об этих фразах, пока алые, искусно подкрашенные губы, проговаривали их вслух. Но не могла остановиться, потому что… потому что текила, прикосновение и он сам. Сложите три фактора воедино – получите распаленного сексолога, чье замешательство и вожделение выдают разве что ставшие на всю радужку зрачки, чернильно-бездонные. Вкупе с бледноватой кожей и карминными губами теперь она походила на вампира. Тоже нонсенс – литературу (достойную, конечно же, не кинохиты нескольких последних лет) про носферату Морель втайне уважала, как и со святым трепетом почитала Гранже, одного из любимейших авторов современности, которого предпочитала на родном богатом языке своей бабушки.  – Мои фантазии кажутся вам надуманными и будничными,  и, тем не менее, вы не парировали ни на одно мое предположение.
Фехтовальщик пошел в атаку.
- И я не профессионалка. Возможно, я тоже любительница. Маклеров, дельцов из Капитолия… - Эви мягко повела пальцами над своей пустой стопкой, глядя на явно собравшегося уходить Ликургоса через плечо. Черт возьми, она все равно рисковала, той же репутацией. Если бы кто-то из посторонних прислушался сейчас к их разговору, если бы кто-то из знакомой сексологу среды стал свидетелем реплик – не миновать ей неприятностей на рабочем фронте. Конфиденциальность, непредвзятость и сосредоточенность – все коту под хвост… Знак бармену – ещё.
- По вашему мнению, жалких и ничтожных личностей, которым чужда ваша Тьма. Настоящая. – Потянулась к нему – не пьяно, а скорее доверчиво. – Такая же реальная, как ваш Голос. Вы… - Осеклась. То ли взяла себя в руки – то ли иным способом просто помешала себе же ляпнуть что-то лишнее. – Мы еще встретимся, кажется, через несколько дней. – Нотка сожаления – сожаления? да, Морель, именно так – в грудном голосе Эви выдала ее мысли лучше, чем любые слова.

+1

10

- Моя территория не требует защиты. - Он мягко и несколько снисходительно улыбнулся, глядя на женщину сверху вниз. - Возможно, я не прав насчёт ваших фантазий, но и бодаться с вами на тему своих изысканных, - он усмехнулся на этом слове, не отрывая взгляда от таких внезапно переменившихся и затягивающих в свою бездну возбуждения глаз, - предпочтений не собираюсь. - Для него это глупое всё же занятие. Возможно, он вообще расценил всё не так. В конце-концов, он никогда не отличался чувственностью и проникновенностью, способностью понять и заметить направленные в свою сторону какие-то скрытые флюиды. Уж точно не через слова. Тем более подобные и с подобного рода женщинами, т.е. врачами, которые знают твои тайны и ведут какую-то свою особую игру, пытаясь расколоть крепкий орешек, коим ты и являешься. Немного не то оружие она выбрала против него. Чего не мог позволить себе профессиональный убийца. Показала себя жертве, спугнула жертву и дала шанс нанести удар в дальнейшем. Проще говоря, как мужика, спугнула.
- Всё возможно, пока мы сами в этом не убедимся. - Сверкнул короткой и безэмоциональной улыбкой в её сторону, оборачиваясь на слова о профессионализме. Ему не понравилось, что она сказал про всех этих дельцов и его Тьму. Да ничего такого он не думает. Ему вообще начхать на этих товарищей, каждый живёт так, как ему нравится, и уж жалкими и ничтожными он их не считает. Видимо в очередной раз его же слова сыграли против него злую шутку. Вот так всегда - говоришь что-то, а люди твои слова на свой лад интерпретируют. А ведь наверняка он и сам такой фигнёй страдает, просто не замечает этого, наверное. А? Ведь с детства человек познаёт мир с высоты собственной колокольни. Кто-то стремится стать выше этого, а кто-то так и остаётся всё на том же уровне, а кому-то и вовсе всё равно. Ему же было далеко до просветлённости и непредвзятости, но он старался быть таковым, хотя, конечно же, получалось не всегда. Тем более, если учесть его "умение" общаться, предпочитая познавать мир через наблюдения и сбор информации со своей тайной позиции снайпера.
- И хорошо, что она им чужда. - Что-то внезапное и едва уловимое то ли в голосе, то ли в репликах, то ли во взгляде, а то и во всём её движении к нему, словно одной из тех отчаявшихся дамочек, от которых устали их молодые любовники, заставило его встревожиться. Морель явно перебрала и оставлять её в таком состоянии здесь несколько чревато. В конце-концов, он её, похоже, обидел.
- Не думаю, что мы встретимся на сеансах. - Он смягчил свой голос насколько смог, оставив деловую нотку. Больше нет того хищника, теперь лишь есть клиент и мужчина, которому известны угрызения совести. - Я планировал прекратить все эти бестолковые и слишком дорогие беседы по душам. Может быть, - Ликургос сузил глаза до тонких щёлок, задумчиво запнувшись, - вам вызвать такси? Не хотелось бы оставлять вас... в таком поверженном состоянии... после всего выпитого на растерзание этим, как вы выразились, жалким и ничтожным личностям. Я готов поверить вашим словам и обеспокоиться вашей сохранностью.
Какого ляда ты творишь, а? Собирался же уйти. Вот какого чёрта в тебе сейчас пробудился комплекс старшего брата, а то и вовсе папаши? Ну трахнет её какой-нибудь жлоб, может даже изнасилует. Тебе-то что с того? Она сексолог, мозгоправ, сама-то уж как-нибудь справится. Или к дружку своему на сеансы заявится поболтать за стопочкой текилы, хех.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-27 19:08:52)

+1

11

Dark ambient - Labyrinth of Dreams
Subheim - Away [Dark Ambient]

Его слова о том, что сеансы скоро прекратятся, на миг выбили почву из-под ног уже предвкушающей победу по всем фронтам Морель. Текильный туман отступил от сознания рваными клоками, в то время как надвигалась огромная волна, почти цунами, этакая смесь протеста, сожаления, досады и неутоленного желания.
Та часть, что оставалась трезвой и безучастной, констатировала факт, что, в общем-то, грек… прав. Ему оно, возможно, уже нахер не надо. А вот она явно перешла все границы, даже мостика напоследок не оставила. Слова Ликургоса о такси стали последним камнем в разбушевавшийся омут. Поэтому вместо ответа на предложение проводить Эви лишь поцокала кончиком языка о нёбо, внимательно, даже слишком, рассматривая выражение лица Карраса, а затем согласно кивнула. Кажется, он, этот харизматичный флегматик, вновь спрятался за своей непроницаемой скорлупой, неоднократно, как делал это на некоторых сеансах с Кристианом – психолог в такие моменты казался кареглазой индийским высохшим и костлявым йогом, что осторожно ступил на рельеф сырых яиц и пытается дойти до точки назначения без предательского хруста под ступнями.
В ее мыслях бушевал тайфун – и, тем не менее, внешне Эви по-прежнему старалась оставаться бесстрастной. Но нет. Ее могла выдать полуулыбка, мрачная, полная скрытого мятежа, который давился годами во имя репутации и тех многочисленных тайн, интриг и шокирующих подробностей из жизни élite d'or, что окружали ее в числе постоянных клиентов. И все было мишурой… или окольным путем конкретно к этому человеку, который внешностью и отдаленно не напоминал типаж ее предпочтений. Слишком темный и закрытый. Крепкий орешек. Тем ценнее ядро…
Закончив с короткими размышлениями, Морель отставила полную, так и не выпитую, стопку и потянулась к клатчу, чтобы извлечь несколько двадцаток. Оставив на столешнице деньги, сексолог проследовала почти твердым шагом к выходу, следом за Каррасом. Не ее день. Определенно – не ее.
И все же на алых губах играла все та же ироническая усмешка. Она пропала только тогда, когда удивительно быстро пойманное такси – о, Сакраменто, по вечерам ты просто всепоглощающе перенасыщен – услужливо распахнуло перед ней дверцу не без помощи водителя. Ветер с готовностью встрепал распущенные каштаново-медные волосы остановившейся перед машиной Эви, пробрался, как лихой воришка, в декольте, вызвал мурашки по всему разгоряченному телу… Ложь. Мурашки как раз-таки от взгляда грека. От голоса грека. От самого его присутствия.
- Я знаю такое место.
Твою мать! Морель! Морель!!!
Она не узнает свой голос, который без предупреждения и внезапно вливается в вечерний уличный шум – это контральто принадлежит Кибеле. Никак не сексологу, чья улыбка предупредительно-вежлива. Чье поведение вызывает исключительно желание довериться и быть понятым, принятым этой женщиной.
- Через три квартала Вэстленд-Парк, там есть отличные гостевые домики. Отель «Деверо».
Замолчи сейчас же!
О нет. О нет. Продолжай…

Как ни странно, последняя фраза в мысленном диалоге принадлежала как раз той самой трезвой и холодной части. Правда, уже далеко не холодной… скорее, она медленно раскалялась и плавилась от одного только предвкушения совместного визита в пресловутый отель. Крайне уединенное место.
- Надо же как-то узнать разницу между любительским и профессиональным подходом к делу...
Эви говорит это с заметным вызовом и вновь склоняет голову к плечу, ожидая ответа – теперь она точно кажется трезвой, в здравом уме и твердой памяти, как говорится. Мексиканец-водитель слегка качает в такт музыке из магнитофона головой, перебирает пальцы на руле и меланхолично жует ментоловую жевачку – ему пофиг на простой, пока тикает счетчик – с настолько сильным запахом, что им пропитан весь салон пежо. Мимо бара, по горячему антрацитовому асфальту, с визгом покрышек, пролетает чей-то лихой бентли. Еще через несколько машин с диким воем катит пожарная, следом за ней скорая. Клаксоны. По пешеходной дорожке перед проезжей частью быстро катят велосипедисты. Жизнь бурлит со всех сторон, и только между ними двумя она остановилась, в терпеливом выжидании.

+1

12

Не успел он даже коснуться протянутой рукой к рычагу двери, как та уже сама открылась изнутри. Ликургос лишь хмыкнул на скорость таксиста - молодец, далеко пойдёт. Вот только это было совершенно лишним.
Внезапный непривычно низкий грудной голос обратил всё его внимание на Морель.
- Да вы упрямы. - Прогромыхал он в ответ на такое соблазнительное предложение с лёгкой усмешкой, игнорируя окружающий бурлящий мир, превращающийся сейчас в некое отражение теней и звуков под толщей чёрной океанской воды в полнолуние.
Всё его внимание сконцентрировалось лишь на этой неотступной женщине, явно не привыкшей проигрывать. Как впрочем, и он сам. И тут-то до Ликургоса дошло, что похоже он всё-таки попался на её приманку. И не просто попался, а заглотил блесну со всеми крючками, даже не заметив этого. Есть ли смыл вырывать их вместе с внутренностями или всё-таки сдаться и проиграть? Вот ведь психологиня-сексологиня. В этом раунде она сделала его подчистую. Но в том и смысл всей тонкой игры между мужчиной и женщиной, что кто-то где-то да сдаётся. И поддаться сильной женщине, которая ещё в баре перешла в статус хвойной породы и норовила перескочить на твёрдую породу дерева, иногда даже интересно. Однако, он убедится в этом только, если сядет вместе с ней на заднее сидение такси. Хочет ли он сломать свои инструменты, а? Или до конца будет держать своё слово и лелеять свою гордость, которые в области секса ничего не значат. Может быть, это его единственный шанс узнать профессионалка она или любительница и насколько далеко они оба смогут зайти? Может быть, она вообще единственная, кто непросто согласна, учитывая все известные ей подробности его изысканных садистских предпочтений, а сама же жаждит? Да так, что впору задуматься кто из них тут ещё хищник. До сих пор хищник. Ну уж нет, своего зверя терять он не собирался. Да и неужто со всеми промахами и отказами стал таким ленивым и заранее убеждённым, что ни черта не выйдет, а потому перестал желать чего-то большего? И бороться да добиваться этого самого большего. А тут само в руки лезет, бери не хочу. Чего он теряет? Свои ранее сказанные слова и гордость уважающего себя мужика? Ха.
Ликургос сделал едва заметный знак водителю, а сам указал Морель в приглашающем жесте на заднее сидение. Молча и ухмыляясь, он захлопнул за ней дверь, обошёл такси с другой стороны и занял своё место рядом с изнемогающей женщиной-врачом, которой видимо захотелось новых приключений с больным пациентом, которого наблюдала тайно по просьбе своего коллеги. Неужто маклеры настолько ей наскучили? Может быть, они с ней в чём-то и похожи.
Всего пару слов тем самым контральто, и автомобиль срывается с места по указанному адресу.
И таки она его победила. В этом раунде. Посмотрим, что будет дальше.
Грубая пятерня ухватила её нежную лебединую шею слева, подтягивая к себе, поднимаясь вверх к корням волос.
- Вы сами прыгнули в эту бездну. - Шепча с усмешкой, глядя в её тёмные глаза, обдавая её кожу своим табачно-алкогольным дыханием, чувствуя её лаймово-алкогольный в ответ. Даже сквозь пробирающе освежающий аромат ментола по всему салону.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-28 17:59:08)

+1

13

Tzolk'in - Chikchan

Дверца машины захлопывается также резко, как крышка гроба или последняя дверь проклятого дома в тизере какого-нибудь второсортного хоррор-фильма.
Но Морель неожиданно даже для самой себя слышит в этом звуке далекий отголосок какой-нибудь сцены в древнем храме, где посвященной требовалось пройти множество подобных дверей, чтобы познать Бога. В ее случае – постичь все глубины того инферно, которое она призвала на свою же голову и душу.
Грек садится рядом без вопросов. Это еще один плюс в его пользу, подмеченный из десятка сеансов. На миг кареглазая сдерживает этот порыв рассмеяться вслух, потому как если Ликургос видит ее всего лишь второй раз в своей жизни, она уже успела основательно переворошить его Чертоги Памяти, как наглый ночной взломщик, который не устоит перед возможностью прийти и взять что-либо безнаказанно. Она знает о нем многое; в глазах же иностранца она скорее всего выглядит полупьяной madame с причудами, которая хочет поиграть, dottore без наручников профессионализма и конфиденциальности, которые ежедневно берут в плен обязанностями.
Услышав адрес, водитель согласно качнул головой и закрыл перегородку, оставляя этих двоих наедине. И как первый тактический ход, разворачивание боевых катапульт, вскрытие горшков с греческим огнем – властные пальцы Карраса на ее шее, путаются в корнях шелковистых прядей. Сама Тьма или ее протуберанцы сейчас направляют его фаланги? Принуждение, слабая боль, ощущение беззащитности – все как прелюдия, ранее слышанная Морель сотни раз через пересохшие губы или слюнявые рты тех, кто был готов прямо на ее кушетке запустить пальцы в ширинку и начать онанировать на собственные фантазии. Сухие, облеченные в звук слова, которые сейчас растекаются пульсирующим давлением по ее венам. Она словно анализирует самое себя, и она довольна результатом.
- Abyssus abyssum invocat. Бездна бездну призывает. – Эви нарочито добровольно, провокативно подалась к мужчине. В полутьме такси его глаза напоминают черный агат  - любимый камень сексолога; такой же матовый и непроницаемый взгляд. Ментол действует одуряюще, как и запахи от Ликургоса – табак, метакса, кожа; вблизи все обостряется. – Вы бы не откликнулись иначе.
Не задумываясь, она положила одну руку на широкую грудь спутника, поверх кожаной куртки и тетради в глубине внутреннего кармана. Еще ближе. Ее мягкие губы встречаются с мужскими, чтобы взять в плен, властно, на равных с его желанием – оно должно быть. И в это время в ее мыслях запуталось все, сломалось, как ветхая дамба на пути полноводной реки, что с дождями нарастила свою мощь. Он – ее дождь, ее ливень, который напитывал своими соками каждую пятницу и символично увлажнял низ живота.  На языке – терпкий мужской вкус, пока от каждого движения, малейшего порыва распаленных губ кровь в висках стучит все быстрее и быстрее.

+1

14

"Кто знает, кто знает." - Мысленная усмешка потонула в поцелуе. Жгучем, равноправно властном. Пока что так. Нельзя давать себе спуску - ехать до тех самых домиков недолго. Черт возьми, "Дерево"! От этой мысли ему захотелось рассмеяться прямо ей в рот. Чертовщина какая-то. Весь чуть ли не молниеносный вечер думать о том, к какой же породе дерева принадлежит эта женщина, и в итоге отправиться проверять эту самую породу именно в "Дерево". Какие забавные хитросплетения Судьбы, однако. В богов он не верил, так что. А может это снова её игра? Ведь она-то поди в курсе его увлечений и занятий резьбой по дереву, но вряд ли... хотя да, почему нет, он, кажется, как-то заикался на сеансах о том, что иногда от скуки сравнивает женщин со своим рабочим материалом. Всё рассчитала? Чертовка. Однозначно. И Ликургос не мог не признать, что ему это нравится. Если всё так и есть, из Морель вышел бы отличный наводчик.
Однако же что именно его вдруг так распалило в ней? Не алкоголь же и не интерес узнать истину. Может быть, не зря он то и дело до сегодняшней случайной встречи возвращался мыслями к этой томной француженке? Неужто она настолько приглянулась ему тогда? Или всё дело в невидимой химии, запахах, флюидах, источаемых каждым человеком, как след, наводка, приманка? Ха-ха.
Рванув Эви ближе к себе, вынуждая неудобно выгнуться в спине, он укусил её за нижнюю губу, сжимая всё сильнее и сильнее свои зубы. Словно стальные челюсти капкана, неминуемо захлопнувшиеся механизмом на ноге случайно попавшей в него жертвы и вгрызающиеся своими острыми металлическими зубьями в кость, прорвав податливую плоть и мышцы. И чем сильнее ты двигаешь ногой, тем глубже они вонзаются в тебя. Так и тут. Сколько она вытерпит? На языках обоих уже чувствуется дурманящий вкус крови. Его пальцы сильнее и сильнее сжимают её волосы, а другая рука прижимает за спину к себе, не давая возможности вырваться. Всегда готовые перехватить её запястья, намертво обездвижить. Всегда пребывающий на чеку, распаляясь сильнее, испытывая, сдерживаясь и ухмыляясь.
А мимо затемнённых окон проносятся безумные огни ночного города, бесконечные здания делового центра, иной транспорт и люди. Все куда-то спешат, идут, едут. У всех свои заботы. Своя борьба. Как и здесь, и сейчас, в этом пропахшем ментолом, алкоголем, табаком, цитрусом, шипровыми и кожей салоне такси. Где звучит какая-то попсовая песенка на одной из местных радиоволн, затесавшись в рычание, шумное дыхание и стук крови в висках двух хищников.

Отредактировано Lykourgos Karras (2016-08-28 21:16:02)

+1

15

Koan & Dark Asthetics  AMBI Chillout – Odysseus Under The Old Tree
//на повторе, олала//

Кто сказал, что она собирается вырываться?
Боль в ее сознании сплетается с лакричным пониманием факта того, что Он ее касается, что уже ставит первое тавро, как жрицы… как жрицы… там, в глубинке древней Азии. У Эви попросту срывает крышу. Стон зародился где-то глубоко в гортани и вышел уже томным «хм-м-м» прямо в укус-поцелуй. Она ощутила железо и соль на языке, а затем позволила своему языку кончиком коснуться верхней губы грека. Обвести ее, еще раз. И еще. И еще.
Я ждала этого.
Точно желая попробовать на вкус что-то еще помимо себя же, себя она знает слишком хорошо. Или не знает.
Я слишком долго этого ждала.
Полусидеть неудобно, спина немного немеет, округлые сферы провокационно просятся в вырез, в его определенно грубые руки, но кисть Морель все же переместилась с груди на горло Ликургоса. Тыльную сторону ладони щекотала борода мужчины. Ее пальцы сомкнулись на кадыке, а затем попытались охватить широкую шею как можно крепче, ощутимо надавливая на места, под которыми в своем пульсирующем танце прячутся артерии и вены. Добровольная асфиксия клиента для его же блага и удовольствия.
И все это время  нижняя губа Эви гулко  и больно пульсирует, как темное солнце, невидимое на таких же мрачных небесах некоего запредельного мира, поглотившего ее с головой.
У меня богатый арсенал и опыт сотен людей…
К черту дизайнерское платье. Ее вторая свободная ладонь нашла подол,  и без того не особенно длинный, чтобы перехватить, потянуть повыше – во имя комфорта, аминь. Затем сексолог делает то, что грек вряд ли от нее ожидает – он же рассчитывает на сопротивление?  - она гибко и плавно седлает его, точно самого брыкливого жеребца в мире. К таким  диким тварям следует подходить с лаской и нежностью, но всегда держать стальной хваткой за уздцы. Как еще показать, кто здесь хозяин ситуации?..
Который я собирала для тебя.
Тонкие фаланги Эви сжались на чуть шершавой, с мелкой порослью кудряшек, коже Карраса еще сильнее, тогда как ее тело едва ли не вжимается в спутника. Бедра к бедрам. В такси неудобно, пункт назначения уже близко – очевидно близко, она не следила за временем, последнее остановилось еще с первого касания Ликургоса – ароматы одуряюще забивали мысли, смешиваясь, сплетаясь, провоцируя гонг внизу живота бить все чаще и чаще. И, тем не менее – она не собирается притормаживать самое себя и разрывать теперь уже болезненный поцелуй.

Отредактировано Evie Morel (2016-08-31 11:54:37)

+1

16

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Grey Night