Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » I know that I know nothing.


I know that I know nothing.

Сообщений 21 страница 23 из 23

21

Из тех скелетов, что хранились у Рея в шкафу - многие были как раз скелетами общими с Гвидо; Монтанелли бы даже мог самоуверенно заявить - большинство из этих скелетов имело к нему отношение, учитывая, что Рейнард действовал часто именно под его началом. Хотя, не исключал и того, что у него могли быть какие-то неприглядные тайны и на личном - но в такие дела он старался лишний раз не соваться, понимая, что порой незнание чего-то лучше знания, и иногда лучше закрыть глаза, сделав вид, что чего-то не заметил - в этом случае, уличить тебя будет некому, кроме тебя самого. Впрочем, эта ситуация - довольно тонкая, и быть слепым постоянно - это самый лучший из способов стремительно сгинуть самому, но причин не доверять Хэтфилду - старому Хэтфилду, которого он знал - у Гвидо не было; не больше, чем остальным из их окружения. Новый Хэтфилд - он способен попросту запутаться в этих самых скелетах, если налетит на них однажды, абсолютно не разобрав, где какой. И вот что может быть опасно... для него самого, в первую очередь. Для Гвидо - во вторую, что во многом и создаёт опасность в первой. Рей был ценным человеком в его команде, но - если что, избавился бы он от него без каких-то слишком тяжёлых чувств... бизнес - есть бизнес.
Хороший вопрос - с чего бы Монтанелли вообще сейчас начал возиться с ним, вместо того, чтобы просто сделать дело - и найти замену?.. Вопрос не совсем однозначный - но, возможно, Гвидо всё ещё видел в нём потенциал, или хотел его увидеть - проверить, убедиться, что молодого крепкого парня со счетов списывать рано, разбрасываться ценными людьми - тоже было бы неумно. Да и всю эту ситуацию можно было бы развернуть в разном направлении - в конце концов, даже внедрённый в организацию под прикрытием коп может сыграть свою положительную своим врагам роль... перед тем, как сведут все счёте. При учёте, конечно, что ты точно уверен, что перед тобой - внедрённый агент... И в целом - легенда Рея, в принципе, могла бы подойти и под такой параметр прикрытия - не копы, так Бюро в эти дни, может, и могло бы быть так изворотливо.
Прежний Рейнард - пожалуй, был бы вне себя, узнав о таких подозрений в свой адрес. Посчитать его копом или осведомителем - после всего того, что они прошли? "Новому" же Рею - Гвидо, по понятным причинам, мыслей таких не озвучивал....
Рейнард, которого он знал, не был глуп; однако Монтанелли не слишком тешил себя этим фактом - достаточно повидав на своём веку, зная, что и дурак может однажды сделать что-то умное, и умный человек - поступить по-дурацки, особенно если на это были какие-то серьёзные причины. Люди могут удивлять временами. Впрочем - оставалась надежда на то, что вопрос с амнезией решиться просто сам собой - память-то обычно в таких случаях склонна возвращаться спустя время. Слишком длительная амнезия - вот что было бы ещё более странно и подозрительно.
- Как знать... - усмехнулся Монтанелли, поглаживая Боппо, снова сунувшего свою морду чуть вперёд. Рей - чтобы занять то место, где он находился, ему пришлось работать на Гвидо и его друзей несколько лет; авария же, фактически, почти всё это разрушила в одночасье - едва ли полноценное "возвращение" произойдёт так быстро, как парень, видимо, рассчитывает... Впрочем, стоит отметить, что Гвидо сам не мог бы сказать что-то с абсолютной уверенностью в такой ситуации - он сталкивался с какими-то неординарными вещами в своей жизни, судьба подкидывала ему самые неожиданные повороты, но вот с амнезией он сам имел дело впервые. - Работа? - взглянул на него, поправив на слово более нейтральное. Задание дают шпионами в разведцентре или ученикам в школе, то же, что делают они - просто работа, и относиться к ней надо так же, следовательно и разговаривать о ней, как о работе - как о чём-то, что просто нужно делать. Без каких-либо намёков на то, в чём именно она заключается - по возможности; так даже на суде меньше вероятности что-либо доказать, если вдруг твой голос окажется записан. - Да, я дам тебе работу. Ещё многое предстоит сделать с этим... как ты уже понимаешь, наверное. - Гвидо постучал пальцем по панели сверху, имея в виду те самые документы, что скрылись в бардачке - тут многое предстоит вовсе начинать заново, так что работы предстоит немало, и, конечно, подвёл их Рей здорово - что, впрочем, и тем более справедливо, что он будет помогать с тем, чтобы разгребать последствия. Так и ему спокойнее - если им кто-то руководит, так он меньше увидит чего-то другого, было бы определённо нелогично перекидывать его на другой вид деятельности сейчас. - Но мы поговорим об этом не здесь и не сейчас. - слишком многое Монтанелли ещё самому предстояло обдумать, касательно всего этого; понять, в каком направлении двигаться дальше - уже вместе с Реем. Не говоря уже про остальных, с кем придётся работать - всё это гораздо больше, чем можно уместить в одну машину. - Приезжай завтра утром на комбинат... - Гвидо назвал адрес. У Рея, кстати, должен был быть и пропуск - такого рода вещь могла бы тоже кое-что ему сказать о его жизни (не хочется говорить о ней, как о "прошлой"), довольно многое. Впрочем, учитывая, что Хэтфилда все и так знали, и пропуска никто давно не спрашивал - вероятно, что пропуск этот вовсе валяется где-то далеко в его квартире... - ...там мы обсудим, что нужно делать. И посмотрим, можно ли что-то сделать, чтобы ты снова перестал быть пешеходом. - заверил, имея в виду автомобиль - без умения водить в их деле и вовсе, простите за каламбур - далеко не уедешь. - Вот и мастерская, кстати... Припаркуй нас где-нибудь здесь. - указал рукой на зону, пригодную для парковки, чтобы не мешать выезду - тем более, что эвакуатор скоро поедет назад, а вот разбитая колымага Рея останется в "Living Steel". Может, даже и не покинет её больше - целым механизмом, во всяком случае. - Сумеешь найти дорогу домой? - теперь-то, когда Рей был пешком - это тем более может вызвать осложнения. Город-то был незнаком, а катать его до самого дома теперь или одалживать собственную машину - многовато чести; вести внутрь мастерской своего сына - Гвидо тоже не стал рисковать, тем более, что там Рейнарда могли бы как раз знать неплохо некоторые из ребят...

+1

22

[indent] Рей полностью погрузился в свои мысли: он не просто представлялся себе белым листом бумаги - так было всего каких-то полдня ранее. Сейчас в душе зарождалась буря сомнения. Вопросы, которые он заталкивал глубоко в подсознание, стали выбираться наружу, прыгая перед глазами надоедающими огоньками. Обычно вопросы - это хорошо, они показывают хоть какой-то интерес к жизни, указывают верное или ошибочное направление, помогают определиться с правильностью своего мировоззрения. Но вопросы без ответа, особенно в таком количестве смущали, если не сказать - раздражали. Сейчас Рей не мог точно ответить ни на один поставленный перед собой вопрос, везде были лишь догадки. И пусть в некоторых он был уверен более, чем на восемьдесят процентов, это не давало никакой гарантии. В нем начали зарождаться сомнения в собственном поведении и своей реакции на ситуацию. Вел ли он себя так же ранее, ответил бы так, а не иначе, сел бы вообще спокойно в машину с человеком, который до этого направлял на него оружие? Да, он начал новую жизнь по старому сценарию. Но вместе с тем на задворках сознания металась безумная мысль, смехотворная мысль, что он ломает себе прошлому все существование. Два человека в одном теле: Рей до аварии, Рей после аварии. Пусть управляет всем сейчас только один, но второй может появиться так внезапно, что это разрушит вообще все. Не страшно получить физические увечься. То, как может повредиться психика - намного страшнее.
[indent] Взгляд в очередной раз коснулся бардачка, в котором хранились документы, и Рей, все так же молча, кивнул. Кому: себе или Гвидо - вопрос все такой же открытый, как и все предыдущие. С одной стороны, Хэтфилд подтверждал, что понял и согласен в данный момент на любую работу. С другой, у него возникала мысль, что он убеждает самого себя в правильности своих поступков и решений. Сложно складывать мозаику, когда у тебя даны только десять пазлов из целой тысячи, да и они, собственно, рубашкой вверх. Но что-то ему подсказывало, что он с этим справиться. Потихоньку найдет остальные части, сможет сложить их все вместе, пусть и не всегда на свои места. Единственное лишь - как бы не свихнуться после того, как вся картина будет собрана и останется лишь перевернуть ее лицевой частью к себе. Потому что, увы, человек такое существо, что всегда думает о себе чуть лучше, чем есть на самом деле. Каким бы ужасным он ни был, какие бы страшные поступки не совершал, сколько бы ни признавал себя перед собой сукой и мразью - зачастую все пустое. Даже в самобичевании прослеживается больше любви, чем вообще может быть в таком занятии. Рей это осознавал, или просто внушал себе, что осознает.
[indent] Оглашенный адрес Рею ни о чем не сказал. Мысленно прокрутив его еще пару раз, убедившись, что не забудет его до момента, как окажется дома и сможет записать, Хэтфилд который раз за вечер сдержанно кивнул. А вот новость о том, что он возможно станет оказываться за рулем чуть чаще, чем раз в две недели, сумела вывести Рея на более позитивный уровень. Наибольшую радость он мог испытать лишь услышав, что курить теперь можно везде и всегда, даже в детском саду. Ухмыльнувшись этим размышлениям, Рей послушно припарковал машину возле мастерской. И хоть ему не хотелось отпускать руль и покидать водительское сиденье, он уже видел, а не только чувствовал, как дрожат пальцы, которые не привыкли к столь долгому расставанию с сигаретами. Организму требовался никотин, и, коли в этой машине не было возможности курить, следовало прислушаться к голосу разума и не мешкать. Он еще слишком хорошо помнил, насколько сильна была потребность покурить в больнице, когда не было такой возможности. Не было ли это еще одним фактором, из-за которого он сбежал? Все-таки, свои желания и потребности зачастую стоят гораздо выше, чем нужда других людей выполнить свою работу. Особенно в тех случаях, когда тебя вообще не волнуют другие люди и их возможные проблемы.
[indent] - Ну, нано или поздно в любом случае, - отозвался Рей, выпрыгивая из машины, и уже доставая из кармана пачку сигарет. Он не боялся заблудиться и провести ночь на улице: знал, что этого не произойдет. Он не помнил, но до аварии у него была прекрасная ориентация в пространстве. Ему хватало знать несколько точек в городе, чтобы мысленно прокладывать между ними пути и без напряга проходить через абсолютно незнакомые места, безошибочно достигая своей конечной цели. Вот и сейчас он уже прикидывал, куда пройти и где свернуть. В крайнем случае, всегда есть "помощь зала", а Рей был не из стеснительных, которые боятся спросить дорогу. К тому же, не стоит отрицать, что прогуляться он сейчас был весьма не прочь: голову нужно было проветрить, и хоть как-то попробовать расставить все по верным полочкам. Ну, или просто хоть по каким-нибудь. Да, пожалуй за руль ему сейчас даже запрещено было бы садиться: он против воли абстрагировался от окружающего и, пожалуй, мог бы вписаться в столб. А уж аварий на ближайший год ему определенно хватит. Рей затянулся, некоторое время смотря на Гвидо, а после кивнул на прощание. Он собирался еще постоять какое-то время здесь, подальше, разумеется, от машин, но чтобы запомнить свои ощущения, как говорится, здесь и сейчас. Такому малоэмоциональному человеку это показалось почему-то важным. А что мы говорили о своих желаниях? Они должны быть выполнены в первую очередь.

+1

23

Всё же - память, это ещё не всё; и в их деле, со всей той грязью, болью, злом, с которыми периодически приходится сталкиваться - пожалуй, что Гвидо и сам был бы не против что-то хорошенько забыть. В этом мире, где он существовал - вместе с Реем самим, или с такими ребятами, как Рей - было позволено чуть больше, чем в мире обычных людей, многое чуть менее нравственного, и многие вещи, которые привели бы рядового горожанина в ужас, или по меньшей мере - были бы ему отвратительны, здесь были нормой или чем-то к ней близкой, какие-то ментальные проблемы на этом фоне и в этой жизни - тоже, в общем-то, не редкость, не обязательно глобальные - повышенная агрессия, раздражимость, что-то подобное, на фоне стресса; кто-то становится излишне жестоким - кто-то, получая доступ к хорошим деньгам, без "настоящей" возможности тратить их на хорошие вещи, начинает реализовывать какие-то сексуальные фантазии с проститутками или что-то вроде; психологов, как и вообще настоящей медицинской страховки, в их "сфере работы" нет. Да, Рейнард потерял память - но его руки и ноги были целыми, он всё ещё был способен водить машину, и с ориентацией на местности, по его заверениям, тоже всё было в порядке - да Гвидо сам же его осмотрел! - то есть, он был вполне трудоспособным, сильным, молодым парнем; то, что не помнил/не знал чего-то - это, может, и вообще ещё и на пользу - это Монтанелли знал всё то, что было необходимо знать, и с памятью у него как раз был полный порядок.
Оставалось только убедиться в том, что парень так же трудоспособен, так сказать, психически - потому что, притом, что после увиденного сегодня, и общения с ним, Гвидо решил, что может доверять ему настолько, чтобы не тыкать больше дулом в него при каждой встрече - в его состоянии выполнять прежние функции, в том, что он будет тем прежним Реем, не боявшимся нанести кому-то физический вред, пустить кровь, нажать на курок, в том былом хладнокровии одного из своих силовиков - в этом Монтанелли теперь сомневался. Особенно после того, как он оставил о себе на память собственный обед, или завтрак, что это там было, на парковке... И надо было каким-то образом убедиться, что Хэтфилд и в этом смысле не "размяк", и не побежит к полицейским или звать маму в следующую минуту после того, как на его глазах кому-то разобьют лицо. И каким образом это сделать, перед тем, как приступить к чему-то действительно серьёзному - Гвидо и раздумывал сейчас; об этом он совета его самого, конечно, не спрашивал.
- Тогда до завтра. - забрав папку, Гвидо тоже вылез из машины со своей стороны, придержав дверь, для того, чтобы и его огромный пёс мог выбраться наружу - эта местность Боппо была вполне знакома, в гараже сына Монтанелли он не раз уже бывал, больше мимоходом, конечно, а не с конкретной целью, но пару углов он тут успел обделать в своё время. Кивнув ему на прощание, Гвидо скрылся во дворе мастерской, здороваясь с одним из работников. Вскоре - он распрощался с водителем эвакуатора, оставившем разбитый автомобиль во дворе, папка перекочевала в офисное помещение мастерской - тут уж Монтанелли мог бы не трястись за сохранность своих документов, наблюдая за тем, как ребята Лео оглядывают автомобиль - переговариваясь между собой, делая какие-то определённые выводы насчёт его состояния; даже из не подлежащей восстановлению машины можно извлечь пользу - всегда останутся детали, которые ещё могут послужить, но вот зато спишется автомобиль из гаража целиком - маленькая такая бюрократическая хитрость.
- Что он там делает?.. - некоторое время спустя спросил Гвидо у одного из парней, находившихся в мастерской всё то время, когда сам Монтанелли был скрыт от обзора с улицы - заметив, что Рейнард всё ещё не ушёл, только отошёл подальше, на другую сторону улицы.
- Да ничего, стоит всё, курит... а что? - бросил тот в ответ, вытирая тряпкой руки от машинного масла или ещё какой-то из жидкостей, чтобы были тут в ходу. Боппо деловито подошёл к нему, обнюхал мимоходом, и пошёл дальше, снова скрываясь во дворе.
- Или что-то высматривает... приглядите за ним на всякий случай. - кивнул Гвидо, опираясь рукой на колонну - здесь он банально не знал, куда себя деть, как механик - был особенно бесполезным, особенно здесь и сейчас, а работать тем, кому в принципе надо работать, предпочитал не мешать. - Я побуду в офисе, пока Лео не приедет... сегодня ведь будет заезд, кстати - по набережной?
- Ага. С ребятам из китайских кварталов гоняем. Алекса, говорят, тоже почтит присутствием...
- О, вот как? - Алекса - когда-то была собственницей этого самого гаража, в котором они находились; об известии о том, что его старая подруга будет и на гонках присутствовать, Гвидо несколько оживился. - Тогда и я, пожалуй, приеду. Кто, кстати, сегодня будет на ставках?
- Селло... по-моему. - пожал плечами парень. На пару секунд переведя взгляд на стену за парнем, Гвидо припомнил, как вообще выглядит этот Селло - видел он его не так уж часто - затем удовлетворённо кивнул, скрываясь в офисе, не желая больше отрывать людей от работы.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » I know that I know nothing.