Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Новое начало


Новое начало

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Сакраменто | 06.08.16 | Время заката

Frida Marder | Vera Frances
https://lh4.googleusercontent.com/-wNWGNtV77aI/V6NtNmQp2NI/AAAAAAAAE78/Gk1CfaQm2tEwYPwKh3RLzAL-jOdYePs6QCLcB/w245-h140-no/Frida01.jpg https://lh4.googleusercontent.com/-Lpx1O9VA9FA/V6NtNQiCnVI/AAAAAAAAE74/qkTq5oij2OAQikN44zZlS8lTguuhDB2-wCL0B/w245-h140-no/vera01.jpg

Людям всегда нужна поддержка, особенно в тяжелые времена. Вера и Фрида встречаются в трудный час, чтобы обрести друг в друге друзей, способных помочь им победить своих внутренних демонов - наследство ошибок их прошлого. Уговаривая блондинку не бросаться в воду, молодая учительница не просто спасает человека от гибели, но и становится на шаг ближе к тому, чтобы наконец-то простить себя.

0

2

Что делать, если жизнь – один лишь большой пшик?
До недавних событий Фриде никогда бы в голову не пришло подобное сравнение, но сейчас, после того, как любимый брат подвёл её, она задавалась этим вопросом всё чаще и чаще, постепенно подходя к границе осознания собственной никчёмности, переступать через которую было крайне опасно. Внезапно, девушка, получавшая всё, стоило только захотеть, ощутила себя неспособной неудачницей. Это было пугающее незнакомое ей чувство, вытягивающее жизненную энергию и оставлявшее огромную дыру в груди, которую, казалось, ничто уже не могло заполнить.
Безвольно опустив голову, блондинка шла, вяло переставляя ноги. Голубые глаза не видели ничего дальше пары метров наперёд, да разве есть ей теперь какое дело до того, куда приведёт нелёгкая сегодня?
Мардер была пьяна. Алкоголь не мог смягчить терзавшую нутро боль, и даже наоборот наполнял её ещё большей жалостью к себе. По щекам бежали слёзы, но девушке было всё равно. Это была далеко не первая такая нетрезвая прогулка за последние дни, и всякий раз Фрида плакала, удивляя саму себя. Откуда во мне столько невыплаканных слёз?
А ещё девушка много думала о том, как прожигала свою жизнь, отдаваясь воле низменных желаний и первобытных чувств. Последние несколько лет она, как долбанная наркоманка, пыталась найти свой кайф. В сексе и алкоголе, в любви к Драко, в нежности Николь – во всём, что приносило удовольствие её телу. Да, Фрида была молода, но время от времени на глаза ей попадались ровесники, строившие планы на будущее, обретшие, а не разрушавшие себя. Так чего же не хватило ей? Способностей, знаний? Блондинка вяло замотала головой, вспомнив, что в своё время она с лёгкостью поступила в Гарвард, а значит дело было не в этом. Ответ нашёлся легко: Мне не хватило силы воли, - того самого внутреннего стержня, который бы позволил ей противостоять искушению внутренних бесов, толкнувших девицу в объятья распутного брата, представлявшегося теперь не иначе как демоном.
Поморщившись от отвращения к себе, она признала неприятную мысль: любовь к Драко все ещё теплилась в её сердце, заставляя девушку чувствовать колющую боль в груди, ведь сейчас Фрида совершенно точно понимала: никакие слова, никакие поступки не заставят её простить этого негодяя. Легче от этой мысли не становилось, напротив, тоска по прежним временам набирала силу, но она не проявит слабины, не теперь, не после того, что ей пришлось пережить. 
В этот трудный час Мардер как никогда нуждалась в поддержке, но к кому идти? К Николь? Она не смогла уберечь даже себя, попав в те же самые сети, умело расставленные её братом. Был ещё Элиас, когда-то казавшийся несгибаемым, тем самым человеком, на которого можно положиться в любом деле, но признаться ему во всём Фрида бы никогда не смогла. Что если вместо слов утешения он отречётся от неё? Больше в жизни блондинки не было никого, лишь многочисленные приятели, с которыми можно было напиться, и те, что разделяли с ней постель.
Лоб внезапно похолодел, а к горлу подобрался комок рвоты. Девушка облокотилась о перила, и её стошнило, неприятная масса полетела вниз, плюхнувшись в поблескивающую в лучах заката воду реки. К своему удивлению, Мардер отметила, что стоит на мосту. Погрузившись в размышления и жалость к себе, она сегодня зашла дальше, чем обычно.
И тут в усталый мозг озарила взявшаяся из неоткуда мысль. Повинуясь минутному порыву, Фрида перелезла через перила и стояла, разглядывая водную гладь своими огромными голубыми глазами, ветер играл грязными локонами и подолом лёгкого летнего платья. Наверное, ей стоило испугаться, в конце концов, прыжок отсюда мог стать последним для неё поступком в жизни, но отчего-то страх не мучил её своим присутствием, эмоции и мысли вообще покинули голову, оставив одну лишь пустую оболочку – обыкновенную куклу, которой, по сути, она, наверное, и являлась все эти годы.
- Что если я – просто пшик? – промямлила она, обращаясь к солнечному диску, отразившемуся на поверхности воды, но, естественно, огромному светилу, находящемуся на расстоянии в миллиарды километров от неё, было плевать на судьбу какой-то там непутёвой девицы. Казалось, ей самой уже не было дела до своего будущего.

+1

3

прошу прощения за излишнее философствование :D Чот потянуло

Говорят, смысл нашего существования на этой Земле состоит в том, чтобы быть счастливыми. Но разве каждый представитель рода человеческого, проживающий в этом обетованном, порочном мире действительно счастлив? Нет, конечно же, нет. Стало быть, далеко не все люди находят свой смысл жизни, так и прозябая часы, дни, а то и месяцы и года, совершенно не зная, куда заведёт их дальняя дорога?  Но разве это правильно? И если даже это так, то разве не должна каждая развитая личность стремиться к этому самому счастью, что бы оно для неё ни означало, а не сидеть сложа руки и ждать у моря погоды?
Такая цельная и ответственная Вера Джейн Фрэнсис всю свою сознательную жизнь считала, что именно так и должно быть. Что если ты человек, то ты должен развиваться, и, как бы тебе ни было тяжело, ты должен тянуться вверх, тянуться к какой-то цели, которую ты себе ставишь, и будет тебе "счастье". Но два года назад её, казалось, непоколебимые устои пошатнулись, разбились вдребезги, словно они были бокалом с вином, который так легко задеть локтем. Неужели все, чем она жила двадцать лет, так легко развеялось, как пыль, спросите Вы? Увы, даже самым закоренелым идеологам не сразу удаётся прийти в себя перед фактом смерти, а уж то, что молоденькая, хоть и целеустремленная девушка, ретировалась так поспешно, Вас совсем не должно удивлять. Как, Вы опять ничего не понимаете? Ах, ну вспомните же тот роковой уик-энд, провести который вместе с ней, её сыном и её обворожительным братом предложила Вере миссис Сазерленд, её работодательница. И хотя мисс Фрэнсис не была тогда формально на рабочем месте и это дело быстро кануло в небытие с юридической точки зрения, все же неписанные моральные законы никто не отменял.
Смерть маленького своего воспитанника Вера переживала очень тяжело. Она поделила её жизнь на "до" и "после", и то, что было "после", не оставляло ей ни малейшего шанса выплыть из беспросветной пучины горя и отчаяния, в которую её ввергло сознание того, что из-за неё погиб маленький мальчик, у которого ещё вся жизнь была впереди. Как, скажу я Вам, как она могла оставаться все той же амбициозной, целеустремленной Верочкой, стремящейся найти своё место в жизни, своё счастье? Единственное, которое было ей сейчас доступно, было чересчур мимолетным, но оно хоть иногда смягчало муки её совести и, наверное, именно они давали ей силы не покончить с собой. Да, Вы удивитесь, что Вера сама не раз подумывала о том, чтобы наложить на себя руки, но едва она встретилась с человеком, который был на полпути к этому решающему шагу, так тут же принялась его отговаривать. Но почему? Давайте не будем гнать лошадей, и все рассмотрим по порядку.
Так вот, счастье. Что оно теперь составляло для Верочки? Наверное, все то же, её воспитанники, её ученики. И хотя она уже не могла смотреть ни на одного из них без сожаления, без постоянных мук совести, которая шептала ей на ушко, что одного такого же она погубила, но порой ей удавалось заглушить этот самый голос, и это получилось именно в их компании. Клин, как говорится, клином вышибают. Едва Вера замечала, как ни о чем не подозревающие дети любят её, ей снова хотелось жить. Однажды они  кинулись ей на шею с заверениями о любви после того, как она вышла после больничного, и утверждали, что заменяющая учительница им ужасно надоела, и они безумно рады, что мисс Фрэнсис наконец вернулась - все это было её счастьем сейчас. Эта самоотдача, эта искренность в детских глазках, ведь они ещё совсем не умели лукавить. Они делали то, что хотели, чувствовали то, что хотели. А чувствовали они то, что мисс Фрэнсис самая добрая, милая и хорошая учительница из всех, что у них были. Разве такие минуты слёзного умиления не стоят жизни, пусть даже полной огорчения? Именно ради них Вера сейчас жила. И именно в надобности жить ради таких моментов постаралась уговорить некую Фриду Мардер, когда случайно наткнулась на неё, пытающуюся покончить счёты с жизнью.
Это был обыкновенный пятничный вечер. Вера возвращалась после работы домой, в очередной раз зарядившись зарядом теплоты и уюта от своих учеников, шла, переговариваясь со своим стариком отцом по телефону. Отец был ещё одним лучиком света в её темном царстве. Видеть то, как он счастлив со своей новой семьей, было верхом блаженства для Верочки.

- Да, папочка, родной мой, все отлично, - в который раз повторяла она в трубку, слегка посмеиваясь. - Нет-нет, не переживай за меня, я как-нибудь найду себе занятие на пятничный вечер. А вы с женой веселитесь. Я желаю Вам хороших выходных. Целую. Завтра ещё позвоню.

Разговоры с отцом составляли ещё одну небольшую отдушину Веры. Такие тёплые, такие родные, такие искренние. Где ещё она могла быть самой собой? Где ещё она могла не лукавить, не притворяться?
Наверное, именно поэтому она так любила детей. С ними тоже не было нужды лукавить, а этого она слишком не любила.

Вера, молча про себя улыбаясь, повесила трубку, и, все ещё пребывая в плену своих приятных мыслей, положила мобильный обратно в сумочку. Затем поправила волосы и, запрокинув голову далеко назад, пошла по мостовой дальше. Здесь дышалось совсем хорошо, даже чересчур хорошо, поэтому грешно было на минуточку не закрыть глаза и не позволить свежему воздуху потрепать твои волосы после тяжёлого трудового дня.

- Господи...- она слегка облокотилась на перила и снова прикрыла глаза. - Дай мне знак. Дай мне знак, что я делаю все правильно. Что мне нужно учить детей, как раньше. Что мне это действительно суждено. И что история с Крисом ещё не поставила на мне крест...

Конечно, эти мысли не раз приходили в её голову, но она не решилась свыкнуться с ними, потому что она знала, что едва она уйдёт со школы, жизнь для неё потеряет всякий смысл. Больше неоткуда будет брать силы, чтобы жить дальше.

Но как будто в доказательство того, что она глубоко ошибается, Вера внезапно заметила буквально в десяти шагах от себя  белокурую юную девушку, которая, упаси Боже, кажется, планировала броситься с моста, а кроме них здесь никого не было. Какого же было праведное недоумение Верочки. Нет-нет-нет! Было первой её мыслью. Не за что, нельзя. Что бы ни случилось, надо бороться. Бороться во что бы то ни стало. Потому что праведная, истинная жизнь - это и есть борьба. Зачем же жить, если не позволять жизни менять себя?

Вера, не помня себя, на всех порах помчалась на помощь, наверное, в закоулках своей души прекрасно осознавая, что её со всеми любезностями сейчас могут послать лесом, ведь не просто же так девушка решилась на такой шаг. Но с другой стороны, разве важно то, что она услышит несколько нелестных слов в свой адрес, если ей удастся спасти жизнь человеку? Ведь когда-то из-за неё погиб другой.

- Мисс...- Верочка постаралась, чтобы её голос был как можно более убедительным, но как можно менее раздражающим. - Зачем бы Вы туда ни залазали, не смейте, прошу Вас. Это того не стоит. Поверьте мне...

Вере хотелось засмеяться от того, что она сейчас сказала. Поверьте мне?! Серьёзно? Звучало, как будто она сама уже совершила самоубийство и вернулась с того света. Но разве оттуда возвращаются?

Отредактировано Vera Frances (2016-08-05 11:40:47)

+1

4

Беспросветная мгла – всё, что видит Фрида на горизонте. Разве может за очередным углом скрываться счастье, когда она впервые в жизни осталась по-настоящему одна. Да, они ругались с братом и раньше, но даже тогда у молодой блондинки сохранялась вера в него: в его силу и мужество, в их любовь. Теперь же всё переменилось, да и могло ли быть иначе? Оглядываясь назад, анализируя поступки как свои, так и брата, Мардер совершенно точно могла сказать, что жила неправильно. И дело даже не в противоестественной любви, а в её отношении к будущему, которое она попросту игнорировала, следуя философии французских королей.
Apres moi le deluge.
И вот теперь волна завтрашнего дня стала настоящим, грозя утопить в своих водах девчонку, которая никак не хотела взрослеть. Фрида жаждала свободы, независимости от необходимости делать выбор, строить планы, решать, кто достоин её общения, а кто нет, но детство закончилось. Раньше было проще, всегда был Драко, за чьей широкой спиной можно было спрятаться, была Николь, жалевшая своего белокурого ангела, теперь же они не казались надежными. Девушка ощущала угрозу, исходившую с их стороны, более не веря в возможность почувствовать себя ребенком как прежде. Избавившись от цепей, связывающих её с этими двумя, Мардер вдруг осознала своё место в жизни и оно ей не понравилось. Одиночество. Тоска. Сегодня она видела спасение лишь в смерти. Новый Драко тоже когда-нибудь предаст, другая Николь не сможет защитить, зачем же тогда пытаться, барахтаться как рыба, выброшенная на берег, если есть такой лёгкий и простой способ раз и навсегда прервать мучения?
Взгляд голубых глаз устремлён вниз, спокойная гладь воды, кажется, безразлична к её переживаниям, как и всё вокруг: птицы пересекают небо, ветер гуляет по свету. Никто ей не поможет обрести желание жить, ведь оно должно исходить изнутри, но Фрида пуста – просто оболочка, лишь кукла для плотских утех, не более того.
Глубокий вдох. Даже аромат спокойного августа не может её спасти. Пора.
Мардер хотела уже отпустить перила, позволив гравитации утянуть тело вниз, в бездну забвения, но женский голос заставил её остановиться. Блондинка оглянулась и увидела взволнованную девушку, такую же молодую, как и она сама. Внезапное появление темноволосой спасительницы – не иначе как знак, послание, но слова его лишены всякого смысла. Разве есть что-то ценнее свободы от несчастий и боли?
Фрида хотела возразить незнакомке или вовсе проигнорировать, закончив начатое, но присутствие другого человека внезапно всё разрушило. Она более не была наедине с собственной судьбой, лишняя пара глаз наблюдала за ней, отчего складывалось ощущение, что её теперь оценивают. Интимное таинство самоубийства было утрачено, она не сможет прыгнуть, но и перелезть обратно ей не под силу. Мардер застряла на середине пути между жизнью и смертью. Не понимая, как ей быть, девушка решилась на разговор.
- Почему всё должно быть так сложно? – не сдерживая слез, спросила она, поглядывая то на незнакомку, то на реку далеко внизу. – Даже покончить с собой не могу, как же я тогда жить теперь буду?
Едва ли у девушки, впервые видевшей Фриду, были ответы на эти вопросы. Откуда ей знать, какую боль она чувствует, как ей понять, что стало причиной? Надеяться услышать ответы глупо, даже Мардер это понимала.
- Никто не говорил мне, что будет так трудно, - и это чистая правда. Родители не готовили её к самостоятельной жизни, они вообще не думали о необходимости воспитывать своих чад, единственный, кому было дело до малышки в детстве – это Драко, но брат был всего на пять лет старше, разве мог он объяснить то, чего сам никогда не понимал? Не его вина, что Фрида выросла не подготовленной к будущему эгоисткой, не знавшей трудностей до недавнего времени. Неудивительно, что первое же препятствие стало для неё настоящим потрясением.
Что будет дальше? Что ей делать? Куда идти? Вопросы, много вопросов, никто за неё на них не ответит, она сама должна это сделать. Но разве плохо полагаться на других, верить в их добродетель? Мардер захотела вновь обрести опору в лице другого человека, но рядом была лишь темноволосая незнакомка. Кажется, выбора у нее не было, отчего вдруг стало значительно легче.

Отредактировано Frida Marder (2016-08-08 08:25:02)

0

5

Вера опешила. Нет, она действительно не знала, чего бы такого назидательного ответить на эту обескураживающую беспомощность, которую выказывала суицидница. Какие слова лучше подобрать, чтобы отговорить её от того опрометчивого шага, на который она решилась явно не от сладкой жизни? Как могла именно она, Вера Фрэнсис, сама переодически впадающая в меланхолию и испытывающая приступы апатии в связи со смертью маленького мальчика, у которого ещё вся жизнь была впереди, переубедить человека, должно быть, переживающего не меньшие душевные и физические страдания, бросаться с моста, когда она сама с радостью последовала бы её примеру ещё год назад? Удивительно, как порой иронично судьба играет с нами, смеясь нам в лицо злой, саркастической улыбкой, за которой, возможно, скрывается какой-то сакральный смысл, который нам обязательно нужно разгадать, иначе мы не поймём знаков, которые эта самая судьба нам навязчиво даёт. А, быть, может, это и был тот самый знак? На первый взгляд это кажется полнейшим абсурдом, что именно не менее отчаявшаяся в жизни Вера попалась на пути у той, которая собиралась свести счёты с жизнью, но, возможно, все это имеет гораздо больше смысла? Ведь если Вера сможет убедить эту девушку не прыгать, то вполне вероятно, она сможет убедить в надобности жить и саму себя.

Порой, чтобы навести порядок с собственной душе, нужно как бы посмотреть на себя со стороны, глазами других людей. И вот теперь, когда мисс Фрэнсис смотрела испуганными глазами на эту симпатичную молоденькую девочку, кажется, её собственную ровесницу, и прокручивала в голове все те слова, которые ей стоит сказать, Вера вдруг поняла, что эти самые слова ей следует прежде всего сказать самой себе. Говорят, ораторы и идеологи звучат намного более правдоподобно и гораздо больше сердец зажигают своими речами, когда сами верят в справедливость своих суждений, когда пропускают их сквозь себя и свою жизнь, прекрасно представляя, как их можно применять на практике. И теперь Вера была готова согласиться с этим утверждением хотя бы потому, что вдруг осознала, что ни одна отштампованная фраза, которые принято говорить в подобных ситуациях, не приходила в её голову. Она пыталась вспомнить все те многочисленные фильмы, книги, которые она смотрела или читала про самоубийц, но ни одна мало-мальски достойная мысль не хотела прийти сейчас на помощь. Тогда Вера поняла, что ей стоит прежде всего говорить искренне. Говорить то, что она чувствовала, пытаясь искусно облечь свои чувства в слова, ведь только так она могла добиться правдоподобности, только так могла задеть суицидницу за живое и привлечь её горячее внимание, чего сейчас и хотела больше всего.

Нервно облизнув губы, Вера несколько секунд рефлекторными движениями пыталась словить ртом воздух и то и дело устало проводила по волосам рукой, пытаясь подобрать нужные слова, которые упорно не хотели приходить на помощь. Но тут мисс Фрэнсис представила, что перед ней стоит не взрослая девушка, а одна из её любимых учениц, Мэри Клейнтон или Софи Моррисон. Что бы она сделала, если бы одна из них вдруг вздумала броситься с моста? Как их юная преподавательница, однажды уже виновная в смерти своего воспитанника, выкрутилась бы из ситуации, какой выход бы нашла?

И тут Вере вдруг стало лучше. У неё внезапно проснулось второе дыхание, и слова, несколько секунд назад упорно не хотевшие приходить на ум, вдруг полились чистым, лёгким и звонким потоком.

- Вы думаете на том свете будет легче? Вы думаете, что покончив счеты с жизнью, Вы избавитесь от всех проблем? Право слово, я никогда не поверю, что Вы действительно так думаете. Вы же взрослая девушка.  А такие мысли подстать только маленькому ребёнку, который бросает играть с теми игрушками, которые никак ему не поддаются. Но на то мы и взрослые, чтобы так себя не вести... - дети, дети, дети. Вере постоянно приходили аналогии с детьми, наверное, потому что она все время с ними работала, но сейчас, кажется, ничто не было более кстати. - Послушайте, мисс. Вы конечно можете сброситься с моста. Это Ваше дело и Ваш выбор. Но... Подумайте о родных. Я никогда не поверю, что на этой Земле нет человека, для которого весть о Вашей смерти будет большим ударом. Но даже если и так...- Вера нервно перевела дух. - Подумайте хотя бы о том, что такой человек может ещё появиться, а этим своим поступком Вы все обрываете, все. Не даёте шанс ни себе, ни ему.

Закончив эту пламенную речь, Вера тяжело прикрыла глаза и отвела взгляд. Какой прекрасный нынче вид открывался с того самого моста, с которого хотела спрыгнуть её собеседница. В этот момент она подумала о том, что стоит только глазу зацепиться за красивые очертания вдали, за розовеющий горизонт, как мысли о самоубийстве уходят сами собой.  Странно. Неужели вся эта красота не пробрала эту девушку? Или она её просто не замечала?

Выдохлась. Кажется, все сказала, что должна была.

Но путь, кажется, был ещё далёк. Однако, теперь Вера ещё больше была уверена в том, что ей следует стоять на своём до победного и, во что бы то ни стало, стоит уговорить эту девочку от опрометчивых поступков. Зачем? Она точно не знала. Но чувствовала, что так надо, после того, как облегчила душу этим нескончаемым потоком.

Как там у Экзюпери? Зорко одно лишь сердце..?

Отредактировано Vera Frances (2016-08-10 14:25:35)

+1

6

Эгоизм вперемешку с обидой на жизнь не позволяли Фриде узреть зерно истины в речи незнакомки. Она никогда не задумывалась о возможности ранить чувства других, всё, что требовалось девушке – это обожание, страсть, теплота горячих тел и удовольствие. Блондинка наивно полагала, что это и есть она, та самая любовь. Где-то в глубине души жило понимание правды, но Мардер упрямо игнорировала её до тех пор, пока не стало слишком поздно. Теперь распутной деве было плевать на не встреченных ещё принцев (где гарантия, что это не будет Драко 2.0?), чихать она хотела и на великую дружбу, ведь дабы обрести оную ей требовалось научиться идти наперекор своим желаниям. Так отчего же её должны были остановить произнесённые слова о необходимости бороться, жертвовать во имя не только собственного счастья, но и в угоду радости других?
За свою жизнь Фрида нарушила столько заветов, переступала через запреты и игнорировала табу, так что сейчас она меньше всего хотела думать о возможности загробной жизни. Если она и есть, то по ту стороны бытия девушку ждали исключительно муки ада. Пусть лучше будет забвение – та самая переполнявшая её пустота, к которой тяготела душа. Чувства же, напротив, только мешали, испортив жизнь скорбью по несбыточным желаниям и неразделенной любви. Но что если?
Безвольное отчаяние отступило под натиском вопроса, уступив несколько жилых квадратов её сердца страху перед неизвестностью. Пальцы ещё крепче обхватили металл ограждения, да так, что кожа на них побелела. Кровь побежала быстрее, гонимая учащенным биением главной человеческой мышцы, а голова похолодела. Что может ждать её там, на дне реки? Противный голос в её сознании говорил слова, от которых она подрастеряла всю уверенность в своих силах. Это проклятое «что если» часто вводило людей в заблуждение, не только останавливая их перед великими свершениями, но и уберегая от страшнейших ошибок. Что если там меня ждут ещё большие страдания?
Пьяная, перепуганная блондинка была на грани. Ослабшая воля грозила пасть под ударами судьбы, отдав красивое тело в волю панических чувств, способных, как спасти, так и погубить молодую особу. Борясь со страхом, Фрида с трудом оторвала дрожащий взгляд голубых глаз и устремила взор туда же, куда смотрела незнакомка. Закатное Солнце слепило, готовясь погрузиться за край известного ей мира, но обещая непременно вернуться, дабы с новыми силами согревать земную поверхность и дарить тепло улыбок людям. Глядя на небесное светило, Мардер обретала надежду на лучшее завтра.
Так они и стояли, наблюдая закат, как две подруги, решившие полюбоваться прекрасным видом в конце очень тяжелого дня, словно не было здесь спасателя и спасаемого, словно жизни их никогда не омрачали скорбные события, нагонявшие тревожные мысли. Глубокий вдох, и вместе с воздухом дева набирает полные лёгкие спокойствия, слезы более не бегут по её щекам, а голова не разрывается от бесконечности вопросов. Нет больше и той жалости к себе, вообще ничего нет, откровение красоты природы, безразличной к людским переживаниям, наделило Фриду умиротворением.
- Помогите мне, - с трудом, но девушке удаётся перебороть собственную гордость и обратиться к незнакомке с просьбой, на которую бы она никогда не решилась ещё вчера. И пусть блондина просила лишь помочь перебраться через ограждение, но это был действительно большой шаг для той, что предпочитала игнорировать окружающий мир людей.
Неуклюже перебравшись на безопасную сторону моста и всё ещё трясясь, как искупавшийся щенок, Мардер, наконец, обратила внимание на свою спасительницу, сразу окрестив её чуть ли не самым добрым и бескорыстным человеком на планете из всех, которых ей довелось повстречать. Действительно, были во внешности некие черты, побуждавшие даже столь незнакомых и замкнутых людей, как Фрида, довериться ей.
- Не знаю, что мне и сказать, - потеряно произнесла блондинка, не понимая ещё, что пусть сражение с бездной закончилось, но только лишь на сегодня, завтра, послезавтра или может быть через неделю боль вернётся, вспомнив всё, что побудило её встать на край моста с намерением поставить крест на собственной жизни.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Новое начало