Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Город соленого озера


Город соленого озера

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://67.media.tumblr.com/63374d7d328956719d92fd0ef8103b5c/tumblr_nyjti2QRL41sug2qqo1_500.gif

Sebastian Underwood, Deirdre Burns
середина февраля 2016 года
аэропорт Солт-Лейк-Сити


мерзкая погода, мерзкие люди;
рейсы задерживают, а дыхание - нет.

[AVA]http://s1.uploads.ru/ej2s9.png[/AVA]

Отредактировано Deirdre Burns (2016-08-26 11:56:49)

+1

2

«Что это такое? Что со мной не так вообще?»  - думал я в начале февраля, привычно сколачивая Свято-Валентиновский номер газеты "Миллениум Сакраменто". За три - уже три? - года беспорочной работы главным редактором я набил руку так, что лихорадочная рефлексия не мешала мне выполнять свои обязанности.
Вопрос был риторический, отлично я знал, что со мной не так. Стоит мне встретить человека, похожего на Джонни, как воображение радостно достраивает этот образ до совершенного двойника. И я, глядя в эти голубые глаза расширенными зрачками, с энтузиазмом задаю заинтересованные вопросы, шучу, обещаю показать город, обнимаю за плечи показываю себя то ли как рубаху-парня, то ли как обезумевшего от успехов пикапера.
Только чтобы пережить еще раз те сентябрьские мгновения, когда Джонни на все это повелся. Но реальность – не старый фильм, который можно крутить сколько угодно раз подряд. Она обрывается.
Обрывается как раз в тот момент, когда я теряю связь с действительностью и думаю, что все хорошо, что жизнь моя наконец-то снова исполнилась смысла.
В тот момент, когда наркоман вмазался, его совершенно не волнует, что послезавтра он окажется на улице.
Что случилось-то? У человека просто подошла к концу командировка. Он даже не сказал, что я вел себя назойливо и, вообще-то, довольно стремно. Может, еще увидимся, он сказал. Может быть.
Номер пошел в печать. Колонка редактора в нем была спорная, неоднозначная.
А я понял, что пора мне когти драть из этого города. Может быть, на карте мира прибавилась еще одна точка, где я не смею смотреть в глаза мостовых. А может быть, ударная работа и трезвый образ жизни сделали свое дело, и у меня просто популярный среди писателей диагноз – нервное истощение. Существовал только один способ это проверить.
Я постучался в дверь главы издательского дома мистера Кларка пятью первыми тактами бетховенской симфонии. Войдя широким шагом, объявил, что беру отпуск на две недели, и что Бен меня заменит.
Мистер Кларк привык, что обычно я веду себя куда скромнее, но он быстро нашелся, что ответить тому, кто намылился свинтить без заблаговременного уведомления. Я в свою очередь ввернул что-то про трудовой кодекс, начальство – про то, что на мой завидный пост кандидаты уже в очереди стоят, и Бен первым номером.
- У меня самолет в десять. Если вы все же решите меня уволить, мистер Кларк, уладим все формальности, когда я вернусь, - мирно предложил я и был таков.
Так я и свалил в  приятную неизвестность. Потому что любая неизвестность сейчас приятнее, чем прямой взгляд правде в глаза. Я ведь еще и не пью теперь, в довершение моих испытаний.

Меня тянуло в большой город, где есть нормальная зима. Довольно простые требования, Нью-Йорк мне подойдет. Я ведь даже не успел посмотреть его как следует. А там Центральный парк, Галерея искусства Гуггенхейма. Там Мирра. Художница-график Мирра Валеску. «Скорее всего буду дома», - неохотно ответила она по телефону. Как будто мы оба не знаем, как не любит эта гениальная лентяйка перемещать свои сто десять килограммов и мерзкий характер куда-либо за пределы Бруклина, разве что за ней начнут-таки охотиться государственные службы за нарушение режима иммиграции. Я буду готовить ей пожрать, она будет пилить меня за раздолбайство и использовать как дарового натурщика (как художник старой школы, Мирра ценит натурные зарисовки). Идиллия.

В прямых рейсах оставался только бизнес-класс, в котором я летать за свой счет не привык. Но я совершенно не возражал против пересадки в каком-нибудь анонимном населенном пункте. Вот например, Солт-Лейк Сити, понятия не имею, где это, да и какая разница, место есть только на этот рейс.

И пяти часов не прошло, как я проклял свою беспечность.
За окном аэропорта занимался рассвет. Это интересное зрелище мешали рассмотреть хлопья снега, которые со стуком врезались в стекло, словно крупные упорные мотыльки, и стекали вниз ледяной жижей.  За окном, в полутьме маячили мокрые самолеты.
Рейс в Нью-Йорк откладывался на неизвестный срок.
Зал, спиной к которому я стоял, был полон раздраженных пассажиров, их невыспавшихся детей, багажа, домашних животных, скверно пахнущей аэропортовской жратвы, раскупоренных бутылок из дьюти-фри и быстро вспыхивающих перебранок.
У меня забрезжило подозрение, что город с нормальной зимой начнется для меня прямо здесь.
В который раз в своей жизни я попытался смириться с неизбежностью. Это - национальное занятие не склонной к агрессии части моего народа. Наряду со стихосложением и алкоголизмом.
Я оглянулся и осмотрелся вокруг с новым интересом. Народу в зале, кажется, еще прибавилось.
Не знаю, насколько я выделялся среди разношерстной, высадившейся из самолетов, толпы. Наверное, вовсе нет. Оделся я по-походному - джинсы, куртка тоже джинсовая с подстежкой из овцы, в расчете на настоящую зиму. Правда, таких с восьмидесятых годов не делают, я ее в секонд-хенде раскопал. Багажом я заморачиваться не стал - за плечами только рюкзак. Люблю ездить налегке - привык с тех пор, когда любимым видом транспорта был автостоп.

Отредактировано Sebastian Underwood (2016-08-20 19:22:28)

+1

3

sound: Tom McRae – You Cut Her Hair

Если бы я была хотя бы чуточку, хотя бы немного сильнее - я бы упала на колени и заревела. Я бы кричала, срывая голос, выла бы от боли и от обиды, рыдая навзрыд и проклиная всех виновных в том, как я чувствовала себя теперь.
Если бы я была хотя бы чуточку, хотя бы немного слабее - я бы лежала на полу в своей съемной квартире. Обдолбанная и пьяная, я бы лежала, раскинув руки в стороны и пялясь в потолок, наблюдая за смешными перемещениями паука по старой тонкой-тонкой паутине.
Если бы я была хотя бы чуточку, хотя бы немного человечна - я бы позвонила кому-нибудь из своих старых знакомых. Кому-нибудь из Сакраменто или даже из того самого Бостона, благодаря которому я такая, какая есть теперь.
А теперь я бегу. Бегу от своих проблем и от себя заодно. Бегу от предавших меня людей и тех, кого предала сама, а потом удивилась, когда подставили в ответ. Бегу от несуществующего врага, которого я никак не могу распознать, которого я не могу разглядеть в тумане из расплывчатых мечтаний и старых пыльных воспоминаний. Мне кажется, что я задыхаюсь от этого тумана - поднявшаяся с самого дна моей души пыль меня душит, свет в конце воображаемого тоннеля не появляется, потому что его перекрывают мои непонятные мне самой мечты. Сквозь пыль пробиваются лучи света и я вижу, как в этих световых лучах пылинки танцуют свои легкие танцы, но лишь для того, чтобы потом снова осесть и стать еще большей опасностью.
Я бегу от этого всего, сидя в аэропорту Солт-Лейк-Сити, города, который принес мне столько разочарования и боли, сколько не приносил... Ловлю себя на мысли о том, что пытаюсь себя же обмануть: этот жалкий обман, эта жалкая кража, это жалкое увольнение не сравнится с той болью, которую мне когда-то принес Чарльзтаун. Он меня выучил, он меня воспитал, но в моей душе не было ни капли благодарности Городу, теперь в большом и полном здании аэропорта мне казалось, что именно Бостон был виноват в том, что я чувствовала себя уже мертвой.
И спасение свое я видела только в том, чтобы уехать куда-то. Мне нужно было лететь в Нью Йорк, потому что это город надежд, город красивых людей, город, в котором легко потеряться и где тебя очень тяжело найти, даже если очень захочется. Мне нужно было спрятаться от того, кто меня так давно преследует, и начать новую жизнь - с чистого листа, не зацикливаясь на старом и на этот раз действительно ее начав. Попытка свалить теперь была уже третьей. Сакраменто, Солт-Лейк, теперь Нью Йорк - со временем я перебиралась во все более населенные города, но дальше Нью-Йорка не было уже ничего. У меня нет выбора, придется прижиться там.
Рейс задерживали. Этот сраный снег сыпал за окном, как в последний раз, не позволяя ни одной летающей махине взлететь в воздух или спокойно сесть. Один самолет чуть не приземлился мимо посадочной полосы, поэтому аэропорт временно приостановил деятельность. Кажется, в небе над нами кружило три или четыре самолета, которые ждали разрешения на посадку. Я мельком глянула в окно, остановившись посреди зала ожидания, и поняла, что самое отвратительное - это вот так кружить и ждать, когда закончится топливо.
Отвратительное, но спокойное. Я и сама так кружила - жила, работала, пила и курила, лишь дожидаясь, когда мне наконец исполнится пятьдесят пять и я сдохну. Это был мой тайный план - докружить только до пятидесяти пяти, чтобы не мучиться дальше, не имея возможности даже нормально выпить и переживая за свое сердце.
- Разбитое сердце... - проговорила я себе под нос, качая головой. Поглубже вдохнула и сделала еще пару шагов вперед, не поднимая головы и изучая носки своих ботинок. Симпатичные ботинки, коричневые, ничего из себя не представляющие. Поправила волосы, проведя руками по голове и затягивая высокий хвост до боли в висках, но не успела завершить это движение, потому что ударила локтем какого-то мужчину, - Прошу прощения, - проговорила быстро, повернувшись к нему, - Не сильно задела?
Мужчина стоял и смотрел на зал ожидания, похоже, не зная, куда сесть. Интересно, на сколько задержали его рейс сегодня? И куда он летит? От кого?..
- Этот снег - просто катастрофа. Портит даже отсутствие планов, хотя казалось бы... - я встала рядом с мужчиной и пожала плечами на последней фразе. Если меня сложившаяся ситуация раздражала, хотя у меня не было никаких даже наметок путешествия, то уж людей, которые знают, куда и зачем летят, торопятся и спешат, кто-то даже может летит домой - им наверняка хотелось стереть Солт-Лейк-Сити с лица земли.
И тогда я не против остаться здесь на этот момент.

[AVA]http://s1.uploads.ru/ej2s9.png[/AVA]

+1

4

«Разбитое сердце» - услышал я. Эти слова, сказанные голосом тихим и низким, негромко, но словно мне на ухо, выделились из монотонного гула сотен голосов.
Как говорится, на воре шапка горит. Кажется, с моих уст сорвалось «А? Что? Это вы мне?» - я порывисто дернулся в направлении звука и встретился челюстью с чьим-то жестким.
Сморгнув слезу, я увидел, как опускается хрупкий девичий локоть. Потом взглянул в прекрасные глаза. Вопреки логике, его обладательница смотрела на меня  с упреком. А может быть, такое впечатление создавали ее густые соболиные брови и глаза, холодные, как два озера в ноябрьском глухом лесу.
Брови сразу же взлетели от удивления.
Словно она, бродя по своему воображаемому лесу, и думать не подумала, что кто-то может ей попасться под руку. То есть, под локоть.
Но извинилась она как нельзя более любезно.
- Что вы-что вы, не беспокойтесь, со мной и не такое бывало. Дело житейское, - сказал я с самым британским акцентом, на который я только способен.
Вот такой строгий взгляд как раз и вызывает подсознательное желание произвести хорошее впечатление.
Тут я вдруг особенно четко осознал, что мои планы похоже, канули куда-то в складку временного континуума вместе с рейсом в Нью-Йорк.
Не знаю, почему это случилось именно в данный момент, а не, например, полчаса назад, когда все стали это подозревать. Может быть, полчаса назад я еще не совсем проснулся. Вероятнее, что-то в молодой – хотя, с таким-то суровым взглядом, сколько ей может быть лет? – американке встряхнуло меня, и я, всегда готовый променять старые впечатления на новые, перестроился на ходу.
- О, у вас тоже нет планов? – обрадовался я. – Давайте не иметь планов вместе!
Тут я проснулся достаточно, чтобы осознать горячее желание выпить чашку кофе.
Я окинул взглядом стройную высокую фигуру незнакомки и не заметил сколько-нибудь объемистого багажа. А ведь даже дамы берут в ручную кладь что-то наподобие баула с предметами первой необходимости. Хм, почему же она оказалась в аэропорту?..
- Вы кого-нибудь встречали, а он застрял по пути еще раньше? – предположил я. – Сейчас, говорят, над всем западным побережьем этот циклон... Так, может быть, теперь вместе поищем, как отсюда выбраться? Вместе веселее.
Хотя на первый взгляд эта девушка не производит впечатления такой уж заядлой коллективистки, в экстремальной ситуации инстинкты велят держаться вместе всем более или менее стайным животным. По каким бы лесам они в другое время ни бродили.
- Позвольте предложить вам чашку кофе в качестве моральной компенсации.
Сквозь малопривлекательное амбре ночного аэропорта пробивался, словно подснежник в чаще сквозь февральские палые листья, слабый запах кофе.
Я огляделся по сторонам в поисках «Робертс» или «Секонд Кап». Ах да, я ведь не в Европе и не в Канаде. Ну ладно, в конце концов, «Старбакс» тоже подойдет.  А уж  «Макдональдс» - просто предел мечтаний. Серьезно, это единственное место в Америке, где черный кофе ничего себе. Запах, пожалуй, доносился из-за угла.
- Чувствуете? – спросил я. – Где-то пахнет кофе.
И опустил взгляд на пачку сигарет, которую я, не помню когда, рассеянно достал из кармана.
- Вы, наверное, не курите? – спросил я на всякий случай. Хотя, разве такого можно ожидать от современной американки? И я заключил пари сам с собой, или, как говорили в старые времена, «загадал». Если курит, то этот отпуск окажется удачным.

Отредактировано Sebastian Underwood (2016-08-26 18:43:35)

+2

5

Мне нужно было только вежливо улыбнуться, протяжно, мягко, с усталостью в глазах - той единственной искренней улыбкой, на которую я сейчас была способна, а потом отойти в сторону. Оставить этого мужчину с заметным и характерным акцентом посреди зала ожидания в ожидании его рейса, в ожидании каких-то перспектив и загадывания счастливого будущего для себя в том городе, куда он так стремился. Но вместо этого я осталась стоять, как вкопанная, наблюдая, как медленно и одновременно настойчиво сыплет снег за окном. Поразительно, и почему я даже не посмотрела прогноз погоды прежде чем срываться в аэропорт? И почему я не выбрала какие-то другие билеты, в какое-то другое время? И почему я так сильно залипала на падающие хлопья белоснежной пыли?
- А? Я отвлеклась... - рассеянно проговорила, поправляя хвост и проводя рукою по волосам, - Вместе?.. - от удивления я приподняла брови и на лице появилась такая же удивленная улыбка. "Не иметь планов вместе" звучало очень заманчиво, вот только в моей жизни было мало, катастрофически мало людей, с которыми я бы могла что-то делать "вместе".
Если мне и приходилось делать что-то не одной, то обычно это можно было охарактеризовать фразой "Это делала я и мистер Х" или миссис, мне в принципе было неважно. Теперь я не могла вспомнить, чтобы когда-то что-либо делала с кем-то together.
Осеклась, потому что наверняка лишь я одна обращаю внимания на подобные мелочи вроде подобранных слов для выражения каких-то своих мыслей, наверняка мужчина просто не хочет сидеть и скучать в одиночестве, пока не разгребут свалившиеся с небес сугробы, наверняка и для меня будет полезно сейчас отвлечься и не грызть себя изнутри, накручивая мысли на воображаемый ткацкий станок, собирая их потом в клубок и распутывая. Если бы я не согласилась пойти с ним пить кофе - именно такими и были бы мои ближайшие пара-тройка часов.
- Нет, я сама улетаю... - я начала говорить, отвечая на его вопросы про то, кого я встречала, но затем он словно из пулемета окатил меня еще несколькими "вместе" подряд. Я поймала себя на мысли о том, что, возможно, никогда раньше не слышала это слово так часто и так подряд, да еще и обращенное ко мне. Делать что-то вместе, наверное, намного лучше, чем одному, - С удовольствием, спасибо, - я не была готова говорить о том, что рада пойти куда-то пить кофе "вместе", теперь придумав этому слову, может быть, чуть большее значение, чем оно на самом деле для меня значило бы.
Мы пошли вперед, а навстречу нам шли люди. Я даже задумалась на минуту о том, идет ли кто-нибудь вообще за нами или все наоборот решили собраться в зале ожидания, чтобы вместе, в общей тесноте дождаться восстановления работоспособности аэропорта. В моей голове предстала картина ликования, когда женский голос громко объявит о том, что все рейсы состоятся, что аэропорт продолжает свою деятельность и что каждый из пассажиров долетит до пункта назначения. В моей голове люди кричали от радости, подбрасывали в воздух шапки и кепки, но на деле все спешащие нам навстречу были угрюмы и переругивались друг с другом. Кто-то наступил другому на ногу, одной женщине проехали по ноге чемоданом - вокруг царил хаос и шум, отдельные голоса проявлялись и снова тонули в общем гуле недовольства. Я замедлила шаг и закрыла уши руками, общий гул отозвался эхом в гудящей теперь голове, и мне стало нехорошо. Наверное, нужно было пообедать. А может нужно лишь выпить кофе?..
- Чувствую, - ответила, услышав даже сквозь руки возле ушей голос своего нового знакомого. Я чувствовала, что остановись я сейчас, замедли шаг еще немного - и толпа с ее недовольствами, руганью, нервами, бедами и страхами захватит меня и понесет за собой. И я потону в этой толпе, больше вы меня не найдете, больше я себя не найду, - Старбакс, вроде бы, за углом, - я немного ожила, ускорив шаг и даже указав рукой в ту сторону, где предполагала нахождение кофейни. Эспрессо. Мне нужен эспрессо.
Меня толкнула плечом какая-то женщина, я извинилась. Я извинилась, и только выслушав обвинение в собственной неуклюжести и неповоротливости, повернулась к ней лицом и увидела в нем настолько неприкрытое раздражение и страх, что мне самой стало не по себе. Все эти люди - они так боялись не улететь, что постепенно сходили с ума и терялись в этом своем страхе.
- Мы с вами счастливые люди, если этот снегопад не поломал нам совершенно никаких планов, - ответила я на его вопрос про курение, когда та женщина скрылась в толпе за нами, - Курю. И вы курите, если вам хочется, - оглянулась вокруг, сделала несколько шагов спиной вперед, не теряя направления к Старбаксу, а затем повернулась обратно, - Им всем так нужно куда-то улететь. А нам с вами? - я говорила несколько отрешенно, будто бы просто рассуждая вслух, чувствуя слабость в ногах и огромное желание поскорее куда-нибудь сесть. Старбакс оказался совсем недалеко и там даже были свободные столики - все пассажиры караулили рейсы у табло с расписанием, им было не до кофе. До кофе было только мне и этому мужчине, который сразил с первых минут своей жизнерадостностью и словом "вместе". Мы сели за столик и я внимательнее посмотрела на его лицо, до этого в пути его практически не видя, рядом с ним я казалась очень грустным персонажем этой грустной истории об аэропорте. В отличие от доброжелательной и открытой улыбки на его лице, мое выражало скорее усталость и еле просматриваемую, но искреннюю радость о нашей встрече.
- Я никогда не любила прилетать, - произнесла я после того, как сделала заказ - эспрессо, - Мне больше нравилось улетать. А эти люди все так переживают из-за того, что хотят куда-то добраться... Мне сложно понять, - обрывки фраз прерывались щелканьем зажигалки и после получения долгожданной искры я сделала первую глубокую затяжку.

[AVA]http://s1.uploads.ru/ej2s9.png[/AVA]

+2

6

- Улетаете? – еще не знакомый город снова резко потерял привлекательность. Только разговорились с девушкой, а она уже улетает! Несправедливость. Соленое озеро как таковое меня не интересовало. - Я не заметил при вас вещей, - показал я руками рюкзак килограммов на двадцать. - Вот и подумал… А куда улетаете?

Наверное, куда-нибудь на юг. По принципу «там где нас нет», девушка вполне может стремиться туда, где шелестят пальмы и на прогулке можно носить что-нибудь полегче, чем стеганая куртка с капюшоном.

Праздничная толпа мне поднимает настроение, а вот раздраженная способна измотать нервы.
Унылые времена настали, с этими постоянными новостями о терактах. К тому же, американцы, в массе своей, привыкли к предсказуемости. Стоит чему-то пойти не так, даже если виной тому просто снежная туча, не имеющая никаких злостных намерений, и они принимаются искать врага.
Мою спутницу (во всяком случае, на это короткое время, спутницу) мне было бы страшно оставить в этом зале ожидания. Непреклонное выражение лица позволяло предположить, что она склонна противостоять толпе, как превосходящим силам противника.
Два враждебных взгляда скрестились в воздухе.  Но мы уж почти успели выбраться из эпицентра сконцентрированного раздражения.
Несмотря на стандартный интерьер (коричневые столы, зеленые логотипы, серые структуры аэропорта вокруг), кафе показалось мне очаровательно-старомодным. Трудно даже было признать в нем сетевое заведение.

- Надо же, как интересно. Я уже два года не видел кафе, где можно курить. Я вообще-то здесь в Калифорнии живу, в Сакраменто. Ну знаете, Калифорния, здоровый образ жизни, все такое. В отпуск вот подумал полететь, но мне в принципе все равно куда. А вы действительно считаете, что люди без планов самые счастливые? То есть, конечно, я не сомневаюсь в вашей искренности, просто удивился, потому что у меня был друг, у которого вся жизненная теория строилась как раз на противоположном. То есть, чем более конкретные планы, тем счастливее.
Хотя, с другой стороны, я ведь планировал полететь куда-то, где есть настоящая зима, но не слишком далеко. А в Нью-Йорк или в Солт-Лейк Сити – это уже детали. Вы не знаете, здесь есть картинная галерея?
  - осведомился я с живым интересом, потому что именно она, как ни крути, была вторым пунктом моего плана.
Третьим пунктом была Мирра и, возможно, секс без напрягов и обязательств. Но это если она будет в настроении. А настроения Мирры – штука непредсказуемая. Немного непредсказуемости в штилевом море американцев – разве не этого я хотел? И разве не об это обжегся, да так, что ринулся охладить свою боль куда-то, где с головой засыплет снегом.
Я вытащил из кармана помятую пачку с верблюдом и жадно затянулся.
- Давно забытые ощущения молодости, - с пафосом сказал я.
Но, так как в последнее время я старался вести здоровый образ жизни (проклятье! надо поскорее забыть об этом),  и курил мало, то позорно закашлялся и отхлебнул своего «американо». В отличие от моей новой знакомой (хотя вообще-то мы не познакомились)… В отличие от незнакомки из Солт-Лейк Сити, мне не хватало смелости или аскетизма, чтобы пробовать старбаксовский вариант обжарки кофейного зерна в концентрированном виде. Она-то изящно отхлебнула свой эспрессо, и бровью не повела. Привычно закурила и выпустила дым. И даже огоньку у меня не попросила. Наверное, в США такой жест в исполнении женщины смотрелся бы чертовски старомодно.
Ее слова задели меня за живое. Прошлись, так сказать, по личным переживаниям.
- Я вот чертовски переживал оттого, что хотел куда-то добраться, но не добрался, - с сердцем проговорил я. – Только это не связано ни с авиацией, ни с метеорологией. Незавершенный гештальт, знаете, есть такой термин? Это то, что заставляет людей становиться сталкерами... Ну в смысле, злостными нарушителями чужого информационного пространства, а не персонажами компьютерной игрушки... Вот это всё, – я сделал широкий жест вокруг, - меня наоборот здорово отвлекло. – Путешествия врачуют мятущийся дух, как писал Байрон… Или Геродот?..
Задумавшись, я отщипнул вилкой вязкий золотистый брикетик с вкраплениями маршмеллоу и воздушного риса – американскую разновидность пирожного. Есть можно. Что угодно можно есть с «Американо», лишь бы это было сладким.
- А вкусная штука это брауни с арахисовым маслом.
Я распилил плитку на две части тупым пластмассовым ножиком, который хозяйственно прихватил с прилавка, как и две вилки и пару пакетиков сахара.
- Хотите?.. - пододвинул я тарелку к девушке. Понятия не имею, любит ли она сладкое, но предлагать еду - это инстинкт у меня, наверное, голодные ирландские гены проявляются. - А почему вам прилетать не нравится? Нет, вообще-то я вас понимаю, но я мог бы назвать десяток своих причин и ни разу не угадать.

+1

7

Для меня было очень странным то, что мы с этим мужчиной разговаривали. Я не старалась улыбаться, не старалась произвести хорошее впечатление, не старалась даже поддержать беседу - беседа сама поддерживалась. Слабенько, с еле заметным пульсом, чаще пропадающим, нежели бьющим изо всех сил по сосудам и сердцу, но беседа не умирала. И заслуга в этом была не моя.
Случайно встретившийся в этот день мужчина сносил бурей общительности и своей открытостью старенький, уже прохудившийся кораблик моего малодушия и сухости. Я не могла выдержать этот натиск, и его позитивные и добрые вопросы, слова, истории поначалу меня даже раздражали - хотелось встать и уйти, забыть навсегда о том, что можно с кем-то разговаривать, не надевая масок, и не быть обузой в таком своем открытом, словно раздетом виде, но у меня не было сил даже на это. И при этом - при моем бессилье, при всем том унынии, что царило внутри меня и отражалось в усталой улыбке снаружи - он разговаривал со мной.
Мое сердце наполнилось благодарностью. Чувством, искренним и теплым, которого давно не было в моей душе, которое я уже забыла и теперь не сразу узнала, сначала приняв его за изжогу.
- Я собиралась впопыхах, - ответила с небольшой задержкой, подбирая правильные слова. Он спрашивал, куда я улетаю, а мне не хотелось отвечать - город я выбрала без каких-либо особых причин, это была лишь еще одна точка моего побега от невидимого врага, следующего по пятам. Казалось, скажи я название города вслух - и убежать не получится, меня снова обнаружит уносящая в глубину соленого озера из слез печаль, и придется снова бежать. У меня не было сил бежать, - Ничего особенного, просто совсем другой город. А вещи перешлют потом, - вранье, но только наполовину.
Мы добрались до Старбакса и сделали свой заказ. Я искренне верила в то, что чашечка крепкого эспрессо сможет мне помочь, глубоко в душе понимая, что это достаточно бесполезные надежды - меня могла бы спасти только эта беседа. И, может быть, еще одна.
- Это двояко, - отметила я с улыбкой, когда мы шли к столику, - Ваш знакомый - он умеет быть гибким в своих планах? - я сделала паузу, а затем продолжила, - Может быть я немного неправильно выразилась. Планы - это очень полезный инструмент для счастливой жизни, но когда люди ограничиваются только ими, то планы становятся главным оружием против жизни как таковой, - пожала плечами, - Вот, допустим, если какая-нибудь Лили, - Мразина Лили, если бы не она, я бы не оказалась в этом гребаном городе, - Она составила себе план на день, но второй пункт слишком затянулся. В итоге сбился третий, четвертый, пятый… Вечером Лили сидит и плачет, потому что не успела встретиться с парнем из-за кучи дел, он был шестым, но просто не влез в ее список дел, - я сопровождала рассказ жестикуляцией, моя правая рука была в роли этой глупой Лили, но теперь в игру вступила левая, - Но кто мешал Лили как-нибудь переставить планы или встретиться с парнем во время какого-то другого пункта? Встретить другого парня, в конце концов. Вот такие люди - заложники планов, - я хлопнула в ладоши, сбалансировав жизнь этой дурацкой Лили, - И раз вам не очень важно, куда лететь - то вы к ним не относитесь, поздравляю, - этот длинный монолог про наполовину выдуманную Лили меня развеселил и я протянула мужчине руку для поздравительного рукопожатия.
Принесли кофе, я закурила, мой собеседник - закашлялся, и я не смогла сдержать улыбки, но все же прикрыла ее рукой. Живость его действий понемногу заражала и меня, еще десять минут назад Дейдре Бёрнс не скрыла бы усмешку ладонью. Чего уж, я бы и не улыбнулась так искренне десять минут назад.
Не знаю, что выбрасывается в кровь после чашки эспрессо, но уже после пары глотков мне стало лучше, может быть у меня даже улучшился цвет лица, на щеках появился розовый румянец. Обстановка вокруг была очень уютной, приятной и как будто привычной, я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, прикрыв глаза, слушая слова мужчины про гештальты. Был ли у меня какой-то гештальт? Я не была готова ответить на этот вопрос самой себе, если бы спросил кто-то со стороны - может быть и придумала бы что-нибудь, но я не хотела врать себе.
- А про галереи я, кстати, ничего не знаю… Не увлекалась никогда. Может и зря, - сказала немного с запозданием, совсем забыв ответить на этот вопрос. Мужчина хвалил свой десерт и предлагал мне попробовать, но я вежливо отказалась, - Если честно, совсем не хочется сладкого, извините, - мне казалось, будто своим отказом я обижаю лично его, от этого стало паршиво, но мое упрямство и прямолинейность уже сыграли свое, теперь оставалось только жалеть, но  все так же стойко и упрямо не есть сладкое. Хотя появившееся чувство вины и почти заставило потянуться за вилочкой… - Когда прилетаешь всегда начинаются какие-то проблемы. Ну, знаете, когда ты улетаешь откуда-то, то и проблемы остаются как будто где-то позади, а встречая новый город встречаешься и с новыми сложностями, - я снова пожала плечами, делая глоток кофе и стряхивая пепел с сигареты, - Я трусиха, я боюсь сложностей. Я люблю от них убегать, а прибегать к ним - совсем нет, - из груди вырвалась горькая усмешка, я покачала головой, - Вкусно. да?.. - я все же взяла вилочку и попробовала кусочек десерта, - Хм, неплохо! Но очень сладко, конечно… Как бы так когда-нибудь улететь и никуда не прилететь? - поправила волосы и улыбнулась одними лишь уголками губ, - Ну что, эта причина была среди ваших десяти? Я довольно предсказуема.
[AVA]http://s1.uploads.ru/ej2s9.png[/AVA]

Отредактировано Deirdre Burns (2016-09-05 11:20:46)

+1

8

«Совсем другой город»… Он мог находиться где угодно в пределах США. Элегантно уйдя от вопроса о своем месте назначения, незнакомка стала еще более незнакомой, словно спряталась еще дальше, оставаясь прямо на виду.
- Ваш знакомый - он умеет быть гибким в своих планах?
Я мог бы отвечать на этот вопрос часа два. Честно, мне ни с кем не доводилось поговорить про Джонни, а высказаться вот так, под покровом анонимности было бы идеально… но абсолютно недопустимо по всяческим соображениям простого здравомыслия.
Поэтому я  пожал плечами и ответил осторожно.
- Ну, э, он так в целом не особо ценит гибкость, считает ее уделом бесхребетных людей.
У чернобровой и сероглазой моей собеседницы, однако же была своя личность, о которой накопилось, что порассказать. И очень хорошо, заключил я, значит, она считает рассказы об отсутствующих ближних своих чем-то допустимым. Нет, ну правда, о чем еще болтать, не о погоде же! Тем более, что с этой стороны за последние полчаса ничего не изменилось.
Я склонил голову набок, вникая.
- Лили, говорите, да? Похоже, она невезучая особа. Впрочем, знаете поговорку? Лучше быть неправым, чем непоследовательным. Может быть, следование своему плану уже само по себе для нее утешение. – Я вздохнул, уже думая о своем. – Надеюсь на это.
Мне нечасто встречались люди, которые бы принимали такое участие в жизни своих знакомых. Да плюс к тому, редко кто готов разыграть, наглядности ради, небольшой спектакль с помощью правой и левой руки. Принято думать, что жестикуляция – признак несолидности. А я вот считаю – пока у тебя есть две руки, с тобой всегда портативный театр теней и парочка воображаемых домашних животных. Подобные нехитрые зрелища обычно развлекали случившихся поблизости детей, даже если моей целью было развлечь только себя самого.
И сейчас, встретив (предположительную) единомышленницу, я выпустил прогуляться по столику одного из своего зверинца - ракообразного с подвижными усиками из указательного и безымянного пальцев. Зверь сделал несколько осторожных шажков, разминая лапки, и пошевелил усами, прислушиваясь к монологу.
И исчез в своем воображаемом ареале обитания, предоставив возможность для рукопожатия в реальной жизни. На которое я радостно ответил.
- Да, лучше гордиться, чем стыдиться, правда же! – вспомнил я новомодный американский лозунг. К такому качеству как безалаберность его тоже можно было отнести.
- Ну, сложности – это такое субъективное понятие… - расплывчато ответил я. Время от времени я готов горы свернуть, чтобы добиться своего, но далеко не всегда эта цель лежит на пути вверх по карьерной лестнице, и вообще соответствует системе американских идеалов. -  Наверно, все зависит от размеров проблем. Если ты оставил за спиной несущегося на тебя быка, а в пункте назначения тебя встретил рой москитов… - я развел руками. - А вообще-то вы самую суть схватили. Да, эта причина была под номером один в моем списке при прошлом перелете. Межконтинентальном. А на этот раз… - я призадумался и с удивлением констатировал очевидное. – И проблем-то никаких не было, кроме чисто личных. Можно сказать, я просто психанул. Как Френсис Скотт Фицджеральд в молодости. Хотя, надо сказать, что до пожилых лет он так и не дожил. В моем возрасте уже умер от болезни сердца.
Я поднял бумажный стаканчик и сделал глоток за упокой души. Кстати, удерживаясь от желания рассказать про Ф.С. Фицджеральда всё, как о тонком стилисте и исследователе человеческой натуры. Мне и самому было не очень понятно, к чему я упомянул этого писателя, так что надо было и честь знать.
Девушка смотрела на предложенное лакомство сторожко, словно пугливый олень. Как будто здесь ее могли чем-то отравить. Похоже, к «Старбаксу» она относилась критично, словно тоже была не местная.
- Да, в американском общепите всё такое сладкое, не правда ли? С кофе еще ничего, а с чаем уже не идет никак. Эх, не Париж здесь, не Париж, - покачал я головой.
Когда я жил в Париже в далекой молодости, денег у меня, как на грех, было исчезающе мало, но все же хватало на то, чтобы разжиться иногда уцененным, лишь слегка зачерствевшим, батончиком с шоколадом.
- Новые сложности в новом городе, говорите? Вы, значит, с трудом привыкаете к новым местам? – с любопытством спросил я. – А о работе стюардессы не думали?

+1

9

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Город соленого озера