Вверх Вниз
Возможно, когда-нибудь я перестану вести себя, как моральный урод, начну читать правильные книжки, брошу пить и стану бегать по утрам...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bad decisions ‡welcome to the Slytherin room ‡undefined


bad decisions ‡welcome to the Slytherin room ‡undefined

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://funkyimg.com/i/2gdAL.png
Ezra  and  Fate
Hogwarts School of Witchcraft and Wizardry
june of 1993 year
Ordinary Wizarding Levels
Nastily Exhausting Wizarding Tests

oh my god!

Отредактировано Remy Le Besco (2016-09-02 22:06:43)

+1

2

[NIC]Fate[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2gdAM.png[/AVA]

Слизерин брал таких же, как он, хитрецов,
Безупречных, к тому же, по крови.

Я никогда не задумывалась о том, как это - быть маглом, потому что родилась в семье чистокровных волшебников. Еще меньше я задумывалась о том, как это - быть полукровкой, которых не очень-то жалуют. А на слизерине не жалуют вообще. Ну, то есть совсем. То есть если ты проходишь мимо кого-то из слизеринцев, то 80%, что в спину тебе обязательно полетит это мерзкое и колючее "грязнокровка". На остальных факультетах таким унизительным и оскорбительным словом не пользуются. Наверное это следствие не только морали и воспитания, но и того, что на их факультетах грязнокровки есть, а у нас - нет. Однако, на мой скромный взгляд, уж лучше быть грязнокровкой, чем сквибом. Вот уж кому истинно не повезло! По-моему скромному мнению родиться в семье волшебников и не иметь возможности колдовать - настоящий позор и ад.
Но к чему это лирическое отступление? Можно подумать, что в моей хорошенькой голове нет мыслей получше, чем о грязнокровках. Особенно учитывая тот факт, что сегодня утро субботы. А в утро субботы я обычно люблю поваляться подольше под одеялом, переворачиваясь с бока на бок, стараясь не раскрывать глаз как можно больше, чтобы не видеть лиц соседок по комнате. Не то чтобы они мне не нравились (хотя и это тоже), просто надоели за столько лет хуже горькой редьки. Тем не менее, мне не мешало бы побыстрее поднять себя с кровати и привести в порядок, чтобы успеть на завтрак. При желании его, конечно, можно пропустить, но ходить весь день голодной мне не улыбается. Ну вот прямо совсем-совсем не улыбается. К тому же необходимо выловить Эзру, чтобы спросить, можем ли мы сегодня позаниматься вместе. Уроками. Ну и всякой фигней, естественно. В конце концов покладистым нравом ни я, ни он не отличаемся, а потому очень часто попадаем в разного рода... кхм... переделки. И не то чтобы нам не нравилось. Если отбросить из нашей жизни все эти увлекательные опыты, то что останется-то? Учеба. И поспать. И поесть. И учеба. И это не вариант.
Поэтому я заставляю себя раскрыть глаза, спустить ноги с кровати и встать, потягиваясь. Ночная сорочка привычно поднимается выше, оголяя стройные ноги, что меня абсолютно не смущает - я знаю, что хороша собой. Да и кого мне смущаться? Фыркнув, я тянусь к стулу, на который вечером скинула все свои вещи - чулки, юбку, рубашку, галстук, жилет и, конечно же, мантию. Натягиваю чулки и в таком, довольно странном виде, иду умываться. Мне даже представить смешно, как смотрятся вместе чулки и ночная сорочка, потому я улыбаюсь. Да и вообще, настроение у меня сегодня на удивление хорошее. Даже отличное. Да.
Плеснув в лицо воды и почистив зубы, я обнаруживаю, что моего полотенца нет на месте и чертыхаюсь про себя. Опять какая-то завистлива сучка его взяла и спрятала. В этом минус слизерина - мы не только плохо перевариваем учеников других факультетов, но и своих тоже. Да, внешне мы всегда едины, стоим друг за друга горой, но в целом... никто не удивится, если сказать, что у нас тут гадюшник, кишащий змеями. И именно поэтому, наплевав на все, я иду в гостиную слизерина прямо так, как есть - ночная сорочка и чулки. Лицо мое выражает решительность, глаза горят от злости, зубы крепко сжаты. И мне плевать, что там есть мальчики. Абсолютно.
- Мегги! - кричу я с порога, заставляя оглянуться девчонку с каре, которая стояла в углу гостиной, разглядывая какой-то пергамент, - Это ты спрятала мое полотенце, чертовка? - я подхожу ближе, склоняю голову на бок и сверлю ее взглядом. Какое-то время мы играем в гляделки, ожидая, кто сдастся первым, кто отведет взгляд и проиграет. И она проигрывает, устремляя взгляд в пол. Черные волосы падают на ее миленькое лицо, скрывая его от меня, поэтому я не вижу его выражения, когда она уверенным голосом произносит:
- Нет.
- Если это ты, я надеру тебе задницу, Мег, - шиплю я, продолжая сверлить ее взглядом. А потом как ни в чем не бывало пожимаю плечиками, разворачиваюсь и иду обратно в спальню, чтобы одеться. Уходя, я слышу, как некоторые обсуждают меня, перешептываясь. Я чувствую на себе взгляды - восхищенные, раздраженные, откровенные и даже осуждающие. Впрочем, осуждающих мало это же слизерин!
Еще пятнадцать минут у меня уходит на то, чтобы окончательно одеться, подкрасить глаза и привести свои волосы в порядок. Надо сказать, что мои волосы это моя гордость (хотя на фигуру и рост в 170 см я тоже не жалуюсь) - длинные, мягкие, серебристые. они искрятся на солнце подобно серебру. Идеальная внешность для ученика, который рожден, чтобы учиться именно на этом факультете. Идеальная внешность для девушки. Кроме того я умна и талантлива, хоть и несколько ленива. А еще, если быть откровенной, иногда я ужасная авантюристка и раздолбайка. Но не может же в человеке быть идеально абсолютно все?
Когда я прихожу в Большой зал, то сразу вижу Эзру и машу ему рукой, расплываясь в улыбке в качестве приветствия. Сажусь рядом, рука автоматически тянется к тарелке:
- Привет.

Отредактировано Denivel Simon (2016-09-04 22:16:32)

0

3

Говорит Слизерин: «Буду тех только брать,
У кого родовитые предки».

Да ты ж просто гном садовый, — голоса за моей спиной заливаются лживым подобострастным смехом, но мне и дела никакого нет ни до того, какое содержание тот смех в себе несет, ни до того, и из чьих глоток он сейчас вылетает, ведь куда большее удовольствие мне доставляет смотреть на то, как буквально на моих глазах съеживается, сморщивается мальчишка в желто-красном галстуке, как пытается спрятаться под собственной мантией, испариться, как цветочный горшок от метко брошенного заклинания бомбарды, или, на худой конец, слиться с пространством всегда полутемного коридора на пятом этаже, куда его вообще непонятно каким ветром занесло несмотря на запреты уродливого старика Филча и этого тощего странного рыжего парня - кто он там был, очередной Уизли, которых вечно пруд-пруди без пересчету, - главного у них там по этому рассаднику новоявленных учеников, охочих до знаний; не удивительно, конечно, что сейчас мозгов у них было относительно немного, но вот у этой конкретно взятой серой мыши, видимо, вообще никаких в черепушке не водилось, и я измывался над этим фактом уже битых минут двадцать, потому что презрение к грязнокровкам впитал с молоком матери, чистейшей, нельзя не отметить, по крови волшебницы. Как и мой отец, работающий не абы где, а в Министерстве.
Такой же мелкий, скрюченный, уродливый, — он заляпал мне мантию, потому что несся по коридору старшего курса с какой-то дрянью из столовой, опять же, несмотря на указание поменьше тащить жратвы в комнаты, чтобы не прибавлять работы домовикам, в одно время откровенно задолбавшимся выводить из комнаты Пуффендуя магических блох, от которых спасу не было никому, стоило этим грязным барсукам появиться в общественном месте. Не то, чтобы мне было дело до чувств каких-то домовиков — «домовик!» ржет чьей-то голос за моей спиной, принадлежащий, кажется, Иту, тощему такому парню с длинными патлами, собранными в скользкий крысиный хвост и спрятанными под мантию, так метко ржет, словно мысли мои выхватывает, — но и связываться с магическими блохами я тоже не подписывался, это же с ума сойти.
Эзра!
Вообще, в моей голове этот оклик звучит как: «Валить!»
Но для всех остальных он почему-то звучит точь-в-точь, как мое имя, и я вынужден подчиниться этому мнению большинства и обернуться, пряча обе руки за спину. Нет, я не собирался превращать этого мелкого паразита с факультета ощипанных кур в красных штанишках ни во что такое, что не смогло бы самостоятельно добраться до класса, но и размахивать палочкой прямо перед носом мальчишки особо никому не разрешено. Поэтому я ловко прячу ее в широкий рукав и встречаюсь взглядом с профессором Макгонагалл, уже успевшей сурово сдвинуть брови и начать испытывать на мне тот самый злой взор поверх очков.
Профессор, — улыбаюсь я, возвращая руки обратно. Маленький грязнокровный крысенышь жмется за спинами моих однокурсников, боясь даже нос высунуть навстречу своей спасительнице. Шутка ли, снова декан факультета вытаскивает из очередной неприятности. Она вечно своих вытаскивает из таких передряг, за которые мы не только баллы теряем, но и по шапке получаем просто будь здоров.
Что здесь происходит?
Она почти по слогам это произносит.
Я пожимаю плечами и развожу руками в стороны, позволяя одному из своих приятелей вступить в разговор вместо меня, а сам тихонько отхожу за спины - тут главное убраться быстрее, чем прозвучит второй оклик и, уже совсем в спину, «минус десять очков Слизерину!» - в круглощеком Роббе я уверен даже больше, чем в себе, и уж точно не понаслышке знаю, что уболтать он может даже нашего декана, не то, что эту поклонницу львов с кошачьей шерстью на выглаженном воротнике.
И мне удается это сделать.
Снова.
       
Эй, привет, — с набитым ртом говорить, может быть, и неприлично, но у меня это каких-то особых угрызений совести не вызывает, я всегда так делаю, — сегодня практикуемся?
Мы вообще странной парочкой были.
Ну, я и Фэйт.
Она вся такая белая, бледная, волосы тонкие и светлые, глаза огромные, носик точеный, а тут, значит, я, смуглый, волосы темные, глаза не светлее, и черты лица смотрятся в половину не так благородно, но наши семьи дружили и мы были знакомы с самого детства.
Черная змея и змея-серебрянка.
Краса и гордость этого года выпуска.
Я вообще ничего из ее уроков не помню, — это я о мадам Минерве - трансфигурацию у нас вела именно она и даже при том, что на занятиях превращать одни предметы в другие получалось у меня решительно неплохо, а в будущем я и вовсе планировал освоить анимагию, сейчас, в преддверии экзаменов, я пребывал в всепоглощающем ощущении того, что не помни ни одного заклинания и движения палочкой. Вспомнив о палочке, я выложил ее на стол рядом со своей тарелкой, — вообще ноль, — закатываю глаза, — а с утра еще с мелочью из Гриффендора столкнулся, прикинь, — я отодвигаюсь от стола, чтобы показать замызганный край своей мантии, — ты глянь вообще, а? Он носился по пятому этажу, так вот эта чуть баллы не поснимала. С меня, а...
Ученики вокруг нас шебуршились. Им-то стоило поспешать - это у нас занятий не было, свободное время для подготовки, но, вот честно сказать, я бы лучше подремал у этой бестолковой Трелони, чем готовиться к СОВ и ЖАБА.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2hfFa.png[/AVA][NIC]Ezra[/NIC]

+1

4

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bad decisions ‡welcome to the Slytherin room ‡undefined