Вверх Вниз
Возможно, когда-нибудь я перестану вести себя, как моральный урод, начну читать правильные книжки, брошу пить и стану бегать по утрам...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, ноябрь.
Средняя температура: днём +23;
ночью +6. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Check on it


Check on it

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

САКРАМЕНТО| 3 СЕНТЯБРЯ 2016| ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ

Amelia O'Dwyer & Tony Danziger
http://66.media.tumblr.com/e37c7eadad56927b2011c44b6ab9b342/tumblr_inline_mm1d43O1vu1qz4rgp.gif http://funkyimg.com/i/2gfkF.gif

Тони пришла в магазин за одеждой для детей. Амелии же понадобилась помощь в магазине детской одежды... 

0

2

вв
Праздники. Вы замечали, сколько праздников существует в мире? И при всем их многообразии, людям всё равно их не хватает. Они придумывают новые. Дополнительные. Развлекают себя, как могут. Месяц с первого свидания, два дня с покупки черепашки, год с приобретения дома, день рождения пятой рыбки в аквариуме. Какой только бред люди не празднуют. Покупают тортик, бутылку искристого шампанского, воздушные шарики и ещё очень много атмосферной муры и восторженно начинают отмечать свою красную дату в календаре. Даже если эта дата только что выдумана, как, в общем-то, и повод. Что уж говорить, если повод реально есть. Там и вовсе жди размаха: выкупают залы в ресторане или освобождают загородный дом, нанимают диджея, бармена, развлекателя и организатора. И попробуй остановить людей. В основном дамочек. С одной такой Амелия столкнулась где-то с месяц назад, с Салли.
Немного подробностей о кадре по имени Салли. Милейшая женщина сорока двух лет, мама трех прелестных малышей, капитан по званию и детектив по должности, умиленно складывающая ладошки над каждой беременной девушкой и младенцем в чепчике розового или иного другого цвета. Она не пропускала ни одной только что родившей или ещё не родившей женщины и принималась организовывать ей какой-нибудь праздник. Главное, было найти жертву, понятно, да? И жертву она ни одну ещё мимо себя не пропустила. Вот и в этот раз нашла. Несчастная отбивалась, но натиску Салли можно было только позавидовать. Бренда сдалась, и вот теперь весь участок в обязательном порядке должен был присутствовать на празднике, посвященном беременной мамочке. Амелия точно не знала, как называется это мероприятие, да и идти на него она не собиралась. Ну, не умилялась она беременным, не умела рисовать на распашонках и ползунках, абсолютно ничего не понимала в детской атрибутике, да и вообще просто не хотела попасть в общество бешеных женщин. А женщины буду непременно бешеные: а как ещё назвать женщин, который говорят исключительно «мимими» и множество нелепых слов с уменьшительно-ласкательным суффиксом?
Но хотела – не хотела, а идти надо было. Салли так просто не отстает. Она носилась по участку, словно буря, заглядывала всем в лица, хватала за руки и спрашивала купили ли они подарок будущей мамочке. А если не купили, то она посоветует, что купить, у неё же трое малышей, она знает, что нужно. Обычно Амелии удавалось подсунуть вместо себя какого-нибудь коллегу, который двигался и соображал слишком медленно, чтобы уклониться от Салли, но вчера что-то пошло не так. Лея вышла из кабинета прямо на Салли. И, разумеется, подверглась тщательному допросу. Из него же Лея узнала, что Бренда ждет мальчика, родится малыш то ли в ноябре, то ли в начале декабря и назовут его Майклом. Зачем все эти подробности были нужны Леи, не понятно. Но она стойко терпела болтовню и даже вовремя кивала. Докивалась и до того, что торжественно поклялась завтра же сходить в магазин и купить подарок, а потом вместе с ним прийти на праздник.
Будь воля Леи, она бы ни за что не пошла в магазин детской атрибутики. Но обещала, значит, надо. В магазине было страшно. Реально страшно. Повсюду бегали дети, за ними бегали родители с криком «давай померим эту шапочку! Просто померим! Ну, Джон/Вилли/Джейн/Венди!». Несколько минут Лея тупо стояла в проходе, пытаясь переждать волну из родителей и их отпрысков. Потом, правда, поняла, что никогда в сам магазин не попадет, если будет ждать и решительно начала пробиваться вглубь. Пробилась. И торжественно заблудилась. «Двоюродная сестра» Салли утащила её куда-то в область одежды для самых маленьких, болтая о чем-то о своем. Лея ничего не поняла, да и толком не слушала. Для вида она пошаталась вдоль стоек с висящими всевозможными маленькими комбинезончиками. Розовенькими и желтенькими с цветочками для девочек и голубенькими и зелёненькими с корабликами для мальчиков. Нет, она решительно не понимает, что от неё вообще нужно! Кто-нибудь спасите её!
Пытаясь разобраться в детской атрибутике, Лея вчера даже маме позвонила. Но Элизабет знала о детской одежде и игрушках ровно столько же, сколько и Лея. То есть ничего она о них не знала. Ей ребёнок уже большой достался. Потом Лея звонила Море и Максу. Тоже ничего толкового не добилась. Нужно было решать проблему самостоятельно. Ага, как же… Самостоятельно. Самостоятельно она только находит проблемы, а вовсе их не решает.
Ещё раз оглядев детские комбинезончики, костюмчики и стопки разноцветных ползунков-распашонок-рубашек, Лея поняла, что обречена. Нужно было срочно найти того, кто хоть что-то понимает вот в этом всем. Она огляделась вокруг. Девушка с ребёнком на руках была решительно отметена. Не потому что Амелия такая привередливая, а потому что девушка сама ничего не понимала. Лея слышала, как она спрашивала у ребёнка, какой размер костюма ему покупать. Ждала, что карапуз, которому на вид месяцев семь-восемь, ответит? Молодой папаша тоже оказался за чертой. Исключительно потому что он папаша и точно не мог ничего понимать в детских вещах - посмотрите на его испуганное лицо. Пора было начинать плакать. Садиться на пол и плакать. Или громко звать консультантов, что канули в лету. Все сразу.
С плачем пришлось подождать. На горизонте Лея заметила приятную темнокожую женщину, которая подавала все надежды. Вот к ней и надо подваливать. Амелия надеялась, что её не отправят и дальше гулять между многочисленными вешалками. Если начнут отправлять, она точно заплачет.
- Простите, вы не могли бы мне помочь? – всё-таки подрулила к женщине, параллельно убирая прядь волос за ухо. Делать несчастное лицо не нужно было, оно уже таковым было. С самого захода в эту обитель радости родителей.
- Меня позвали на праздник, посвященный будущей маме и её ребёнку, или что-то такое… Теперь надо покупать подарок, а я совершенно ничего не понимаю ни в детях, ни в вещах для них. Я даже едва ли представляю, как выглядит новорожденный ребёнок. Вы же меня не бросите на произвол судьбы? – с надеждой посмотрела в глаза и ещё раз заправила прядь волос за ухо. Чтобы она ещё раз согласилась на подобные приключения, да никогда!

Отредактировано Amelia O'Dwyer (2016-09-03 17:48:29)

+1

3

Кто бы мог подумать, что летние каникулы вместе с самим летним временем пронесутся подобно одному короткому мгновению? В прочем, так оно всегда и бывает: время несет тебя вперед, без оглядки, чтобы потом ты обнаружил себя преодолевшим длительный путь, о чем тебе только и останется удивляться, ведь пока твоим вниманием обладало что-то одно, вокруг строились дома, росли деревья и, конечно же, дети. Кажется, Пейтон только-только уговорила супруга (хотя, по правде говоря, уговорами аргументы темнокожей женщины можно с натяжкой назвать, поскольку она была очень и очень настойчивой в своих словах и выражениях) съездить на отдых. Да, отдых всей семьей, пусть даже младшей дочери Тони и Дитриха не исполнилось на тот момент полгода. И выбрала темнокожая женщина для этой их поездки без мобильных телефонов и прочих радостей техники далекий, казалось бы, Висконсин, откуда их дружное семейство уже взяло курс на Гавайи, с небольшой остановкой в Сакраменто, чтобы попросту перепаковать вещи. Пожалуй, стоит сказать, что миссис Данцигер была рада тому, как удачно, не смотря на всякие нюансы, сложились летние каникулы их семьи. И не только для них с Дитрихом, но и для Ноа с Энджи. Все-таки маленький озорник провел не только активное и познавательное лето, но и отлично провел время в кругу семьи, что было куда ценнее всего на свете. Уж Тони была в этом уверенна. И пусть Энджел не запомнит это лето от и до, зато у них всех будет много обратных воспоминаний, связанных с маленьким шоколадным ангелом, который все же внес свои коррективы в их программу отдыха. Тогда как раз у малышки начали резаться зубы и женщине пришлось провести по меньшей мере два дня рядом с ней в их бунгало, пока сын с мужем плавали в лагуне и наслаждались днями их совместного отдыха. Тогда же Ноа побывал на долгожданной рыбалке со своим отцом, что оставило свои потрясающие воспоминания. Не говоря уже об эмоциях, с которыми маленький темнокожий ребенок взахлеб рассказывал своей матери о том, как происходила эта ловля рыб, до которой его матери было явно далеко. Но, главное, что ребенок счастлив?
Но, вот и наступил август, сын отправился в школу, а на Тони ожидали свои рабочие моменты, с которыми ей пришлось справляться. К женщине пришла кое-какая известность в своих кругах, что приятно удивила ее, но и заставила еще более серьезно трудиться на поприще детской моды. Ведь теперь не только юная сеньорита Веласкес желала получать регулярно свои наряды от дизайнера и матери ее лучшего друга, но и многие влиятельные люди из мира шоу-бизнеса тоже хотели чего-нибудь оригинального для своей ребятни. Неожиданно, конечно, пришел последний летний месяц,  а еще боле незаметно ускользнул от них, хотя сентябрь был по-прежнему теплым и даже горячим. Правда, не настолько горячим, насколько он был в начале лета или в сам его разгар. Теперь, так называемая, угроза дождя была более реальна и, по правде говоря, женщина уже с нетерпением ожидала более холодного периода года. Как не крути, а есть что-то особенное и прекрасное в прохладных и мокрых днях конца осени, когда сидишь в теплом и уютном доме, держа в руках чашку с чаем или какао (а может кофе?), и наблюдаешь за тем, как мир продолжает переживать каждый момент: кто-то торопится, кто-то ждет на кого-то. Жизнь – полна движения. Именно в такие мгновения приходит такое осознание. А затем наступает зима с снегом или без, но Рождество всегда было самым любимым праздником для Тони, пусть даже сама женщина вряд ли могла себя отнести к особенно верующим людям. Главным было то, что в этот период она могла преподнести подарок своим близким, желательно, полезный подарок, который в будущем не раз пригодится или хотя бы порадует глаз. Однако пока было еще далеко заглядывать к декабрю, до которого оставалось еще целых три месяца. Пока следовало только готовиться к сезону подарков и только думать о том, куда бы свозить детей на каникулы, рассматривая традиционные места поездок и новые уголки мира, которые только оставалось открыть для себя. Но, пока еще время было.
Нынче в субботу женщина вывела на прогулку своих чад, пока дома муж справлялся с ремонтом скрипучей двери – да, за полтора года жизни в городе, одна из дверей начала жутко скрипеть. И, чтобы маленькие озорники не начали совать свои любопытные носы под руки Дитриху, женщина сразу же решила их вывести на прогулку, а заодно и приобрести кое-какие обновки детям. Все-таки дети растут не по дням, а по часам. Чего стоило только то, что Тони заметила, как брюки, которые она сшила сыну в начале лета, стали ему короткими. Так, словно бы и не на него шила, а на его младшего брата. Можно было, конечно же, сшить еще одни, вот только пока у женщины было не так много времени, а поэтому на выручку ей приходит детский магазин, куда она заходит вместе с Энджи и Ноа.
- Давай, мы пока припаркуем твою карету, милая, здесь, а ты пойдешь ко мне на ручки? – улыбнулась дочери женщина, протянув к ней руки. Естественно, малышка охотно пошла к матери на руки, так что уже спустя несколько минут они уже рассматривали одежку, как для Ноа, так и для Энджи. Именно в то время, когда они прошли немногим дальше по залу с одеждой, к Тони и обратилась какая-то женщина с просьбой. И, судя по тону ее голоса, просьба была очень и очень важной.
- Да? – ответила она, прежде чем выслушала всю речь светловолосой женщины. – Мм, а вы знаете, какого пола родился ребенок? Какие может увлечения у его матери есть? – Тони задала сразу несколько наводящих вопросов, после которых думала, что сможет сориентироваться. – Обычно принято дарить что-то полезное: крем после купания, например. Ну, или игрушки, которые спустя три месяца точно пригодятся. Вон, кстати, в тех синих коробках с красными надписями находятся неплохие игрушки – они немного дороже остальных, но судя по практике, - она поправляет дочь на руках, кивая в сторону тех самых коробочек с игрушками, о которых и говорила незнакомке, которой нужна была ее помощь, - и служат они на порядок дольше обычных.

- looks like -

+2

4

Чем дольше Лея находилась в магазине, тем сильнее понимала, что хренушки, никакими коврижками её не заставят сидеть на празднике, умиляться с каждого миленького подарка в красивой коробочке с ярким бантом, непременно синего цвета – ну, мальчика же ждут; заламывать ручки в восторге от корявых рисунков на белых ползунках и пищать над книжками для будущих мам с нарисованными пупсами. Подарит подарок, поздравит Бренду и уйдет в закат, даже если этот закат ознаменуется работой. Всё равно. Всё, что угодно, лишь бы не праздник. Лея – Волон-де-Морт, её бесит то, что она не понимает. А вот как раз охи и ахи она и не понимает. Ладно бы ребёнок уже родился, было бы от чего так пищать. Но он у мамы в животе и ещё, как минимум, два месяца там пробудет. Что само себе – новость отличная. Не скоро придётся идти на следующий праздник.
А ещё знаете, что было самое печальное в этом празднике? То, что его отмечать собрались в понедельник. В понедельник! Самый отвратительный день недели, самый ужасный. Второй по статистике убийств после воскресенья. Работы тьма тьмущая, постоянно куда-то дергают, начальство орёт, у детективов и патрульных дёргается глаз. Лея искренне ненавидела понедельники. И не только из-за массовых убийств и самоубийств, но и из-за регулярных совещаний, на которых априори ничего хорошего не говорили. Эти дурацкие понедельники портили настроение всем. А заодно портили всю сладость, оставшуюся после выходных. И вот в такой проклятый всеми день, назначили праздник! Да кто до такого вообще додумался? Надо вправить ему мозги. Но уже, видимо, после праздника.
Так, за подарком же пришла, да?
Вообще подарки Лея покупать любила. Ей нравилось копаться на полочках, выискивая что-нибудь маленькое, но запоминающееся и миленькое, будь то красное сердечко с ванильной надписью о любви или брелок в виде клевера  с разноцветными лепесточками. Ей нравилось выбирать и подбирать, носиться, словно буря, между лавочками, запрятанными в самые дальние уголки узких улочек, чтобы найти ту самую вещь в стиле ретро, о которой мечтала мама, или забрать с рук коллекционный, сделанный в ручную кораблик для отца. Она любила все эти хлопоты и заботы, лишь бы сделать приятное родным и близким. Ей даже нравилось покупать подарки единственному племяннику. Но на этом всё. Покупку подарков, когда она не знала человека, не знала его увлечений и предпочтений, она считала делом неблагодарным и слишком энергозатратным. А потому и заниматься им не любила. Лея, конечно, тянулась ко всему новому, обожала получать незабываемые впечатления и новые воспоминания, но не до такой степени, чтобы сейчас стойко терпеть крики младенцев, разрывающих барабанные перепонки, и пронзительные вопли родителей, что не могут успокоить своего пупса. Ну, нет, это слишком сложный квест.
Хорошо, что рядом оказалась такая милая женщина с милым, а главное – молчащим ребёнком на руках. Лея собиралась и, правда, начать плакать, если бы её отправили обратно ко всем этим цветным стопочкам. Ну, можно было ещё найти всё-таки консультанта и задолбать его. В таком случае, натиску Леи позавидовала бы и Салли, которая пока лидировала в способности проламывать барьеры.
- В том то и дело, что этот несчастный ребёнок ещё даже не родился, - грустно пробормотала О’Двайер. Правда, грустно. Малыш не родился, а она уже бегает и ищет ему подарок. Идиотизм чистой воды, честное слово. А потом он родится, и начинай сначала. Выбирай ему костюмчик, шапочки и пенеточки или что там ещё принято дарить. Игрушки-погремушки, да? Пожалуй, своих детей Амелия заведет не скоро. Материнский инстинкт или что там есть у всех девочек у неё отбит напрочь. Если девочки в детстве возились с пупсиками, одевали их в разноцветные одежки, купали и кормили из импровизированной бутылочки, то Лея в это время по деревьям лазила и с мальчишками на заднем дворе соседей дралась за стянутое у следующих соседей яблоко. Действительно, откуда взяться материнскому инстинкту и хотя бы элементарным знаниям о детях.
- Но я точно знаю, что будет мальчик, - радостно поделилась знаниями, которые почему-то задержались в голове. «Ну или не мальчик. Тут как бы только два варианта. Или мальчик, или девочка. Не думаю, что ребёнок обидится, если игрушка будет розовой, он и не поймет». Так, уже лучше. Её отправили куда-то к игрушкам. Ладно, игрушки это не страшно. С игрушками она справится. Наверное. Во что там играют младенцы? Погремушки, да, всякие? И эти, как их, пирамидки, плюшевые зверюшки, а нет, плюшевые зверушки, наверное, не про них, они же всё в рот тащат, машинки там, кораблики, самолётики. Да, с подбором игрушки она должна справиться.
- Вы не будете против, если к вам чуть позже ещё пристану? – виновато улыбнулась, - вы здесь единственный человек, который хоть что-то понимает в детях и умеет с ними возиться, - потому что остальные либо не понимают, либо не умеют с ними обращаться.
Первый раунд квеста прошел нормально. Игрушки Лея нашла и даже смогла выбрать. Сама чуть не расплакалась над ними. Они были такие забавные. И все какие-нибудь полезные, развивающие. Правда, что там нужно было развивать двух- трехмесячному ребёнку Лея не знала и не поняла, но игрушками повосторгалась и сложила их в отдельную подарочную коробку, которую отыскала на одной из полок. Коробочку унесла на кассу, а потом вернулась к детским вещам. Что-то ей Салли говорила про одежду. Вспомнить бы…
Мучительно вспоминала болтовню коллеги, отсеивала ненужные слова, чтобы найти то зерно, которое прослушала во время разговора. Что-то было про то, что Салли разделила одежду для малыша на первое время между всеми сотрудниками. Лее тоже что-то досталось… Что? А да, кажется, что-то на прохладную осень нужно было купить и что-то тоненькое для дома. И желательно голубого или зелёного цвета. Ужасно.
Лея пострадала у одежды, на которой – ужасно! – не было надписей вроде «0-1 месяц» или что-то подобное. На них были какие-то непонятные и ужасные цифры, которые, вроде бы, обозначали рост. Сколько ростом обычный среднестатистический новорожденный, Амелия понятия не имела. Ей снова нужна была та замечательная незнакомка, которая с одной частью подарка уже помогла справиться. Лея её нашла и ужасно обрадовалась!
- А это снова я. С одной частью квеста с вашей помощью я справилась, спасибо. Но теперь квест усложняется. Мне велели купить, добровольно-принудительно, комбинезоны. Один на прохладную осень, а другой на якобы жаркое лето, - ужасно, да? – с толщиной костюма я ещё разберусь, а вот с размерами… Какой размер обычно покупают новорожденным? Я знаю, я вас замучила, простите, но я, правда, ничего не понимаю в детях… - замолчала, - я просто обязана буду купить вам кофе после всей этой муки и квеста, который вы вынуждены проходить со мной. Я куплю, правда-правда!

+1

5

- В том то и дело, что этот несчастный ребёнок ещё даже не родился, - произносит белокурая мисс, которая и обратилась к Тони с весьма типичной и даже обычной просьбой о помощи по выбору подарка для малыша, которую не единожды можно было услышать в пределах детского магазина. Но, сложность была именно в том, что он пока не увидел свет, а лишь находился под сердцем у матери, где ему было вполне хорошо и комфортно.
Что же, не так уж и много найдется в мире женщин, которые будут рисковать настолько, чтобы устраивать праздники в честь своих детей, когда те еще не родились успешно и без проблем. Ведь, как бы там ни было, а каждая мать, так или иначе, хорошо все или плохо в ее жизни, но переживает и беспокоится о том временном отрезке, на который выпадают роды. Это все Тони уже проходила дважды и прекрасно помнила, как волновалась по поводу любой мелочи, что происходила с ней на последних неделях беременности. И даже все уверения доктора, наблюдавшего ее на протяжении всего периода, миссис Данцигер не торопилась устраивать какие-то празднества по поводу скорого рождения сына и дочки, предвидя в этом какую-то плохую примету, о которой она услышала как-то от соседки или даже от подруги-пуэрториканки. В прочем, быть может, дело было в том, что Пейтон слишком хорошо помнила тот день и час, когда узнала, что своего первого малыша она потеряла? Ведь однажды потеряв, вернуть себе покой будет не так просто…
- Вон оно как, ... - только решилась ответить женщина, не торопясь предупреждать молодую особу с какими-то не хорошими приметами. Если женщина, ожидавшая рождения ребенка, к которой хотела прийти эта мисс в гости, была настолько уверенна в наилучшее, и не боялась опережать событий – разве это так плохо? Не каждый способен на такое, так что определенно стоило только порадоваться за нее.
- Надеюсь, что у вашей подруги родится здоровый сынишка тогда, - искренне желает Пейтон, когда женщина рассказывает, что все уже знают пол ребенка. В прочем, Тони могла бы навести целую массу примеров, когда УЗИ ошибался и подсовывал родителям, уже прикупившим все к появлению дочери сына. Да, порой бывает, что пацаны скрываются до последнего момента, поворачиваясь к мистеру доктору спиной, что строит предположения, будто это девчонка затаилась. И надо сказать, что даже Пейтон, зная, что у нее должна была родиться дочь, порой сомневалась в правдивости предположений доктора, когда какая-то из народных примет начинала сеять справедливые сомнения относительно того, что может влиять на пол ребенка. – Но, если ребенок еще не родился, я предлагаю вам выбрать что-то менее пестрое и определенное для какого-то пола ребенка, - пожимает плечами темнокожая женщина. – Почему бы нет? Мы пока здесь точно застряли на час, пока не выберем то, что нам нужно, - улыбается дизайнер женской одежды, прежде чем согласно кивнуть своей собеседнице и, поправив на руках дочь, отправиться на примерку с ней и Ноа. Она не говорит о том, что также есть продавцы-консультанты, призванные для того, чтобы убедить приобрести ту или иную вещь в их магазине. Знает, как важно услышать незаинтересованное мнение со стороны, которое поможет в выборе и поспособствует облегчению ноши. Тони сама была на месте Амелии, когда отправлялась в магазин одна с Ноа, а ее подруги или сестра не могли составить ей компанию или банально помочь в выборе, когда были заняты своими собственными делами.
Выбрав сыну несколько модных брюк, а также рубашек и футболок, которые отлично бы к ним подошли и сгодились бы для походов в школу, женщина отправляет ребенка на примерку. Правда, помочь сыну переодеться Тони не просто, когда она держит на руках дочь. Так что, Ноа, как почти уже взрослому ребенку приходится самостоятельно переодеваться, почти как взрослому, чтобы уже спустя несколько минут определить, что ему нравится и подходит, а что лучше будет оставить на вешалке и забыть, что они примерили. Отложив рубашку в сине-белую клеточку, а также пару джинсовых и обычных брюк, женщина решила выбрать также что-то и из обуви, на примерку которой она усадила сына на один из мягких пуфиков в обувном отеле. И пока Ноа пытался обуться тоже самостоятельно, Энджи весело курлыкала на своем языке, так и не обращаясь к матери на желанное «мама», а лишь тягая ее за длинные серьги в ушах, от чего женщина даже несколько раз едва не зашипела от боли.
- Милая, нельзя так делать, а то у мамы отвалятся однажды уши, - нежно пожурила Пейтон дочь, освободив из плена маленькой ручки свою серьгу, за которую та держалась так, словно бы то была ее самая любимая игрушка. – Нет, ну не за чем хныкать, дорогая, - добавила Тони, когда дочь хмыкнула носом и насупилась именно так, словно мама ее обидела.
- Я все! – тем временем огласил Ноа, обув свои ботинки, которые отлично должны были ему подойти на дождливую погоду и калифорнийской осенью, и зимой.
- О, отлично, мой хороший! И как? Не жмут тебя? Попробуй пройтись в них немного, – спрашивает она у сына, что только пожимает плечами, не зная, что ответить на такой вопрос матери. Так что, Тони пришлось наклониться к сыну и попробовать самостоятельно, как обстоят дела с ботинками. – Хм, вроде не плохо… - размышляет вслух женщина, наклонившись к ребенку, чтобы проверить, как сидят ботинки, есть ли хоть небольшой простор для носков и не слетают ли эти ботинки вовсе из маленькой ножки шестилетнего ребенка. – Но, давай, ты обуешь еще на размер побольше? Посмотрим, как они будут сидеть на твоей ножке, - добавила она, прежде чем услышала, как ее окликнули.
- Да все в порядке, мисс, - отмахивается она от извинений белокурой леди, что еще недавно спрашивала ее совета с тем, что лучше было бы приобрести новорожденному ребенку. И теперь она, похоже, получила более точный заказ, возможно, даже от самой матери ребенка, угодить которой будет ну просто не реально, каких бы только мимимишных вещей не накупили, ничто не сравнится именно с тем, что для сына выбрала она сама.
- Ноа, ты пока примерь, а я сейчас подойду к тому стенду с одеждой для крох, хорошо? – обращается она к сыну, что боролся со шнурками на ботинках, которые примерял. К счастью, отдел для одежды совсем маленьких малюток находился рядышком, и оттуда было отлично видно сына на том пуфе, где она его усадила. Так что, Тони могла уделить немного внимания молодой женщине.
- Для новорожденных детей до трех месяцев идет обычно один размер, - говорит Тони, ухватившись рукой за один из комбинезонов, что висел на вешалке в первом же ряду. На этой же вешалке и красовались цифры, обозначавшие размер одежды, который предлагался для приобретения. – Не стоит бояться, что одежда немного великовата и свободна – дети в этом возрасте очень быстро растут. Но, кстати, если ребенок крупненьким родится, то ему очень скоро одежда типичного размера будет мала и он ее не успеет «поносить», как следует, - продолжает свой экскурс в мир детской одежды Тони. – Вообще, я не понимаю, зачем покупать комбез на лето. У меня, например, Энджи отходила лето практически голышом или в платьях. К тому же, к тому времени, когда оно наступит, ребенок будет уже совсем большой и наверняка найдется что-нибудь поинтереснее комбинезона. Если бы вы видели, сколько всего можно надеть на маленьких модников, то глаза бы просто разбежались, - продолжает темнокожая женщина, прежде чем поняла, что должно быть совершенно закрутила голову своей новой знакомой. – Смотрите, если брать на осень, то этот комбинезон подойдет для вашего племянника, да? – спрашивает так, невзначай, делая совсем небольшую заминку в разговоре. – Брать два таких, наверное, не стоит. Но, вот такой вариант, - Тони указывает на более домашний комбинезон в виде зверушки, - будет очень милым и, кстати, подойдет для купания. У нас такой был «крольчонок» с ушками и даже хвостиком. Этот «тигренок» и «панда» - тоже ничего, - добавляет женщина, умиляясь одеждой, которую видит и держит в руках. Ткань мягкая и приятная на ощупь, не говоря уже о том, как забавно будет выглядеть на малыше.

+1

6

Совершенно точно Амелия больше никогда не согласиться идти на какие-то сомнительные мероприятия по поводу предстоящего или уже состоявшегося рождения ребёнка. Она совершенно точно ничего не понимает во всем этом многообразии вещей и вообще во всем этом. Когда и если у неё будет ребёнок, она его угробит. В первый же день. Если никто более сведущий рядом не окажется. Пока же таковых личностей в ближайшем окружении нет. Разве что Макс, но он уже и забыл, какие бывают маленькие дети, ему теперь уже кажется, что они все рождаются девятилетками, ага, как же. А действительно, почему дети не могут родиться сразу девятилетками?
- вон оно что, надо запомнить, вдруг ещё раз пригодится, - Амелия на всё кивает головой. Как прилежная ученица старается внять тому, что ей говорит так удачно нашедшаяся помощница. Лея готова обнимать её крепко-крепко, хотя бурное проявление эмоций это совершенно не её. Ну, во всяком случае, не такого рода эмоций. Поэтому она просто во все глаза смотрит на детские вещи, думая, когда же настанет у неё возраст умиления детским вещам. Пока что-то не умиляется. Тяжелая публика на счет карапузов. Может быть, дело шло бы легче, будь в окружении Леи дети, хоть какие-нибудь. Племянник не в счет, он посерьезней взрослых будет уже. Дети не находятся, рожать никто не хочет. Все вокруг утверждают, что детей не любят и вообще, они, дети, их пугают. Вот и Лею пугают, но с подарком всё равно делать что-то надо, иначе Салли её прибьет. Степлером. Страшное оружие!
- Да я вообще не понимаю, зачем покупать одежду на ребёнка заранее. Ну и вообще, почему бы этим не заняться будущим родителям, им точно это будет в радость, - кто только спрашивать будет. Салли вот не спрашивала никого и ничего. Просто раздала всем указания и велела их исполнить в кратчайшие сроки. Интересно, а мужскую часть населения полицейского участка она тоже заставила в магазин с детскими вещами идти или придумала квест посложнее? Надо у Шона спросить, Амелия видела, как Салли к нему подруливала. Даже до начальника отдела добралась, вот напор у человека! Завидовать и завидовать.
- Если честно, то глаза у меня уже сейчас разбегаются, - Лея разводит руками. Будь она здесь одна, никогда бы ничего не выбрала. А консультантов тут днем с огнем не сыщешь. Хотя, кажется, вон одна бегает, пытается выловить чьего-то малыша с чересчур звонким голосом. Ну, пусть и дальше бегает.
- должен подойти, - Лея улыбается. Пропускает мимо ушей про племянника. Пусть будет племянник, ладно. Незачем засовывать в голову Тони лишнюю информацию. Судя по тому, что у неё двое детей, в этой самой голове и так информации немало. Даже очень немало. Дофига.
- ребёнок, наверное, в таком костюме вообще прелестью кажется, - все они прелестны, когда не кричат. И когда им больше семи лет. Лея решила больше нагло не эксплуатировать женщину, которая пришла сюда по своим делам и случайно попала в помощники. Тем более костюмчики, предложенные Тони, были замечательными и подходили как на мальчика, так и на девочку. Мало ли что бывает. Макс вот говорил, что тоже девочку ждал, а теперь у них Альфред. Не совсем девочка. Даже можно сказать, что совсем не девочка.
Лея выбрала один из осенних комбинезонов с каким-то довольно нейтральным, но очень милым рисунком и «панду». Всё, квест успешно пройден. Осталось всё это упаковать в пре-лест-ну-ю коробочку с таким же пре-лест-ным бантиком и в понедельник – будь проклят этот день – вручить будущей маме.
- спасибо вам большое, вы так меня выручили! И спасли от растерзания коллеги, которая и решила замучить весь наш отдел этим праздником, - вот по-любому Салли ещё пару раз заходила к ним, чтобы напомнить про праздник. Детективы убойного самые неколлективные детективы во всем участке, так и норовят куда-нибудь не прийти, прикрывшись убийством или бумагами, которые очень-очень-очень срочно нужно сдать прямо сейчас, а они ещё не сделанные.
- а ещё у вас замечательные дети, - едва ли не единственные дети, которые ведут себя хорошо во всем этом огромном магазине, - и вы замечательная мама, - Лея ещё раз улыбнулась. Вообще как только с выбор вещей было покончено, она сияла, как елка новогодняя. Гора такая с плеч! – спасибо вам ещё раз, - Лея больше не стала мешать заниматься Тони своими делами и постаралась слиться с горизонтом.

8 сентября
Кафе недалеко от полицейского участка

Пытка-праздник прошел спокойно. Никто никого не убил, все улыбались, смеялись и с удовольствием уминали пироженки и тортики. Правда, Лея до еды не дотянула – какого-то бедолагу убили на радость ей. Она громче всех просила отравить на осмотр трупа именно её. Шон даже удивился. Вообще-то Лея редко рвалась на скучные дела, её нужно было заставлять забирать очередной очевидный висячок. А тут сама пошла. Вот что праздники с человеком творят.
Правда, позже Лея поняла, что поторопилась с делом. Никакого решения в нём не было. Был просто труп. И больше ничего. Если во вторник Амелия изобразила что-то вроде активной деятельности, то уже в среду решила перекинуть все свои силы на дела поинтереснее, в которых ещё может быть хоть какой-то выход. При детальном рассмотрении половина дел тоже оказалась упертыми в тупик и толку копаться в них не было никакого. Амелия загрустила. Она не любила, когда у неё не было нормальной работы. В голове сразу возникали какие-то дурацкие мысли и их приходилось думать. А это думать, как известно, ещё никогда ни к чему хорошему не приводило.
Спас Амелию коллега, которому досталось дело пропавшей девушки. Почему убойный отдел занимался потеряшкой было непонятно. То ли девушку уже заранее похоронили, то ли больше никто не согласился с делом возиться, но распутывать клубок пришлось именно им. Амелия согласилась помочь сразу, нужно же было продолжать изображать бурную деятельность. Да и вообще хоть какую-то деятельность, а не сидеть за столом и с выражением смертной скуки читать старые дела.
Девушка пропала и никаких сведений о том, где она может быть не было. Никто ничего не знал и не видел. Все её подружки молчали, как рыбы об лед. Только через пару недель они соизволили рассказать полиции, что у них остался её телефон. Амелия думала, что задушит кого-нибудь из них за промедление. Далеко их, конечно, телефон не продвинул, но дал хоть какую-то новую зацепку – последний исходящий звонок. Амелия не надеялась, что разговор с женщиной, которой звонила пропавшая, что-то даст, но поговорить было нужно. Мало ли что.
С Тони Лея договорилась встретиться в кафе рядом с участком: ей не стоило уходить далеко, в последнее время её дергали по поводу и без повода. Пошла Амелия прямо в форме – в кафе давно привыкли к копам, они часто прибегали за едой, которая в участке была истреблена как класс.  Время до прихода Тони ещё оставалось. Лея успела заказать кофе и поглазеть на посетителей, прежде чем увидела собеседницу. Увидела и удивилась. Это была её помощница по выбору подарка на праздник. Оказывается, правду говорят, что Сакраменто – это большая деревня!
- Здравствуйте, Тони! – Амелия встала навстречу женщине, вежливо подождала, пока та сядет за столик, а потом продолжила: - помните, я обещала вам кофе за помощь? Вот видите, не обманула, - на этом неофициальный разговор пришлось свернуть. Нужно было переходить к делу, - я вам звонила по поводу одной девушки.. Джосс. Вы ведь знаете такую? Так вот, она пропала. Мы нашли её телефон, и последний звонок был вам. Что вы можете мне рассказать вообще о Джосс? Этот разговор неофициальный, поэтому можете говорить совершенно свободно. В протокол не попадет ни слова.

+1

7

Какая же все-таки прелестная детская одежда! Особенно все эти костюмчики для самых маленьких новорожденных детишек, вроде того костюмчика-комбинезона, который Пейтон держала в своих руках сейчас, да и не только. Помнится, дизайнер детской одежды свою дочь однажды нарядила в чудесный костюмчик пчелы по поводу первой их приятной даты – первого месяца жизни малышки Энджи, на которой сейчас уже красовались более женственные наряды, если только можно так сказать о детской одежде для девочек, которую Тони выбирала для своей дочери. Нет, конечно же, темнокожая женщина не пыталась превратить свою дочурку в диснеевскую принцессу, вроде Мулан и … какие там еще новые персонажи появились, в особенности со смуглым цветом кожи? В любом случае, они с Энджел еще успеют вместе узнать обо всех этих принцессах (а может, к тому времени появятся еще новые?), когда маленькая мисс будет подрастать и становиться все старше. До тех пор же остается только воспитывать маленькую индивидуальность. При этом, да, уже с самых первых месяцев жизни. И, пусть прозвучит смешно или нет, но у дочери миссис Данцигер уже был свой любимый цвет – не розовый, как можно было подумать. Маленькая мисс просто до безумия обожала все блестки на своем белом платье, которым она не так давно обзавелась. По крайней мере, такой вывод сделала ее мать, когда наряжала Энджи на какое-то празднество, пусть и в кругу семьи.
- Не то слово – прелесть, - отвечает Тони на слова светловолосой женщины, которой она нынче помогала выбрать костюмчик. И тут, конечно же, можно было тоже предложить свои дизайнерские услуги, добавив также и о том, что можно сделать лучше, ведь это будет очень индивидуально и неповторимо, т.к. будет в одном единственном экземпляре, но решает, что делать это незачем. Не имея представления о том, какой личностью будет малыш, какое имя даже он или она получит, сложно выбирать. Тем более, практически постороннему человеку, которому самое главное – это сделать подарок или же просто отстреляться, оставив по себе и о своем подарке приятное воспоминание. Тем более, существуют и те люди, которые считают дизайнеров, шьющих детскую одежду лишней тратой своего времени и карманов – дети в младенчестве (да, и не только) растут, как на дрожжах. Не успеваешь купить новые джинсы или футболку, как вскоре требуются новые. И об этом женщина знает не понаслышке.
- Да, не за что, - произносит в ответ на благодарность повстречавшейся ей в магазинчике женщины Тони. Ей подобная услуга не составила никакого труда. Тем более, Энджи пока не требовала к себе много внимания и сладко дремала в своей коляске, на которой она обычно и сопровождала Пейтон на работу или в любых других прогулках по городу. – Рада была помочь. Надеюсь, костюмчик будет в самый раз, - добавляет она, прежде чем слышит еще одну похвалу, от которой становится особенно тепло на сердце. Не часто можно услышать от кого-то постороннего и малознакомого в современном мире столько благодарностей и уж тем более теплых слов. Все-таки в современности мы забываем очень часто элементарную необходимость в тепле, которое мы можем передать при помощи всего лишь одного слова. А что уже говорить, если этих слов становится чуть больше? Естественно, Тони не претендовала на звание матери года, однако подобная мысль приходится лестным теплом на душу дизайнера, которая старалась совмещать не в ущерб семье свою работу и обязанности матери, а еще жены. И дай бог, чтобы у нее все получалось хотя бы в примерно том же темпе, что и сейчас…
Распрощавшись с белокурой женщиной, Пейтон вернулась к сыну, что уже успел примерить то, что ему подобрала мама, так что из нескольких вариантов обуви они остановились на двух, решив, что приобретут и то, что было по душе Тони, и то, что понравилось больше Ноа. Конечно же, мальчишка предпочел обувь без шнуровки, которую его маленькие пальчики еще не научились досконально завязывать, но это не было причиной отказываться от обуви со шнуровкой, ведь этот навык и умение следует только развивать.
Так и потянулась череда первых осенних дней для Пейтон, а также всей ее семьи, в которых было немало работы и домашних заданий, в которых женщина пыталась помочь своему сыну, если ему было не справиться с ними самостоятельно. Вот только в один вечер миссис Данцигер получила достаточно странный звонок от неизвестного абонента. Только сняв трубку, женщина сразу же подумала, что ничего хорошего не услышит. Однако скрывать от полиции супруге лоббиста госпожи губернатора нечего было, поэтому она охотно согласилась прийти на эту встречу в полдень, пока сын был в школе, тогда как Энджи Тони оставила на попечении своей старшей сестры. В какой-то степени темнокожая леди была заинтригована причиной встречи именно в кафе возле участка, тогда как с другой стороны ее мало-помалу начало есть волнение и не самое хорошее предчувствие. Все-таки не так уж и часто полиция просто так решает поговорить, правда?
До места назначенной встречи женщина прибыла на своем автомобиле. И на этот раз, как и во многие другие, предшествующие процессу парковки, она уделила особенное внимание близь стоящим авто, чтобы не задеть случайно кого-то. Как бы там ни было, а к габаритам машины она должна была уже привыкнуть и не допускать казусов с царапинами на других тачках, даже частичный ремонт которых мог стоить больше дохода от ее маленького бизнеса. Выйдя из машины, Тони захлопнула дверь и поставила на сигнализацию свою Тойоту – давняя привычка женщины; и, оглянувшись по сторонам, поспешила вовнутрь кафе, не желая заставлять себя ждать. Как бы там ни было, а она не была сверх пунктуальным человеком и уже задерживалась на добрых десять минут, но порой не за нами вина нашего опоздания, а скорее за интенсивностью автомобильного движения на избранном нами пути.
- Амелия? – увидев знакомую женщину, с которой совершенно недавно виделась в магазинчике детской одежды, произносит Тони, присматриваясь к той одежде, что была на молодой женщине. – Простите, я задержалась – по дороге мне попадались одни красные; надеюсь, что ваш детский праздник прошел хорошо? – спрашивает темнокожая леди, прежде чем опуститься на кресло напротив полисвумен, которой коротко улыбается в ответ на ее реплику о кофе. Однако Амелия не теряет зря времени быстро переходя к самой сути того вопроса, который и свел их этим осенним днем. И как подсказывала Пейтон ее интуиция – дело было не самым приятным.
Прежде чем ответить на вопрос Амелии, Тони тихо вздыхает, пытаясь промотать в своей памяти события недавних дней, припомнить тот вечер, когда Джосс звонила ей. И, надо сказать, когда Пейтон увидела на экране своего мобильника комбинацию из знакомых цифр, подумала попросту, что кто-то ошибся номером, а как только она сняла трубку – поспешил отклонить вызов. Но, кто бы мог подумать, что это звонила Джосс?
- Среди моих знакомых есть только одна девушка, что носит такое имя, и если вы о темнокожей девушке около двадцати двух лет с афро-косичками, то … мы говорим об одной и той же особе, - произносит темнокожая женщина, желая ответить на вопрос Амелии по большей мере честно. И пусть это вряд ли даст что-то следствию, она расскажет именно то, что знает. – Мы работали где-то около трех-четырех месяцев в кафе в прошлом году – с марта по июнь прошлого года. Знаете, то заведение, которое принадлежит миссис Дайане Мёрфи? Ее муж баллотируется в мэры, по-моему, - добавляет женщина дальше. – В общем, она была моей сменщицей, и достаточно часто мне доводилось ее прикрывать – то у нее была какая-то сессия, то еще что-то. Моему мужу это не нравилось, потому что страдали мои выходные дни и нарушался всякий баланс между рабочими и выходными днями, но в целом – она была не плохой девчонкой. Я уже не работаю в том кафе больше года, и даже не знала, что именно Джосс звонила – мне пришлось сменить мобильник. Но, к сожалению, не все телефонные контакты остались на новом девайсе, - продолжила женщина, остановившись ненадолго. – Не знаю, чем могу я вам еще помочь? Я давно уже не виделась с Джосс и не знаю, почему она именно мне звонила? – спрашивает то ли у Амелии, то ли у себя. – А как давно Джосс пропала?

+1

8

В кафе было жарко. Слишком жарко. Амелии казалось, что долго она здесь не протянет: растает. Она, конечно, не снегурочка, но к жаре всегда относилась плохо. Она выросла в Бостоне, где не было совершенно никакой жары. Только летом. Уже в сентябре поднимался холодный ветер, что сдувал абсолютно всё на своем пути. Он легко проникал через кирпичные стены домов и заставлял натягивать на себя бесконечные кофты. Но Амелии нравилось носить кофты. И рубашки с длинными рукавами. В Сакраменто всё это было не нужно. Всё это можно было смело выбросить. Даже упаковывать в коробки не было смысла. Надоела эта жара… Пора переселяться в Канаду. Туда, совсем на Север. И мерзнуть там в свое удовольствие. Пока же Амелия запасалась ледяной водой и старалась избавиться от слишком плотной одежды. Но с формой ничего не поделаешь – она тебе как двойная шуба. И совершенно не пропускает воздух. Нет, совершенно точно, если Амелия не растает, то как минимум тепловой удар получит. И окна, как назло, здесь не открываются. Вон как плотно закупорили! Жарко…
Надо как-то собраться с силами и работать. Заниматься болтологией, если честно. Амелия сомневалась, что этот разговор хоть к чему-нибудь приведет. В этом деле ещё ни один разговор ни к чему толковому не привел. Было ощущение, что девушка просто провалилась сквозь землю. Словно её, девушки, и не было никогда. Был человек, а потом его не стало. Никто ничего не знает, не видел и не слышал. Может быть, люди не хотят разговаривать с полицией, кто их знает. Как будто их спрашивают, где они наркотики покупают, честное слово! Но Амелия ходила, разговаривала. Сейчас вот ещё и с Тони поговорит, потому что она может. Вдруг Тони окажется чуть больше разговорчивой, чем все вместе взятые подружки Джосс?
- Да-да, именно, - Амелия подтвердила, что её Джосс и Джосс Тони одна и та же девушка. Уже неплохо. Плохо вообще в этом деле только то, что Джосс пропала и не оставила никаких зацепок, куда могла деться.
- Вроде как Джосс уволилась с того кафе или её уволили, в любом случае последние полгода до своего исчезновения она там не работала уже, - с продолжением рассказа Тони Амелия всё больше хмурится. Как она и подозревала, ни к чему толковому этот разговор не приведет. Вряд ли Тони общалась с девушкой после своего увольнения. Тони взрослая женщина, у неё муж, дети. А Джосс – студентка, которая больше всего в жизни любила развлечения, неважно какого они толка. Амелия даже думала в сторону наркотиков, но потом выяснилось, что с ними проблем у девушек не было. Ночными клубами тоже особенно сильно не увлекалась. Никому по крупному не задолжала. Канула в лету, в общем. И найдется ли теперь?
Несколько секунд Амелия сидела нахмурившись. Потом выдохнула и ответила на вопрос Тони: - где-то полтора месяца назад. Если верить её подружкам. Мы можем только на их показания опираться, больше никак точное время её пропажи мы определить не можем, - Амелия развела руками, - занятия в университете толком ещё не идут, работы, по крайней мере, официальной у неё нет, жила одна и даже не на территории кампуса. Подружки все говорят абсолютно разное время, когда она перестала отвечать на звонки и выходить на контакт. Создается ощущение, что она была каким-то мифическим персонажем. Все знают, что была, но видеть не видели, - и вот что прикажете делать в такой ситуации? Обнимать дело, плакать и надеяться, что девушка найдется сама? – я тоже не знаю, почему она вам звонила. Но последний вызов именно вам. Вот я и подумала… На самом деле, надо ещё потрясти её подружек. Потому что вот это расхождение мне не нравится. Джосс звонила вам недавно. А пропала, получается, давно. Как тогда звонила, если телефон пару недель точно якобы «лежал» у подружек. То ли они его нашли, да решили сказать, что давно у них лежал, то ли Джосс просто пропала не так давно, но подружки наврали с три короба… Запутано всё, - ужасно запутано. Пора передавать дело в тот отдел, который и должен заниматься пропавшими. Это не специфика Амелии, она больше как-то по трупам. Ну или почти трупам.
- А всё-таки я думаю, что хоть чем-то вы мне помочь сможете. Расскажите мне, какая она была. Как вела себя на работе, ну да и вообще, может она рассказывала о каких-то своих увлечениях, чем она обычно вечерами занимается, да и так. Рассказов о её парнях я уже наслушалась по самое надоело, - все её подружки эти рассказы ещё и нервным подхихикиванием сопровождали. Кроме них.. Что кроме них? Преподаватели с трудом вспомнили, о ком Лея речь ведет… Ей богу мифический персонаж! – сейчас уже любая информация важна и нужна. Даже самая мелкая и, казалось бы, несущественная.

+1

9

Ох, Джосс! Джосс, каких ты себе только проблем успела найти? – подумалось было Пейтон, как только оказалось, что никакой ошибки нет и та девушка, которую она знала когда-то, действительно, была в розыске. Ну, а если быть точнее, то она попросту пропала без вести и следа, насколько могла судить об этом полиция, представителем которой и была недавняя знакомая Тони из того детского магазина, куда она заходила недавно с Ноа и Энджи. И, надо сказать, что теперь, глядя на молодую женщину с белокурыми волосами, темнокожей леди было не просто сопоставить два неизменных факта – эта мисс была полицейским, а еще занималась делом Джосс.
Тяжко вздохнув, Тони прислушалась к тому, что говорила Амелия: она уволилась из кафе, не проработав там дольше. В прочем, быть может, она осталась бы там еще работать, если бы не ее несерьезность к работе и вечное желание с кем-нибудь поменяться или самая банальная просьба подменить и прикрыть, пока она … сдаст реферат или лабораторную. В общем, всегда у нее было оправдание тому, что она не может прийти вовремя или вовсе не может выйти в свою смену. Определенно, Пейтон знала, что на это все сказал бы ее муж – наверняка предположил, что девчонку, верно сделали, что погнали в три шеи из кафе, раз она не серьезная и такая не организованная. Вот только об этом Тони не скажет сейчас. Она знает, что Джосс была девчонкой не идеальной и могла не нравиться ее мужу, поскольку из-за нее и того ,что часто доводилось прикрывать ее залеты именно Пейтон, но все-таки она была доброй. Миссис Данцигер никогда не забудет того, как Джосс играла с ее Ноа, которого она порой брала с собой на работу, и мальчик рисовал себе что-то в углу, если больше никому из ее верных нянек не получилось взять ребенка на время к себе.
- Странно так, - произносит Тони, перебирая мысленно ту информацию, которую озвучила ей Амелия. – Не понимаю, почему именно мне позвонила она, но … я, конечно же, помогу всем, чем только смогу, - еще до того, как начать свой рассказ, торопится обещать женщина, снова тяжко вздохнуть. Как бы там ни было, а ей было жаль эту девчонку – если с ней что-то случилось, и ей была необходима ее помощь, то на сердце было только тяжелее.
- С Джосс мы познакомились в первый мой рабочий день, когда я устроилась в кафе – это был март месяц, самая его средина, кажется,  - начинает Тони решительно, желая уже систематизировать все то, что она знала о своей давней головной боли. А ведь увольнение из кафетерия нисколько не избавило темнокожую леди от такой проблемы со звонким именем Джосс. – Именно она меня вводила в курс дела. Ну, знаете, что к чему, рассказывала всякие тонкости и давала советы о том, как лучше будет поступать в какой-то ситуации, какие требования перед новыми лицами… - вела дальше Пейтон, даже не веря в то, что прошло так много времени с тех пор. Скоро уже два года в марте месяце, как они с Ноа переехали в столицу к Дитриху из Сан-Хосе. – В общем, мы не работали в одной смене – так уж получилось; однако она частенько мне звонила с просьбой о том, чтобы подменить ее, - добавляет женщина, припомнив себе тот первый раз, когда Джосс обратилась к ней с такой просьбой. – Раньше я уже работала в Сан-Хосе официанткой. Можно сказать, половину жизни проработала, прежде чем сменила профиль деятельности. И для меня в кафе, где я когда-то работала, подобное было нормой. Ну, прикрыть кого-то из своих, ведь потом и тебя прикрывали. Но, Джосс обращалась ко мне довольно часто с такой просьбой, что сильно злило моего мужа – правда, тогда мы еще не были женаты, - все-таки она упомянула Тони супруга, внезапно вспомнив тот день, когда она в последний раз видела Джосс. Это было именно двенадцатое июня – последний день, когда она была на работе, прикрывала эту девчонку, и она еще опоздала на минут десять-пятнадцать. Это был последний день в Сакраменто, ведь на следующее утро Лора получила ранение, и ей пришлось улетать в Германию…
Если бы Дитрих не похлопотал тогда, быть может, ее тоже сочли без вести пропавшей. В любом случае, заходя в кафе тогда с извинениями и зарплатой, которую она не получила за отработанный месяц, она так и не видела Джосс.
- Да, можно сказать, что Джосс достала всех на работе тем, что ей вечно хотелось меняться или нужна была помощь, поэтому она звонила мне. Почему бы еще ей звонить, я не могу знать, но в последний раз мы виделись двенадцатого июня, когда я подменяла ее с утра, - рассказала после небольшого размышления Тони, прежде чем спохватилась. – А как на счет ее парня, Чейса? Его не расспрашивали? Однажды он заходил в кафе, когда я подменяла Джосс, и разыскивал ее, - припомнив одного типа, о котором она девчонке сразу сказала, что не пара они, произнесла Тони. – Он был темнокожий и такой высокий, и в ухе была у него бриллиантовая серьга. А еще татуировки на руках, - добавила сразу, заметив небольшое замешательство во взгляде своей собеседницы.

Джосс (заявка), вдруг пригодится?

Отредактировано Tony Danziger (2016-11-14 12:51:18)

+2

10

Такие дела, как с пропавшей Джосс, всегда выбивали Амелию из колеи. Ведь большинство этих девчонок были самыми обычными, всю свою жизнь прожившими в бедных и довольно криминальных районах. Девчонок, что с детства знали, что такое хорошо и что такое плохо; что умели вести себя в любой, даже самой отъявленной, компании; быстро соображали и легко могли дать отпор; старались не лезть в чужие дела и точно знали, что во чтобы то ни стало им нужно выбраться с этого «дна» общества. Зубами, ногтями… Неважно чем. Большинство этих девчонок были её подружками и одноклассницами, милыми малышами соседки, подрабатывающей на полставки официанткой в баре и теми самыми хорошими девочками, что прогибались перед школьными учителями ради оценок и рекомендаций. Большинство этих девчонок были такими же, как она сама. По большей части никому ненужными, с характером, который выковала улица, и неуемным желанием не стать такими, как большинство взрослых в родном районе. Так как умудрялись эти девочки, чувствовавших плохое, отвратительное, ужасное и грязное за полверсты, вляпываться в неприятности? Ну, вот взять Джосс. Ведь всё хорошо было. Выбралась, зацепилась за что-то хорошее, нормальное. Учится, встречается с парнем. Что ещё-то понадобилось? Веселья? Приключений или чего-то ещё?
Амелия слушала Тони и всё сильнее не понимала, куда могла подеваться Джосс. По описанию Тони – неплохая девочка, может быть, не очень трудолюбивая, но тем не менее пытающаяся заработать и успеть выучиться. С кем не тем связалась? Кто толкнул не на ту дорожку? … Вопросов было гораздо больше, чем ответов. Амелия давно научилась не сравнивать людей друг с другом и с самой собой, перестала проецировать собственные проблемы на своих пострадавших. Научилась анализировать и заниматься бог знает чем ещё, пока распутывала клубки. Но каждый раз она снова и снова и сталкивалась с тем, что проблемы по большей части у всех одни и те же. В этот раз всё тоже будет одинаково? Привычно. Как будто снова оказалась в родном Чарльзтауне времен девяностых.
- значит, всё-таки самая обычная девочка… - как будто между прочим вставила Амелия, продолжая слушать Тони. Подперла голову рукой. Это дело лишит её остатков нервов, судя по всему. И почему именно ей на голову всегда сваливаются вот такие девочки? Очень хорошие, веселые, немного даже забавные, не особо любящие работать, но всё-таки выполняющих свою работу на четыре с плюсом. Девочки – магниты для неприятностей. Вот куда вляпалась эта разнесчастная Джосс?
- с парнем как раз я поговорить не успела, - грустно пробормотала Амелия, - он какой-то призрачный. Правда, я только подружек её трясла несколько дней, чтобы узнать про существование этого самого парня. Вот теперь от вас знаю, что зовут его Чейс. Девочки мне рассказали, что он работает где-то то ли в музее, то ли в чем-то подобном…. Говорите, у него была бриллиантовая серьга? – вот это уже куда как интереснее, - прямо бриллиантовая? Я в вас не сомневаюсь, но мало ли. А что-нибудь ещё было в нем необычного, выбивающегося? Вроде чрезмерно дорогих часов или ещё какой-то подобное мелочи?
Бриллиантовая серьга. А вот тебе и ответ, куда вляпалась эта разнесчастная Джосс. Снова криминал. И если хорошо покопаться, найдешь либо наркотики, либо кражи. В Сакраменто по-крупному не играли, крали что-то мелкое, незаметное. Обворовывали антикварщиков, приходя к ним заказать старое кресло времен какого-нибудь Людовика для своей любимой мамочки и унося в карманах золотые сережки какой-нибудь знаменитой дамочки или портсигар дамочкиного мужа. Забирались в квартиры, не поставленные на сигнализацию и оставленные без присмотра на каких-нибудь пару дней. Помогали вывозить краденые картины из галереи искусств и перетаскивали с одного угла в другой драгоценные камни общей стоимостью на зарплату за десять лет среднестатистического копа. Но зато в Сакраменто была отличная тропа для наркотиков, которой не пользовался только ленивый. Наркобизнес процветал и ничего с этим нельзя было поделать. Подпольная торговля, хранение, распространение. Было бы желание сколотить на этом деньги. Восьмым чувством Амелия понимала, что в очередной раз здесь замешаны наркотики. Черт побери! Всегда наркотики, везде наркотики. Будь они неладны.
Вполне возможно, что разнесчастная Джосс (хотя если хорошо подумать, то не такая уж она и разнесчастная, да и голова на плечах у неё была… должно быть неплохая) даже и не знала, что во всем виноваты наркотики. Надо искать её парня и трясти уже его. А потом снова трясти подружек. Всех трясти. Пока среди них человеком, идущим на контакт с полицией, оказалась только Тони. И вот почему Амелия любила работать со взрослыми ответственными людьми, а не молодежью, которая тут я помню, там не помню, а это я вам не расскажу, а вон там совру, вы же разбирайтесь.
Несколько минут Амелия молчала, а потом выдала свои соображения: - похоже, Джосс звонила вам, чтобы попросить о помощи. Вы, как я понимаю, единственный взрослый человек, который не отказывал ей в ней. И вот… Но в последний момент она, видимо, испугалась, и сбросила звонок. Возможно, она ещё объявится. И что-то мне подсказывает, что за помощью она всё-таки скорее к вам пойдет, чем к полиции, потому что уже и так накуролесила, - будь Амелия возраста Джосс и тоже вляпайся в проблемы, полиция – последнее место, куда бы она пошла. Ну хотя… не у всех такое предвзятое отношение к полиции, как у Амелии, хоть она и работает в этом чудном месте.
Амелия снова вернулась обратно на этого Чейса и его бриллиантовую сережку. В голове роились мысли, совершенно не желая структурироваться. Нужно было всё-таки хоть что-то записывать на листочек. Так было бы проще.
- А вот у самой Джосс вы не замечали никаких внезапно появившихся дорогих вещей? – да бог её знает, может парень и её спонсировал. По идее должен ведь. Должен же был, да? Ну или нет… Насколько близкие были отношения, насколько доверяли друг другу остается лишь гадать. И думать, а не замешан ли этот чудесный то ли историк, то ли кто-то подобный в исчезновении юной Джосс.

+1

11

Одного взгляда на человека было, пожалуй, слишком мало, чтобы охарактеризовать его полностью или хотя бы для того, чтобы составить свое собственное мнение о нем. Однако, буквально с первого дня своего знакомства с Джосс, Пейтон была расположена к этой девушке. И кто знает, в чем тут было дело? В сочувствии, которое вызывала темнокожая девчонка с косичками, которая могла бы быть ровесницей давно утерянного, но так и не забытого ребенка Тони, или в природной обаятельности Джосс? В прочем, далеко не все в кафетерии были расположены также благоприятно к своенравной девчонке, вырвавшейся из гетто, поэтому тут определенно можно говорить о слабости миссис Данцигер к молодым людям, находившимся в возрасте ее племянников. О, да! Их с Дитрихом ребенок мог быть даже старше Джосс или Хоуп с Джейденом. Но, к счастью, об этом Амелия решает пока не спрашивать своего свидетеля в этом деле. Их разговор цепляется за того самого парня, который раз или даже больше появлялся в кафе, когда она подменяла свою сменщицу.
- Ну, я не знаю, насколько она была бриллиантовая, но … - взвешивая каждое слово, высказывается Тони о том, что помнила о молодом человеке, которого видела всего пару раз и то около года назад. – Она не выглядела поддельной, - пожимает плечами темнокожая женщина. – Знаете, есть определенный вид людей, даже мужчин, которые предпочитают носить украшения, тем самым демонстрируя свой достаток и величие. Поскольку я выросла в далеко не в самом лучшем районе Сан-Хосе, я могу определенно сказать, что такие люди составляют определенную касту. И, знаете, для них очень важно носить настоящие украшение, - ведет дальше Тони, мысленно надеясь, что все-таки мысленно она уже не обвинила того человека, что ни словом, ни духом не причастен к исчезновению Джосс. В прочем, если бы этот молодой человек, назвавшийся, как Чейз, был бы без вины, он не исчезал без следа? – Так что, я могу сказать, что вполне… она выглядела настоящей, - добавила женщина, прикусив на мгновение губу и задумавшись о тех уликах, которые были на нем. – У него были какие-то часы, но настолько дорогими они были – я не могу сказать. Вряд ли я в этом разбираюсь так, как в украшениях, которые носят черные парни обычно. А он был именно так и одет: яркая майка, цепочка еще на шее и широкие штаны. Не могу казать, сколько ему лет – может быть он немногим старше Джосс, - добавила Тони, решившись дать более подробное описание тому молодому человеку, который мог быть причастен к исчезновению Джосс.
На какое-то время повисает пауза и Пейтон думает, что на этом разговор может считаться законченным. Правда, она так и не притронулась к своему кофе, что уже порядком остыло. И, тем не менее, она подносит его к своим устам, ловя приятный аромат любимой арабики ноздрями и пробуя его на вкус. Что же, это кофе было всего лишь небольшой приятностью в чреде всего этого разговора, который касался далеко не самой приятной темы.
- Боже, надеюсь, что с Джосс все в порядке, - произнесла Тони, прежде чем услышала вполне естественное предположение Амелии о том, почему звонила именно ей девчонка. – Ох, муж бы не обрадовался появлению Джосс. Ему не нравилось, что из-за нее мне доводилось выходить на работу в выходные. И не то, чтобы он был не отзывчивым. Она ему просто не нравилась, - пожимает плечами Пейтон. – В прочем, какому мужчине будет нравиться тот человек, который отрывает от него жену? – позволяет себе улыбнуться темнокожая леди, а заодно и оправдать Дитриха. – Но, знаете, мне бы не хотелось, чтобы из-за этого дела как-то пострадала или во что-то ввязалась моя семья. Сами знаете, у меня двое детей, - добавляет она вскоре, задумавшись о том, что только чужих проблем им еще не хватало. Хватит пока и того, что работа занимала много времени…
Хватит и тех проблем, которые ей пришлось уже пережить прошлым летом. Но вот говорить с полицией о них она точно не будет, ведь ворошить прошлое в определенных моментах, действительно, не стоит. И тут уже ничего не поделаешь. Как бы ни хотелось от него отмыться, забыть и выбросить – оно никогда не даст о себе забыть.
- Что мне стоит сделать, если Джосс мне еще раз позвонит? – спрашивает Тони, тем не менее. – Оповестить вас? – конечно же, она имеет в виду именно полицию в лице своей новой знакомой. И мысленно уже молится неизвестному ей богу, чтобы своенравная девчонка с косичками поскорее уже показалась, когда белокурая мисс задает еще один вопрос.
- Кажется, нет, - пожимает плечами Пейтон. – Не было у нее страсти к дорогой бижутерии. Она любила больше одежду, но я не могу сказать, откуда она ее брала – из комиссионного магазина или из бутика, поскольку мы с ней не ходили вместе на шопинг, - добавила женщина. – Я могу чем-нибудь еще вам помочь? Мне нужно еще кормить дочь, а я ее оставила на мужа. Он ряд ли сможет с ней справиться, когда она начнет плакать, - улыбнулась Тони, намекая на то, что времени прошло на допрос более достаточно, и ей определенно нужно было идти домой уже. О, да! Стоило рассказать Дитриху о том природном таланте, который она унаследовала у своих родителей, ведь никто так не умел собирать себе геморроя, как она сама! А ведь, если что-то случится? Возможно, Дит мог бы что-нибудь придумать… все-таки он не зря работал на губернатора Штата?

+1

12

Нравится людям и хотеть им нравится – это совершенно разные вещи. Есть люди, которые обладают природным обаянием, смазливым личиком и умением вовремя улыбнутся. Такие люди располагают к себе, за каких-то пять минут завоевывают публику, даже если они и совершенно не обладают даром красноречия. Такие люди легко находят друзей и приятелей, легко налаживают контакты. И вызывают чувство зависти у окружающих. Амелия вот такой, вызывающей симпатию, никогда не была. А вот Джосс, похоже, обладала хоть долей всего этого арсенала для покорения людей. Тони же она нравилась. Да и посетителям, скорее всего, тоже. Нравится всем невозможно, но вполне возможно иметь свою «публику». Можно, конечно, и всем сразу не нравится и вовсе не хотеть кому-то нравится. Но для этого надо быть как минимум Амелией. Ну или как минимум за год своей жизни успеть сменить восемь приёмных семей.
- Обычный парень с бриллиантовой сережкой в ухе, - зачем-то повторяет Амелия вслед за Тони. И думает, что кем бы этот парень ни был, именно он станет её следующей целью. Амелия давно не видела таких «простых» парней. Даже слишком давно. Последний раз она сталкивалась с такими в Городе, там таких пруд пруди. Как верно заметила Тони, они составляли особую касту и всем и всегда своим видом показывали, насколько они крутые. Мятые футболки, протертые до дыр джинсы, убитые в хлам старые, почерневшие от грязи кеды и золотая цепочка на шее толщиной в палец. Рубашка в клетку с оторванным и висящим нелепым клочком карманом, штаны, прошедшие три революции и две войны, кроссовки, просящие каши, и кладдахское кольцо стоимостью в годовую зарплату среднего юриста. Нелепые яркие футболки, широкие штаны, цепочка на шее и сережка в ухе. И одно лишь общее: желание выпендриться и что-то кому-то доказать своими дорогими украшениями до нелепости не вяжущимися с общим видом. В основном такие парни пытались доказать, что они не простые работяги, а очень даже крутые парни, вышедшие с низов и невероятным образом поднявшиеся к небесам, чтобы потом с жутким грохотом свалится на землю. У многих полет затягивался, но каким бы долгим он ни был, всех одинаково ждала земля, специально для них утоптанная «доброжелателями». Сейчас не девяностые, количество таких индивидуумов резко поубавилось, но их всё ещё  можно было встретить в не самых благополучных районах города, если прогуляться там после девяти часов вечера, когда весь средний класс давно забаррикадировал все двери в свои уютные квартирки.
- знаете, я хорошо представила этого парня. И мне он уже не нравится. Не люблю людей, как вы выразились, этой «касты», - едва заметно улыбнулась Амелия, - слишком уж они любят выпендриваться всеми этими маленькими деталями, - наверное, Амелия была бы менее радикально настроена, не будь она в ранней ещё Городской юности такой же и не находись она в такой же компании. Хорошо, что года цветущей юности давно прошли, и уже больше нет нужды кому-то что-то доказывать. Доказывать теперь нужно лишь себе самой…
- я понимаю вашего мужа, мне бы тоже не нравилось, если бы кто-то отбирал у меня любимого человека, - да, поэтому она дралась с Дей. Не то чтобы что-то конкретно против неё имела. Но всегда было приятно поставить ей пару-тройку синяков и ещё несколько дней наслаждаться обществом Джека без всяких Дей, мельтешащих рядом. Амелия бы сказала, что потом она выросла и драться перестала, но, если честно, с возрастом её методы решения проблем не поменялись. Нет, она не советует людям драться и ломать противнику нос, но… Да-да, метод довольно-таки эффективный, потому что девочек не бьют. А ну ещё, правда, прокатывает не со всеми, бывает, что люди обижаются и подают потом в суд. Обидчивые какие, подумаешь, всего лишь нос.
- я знаю, что полиция в виде меня многое требует, но, если бы я не считала, что Джосс ещё раз позвонит вам, я бы не просила вас ещё немного посотрудничать, - полиция требовала действительно слишком многого. И Амелия понимала, что у Тони своя жизнь. В конце концов, она права. У неё муж и двое детей. Зачем ей лишние проблемы с девчонкой, с которой она бог знает, когда работала? – у вас же остался мой номер телефона? Воооот, если Джосс объявится, то просто можете мне позвонить, - это рабочий телефон, включен он всегда. Мало ли где какие девочки объявятся. Амелия надеялась, что Джосс всё-таки объявится. Не хотелось сдавать дело в архив по истечению срока давности, а потерявшуюся девушку признавать уже не без вести пропавшей, а фактически мертвой.
- Нет, спасибо большое, вы и так мне очень сильно помогли, извините, что так сильно вас задерживаю, - Амелия немного виновато улыбнулась. У Тони, наверное, ещё куча дел, а она её отвлекает пространными рассуждениями и мыслями вслух. Поразмышлять можно и в морге в процессе выбивания экспресс-анализа с токсикологов или уж на крайний случай в кабинете, замучивая до смерти Шона. Ладно, сейчас надо отпустить Тони к ребёнку, мужу. Пока её муж не перестал любить полицию за то, что они «украли» у него жену. Теоретически же такое может быть?
- Полиция вас не забудет, - ещё раз улыбнулась девушка Тони, - и не переживайте, проблем из-за этого дела у вас не будет, - и гарантировать это Амелия может. Ну а кто иначе, если не полиция?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальное время » Check on it