Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » о змеях, ядовитых и не очень ‡ а так же о змееядных птицах


о змеях, ядовитых и не очень ‡ а так же о змееядных птицах

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://funkyimg.com/i/2gwJC.png

Участники:
Том Оруэлл & Эрика Фриман
несколько слизеринцев NPC
Место:
Хогвартс, 17 апреля 2009
Погодные условия:
за окном +13, пасмурно
О флештайме:
Никогда не знаешь как старые знакомые отреагируют на новости, особенно, если новость эту никто не спешит афишировать, особенно, если эти знакомые только ищут повод для нового витка дразнилок

Отредактировано Romana Wilson (2016-09-10 00:18:55)

0

2

[NIC]Thomas Orwell[/NIC] [AVA]https://s14.postimg.org/560au9e01/image.gif[/AVA]
После той самой безбашенной ночи в компании хищных пауков-гигантов отношения между Томом и Эрикой не только укрепились, как предполагает дружба между теми, кто бок о бок прошёл парочку смертельных испытаний, но и уверенно перешагнули её границы, выйдя на новый уровень. Четырнадцать лет - тот замечательный возраст, когда всё кажется простым и лёгким, не нужно задумываться о далёком будущем и можно просто наслаждаться сегодняшним днём. Время неловких поцелуев, потому что никто из партнёров ещё не научился как следует это сделать, совместных прогулок по замку и его окрестностям - правда, менее экстремальным, чем Запретный Лес. Хоть какой-то урок в своей жизни Томас усвоил, хоть и неизвестно, надолго ли...
Теперь парочка всё свободное время проводила в компании друг друга. Впрочем, в этом ключе мало что изменилось - Эрика и прежде постоянно ходила следом за мальчиком, но теперь их тесное времяпровождение было его инициативой. Том с гордостью держал подружку за руку, когда они проходили мимо других студентов, начавших постепенно возвращаться в замок из родных родительских гнёздышек. Конечно, по школе моментально пополз непрекращающийся бурный поток пересудов и сплетен - одни ребята откровенно удивлялись такой перемене в поведении Тома, другие утверждали, что всегда догадывались о его истинных чувствах, третьи нехотя радовались за Эрику, мол, девчонка молодчина, своего добилась. Ну и, разумеется, находились завистники, враждебно шипящие гадости в спину влюблённых подростков - куда же без них?
Оруэлл и прежде не слишком переживал, что там думают про него окружающие (если это не суровые профессора, способные снять кучу баллов за очередную выходку), а теперь и вовсе не обращал на слухи внимания. Однокурсники, любившие подразнить мальчика, поняли тщетность своих попыток - да чем же тут дразниться, если то, что раньше считалось насмешкой, стало реальностью?
Но безоблачное счастье даже для детей случается только в вымышленных сказках.

Солнце ярко светило с пронзительно-голубого, на удивление чистого и безоблачного небосклона. День выдался таким тёплым и приветливым, что, казалось, никакое происшествие на свете, даже повторная атака пауков или сверлящий взгляд Макгонагалл не сможет его испортить. Том и Эрика вовсю пользовались выпавшим на их долю солнечной погодой - не так уж часто британский климат оказывает жителям такое снисхождение. Они выбрались на свежий воздух, наслаждаясь согревающими лучами и компанией друг друга.
Однако нашлись поганцы, которым не давала покоя атмосфера добра и гармонии. Стоит ли уточнять, к какому факультету они принадлежали?
Казалось бы, к четвёртому курсу глупая детская вражда в духе "Мой круче!" должна бы мудро утихнуть, оставшись на уровне соревновательного азарта, цель которого - подстёгивать юные умы в попытке заработать баллы за учёбу и таким образом способствовать лучшему усвоению знаний, а не сеять ненависть между студентами только из-за того, что у них шарфы разного цвета. Да и к когтевранцам относились с должным уважением, считая их зубрилами, но в глубине души восхищаясь высоким интеллектом. Все - кроме, естественно, слизеринцев, которые априори не уважали никого, кроме самих себя.
Изумрудные шарфы мелькнули на фоне древесной листвы, сливаясь с ней. Зато их гордые обладатели чётко выделялись из окружающей обстановки, в первую очередь заносчивыми усмешками.
Том напрягся,  сверля настороженным взглядом компанию, которая уже направилась в их сторону с самым дерзким видом. И дураку было понятно, что ничего хорошего ждать не приходится - уж точно не пожеланий приятного дня. Когда от студентов Слизерина можно было ждать хорошего?
-Идите своей дорогой, - предупредил чужих мальчишек когтевранец, едва они поравнялись плечами, потому что один их тех, что стоял впереди, уже открыл рот. Одно дело - игнорировать сплетников, совсем другое - выслушивать всякую дрянь в лицо. Том не собирался терпеть такое. И, самое главное, не собирался позволять недоумкам, обожающим по поводу и без понтоваться чистотой собственной крови, высказывать претензии в адрес своей верной подруги. Он невольно сжал руку девочки сильнее обычного - очевидный признак внутреннего напряжения.

+1

3

Эрика с первого дня могла назвать тысячу и одну причину по которой учеба в Хогвартсе ей не нравилась. Первой в списке была необходимость большую часть года проживать в интернате, коим школа волшебства и являлась, но чем дольше ей приходилось мириться с тем фактом, что она ведьма, тем больше плюсов девочка в этом находила. И за последние пару дней у нее добавился еще один плюс. Рано или поздно дети взрослеют. Рано или поздно дети сбрасывают розовые очки и щенячий пух и становятся взрослыми. Но это все не происходит в один день, нет, каждый приближается к порогу разделяющему игры в дочки-матери и настоящие отношения со своей собственной скоростью, кто-то несется с прытью сошедшего с ума локомотива, а кто-то ползет, как улитка на опиатах. И те кто отстает, практически всегда завидуют тем, кто опережает.
Эрика всегда завидовала своим старшим сиблингам, которые довольно скоро, как ей казалось, упорхнули из родительского гнезда, вот они только вчера играли в футбол на заднем дворе, а вот ей прилетела сова с письмом(идиотский способ связи, почему бы просто не найти способ заставить работать мобильные телефоны?) о том, что она официально стала тетушкой. Подумать только, тетушкой на четвертом курсе. Хотелось рвать и метать, только чтоб побыстрее закончить школу и вернуться обратно в нормальный мир, может, даже поступить на юридический. Но время тянулось невыносимо долго ровно до того момента, когда ее саму воспринимали исключительно как ребенка, а значит до ночи с двенадцатого на тринадцатое апреля. Меньше недели назад. Теперь же ей, напротив, хотелось, чтобы каникулы никогда не кончались, не начиналась учеба, но это были глупые мечты. Еще не было создано в мире заклинание, замораживающее время для всех, кроме тех, кого выбрал сам произносящий, еще не была создана машина времени, позволившая бы переноситься на день назад снова и снова. Нет, маятник часов неумолимо раскачивался, и как чертовски острый нож отрезал все новые и новые кусочки от упоительного счастья в пустующих коридорах. Ученики возвращались в замок, принося с собой новости, сладости и истории, иногда страшные, а иногда веселые. У них, оставшихся в школе тоже были свои тайны, но тайны - это единственное, что дети хранить не умели. Они могли бережно хранить фантики трехлетней давности, но стоило им доверить какой-либо секрет или узнать новость - к концу дня об этом знали все обитатели всех гостиных.
За это отдельно хотелось убивать, медленно и совершенно не по когтеврански, наоборот, Эрике казалось, что если бы при всех прочих равных она бы училась на Слизерине, то добрая часть их курса уже бы поняла мощь маггловского слабительного и силу защищающей свое девчонки. Но вместо этого она предпочитала делать вид, что ее одноклассницы не изображают пальцами поцелуи и не замолкают стыдливо, если она поднимает на них взгляд от почти дочитанного "Золотого Компаса". Господи, скорее бы начались уроки, потому что они все тут же погрязнут в домашних заданиях и у каждого будет свое занятие. На очередную подколку в их адрес Эрика вообще устроила номер, о котором почти сразу же пожалела. Жалел ли Том о том, что заразил ее буйством она не знала, но он не был особо против, когда та демонстративно чмокнула его, когда к ним подкатил с допытыванием когтевранец-шестикурсник. 
В итоге все дошло до того, что они уже начали прятаться, будто крысы, чтобы их не доставали. При малейшей возможности стычки она поднималась, брала Тома за руку и тащила на выход, неся под мышкой книгу. Но бегать все время было не возможно. Рано или поздно нашелся бы кто-то, у кого оказались бы длиннее ноги или бы их загнали в угол. Как ни прискорбно, к этому все шло. Нужно было развернуться и хорошенько врезать всем этим дразнильщикам и уйти с гордо поднятой головой. Она бы так и сделала, если бы это касалось только ее, но Эрика прекрасно понимала, что стоит ей вступиться, так к ее парню... парню же?... тут же прицепится прозвище вроде "тряпки", "подкаблучника" или "нюниуса". Откуда она вообще взяла это последнее слово? То словно кто-то вложил ей в голову и оно все время вертелось на кончике языка, готовое вот-вот сорваться в самый неподходящий момент, чтобы прилипнуть к обидчику навеки. Стервятники приближались, они шли гурьбой, пересмеиваясь, бахвалясь и подначивая друг друга. Девочка пересчитала приближающиеся черные мантии - много, слишком много, чтобы справиться с ними в прямом столкновении. В добавок Том держал ее за правую руку- ту, которой в случае чего она могла вполне врезать. Знал, же паршивец, что она скорее сломает нос одному из этих самодовольных павлинов, чем возьмется за палочку. Волшебники всегда недооценивали мощь хорошо поставленного хука в челюсть. Но в отличие от них девочка, выросшая в мире без палочек, прекрасно понимала, что те по сути являются костылями, без которых ни у кого колдовать не удастся. Отними у них этот кусочек дерева с начинкой на манер шоколадки с нугой - все. Нет великого и ужасного Гудвина, есть только Джеймс, обычный циркач и в последствии владелец бакалейной лавки в Канзасе.
- Пойдем, - вполголоса попросила Эрика, вынужденная теперь держать палочку в левой руке, надо наконец, разработать ее как следует... Если она может писать и левой и правой, значит и колдовать сможет. Только бы собраться с духом. Она даже честно попыталась пройти мимо, вытягивая Тома на буксире, но не тут то было, единственный путь к замку им перерезали.
- Снова бежите обжиматься по углам? - бросили им в лицо. Девочка закрыла глаза. Она не должна злиться. Именно этого они и добиваются-  вывести их из себя. Но терпеть, когда ее так бессовестно задирали, тоже было невозможно. В голове будто сорвало какую-то пружину, и остановить себя Эрика уже не успела.
- Почему же по углам? Мы в отличие от вас с Джефри не прячемся, - удар ниже пояса. Обвинить лощеного до блеска слирезинца в нетипичной ориентации. Слизеринца, кичащегося своей длинной, как река Амазонка родословной, слизеринца, у которого с пеленок есть невеста, слизеринца, чей "лучший друг" еще не приехал, в голубизне. Она не то что нарывалась. Она выбросила красный плащ тореадора.
[NIC]Erica Freeman[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2gfG7.gif[/AVA]

Отредактировано Romana Wilson (2016-09-13 10:26:19)

+1

4

[NIC]Thomas Orwell[/NIC] [AVA]https://s14.postimg.org/560au9e01/image.gif[/AVA]
Разумеется, противные слизеринцы среагировали на предупреждение Тома полностью противоположным действием - когда он попросил мальчишек без лишних пафосных замечаний продолжать свой путь, те притормозили и рискнули подойти поближе, не опасаясь ни когтевранского чудака, ни магглорождённую ведьму.
- Снова бежите обжиматься по углам? - что ж, это, пожалуй, далеко не самое худшее, что теоретически могло прозвучать из уст таких говнюков.
- Допустим, бежим, - гордо вскинул голову Том, усмехнувшись. Пускай видят, что он гордится своей девчонкой, а не стыдится её! Завистливые гадёныши, своих-то отношений у них нет, вот они и лезут в чужие, чтоб хоть как-то развлечься. Наверное, в какой-то степени этих заносчивых юнцов, озлобленных на весь волшебный мир, даже можно пожалеть.
Томас, однако, никого жалеть не собирался, да и Эрика, как выяснилось, тоже - острый язык девочки ловко вставил собственную реплику, заставляя слизеринскую компашку измениться в лице от возмущения, а Тома - прыснуть со смеху.
- Следи за своим поганым языком, - разъярённо гаркнул оскорблённый мальчишка, - дрянная грязнокровка!
А вот теперь уже когтевранским смельчакам резко стало не до смеха.
Том выпустил руку Эрики, тут же сжимая освободившиеся пальцы в кулак. Взглядом пуская гневные молнии в маленьких уродцев, которые сами за своим языком не следят, он решительно шагнул им навстречу с самым угрожающим видом, на какой только был способен, и чётко проговорил тоном, не предвещавшим ничего хорошего:
- Сейчас же извинись, паршивец.
Этот жест только раззадорил парней, просто обожавших лезть на рожон. Ещё недавно красные от ярости, они залились счастливым гоготом, наслаждаясь своей маленькой - и, как вскоре станет ясно, недолгой - победой.
- Ты что, оглох? - кипящий от негативных эмоций, как вулкан, готовый вот-вот сорваться до извержения, когтевранец повысил голос, будто обидчики и в самом деле плохо его слышали. - Немедленно, блядь, извинись перед моей девушкой!
Но те и не думали этого делать, каким бы устрашающим не казался их противник. Самомнение слизеринцев достигает таких размеров, что они начинают искренне верить в собственную безнаказанность. Подумаешь, поиздевались над парочкой влюблённых детишек, подумаешь, оскорбили какую-то девчонку, не принадлежащую к гордой элите чистокровных волшебников - да что за это будет?
Ох, будет, и ещё как! Том не собирался просто так спускать поганцам с рук их выкрутасы. Возможно, перепалка могла бы закончиться мирно, если, обменявшись ехидными замечаниями, её участники разошлись бы в разных направлениях, но эта возможность уже была упущена. Оскорбив девушку Томаса, они здорово перегнули палку, и мальчик был полон решимости наглядно продемонстрировать, какая кара ждёт каждого, кто осмелится вести себя подобным образом.
Палочка мягко выпала из руки Оруэлла на траву - почти как в то ночное приключение с пауками, только на сей раз не от страха.
- Сукин ты сын, - прошипел Том, сфокусировав взгляд на всё ещё смеющемся, но уже как-то неуверенно, парнишке, как жаждущий крови хищник концентрируется на своей добыче перед финальным прыжком.
Собственно, именно это и произошло. Едва не зарычав, как лихой представитель крупных кошек, он набросился на своего противника, одним движением сбивая того с ног. Стоявшие рядом слизеринцы отпрыгнули в сторону и растерянно уставились на сцепившихся учеников, явно не горя желанием присоединяться.
- Помогите! - пискнул перепуганный, поверженный на землю обидчик. - ЧТО ВЫ СТОИТЕ!
Остолбеневшие ребята переглянулись, бессловесно обсуждая, стоит ли бросаться на помощь приятелю - уж очень ловко орудовал кулаками взбесившийся Том. В конце концов, решив, что даже бешеного когтевранца можно побороть количеством, они попытались отвесить ему несколько неуклюжих тумаков и через несколько секунд оказались втянуты в плотно завязавшийся клубок из тощих подростковых тел. Трещала ткань мантий, тут и там раздавались глухие звуки ударов, сыпались проклятия, стоны, вздохи боли и шипения. Казалось, вражеские однокурсники сошлись в борьбе не на жизнь, а на смерть!

+1

5

Папа всегда говорил ей, что терпение, а в особенности, женское терпение - одна из благодетелей, что женщина должна быть покорной мужу, должна хранить очаг и воспитывать детей и только если она справляется со всеми этими возложенными на нее Богом обязанностями, она может начать пытаться строить себе карьеру, но стойкость этого утверждения в голове дала брешь еще в том момент, когда Эрика осознала, что за сила в ней поселилась. Она была напугана, пыталась всячески избавиться от демона, которым каким-то образом стала ожержима, и только какое-то чудо уберегло ее от огромных теоретически возможных последствий тех обрядов экзорцизма, что она выпросила провести над собой после того, как случился первый магический выброс. Возможно, тут дело было в том, что все священники - не только ее отец - проводившие последовательно ритуалы, были магглами, а может вообще церковная магия не была магией вовсе. Но вера в Всемогущую силу, способную наказать обидчиков, у нее значительно после этого всего пошатнулась, и Эрика твердо решила для себя, что функцию Фемиды в случае острой необходимости она может взять и в свои собственные руки, а не ждать Страшного Суда, который еще неизвестно когда наступит и наступит ли. Поэтому она научилась драться, драться если не насмерть - обычно в школе учителя успевали разнять детей до того, как они успевали нанести друг другу серьезные увечья,- то уж определенно до хороших, не сходивших неделями синяков. Такова была обычная реальность маггловских школ - верхушка крутых и задираемые ей всячески ботаники, гики, фрики и прочие. А она всегда была где-то между фриками и первыми, так что ей доставалось по полной программе, но и она спуску никогда никому не давала.
Практически четыре года мирной жизни, мелкие склоки и обзывания не в счет подходили к концу, потому что у терпения есть свой ресурс, она могла запросто вынести "зубрилку", вынести "очкарика", хоть очки не носила никогда в жизни, но переварить "грязнокровку" было выше ее сил. Воспитанная с пеленок толерантность, знание, что все люди в не зависимости от расы и происхождения - дети божьи - просто не позволяло ей проглотить и эту часть мерзости, направленной в ее адрес.
- Оу, я задела твое честолюбие? - Эрика привычным жестом затолкала палочку в рукав свитера и приготовилась обороняться, не то, чтобы она скучала по дракам в школе, напротив, она была рада,  что так долго обходпредшествовалоилась без помощи медициского крыла - бодроперцовое после каждого урока на улице не в счет. Если честно, у нее давно уже руки чесались немного подправить лица этим смазливым заносчивым снобам, мнившим себя какой-то элитой и аристократией только потому, что они устраивали своим семьям близкородственные скрещивания и выводили "идеального волшебника", как породу собак. Ага, она была крайне удивлена тем фактом, что такие представители элиты еще не обзавелись тонной генетических заболеваний, вроде шизофрении, гемофилии и прочих аутосомно-рецессивных, хотя в адекватности некоторых мисс Фриман крайне сомневалась - Может, еще скажешь, что я тебя запачкаю, если прикоснусь?
Она сделала шаг вперед, наконец, получив долгожданную свободу передвижений от Тома, держаться за руки, конечно, очень хорошо, но от них обоих будет куда больше проку, если они отпустят друг друга, и скользящим взглядом осмотрела обидчика - на пол головы выше ростом, раза в полтора шире в плечах, он напоминал тяжелого, неуклюжего борова, хотя лично у нее в голове была мысль о Голиафе, которого одолел Давид за счет ловкости и смекалки, а не грубой физической силы.
Падут подле тебя тысяча и десять тысяч одесную тебя; но к тебе не приблизится:
только смотреть будешь очами твоими и видеть возмездие нечестивым.
- в голове стойко вылезли куски из девяностого псалма, часто читаемого перед битвой, ой не к добру она это все вспомнила, еще ни разу не было в ее жизни так, чтобы это не предшествовало чему-то крайне грандиозному. Последний раз, когда Эрика перед дракой вспомнила псалом ознаменовался для нее белесым шрамом на правой руке, который даже сейчас, спустя столько времени выглядел совершенно не по девчачьи. Но было уже поздно, каша была заварена, теперь нужно было ее расхлебывать.
Она честно хотела нокаутировать слизеринца одним правильно поставленным ударом в нос. Один удар макушкой - и тот должен был отрубиться, но нет, Том, кажется, никогда доселе в драках не участвовавший должен был выставить себя полным Дон Кихотом и попытаться ее защитить, а она сама может за себя постоять и в постоянной опеке не нуждается.
- Перикулум, - процедила она себе под нос, когда спина зеленого шарфа приземлилась на траву. Сигнальные чары. Первый курс, она столько раз прогоняла их по кругу в свое время, что научилась вызывать их даже с палочкой в рукаве, просто правильно дернув рукой.. Удивительно почему той ночью в Запретном лесу она даже о них не вспомнила.  Столб ярко красных искр взлетел в небо, рассыпаясь как рождественский салют. Им нужно только время и немного удачи, на случай если кто-то из преподавателей засомневается: не тренировочный ли это вызов. Правильный удар в нос лишает человека возможности сопротивляться, но есть куда более подлый способ дезориентировать мальчишек - бить коленом в пах. Ближайший к ней слизеринец его и получил, тут же свернувшись  дохлым калачиком на траве.
[NIC]Erica Freeman[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2gfG7.gif[/AVA]

+1

6

Катаясь по холодной сырой земле, окружённый вражескими телами, такими же дезориентированными и растерянными, Том постепенно терял контроль над ситуацией. Всё-таки численное преимущество играет не последнюю роль, особенно если навыков кулачных боёв у самих бойцов толком нет.
Но мальчик не сдавался. Больше всего он напоминал сейчас какого-нибудь гриффиндорского льва - ведь это в их список традиций входили мелкие и крупные стычки с изумрудными гадюками. Оказывается, когтевранцы тоже умеют здорово клеваться, если превращаются в задиристых хищных птиц. Это-то студенты Слизерина сейчас прочувствовали на собственной шкуре. Впрочем, не только Томас проявил свои воинские качества - Эрика и сама не лыком шита, так ловко уложила какого-то пацана. Том этого, правда, не заметил, слишком уж занят был настойчивым нанесением ударов.
Маловероятно, что юные драчуны серьёзно пострадают - гораздо больше делов можно было натворить с помощью палочек. Вот если бы они сошлись в магической дуэли... эх, остались бы от волшебного замка одни руины, а от леса - паучья нора. Кстати, неплохая идея - скормить слизеринцев паукам. И почему он сразу об этом не подумал...
Жестокой расправе так не суждено было случиться, да и более гуманной тоже - сообразительная девочка подсуетилась очень кстати, сверкнув сигнальными огнями. Не успели мальчишки как следует войти в боевой азарт, как из дверей выскочила спасительная свита в лице преподавателей. Естественно, драчуны проигнорировали их появление - ни громогласный топот ног, ни не менее громкие возмущённые голоса не заставили их остановиться. Более того, на сцепившийся клубок из тел начали оборачиваться другие студенты - сперва с любопытством, затем с изумлением и, наконец, с ужасом. Тут и там слышались панические перешёптывания и неуверенные восклицания:
- Ой, они же друг друга поубивают!
- Мальчики, прекратите...
- Ну сделай же что-нибудь!
Мальчики вскоре действительно прекратили, потому что шустрые преподаватели добрались до шумной кучки и кое-что всё-таки сделали.
Том совершенно не понимал, что происходит вокруг. Чьи-то руки держали его, инстинктивно всё ещё рвущегося в бой, чьи-то руки сдерживали его оппонентов, также не желающих уступать. У него самого на скуле красовался живописный синяк, у одного из слизеринцев шла кровь из разбитого носа, у другого под глазом расцветал фингал... Выглядели все парни, прямо скажем, не очень презентабельно - всклокоченные, лохматые, с диким взглядом и бешено вращающимися глазами, как у неандертальцев, в измятых, испачканных и кое-где даже порванных мантиях. Навели порядок, ничего не скажешь.
Вполне логичный первый вопрос угрожающе сотряс и без того раскалённый эмоциями воздух: кто первый начал?
- Он! - едва не хором откликнулись слизеринцы, лихорадочно тыкая расцарапанными пальцами в Тома. Тот не замедлил вспылить в ответ.
- Я?! - мальчик задохнулся от возмущения. - Да вы первые полезли,...!
Он назвал соперников таким словом, что заслужил дополнительное укоризненное замечание. Ему было уже всё равно - после ночной прогулки в лесу он и так корячился на отработках до конца учебного года, что уж тут терять?
Зато он вступился за Эрику! За свою девушку! Как и подобает каждому уважающему себя мужчине. Так или не так? Давно пора было вдарить как следует надоедливым уродам, авось больше не полезут!
[NIC]Thomas Orwell[/NIC] [AVA]https://s14.postimg.org/560au9e01/image.gif[/AVA]

Отредактировано Kenneth Caulfield (2016-09-14 20:00:25)

+1

7

Эрика никогда особо не верила в везение, но в этот раз только оно уберегло их обоих от жутких прежутких неприятностей. И дело было не в праведном по своему гневе профессоров, нет дело было в реальной угрозе не обойтись парой синяков и расквашенной губой. Дети никогда не знают границ, за которыми начинается настоящая возможность покалечить или даже убить. Один неправильный удар в область грудины и человек со слабым сердцем может отправиться на тот свет. Одна неправильная подножка, и будет сломанная рука, и пусть второе в магическом мире лечили куда быстрее, нежели в мире откуда она была родом, Эрика прекрасно понимала, что и оружие у них было более опасным. Кто, кроме них самих, мог  сейчас до того, как на зов о помощи прилетели разъяренные профессора, остановить от того, чтобы в запале выбросить зеленую молнию смерти?
А ведь она, как человек относительно разумный, прекрасно понимала, что любая палочка даже в руках одиннадцатилетнего первокурсника могла такое сделать. Могла стать орудием Аавады с такой же легкостью, как могла быть инструментом для простенькой Левиосы, и никто не мог бы остановить этот смертельный удар или повернуть его действие вспять. Вот почему волшебники должны жить в мире, а не идти на поводу у своей заносчивости. Уже давным давно доказано сотнями, если не тысячам случаев, что чистота крови не влияет на способности к магии, чем бы они ни обуславливались - дело было не в происхождении. У чистокровных волшебников рождаются сквиббы, у магглов рождаются великие волшебники, вроде Гермионы Грейджер, чье имя уже успело стать практически нарицательным, а та была крайне молода.
Поэтому, когда их принялись разнимать профессора, Эрика покорно бросила свое неподобающее для приличной девочки занятие по доведению до бесплодия представителей важных фамилий, и почти успела опередить обвинительный вопль орды мерзких змей. Почти. Те все же попытались вывалить все обвинения на жертв, чтобы очистить свое безупречное, как им казалось, имя. Как будто никто ничего не видел. Эрика могла и не лезть продолжать начатую драку, как рвался это сделать ее друг,  и примирительно поднять руки, но все равно она не удержалась от искушения плюнуть, как и положено "паршивой грязнокровке" в лицо одному из слизеринцев, который тут же бы продолжил свое занятие по "исправлению вселенской несправедливости" , если бы не какое-то щитовое заклинание, которым их разделили учителя в ту же минуту, будто мышей стеклянной перегородкой.
- Надо будет найти и выучить самостоятельно, на Протего не похоже,- промелькнуло тут же в голове. Все же когтевранцы в первую очередь пользуются знаниями и ценят знания. Иначе почему один из парней еще до сих пор корчился от боли и не был способен подняться с грязной и холодной земли? А второй, получивший такой же мог удар едва стоять на ногах? Те трое, что достались мальчику тоже были не в порядке. Эрика поставила себе мысленное "отлично" за то, что не побоялась играть грязно в изначально нечестном бою. Двое, одна из которых девочка, против пятерых крупных для своего возраста парней.
- Это тебе за грязнокровку! - прорычала она, пытаясь убрать ото рта лезущие во все стороны волосы. Сейчас она вполне напоминала разъяренную вейлу. Резинка, стягивавшая их доселе на затылке была порвана и едва ли ее можно было восстановить даже при помощи магии, волосы без привычной клетки встали дыбом, вырываясь из туго заплетенной косы, а над бровью тянулась длинная царапина.
- Том, ты как? - несмотря на то, что она была крайне зла, ей все же следовало быть благодарной за такую, пусть и неумелую защиту, ведь он не знал, что его подружка проходила битвы на школьном дворе посложнее, чем сегодняшняя. Если противников много - выбивай самое слабое звено и беги к учителю. Пусть лучше будешь ябедой, чем тебя забьют на полусмерти. Это правило она уяснила в третьем классе, сменив уже несколько окрестных школ, не особо горевших желанием принимать к себе ученицу с такой мутной биографией. И ведь не объяснишь же учителям, что те первые начали. Они не ищут правых и виноватых, нет, они наказывают всех участников потасовки. Так всегда происходит, и едва ли Хогвартс мог стать приятным исключением. Или мог?
[NIC]Erica Freeman[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2gfG7.gif[/AVA]

+1

8

[NIC]Thomas Orwell[/NIC] [AVA]https://s14.postimg.org/560au9e01/image.gif[/AVA]
Как со стороны слизеринцев, так и со стороны когтевранцв глупо было надеяться, что устроенные ими межфакультетские разборки сойдут с рук кому-то из них. Дисциплина в Хогвартсе соблюдалась сурово и неукоснительно.
- Что вы себе позволяете, джентльмены? Разве это поведение достойно юных волшебников?
Риторический вопрос, но мысленно Том сам себе на него ответил. Вот уж точно, что эти вонючие змееносцы себе позволяют? Оскорблять других магов и ведьм, основываясь только на чистоте крови - да такой ерундой ни один уважающий себя чистокровный волшебник никогда не будет заниматься! Ну, если он не со Слизерина, конечно.
Но объяснений, разумеется, требовали в первую очередь от него. Бросаться на обидчиков с кулаками - тоже, по мнению профессоров, занятие, не подходящее студентам Хогвартса.
- Было бы лучше, если бы я метнул в них парочку заклятий? - пробурчал Томас, потирая разбитые костяшки. Упрямый подросток, он не собирался извиняться за содеянное и виноватым себя не считал. Слизеринские гадёныши получили по заслугам - может, перестанут плеваться ядом, в кого попало. Или, во всяком случае, запомнят, какие их ждут последствия.
Подала голос и Эрика. Снова ей влетит от преподавателей, и снова частично по вине мальчишки, втягивающего её в неприятности.
- Я в полном порядке, - с гордостью соврал он, поворачиваясь к девочке. Побитые кулаки болезненно саднили, синяк на скуле давал о себе знать не менее дискомфортными ощущениями, но их торжественный обладатель чувствовал себя превосходно, как и подобает храброму защитнику чести своей девушки. Тот любопытный факт, что в защите Эрика вовсе не нуждалась - ни в его, ни в чьей-либо ещё - ускользнул от его внимания. Да ей ведь и самой досталось - когтевранка походила на разъярённую фурию, настолько безумный вид придавали ей спутавшиеся длинные волосы и гневный взгляд. К счастью, из всей потасовки она вышла с наименьшими потерями - другие участники драки выглядели куда хуже.
Но если в волшебной школе чему-то и учили - так это важному моменту единства всего магического мира. События недавних лет наглядно демонстрировали, что может произойти, если в обществе, наделённом могущественными способностями и харизматичными лидерами, случается раскол...
- Немедленно извиняйтесь друг перед другом, - прозвучал чёткий приказ, - и пожмите руки в знак примирения.
- Чего? - возмутился Том, в то время как слизеринские коллеги выразились словечками покрепче, за что получили новую порцию укоризненных замечаний.
- Немедленно, - суровый профессорский тон не терпел возражений.
- Не буду я извиняться перед этой... - слизеринец чуть вновь не ляпнул лишнего, но вовремя спохватился. Том в этот момент уже опасно дёрнулся вперёд.
- Ещё как будешь!
Спорить и препираться было бесполезно - если друг с другом разозлённые детки могли перебрасываться колкими фразами, сколько душе угодно, то перед светлыми ликами преподавателей фокусничать не стоило. Как бы юные бунтарские души не восставали против вынужденного примирения, которое в тот миг казалось хуже всякого наказания, оно было неизбежно.
Неуверенные, не слишком искренние слова извинений, короткие рукопожатия, нахмуренные лица и сгорбленные силуэты стали гвоздём программы. Если кто-то из случайных свидетелей продолжал наблюдать за сценой, они явно не прогадали.

- В следующий раз я заставлю их давиться слизняками, - мрачно пообещал Том, устраиваясь в кресле. Они уже получили причитающийся им нагоняй от преподавательского состава, злорадно посмеялись над нагоняем, который получила компашка их противников и вернулись наконец в гостиную факультета, - зато как я ловко врезал ему! Прям по носу! Ты видела? Видела? - он не переставал смаковать свой триумф даже после яростного выговора.
- А знаешь, я тут вот о чём подумал, - ловя взгляд Эрики, он придвинулся к ней ближе, - когда закончится учебный год, мы можем приезжать друг к другу в гости летом. У нас полно гостевых комнат, родители совершенно не против.

+1

9

Эрика определенно знала, что когда-нибудь этот нарыв, копившийся уже многие и многие лета лопнет и вырвется в жуткую драку, но, определенно в этот раз - их поколение - отделалось малой кровью, наученные горьким опытом волшебники успели пересмотреть в той или иной степени свои взгляды на воспитание детей и вырастили их чуточку более терпимыми по отношению к тем, кому "меньше повезло с родословной". Однако, дети, как известно, все равно впитывают и хорошее и плохо как губки. Они не столько слушают нравоучения и вдохновенные речи, сколько смотрят на старших и копируют за ними, как обезьянки. И вот этот принцип "обезьянничества" приводил волшебников на давно проторенный путь. Потребуется время, очень много времени прежде чем теория чистоты крови, приведшая к трагедии, забудется, если забудется вообще. Обязательно, лет через сто, найдется какой-нибудь фанатик старых книг, который снова поднимет эту болезненную тему.
- Да ни черта ты не в порядке, - фыркнула она в полный голос, непонятно чему радуясь - тому, что все-таки ее спасательный сигнал учителя правильно интерпретировали или же тому, что потасовка закончилась техническим поражением слизернинцев. В то же время девчонка продолжала удивляться про себя мальчишескому упрямству - нет, чтобы признаться в очевидных вещах, они до последнего отрицают то, что и ежу понятно. Хотя, скорее всего, она несколько переоценивала интеллект ежей. Надо было признаться, что в итоге из-за вмешательства старших драка вышла довольно скомканной, да и разойтись они, на счастье, толком не успели. Одно радовало - они обошлись без использования магии, куда хуже было бы если бы профессорам сейчас еще пришлось бы и разбирать чем именно особо одаренные детки запустили друг в друга. Зная ситуацию Эрика уверенно могла бы сказать, что тут бы не обошлось парой сглазов и ватноножным, в ход запросто могла пойти и тяжелая артиллерия,  способная нанести увечия, лечить которые пришлось бы долго и не подручными средствами в больничном крыле.
- Хорошо, как скажете, - смиренно проворчала она, когда от них потребовали примирения. Неужели взрослые не понимают, что это все пустой звук, который ничего не значит? Сейчас они с отвращением пожмут друг другу руки, а стоит учителям отвернуться - все начнется с начала, если не станет хуже. Никто не любит, когда его унижают, а принуждение к мировой с когтевранцами змеям мнилось именно этим. Но видимость послушания нужно было поддерживать. Так что она мстительно сжимала предоставленные руки так, что у обидчиков готовы были треснуть кости. Не то, чтобы она их в действительности хотела кому-то переломать это нужно было просто для того, чтобы обозначить, что она их не боится. Эрика и в самом деле их не боялась. Костыли - в очередной раз напомнила она себе, - Забери у мага палочку и он даже воду вскипятить не сможет.
В итоге обе компании получили устный выговор, лишили свои факультеты энного количества баллов, и разошлись по своим гостиным и как раненные звери - зализывать раны, и как дуэлянты от барьера - уже мысленно придумывая как дальше вести эту войну. Иначе как было объяснить то, что Том уже начал перебирать, что из заклинаний можно будет применить.
- Конечно видела, я от тебя была в двух шагах, а теперь не дергайся, потому что это заклинание я знаю только в теории и тренировалась только на лягушках, - она попыталась поймать постоянно поворачивающуюся голову мальчишки и заставить ее перестать вращаться вокруг своей оси. На ее комментарий про лягушек остальные присутствовавшие в гостиной, доселе делавшие вид, что игнорируют потрепанную парочку, с шумом валившуюся в башню, задыхаясь от быстрой пробежки по замку, подняли глаза.
- Да дойдите до больничного крыла, - предложил кто-то, особо возмущенный нарушением практически библиотечной тишины, царившей до их прихода.
- Тогда мы и будем вечно ничего не знать и просить помощи по каждому чиху, - немного злее, чем следовало ответила Эрика, принимаясь добывать из рукава свитера свою палочку, чтоб проверить сможет ли она успешно применить одно из тех заклинаний, которым сводили синяки. Удалось даже с первой попытки. А вот за знания слизеринцев она не ручалась, завтра увидит свели ли они ссадины или так и хотят как неучи.
- Мне придется спросить разрешение совой, прежде чем я могу дать ответ, папа это наверняка не одобрит, - папа вообще ничего не имел привычки одобрять, что касалось магии, но ему пришлось смириться.
[NIC]Erica Freeman[/NIC][AVA]http://funkyimg.com/i/2gfG7.gif[/AVA]

+1

10

[NIC]Thomas Orwell[/NIC] [AVA]https://s14.postimg.org/560au9e01/image.gif[/AVA]
Во многих областях Эрика была самостоятельнее Тома. Возможно, маггловское воспитание наложило на неё отпечаток - дети, выросшие в волшебных семьях, настолько привыкли полагаться на магию, причём зачастую магию своих родителей, что вплоть до подросткового возраста сохраняли некую толику инфантилизма. Девочка же была начисто лишена этого недостатка. Каким-то неведомым образом она всегда знала, что делать, быстро соображала и многое умела - и за себя постоять, и другим помочь, в случае чего. Вот и сейчас её ловко применённое заклинание спасло мальчика от противного и болезненного синеватого пятна на лице.
- Спасибо! Эрика, ты чудо! - обрадовался Томас. Он, конечно, храбрился и делал вид, что с ним всё в полном порядке, несмотря на недоверчивое фырчание девочки, но без синяков всё-таки намного лучше, особенно на таких болевых участках. Улыбнувшись, он с благодарностью чмокнул умную ведьмочку, заставив нескольких однокурсников заулыбаться не то от желания поглумиться, не то от умиления. А слизеринцы наверняка так и будут ходить с боевыми следами, покалеченные. Ещё бы! У них же нет заботливых девушек с золотыми руками, способных применять чары одинаково хорошо и на лягушках, и на других студентах!
Но вот следующая реплика Эрики заставила мальчика нахмуриться и привычно запротестовать:
- Как это - не одобрит? Это ещё почему?
Томасу никогда не нравилось, когда что-то или кто-то угрожало его планам, но здесь он ничего поделать не мог - в чужой семье от него вряд ли что-то зависело. Однако никто не запрещал возмущаться по этому поводу.
- Ну, знаешь ли! - он решительно вскинул голову. - Тогда я прилечу за тобой на метле! И мы вместе улетим куда-нибудь... в замок! Не в Хогвартс, в какой-нибудь другой... и останемся там жить до конца лета!
Таким неуёмным искателям приключений, как Томас, дорога могла быть только в один замок - Азкабан...
Когтевранские студенты, отвлечённые от учебников и пергаментов с домашним заданием, с любопытством косились на парочку, вслушиваясь в их безумные планы. Том вздохнул, заметив напряжённые, как локаторы, несколько пар ушей. Всё же не только змеиные паршивцы любят собирать материал для сплетен...
- Пойдём-ка отсюда, - он сцапал Эрику за руку и потащил в более укромное место.

- Мы должны познакомить наших родителей, - заявил он девочке, стоило им завернуть за угол, - может быть, тогда твоей отец будет более снисходителен?
Насколько Оруэллы могли понравиться Фриманам - вопрос интригующий, учитывая разницу в полярно противоположных мирах этих двух семей. Родители Тома, впрочем, были людьми спокойного нрава и не отличались спесивым отношением ни к магглам, ни к магглорождённым волшебникам, что и внушали с детства своему единственному сыну. Мальчик ранее уже рассказывал им про свою школьную приятельницу по имени Эрика, но в течение учебного года Оруэллы редко обменивались письмами, и мать с отцом ещё не знали, что отношения между подростками зашли дальше скучного приятельства.
- Что-нибудь обязательно придумаем, - Том ободряюще приобнял свою девушку, улыбнувшись.
И ведь придумают. Негоже оставлять своё авантюрное начало в школе - каникулы для того и нужны, чтобы веселиться. Больше приключений любителям приключений!

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » о змеях, ядовитых и не очень ‡ а так же о змееядных птицах