Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Здравствуйте, я Имс.


Здравствуйте, я Имс.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

ОЛЬШТЫН, ПОЛЬША | ИЮНЬ 2016

Eams Fitzgerald & Damian Wolski
http://funkyimg.com/i/2gBnz.gif http://funkyimg.com/i/2gBnA.gif

Отредактировано Damian Wolski (2016-10-08 03:53:29)

0

2

Это был теплый сентябрьский вечер три года назад. Именно тогда я впервые и встретил Имса. Помню, что творилось в моей голове, когда я подобрал его измятое и дрожащее от каждого прикосновения тело. В тот момент меня переполняли жалость, тревога и даже немного похоти, которая, к слову, была довольно неуместной. Но, черт возьми, я абсолютно не могу припомнить, чтобы ко мне закрадывались мысли о том, что было бы довольно неплохо познакомить этого мужчину с моими родителями, каждое воскресение есть на завтрак ароматные пироги, которые он заботливо будет печь для меня, а вечером утыкаться носом в его висок, не замечая, как на заднем фоне шипит какой-то фильм, а ладони обжигает чашка ароматного какао. Не мог, потому что все это казалось мне слишком нереальным и сказочным. В моем понимании Имс представлял для меня лишь развлечение на одну ночь, но я даже не подозревал насколько затянется это темное время суток. Сейчас же мне кажется, что оно будет длиться всю мою жизнь. И я правда нуждаюсь в этом.
Я готов кричать о своих чувствах на весь мир, но в то же время не хочу, чтобы кто-то о них знал. Я жадно храню этот секрет, изо всех сил прижимая его к груди. Да что там, я не осмеливаюсь открыть данную тайну даже собственным родителям, которые, казалось бы, должны давно знать о том, как счастлив их сын. Три года... Уже три года я всячески избегаю прямых ответов на вопросы матери, когда она интересуется, не нашел ли я себе какую-нибудь "приличную девочку". В такие моменты я просто теряюсь и чувствую, как к горлу подступает ком невысказанных слов. Я не хочу врать собственной матери, поэтому после очередного отрицательного ответа, который сухо слетает с моих губ, мне приходится выслушивать то, как она жалобно и со вздохами рассказывает о том, что безумно хочет понянчиться со своими внуками. А я просто трусливо молчу в трубку. Смешно, конечно, что такой взрослый мужчина, как я, до сих пор боится признаться в своей ориентации собственной матери, но я совершенно ничего не могу с эти поделать. Дело в том, что моя мама является довольно консервативной женщиной, которая все мое детство пыталась воспитать во мне высокие семейные ценности. Для меня у существовал лишь один жизненный путь, который, как полагается, напрочь исключал возможность гомосексуальных отношений. В ее идеальном мире я уже давно должен был жениться на милой хрупкой девушке, которая выносила для меня под своим сердцем двоих маленьких детишек, но... но дело в том, что в моей жизни абсолютно нет для нее места. Для нее и этих самых детей, которые никогда не будут звонко смеяться, бегая за псом на заднем дворе моего семейного дома, а после с восторгом накидываться на поднос с ароматными бабушкиными пончиками, начинённых повидлом из дикой розы. У меня есть место лишь для одного человека, которое, к моему счастью, уже давно и безвозвратно было занято Имсом.
Единственной отрадой в данной ситуации для меня был отец. Мужчина, который всю мою сознательную жизнь поддерживал меня в любых начинаниях, тем самым доказывая то, что для него не существует любви сильнее, чем та, которую он испытывает к собственному родному сыну. И даже несмотря на свой плотный график, который часто отнимал у него слишком много времени, он всячески старался быть рядом со мной. Между нами никогда не было тайн. И именно это причиняет мне самые сильные душевные мучения, которые вот уже три года густыми каплями яда стекают по стенкам моего сознания, причиняя невыносимую боль и эмоциональные страдания. Но совсем скоро этому насилию придет конец. Все закончится тогда, когда я переступлю порог родительского дома и произнесу заранее заготовленную маленькую речь, которая, к слову, была записана на бумаге и прямо сейчас прожигала мой задний карман брюк.
- Имс, - я повернул свою голову в сторону к мужчине, который сидел у иллюминатора, - чтобы не сказала моя мать, ты должен понимать, что от этого я не стану любить тебя меньше, - я почувствовал, как начали потеть мои ладони, - я уверен, что она скажет что-то плохое, но, - я вздохнул, - но я просто не хочу, чтобы ты принимал это близко к сердцу, хорошо? - я нахмурился и провел своей рукой по брюкам, чтобы ткань смогла впитать в себя всю влагу, после чего крепко сжал ладонь Имса в своей, - тебе должен понравиться мой отец, - на лице расплылась улыбка, - он очень хороший человек, правда. Думаю, что он полюбит тебя, - мои брови сошлись на переносице, - он просто не сможет устоять перед таким обаятельным мужчиной. Я изо всех сил пытался сам поверить в свои слова и вспомнить лицо отца, которое я не видел уже очень и очень давно. Это успокаивало.

I won't, I won't, I won't
Cover the scar,
I'll let it be
So my silence,
So my silence won't
Be mistaken for believing.
Am I wrong for wanting us to make it?

После посадки самолета нас ожидала мучительная трехчасовая поездка на поезде, но несмотря на все это мы все же добрались до моего родного города. Признаться, я был чертовски вымотан дорогой, но всячески пытался не показывать это Имсу.
- Все будет хорошо, - проговорил я, частично обращаясь к самому себе, - все будет просто замечательно, незачем переживать, - сопел я, наблюдая за тем, как за окном проносятся знакомые виды Ольштына. И вот она, улица, где я провел все свое детство, где впервые разбил колени, играл в салки с друзьями и учился кататься на велосипеде. Это моя ojczyzna.
Автомобиль остановился перед небольшим светлым двухэтажном домом. Я замотал головой и почувствовал, как мой желудок сжался от болезненного спазма. Дом, милый дом. Я не был здесь более десяти лет, но он  все так же прекрасен.
Таксист оповестил нас о прибытии, после чего озвучил сумму за проезд. Я вытащил из кошелька нужное количество злотых, которые я получил в привокзальном обменном пункте, после чего глубоко вдохнул и открыл пассажирскую дверь.
- Все будет хорошо, - тихонько, словно дятел, повторил себе под нос я.
внешний вид + дом

Отредактировано Damian Wolski (2016-10-05 00:25:48)

+1

3

вв

Если бы мне в двадцать лет сказали, что мой партнер когда-нибудь познакомит меня со своими родителями, я бы ни капли не удивился. В то время во мне жила крепкая уверенность в том, что у меня будет счастливая семья. Полноценная, как сейчас говорят. Тогда я еще пытался бороться с собой и представлял себя с девушкой. В скором времени во мне поселилась светлая надежда на то, что я смогу хорошо жить со своим мужчиной, которого так же встречу на всю жизнь.
Если бы мне в тридцать лет сказали, что мой партнер когда-нибудь познакомит меня со своими родителями, я бы громко рассмеялся и махнул рукой. В то время я уже считал себя человеком неудачливым на поприще личных отношений. Даже долгие романы, которые казались серьезными, рушились через пару лет. И во мне поселилась мысль, что я так и закончу свою жизнь – одиноким геем, который перебивался отношениями по два-три года. Я даже всерьез подготавливал себя к такой участи, чтобы потом меньше расстраиваться. Но в моей жизни появился Дамиан, который перевернул все с ног на голову.
Вот кого я не подозревал в желании познакомить с родителями, так это его: человека, который после двух лет отношений даже не думал о том, чтобы съехаться со своим постоянным партнером. Как говориться – не было бы счастья, да несчастье помогло. Его болезнь ничуть нас не подкосила. Я изо всех сил старался поддерживать его. Мне было важно, чтобы Вольский понимал, как он мне дорог и что я не брошу его, как уже один раз имел глупость сделать. Мне было до сих пор стыдно за тот случай и по сей день пытаюсь искупить вину. Но и не нужно думать, что я был рядом с ним только для собственного успокоения. Я действительно готов сделать для этого мужчины все что угодно.

Я стал нервничать заранее. Еще за пару дней до отъезда. И грызли меня два чувства: страх знакомства с отцом и матерью Дамиана, и грусть, что я-то не могу представить своего мужчину своей семье кроме сестры. Мне бы очень хотелось, чтобы мама и папа познакомились с ним.
― М? ― я растерянно оторвал взгляд от иллюминатора, за которым проносились облака. Очень волнительно попасть в родную страну Вольского. Вместе с ним пройти по улицам страны, которую он досконально знает и частью которой является. ― Лишь бы она не переубедила тебя, что я плохая пассия, ― нервно усмехнулся я, снимая очки и вешая их за душку на свой пуловер. ― А то мамы умеют так делать, ― я сжал в ответ ладонь Дамиана, стараясь ему ободрительно улыбнуться.
Полет прошел нервно. Я не мог сосредоточиться ни на фильме, который пытался смотреть, ни на книге. Все проходило мимо мозга, потому что в нем роился миллион мыслей. Какие его мама и папа? Что они скажут, когда увидят меня? Посчитают ли они, что англичанин – плохой вариант, а лучше свой земляк. Точнее, землячка. Лишь бы миссис Вольски не выставила меня за порог.
По прилету стало поспокойнее. Мне было очень интересно наблюдать за Дамианом, который разговаривал на своем родном языке. Как англоязычному человеку, все эти слова казались безумно странными и ужасно сложными. Каким образом ему удается все это выговаривать?
Еще в Варшаве я поинтересовался у Дамиана, какие цветы предпочитает его мама. Для отца-то, в качестве подарка, у меня была отличная бутылка виски. Когда-то ее привезла Саша, побывав в Шотландии. Не наша родина, тем не менее, часть ее. Для мамы же у меня ничего не было, так что я решил купить шикарный букет цветов. В дорогом флористическом магазине я приобрел большой, роскошный букет чайных роз. Девушка специально обернула стебли влажной тканью и замотала ее, чтобы цветы выдержали дальнейший путь. Не сомневаюсь, что в славном Ольштыне так же могут быть хорошие букеты, но в столице купить их было проще.
В поезде я успел немного подремать, так как неизбежное уже вот-вот случится. Перед смертью не надышишься. Пока мы ехали в такси, я с интересом смотрел в окно, разглядывая город, который крайне отличался от Сакраменто или Лондона. Он был непривычно маленьким. Особенно для человека, который прожил всю жизнь в крупных городах.
― Да-да, все будет хорошо, ― кивнул я, бережно вынимая букет из автомобиля, а затем из багажника наш чемодан. ― Как мне обращаться к твоей маме? Пани или миссис? А к отцу? ― вдруг спросил я, округлив глаза и схватив Дамиана за руку. У меня сердце не колотилось так с времен сдачи выпускных экзаменов, когда я на нервной почве перепутал Моне с Ван Гогом. Было очень смешно. А тогда коленки тряслись.
― Как жаль, что я бросил курить, ― выдохнул я, направляясь за Вольским к двери.

+1

4

Когда я сообщил своем матери новость о приезде, она сразу же принялась плакать и что-то невнятно бормотать в трубку. Несмотря на всю свою сдержанность в поведении, ей, как впрочем, и любой другой женщине, были присущи нотки сентиментальности в характере. И  с одной стороны это ведь не плохо, но в таких ситуациях я всегда чувствую себя жутко виноватым. Благо, слезы радости действовали на меня немного мягче, чем, например, от обиды, боли или разочарования. Но все же ни одному ребенку на свете не хочется знать, что их мама плачет. Хуже только, когда рыдает отец. Вот тогда ты и правда понимаешь, что все плохо. Но, к моему счастью, мой папа принял эту новость, как весть о надвигающемся празднике. В силу своего легкого характера, этот мужчина всегда умел поднимать настроение окружающим и заставлять их улыбаться даже тогда, когда, казалось бы, причин для этого и вовсе не было. И уже только за это его всегда принимали в любую дружескую компанию, ведь в современном мире радоваться мелочам получается далеко не у каждого.
И вот я стою рядом со своим домом. Он нисколько не изменился. Хотя нет, рядом с верандой все же появились новые кусты роз, а на изумрудном газоне поселились какие-то маленькие керамические гномы. Раньше я никогда не замечал у своей матери особую любовь к подобной ерунде. А в остальном это был все тот же дом, который я покинул, когда переезжал в Варшаву. Сердце окутало приятное тепло, а легкие наполнились приятным ароматом цветов, который исходил от душистого клематиса, что аккуратно обвивал деревянный заборчик веранды.
Я почувствовал, как Имс крепко ухватился за мою руку. Взглянув на обеспокоенное лицо мужчины, я невольно улыбнулся и покачал головой. Как ни странно, но мое волнение смогло отступить на второй план, когда я увидел, как переживает Фитцжеральд. Ему, наверное, сейчас приходилось испытывать намного больше стресса, чем мне, ведь я знал, что он никогда не делал этого ранее. Как, впрочем, и я, да вот только, к нашему общему сожалению, мне никогда уже и не познакомиться с замечательными людьми, которые дали жизнь моей самой большой любви в жизни. Это приводило меня в уныние, отчего мне еще сильнее хотелось, чтобы моя семья оказалась как можно более гостеприимной для Имса, который, к слову, уже очень давно не чувствовал полноценного домашнего родительского тепла.
- Ты можешь ее называть так, как тебе будет угодно, - свободной ладонью я провел по плечу галериста, после чего попытался взглянуть в его глаза, - это совершенно неважно, правда, - промурлыкал я. Забавно, что в данной ситуации его волновали такие мелочи, но так же я прекрасно понимал желание Имса не упасть в грязь лицом, ведь это была одна из самых важных встреч в его жизни.
Подхватив свой чемодан за ручку, я уверенным шагом направился в сторону дома, где, как мне казалось, уже во всю кипела жизнь, а стены дрожали от переполняющих моих родителей эмоций. Мужчина шел сзади.
- Ну что, ты готов? - обратился я к британцу, после чего слегка неуверенно нажал на кнопку дверного звонка. Раздался мягкий короткий звук колокола. Мое сердце замерло в ожидании. Казалось, я даже перестал дышать, а ладони вновь предательски вспотели. Из-за двери послышался голос матери, я рывком втянул в свои легкие воздух. Мама.
Дверь открыл отец. Его широкая улыбка тут же озарила все вокруг, а мое сердце ушло в пятки. Я приоткрыл рот, но не смог выдавить из себя даже слова.
(весь диалог на польском)
- Сын! - радостно завопил отец и тут же кинулся меня обнимать, - мой любимый сын! - его сильные руки крепко обхватили мои плечи, отчего я потерял способность дышать, - Ветта, дорогая, иди скорее! - прокричал он мне на ухо. Кажется, теперь я слегка оглох.
- Отец, - я немного вывернулся, чтобы похлопать его по плечу, - мне сложно дышать, - просопел я, после чего поляк тут же отпустил меня и уставился на Имса. Я последовал его примеру.
- Это Имс, папа, - выдохнул я, - мой партнер. Обычное слово, которое я многократно употреблял ранее, но именно сейчас оно почему-то оставило а моем языке горьковатый привкус.
- Партнер? - мужчина приподнял левую бровь, - твой мужчина, да? Как женщина, только мужчина? - он слегка склонил голову набок, а после перевел свой вопросительный взгляд на меня.
- Ну, - протяну я, - я бы не стал так выражаться. Он мужчина, как мужчина. Мой мужчина, с которым я состою в отношениях вот уже три года, - я нахмурился, - и можно, пожалуйста, говорить на английском, Имс нас не понимает.
Из-за спины отца появилась мать в переднике. Приглаживая слегка растрепанные волосы на голове, она тут же кинулась в мои объятия и начала плакать, но тут же попыталась себя успокоить.
- Сыночек мой, Ульрик! - сквозь всхлипы проговорила женщина, крепко сжимая меня своими хрупкими руками, - как же я за тобой соскучилась.
- Я тоже соскучился, мама, - проговорил я уже на английском, как бы намекая, что приехал не один. Мать тут же отпрянула и посмотрела на Имса.
- Ой, ты приехал с другом, - так же на английском ответила женщина, - простите за мои манеры, - она попыталась поспешно разгладить складки на фартуке, - меня зовут Ветта, - она протянула свою руку в сторону Фитцжеральда.
- Это не совсем друг, мама, - я проследил за действиями галериста, - это мой мужчина с которым я состою в отношениях уже три года. Мы очень любим друг друга, - я кивнул в знак подтверждения своих слов.
- Любите? - охнула женщина и тут же отступила назад, - как это понимать, сын? Что значит твое "любите"? И какие к черту три года? Я скривился, но тут в диалог вступил отец, который нежно приобнял свою жену за плечи.
- Успокойся, дорогая, - промурлыкал он, - да, это Имс. Он его партнер. Двадцать первый век на дворе, в этом уже давно нет ничего зазорного, помнишь? - он улыбнулся, отпустил маму и подошел к Имсу, - да уж, тебе придется простить и мои манеры, - он виновато усмехнулся и протянул руку, - меня зовут Мартин, - он крепко пожал свободную ладонь британца, - и вообще., почему мы до сих пор топчемся на пороге?! Входите в дом скорее.

+1

5

― Как мне будет угодно, ― глупо повторил я, сверля взглядом Дамиана. ― Хорошо. Как мне будет угодно, ― я наконец смог разжать ладонь, чтобы отпустить мужчину. Торчать перед окнами дома было глупо, нужно двигаться. Мое сердце было готов выскочить из груди. Я не представлял, как выглядят родителя Дамиана. Мне казалось, что его отец должен быть таким же высоким, а мать складной, моложавой женщиной, с волнистыми волосами. Перед моими глазами встал образ моей мамы: нежной, такой аккуратной и размеренной, с тонкими и четкими чертами лица и у нее были ярко-рыжие волосы. Вообразив ее, мне даже стало немного спокойнее.
Уже хотелось побыстрее с этим со всем разобраться. В такие напряженные моменты только и желаешь по щелчку оказаться в вечер того же дня, чтобы лежать на кровати и думать, что все прошло.
Первым делом появился отец. Я только выглядывал из-за плеча Дамиана, чтобы не мешать встречи родителя со своим ребенком, которого давно не видел. Они были очень похожи, он действительно был высокий, но мой поляк вымахал побольше. Но вот черты лица… Потрясающе, что творит генетика.
Я напряженно вслушивался в польский язык, на котором они сразу же стали болтать. Мне стало очень неловко, потому что я понимал только отдельные слова и крайне плохо. Зацепился за свое имя, естественно, понял что-то про «мой партнер», что вызвало нервную улыбку. Я глупо, скромно махнул рукой, мол да, это действительно я.
Женские слезы всегда вводили меня в растерянность. Я не знал, как обращаться с женщинами, а как обращаться с плачущими женщинами тем более. Но кажется, Дамиан был к такому привычен и ничуть не потерялся, когда его мать стала плакать у него на плече. Но наконец я услышал английскую речь и немного воспрял.
― Очень приятно, ― улыбнулся я, делая шаг вперед. Шок на лице миссис Вольски было сложно не заметить. Мне кажется, Дамиану стоило как-то подготовить родителей к такой новости, потому что от реакции матери мне стало совсем неудобно. Мне хотелось просто провалиться под землю от смущения. ― Это вам, миссис Вольски, ― я протянул букет, надеясь, что это немного смягчит женщину или успокоит.  После этого я более уверенно улыбнулся Мартину и пожал его руку. ― Имс, как уже упомянул Дамиан.
Впервые в жизни я испугался за свой британский акцент. Ветта и так не слишком расположена ко мне, еще скажет, что я расфуфыренный англичанин. Боже, кажется у меня начинает болеть голова.
Мы все-таки попали в дом. Он был очень просторным и светлым. С первого взгляда мне понравилось, хотя жить в таком мне не захотелось.
― Мистер Вольски, у меня для вас тоже есть подарок, но с вашего позволения, я преподнесу его позже, так как он лежит в чемодане, ― я несколько виновато улыбнулся. Я следовал вплотную к Дамиану, чтобы не отступить от него ни на шаг. Буквально держался за его ремень, потому что единственная поддержка, которая у меня сейчас была – он. А так же мой щит.
Я плохо себе представлял, о чем можно было завести разговор. С одной стороны, хотелось немного их раскачать и расположить к себе, с другой, я понимал, что они давно не видели сына и они были рады его видеть, им хотелось расспросить обо всем, что не получалось обсудить во время звонков по скайпу.
― Очень рад с вами познакомиться, ― я неуверенно подал голос. ― Я вас почему-то такими и представлял. Дамиан на вас очень похож.

+1

6

отец & мать
Бесспорно, я очень люблю свою мать, но иногда она ведет себя так, словно сама американская академия кинематографических искусств номинировала ее на Оскар за лучшую драматическую роль. И я уверен, что будь это правдой, она бы с легкостью смогла заполучить заветную статуэтку, ведь актерского таланта ей было не занимать. И хоть мне казалось, что я уже давно смирился с данной чертой ее весьма сложного характера, в такие моменты мне просто хотел провалиться сквозь землю, где бы никто не видел мое пунцовое лицо. А самым ужасным было то, что все это разом навалилось на несчастного Имса, который и так не находил себе места из-за сложившейся ситуации.
Переступив порог родного дома, я почувствовал, как внутри все сжалось от напряжения, а грудь обдало волной тепла. Перед глазами всплыли моменты из прошлого, которые заставили меня полностью погрузиться в воспоминания о самом беззаботном времени в моей жизни, когда я еще был маленьким мальчиком. С момента моего переезда почти ничего не изменилось, хотя и были видны результаты косметического ремонта. На стенах висели фоторамки с семейными портретами. Я немного смутился из-за того, что Фитцжеральд сможет увидеть меня маленьким, ведь, пожалуй, я был довольно забавным ребенком с невероятно непропорциональными зубами и нелепой стрижкой.
В напряженную тишину ворвался голос Имса, который обращался к моему отцу. Я невольно вздрогнул и с осторожностью стал наблюдать за реакцией поляка, который, судя по всему, был настроен очень дружелюбно. Это успокаивало.
- Ой, это приятно, что ты подумал обо мне, - он остановился и взглянул на британца, - можешь не торопиться, сынок, - ласково проговорил мужчина и широко улыбнулся. На последнем слове я слегка вздрогнул. Неужели он и правда только что назвал его "сынок"? Просто невероятно.
- Правда? - папа слегка отвел подбородок и вопросительно взглянул в мою сторону, - надеюсь, что этот сорванец смог ухватить только самое лучшее, - он улыбнулся, - и к старости не будет таким дряхлым стариком, как я, - мужчина засмеялся и похлопал Имса по плечу. Я смущенно переступил с ноги на ногу. Кажется, все шло намного лучше, чем я ожидал, ведь отцу с легкостью удалось развеять все мои опасения относительно неловких моментов.
- Я приготовила ужин, но теперь мне нужно накрыть еще на одного человека, - растеряно проговорила женщина, которая все это время молчаливо стояла рядом с нами, и не дожидаясь ответной реакции направляясь в сторону просторной кухни, - вы пока можете разобраться с вещами, - спокойно добавила мама, но тут же резко остановилась на месте, - я думала, что ты захочешь спать в своей комнате, Дамиан, а твой друг может расположиться в гостевой, - она развернулась и бросила хмурый взгляд на Фитцжеральда, после чего перевела его на меня и стоящего рядом отца. Повисла напряженная пауза, которая, казалось, длилась целую вечность.
- Нет, мама, - наконец-то выдохнул я, - Имс не будет спать один в гостевой комнате. Он будет спать со мной, - проговорил я, пытаясь сделать это как можно более уверенно, - мы пара, хочешь ты этого или нет. И тебе все-таки придется с этим смириться, прости, - я крепко сжал свою челюсть и сглотнул. Это был очень неприятный, но вынужденный разговор, ведь нужно было наконец-то расставить все точки над i. Еще никогда ранее я не позволял себе обращаться к матери таким тоном, но ей все-таки нужно было уяснить тот факт, что я давно уже не тот мальчик, который однажды покинул эти стены. Нет, теперь я настоящий мужчина, кой мог постоять за себя и своего партнера.
Женщина молча развернулась и продолжила свой путь на кухню. К моему плечу притронулся отец.
- Дамиан, - он строго взглянул на меня, - ты должен быть с ней помягче, ведь для нее сейчас это самый большой шок в ее жизни, - он слегка сжал свои пальцы, - не нужно так сразу взваливать на нее всю эту ношу, хорошо? Со временем она все поймет, а пока, - поляк сделал паузу, - пока просто будь хорошим сыном, приезда которого она так сильно ждала, хорошо?
Я вновь нервно сглотнул и опустил свой взгляд на ноги. Мне вдруг стало неимоверно стыдно за то, что было сказано мною немногим ранее в сторону матери, отчего тут же захотелось пойти к ней и попросить прощения.
- Хорошо, отец, - пробормотал себе под нос я, - наверное, мне все же лучше пойти на кухню, - я попытался слабо улыбнуться папе, но вместо этого у меня просто вздрогнул правый уголок губ. Мужчина одобрительно кивнул, потрепал меня по голове и провел взглядом, когда я направился вслед за матерью, которая молча, словно привидение, двигалась по комнате, раскладывая столовые приборы.
(диалог на польском)
- Мам? - робко проговорил я, - мама, я хочу попросить у тебя прощения, - я подошел ближе к матери, - прости за то, что я тебе только что наговорил. Это правда было очень некрасиво с моей стороны, ведь мы так давно не виделись. Правда прости, - я слегка нагнулся и обнял женщину, - просто я люблю его, понимаешь? Очень сильно люблю. Впервые в жизни я чувствую себя настолько комфортно с человеком. Он для меня все, - склонив голову, приглушенно бормочу я, - я бы хотел, чтобы ты тоже хотя бы попыталась его полюбить. Сделай это ради меня, прошу, - мог голос снизошел до шепота, - просто попробуй.
Женщина громко выдохнула и сжала в кулак ткань моей рубашки на спине. Ей определенно было сложно смириться с подобным раскладом, но я прекрасно ее понимал. И именно поэтому я пытался быть как можно более мягким, чтобы расположить ее доверие к Имсу, а заодно сгладить все острые углы в наших отношениях, которые успели сформироваться с момента нашего приезда.
- Я не знаю, - наконец-то выдала мать, - я не знаю, как вообще можно с этим смириться. Ты ведь понимаешь, что у вас никогда не будет детей, да? И то, что я никогда не смогу понянчиться с внуками? - она разжала пальцы и отстранилась от меня, - я не могу, Дамиан, это все слишком сложно для моего понимания. Гомосексуализм, - она запнулась, - я никогда не думала, что это коснется нашей семьи, понимаешь?
Я вздохнул и удрученно кивнул. Неужели она так и не сможет принять меня и Имса, а мой приезд домой был ошибкой, которую не стоило совершать? Возможно, мне просто следовало продолжать кормить ложью свою мать, ведь, судя по всему, она была для нее слаще, чем горькая правда, которой ей теперь приходится давиться сквозь слезы. Как же все-таки я устал от того, что в этом мире не существует четкой границы между тем, что кажется правильным, и тем, что по-настоящему нужно делать, чтобы сохранить равновесие. А ведь всех с детва учат не врать, но только уже будучи взрослым ты понимаешь, что иногда это просто необходимость.
Я вернулся в гостиную, где мой отец увлеченно рассказывал британцу о том, как когда-то он был проездом в Лондоне и видел саму королеву. Мои губы расплылись улыбке. Кажется, Имс очень приглянулся моему папе, что, конечно, не могло меня не радовать.
- Я вижу, что вы уже успели подружиться, - я подошел к галеристу и обвил рукой его талию, - но можно мне украсть этого очаровательного британца? Нам нужно привести себя в порядок перед ужином. Все-таки мы только после дороги, - я обратился к отцу, - мы совсем ненадолго, - тут же добавил я. Поляк одобрительно кивнул и пообещал закончить свою историю во время трапезы.
- Никто не сомневается, отец, - я улыбнулся, после чего отошел, чтобы забрать свой чемодан и отправился с ним в сторону одной из гостевых комнат, ведь именно там мы проведем неделю своего безумного отпуска в Польше.
- Ну что? - спросил я, когда Имс закрыл за собой дверь, - как первое впечатление?

Отредактировано Damian Wolski (2016-10-08 03:57:17)

+1

7

Первое за что зацепился мой взгляд в этом доме, который не слишком был гостеприимным сейчас – фотографии. Вот что действительно дает лицо дому и атмосферу, так это фотографии из домашнего архива хозяев. Было достаточно легко угадать где там изображен Дамиан. И если бы я мог себе позволить, я бы издал звук умиления. Но нет, я ему все выскажу вечером, когда мы останемся одни, надеюсь, за закрытыми дверями. Все мы были такими на подобного рода снимках: смешные, нелепые, странные. Если достать мои семейные альбомы, то там можно увидеть ужасно конопатого и кудрявого мальчишку, который во все неровные, молочные зубы улыбается в камеру. Или девочку, как ни странно, с каштановыми волосами, которая сидит у того рыжего на плечах.
Я не знаю, кого боялся больше: отца или мать Дамиана. Хотя первый сразу же проявил добродушный настрой. Главное, что миссис Вольски не заподозрила в этом ничего плохого.  Услышав от мужчины «сынок», я не желая того, всем телом вздрогнул. Такого обращения я не слышал почти пятнадцать лет.
― Что вы, вы совсем не дряхлый, ― с усмешкой отмахнулся я, стараясь не выдавать, как меня из колеи выбило обращение. ― Вам должно быть около шестидесяти лет? Мой отец… ― я сглотнул. ― Моему отцу, когда он нас покинул, было шестьдесят пять и он был еще в полном расцвете сил. Как и вы, мистер Вольски. А взял он, ― я взглянул на Дамиана с улыбкой. Наверное очень глупой и влюбленной. ― Обязательно все самое лучшее. А плохое приобрел где-то по дороге, ― я похлопал своего мужчину по плечу.
Тем временем, мы продвигались по дому все глубже и наконец перед нами открылась большая, светлая кухня и столовая. Я не большой любитель таких помещений, но не вдаваться же в критику чужого дома? Не люблю, но отрицать, что здесь гораздо лучше, чем могло бы, будет глупо. Тем временем, сбоку от меня случилась очередная вспышка. Миссис Вольски вновь попыталась разлучить нас, т.е старалась избавить себя от признания состоятельности нашей пары. И в друг я подумал, что Дамиану сейчас не менее сложно чем мне, ведь он совершил каминг-аут перед своей семьей. И не сказать, что полностью удачный. Черт возьми, может, не стоило сюда ехать вообще? Мартин сделал замечание Дамиану, а тот так послушно, как самый добропорядочный сын, согласился со своей правотой и пошел решать проблемы. Я же остался с его отцом один на один.
― Я не впервые в Польше, но впервые в этом городе, ― задумчиво проговорил я, начиная самую простую, но верную беседу. По английским канонам. ― Видел пока только из окна такси, но мне понравилось. Я надеюсь, что либо Дамиан, либо мы все вместе совершим прогулку. Мне, как искусствоведу, будет очень интересно погрузиться в историческое ядро, ― я немного нервно дернул уголками губ в улыбке, пытаясь вслушаться в речь с другой стороны кухни, но слышал только шипящие звуки. Значит, говорят на польском и подслушать нет никаких шансов.
Пока мы совершенно по-светски общались с Мартином вернулся Дамиан, который почти сразу же, не стесняясь, обнял меня за талию, а я почти растаял, ощущая в нем свою опору. Так что выдохнул и немного откинулся на его плечо. Уж не знаю, специально он решил устроить нам всем передышку или нет, но это было просто отличной идеей, так что я вежливо извинился перед мистером Вольски и отправился за Дамианом, который отвел нас в гостевую комнату.
― Я не думал, что это будет настолько сложно, ― выдохнул я, сразу же плюхаясь на кровать, а потом падая на нее спиной, раскидывая руки в стороны. ― У меня было несколько спонтанных мыслей: что твоя мать меня выгонит к чертями, что мы вообще зря сюда приехали, лучше бы сидели дома, что я прожгу собой пол и провалюсь под землю. Серьезно, ― я устало провел ладонью по лицу, после чего приподнялся и посмотрел на Вольски. ― А ты как? ― я встал с кровати, снимая с себя пиджак, после чего повесил в шкаф и полез в чемодан, чтобы достать очки. ― Надеюсь, что твоя мама хотя бы к концу нашего пребывания здесь хоть немного смирится, ― водрузив очки на нос, я подошел к Дамиану и обнял со спины, кладя подбородок ему на плечо и ласково целуя в щеку. ― Когда у тебя есть поддержка хотя бы одной половины семьи, это уже хорошо, ― ободряюще сказал я. ― Если ты слишком напряжен, могу тебе отсосать, хочешь? ― с тихим смешком проговорил я на ухо Дамиана.

+1

8

Поддержка партнера – очень важный элемент, если даже не фундамент, крепких отношений. Особенно она нужна, когда ты сталкиваешься со страхом, который испытываешь перед собственными родителями. Ведь, пожалуй, ни для кого не секрет, что признаться семье в своей ориентации – довольно сложная, а иногда даже невыполнимая задача, ведь родители бывают разными. Благо, у меня был Имс. Именно этот человек вот уже несколько лет являлся для меня опорой. И пусть страницы нашей истории местами беспорядочно измазаны темными чернилами боли и переживаний, я все же хочу верить в то, что больше такого не повторится. И впредь нас будут ждать лишь светлые и счастливые моменты. Имс – мое прошлое, настоящее и, бесспорно, будущее. Человек, без которого я не могу представить своей жизни.
И если раньше я допускал сомнения относительно его чувств ко мне, то сейчас я на сто процентов уверен в том, что он меня любит. Осознавать это было для меня самым большим счастьем, ведь еще никогда ранее я не получал столько заботы, поддержки и самоотдачи (не считая отца, конечно, но речь сейчас немного о другом, верно?). Особенно четко я почувствовал все это, когда меня сокрушила страшная болезнь. Именно тогда я понял, что Фитцжеральд готов ради меня на все, ведь в самые тяжелые дни он даже пропускал работу, которая, как мне казалось, стояла для него намного выше, чем я.
Слушая Имса, я неспешно расстегивал пуговицы на своей рубашке. Мне хотелось поскорее почувствовать на своей коже теплые струи воды, чтобы смыть с себя все напряжение, которое заставляло чувствовать себя ежом, чьи иголки упираются в тонкую хлопковую ткань на спине. Наверное, если бы я провел немного больше времени в компании своей матери, то и правда бы обзавелся таковыми.
- Ну могло быть и хуже, верно? – я поднял левую бровь вверх и взглянул на обессиленного британца, который лежал на кровати, - я? Ну как тебе сказать, - я добрался до последней пуговицы и тут же снял рубашку, которая мигом отправилась на близстоящее кресло, - с одной стороны я очень рад встречи с родителями, а с другой – меня невероятно злит поведение матери. Я, конечно, знал, что она не станет воспевать оды любви к тебе, но все же могла бы быть немного мягче, - я снял туфли и аккуратно отставил их к стенке, - ооо, ты даже не представляешь, как я сам на это надеюсь, Имс, даже не представляешь, - я обернул голову к мужчине, который подошел сзади и нежно обнял меня со спины. Тело накрыла волна расслабления, отчего я прикрыл глаза, - оу, - я тут же распахнул свои веки, - даже так? – на лице расплылась довольная ухмылка. Я неспешно обернулся и положил своют ладони на ягодицы галериста, - очень, - я нежно прикоснулся к его губам, - очень заманчиво предложение, но я впервые в жизни должен отказаться, - я вновь прикоснулся к его губам и сжал свои пальцы на плотной ткани брюк партнера, - хотя, - я глубоко вдохнул приятный аромат парфюма британца, а мои ладони заползли под кофту Имса, - может быть и нет, - вдохнул я, после почувствовал нарастающее напряжение внизу живота. Из груди вырвался резкий выдох. В дверь постучали.
- Мальчики, к вам можно? – раздался голос отца, после чего я неохотно отпрянул от любимого человека и направился в сторону двери. На пороге стоял мужчина, держащий в руках стопку белоснежных махровых полотенец, - твоя мама приказала мне принести это, - немного виновато проговорил поляк, - говорит, что извиняется за то, что наговорила тебе на кухне, а еще через пятнадцать минут ждет вас за столом, - он протянул полотенца. Поблагодарив папу, я захлопнул дверь и обернулся к галеристу.
- Я на пять минут в душ, потом можешь ты, - я кивнул и вдруг понял, что ширинка моих брюк очень неприлично выпирает вперед, - вот черт, надеюсь, что он не заметил, - из груди вырвался короткий смешок.
Вместо горячего душа мне пришлось обдать свою кожу холодной водой, чтобы успокоить свой член, который, видимо, решил, что ему определенно должен был обломиться минет. Выйдя из кабинки, я закрепил полотенце на бедрах, почистил зубы и вернулся в комнату.
- Свободно, - с улыбкой оповестил я, направляясь к своему чемодану, - давай поторопимся? Мама не любит опозданий, а злить ее еще больше как-то не хочется, - проговорил я, перебирая свои рубашки.

музыка (ну хотя бы послушай)
В столовой звучала тихая приятная мелодия. Она была прекрасно мне знакома, так как в детве я частенько ужинал под пятую симфонию Малера. Я улыбнулся.
- Малер? – произнес я, когда заметил накрытый стол, - давно его не слышал.

Отредактировано Damian Wolski (2016-10-22 01:18:35)

+1

9

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Здравствуйте, я Имс.