Вверх Вниз
Возможно, когда-нибудь я перестану вести себя, как моральный урод, начну читать правильные книжки, брошу пить и стану бегать по утрам...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Быть или не быть... ‡а может все-таки пить?


Быть или не быть... ‡а может все-таки пить?

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

[NIC]Jay Simon[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/tMlelPk.png[/AVA][STA]Drugs and whores[/STA][SGN]http://savepic.ru/11345667.gif[/SGN]


http://savepic.ru/11511031.jpg

Date & time: февраль, 2015 года


Chiara Lindqvist & Jay Simon


Где-то на просторах города, под музыку в наушниках и наркотики в крови.


Отредактировано Francesca Fitch (2016-09-23 02:27:19)

0

2

Внешний вид: черная футболка под горло, темно-зеленые брюки, легкие светлые армейские ботинки.
«Безграничное правосудие» - так они называли эту операцию. А потом переименовали в «Несокрушимую свободу». Несокрушимая, блять, свобода. Официальное, уже привычное за пятнадцать-то лет. Но как можно было быть такими неэрудированными дебилами, чтобы назвать операцию совместную с мусульманами «Безграничное правосудие»? Такое определение может относиться только к Аллаху, все это знают. И вот она – Америка во всей красе. Перманентная глупость с вопиющим невежеством. Но, благо, им удалось все замять. Теперь мы бойцы «Несокрушимой свободы», которая так и не настала.
Пятого января талибан снова взялся за свое. И вот, на скором частном самолете я покидаю территорию Сирии. Ну, здравствуй, старый друг.
Контракт закончился двенадцатого февраля, но выбраться из Афганистана не так-то просто. Особенно, если на тебе трое уцелевших с целого взвода, которым нужно оставаться в этом аду. Я задержалась на неделю.
С войной не может быть дальних отношений, если ты в ней участвуешь. И, как в случае со стокгольмским синдромом, практически влюбляешься в этого монстра. Сначала ты ненавидишь, потом свыкаешься, адаптируешься, привыкаешь, проникаешься симпатией. А потом самое страшное – жить не можешь без всего этого ужаса. Я четвертый день в Сакраменто, а во мне опиума, словно прошел месяц. Я не могу спать, не могу есть, не могу нормально разговаривать с людьми. Период адаптации должен длиться не более десяти дней. Надеюсь, дело не затянется. Еще надеюсь, что быстро смогу вернуться в строй, потому что здесь я схожу с ума. Здесь я не чувствую и не живу. Существование само по себе не утруждает, но зря тратить воздух я не могу. Война – это состояние души, это часть меня, это моя повседневная жизнь. Общий термин, общее определение. Нет, уже давно прошло время настоящей войны, которая никогда не меняется. Военные операции, навязывающие свое правосудие – вот, что это сейчас. Но я готова хватать и эти крохи, но не бесцельно бродить по городу или сутками смотреть в серый потолок. Серый, как и город вокруг, как и люди вокруг.
Частный тир, который еще в том году держал брат моего сослуживца, преобразился и перестал быть местом непубличным. Много людей, никаких привилегий и нет того доброго знакомого лица. Пожалуй, когда теряешь брата-близнеца, половина доброты должна уйти.
Выбор… слово очень емкое. Всю жизнь мы выбираем. Да что там! Жизнь – это тоже выбор. Я выбрала балансировать, кто-то другой выбирает жизнь, кто-то еще – смерть. Солдаты в этом веке сами идут на смерть. И мне ничуть их не жаль. Продаем свои жалкие шкуры дьяволу в облике Дяди Сэма, не внимая мольбам и просьбам родным. И если я сдохну где-нибудь под градом пуль, то не по вине талиба, не по воле судьбы, а по собственному выбору, ведь сейчас не пятидесятые, Берлин уже взят.
Мне не нравятся здешние нововведения, но до другого места ехать слишком далеко. Что-то вроде электронной очереди. Бронируешь время, оплачиваешь, ждешь очереди, выбираешь оружие и наслаждаешься толчками отдачи в руках. Мне нужно двадцать минут, чтобы убить черного человека, такого тонкого, что с ним справится и булавка. Мне нужно дышать порохом, чтобы приглушить тошноту. Мне нужно, жизненно необходимо продырявить ублюдка, у которого наверняка будет то лицо, лицо последнего. Встряхиваю головой, чтобы отогнать воспоминания о последней стычке. Слишком много кишок и приторного затхлого запаха. Гранаты следует обходить, это всем известно.
Моя очередь наконец подошла. Номер шесть, к которому я незамедлительно иду. Меня немного трясет, я выгляжу, как наркоман, коим и являюсь. Мой наркотик особого сорта.
Я стою дополнительную минуту, смотрю в затылок короткостриженной брюнетки. Ее время вышло. Она крадет мое. Наушники уже не надеты, висят на шее, так что она меня слышит. Делаю шаг, от вора до меня не больше девяноста сантиметров.
- Ваше время вышло, - спокойно и негромко говорю затылку.

0

3

[AVA]http://savepic.ru/11663079.jpg[/AVA][NIC]Jay Simon[/NIC]
Внешний вид: Черная длинная рубашка с белым перевернутым крестом, поверх нее - мантия с кожаными рукавами; черные джинсы с потертостями на бедрах и прорезями на коленях; черные кеды с белой шнуровкой .   

Дождавшись своего часа, подхожу к небольшому столику, на котором лежало пневматическое оружие, очки и наушники, стенки слева и справа, обеспечивали дополнительную безопасность окружающих и тренирующихся людей от "несчастного случая". Разделительные стены не были сделаны из "картона", что не могло не радовать. Огневой рубеж около 7-8 метров, точно и не скажу, лишь на глаз. Конечно, что-то бормотали на этот счет, но мне как-то плевать. Лишь одно огорчает, что нет движущихся мишеней, было бы куда веселее. Хотя, нет, не верно... они есть, но туда очередь желающих еще больше, мне как-то не особо хотелось тратить время на такую шалость, по этому... можно обойтись и обычной целью - мишенью в виде человека, красные пометки отмечены в области груди (сердца) и головы. Ясен хуй - попадание как в сердце, так и в мозг, смертельно. Человеко-подобные мишени заряжают еще большим азартом. Твою мать, как давно я не стреляла по людям. Хотя, стоп... разве я такое творила? Какое огорчение, но нет.
Сейчас повеселимся! - с детским азартом натягиваю очки, а затем и наушники.
- Не убей никого...
Подумаешь на одного неудачника станет меньше. Разве тебя это должно ебать? Успокойся и смотри за батькой! - ухмыляюсь как маньяк и беру в руки винтовку, модели не знаю, особо в этом не шарю, но она оказывается не то что легкой, но и вовсе не тяжелой. Как не крути прикладом в рожу получить все равно будет достаточно болезненно. Итак, вставляю магазин с патронами, снимаю с блокировочного механизма и прикладываюсь к прохладному пластиковому корпусу, зная о возможной отдачи, не вклиниваюсь к прицелу всем глазом, держусь на расстоянии. Концентрируюсь на мушке, которая четко смотрит на красный крест в голове мишени. Нажимаю на курок и вылетевшая пуля с бешеной скоростью пробивает мишень, но... как-то, что-то не в том месте, куда хотелось бы. Твою мать... ладно, нужно взять выше и чуть правее. На то и даны дополнительные патроны для калибровки.
Последующие пули летят уже с большей уверенности прямяком в "яблочко", то в голову, то в сердце. Глаза чуть утомляются от такого непрекращаемого напряжения, все-таки концентрироваться приходится не по-детски. Руки чуть начинают гудеть, от постоянного скованного положения, только чуть расслабляются, если так можно сказать, при перезарядке. Время летит, а от мишени толком ничего и не остается, тут резко цель уезжает и заменяется новой, ну хер ли... в новую интереснее же стрелять! Заменяю магазин, легким телодвижением и продолжаю измельчать важные органы этого куска дерьма.
Это потрясающе! Сколько эмоций! Нужно срочно прикупить себе такую мощь. Ооо... я даже знаю на ком можно это испытать. Ты же тоже об этом думаешь, да? Ну скажи, да... ну что ты?
- У кого-то явно не хорошие мысли... прекращай об этом думать и наслаждайся моментом. Отец, конечно еще та срань Господня, но... разве он заслуживает настолько быструю смерть?
Ооо, нееет, ты что?! Сначала по ногам - рукам... а затем по сантиметру все выше и выше, превращая его в решето. Когда тот, начнет уже мучится от многочисленных переломов, от подери крови, тогда... может быть, он и получит свою долгожданную пулю в лоб. Мне так хочется услышать эти мольбы о смерти, о пощаде в начале встряски... но он ничего из этого не получит, кроме "сюрприза" в виде железной маленькой дряни.
- Кому-то явно не стоило употреблять всякую дремоту перед этим... мне даже стало как-то не по себе... ты же не видишь каждый раз отца, нажимая на курок?
Кто-то слишком хорошо знает меня... иди нахуй... не ломай момент.
За внутренним диалогом патроны кончаются, время истекает. Снимаю наушники и не тороплюсь покидать огневой рубеж. Через несколько минут ощущаю на плече чью-то руку. Мгновение, в руке оказывается пистолет, из которого так и не удалось пострелять, резко выворачиваю руку и нажимаю на курок. Мне не важно куда пролетит пуля, в лоб кому-то или прямо перед лицом. Не знаю зачем это делаю, но твою мать... это весело. Слышу как начинается кипишь и мат-перемат.
Долго реакции ожидать мне не приходится, чуть поворачиваю голову и вижу чуть окровавленную щеку. Это единственное, что я вижу, так как... реакция этой персоны оказывается не такой жизнерадостной, как хотелось бы...
- Хэй, поосторожней... - закусив губу, дабы не всхлипнуть от резкой боли, стою на коленях в заломаной рукой. Пистолет выпадает из руки и с характерным грохотом встречается с полом.
- Отпусти, что так людей-то пугать? - пытаюсь улыбаться и смеяться, но... боль уже достаточно заграничная для моего понимания, кажется еще чуть-чуть иии... моя рука будет висеть, как сопля.
- Тебе давно пора было нарваться на такую....
Тебе же тоже больно! Что ты за херню несешь!
- Ой, да ладно... щекотно же.
Зажмуриваюсь настолько, что перед глазами появляется галактика с горящими звездами. Все-таки всхлипываю, но крик подавляю изо всех сил.
- Изверг, отпусти, твою мать! - я могла бы выломать собственную руку к ебаням и отметелить эту изумительную персону, но тогда... как же мое предназначение в этом убогом мире? Как тогда фотографировать?

+1

4

Черная пелена перед глазами. Я где-то внутри, но ничего не видно и не слышно. Лишь пронзительный вой сирены. Нет ни паники, ни страха, ни ощущений. Полный провал куда-то вглубь. Что же происходит по другую сторону?
Пистолет – одно из любимых огнестрельных. Предназначен для поражения целы на коротком расстоянии. Не настолько коротком, чтобы человек успел скрыться. Сейчас почти все самозарядные. Средняя скорость пули около триста двадцати метров в секунду. Тупоконечная черкает мою правую скулу и позади меня впивается в стену из гипсокартона, входит глубоко. Миллиметровая ссадина начинает кровоточить. Стой я правее, вполне могла бы умереть. И это не самое страшное, что со мной происходило и что может со мной произойти.
Я прихожу в себя уже через несколько мгновений, не совсем понимая, что, черт тебя дери, произошло. Сердце бешено бьется, в ушах бесконечный гул, дыхание сбитое и очень частое, кровь энергично поступает к голове. Резкий болевой на запястье, круто взятое вверх. Следующим движением укладываю кого-то на пол, жестко лицом вниз. Колено на лопатках и плотно прижимает к холодному полу все хлипкое туловище.
- Врачу скажешь, что у тебя спиральный перелом, - руки сильно берут предплечье, готовые в любой момент свернуть костную ткань. Я не слышу себя, не слышу окружающих, которые что-то орут. Я слышу лишь выстрелы, раздающиеся из соседних кабинок. Выстрелы людей, для которых ничего не произошло, слишком плотно сидят наушники. Они проходят в моих быстрых мыслях корреляцией ко всем гражданским. Они же не знают, что происходит там, по другую сторону мира. Абсолютное неведение делает их сильными и уверенными. Стоит снять наушники – и все разбегаются, боятся и больше не чувствуют себя в безопасности.
От гула в ушах, от громко бьющегося сердца я ничего не слышу. Лишь думаю, открытый или закрытый перелом нужен телу подо мной.
Удар прикладом по шее я еле чувствую. Охранник попадает прямо в нерв, от чего у меня не остается выбора, и я выпускаю свою… жертву? Нет, все было не так. Все смешалось, я весьма плохо сейчас соображаю. Отключаюсь на секунду, а в следующее мгновение широко распахиваю глаза. Я сижу на железном стуле, руки и ноги вроде свободны. Рядом стоит охранник, наверное тот, что не очень ловко оглушил меня прикладом – бить надо выше. В его руках мои документы, которые должны быть в кармане штанов. Голова налево – знакомые черты. Тот человек сидит в нескольких ярдах от меня, и оказывается девушкой с правильными чертами лица. Ее руки в наручниках, а глаза безумны.
- Капитан, значит.
- Так точно, салага.
Мне возвращают документы, я пытаюсь встать. Шея болит, и мне нужна таблетка валиума. Нет, две таблетки.
Звание мне дали в прошлом году.
Внутри все уже успокоилось, уровень адреналина и сердцебиение пришли в норму. Но трезво, нет-нет, трезво оценить ситуацию не получится. Звуки выстрелов пробудили во мне воспоминания и инстинкты. Вдохнув воздух, я не чувствую запаха пороха. Конечно, это пневматика. И пуля была не тупоносой. И не убила бы меня, в случае непопадания в глаз. Интерес к стрельбе отчего-то угас. Мне все еще нужен валиум. Я все-таки встаю с места, разминаю шею и двигаюсь к выходу, краем уха уловив:
- Триста долларов и я не звоню в полицию. Давай руки, ненормальная.
Продажный ублюдок. Если у этого суккуба будет три сотни, кто-то рискует расстаться с жизнью сегодня. Но, вместо того, чтобы вернуться, принять участие и вызвать полицию, я выхожу из тира. Мне стало все безразлично. Порция лиха спровоцировала совсем другие желания. Таблетка валиума уже в глотке, ведь у меня всегда с собой шесть штук для предвиденных и непредвиденных ситуаций. Достаю портсигар, достаю самокрутку и иду в ближайший бар, чтобы знатно накидаться. Он был за углом, в ста ярдах от тира.
Нет мыслей о правильности и неправильности поступка. Я уже привыкла выполнять приказы. Привыкла их раздавать. На войне нет места морали и личным желаниям. И если мне когда-нибудь придется вернуться в этот ненастоящий картонный мир, то придется заново учиться жить. Заново думать, заново делать, заново чувствовать.

+2

5

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Быть или не быть... ‡а может все-таки пить?