Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » the smell of wood, the pose, the joke;


the smell of wood, the pose, the joke;

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

   Livia and Bernadette
_

http://funkyimg.com/i/2hJo8.gif
San Diego
Septemper, 20

- - - -

The dirty little world inside
That needs to come out
Needs to come out

+1

2

внешний вид;
Подставляя лицо ветру, Берн, сидя на заднем пассажирском сиденье автомобиля, катила по дороге, минуя безупречные пейзажи Сан-Диего и чувствуя в воздухе ту самую летнюю сладость, которую осень еще не сумела отобрать у этого солнечного города. Таксист – мужчина лет пятидесяти, не меньше, с лысой макушкой и отпущенной бородой, в заляпанной чем-то рубашке кремового оттенка -  все вжимал ногу в педаль газа, катя по практически пустой трассе. На полную громкость врубил какую-то неизвестную молодой женщине заводную песню и то и дело мурлыкал её себе под нос. Он гнал совершенно спокойно, не услышав претензий со стороны клиентки по поводу скорости; впрочем, Берн и не думала делать замечания, пребывая в отличном расположении духа.
Она, как маленький ребенок, дергалась, сидя на одном месте, предвкушая последующие проведенные в компании Ливии часы, вдалеке от изрядно поднадоевшего Сакраменто и установившейся в нем последнюю неделю погоды. Облачной, периодически шел мелкий дождь. Кому-то это было только в радость, что-то вроде отдыха от постоянного солнцепека и духоты, но Бернадетт жутко любила солнце, и шедший больше трех дней дождь её начинал попросту утомлять.

В Сан-Диего девушка приехала не ради отдыха, хотя и ради него частично; основная цель поездки крылась в другом.
Все началось с одного из множества проведенных вечеров в этом городе, когда Ливия, освободившись от связанных с «Дольче» дел, приходила к Берн, и они обе устраивали себе совместный отдых. Чаще всего это было либо купание на пляже, либо посиделки с не одной бутылкой вина (а лучше – рома), в каком-либо заведении или же в гостиничном номере. В один из таких вечеров, легко поужинав, подруги выдули целую бутылку крепкого алкоголя, а затем на несколько часов отправились на свежий воздух; проветриться, немного побегать, скинув чертовы каблуки с ног, да и просто погулять, не желая попросту сидеть в четырех стенах.
После того, как Ливия и Бернадетт оказались около «Дольче», память начала немного сдавать свои позиции, и обе молодые женщины довольно смутно помнят то, с чего началось желание блондинки покрутиться около фонтана, которое закончилось купанием в нём.
Кажется, Рикардс хотела сделать фотографии, но её телефон в момент грациозного падения в воду находился в руках Манчини (судя по её словам).
Промокшая до последней нитки, еле как выбравшаяся на сушу, но счастливая американка со смехом выслушала вроде как шутливое предложение Лив устроить фотосессию в фонтане, тем самым сославшись на фильм Феллини шестидесятого года. Вроде как в шутку согласившись на авантюру ночью, утром (а точнее, в полдень, после крепкого, но непродолжительного сна) подруги уже серьезно обсуждали успешный, как они подумали, рекламный ход.

Машина остановилась около въезда на территорию самого «Дольче», и Рикардс, по невнимательности пихнув в руку таксиста на десять долларов больше назначенной цены за поездку, выбралась из салона и быстрым шагом, чуть ли не перейдя на бег, направилась к стоявшей неподалеку Ливии. Блондинка позвонила и попросила ту встретить её около входа, когда машина находилась примерно в двадцати минутах езды до пункта назначения. Специально, дабы потом они не бегали по территории и не искали друг друга.
- Привет! Думала, мне придется ждать, пока ты выйдешь ко мне. Ну, где этот фонтан? – черт его знает, зачем девушка это ляпнула, она и так прекрасно знала, где он находится. – Я готова! Надо только вещи отнести в номер и душ принять, я только с дороги. Как же тут хорошо… а в Сакраменто гребаная морось, знаешь ведь? - мужчина торопливым шагом, тяжело дыша, дошел до женщин и поставил рядом с блондинкой её небольшой чемодан. Вещей она много не брала, так, всё самое необходимое, что может пригодиться в ближайшую пару дней.
- Спасибо, - сунула таксисту еще десятку, и тот, радуясь внезапной щедрости со стороны американки, расплылся в широкой улыбке, закурил и побрел обратно к машине.
Берн самой захотелось закурить. Достав пачку Мальборо из сумки, выудила из неё одну, зажала в зубах и предложила сигарету итальянке. – Как у тебя здесь дела? Подготовка к открытию идет полным ходом?

+1

3

Внешний вид

Настрой Андреоли резко отличался от того, в каком приехала Бернадетт. Нервная, дерганная, рассеянная, - сегодня все просто валилось из рук, а сама Ливия без конца срывалась на всех, кто рядом. Так уж была она устроена - если плохо ей, значит другим должно быть еще хуже.
Сегодняшнее состояние объяснялось не просто капризом или предменструальным синдромом, все гораздо серьезнее. Накануне отлета в Сан-Диего, где шли последние приготовления к открытию "Дольче", Ливия получила известие, сразившее ее наповал. Лора Фаулер, с которой так сдружилась Бернадетт, оказывается, прятала под своей одеждой фбровский значок и все это время выдавала себя за другую личность. Как дважды два, очевидно, ее целью было втереться в доверие и насадить на крючок именно Ливию. В последнее время эти поганые мерзавцы из Бюро, подобно паразитам, лезли со всех щелей. Кто был их целью? Разумеется, не Берн. Что же почувствовала Ливия, узнав о Лоре?.. Скажем так, Андреоли была не самой ранимой и впечатлительной персоной, но услышанное от Уйатта поразило. Прежде ей еще не приходилось сталкиваться с тем, чтобы рядом находился насквозь фальшивый человек. Да, был Розарио, с его микрофоном под рубашкой, но его вранье хотя бы касалось лишь нескольких моментов - Лора же оказалась с ног до головы самым настоящим фейком, придуманной персоной, методично и хитро втиравшейся в круг их с Берн интересов. Залезающей в душу тварью.
Чудовищно. Осознавать, что почти попался на этот крючок, было просто чудовищно. И как бы Ливия того сейчас ни отрицала, к Лоре она успела проникнуться симпатией. Эта бойкая девица с банальными житейскими трудностями и спорными взглядами на жизнь, сумела найти отклик в сердце не только у Рикардс, но и у ее закрытой подруги тоже. И чем дольше Андреоли думала об этом, тем большей дурой себя ощущала. Нет, она совершенно точно не могла разболтать Фаулер ничего рискованного, но сам факт того, что ее поводили за нос, больно бил по избалованному самолюбию. К Лоре же не чувствовалось ничего, кроме презрения. А Ливию прилично напрягала повышенная активность федералов, вьющихся вокруг ее персоны. Нарастало чувство все еще не захлопнувшейся ловушки. Ввиду всего этого сосредоточиться на "Дольче" и, в частности, на съемке, которую они запланировали сегодня с Берн, никак не получалось. Все ее мысли то и дело возвращались к Фаулер и к тем трем месяцам, что они с ней активно общались.
- Привет, - хмуро бросила она Берн, когда ты приехала к "Дольче". Бодрая, свежая, в сочно-ярком платье, она явно предвкушала сегодняшний день. Разумеется, ведь для Рикардс это все забава. Она была настолько шебутной, что абсолютно в ее стиле было плюхнуться в фонтан и согласиться сделать из этого самую натуральную рекламу. Берни-Берни... По крайней мере, хоть она всегда была с Ливией настоящей. Возможно, единственно настоящей из всех тех людей, что ее окружали. - Ага, - рассеянно ответила на заявление про сакраментовскую плохую погоду, стараясь не смотреть на подругу - Как долетела? - пустой вопрос, пока таксист выгружает чемодан Бернадетт. Следом его подхватывает Никки, новое лицо среди потихоньку формирующегося персонала клуба, и тянет внутрь.
- У меня? Все окей... - Ливия молча переняла из рук Бернадетт сигарету и, сунув в рот, подождала появления зажигалки. - Пошли.
Щурясь от яркого солнца, девушки прошли на территорию сада, где их встретил не только фонтан, но еще и новые для Бернадетт лица.
- Это фотографы. Кайл и Джо, - представила их Андреоли и с тлеющей в руках сигаретой дождалась, когда Бернадетт обменяется с ними первыми эмоциями. На лице ее в этот момент царило каменное безразличие, если не сказать отстранение. - Пойдем, примешь душ и переоденешься. А потом у тебя еще визажист. Он уже ждет наверху.
Они оставили Кайла и Джо выставлять аппаратуру, а сами по мощеной разноцветной дорожке двинулись внутрь бывшего особняка Сэквиля.
- Ты с Лорой давно общалась? - все эти два дня Ливия ничего не говорила подруге о своем открытии. Порывалась, конечно, но правды так и не раскрыла. Во-первых, потому что у нее не было уверенности в том, что их телефоны не прослушиваются и сообщения не перехватываются, а во-вторых еще и предусмотрительно желая довести задумку со съемкой рекламы до своего завершения. Ливия отлично знала Бернадетт. Та бы никогда не смогла, закрыв глаза на эмоции, продолжить фотосессию и доделать работу до конца, изображая счастье и беспечность, которые от нее требовались. Была и еще одна причина. Ливия не знала, как объяснить Берни тот факт, что ею интересуется федеральное бюро...

Отредактировано Livia Andreoli (2016-10-11 20:43:09)

+1

4

Солнце нещадно било в глаза, и Берн, в который раз пожалев (в десятый, не меньше) о том, что оставила чехол с солнцезащитными очками в чемодане, прикрывала лицо рукой. Она внимательно посмотрела на Ливию, которая, в отличие от неё, выглядела хмурой, как будто полностью погруженной в свои размышления, не желающей из них выныривать в реальность. Молодая женщина списала всё на усталость, связанную с работой и делами в «Дольче»; ей нередко приходилось видеть подругу в дурном расположении духа не только в конце рабочего дня, но и в самом его разгаре, когда все заботы скопом сваливаются на плечи и начинают висеть на них тяжким грузом.
Да, это определенно рабочая усталость.
- Прекрасно! Я даже успела немного вздремнуть в самолете, несмотря на то, что перед отлетом хорошо выспалась, - произнесла это и немного потянулась. В левой руке что-то звучно хрустнуло и Берн, ойкнув, с усмешкой посмотрела на Манчини. Она выглядела, как всегда, невероятно ухоженной, в одежде идеально подобранного для своей фигуры кроя, со свежим макияжем без единого изъяна; и как ей удавалось выглядеть хорошо при таком активном образе жизни, Бернадетт понимала плохо. В полные суматохи дни она выглядит далеко не так ухоженно, как в такие спокойные, как этот день, будни. Мятые одежды с кусками нитей на ткани, исчерканные черной ручкой ладони и пальцы, пропахшие, к тому же, сигаретным дымом и кофе, заколотые в неаккуратный пучок волосы, а на лице – двухдневный макияж или полное его отсутствие. Так себе видок, если честно.
- Точно все хорошо? – вновь посмотрела на брюнетку, протянув её зажигалку. – Да ладно тебе, Лив, у тебя все на лице, как черным по белому, написано, - настроение своей скрытной подруги за долгие годы Берн уж научилась понимать, да и не нужно иметь особое чутье, чтобы увидеть рассеянное выражение на лице человека. – Потом всё расскажешь, когда закончим съемку.
Кайл и Джо были молодым парнями, казалось, что им обоим - не больше тридцати лет. Один возился с аппаратурой и только на пару секунд отвлекся от установки света, чтобы поприветствовать Берн, другой же, куря сигарету – электронную, - представился и представил своего товарища, кратко рассказал о деталях предстоящей съемки и вернулся к своим делам. Лицо Кайла – того, что оказался более разговорчивым, - было знакомым, словно раньше Рикардс уже приходилось с ним работать. Что маловероятно, конечно. Скорее всего, ранее ей приходилось видеть его в интернете или на страницах глянца.
- С Лорой? – переспросила Бернадетт, когда они уже переступили порог особняка. – Она съехала несколько дней назад от меня…Оу, я же тебе не рассказывала, что она жила у меня какое-то время, - кратко поведав итальянке историю о том, что приключилось с Фаулер и её супругом после их возвращения из Сан-Диего, блондинка перешла к той части, где новоиспеченная подруга уже проживала у неё в пентхаусе и перевела взгляд на лицо Ливии. – А ты с ней не общалась?
Лора собрала вещи и вернулась к своему мужу совершенно неожиданно, словно по щелчку пальцев у них двоих вдруг всё вернулось на круги своя. Рикардс не задавала лишних вопросов, больше – она толком не успела поговорить с подругой перед отъездом, та настолько торопилась во время сбором своих вещей, что постоянно отмахивалась от реплик американки и, в конце концов, ничего толком не объяснила. Берн оставалось лишь порадоваться за женщину.

Скрывшись за дверью отведенной для неё комнаты, Бернадетт, уже успев запнуться о своей же чемодан и чуть не полететь прямо на кровать, носом вперед, стянула с себя легкую ткань платья и встала под теплые струи воды в душе. А буквально двадцать минут спустя она уже сидела в соседней комнате напротив туалетного столика, заваленного косметическими продуктами, а рядом с ней крутилась светловолосая худощавая девушка с кистью в одной руке и палеткой кремовых корректоров в руке другой.
- Как-то слишком много макияжа для купания в фонтане, вы так не считаете? – обратилась к визажисту (её звали Кристин), когда начала чувствовать на коже своего лица не один слой штукатурки. На таком солнцепеке, в воде, большое количество макияжа – далеко не самая лучшая идея, но Кристин лишь отмахнулась и продолжила выделять скулы корректором темного оттенка.
- Я знаю, что делаю, ничего плохого с макияжем не случится. Я просто…освежаю тон лица.
Последним моментом подготовки было черное платье, безумно похожее на платье героини фильма Феллини, но более плотно сидящее на теле, из легкой, практически невесомой струящейся ткани. Единственный и, пожалуй, существенный минус  этого наряда – плотно сидящий на груди корсаж.
Съемка длилась не больше часа, учитывая минутные перерывы ради глотка холодной воды и беглого просмотра только что отснятых кадров; и если первую половину съемки Рикардс получала неподдельное удовольствие от всего происходящего вокруг, то вторая половина, казалось, проходила в настоящем тумане. Молодая женщина пыталась закрыть на возникшую боль в висках глаза, от затрудненного из-за тугого корсажа дыхания понемногу начала кружиться голова. В самом конце, когда Джо объявил о завершении съемки, Бернадетт попросту облегченно плюхнулась в фонтан и сидела в нём, вяло отвечая на веселые реплики Кайла, да не давала ему вытащить себя из воды. Парень сказал, что получилось много отличных кадров, записал номер Берн на случай, если той вдруг захочется вновь поработать с ним в подобной обстановке (исключая фонтан, конечно же), и отошел собирать аппаратуру.
- Несмотря на то, что у меня жутко болит голова и сейчас я, кажется, грохнусь в обморок… - произнесла Рикардс в адрес Ливии, выбираясь из фонтана. – Все прошло просто отлично! Как тебе, ну, скажи, как тебе? – в номере девушка сразу же скинула с себя чертово платье, как только дверь за ней и за подругой закрылась. - Может, перекусим?

+1

5

Услышав о том, что Лора какое-то время жила у Бернадетт, Ливия оторопела.
- Что? - так и замерла в дверном проеме гостиничного номера, куда ввалилась подруга. - Что еще за дела? У нее своего дома нет, что ли? - даже не постаралась скрыть своего раздражения. Наивность и открытость Рикардс в данный конкретный момент невероятно бесила. - Ты ее едва знаешь, как ты могла впустить ее к себе в квартиру! - воскликнула со смесью удивления и укора. Отойдя немного от шока, с хлопком закрыла за собой дверь. Прошлась по комнате, размеренно подышала, посмотрела в окно, плотно сцепив на груди руки, и только после этого повернулась обратно к подруге. Все это время на заднем фоне Берн трепала удивительную историю о Лоре и ее ревнивом муже, из-за которого та якобы к ней и прибежала. Вот же чушь собачья.
Сцепив зубы, Ливия промолчала по поводу всей этой херни. Ее накрывало бешенство, когда Бернадетт так искренне пересказывала вранье Лоры. Блондинка безоговорочно ей верила, и винить ее в этом, пожалуй, не было смысла. Какому здоровому человеку придет в голову подозревать другого в подобных выдумках? Увы, Берн не знала того мира, в котором вращалась Андреоли, и по возможности итальянка все еще хотела обезопасить от него свою подругу. Поэтому не стала тут же вываливать на нее всю правду о Фаулер, по-прежнему раздумывая, как объяснить интерес ФБР к своей персоне. Ну, и еще здесь играл немного эгоистичный интерес в хорошем настроении Берн перед фотосъемкой. Именно поэтому Лив выжала из себя железную улыбку и, перебросившись парой незначительных фраз, оставила Рикардс в номере - готовиться к новой и незатейливой работе.
Вплоть до завершения съемки они больше не общались ни на какие личные темы. Работа и стремление довести начатое до конца перекрыли для Ливии все остальное, и следующие пару часов она посвятила тому, что наблюдала за щелчками камер и выставленными позами для Бернадетт. Сигареты топились в пепельнице одна за другой.
- Когда ждать фотографии? - вместо похвалы спросила у фотографов, когда все закончилось. Выглядела Ливия дружелюбно. То, что она мельком успела посмотреть на экране фотоаппарата, ей очень понравилось. Результат оправдывал ожидания - Бернадетт сумела передать естественную и раскрепощенную красоту, именно то, что нужно для рекламы люксового развлекательного комплекса.
- Ты супер, детка, - похвалила ее, помогая выбраться из фонтана. - Я в тебе не сомневалась, - с гордой улыбкой подала полотенце, валявшееся на кресле возле столика с сигаретами. - Спасибо. Что подала идею... и вообще, - поблагодарила, как смогла. Зато искренне.
- Я скину готовые снимки через пару дней, Лив, - помогая Джо складывать их аппаратуру обратно, Кайл сунул в рот свою электронную сигарету.
- Да брось ты эту дерьмовую игрушку, - насмешливо искривилась при виде популярного новшества в зубах парня и жестом предложила ему настоящую. С ответным смехом Кайл отказался, а уговаривать было не в характере Андреоли. Пожав плечами, она повернулась к подруге и вскоре они уже удалялись в особняк, проходя мимо громко ругающихся электриков-осветителей.
- Кухня еще не работает, - замявшись, ответила проголодавшейся подруге. - Но я закажу что-нибудь.
В номере Ливия воспользовалась стационарным телефоном и заказала для них легкий перекус в виде салата и ролов. То, о чем предстояло говорить с подругой, вряд ли было возможно сделать в каком-либо публичном месте. Побродив по комнате, Лив вздохнула.
- Это... - почесала бровь. - Насчет Лоры... Надо поговорить, - взгляд нашел глаза Бернадетт. Выглядела Андреоли снова напряженно и мрачно. - Ты не должна больше с ней видеться. Никогда, поняла меня? - сказала резко и четко. Тон ее не терпел никаких возражений. - Она все наврала про себя. Она никакая не Лора Фаулер. А Джейн Кларк. Агент ФБР.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-10-15 12:35:36)

+1

6

В ответ на благодарности Берн лишь легкомысленно усмехнулась, но во взгляде, на легком румянце на щеках, да и вообще на всем выражении лица было четко написано, как ей было приятно помочь Ливии в таком вроде бы незатейливом деле. Они раньше никогда не устраивали подобное; ну, может, пару раз, если беготню вокруг озера Тахо или в живописных районах города с дешевой камерой в руках, позирование и баловство перед объективом можно назвать фотосессией. У Рикардс до сих пор где-то хранятся некоторые фотокарточки, которые по приезде в Сакраменто после путешествия она забрала из родительского дома вместе с остальными памятными вещами. Точнее, прихватила, и прихватила случайно; и обнаружила фотографии только тогда, когда, поборов лень, девушка решила перебрать забитую всякой всячиной доверху коробку.
- Да ладно тебе! Вообще-то, это была твоя идея, - улыбнулась, на ходу вытирая влажные волосы махровым полотенцем. – А я только плюхнулась в фонтан.
В номере Бернадетт до сих пор пахло парфюмом Кристин – сладким, летним, цитрусово-цветочным; только сейчас она поняла, что знает название этого аромата – «Classique» от Готье, несколько лет назад она сама пользовалась им какое-то время.
- Где ты нашла этих фотографов? Лицо Кайла показалось мне смутно знакомым… хотя, черт его знает, наверно с кем-то спутала, - бросила как бы между делом после того, как Лив положила трубку стационарного телефона, заказав легкий обед. На самом деле Бернадетт не особо хотелось есть, в горле до сих пор стоял комок после того, как она слегка перегрелась на солнце в душащем корсаже платья, но она знала, что буквально через полчаса появится чувство легкого голода.
Только когда Манчини вновь заговорила о Лоре, молодая женщина заметила, что та вся напряглась, как гитарная струна. На лице красовалась прежняя задумчивость, и тогда Рикардс уже перестала ссылаться на загруженность работой, тем самым оправдывая состояние подруги. Может, случилось что-то серьезное? Что-то, что затрагивает их обеих?
На какой-то момент Берн мыслями вернулась к той минуте, когда Ливия обалдело сокрушилась на блондинку из-за её временного сожительства с Лорой. Тогда она еще раз повторила причину переезда Фаулер в пентхаус и сказала, что не могла она выставить женщину на улицу; с чемоданом в руках, нервную, после громкого скандала с мужем. Бернадетт привыкла к излишней недоверчивости Ливии, и практически полностью – учитывая события в жизни женщины, - понимала причины появления этой самой недоверчивости к людям. Но с Лорой она погорячилась. Однако спорить на эту тему у блондинки не было ни времени, ни желания.
Зажав между зубами сигарету, Рикардс поднесла язычок пламени к её концу и сделала глубокую затяжку. Заметила, что Лив смотрит прямо на неё и невольно улыбнулась краешками губ, посмотрев той в глаза. Что она хочет сказать?
Ливия проговорила все быстро и четко, каждое слово врезалось в память. В какой-то миг сигарета выпала из пальцев блондинки и упала той прямо на обнаженное колено. – Блять! – прошипев, Рикардс откинула потушенную о кожу сигарету в сторону, на кровать, и пепел в этот момент осыпался на ковер.  – Вот же… твою мать, подожди, чего? – не найдя ничего лучше, Берн приложила мокрую ткань платья к маленькому ожогу – красноватому пятнышку, - и удивленно уставилась на подругу. – Какой еще агент ФБР, с чего ты взяла? Женщина, че за глупости, - усмехнулась, и в следующий миг усмешка тут же пропала с лица. Манчини выглядела как никогда серьезной, кажется, её жутко напрягла последняя реакция Бернадетт на её слова. – Кто тебе это сказал, черт возьми? Лора совершенно непохожа на федерала.
Однако сразу же после этих слов девушка вспомнила найденные ею в сумке Фаулер документы из бухгалтерии - и Рикардс мгновенно заметно переменилась в лице. На место искреннего непонимания и смятения пришло такое же задумчивое напряжение, какое было и у её подруги Ливии. Тогда Лора наплела что-то донельзя убедительное захмелевшей Берн, которая по ошибке во время ужина полезла за зарядкой для мобильного телефона не в свою сумку, но в сумку приятельницы, и алкоголь в крови не дал трезво оценить сложившуюся ситуацию. А затем как-то все забылось, по непонятной теперь для Берн причине.
- Вот блядство. - Комкая в пальцах мокрую черную ткань, блондинка смотрела в одну точку и покусывала нижнюю губу.

Отредактировано Bernadette Rickards (2016-10-17 08:32:29)

+1

7

Ливия довольно усмехнулась, когда Берн подчеркнула ее авторство в идее с фонтаном, и гордо прошествовала дальше. Естественно, Андреоли прекрасно помнила, как эта мысль с фотосессией прострелила ей голову ровно после того, как Бернадетт по чистой случайности очутилась в фонтане. Идея эта показалась женщине, без ложной скромности, гениальной. И так она продолжала считать и по сей день. Поэтому признание подруги она даже не старалась отрицать. Самомнение у Ливии всегда было будь здоров.
- Не обольщайся, - насчет фотографов. - Голливудских звезд они не снимают, - Лив улыбнулась. Кайла и Джо ей помог найти Маркус Зельман, один продюсер, который был частым завсегдатаем "Парадиза". В обмен на эту любезность Ливия пригласила его на открытие и разрешила захватить с собой пару. Почему-то она была уверена, что он придет в компании какой-нибудь непритязательной старлетки.
Пустая болтовня, однако, закончилась довольно быстро, и настроение Андреоли, едва речь пошла о Лоре, словно по щелчку, переменилось. Она выдала подруге краткую информацию насчет этой подлой твари и стала выжидать ее реакцию. Как она и ожидала, первое, что произошло с Бернадетт - ступор. Она даже не уследила за тлевшей сигаретой, и та наградила ее коленку горячим пеплом.
- Эй! - Ливия возмутилась и тут же выхватила сигарету из пальцев подруги. - Вообще-то в номерах не курят, - говоря это нравоучительным тоном, она с неудовольствием рассматривала крошки упавшего на ковер пепла. К счастью, заметных повреждений на нем не наблюдалось. Как и любая хозяйка, Ливия относилась с особым трепетом ко всему, к чему прикладывала руку, и не терпела потребительского неуважения гостей. Кроме того, в "Дольче" она вгрохала безумную сумму денег, в том числе, чтобы привести весь этот уникальный антураж французского миллионера в подобающий вид. Все же Сэквиль к старости расслабился, и многое в своем особняке запустил. Меж тем, практически каждая деталь интерьера здесь стоила немалых средств. В том числе, и ковер. Поэтому Ливия позаботилась о том, чтобы здесь соблюдались некоторые правила поведения. Таблички на прикроватных тумбочках, например, просили курить только на балконах.
Спешно затушив сигарету подруги, она выкинула ее в мусорку и снова обернулась к Бернадетт. В отличие от самой Андреоли, блондинка переварить поступившую информацию еще не успела. Оттого и начала задавать череду бессмысленных вопросов, якобы не веря в то, что слышит. Ливия хоть и была готова примерно к такой реакции, все равно заводилась при каждом новом слове подруги.
- Не имеет значения, кто мне сказал. Это факт, - отрезала она и, отворачиваясь, нервно усмехнулась следующей фразе блондинки. - Не похожа? Много ли федералов ты знаешь? - в голосе невольно проскользнуло некоторое снисхождение, если даже не сказать пренебрежение. Ливия совершенно не хотела казаться сейчас высокомерной, но, черт возьми, как еще донести до подруги всю серьезность произошедшего? Точнее сказать - чуть не произошедшего. - Я тебе еще раз повторяю. Не встречайся с ней, не разговаривай и ничего не объясняй. Пусть думает, что ты просто не идешь на контакт, - увы, удавить Лору не получится, как бы ни хотелось. Все, что они могут сделать - полностью отрезать ее от себя. Вывести из организма, как какого-нибудь паразита. - Ты ведь ничего ей про меня не рассказывала? - теребя губы за размышлениями, исподлобья посмотрела на Берн. К сожалению, Рикардс была в курсе, что "Парадиз" не обычная гостиница, и Ливия, разумеется, теперь опасалась, как бы по пьяни Бернадетт не ляпнула что-нибудь Лоре. Впрочем, это было скорее нагнетанием и самоедством. Подробностей ее бизнеса подруга все равно не знала и не могла дать Лоре ничего путного. То же наверняка касалось и дел Ринальди. Отлично зная скрытый нрав нынешнего андербосса и его усилившееся в последнее время шифрование, Ливия сомневалась, что он сообщал Берн о себе хоть что-нибудь правдивое. Но на всякий случай решила осторожно уточнить и это. - Про меня или про Майка она ничего у тебя не выспрашивала?

Отредактировано Livia Andreoli (2016-10-17 21:05:04)

+1

8

- Голливудских фотографов сюда попробуй затащи, - хмыкнула Бернадетт, которая даже ни разу не подумала о том, что эти два парня с камерой и аппаратурой могли работать на именитые лейблы или знаменитостей на голливудских холмах. С фотографами молодой женщине довольно часто приходилось общаться, как в рабочей обстановке, так и в нейтральной, на каком-нибудь вечере, например, полном алкоголя и напускного веселья до принятия спиртного на грудь. Сейчас же Берн время от времени нанимает ребят на съемки, и для неё отличить профессионала от любителя, или старичка от новенького – не такая уж и сложная штука.
Когда разговоры о фотографиях и съемке остались позади, над головами подруг повисло жуткое напряжение. Поначалу было смятение, сопровождаемое неуверенными смешками,  затем был ступор, затем – полное непонимание всего происходящего, хотя, казалось бы, что тут может быть непонятно. Но в голове Рикардс все никак не укладывалось: как может быть беспечная оторва, хохотушка Лора сотрудницей ФБР, и с чего Ливия, собственно, всё это взяла?
Ощущение того, что все сказанное ею – чертов каламбур или ошибка, не покидало молодую женщину, но и у здравого разума была своя точка зрения. Манчини произносила слова абсолютно серьезно, а её поведение и внешняя отстраненность говорили о том, что, возможно, итальянка не последние несколько часов носила в себе эту информацию, может даже не один день. Но в случае оного, почему не сказала обо всем раньше?
- Да блин, что одна сигарета сделает этой комнате? – раздраженно ответила Бернадетт, хмуро посмотрев на брюнетку. Надо было, конечно, отыскать на прикроватном столике пепельницу или хоть какую-нибудь емкость, заменяющую её, но теперь думать об этом поздно; сигарета уже оставила маленький ожог на коленке, а пепел едва ли заметно красовался на явно стоящем больших денег ковре. Главное, что сигарета не прожгла еще и его.
- Вообще-то имеет значение, Ливия, к чему сейчас эти твои гребаные тайны? – Берн не видела никакого смысла говорить такие серьезные вещи и утаивать их подробности, они ведь не просто кому-то кости перемывают за спиной и не делятся поверхностными сплетнями между собой. – А ты, видимо, со многими из них знакома, раз так уверена в своих словах, - потерев переносицу, произнесла девушка.
- Что ты имеешь в виду? – разумеется, Бернадетт знала, о чем ей толковала Ливия, несложно было догадаться. Однажды молодой женщине совершенно случайным образом удалось узнать как о том, что «Парадиз» - не просто дорогая гостиница в приличном районе Сакраменто, так и о том, что муж подруги скончался при весьма дерьмовых обстоятельствах. Последнее, конечно, поразило блондинку в свое время намного больше, чем известие о скрытом бизнесе Манчини, но это ей все же удалось принять. И у Берн точно хватало мозгов не трепаться об этом с кем-то посторонним, включая тех же мать и отца. – Вообще-то выпрашивала, - ответила после недолгой паузы. – Точнее, она спрашивала о Майкле, но не выпрашивала о нём информацию. Это были самые обычные вопросы, - да Берн и сказать-то нечего, если Лора действительно федерал, то от неё она ничего дельного услышать не могла и не сможет.
Вновь повисла непродолжительная, напряженная тишина. Рикардс вспомнила о том, что было с Гвидо в начале года, вспомнила слова Майкла по поводу того, что никто из них не застрахован от вмешательства органов правопорядка в их жизнь, и в голове начинала происходить полная путаница. Какого черта вообще происходит? Почувствуй себя кукурузиной в банке с сардинами, называется. Ощущение того, что она сейчас сидит в полной темноте, как слепая кошка, и пытается отыскать в этой бесконечной мгле хотя бы намек на мерцание света, разрасталось все быстрее и быстрее.
- Она рылась в моих документах, - наконец, произнесла, нарушив тишину. – Может, расскажешь все-таки, от кого ты узнала о Лоре?

+1

9

Бернадетт и так слишком много было известно о своей подруге. Рассказывать еще и о детективе Уайатте, Ливия считала, абсолютно ненужным. В первую очередь еще и потому, что для непосвященного человека все это покажется слишком сложной цепочкой для понимания.
- Какие нахрен тайны? - продолжала заводиться. - Я тебе и так рассказала всю правду, а ты начинаешь задавать мелочные вопросы, никак не относящиеся к делу! - Лучшая защита - нападение, и Ливия отменно умела ею пользоваться. Однако, переведя дыхание, она все же сбавила тон и заговорила спокойнее. - Человек, который мне рассказал про Лору, был с ней знаком. Она из Лос-Анджелеса. Вся та история, что она втирала нам о себе - вранье. До тебя вообще доходит то, что я говорю? - нагнувшись к сидящей подруге, нетерпеливо постучала пальцем по своему виску, заглядывая ей прямо в глаза. Ее бесило, что Берн вместо того, чтобы злиться на Лору и обещать вычеркнуть ее из своей памяти, акцентирует внимание на каких-то других вещах, типа Уайатта или федералов, с которыми раньше якобы доводилось встречаться Ливии. Хотелось взять ее за плечи и хорошенько так встряхнуть, чтоб до нее наконец-то дошло, насколько все это может быть серьезно. Хотя ей-то что? В отличие от Майкла и Ливии, Бернадетт не за что было садиться в тюрьму.
- Что я имею в виду? Ты издеваешься? - резко выпрямилась, вся колотясь изнутри. Хорошо, если Рикардс будет именно так отвечать в случае допроса ФБР. Но Ливии хотелось верить, что она все же прекрасно понимает, за что так беспокоится ее подруга, и здорово, если она действительно забыла, чем торгуют в "Парадизе", помимо выпивки. По понятным причинам этот вопрос Лив решила оставить и вовсе без ответа.
Хорошо, что дальше Бернадетт вроде бы начала въезжать в суть происходящего и стала осмысленно возвращаться к тому, о чем разговаривала с Лорой.
- Например, какие? - настоятельно просила вспомнить беседы о Майке. - Кстати, да. Ничего ему не говори. Я серьезно. Вообще не упоминай обо всем этом, - Андреоли даже думать не хотелось, что будет с Берн, если Майк узнает о крутящемся рядом с его девушкой ФБР. В лучшем случае, с Берн он порвет любые связи. В худшем - избавится от нее более радикально. Но озвучивать это Ливия сейчас не стала.
А вот то, что Лора рылась в документах блондинки, стало некоторым удивлением. Она сдвинула брови к носу.
- В каких еще документах? Что она нашла?.. - и не дослушав ответа, бурно всплеснула руками. - Пиздец! Ты так спокойно об этом говоришь?! Ты когда это увидела, вопросов в голове не возникло?! - выставив вперед руку, Ливия снова вдохнула и выдохнула, пытаясь унять внутреннее раздражение и успокоиться. Прикрыла глаза. - Так, ладно. Все это не важно. Она ведь у тебя все равно ничего страшного найти не могла, верно? Значит, все хорошо, - Ливия не понимала, что вообще Лоре понадобилось в вещах Берн. Наверное искала что-нибудь касательно Майка или нее. Быть может, у федералов были неверные данные относительно ее отношения ко всему тому, чем занимаются они с Ринальди. Возможно, ее тоже считали причастной. Но, к счастью, это было не так.
- Ну, и что тебе даст эта информация? - по поводу Хадди. Ливия реально не понимала, почему подругу это так волнует. На секунду в голове даже промелькнула мысль о том, что Берн вообще с самого начала все знала о Лоре, и сейчас пыталась выведать, кто слил ей информацию, из-за которой полетел план федералов. Пока все это вертелось в голове Андреоли, она сверлила подругу настороженным взглядом. Затем все-таки сделала над собой усилие и отмахнулась от параноидальных сомнений. - Этот человек пересекался с ней по работе в Лос-Анджелесе. Это совершенно точно она... Как ты вообще можешь сомневаться после того, как вспомнила, что она рылась в твоих документах? - снова всплеснула рукой, но на сей раз с каким-то обречением. Наивность Бернадетт просто не знала границ.

Отредактировано Livia Andreoli (2016-10-21 19:26:07)

+1

10

Бернадетт удивленно приподняла брови, когда Ливия начала заводиться и повысила тон своего голоса. Вопросы, никак не относящиеся к делу? Блондинка была искренне уверена, что в деталях зачастую и кроется вся суть, а поэтому и требовала от своей подруги детства подробный рассказ всего, что она узнала и от кого прилетела весточка с информацией о Лоре. Точнее, не весточка, а чертов булыжник с высеченной на нём истиной, которую за истину отчего-то сложно было принять, несмотря на все приведенные факты.
- Все эти вопросы относятся к делу! Какого хрена ты не можешь просто начать отвечать на нормальные вопросы, Ливия? Почему это так, блять, сложно для тебя? – вот почему женщины всегда так часто ссорились – ни одна из них не умеет контролировать свои эмоции, когда кто-то начинает раздувать из мухи слона или, цепляя слово за слово, они обе переходят из обычного разговора в очередную перепалку. Нет чтобы успокоиться и начать смотреть на ситуацию трезво.
Впрочем, в этот раз Лив все же удалось немного остыть, в отличие от той же Берн, которой быстро угомониться было не так уж и просто; она продолжала скрипеть зубами, слушая объяснения брюнетки, затем тяжело вздохнула и потерла кончиками пальцев виски.
- Доходит до меня все прекрасно, - процедила сквозь зубы, но уже более спокойным тоном. – Могла бы сразу это сказать, а не выебываться лишний раз.
Когда речь зашла о Майкле, блондинка попыталась вспомнить все разговоры с Лорой, в которых они затрагивали своих мужчин, и, напрягшись, Берн прикусила губу. Она не раз выпивала с Фаулер, не раз – напивалась до того состояния, когда контролировать свои слова становится донельзя трудно, и язык начинает жить своей, не связанной с разумным мышлением жизнью. Но что она могла рассказать о Ринальди? Чего, собственно, женщина хотела от неё добиться?
Девушка не знала, что её пугает больше: вероятность того, что она, все-таки, ляпнула что-то лишнее про итальянца, или те вещи, которые она о нём не знала. Но, возможно, знала Лора (или как там её, блять).
- Спрашивала, где работает и чем занимается, мм… прочие мелочи, но уже никак не связанные с работой. Ничего особенного не могу вспомнить, - жутко хотелось закурить, Бернадетт начала крутить в пальцах окурок и задумчиво поглядела на Манчини.
- В моих документах, связанных с бутиком. Да не помню я, что она нашла, черт возьми! Мы тогда обе были нетрезвые, я пошла взять из сумки зарядное устройство и залезла в сумку её... - в голосе молодой женщины вдруг появилось столько растерянности и отчаяния, что сама она понимала - еще чуть-чуть, и её накроет настоящая паника. Впрочем, Рикардс и правда плохо помнит то, что она тогда обнаружила. Но только теперь до неё, наконец, дошло, что Лора желала отыскать, и, возможно, отыскала тогда. Уход от оплаты налогов неоплаченная поставка товара, произведенная по липовым документам… это было так давно, но если подобные вещи окажутся на руках у федералов, ей пиздец, тотальный.
- Нет, не могла, будь спокойна насчет этого. Все у меня нормально, - естественно, блондинка соврала, не решившись рассказать о своих делах подруге. Она вряд ли стала бы её осуждать – у самой руки ой как не чисты, - но сейчас выбалтывать все и так заведенной Ливии было крайне нежелательно. Возможно, говорить об этом её надо не окажется нужным.
Рикардс тяжело вздохнула и откинулась назад, уперлась ладонями о мягкую постель. Казалось, что съемка в фонтане была задолго до этого разговора, настолько размытым воспоминанием она стала по прошествии всех этих минут смятения, непонимания, напряжения, нервозности…
Воспоминанием слишком радостным, чтобы быть частью этого дня.
- Мне просто интересно, кто мог рассказать тебе такое о ней, вот и всё, - устало пробормотала, немного переведя дух. – Да потому что сложно поверить в такой поток информации о человеке, которого все это время считался приятелем… другом, - хотя, на самом деле, Лора другом её не была. Джульетт – вот её близкий друг и родной сердцу человек, Ливия – близкая подруга с самого детства, которую она знает от и до, но Лора – нет. Она вполне могла ею стать со временем, будь она той, кем она желала быть в глазах молодой женщины, а не той, кто она есть на самом деле.
- Ладно, что теперь будем делать? – поглядела брюнетке в глаза. Определенно нужно что-то решать, иначе черт его знает, во что всё выльется эта ситуация с Фаулер.

Отредактировано Bernadette Rickards (2016-10-24 14:24:44)

+1

11

- Потому что ответы на некоторые вопросы тебе знать не нужно, - в очередной раз огрызнулась и, вздохнув, добавила спокойнее. - Для твоей же безопасности, между прочим. Если не станешь вникать в детали, будешь спать гораздо спокойнее, - врать подруге не хотелось, поэтому Ливия предпочла просто утаивать некоторые подробности. Совершенно ее не касающиеся, между прочим. - Наша прямая проблема сейчас - Лора.
Ливия стала мерить комнату задумчивыми шагами. Стук каблуков утопал в мягком ворсе ковра. Ей не хотелось злиться на Бернадетт, но та, слово за слово, вынуждала это делать. Гасить вспышки раздражения давалось непросто, но Андреоли умела держать себя в руках. К тому же, она не хотела лишний раз пугать подругу и отворачивать ее от себя в этой нелегкой ситуации.
- Ладно-ладно, успокойся, - решила утешить, видя ее растерянность при воспоминаниях о документах, которые могла стащить Лора. Присев на кровать рядом с ней, уперлась ладонями в смявшееся покрывало. - Ничего серьезного у тебя она найти не могла. Делаем так, как я и сказала. Не встречаемся с ней, не общаемся. Даже если она будет настаивать. Даже если прибежит к тебе на порог с очередной выдуманной трагедией, Берн, поняла? - настойчиво взглянула на подругу и, помолчав, смахнула невидимые пылинки с ее плеча. - Вот и все. Все будет нормально.
Рикардс, как всегда, не спрашивала и не уточняла ничего про Ринальди, отчего у Ливии создалось впечатление, что она про него давно все поняла и, раз продолжает с ним встречаться, значит, приняла правила игры. Или же, наоборот, не озвучивая своих сомнений и скопившихся вопросов, подсознательно убегала от очевидной и неприятной правды.
- И да, ничего никому не говори. Вообще никому. Ни Джулс, ни Майку, ни родителям, вообще никому, поняла? Это должно остаться между нами, - это не просто девичий секрет или сплетня, о которой не следует никому знать. Все очень серьезно и, если до кого-нибудь из Семьи дойдет информация о том, что Ливия водилась с федеральным агентом, ее не только исключат из всех проектов, но и с большой вероятностью, отвезут на прогулку, с которой она уже никогда не вернется. Возможно, их прокатят прямо вместе с Бернадетт. И Ливия нисколько не удивится, если за рулем будет тот же лицемерно улыбающийся Майкл.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » the smell of wood, the pose, the joke;