Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Inception. Summer of 2


Inception. Summer of 2

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://savepic.ru/11780374.png
Vincent Jervis & Jean Lensherr
Сан-Хосе, август, 2013

Отредактировано Jean Lensherr (2016-10-09 02:16:00)

+1

2

Голос Лорелеа застал ее на лестничной клетке, окликнув по имени. Раньше, чем Джин успела скрыться за распахнутой настежь дверью в одном из переулков и потеряться на долгие сорок восемь часов.
- Останешься у Хита? Постой! - перегнувшись через перила, пуэрториканка нахмурилась. Пара темных локонов от резких движений выбились из небрежно забранной на затылке прически, и Джин почти почувствовала, как в уголках глаз матери от недовольства появилась пара лишних морщинок.
- Да, конечно! - опуская с плеча рюкзак и поворачиваясь на носках пыльных кроссовок, Джин нетерпеливо цокнула языком, - Что-то еще?
- Твой телефон, - слишком хорошо Лорелеа знала дочь, чтобы без предупреждения и страха отпустить в ее руки старый мобильник. Мгновенная реакция, и пальцы с темным маникюром сжались на потертых кнопках. Точно в ту секунду, когда где-то этажом выше глухо хлопнула дверь, и от неожиданности женщина обернулась. В их районе и доме приходилось быть аккуратной, поддерживать добрые отношения даже с самыми неприятными соседями. Чтобы однажды не обнаружить разбитое камнем окно в небольшой кухне или поцарапанную перочинным ножом дверь авто с коротким и грубым словом в свой адрес.
Запрятав телефон в задний карман коротких джинсовых шорт, Джин воспользовалась утратой внимания и поспешно выскользнула в душный двор. Зная, что Лорелеа утомленно вздохнет, поднимая глаза к высокому, с облупившейся краской потолку, прошепчет что-то на испанском. Но точно не станет ее преследовать или пытаться удержать.
Уезжая на все выходные, чтобы заработать чуть больше обычного, Лора волновалась меньше, если Джин проводила время с Хитом и ночевала в доме его отца. Эти двое много времени проводили вместе, до тех пор, пока пару недель назад, в середине ужасно жаркого лета Джин не поцеловала в одном из баров незнакомого парня. Внезапно и порывисто, остановившись на несколько секунд. После пары коктейлей, под громкую музыку и шумные комментарии тех, кто называл себя ее друзьями. "Не сможешь", - говорили они, полагая, что ее предел это взобраться на барную стойку вместе с другими девушками, и танцевать под новый трек Рианны или The Eagles.
- Май-тай и дешевые сигареты? Серьезно? - ее первые слова, сказанные Винсенту Джервису, - Необычное сочетание.
Ухмыльнувшись и закусив губу, Джин не дождалась ответа. Бармен переключил музыку, где-то разбилось стекло и раздался хлопок. Взгляд темных глаз задержался на лице парня еще на мгновение, прежде чем кто-то из приятельниц схватил Джин за руку и, громко смеясь, потянул на воздух. "Пойдем! Пойдем, скоро здесь будут копы, если Бонни не шутит."
В тот вечер Бонни не шутила.

Завернув за угол и поравнявшись с вечно открытыми мусорными баками, Джин торопится и часто оглядывается назад. Солнце уже опустилось за высокие многоэтажки, согревая не палящими, но теплыми лучами, когда напротив небольшого придорожного супермаркета с большим плакатом GAP за пыльным стеклом останавливается белый автомобиль. По его фарам скользит яркий блик, и звук мотора замирает. 
- Ты здесь, - выравнивая дыхание, Джин смело поднимается на переднее сидение, ощущая запах приятного парфюма внутри. Едва слышный, но заставляющий немного быстрее биться сердце и уже не быть осторожной. Ее встречает долгий и немного пошлый поцелуй, на глазах случайных прохожих, и Джин нравится чувствовать себя взрослой. Раскованно и дерзко вести себя. Бросать вызов обычным порядкам и ловить на себе чужие жадные или завистливые взгляды. Чем она его зацепила? Парня, который лет на пять старше. Обычная девчонка из гетто, не закончившая даже старшую школу.
- Твой отец не против, что ты берешь его машину? - потягиваясь в обтянутом гладкой кожей кресле, Джин заглядывает в зеркало, поправляя спавшие на глаза пряди, - Лора прячет от меня ключи.
Оборачиваясь, она видит, как Винс на нее смотрит. На оголенные плечи с тонкими лямками майки, пульсирующую от волнения жилку на шее и приоткрытые от тяжелого дыхания губы. Прищурившись, Джин ловит этот взгляд, и чувствует, как теплом внутри распространяется приятная уверенность, что она способна зайти дальше, заставляя классного парня потерять голову от прикосновений к ее коже, и телу в попытках притянуть к себе. Играя с ним. Подобно уличной кошке, которая позволяет дотронуться, почувствовать доверие только тогда, когда ей интересно и весело, а потом снова дразнит на расстоянии или вовсе уходит по своим делам. К другим таким же диковатым зверькам и людям, которые могут дать ей больше.
- В баре на побережье сегодня будет шумно, поедем? - она нажимает кнопку "старт" на магнитоле и в салоне звучит негромкая музыка с популярной волны, - знаешь, там неподалеку, на пляжах, ночью никого нет, а вода очень теплая.

Отредактировано Jean Lensherr (2016-10-09 05:05:48)

+1

3

Я хотел эту свободу в Калифорнии. И отсутствие родительских запретов, и не забивать мозги всякой учебной ересью. В итоге я сам плачу за свою квартиру, не скриплю мозгами в офисе, а сплю с богатенькими женщинами за деньги. Не узнаю себя в зеркале: красивый высокий парень с наглым и развратным взглядом, с лукавой и бессовестной улыбкой, и слишком пафосный, чтобы на меня уверенно смотрел кто-то из middle-класса. Расслабленно сижу в баре, напиваюсь, чтобы было веселее нестись по течению под названием "жизнь". Уверенный, что крутой дохуя.
Для посетителя, подошедшего к барной стойке в одежде от Филиппа Плейн, Дилан пробивает куба либре, и тут же извиняется за свою ошибку, что пробил коктейль дешевле, и просит доплатить разницу. Посетитель выкладывает пару купюр и отчатливает довольный вглубь зала, получив свой коктейль, а Дилан прячет доплату в карман, а не в кассу. Вот такой барменский фокус-покус. Я разглядываю костюмчик немецкого дизайнера, клоун какой-то.
- Мне повтори, - привлекаю внимание Дилана, наконец. Подняв руку с браслетом вверх и щёлкая пальцами, - Я смотрю, жизнь тебя ничему не учит, опять половину заказов продаёшь не через кассу? Я всё вижу, - указательный и средний палец перевожу от своих глаз в его сторону в жесте "слежу за тобой" и смеюсь лающим смехом, вспоминая, как недавно мы с Диланом работали в другом баре, и вместе обменивались различными идеями, как зажулить пару лишних банкнот. Пока нас не спалили, и меня не уволили, а Дилан ушёл сам, так как воровать там стало почти невозможно.
- Ты чужие деньги не считай, мрачный безработный засранец, - хмыкает Дилан, возясь над моим коктейлем. - И тебе уже хватит, а то поставишь себя в неловкое положение, перед той красоткой, которая на тебя давно уже смотрит, - еле заметно он кивает куда-то позади меня, я улыбаюсь краешками губ и, выждав пару минут, оборачиваюсь: тёмные слегка вьющиеся волосы, диковатый взгляд тёмных глаз, слегка обжигающих лёгкой насмешкой, короткая юбка, красивые ровные ноги и высокие трахни-меня каблуки. Стоит в компании своих друзей, и в её глазах читаю, что у неё явно на меня какие-то планы. Необычно, чаще всего её ровестницы боятся таких, как я, как огня. Я несерьёзный, это сразу видно, я сам хотел производить такое впечатление. Но она действительно красивая. Я слегка приоткрываю рот, и несколько секунд неотрывно смотрю на неё.
- Класс, - тихо говорю я, опираясь локтем о барную стойку, Дилан звучно хмыкает. Он знает, как она тут зажигала пару раз, когда была пьяная и на веселе, он любил эти представления. Давно здесь не видели таких наглых, таких отвязных девчонок без тормозов. На неё смотрели с обожаниям, в её глазах было равнодушие.   
- У тебя точно нет налички? - отвлекает он меня. - А на карточке написано Дениз Коулман, ну конечно!
- Дениз работает адвокатом по разводам. Ей нравится мой техасский акцент. Если бы старина Джеки меня не уволил, кто знает, как бы сложилась моя жизнь? Я ему благодарен, - я закуриваю сигарету.
Девушка подходит ко мне и говорит, что май тай и дешёвые сигареты - не совсем обычное сочетание, а я втягиваю носом её запах, слежу за её наигранной улыбкой и смешливыми искорками в глубине глаз. 
- Не такие уж они и дешёвые, этот парень продаёт их как слитки золота, - я красиво затягиваюсь сигаретой, окружая себя едким дымом. Пока в пабе не поднимается балаган, кто-то кричит "копы", и группа подростков упархивает, шкодливо смеясь и шушукаясь. - Ну, и где искать теперь мою золушку?
- Она пустая и торчит с чужого внимания. Местная playgirl. Как ты, только с сиськами, выброси из головы.
Расстерянно, я вскакиваю из-за стойки и смотрю кучке подростков вслед. Ловлю себя на мысли, что мне чертовски надоело проводить вечера в компании Дениз, или таких, как она старых дев. Я хотел эту девушку. Мне нравился оставленный шлейф парфюма и осадок, после пары фамильярных слов, и я не знал даже, как её зовут.

***

Должно быть, это судьба? Мы с Джин вместе. Или любовь к коктейлям, которые до сих пор смешивает Дилан в баре? Странно, что он не пошёл по тому же пути, по которому пошёл я. Говорит, что слишком себя уважает, и не любит пытаться угодить властным бабам с кучей денег и ужасным телом.
Я же нихрена не делаю целыми днями, и посмотрите, лапаю красивую девушку у себя в тачке.
- Твой отец не против, что ты берешь его машину?
"Мой отец никогда бы не сел в мою машину, - мысленно насмехаюсь, представляя лицо папаши, когда он увидел, что я из себя представляю на самом деле. Я никогда не был хорошим парнем, внутри меня всегда чувствовалась какая-то гниль, мне всегда хотелось риска и острых ощущений. - [i]вдруг я плохо спрятал косячок, или пару часов назад на сидениях трахал очередную подружку. Интересно, он в курсе, как сильно течёт наша домработница? Думаю, нет, он же такой корсевативный и правильный. Как же он взъелся и каким слабым выглядел, когда я завалил экзамены в университет, а в нашем доме на каждой поверхности простирались белые дорожки".
- Напомни, детка, Лора - это твоя мама? - говорю я, не давая ей ответить и снова целуя её в губы. Какая разница, кто её родители? Не могу придумать, почему отец даёт мне машину. - Какая удача, что мы оба любим вечеринки, а? - я щурюсь, когда слышу её приглашение и принимаю его. Мы едем на пляж, где она обещает со мной уединиться, хотя мы встречаемся всего ничего.

***

Вечером, когда наша одежда становится немного прохладной, как и атмосфера, раскрашенная в краски заката, я чувствую это, когда придерживаю Джин за талию; и когда наши языки скользят вдоль друг друга в страстном поцелуе, я думаю "тебе хоть восемнадцать есть, малышка? Ты так увлечённо играешь во взрослую соблазнительницу". На песке под нашими босыми ногами пустые бутылки из-под горячительных напитков, которые мы купили в баре на соседнем пляже, в ушах ещё стоит лёгкий туман из-за музыки, которая там грохотала, и я думаю "влюбишься же", но я совершенно точно это заслуживаю. Джин явно не умеет пить, ушла с плохо знакомым парнем на пустой пляж, кроме того едва сама ли меня сюда чуть не затащила. Смелая и немного неопытная. Явно клюнула не на того парня. Таких, как я много в Калифорнии, приехавших сюда, чтобы начать сначала, чтобы найти себя, стать кем-то известным. Любящих лёгкие деньги, вечеринки и секс.
- Ты умеешь выбирать хорошие места, - говорю я, ощущая вкус её пьяных губ и дыхание совсем близко. 
Решаю всё-таки не задавать вопрос о возрасте, переживая, что он станет отрезвляющим, когда она так пьяна, прикосновениями, поцелуями и шёпотом с парой уменьшительно-ласкательных слов.
Музыку и шум почти не слышно, лишь изредка взрывают фейерверки, освещая тёмное небо, и слышится треск, и огоньки разлетаются над чёрным океаном. И вдалеке очертания пустой дороги, по которой никто не ездит.
- Ты очень красивая, я хочу тебя, - слегка наклоняюсь и шепчу ей на ухо, лаская мочку с тяжёлым украшением горячим дыханием. Наши глаза встречаются, и в широко раскрытых глазах обрамлённых пушистыми ресницами я вижу лёгкое смятение, а я держу её за руки. - Как насчёт заняться кое-чем ещё, о чём Лора не должна знать? - поддразниваю её, нахально прищурив глаза.

+1

4

Кажется, Джин немного перебрала в тот вечер, в баре с шумной музыкой, неподалеку от темного пляжа и моря с теплой водой середины калифорнийского августа. Танцевала под мелодичную южную музыку, время от времени оставляя своего бойфренда в компании пары мохито, и довольно улыбалась каждый раз, когда ловила его взгляд на своих бедрах, плавно двигающихся в такт очередного горячего трека. Ей нравилось с ним целоваться, сидеть на его коленях за столиком в углу и неловко ерзать, когда было не очень удобно. Смелая и очень раскованная, рядом с Винсентом среди незнакомых людей, лица которых мелькали в прозрачном тумане горьковатой дымки, Джин чувствовала себя взрослой героиней одного из тех дешевых сериалов с молодыми актерами по МТV, которых Хит называл фальшивками и поспешно переключал на спорт. Что бы бы он сказал, если бы увидел ее сейчас? Презрительно фыркнул и поморщился или, как и многие парни здесь, проводил бы немного жадным взглядом? Все они отводили в сторону глаза, когда Джин оборачивалась и без слов, одним своим видом говорила "остынь, красавчик", кривила губы в едва заметной ухмылке. Все, кроме Винсента, который, прищурившись, смотрел ей вслед и не боялся встретить в ответ пренебрежение. Как если бы думал и знал, что она всего лишь играет, развлекаясь за счет других, задевая и цепляя, и от этого особенно ясно ощущая собственное превосходство. В своем небольшом мирке пыльного и душного гетто Джин чувствовала себя уверенно, без опасений показаться слишком дерзкой или поверхностной, позволяя угостить себя лишним коктейлем у бара. Красивая, самодостаточная и высокомерная на фоне других девчонок в таких же коротких юбках и тонких майках, обнажающих талию, на Винсента она смотрела по другому. Более мягко и заинтересованно. Позволяя обнять себя и даже прижать к себе, или опустить руку ниже, скользнув по оголенной загорелой коже красивых и напряженных от высокого каблука ног. От этого порой даже дыхание перехватывает, но дальше пошлых и немного грубоватых поцелуев, с неторопливым покусыванием губ и горячим, сбитым от глухо стучащего сердца дыханием они еще не заходили. Сложно выкинуть из памяти, как двадцать четыре часа назад она завороженно следила за небрежным движением его пальцев, расстегивающих пуговицы рубашки в жаркий полдень. Винс разворачивал на светофоре автомобиль, а она ловила себя на мысли, что не слышит очередной едкий комментарий в адрес простоватой девушки с большим пакетом из масс-маркета... или смех над пошлой шуткой диджея на волне Сан-Хосе. Сейчас его рубашка снова точно также расстегнута, и мягкая ткань от порыва теплого ветра щекочет кожу. Удерживая в одной руке темные каблуки, Джин чувствует как Винс сильнее обычного прижимает ее к себе, снова неторопливо целует, и тела внезапно касается едва уловимая дрожь, перерастающая в волнительное напряжение где-то внизу живота.
На пляже темно, и Джин больше не улыбается, замирая в его объятиях на ужасно медленные три секунды, в то время как кончики пальцев уже обхватывают сжимающие запястья более сильные руки. Жилка на ее шее начинает биться чуть быстрее, когда Винс тихо шепчет, что хочет ее, мягким голосом с приятным хрипом, заставляя зрачки расшириться с отразившимся в них на мгновенье испугом. Этот страх не скрывает даже летняя ночь. Темные волосы немного спутаны и пахнут дымом костра, рядом с которым они останавливались, когда по прохладному песку с мелкой галькой, перешептываясь и смеясь, шли сюда. Но алкоголь закончился, и Винсу хотелось продолжения...
- Что если я скажу тебе нет? - сжимая пальцы сильнее, Джин видит в его глазах опасный блеск и опускает взгляд на напряженные мышцы груди, которых очень хочется коснуться ногтями, едва ощутимо поцарапать, оставляя бледные, исчезающие почти сразу дорожки на коже. Совсем рядом шелестит беспокойное море, и Джин почти делает шаг назад, когда ноги неловко утопают в зыбком песке.
- Черт, Винс.. оставь это, - голос становится сильнее, но все еще остается недостаточно твердым. Последний коктейль с кубинским ромом путает серьезные мысли, маякующие о том, что не все в порядке, и Джин заигралась. Многие пытались залезть ей под юбку, - парни из футбольной команды, симпатичный бармен из клуба недалеко от центра и даже приятель Хита, - но впервые она сама почти чувствует, как к горлу подступает, становится сильнее плохо контролируемое возбуждение. Оно перемешивается с необъяснимым страхом, заставляет медлить и ловить каждое движение, с приоткрытыми губами позволять горячему дыханию замирать рядом с шеей, а шепоту складываться в волнующие сознание слова.
- Тебе нужно остыть, - чего она ожидала, когда крутилась вокруг него в короткой юбке, когда танцевала и прижимаясь к его члену, чувствуя напряжение через плотную ткань джинсов и видя, как Винс на нее смотрит последние пару дней. Только сейчас, когда все могло зайти немного дальше обычного, Джин все равно отступила, сопротивляясь собственным пошлым мыслям и навязчивым откровенным снам.

Отредактировано Jean Lensherr (2016-10-31 04:27:11)

+1

5

С Джин мы встречались уже полторы недели. Мы много времени проводили в баре рядом с её домом. На стенах бара были не слишком красивые граффити, сделанные наспех, как немые крики: "мы криворукие посредственности, мы существуем - мы бываем здесь ночами, неплохо проводим время, когда изрисовываем облезлые фассады всякой хуйнёй, и нам весело". А ещё в этом баре - недорогие цены за выпивку, но в первый день я оставил там не мало денег.
Джин представила меня своим знакомым, они младше меня года на четыре, и покинула нас ненадолго. Их взгляды цепко впились в мою одежду, они что-то шепнули друг другу, и мне понадобилось всё моё лицемерие, чтобы сказать "эээ привет".
- Играешь в покер? Техасский холдем, - сказал один из знакомых Джин, и кивнул на тёмный стол в углу бара. Я немного играл в покер с Джулианом и девушками на раздевание. И мне всегда везло. 
- Да нет, спасибо. Мне особо некуда прятать вашу мелочь.
- Ты прав. Мне везёт, когда Джин рядом. А сейчас её нет. Так что все шансы тебе выиграть, - сказал парень.
- Откуда ты знаешь Джин? - заинтересованно спросил я, приподняв брови и присаживаясь за стол. Я поставил локти на поверхность и сцепил пальцы в замок, выжидающе глядя на парней. Парни кидают банкноты в центр стола, и я достаю пару своих купюр из кармана, мятых, согнутых, заработанных секс-марафонами. Какой-то человек раздаёт нам личные карты, и я равнодушно смотрю на две - в моих руках.
Кто-то за столом пасует и скидывает карты, ведущий выкладывает три карты на стол. Поверить не могу, что я играю с этими парнями, с ушлыми взглядами.
- Джин? Джин хорошо играет в бильярд, и в покер. Достойный соперник, даже не верится, что против тебя играет смазливая девчонка. Не умеет проигрывать, это задевает её гордость. Она вообще очень самолюбива. На раздевание обыграть её сложно, только если сама захочет показать свой новый крутой лифчик. Но это тоже бывает нередко. Любит зависнуть здесь, громкую музыку, танцевать. Пьёт за чужой счёт и, наверное, как многие, ненавидит людей с кучей мёртвых президентов в карманах. Живёт, существует. Со своей матерью. Тут неподалёку. Отец свалил, или, может, сидит. Но тебе достаточно будет знать, что ты слишком мягкий для неё, - он засмеялся. - Не в её вкусе.
- А кто в её вкусе? - я закурил, глядя, как парни выкидывают на стол ещё несколько банкнот.
- Крутые, смелые, решиительные парни, без всяких заморочек, дольчегабана.
- Ты что ли? - я засмеялся с издёвкой, увеличивая ставку. Парень усмехнулся и сравнял ставку.
- Те, кто выигрывают всегда. И не выглядят дураками, - он выкидывает каре с королями. И я долго смотрю на них, докуривая сигарету. Я заметил приближающуюся Джин. И гордо встал из-за стола, выкидывая две десятки и девятки. Парень смёл все деньги со стола.
- Как там говорят, коротышка? Не везёт в картах, повезёт в любви? - пацаны враждебно смеются за столом. Они знают, что наш откровенный поцелуй в баре - это всего лишь продолжение пари Джин, что она поцелует меня, хотя мои пальцы проникают глубоко под ремень её джинсов. И это уже очень многое.
У выхода официант просит меня доплатить некоторую сумму денег за выпивку, и я расстерянно протягиваю карточку. Надеясь, что её примут. И за меня доплачивает моей же банкнотой один из парней. "Девчонки из гетто не особенно верят в любовь", - говорит он мне. Но это нормально, я тоже не верю.
 

Полторы недели вместе, я знаю много о её знакомых, и уже неплохо играю в покер. Неплохо блефую, а ещё многие карты у них в колоде меченные. Я знаю куда ушёл из семьи отец того парня, который в первый день обыграл меня в карты. Но мы с Джин мало знаем друг о друге. Я понятия не имею, какие у неё планы, мечты, и что ей вообще уже удалось пережить, и сколько она ещё собирается жить с Лорой? Я знаю какие-то мелочи, но может быть вся она и состоит только из этих незначительных мелочей? С другой стороны, она тоже не особо посвящена, как я зарабатываю деньги, и за то, что у неё нет никаких вопросов, надо сказать ей просто пламенное спасибо. Её простое отношение к жизни продляет срок наших отношений. Она ещё не так сильно привязана, и я могу продолжать с ней встречаться, нарушив своё правило "не встречаться с девушкой больше двух недель".

Она не торопилась заняться сексом, хоть я и думал, что с её горячим темпермантом и любовью к поцелуям у всех на глазах на улице или в баре, она давным давно сама наброситься на меня Но этого не происходило, и я мог спокойно совмещать свиданки с Джин и секс с моей адвокатшей, которая отсчитывала мне деньги. Недавно мы побывали в кино. Фильм был не особо интересным, фантастика с кучей спецэффектов, и я пытался залезть ей пальцами под юбку в кинотеатре, но она сказала, что ей нужно выйти из зала, и всегда сбегала на самом интересном месте, не подпуская меня совсем близко. И это наводило на определённые мысли. Может, она девственница? Я очень часто вообще почему-то думал о ней.
В магазине с тёмными очками, когда мы прогуливались по центру Сан-Хосе, держась за руки и переплетя пальцы, я поймал себя на мысли, что начинаю вести себя как Дениз, и как все парни, которые угощали Джин в баре, когда внезапно даже для самого себя сказал:
- Хочешь я куплю тебе эти очки? - стоило нам с Джин немного поговорить, и она сказала, что не любит круглую форму у очков.
А когда темы в кафе, где мы ужинали, кончились. И мы надолго замолчали, а она залезла в телефон, куда ей пришла смс от Хита. Я спросил, чтобы вернуть её внимание:
- И что там Лора? Ты вроде говорила, что она нервничала, вчера кто-то пытался залезть к вам в дом? У меня отец один раз перепугался, но это оказаля просто койот, - сказал я. Хотя я редко прежде кому-то задавал вопросы или пытался вывести на разговор о семье.

- Я хочу узнать тебя ближе, - не понимаю, это были отголоски моей привязанности к девчонке, которая нуждалась в заботе, хоть и всеми силами пыталась показать, что ей это не нужно. Или роль сыграло моё уязвлённое самолюбие, что она мной почти не интересовалась.

- Я хочу узнать тебя ближе? - смеюсь над своими же словами, и мой смех пьяный и вульгарный, когда мы выхватываем последнюю бутылку друг у друга, переминаясь в песке на пляже, и Джин в конце концов допивает последний глоток. Я не хочу узнать её ближе, я был ужасно не аккуратен со словами. И, наверное, выпил больше, чем даже сейчас, на этой пляжной вечеринке. Просто, когда она улыбнулась в кафе, её ямочки на щеках стали совсем глубокими. Сейчас эта дурацкая слабость таяла в шуме небольших волн, накатывающих на охладевший песок дикого пляжа. И очки, купленные в магазине казались дороговатым, оставалось надеяться, что секс сейчас будет хорошим.

Её тонкая майка, прильнувшая к чуть влажному телу (после того, как на другом пляже её друзья как следует обстреляли нас  водяными пистолетами, и мы немного искупались), складывается в гармошку между моими пальцами, когда я скольжу ладонями вверх по её рёбрам. У Джин очень красивое тело, с плавными изгибами, и у неё тонкая талия, и достаточно большая грудь, колышащаяся от учащённого и взволнованного дыхания. Давно я не прикасался к юным девушкам: они обычно капризны, им нужен долгий конфетно-букетный период, свидания и  подарки. А я совершенно не умею работать над отношениями. Зато каждую ночь я провожу время с женщинами попроще, доступными, опытными, развратными и платёжеспособными.
Джин сама виновата, она настолько сильно пыталась казаться взрослой, что с первых свиданий кидалась в мои объятия, целовала мои губы, и я был уверен, что уже свидания со второго сама запрыгнет на мой член, но прогадал, и будет двигаться на нём как ловкая и гибкая кошечка, как двигалась в баре, скользя вниз и вверх по шесту. Показушная девчонка из гетто оказалась типичной Остинской принцессой.
Я чувствую тепло её тела, и как Джин часто, беспокойно и возбуждённо дышит в моих руках. Я снимаю влажную тряпку через её голову, почувствовав горящей кожей лёгкую влагу, разлетающуюся брызгами с её спутавшихся волос, потревоженных вырезом майки. Убираю большим пальцем выскочившую прядь на лоб с её красивого лица, пока упавшая майка слегка щекочет мне ноги. Похоже, когда она дразнила меня, она не знала, чем может закончиться этот вечер. Я чувствую, как она паникует. И мне это ещё больше нравится. Она привыкла вертеть мужчинами, как захочет, каково это чувствовать, что ты не контролируешь ситуацию, Джин Лэншерр?     
- Что если я скажу тебе нет?
- Не скажешь, - хмыкаю я, без тени сомнений. Поднимаю пальцами подбородок, у неё удивительно нежная и шёлковая кожа. Я задерживаю взгляд на влажных, пухлых, сладких губах, а потом заглядываю в широко раскрытые глаза, в которых читаю замешательство, сомнение, лёгкий испуг и желание. Она точно девственница. - Потому что ты и сама знаешь, что это будет охуительный вечер. Доверься мне, - мило шепчу ей на ухо, интонациями словно у неё есть выбор, и она рядом с человеком, которому может полностью доверять, а сам понимаю, что остановиться мне будет очень тяжело, если она действительно скажет мне "нет". Особенно после всей череды случайных прикосновений, озорных ёрзаний у меня на члене, забавляясь как он твердеет и внушительно упирается в её обтянутую модными джинсами задницу, после всех её продолжительных взглядов с вызовом. Тем более, мы на диком пляже, а её друзья очень далеко. Я начинаю стаскивать её короткую юбку, итак еле прикрывающую длинные ноги. Хотя она просит меня остановиться. Когда юбка скатывается вниз по её ногам, я ласкаю пальцами её напрягшийся, плоский живот, по которому проходит граница загара, отодвигаю краешек нижней части купальника и играю пальцами с нижними губками и клитером, становящимися влажными от моих прикосновений. А во второй ладони несколько раз сжимаю её грудь через верхнюю часть купальника. Её просьба остановиться становится более навязчивой и грубой.
- Ты мокрая, тебе тоже хочется этого, тело никогда не врёт, - продолжаю поддразнивать я девушку.

Отредактировано Vincent Jervis (2016-11-20 00:15:25)

+3

6

Джин нравилась парням из футбольной команды и тем мужчинам, которые встречали ее в баре по вечерам в компании знакомых. Хит напоминал ей об этом каждый раз, даже если вообще ничего не говорил, а просто угрюмо смотрел, как она поправляет очередную короткую юбку и прячет в задний карман пару мелких купюр. "Ты выглядишь, как Джул Робертс из фильма Красотка, не надоело?" - тихо бросал он за ее спиной, и отворачивался, чтобы не следить против воли, как напрягаются мышцы на красивых длинных ногах, когда Джин достает из под кровати черные каблуки и шипит что-то очень резкое в ответ на упрек. Красивая, легкомысленная и немного высокомерная, с самодовольной ухмылкой и колючим в моменты заинтересованности, очень живым взглядом темных глаз. Джин мало что по-настоящему беспокоило. Она знала, что Рик Райли, заводила и хулиган из старших классов, поспорил со своим приятелем Уэйном Скоттом, что еще до выпускного она переспит с ним, иначе он отдаст последнему свой старый мустанг вместе с местом для парковки для самых крутых ребят в гетто южной части города. Его отец держал автомастерскую неподалеку от района, в паре кварталов от квартиры, долг за которую исправно рос. Хит подрабатывал там иногда, и услышав разговор и лающий смех знакомых парней из школы, рассказал все Джин спустя неделю во время очередной перепалки. "Я хотел ему врезать, Джин, но ты сама виновата, черт побери..." - Хит нервничал, в то время как Джин заинтересованно изучала в зеркале свою фигуру. Достаточно большую для старшеклассницы грудь, тонкую талию и подтянутый живот, плавную линию округлившихся бедер. "Рик Райли проиграет, я не буду с ним спать", - поморщившись, заключила она, когда рыжеволосый парень упал на ее кровать с журналом о рок-музыке в руках, - "он мерзкий, и от него вечно воняет чем-то дешевым". На это Хит не нашелся, что ответить, поэтому просто тяжело вздохнул и сделал вид, что не заметил. Джин действительно много себе позволяла порой, когда веселилась и играла с чужими эмоциями, подобно героине голливудского кино. Лора не знала об этом, иначе давно попыталась бы запереть дочь дома, вызвав бунтарские нотки в характере и отчаянное недовольство.
Танцы у барной стойки и на ней после пары коктейлей делали Джин в глазах других легкодоступной и ветреной. Однако всякий раз, когда Винс, которого она подпускала своему телу ближе, чем кого бы то ни было, пытался поймать нужный для близости момент, все же оставляла его ни с чем. Джин совершенно по-особенному нравилось смотреть, как в янтарного цвета глазах, по-южному теплых и с искорками азарта, отражается тень желания. Чувствовать, как руки скользят по ее заднице до внутренней стороны бедра, мягко, но настойчиво поглаживая кожу. От этого приятно учащалось сердцебиение и пульс, замирало дыхание. Закрывая глаза, Джин оставляла в памяти эти совершенно новые для себя ощущения, которые с некоторых пор начали сниться ей по ночам с продолжением. Даже посторонние звуки рядом с Винсом, когда они с вызовом, немного прищурившись, смотрели друг другу в глаза, становились тише, - в кинотеатре или темном углу бара на мягких подушках диванов и кресел, где Джин устраивалась на его коленях, всем своим видом очень уверенно и по-собственнически показывая, что он сегодня ее.
То, что она чувствовала по отношению к Винсу не было чем-то романтичным и милым, как об этом пишут в женских романах с мягкими глянцевыми обложками, но совершенно точно относилось к какой-то очень сильной химии. Равнодушная к большинству парней, которые могли купить ей коктейль или даже красивую вещь, рассчитывая на что-то большее, рядом с Винсом она крутилась сама, не ожидая каких-то дешевых подарков. Танцевала под мелодичную музыку, словно случайно касаясь его тела обтянутыми юбкой бедрами или грудью без лифчика, в одной лишь тонкой майке на лямках и джинсовой куртке поверх. Ловкая, смешливая и юная она дразнила его совсем как взрослая, получая удовольствия от тех взглядов, которые Винс на нее бросал, и как, немного теряя контроль, властно тянул к себе на глазах у всех, прижимая к напряженному через грубоватую ткань джинсов члену. И это уже перестало быть игрой, начатой в баре в день их знакомства, от долгого поцелуя в губы парня, с которого Джин не сводила глаз, до занятых только им мыслей перед вечерним кофе и журналом о моде под подушкой. "Кто он такой? Что ты вообще о нем знаешь?" - время, отведенное Хиту стремительно сокращалось, и он беспокоился за Джин, увидев однажды, как далеко она заходит. Как не останавливается, не отворачивается смешливо, добившись нужного эффекта, и позволяет рукам Винса вести себя очень развязно. Впервые жертвой своей игры Джин становилась сама.

~~~

Тихий шелест волн раздается совсем рядом. Переступая с ноги на ногу на теплом песке, немного неловко от количества выпитых коктейлей, Джин чувствует, как Винс держит ее около себя и не отпускает, как это происходило обычно, когда она снова решала уйти. Внутри от этого зарождается едва ощутимое чувство тревоги, на доли секунд возвращающее к реальности подернутое алкоголем сознание. Сильные пальцы уверенно и немного властно сжимаются на ее запястьях, не доставляя боли, но создавая ужасный диссонанс между желанием вырвать руку со страхом в глазах и почти физической потребностью дойти до конца, поддавшись безумному влечению. В широко распахнутых глазах в свете неполной, рябью утопающей в море луны, отражается смятение, которое уже не скрыть за дерзкими взглядами и жесткими, немного грубыми фразами независимой девчонки из гетто. И Винс чувствует, что она уже его, и не отступает, перехватив опасную роль провокатора после заигравшейся до сбитого от возбуждения дыхания внезапно неуверенной Джин.
- Хорошо, - сдавленно и почти беззвучно она закусывает нижнюю губу, замирая в его руках в напряжении, не позволяя себе расслабиться. Беспокойство и трепет от движений его рук, с приятным теплом  неторопливо поглаживающих прохладную от вечернего ветра кожу и избавляющих от лишней одежды, смешивается с очень пошлыми мыслями, тревожащими воображение. Мягким и ровным голосом Винс отмечает, что она тоже хочет этого, следуя каждой реакции податливого тела, - немного выгнутой спине, навстречу его ласкам и невесомым от тяжелого дыхания поцелуям. Почти касаясь края его губ, Джин роняет первый приглушенный волнением стон, и открывает глаза, встречаясь с его взглядом, какого не было прежде. Которому сложно не поддаться.
- Я тебе доверяю, - несколько раз кивая, тихо шепчет, и останавливается еще на секунду, прежде чем несмело, едва заметно дрожащими пальцами расстегнуть несколько последних пуговиц рубашки Винса, освобождая от нее сильные плечи и мышцы рук. Это был не первый раз, когда Джин видела его обнаженным по пояс, ей нравилось трогать его пресс, забираться под футболку и скользить пальцами по напряженному животу в темноте местного клуба или в компании знакомых, которые не видят или не обращают внимания. Но сейчас Джин раздевала его по-другому, осознавая и чувствуя, что больше не играет, немного неуверенно и все же нетерпеливо. Пересохшими от волнения губами Джин прикасаясь к загорелой под калифорнийским солнцем коже, на ощупь расстегивая пряжку ремня. От слабого металлического щелчка по телу пробегает приятная дрожь, возбуждающая и в то же время заставляющая невыносимо медлить. На пустом от людей диком пляже, завораживающе темном и скрытом от посторонних взглядов высокими пальмами и серыми камнями, они остались только вдвоем.
- Не торопись, - заглядывая в глаза Винса, негромким шепотом просит, потому что знает, что он чувствует - у нее еще никого не было, и то напряжение, которое оказалось бессильным перед влечением и желанием ощутить его в себе. Трепет от волнения перед первым разом. Едва касаясь пальцами темной ткани боксеров и пробираясь кончиками ногтей под их резинку, Джин не сводит с Винса темных глаз, изредка прикрывая пушистые ресницы, когда руки опускаются ниже.
Несколько раз она заставала Хита за просмотром откровенных фильмов в открытом ноутбуке, заглядывала в историю браузера и кликала по ссылкам с запрещенными для детей роликами. Но парень, пожалуй, даже не догадывался, что на самом деле Джин не спала ни с кем из приятелей, бросающих на нее горячие взгляды, и даже с теми, с кем она флиртовала сама. Однако прикосновения к телу Винса вызывали в ней совершенно новые эмоции без всяких причин, а еще желание чувствовать их снова и снова, которое постепенно становилось зависимостью глубоко внутри.

Отредактировано Jean Lensherr (2016-11-13 17:22:03)

+5

7

Лора не одобрила бы, что Джин проводит время со мной, с парнем намного старше. Шесть лет, чёрт, шесть лет. Хит точно бросился бы на меня с кулаками, если увидел, как парой мгновений ранее Джин пыталась вырваться из моих рук и просила меня остановиться, но теперь я уже чувствую, как она расслабляется, становится послушной. Как дикая кошка, которая прячет коготки и превращается в домашнюю и ласковую. Кажется, я начинаю понимать, что с этой своенравной и немного спесивой девочкой может быть рядом только сильный мужчина, который знает, что "я справлюсь сама", значит, что с ней всё равно нужно быть рядом, а "нет" можно превратить в "да", если будешь стоять на своём. Я очень хорошо разбираюсь в психологии, я зарабатываю деньги тем, что втираюсь в доверие к разным тёлочкам. Джин была обыкновенной девочкой, за которую нужно принимать решение самому.
Интересно, что бы её родственники и друзья сделали со мной, если бы знали, что я просто обычный альфонс, который обчищает чужие кошельки, предлагая за это секс? Что я её споил? И где вообще её отец?
Не знаю, почему Джин уступила, решила заняться со мной сексом. Ей интересно, что будет дальше? Как это - когда я буду двигаться в ней, и мы сольёмся в одно целое? Может, она думает о том, что будет чувствовать себя ещё взрослее, и сможет разговаривать с друзьями на ещё одну общую тему? А может, она решила, что я могу быть тем человеком, с которым она может заняться сексом первый раз? Потому что я старше её ровесников, и всё сделаю правильно?

Джин почти поборола нерешительность. Мы смотрели друг на друга, и в глубине наших глаз тлели пошлые намёки, когда мы оторвались от поцелуев, и крепких объятий, во время которых её твёрдые соски упирались в мою грудь, и между нашими телами не оставалось расстояния.
Я пытаюсь развеять остатки её сомнений. Комплименты отлично для этого подойдут: не слишком хитрые, простые, в искренности которых тяжело сомневаться.
- Ты идеальная без одежды, очень нравишься,- говорю я, проводя подушечками пальцев по напрягающемуся от прикосновений телу. - У тебя красивая грудь, мягкая кожа, и очень сладкий живот, и от тебя вкусно пахнет конфетами и текилой,-  пытаюсь говорить Джин больше пошлых слов, чтобы она привыкала, что со мной ей нечего стесняться. Сказать правильный комплимент, разговаривать начистоту о сексе - это успех почти любых отношений. - А ещё мне очень нравится твой загар.
Я уверен, ещё никто не трогал её так. Не ласкал её тело, не сжимал сиськи в ладонях. Я чувствую как она тяжело дышит, и издаёт глухой стон из-за моих прикосновений. От её чувствительности у меня сносит голову. Я нереально обожаю, когда девушки шумят.
Это мило, когда я нахожу взгляд Джин, прикованным к моим боксерам, к резинке которых спускалась совсем тонкая змейка волос. Я стаскиваю с себя боксы, выпуская на свободу уже твёрдый член. У меня он большой, около двадцати сантиметров, за что пламенное спасибо природе. И с любопытством смотрю на Джин, не привыкшей к такой картине. Мне интересно, что она об этом думает.
- Потрогай его. Хочешь? - тихо и немного севшим голосом произношу я, желая как можно скорее ощутить её прикосновения. И чёрт, как же мне хорошо, когда её пальцы нерешительно сжимают мой член. Она делает это настолько бережно, что я смотрю на неё с обожанием, ведь она это делает именно со мной, не имея какого-либо опыта и кучи бывший парней за спиной. Мне хочется податься бёдрами вперёд, чтобы потереться о её руку, но я сдерживаюсь. Потому что мне так нравится делать вид, что я полностью контролирую ситуацию. А не теряю голову от каждого её неосторожного касания.
- Я хочу поцеловать тебя,- говорю, убирая её руку от члена. Я целую её в губы, потягивая нижнюю. Наклоняюсь и скольжу губами по её телу, плоскому животу, гладкому лобку. Пока не присядаю на песок. Я стаскиваю с неё совсем маленькие кружевные трусики и прикасаюсь языком к нижним губам. Я раздвигаю их пальцами и играю языком с её влажным клитером быстрыми и отработанными движениями. Сколько раз я уже это делал? С разными женщинами, которых почти не знаю, чтобы получить деньги и подарки.
Звучит немного стрёмно, и далеко не каждый парень на это бы пошёл, особенно при моей любви к свободе. Но, в принципе, у меня была беззаботная жизнь: я совсем не работал, занимался чем захочу, ездил на классных машинах по городу, ходил в дорогой одежде, часто валялся у бассейна с глянцевыми журналами, работал над ровным загаром, и пил дорогие коктейли. Моя Дениз меня баловала. И всё было хорошо, пока дело не доходило до секса. Дениз недавно поняла, что я просто использую её, никаких чувств к ней у меня нет, и начала мне мстить в постели: властно опускала мою голову вниз, требовательно надавливая ладонью и удерживая пока я не сделаю языком своё дело. А недавно пригласила подругу, и та пыталась сесть мне на лицо. Фу, ужасно противно. Похоже, мне нужно менять любовницу.
Но сейчас мне действительно нравилось целовать Джин внизу. И выглядеть в её глазах самым обычным парнем.
Я раскидываю рубашку на песке, и рядом бросаю другую одежду, которую мы сняли друг с друга, предварительно выхватив из кармана презерватив.
Я беру Джин на руки, отрывая её ноги от песка, подцепив её под коленями и удерживая за талию, и опускаю на рубашку и другую снятую с нас одежду. А сам оказываюсь сверху над ней. Она смотрит на меня снизу широко раскрытыми, потемневшими от желания глазами, и я кайфую от её смолянисто чёрных волос, красивых тонких и ломаных бровей, от аккуратных и круглых сисек двигающихся при глубоких вдохах. Я понимаю, что ещё долго не смогу выкинуть её из головы. Достаю презерватив из упаковки и раскатываю по члену.
- Тебе нравится здесь? - тихо шепчу я, направляя член в неё, - если что, здесь неподалёку моя машина, - хотя я очень бы не хотел отрываться от неё. Я медленно вхожу в Джин на пару сантиментров, она тёплая и очень влажная.
- Детка? - окликаю я Джин, - Ты готова? - тихо спрашиваю я, понимая, что ей сейчас будет немного больно. После этого я резко вхожу в неё почти на полную длину, и сразу же целую её в губы.
- Ты в порядке? - я прерываю поцелуй, замираю в ней, чувствую как она сжимает меня вокруг себя, и смотрю в её глаза.

+1

8

Со стороны темного, шелестящего пеной и волнами моря доносятся слабые порывы ночного воздуха, прохладного, с запахом соли. Джин чувствует, как дуновение ветра задевает ее кожу, вместе с настойчивыми и смелыми прикосновениями теплых рук Винса, уверенно, немного требовательно и неторопливо скользящими по талии, охваченному напряжением худому животу и замирающей от тяжелого дыхания, ставшей очень чувствительной груди. Как если бы каждую секунду Винс без ошибки угадывал, что нужно сказать, сделать и где прикоснуться, потому что каждое его движение встречает волнующий непроизвольный отклик, а внизу живота становилась сильнее приятная и очень знакомая тяжесть. Она возникала и раньше.. когда Джин смотрела в его глаза с вызовом, дразнящей и дерзкой усмешкой, или оказывалась слишком близко, двигаясь под ритмичную музыку в клубе. Необычно мягко целовала, прижимаясь к его груди в беспорядочном свете красного и синего прожекторов. И даже когда просто украдкой смотрела на черты его лица, слушала голос и смех, выдающие техасское происхождение. В последние несколько дней Джин часто ловила себя на том, что сидя на переднем сидении автомобиля, пока Винс заглушает мотор, она делает над собой усилие, чтобы перевести дыхание, спрятать диковатый и пошлый блеск во взгляде за полумраком ночной улицы. Только сейчас все было немного иначе. Желание, любопытство и острая потребность продолжить начатое занимали все ее мысли, не оставляя места для сомнения, страха или чего-то еще.
Доверившись ласковым и смелым словам, на которые способен и считает нужными далеко не каждый парень, она стягивает с Винсента рубашку, расстегивает пряжку ремня неловкими, торопливыми движениями пальцев. Они едва заметно дрожат, и Джин волнуется, испытывая мягкий трепет от обжигающего шею дыхания. Замирает в беспокойстве и открывает полуприкрытые ресницами глаза, когда случайно теряет его губы, целующие другие чувствительные места.
Физическое влечение становится по-настоящему осязаемым. Гораздо сильнее, опаснее и ярче, чем пару недель назад в дешевом и шумном баре, у всех на глазах. До степени, что приглушенный и немного хриплый шепот заменяет собой все прочие звуки. От успокаивающих, нежных слов тело Джин очень скоро становится податливым, послушным. Следуя своим эмоциям, увлеченная прикосновениями и ласками, она выгибает спину навстречу новым ощущениям и окончательно утрачивает контроль над ясным сознанием. Все ее существо, каждую клеточку тела охватывает возрастающее желание. Немного кружится голова. Джин почти слышит, как учащенно, нетерпеливо и гулко бьется беспокойное сердце, а ноги утопают в прохладном пляжном песке. Где-то рядом темнеют тонкая ткань майки, очень короткая юбка и его немного влажные после купания в море джинсы. Джин нравится, как Винс на нее смотрит без всех этих тряпок. Как, прищурившись, жадно ловит каждый плавный изгиб ее тела в бледном свете лунного диска, утопающего рябью в бескрайней черной воде. Как тяжело дышит, властно притягивает ее к себе.
Руки сами опускаются ниже, когда одежды совсем не остается, и Джин не сразу поднимает обрамленные пушистыми ресницами темные глаза. Ее взгляд больше не выражает смятения, а красноватые от поцелуев губы слегка приоткрыты. Она неловко переступает с ноги на ногу и вновь оказывается волнующе близко. Когда твердый от возбуждения член Винса случайно касается ее оголенных бедер, едва заметно вздрагивает, и в расширенных зрачках темнота окончательно скрывает светлую полоску от рыжеватого цвета радужки. Кончики ее пальцев тянутся к нему непроизвольно, плавно следуя от основания к головке члена, несмело обхватывая и осторожно сжимая. От этого внизу живота внезапно разливается еще более сильный жар.
- У тебя есть резинка? - еще несколько минут назад она просила не торопиться или вовсе все прекратить, но сейчас, дотрагиваясь до него и по-прежнему ощущая себя ужасно неопытной, уже чувствовала, как долгое ожидание становится невыносимым, - я хочу почувствовать тебя полностью.
Тихий шепот смешивается с неожиданно глубоким от очень откровенных прикосновений стоном. Ловкие движений языка там, где только что была полоска тонкого кружева, заставляют ее вытянуться в руках Винса, сдавленно повторять его имя, задевая кончиками пальцев волосы и крепкие плечи, вздрагивать и закусывать губу в тщетной попытке удержаться от громких звуков, словно кто-то мог их заметить. Она не испытывала ничего подобного прежде, прислушиваясь к каждой клеточке своего тела, приятно ноющей и отчаянно желающей продолжения.
Из груди вырывается тихий вздох, когда Винс очень легко подхватывает ее на руки, а затем уверенно и почти заботливо опускает на прикрытый тканью темной рубашки песок. Он был не похож ни на одного из тех парней, которые клеились к ней на школьной парковке и в баре. На что-то рассчитывали, потому что привыкли приводить случайных девушек в пустые раздевалки позади футбольного поля, вечером, когда там никого не было, чтобы грубо трахнуть их прямо на жестких скамьях или в душевых кабинках под звуки падающей воды. Но внимательный к незначительным мелочам Винс словно заботился о ней по какой-то причине. И эта причина ускользала от них обоих, превращаясь в очень странную для девчонки из гетто и парня-альфонса, тревожащую воображение связь.
- Сделай это, - когда между их губами остается несколько сантиметров, сдавленно произносит Джин, с волнением чувствуя, как головка члена неторопливо проникает в нее, но уже в следующее мгновение Винс вталкивает его почти полностью, и одновременно с этим тело пронзает резкая боль, растекаясь напряжением и дрожью внизу живота. От неожиданности и силы толчка, Джин негромко вскрикивает, но быстро замолкает, отвлеченная глубоким, успокаивающим взвинченные до предела эмоции поцелуем. Они встречаются взглядами, когда боль постепенно ослабевает, и Джин совершает первое робкое движение, осторожно подаваясь вперед, потираясь с широко распахнутыми глазами о тесно скользящий внутри член, давая понять, что все хорошо, и он не причиняет ей сильной боли. Но каждая секунда, которую Винс терпеливо выжидает,  в промедлении и осторожности, давая ей немного времени привыкнуть, становится почти мучительной. С затуманенным от желания взглядом, приоткрытыми губами и тяжелым дыханием она умоляет его продолжать, называя по имени. Ей нравится произносить его, чувствуя особенно глубокие толчки и как соприкасаются их тела, двигаясь навстречу друг другу. Смотреть, как меняются черты его лица и ловить кайф от собственных стонов и прерывистых вздохов, нарушающих умиротворенную тишину пляжа. Когда боль совсем отступает, сменившись сладкими ощущениями, плавящими все внутри, и Джин просит Винса быть немного грубее, оставляя на его плечах и груди едва заметные светлые следы ноготков. Они задевают кожу сильнее, когда темп увеличивается, но все равно очень быстро исчезают.
- С тобой очень хорошо.. - прикрывая глаза, Джин послушно прогибается в спине, и от подступающих внизу живота спазмов Винсу становится еще более тесно. Свободолюбивая и словно ни к чему не привязанная, немного диковатая и смелая в своем гетто, она впервые чувствует ни с чем не сравнимое удовольствие, когда оказывается во власти его быстрых движений и скользящих по разгоряченной коже рук. Не контролируя происходящее, доверяя, становясь послушной и подпуская пугающе близко.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Inception. Summer of 2