Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Гнев - плохой советчик. Поэтому успокойтесь и только потом стреляйте


Гнев - плохой советчик. Поэтому успокойтесь и только потом стреляйте

Сообщений 21 страница 25 из 25

21

[AVA]http://funkyimg.com/i/XL9m.png[/AVA][STA]Джон Уайт[/STA]
- Отойди, - было заявлено Джону, но он, конечно же, не сдвинулся ни на миллиметр. Протянул руку за бутылкой, и...
Э.
Странная реакция на его действия. Но очень типично женская. Устроить истерику после того, как тебя попытались убить, и полезть целоваться - ну, так может только его дражайшая Тарантино.
Да, Уэйта долбануло током, когда губы коснулись губ, и очень захотелось ошарашенно двинуться назад, но он так и остался стоять прямо, с протянутой к бутылке рукой, не совершая никаких ответных телодвижений. 
Благо, насилие не продолжалось долго, и вскоре Агата, после фразы "отойди" сама же вцепившаяся в него аки клещ, отклеилась, приложившись к стакану. Одними глазами Джон внимательно проследил за ее рукой, потому что на секунду ему показалось, что разбитые острые края сейчас окажутся в его горле, и наконец, сам вцепился в бутылку, облизывая измазанные в помаде губы. Мм, вишенка.
- ... у меня была не ядовитая помада, можешь не плеваться, - Уэйт облизнулся во второй раз, проверяя, правда ли. Логика? Не, не слышал.
- Я спать. У меня уже помутнение рассудка началось, - ой, как хотелось скептически заметить, что оно и не заканчивалось, но смотревший с тоской на этот американец вспомнил, кто тут умнее и как можно вежливее ответствовал:
- Спокойной ночи, - что-что там у нас было про логику? Налицо факт наличия ее отсутствия. Да и не было ее там никогда. Мы же говорим про семейство Торес.
И, дабы здравый смысл вернулся в свою обитель, то есть обратно в голову Джона, он не нашел ничего лучше, как начать пить. Прям с горла.

Пол выпитой бутылки ликера спустя, в черепной коробке Уэйта воцарилась необычная легкость и ясность понимая всего бытия. С этим хотелось поделиться окружающими, но из окружающих была только долбанутая испанка, диван и телевизор за спиной, по которому крутили бразильский сериал про любовь и ненависть на каком-то там Бич. Просмотрев две серии подряд и полностью проникнувшись драматичной историей любви Хуана и Марии, полупьяный Джон понял, что вся его жизнь - одна большая ошибка. Он поднялся, с бутылкой в обнимку прошествовал к окну и уставил свой взор в улицу. Оная была пустой, только какая-то парочка гуляла с недособакой непонятной породовой принадлежности. Был бы у Уэйта череп, он бы поднял его на гамлетовский манер и стал бы говорить с ним. Но черепа не было, и, сделав очередной внушительный глоток, Джон стал наблюдать за голубками, телепатически посылая им свои философские измышления. Люди не отвечали и вообще, кажется, не обращали на него ровно никакого внимания. А ведь они должны были понять, прохавать все те истины, которые крутились в заликеренной мозгу Уэйта, и остановиться, как вкопанные, потому что вот он, смысл их никчемной жизни! Должны! Но почему не останавливались?
Нет, ну посмотрите на них, идут себе и не выказывают мне никакого уважения! - презрительно фыркнув, Джон приложился к горлышку, но вдруг понял, что первая бутылка закончилась. Спотыкаясь об абсолютно ровный пол, большой босс проследовал к столу и откупорил вторую порцию счастья.
Трубы нещадно горели и хотелось покурить. Джон снова вернулся к окну и устремил свой взгляд в дом напротив. Там, по всей видимости, все спали, и горе-убийца стал разбираться в своем тонком и ранимом внутреннем мире. Он ангстил, что означало депрессивную фазу его скрытого психоза. 
Меня окружают отвратительные люди, несущие невероятную чушь. Внезапно, на 32 году жизни до Уэйта дошла одна простая истина: планета переполнена дибилами, которым даже улитка даст фору в части интеллекта. Планктон, сурово сказал себе Джон. Со своими планктоньими взглядами. И я совсем один в этом жестоком мире. И единственный, кто не пытается меня наебать - это сам я. За окном стояла кромешная мгла, поэтому мафиози вдруг стало тоскливей вдвойне.
Вообще, Уэйт часто думал о смысле жизни и вещах в стиле "кто принесет мне стакан воды в старости?". Так же часто, как и убивал или пытался убить. Правда, в отличие от последнего, размышления о смысле жизни не приносили никакого удовольствия.   
- А как же твоя жена, Хуан? - спросила Мария в телевизоре.
- Я всегда любил только тебя, Мария! Я с ней разведусь, Мария! - с неподдельным трагизмом в голосе ответил ей Хуан. Уэйт понял, что очередная красивая мысль испарилась из его ясной головушки, развернулся к телевизору передом, к окну задом и стал наблюдать.
- А твои дети, Хуан?
- Это не мои дети, Мария!
- О боже, Хуан! Как так получилось, Хуан?! - Мария готова была разрыдаться, и Джон вместе с ней. Возьмем, например, Виторре, - вернулась мысль. Кто будет на старости лет катить с ним инвалидную коляску? Конечно же, Аня. Или вот Аня. Кто будет катить коляску с ней? Конечно же, я. А кто?... Ни семейного очага, Уэйт начал загибать пальцы, ни женщины, ни детей, меня уже в третий раз за этот год пытаются убить, а от работы каждый день хочется удавиться! Чтобы сохранить в себе остатки самообладания, бывший коп снова приложился к ликеру, который теперь шел, как вода. Продам дом, куплю себе много попугаев и уеду в Тибет!
Хуан тем временем начал свой сказ о шлюхе-жене, которая загуляла с американским офицером и народила ему тройню. Мария плакала и жалела своего бедного любовника, посредством раздевания и попытки уложить того на ложе, которое до этого мозолило глаза глаза Уэйту на заднем фоне кадра. Почему меня так никто не жалеет? Снова ликер и щенячьи глазки. Вот, умеют бразильцы сериалы снимать, вот это вот жизнь как она есть, понимаешь ли, а не их тупые американские Декстеры, Сверхъестественное, Дневники Вампира и тому подобное!
Резким решительным движением вынимая из кармана телефон, Джон вдруг понял, что запутался в шторе. Такую ситуацию расчетливый и несомненно гениальный мозг младшего босса мафии предвидеть не смог, и тот просто сильно дернул рукой, пытаясь избавиться от пут и снова, вместе со шторами и карнизом, оказался на полу, уже в черт знает какой раз за эту ночь. Но рука с телефоном была свободна, а бутылка чудом уцелела и из нее даже ничего не пролилось. Не тратя времени даром, наш герой быстро набрал первый высветившийся в голове номер 911 и шепотом заговорил:
- Мне нужна помощь, я чуть не умер, меня все хотят убить, меня никто не ценит, я перестал что либо понимать в этом мире...
- Сэр, сохраняйте спокойствие, - перебил его мужчина на том конце конце провода. - Что у вас случилось? Где вы находитесь?
- Я не знаю, я ничего не знаю, - шепот медленно, но верно переходил в нормальный человеческий голос с нотками отчаяния в нем. - Нет, знаю. Я ее так любил... - естественно, размышлизмы об одинокой старости, сериалы о любви и верная синька в руке настроили обычно брутального в своей естественной среде обитания Джона на сентиментальный лад. Уэйт свернулся калачиком в шторе и продолжил: - Она была самой красивой на потоке... - и единственной особью женского пола, к слову сказать. - Любить эту суку было невозможно, но я ее так любил, так любил.. - повторил на всякий случай, если ночной психолог вдруг забыл, ради чего они все здесь сегодня собрались. - И не замечала меня совсем... Она постоянно тусила с каким-то кентом с последнего курса, и мне было больно, очень больно, очень-очень-очень больно... - шмыгнув сопливым носом, альфа-самец не сдержался, и слезы полились в три ручья, а следом за ними последовали истеричные всхлипы. - Почему все так несправедливо? Я же был лучше!.. - мимо пробежал внушительных размеров таракан, пьяным мокрым взглядом Уэйт засек цель и что есть силы долбанул по полу бутылкой, которая тут же вдребезги рассыпалась осколками. - Умри, сука!! - чем несомненно разбудил мирно спящую в соседней комнате испанку. Таракану оказалось по боку, бутылка пролетела мимо него примерно сантиметрах в двадцати, и мерзопакостное насекомое спокойно продолжило свой крестовый поход по намеченному маршруту на кухню. - Что мне делать? как мне жить?
- Я вас понимаю, сэр, - сочувственно и устало отозвался мобильник. Похоже, что чувака в офисе 911 конкретно задолбали эти алкаши, трезвонящие ежеминутно и спешившие поделиться со своими печальными лавстори, но он терпел. - Вы пьяны, сэр?
- Я? - вытирая слезы, переспросил Джон. - Я не пью, я борюсь со злом... - вон, уже две бутылки зла поборол.
- А что за голоса у вас на заднем плане?
- Это Мария и Хуан. Они любят друг друга, а меня никто не любит... Не ж-жалееет... - Уэйт снова кинул тоскливый взгляд на зомбоящик на стене, где МариХуана уже перешли от слов к активным действиям, и всхлипнул. - И все хотят убиииить... Что со мной не так?
- Все образуется, - сказал добрый дядька. И Уэйт ему поверил. И проявив чудеса сообразительности, решил, что об должна знать и Агата.
За сим мобильник был откинут в сторону, и человек-штора на четвереньках пополз в сторону спальни, на хочу начиная вопить:
- Тарантино! Я все понял! - кое-как добрался до ее кровати, захватив с собой пару заноз, залез на ложе, все в той же шторе и уселся рядом с террористкой с позу йоги. - Ты только меня не перебивай, ладно? Я сейчас буду чушь говорить, но ты все равно слушай. Это мне надо. Или нет, даже лучше, если ты это слушать не будешь, - Джон замолчал на пару секунд, поудобнее кутаясь в коконе из ткани. - Я сейчас буду доказывать тебе, что я не сволочь. - Она серьезно думала, что этот человек-пиздец даст ей спокойно поспать?

+1

22

Прежде чем закрыть глаза и закутаться по уши в одеяло, Тарантино подумала, что может ей следует перегородить дверь, вернее то, что от нее осталось, комодом? Это, конечно, не удержит ее бородатого убийцу, но хотя бы даст ей фору и возможность проснуться. И вот, девушка лежала и думала "встать или не встать", слушая параллельно что происходит в гостиной. В ответ ей доносилась тишина. Убаюкивающая и успокаивающая. Потом были звуки телевизора, женские всхлипы, возня - впрочем, все, как обычно. Агата ушла с головой в дрему, утыкаясь носом в подушку. Она размышляла о завтрашнем дне, уже наступившем завтрашнем дне. Она начинала мечтать и всеми силами ограждала себя о воспоминаниях и анализе прошлого. Именно ночью сложнее всего не думать о прошлом, не гадать "а если бы..." и не искать других вариантов. А если бы мои родители были живы... - испанка открыла глаза и покачала головой. Если бы они тогда забрали меня, я б не стала убийцей... - вот бывает забудешься, и начинаешь корить себя за десятки погубленных душ. Считаешь сколько среди них было детей, стариков, матерей, отцов. Считаешь сколько у этих тел было родственников и как много они потратят на похороны. А Билл всегда ругал ее, когда она читала некрологи или смотрела выпуски новостей о катастрофах, устроенных ею же. "Выбрось. Выбрось из головы все это дерьмо. Если будешь думать об этом, можешь свихнуться. Ты все сделала правильно. Все" - эхом воспроизвелся низких голос Кэррадайна, от чего по спине пробежали мурашки. Не дайте боги испанцу узнать, что творилось сегодня в ее квартире - полетят головы, руки, ноги, кишки в разные стороны.
И снова делая над собой усилие, чтоб отбросить наваждение, Агата перевернулась на бок. Внезапный звон стекла послышался из гостиной и Агата вздрогнула.
- Умри, сука!! - опять меня представляет? - она начала прислушиваться к шагам и шорохам, попутно рыская в тумбочке одной рукой. Сейчас Уэйт может убить ее, как и обещал. Ночью зарежет, как свинью. Обшарив самые дальние уголки ящика тумбочки, испанка нашла разве что нож для бумаги и поспешила взять его к себе под одеяло.
- Ну давай, только сунься - прошептала она, крепче сжимая ручку ножа.
За сим она слышала какие-то странные и даже ужасающие звуки, словно именно их использовали в компьютерной игрушке "Дум". Джон пол к ней убивать. Ах, если бы Та-Та только знала, что после двух бутылок 30-градусного алкоголя люди на ногах не могут стоять, не переживала бы так.
И вот, существо, от которого, как только оно вползло в комнату, разило спиртным, залезло на кровать. Агата приоткрыла один глаз, оценивая обстановку.
- Что за нахрен? - нахмурилась брюнетка. Он нацепил мои... мои шторы!?
- Ты только меня не перебивай, ладно? Я сейчас буду чушь говорить, но ты все равно слушай. Это мне надо. Или нет, даже лучше, если ты это слушать не будешь. Я сейчас буду доказывать тебе, что я не сволочь.
- Мама Мия, надеюсь, ты не принес в кровать подобранного щенка - простонала сонно Агата, откидываясь обратно на подушку и пытаясь не слушать, как Джо и просил. Она поворочалась, поджала ноги и накрылась одеялом с головой.
- Можешь приступать, пьяная сволочь. - кому-то на утро будет очень стыдно и у кого-то будет болеть голова

+1

23

[AVA]http://funkyimg.com/i/XL9m.png[/AVA][STA]Джон Уайт[/STA]

перевод

Скажи свое имя.
Постарайся говорить, как можно четче.
Ты знаешь, что все записывается.
Кивни головой
На всякий случай,
Если они наблюдают за тобой
Со своих блестящих спутников.

Я надеюсь, что они не могут увидеть
Безграничный потенциал,
Который спрятан во мне -
Возможность убить все вокруг.
Я надеюсь, что они не могут увидеть,
Что я - великий разрушитель.

Сделай звук громче.
Слушай, как они качают дерьмо
В твою голову,
Наполняя тебя апатией.
Задержи свое дыхание.
Жди,
Пока не настанет подходящее время.
Конец уже близко.

- Ты думаешь, что я пьяный, да? Нет, я просто тронутый! - радостно кинул заяву Уэйт. - Ты знаешь, что я пережил клиническую смерть, Та-Та? - как и всегда, Джон не спрашивал разрешения у Агаты говорить. Ему сейчас действительно нужно было выплеснуть все свои философские бредни и поучить жизни кого-нибудь, хоть мало-мальски напоминающего благодарного слушателя. - Нет, нужно не так начинать.
Не обращая внимания на то, что испанка отвернулась и всем своим видом приготовилась "внимать" его голосу, несущему великую истину в этот проклятый мир, Джон начал свой монолог - вершину ораторского искусства:
- С начала времен на земле жило сто миллиардов человек. Все они умерли. Сейчас на земле живет семь миллиардов человек. Все они умрут. Однажды умер и я, - замечательное начало для сказки на ночь, верно? Вот только это не сказка. - И я был... там. И там ничего нет. Меня, конечно, потом таскали по психологам, и каждый спрашивал: как ничего нет? Из ничего нельзя прийти. Но они просто не понимают... Они сами потом все увидят... Нет ни Рая, ни Ада, ни даже... страха. Потому что самое страшное, что может быть - это ты сам, - Уэйт замолчал, вспоминая все свои переживания в палате интенсивной терапии.
- Ты не замечала, что у смерти есть простой и очевидный смысл? Смерть неразрывно связана с жизнью. И выживание нашего... хм, тела происходит только тогда, когда постепенно отмирают некоторые его клетки. У этого процесса даже есть какой-то научный термин, но я его забыл... - Джон почесал бороду и моргнул пару раз, разглядывая обои.
Какими терминами его закидывали, когда он валялся на больничной койке? Он не помнит. Помнит только, что не мог ни пошевелить рукой, ни открыть рта, чтобы поесть нормальной пищи, ни даже вздохнуть полной грудью - легкие вентилировались искусственно. Зато голова работала отлично - мысли роились, складывались в предложения, и происходило активное переосмысление ценностей. Не было у него ни любви, ни надежды, ни веры. Было только тело, которое обречено стареть и умирать. Правда, как оказалось потом - верить или не верить, это неважно, просто нужно было задавать себе как можно больше вопросов. Свидания вопросительных знаков и точек продолжались денно и нощно, прерываясь только на короткий беспокойный медицинский сон, когда в назначенное время белая жидкость текла по пластиковым трубкам в его вены.
Ответов не было. Но было много ненависти и злости. К человечеству, которое изгнали из Эдема, и которое построило свой Рай из бетона и стали. И к себе - бесила немощность. От собственной глупости не было лекарства, от нее была только агрессия, и именно агрессия помогла Уэйту заново научиться ходить, дышать и смотреть в глаза людям.
- Мы совершенно беспомощны. У нас нет ни толстой шкуры, ни когтей, ни зубов. Зато природа одарила нас более страшным оружием - это наш мозг. Вообще, наше тело - это уникальная штука. Мы состоим из атомов, которые образовались в результате Большого Взрыва. Представь себе, сколько нам миллиардов лет. Каждый из нас намного старше того бога, который выдумал какой-то чувак, которому однажды стало очень грустно и одиноко. Какая-нибудь официантка в самом задрипанном кафе протирает свои столы и понятия не имеет, что в ней, может быть, есть атомы Линкольна, или Черчилля, или Эйнштейна, а может, мать его, она состоит из кусочков луны, мамонта и лампы в своей спальне, которая в свою очередь, содержит в себе крошки какого-нибудь Папы Римского... Это все - не случайно. Вселенная не просто так варила суп в первобытном океане, чтобы появились мы. Каждый человек имеет смысл, понимаешь? Можешь себе представить, сколько людей умерло, чтобы у тебя появился, например, глаз? - вопрос скорее был адресован самому себе, нежели Тарантино. - Вот ты взрываешь, ты - террористка, для чего-то же ты это делаешь? Что ты хочешь сказать людям?
И тут, свитхарты, наступило самое время для курсов повышения самооценки. Съехав по спинке кровати вниз, умудренный жизненным опытом Уэйт, начал заливать педагогику:
- Мы среди тех, кому мало света. Не слушай их, никогда, потому что их ответы всегда будут продиктованы их личной выгодой, - Джон не уточнял, что за загадочная организация кроется под словом "их", ибо для каждого человека "их" - свое. Если Агата его слушает, что вряд ли, то она должна сама решить, о ком идет речь. - Не верь унылым священникам: ты, раба божья... Двинь ему по почкам! Ты - не раб, запомни это. Ты рождена свободным человеком и никто не смеет называть тебя рабом. Слушай только себя, внутри тебя огромный мир. Власть будет скалиться, но это потому, что она знает - ты сильней, а власть боится тех, кто сильней. Борись и ищи, найди и не сдавайся. Только тот человек, который каждый день идет на бой, имеет право на счастье, ибо ненужные скандалы не порождают ничего, кроме войны. Они вцепятся тебе в глотку, тебе будет больно, ты будешь страдать, голодать, мерзнуть, скулить, но тебе воздастся... - заключил великий пророк. - А тот, кто должен быть рядом - будет.
Усталость брала свое. Сушила мысли, делала ломкими и неуверенными даже самые обыденные жесты.
- Не бойся их. Они тебя не тронут, - враги, пули, болезни - пусть решает сама. Сухие глаза моргнули пару раз, увлажняясь. - Потому что когда задуют наши костры, их станет знобить.
Усталость брала свое.
Блядство, - с этой гениальной мыслью младший босс сакраментовской мафии заснул в шторе рядом с Агатой.

+2

24

Вместе с Джоном на кровать ввалилось и куча бреда и той информации, которая только отяжелит мозг. Тарантино старательно пыталась уснуть, слушая монотонное бубнение. В итоге, сквозь сон она слышала обрывки фраз, которые больше напоминали молитву сектанта. Что-то про рай и ад, в которые Агата не верила и была бы счастлива после смерти пропасть. Просто растворится, исчезнуть, обрести свободу тела и духа. И когда Та-Та окончательно уснула, не удивительно, что ее мучили кошмары и намеки на бредовые сны - какая-то психоделика с подобием людей в масках. Но это лучше, чем остаться на диалог с Джоном....
Агата проснулась под звуки композиции Lana Del Rey – Blue Jeans, что заиграла на ее телефонном будильнике в 6 утра. Мама Мия, сколько же я поспала? - даже мысли отдавались болью. Девушка подняла голову, дотянулась до телефона и согласилась к командой "напомнить позже." Тяжелая голова снова свалилась на мятую подушку, теряя ход времени. Но через 10 минут певица сладкоголосо снова напела о подъеме. На этот раз Тарантино села на кровать, вспоминая о том зачем ее просят подняться. У нее была цель, которую нельзя откладывать. И нет никаких оправданий, типа "не захотел", "не смог", "мне было лень", "мне не хватило терпения". Разве, когда мы голодны или нас мучает жажда, мы говорим "я не утолил жажду, потому что мне не хватило терпения дойти до кухни"?
А посему, Агата сидела на кровати, потирая виски и чувствуя, будто по голове катком проехали. И кто из них еще пил? Видимо, от Джона так сильно пахло перегаром, что даже трезвая испанка охмелилась. Сделав над собой решающее усилие, Тарантино поднялась на ноги, шлепая до окна и открывая форточку. Загазованный воздух был на контрастном фоне их комнаты, так свеж. Она сделала долгий вдох, поднимаясь на носочки и закрывая глаза. Начала кружиться голова, меняя между собой пол и потолок, но когда Агата опустилась на всю стопу, земля снова оказалась под ногами.
А Уэйт все спал и Агата ухмыльнулась, подходя к кровати и делая бесполезные попытки отобрать у него штору. Как думаешь, ему стоит по трезвости рассказать, что он творил здесь? - считая, что это будет отличным шансом для шантажа, девушка достала фотоаппарат и сделала фотографию-полароид. Фотокарточка вышли из аппарата и Агата помахала бумажкой, давая краске высохнуть.  Джон что-то пробурчал, а у девушки появилась широкая улыбка, ну, знаете, как когда смотришь на здорового проспиртованного волосатого мужика, который разнес твою квартиру и лишил покоя, а видишь дурного ребенка.
- Спи-спи, сынок - издеваясь, погладила она по голове и покинула комнату. Разрухе в гостиной можно уже не удивляться. И пока закипал чайник, Тарантино сделала зарядку, пытаясь разбудить тело и приняла душ.
На автопилоте собирала сумку, упаковывая туда технику слежения и пистолет, который прятала на кухне в пустой банке из-под муки. Параллельно пила чай и искала чем бы порадовать желудок, но увы и ах, в этом доме не было ничего съедобного. И заглянула испанка только в спальню, чтобы натянуть джинсы и прикрепить на подушку записку и пластинку таблеток обезболивающего, зная, что это пригодится Джонни.

Полагаю, что когда ты проснешься, то захочешь убиться. Поэтому я спрятала все колющие-режущие предметы и оставила пачку обезболивающего.
И да, будешь уходить, захвати мусор.

Это Агата, на случай, если забыл с кем провел ночь и кого осчастливил 4 раза подряд

Уже представляя как Уэйт будет долго биться головой об стенку, вспоминать их 4 раза, Агата усмехнулась и оставила записку на подушке.
За коном только-только начало восходить солнце и девушка, подхватив сумку, что валялась в коридоре, выбежала из квартиры, плотнее закрывая входную дверь и спеша по ступенькам на улицу. Гонимая мыслей, что сегодня большая часть секретов откроются, Тарантино запрыгнула в пикап, поворачивая ключ зажигания. к ней еще не пришло понимание, что правды бывает, ой, как горька.

+1

25

[AVA]http://funkyimg.com/i/XL9m.png[/AVA][STA]Джон Уайт[/STA]
Начать нужно с того, что Джон всегда спал, как убитый. И разбудить его мог только внутренний будильник. И никакие провокации типа "война началась, Уэйт, просыпайся, наших бьют!" не помогут вам поднять его с постели. Элитные войска в его лице проснутся только тогда, когда сами посчитают нужным.
Поэтому не слышал он ни Агатиных песенок на будильнике, ни чувствовал того, как она безрезультатно пытается стянуть с него штору, в которой ему было хорошо и комфортно, а это провал вдвойне, ибо отобрать у избалованного ребенка любимую вещь - ну сами знаете, невозможно от слова совсем.
Наконец, когда пришло время, спящий красавец открыл глаза. Болела голова, но исключительно из-за той гребаной полки, и вместе с ней шея. Кровать, непривычно мягкая для этого любителя спартанских условий, тоже внесла свою лепту - позвоночник затек, спина неприятно ныла, в общем, старость - не радость. Был день, вернее, вечер, а если быть совсем точным - ночь. Ну, то есть, так сначала показалось Джону, а потом он просто стянул с головы "одеяло", и все-таки оказалось, что на дворе стоял день. Знакомые стены и пятна крови на полке напротив заставили поморщиться, увы, предательский мозг помнил все. Уэйт даже сейчас в точности мог воспроизвести всю ту ахинею, которую нес вчера (или уже сегодня?) Агате. Впрочем, занимательную мысль про костры стоило запомнить, и может быть, даже вытатуировать на спине. И никаких признаков похмелья. Вот за что Джонатан любил свой организм - так это за непредсказуемость. Иной раз снесет крышу от трех бутылок светлого пива, и он засыпает на полу, а иногда пей ни хочу - и нихрена. 
Увы, собственное тело сразу же начало диктовать свои условия - выжратые в одну харю несколько литров чая и две бутылки "амаретто" просились наружу. Джон сделал попытку встать, но с удивлением заметил, что крепко завернут в кокон из блядских штор. А в клозет хотелось нестерпимо, и после нескольких мытарств и перекатываний на кровати, Уэйт снова очутился на полу, больно стукнувшись локтем об ножку кровати, зато движения были свободны - шторы оказались разорваны нахрен. Вместе с этим на пол изящно опустился кусок бумаги, о боже, это чудо оставило ему записку, ну какая ж прелесть! Поднимаясь на ноги и следуя в сторону ванной, Уэйт пробежал глазами по строчкам и тихо засмеялся - наивная, даже понятия не имеет, что Халк помнит все и совершенно счастлив в этот солнечный день. Хотя, насчет колюще-режущих предметов Джон задумался, ибо следовало бы побриться, в первый раз за этот месяц.
После того, как все черные дела были сделаны, мафиози совершил провальный набег на шкафчик в ванной, действительно, никаких следов холодного оружия типа бритвы там не оказалось, Агата была девушкой современной и предпочитала избавляться от растительности ниже шеи посредством эпилятора. Делать было нечего, пришлось топать на кухню за ножом, а потом обратно в ванную, мазать физиогномию обычным мылом и почти не дрожащими руками, как истинный самец, срезать щетину обычным кухонным ножом, великолепно, кстати, заточенным под это дело.
Дальше Джон пытался найти у Тарантино еду, снова по старому принципу: открывать и закрывать холодильник несколько раз, надеясь на то, что великий Демиург ниспошлет ему пищу. Увы, Демиург, кажется, спал. Зато работала морозилка - Джон засунул туда на пару секунд ноющую от экстремального бриться голову и издал вздох облегчения. Господи, приспичит Агате вернуться обратно, ее же уже будет не убедить в том, что он - нормальный, после того, как она увидит эту картину. Ну да ладно, он уже перерос тот возраст, когда его волновало чье-то жалкое испанское мнение.     
За сим следовал чай и ответ на любовное письмо. Усевшись поудобнее за столом, разминая правой рукой затекшие мышцы плеч, Уэйт левой размашистым почерком добавил свой пост скриптум:

Это не кровать. Это Вьетнам, тут умирают люди.
P.S. А целуешься ты отвратительно.

Ну знаете, настоящий джентльмен не будет лишать даму приятных иллюзий. То, что Та-Те снилось, что они с ней перепихнулись 4 раза - ее личные проблемы, а он как-нибудь переживет без такого счастья.
А еще нужно было решить, что одеть. Вызванивая по телефону своего водителя, Джон рыскал по квартире в поисках рубашки. Последняя оказалась наполовину в крови, и миссия ее отстирать была под грифом невыполнимой. В принципе, Уэйту стесняться было нечего, да и на улице тепло, да и он закаленный, но мы же приличные взрослые люди, да? Завязав рукава рубашки вокруг своей шеи так, чтобы большая ее часть прикрывала спину, человек, вчера разнесший эту квартиру, покинул место преступления, молясь всем богам на свете, чтобы не встретить по пути бабу Нюру.
Под домом его уже ждал внедорожник, Джонни быстро юркнул на заднее сидение и скомандовал бычаре везти его домой. Кабан был дрессированный и вопросов, слава богу, не задавал.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Гнев - плохой советчик. Поэтому успокойтесь и только потом стреляйте