Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » appassionato


appassionato

Сообщений 1 страница 20 из 24

1

сеньор Агустин Алькарас и сеньора Долорес Веласкес
● ● ● ● ● ● ● ● ● ●
1920 год
Марбелья, Испания
_________________

http://38.media.tumblr.com/dacd3e2819de558fefd287cd3fa66c7a/tumblr_n6itokv4wA1r8uesqo1_500.png
- - - - - - - - - - - -
игры с моралью и уставом жизни прошлого века;
запретный плод ведь сладок?

+1

2

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
http://www.picshare.ru/uploads/140727/s4gjxw6vY8.jpg
Этим прекрасным летним утром на вокзале Аточа в Мадриде было как всегда многолюдно... Агустин занес вещи в вагон и усадив сына на верхнюю полку, вышел на перрон покурить. Просто даже как-то не верилось, что они уезжают из столицы - однако, выбора у Алькараса не было, после того как обанкротилась компания где он работал... и хочешь-не хочешь, пришлось принять приглашения дяди поработать на него. По правде говоря, старый ворчун уже не раз звал единственного племянника приехать и поселится у него - как-никак, единственная родня, но Агустину не хотелось уезжать. В столице была любимая работа, все друзья... и свежа была еще память о Рите, после смерти которой все словно и покатилось под откос. Теперь у бывшего блестящего адвоката остался только его маленький сын, ради которого, собственно, и стоило поменять обстановку. Дядя писал, что будет рад если Агустин и Лучи приедут и останутся насовсем и обещал, что его жена поможет присмотреть за ребенком. Своих детей у Луиса так и не появилось, несмотря на второй брак с женщиной намного моложе его... и Алькарас всегда посмеивался про себя, когда еще была жива Рита и он читал ей дядины письма про свадьбу и прочие хлопоты. Кстати говоря, Рита всегда жалела бедную девушку, которой пришлось выйти замуж за старика... ну а Агустину наконец-то выпала возможность познакомится со своей почти теткой, которая была моложе его на пять лет.
-Ну что такое, сынок? Мы поедем к морю и тебе там очень понравится... и дом у твоего дедушки очень большой и нам будет там хорошо, -улыбнулся Агустин, потрепав по голове Лукаса, что сидел у окна и смотрел как мелькают телеграфные столбы... поезд наконец-то тронулся и скоро оставил столицу где-то далеко позади. -Хочешь пить? Сегодня чертовски жарко, а ехать нам долго...
Лучи тихонько вздохнул и отрицательно помотал головой - Алькарас прекрасно знал, что мальчишке не хотелось никуда уезжать. Он только-только закончил первый класс и теперь должен был оставить всех своих друзей во дворе и в школе... и к тому же был еще обижен на Агустина, после того как примерно неделю назад "застукал" его с новой пассией. Увидев как эта мадам обняла его отца, нисколько не стесняясь тому что они были на улице (младший Алькарас как раз сбежал со двора чтобы вместе с ребятами сбегать до продавца мороженого) Лучи устроил такую истерику, что Агустин просто перепугался. У сеньора хорошего адвоката не нашлось никаких разумных доводов, чтобы как-то объяснить семилетнему ребенку, что никакой трагедии в том что он может встречаться с кем-то, в общем-то, не случилось. Успокоить Лукаса удалось с трудом и все время после этого проишествия, Алькарас старался проводить со своим маленьким непослушным чертенком, а потом наконец наступило время отъезда в Марбелью.
-Мне там не понравится, -тихо сказал Лучи, подперев щеку ладонью и специально не поворачивая голову в сторону отца. Надо было швырнуть в ту блондинистую крысу, что висла у него на шее хорошим комком грязи... но к сожалению, ничего такого не нашлось под рукой. -И пить я не хочу... вообще ничего не хочу.
-Хватит, Лукас... ты слышишь меня? -Агустин притянул мальчишку ближе к себе и легонько коснулся губами его виска. -Терпеть не могу, когда ты злишься... и я сделал сладкого чая с лимоном как ты любишь, так что перестань дуться и попробуй.
-Я не злюсь, -вздохнул Лучи, но все-таки взял бутылку, которую отец достал из сумки - хоть она и успела нагрется, но чай все равно был вкусным. -А что ты взял поесть? Я наверное скоро захочу есть... может быть.
-Маленький вредный злюка, -улыбнулся Агустин, убрав бутылку и порывшись в сумке. -Я взял много еды, так что голодными не останемся. И еще прихватил твою любимую книжку, вдруг тебе захочется почитать?
-Я не маленький, -буркнул Лукас, взяв книжку и уткнувшись в нее. Если папа думает, что он так просто сдастся и забудет про его проделки, то очень сильно ошибается...
Мадонна, помоги мне... похоже этот чертенок решил поиздеваться надо мной в отместку.., -теперь уже пришел черед старшего Алькараса вздохнуть. Развернув свежий номер утренней газеты, купленной на станции и нацепив очки на нос, Агустин тоже принялся за чтение. Очень бы хотелось надеяться, что за время поездки, этот маленький бука сменит гнев на милость... хотя он всегда был очень упрямым, с самого рождения и его нельзя было заставить делать то, что ему не хочется. Только Рита всегда прекрасно справлялась с мальчишкой... а вот Агустин порой даже не представляет как ему следует поступить в том или ином случае.
Когда поезд наконец-то дополз до Малаги, Агустин и Лучи чувствовали себя как цыплята на гриле - температура еще больше поднялась и даже открытые окна в вагоне не спасали от жары. Отправившись на попутной машине в Марбелью, Алькарас вздохнул с облегчением... скоро этот утомительный переезд закончится и они с сыном будут обустраиваться на новом месте. Старый дом дяди находился в старом районе города, где до морского побережья было рукой подать и к тому же рядом с виллой имелся и собственный, достаточно большой сад, обнесенный высоким забором. Лучи послушно плелся за отцом: хоть и устал с дороги, но гордо отказался забраться к нему на руки - и оглядывался по сторонам, то и дело тихонько вздыхая. Не надо было даже и гадать, чтобы понять, что он не в восторге от этого маленького городишки и старого дома, где совершенно точно будет не с кем играть...
-Ну наконец-то! Я уж думал, что вы потерялись в пути, -радушно поприветствовал племянника Луис, когда вышел ему навстречу. -Как раз собирался в контору - не хочешь составить мне компанию, Гуто? Заодно сразу посмотришь, с чем надо будет иметь дело.
В этом весь дядя Луис... он не привык терять время даром, так что Агустину приходится согласно кивнуть - уже надоело маяться без работы, так что можно и в контору сходить.
-Лола приглядит за мальцом - и мы уйдем ненадолго, так что не беспокойся за него, -улыбнулся сеньор Веласкес, погладив недовольного Лучи по голове. -Поедем на моей новой машине, хотя тут до всего рукой подать - город ведь маленький.
Агустин оглянулся на дядину супругу, что тоже пришла встретить гостей... и на пару минут замер на месте - старый ворчун не удосужился написать о том, что его жена очень красива. Но сейчас нет времени на лишние разговоры, так что Алькарас успевает лишь легонько пожать протянутую ему руку и попросить насчет сына:
-Пожалуйста не оставляйте его одного... он обижен на меня и устал с дороги, поэтому такой недовольный. Я постараюсь поскорее вернутся.
После того как отец уходит вместе с дедушкой, Лучи шмыгнул носом посмотрев на незнакомую сеньору, с которой его оставили... а ведь кто-то обещал пойти на море? Мальчишка неуверенно переминается с ноги на ногу, поглядывая на Долорес своими большими карими глазами и не зная, что и сказать - папе лишь бы быстрее смыться и он не делает того, что обещал...

+1

3

Лежа в высокой, но уже выпаленной солнцем траве, Долорес попыталась заступить солнце ладонью, высунув руку вперед перед собой. Она жмурилась, но не пряталась пока еще от теплых и ненастойчивых прикосновений яркого утреннего солнца. Вот в обед будет очень жарко, когда солнце поднимется вверх и даже не найдется прохладной тени, чтобы спрятаться в ней. Не так давно молодая сеньора поймала на себя на мысли, что уже семь лет живет в законном браке с мужчиной едва не годившемуся ей в отцы, но не мужья. Всего семь лет, тогда как женщине казалось, прошла целая вечность. Дни с Марбелье растягивались в длинную линию, не обременяя ее немногочисленных жителей важными событиями. И хотя совсем скоро состоится праздник, который каждый год устраивают селяне в честь сбора урожая со своих виноградников, Долорита и без того знала, что ей не побывать там. Луис был весьма странным мужчиной, что в первую очередь заботился о своих делах и покое, не желая посещать какие-то там глупые  праздники, тогда как его жена хотела совершенно другого.
Это утро опять было наполнено холодным приветствием за завтраком и сообщением о том, что ей стоит вместе с ним повстречать его родственников, которые наконец-то приняли приглашение и приедут к ним в Марбелью. Ни к чему всем знать о том, что у супружества есть разногласия – не дословные слова Луиса, но именно в эту плоскость и можно было вложить всю эту беседу. Трудно сказать, что заставило мужчину отвернуться от своей жены, которая никогда не пылала к нему страстью – отсутствие детей, скукой или бог знает чем. Изначально Долорита и правда пыталась угодить мужу, но каждый раз тот заставлял ее еще больше сторониться и избегать его общества даже в этой глухой дыре, в которой было не так много ушей, что могли выслушать. Последней каплей стала очередная болезнь ее отца, которого она намеревалась проведать в Малаге. Это же была и единственная возможность вырваться в город и хоть немного развеять скуку.
- Опять? Прошлой зимой ты уже ездила к своему отцу, неужели у него больше нет детей, которые могут присмотреть за ним? Ты не поедешь, и точка – мне надоело отпускать жену в город одну, - такими были слова Луиса, которые привели их обоих к непримиримым отношениям. Наверное, если бы католическая церковь разрешала своим верным разводы, а не ограничивалась одной только сепарацией, Луис давно бы позаботился о том, чтобы разорвать отношения с женщиной, что так и не подарила ему ни сына, ни дочери. Пожалуй, страх перед Богом только сдерживал от этого поступка, но как-то этот страх не заставлял его воздержаться от компании одной служанки.
Как ни странно, но даже омерзения к собственному мужу, которому и принадлежала идея их брака, она не ощущала в тот момент, когда застала его со служанкой. Как можно ощущать нечто такое по отношению к человеку, который всегда был чужим, а его общество – не слишком то и приятным? Возможно, если бы она и правда смогла забеременеть все сложилось бы иначе – подобная мысль не часто посещала Долориту, но все же, глядя на утреннее небо, женщина поддалась ей всего лишь на короткий миг…
«Нет, ничего бы не изменилось!» - быстро отбросила она то, что успела себе представить. Не хватало еще, чтобы она побивалась по тому, что могла бы нафантазировать себе. Хотя… маленький ребенок разбавил бы ее скуку и сделал бы ее пребывание здесь хоть чуточку счастливее. Когда солнце стало интенсивнее припекать, сеньора Веласкес поднялась и струсила с себя травинки, которые успели зацепиться за ее простое платье, а после поторопилась вернуться в имение – Луис жутко раздражается, когда жена не выполняет его просьб. А он ведь просил ее повстречать вместе с ним племянника с его сыном.
Встречать гостей Долорес пришла из праздного любопытства, а не из-за просьбы Луиса. Чего скрывать и кривить душей перед самой собой, что ее мало интересовали дела супруга, как в прочем и его просьбы.  Не говоря уже о его родственниках, которых он любезно звал к себе в богом забытую Марбелью уже не один год. Но в Марбелье так редко происходит что-то интересное, а дни за днями мгновенно проходят, превращаясь в сплошную линию,  что молодой сеньоре и правда стало интересно взглянуть на родственников своего супруга.
Она пропускает все пламенные речи супруга, который был очень рад своему племяннику, по всей видимости. По крайней мере, таким его Долорес не видела уже давно, а она была весьма наблюдательной женщиной. Сеньора постаралась не изучать слишком пристально племянника Луиса, хотя отвести взгляд было не просто – он так и притягивал к себе взгляд, и не был похожим на своего дядю. Но повышенное внимание Агустину было не допустимым, поэтому Лола посвятила свое любопытство мальчику, который был во многом похожим на своего отца.
Первое, что испытала при первом взгляде на маленького мальчика Долорита, что с разочарованием посматривал на дом и его окрестности, это была жалость и сожаление. Да, когда-то она также сюда приехала и подобным взглядом прошлась по тому, что теперь было ее домом. Ей было жаль, что дни и его затянут в свою невидимую паутину. А еще, бедный мальчик будет предоставлен здесь себе сам, тогда как Луис всегда найдет занятие его отцу. И еще у него нет матери… Долорита также потеряла мать, быть может, не так рано, как этот озорник, но помнила боль потери. Из-за болезни матери и растрат на врачей и прочие семья Долориты влезла в долги, которые и пообещал покрыть Луис после свадьбы. Когда, наконец, их с мальчиком взгляды встретились, женщина ему едва заметно улыбнулась – на его недовольное выражение лица было не так уж и просто отреагировать как-то иначе. 
- Не беспокойтесь, мы хорошо проведем с вашим сыном время, занимайтесь делами, - поспешила пообещать Агустину, испытывая прикосновение его руки к своей. Сама не знала почему, но улыбнулась незнакомцу, но быстро вспомнила, что не стоит улыбаться слишком долго или слишком широкой улыбкой, которая может выйти за пределы дозволенного и пристойного. – Оставьте ваши вещи тут, сейчас я позабочусь о том, чтобы их отнесли в ваши комнаты, - распорядилась на правах хозяйки дома, хотя ей бы стоило настоять на том, чтобы прежде чем ехать в город все они сели за стол и пообедали. Но не стала из-за Луиса…
- Хочешь посмотреть на свою комнату или сначала поедим? – спрашивает у мальчишки, присев напротив него так, чтобы видеть его не радостные глазки. – После обеда, когда солнце будет не так сильно жарить, я тебе покажу море, хочешь? – на последнее предложение мальчик чуть заметней отреагировал и хоть немного повеселел.
Кто бы мог подумать, что компания семилетнего мальчишки заставит Лолу забыть о своей скуке и хоть как-то заняться тем, что подобает хозяйке имения – давать указания прислуге и  распоряжаться своим временем, проводя его далеко не за обычным ей шитьем и чтением. После сытного обеда и осмотра дома, Долорес вместе с Лукасом пошли на пляж, где она ему показала интересные места, правда пока не разрешила ему плавать – этим днем были слишком высокими волны, так что рисковать и брать на себя ответственность она не стала.
- Не расстраивайся, ты еще поплаваешь там, у тебя не один день впереди, - поспешила уверить мальчика Долорес, когда они пришли из пляжа, а солнце близилось к своему закату, оповещая финал этого длинного дня. – Хочешь посмотреть сюда? – внезапно спрашивает она, указывая на старую корзину, где находился целый выводок маленьких котят. – Нравятся? Если хочешь, можешь взять подержать одного – но осторожно, а то они еще совсем маленькие, - странно, но никогда особого интереса к котятам Долорес не проявляла, тогда как сегодня была готова повозиться с маленькими пищащими комками шерсти, желая добиться положительных эмоций от мальчишки. И надо же, ведь у нее получилось – или даже не у нее, а у маленького котенка, который легонько схватил мальчика за палец и стал его лизать. – Ты ему нравишься – значит, если тебе позволит папа, возьмешь его себе, когда он подрастет…

+1

4

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
-Собственно говоря... работы у тебя будет немного и она несложная, так что свободного времени на твоего мальчишку будет полно, -улыбнулся дядя Луис, когда показывал племяннику свою контору в городе. -Видишь ли, здесь в Марбелье, я веду только дела имения - у меня много арендаторов, которыми тебе и придется заниматься. Основной мой бизнес в Малаге, так что если ты возьмешь на себя управление имением, я смогу чаще туда ездить.
-Твоей жене наверное скучно сидеть целый день одной, дядя? -неожиданно для самого себя ляпнул Агустин. -Судя по всему в этом городе нет никаких развлечений для молодой и красивой женщины... и ты поедешь в Малагу вместе с ней?
-Вот еще! -фыркнул в ответ Луис. -У меня там найдутся развлечения поинтереснее... когда я женился, то надеялся, что у меня наконец-то появится наследник, но - увы. И вообще... не обманывайся внешностью Долорес - она очень упряма и делала бы все как ей хочется, если бы такое было возможно.
Алькарас лишь усмехнулся про себя... так значит старик продолжает гулять на всю катушку, даже несмотря на то, что женат на безумно красивой женщине? Наверное надо быть полным идиотом, чтобы не пользоваться своим законным правом супруга рядом с Долорес... но судя по всему дядюшка предпочитает веселится в компании развеселых жриц любви или кого-то в этом роде. Они уж точно не упрямые и все что угодно сделают за деньги.
-Итак... ты сможешь приступить к работе? Скажем... после выходных, чтобы не говорил, что нагружаю тебя сразу после приезда, -хохотнул старый ворчун, хлопнув племянника по плечу. -Как раз успеешь найти и себе хороших развлечений!
-Я мог бы приступить, когда ты скажешь, дядя. Понедельник так понедельник... и мне не до развлечений, я ведь должен уделять внимание сыну. Ему будет нелегко привыкнуть к новому дому... ведь он пока что тут никого не знает.
-Ничего страшного, привыкнет в конце-концов. В общем, если тебе все ясно насчет твоих обязанностей, то предлагаю отметить твою новую работу - тут рядом есть отличный летний ресторан, -произнес сеньор Веласкес и буквально потащил племянника под руку к выходу. -Там просто божественное токайское и возражений я не приму.
Так уж случилось, что в этот вечер, Агустин вернулся в дом Луиса довольно-таки поздно после посиделок в ресторане и представлял себе как будет злится на него Лучи. Притом на этот раз повод обидется будет более чем весомый - ведь кое-кто пообещал показать ребенку море и вообще, собирался уделять ему больше внимания... Старший Алькарас уже представлял знакомое убитое выражение на лице сына, когда одна из горничных проводила его в гостевые комнаты - и приоткрыв дверь, бывший адвокат увидел, что его любимый чертенок давно уже видит десятый сон. Кстати говоря, дон Луис домой так и не вернулся и судя по всему такие фертеля старикан устраивал постоянно? Хотя, дяде всегда было море по колено, сколько его знал Агустин...
-Ты пришел? -Лучи приоткрыл глаза и повернулся на бок, когда отец стараясь не шуметь, зажег керосиновую лампу. Спать не хотелось совершенно, так что Алькарас собирался полистать газету, купленную в городе... -А мы с Долоритой ходили на море! И она обещала подарить мне котенка... ты разрешишь его взять??
В этот самый момент у Агустина словно камень с души свалился... потому что его маленький озорник судя по всему отлично провел день, благодаря дядиной жене - и сейчас улыбался, рассказывая про веселых котят, которых ему показала Лола. Как же давно Алькарас не видел своего мальчишку таким довольным? И то как Лучи называл сеньору Веласкес не могло не вызвать улыбки - как бы то ни было, она сотворила сегодня самое настоящее чудо и Агустину подумалось, что дядя оказывается совсем и не знает женщину, с которой живет уже семь лет...
-Прости, что пришел поздно - Луис показывал контору... но я исправлюсь и завтра мы пойдем гулять куда захочешь, -Агустин уселся на край кровати, поправив тонкое одеяло на сыне - хотя по сути, кутаться в такой жаркий вечер было совершенно незачем. -И котенка возьмем, почему бы и нет?
Все что угодно, только бы ты снова не грустил...
-А Долорита пойдет с нами? -хихикнул Лучи, прежде чем снова задремать и Алькарас рассмеялся, не сдержавшись.
-Не знаю, мой хороший... думаю что завтра ты сам у нее спросишь, а теперь закрывай глаза и спи крепко.
После того как Лукас крепко уснул, Агустин пытался почитать, но ему скоро надоело, да и к тому же в местной газете не было ничего интересного. Прихватив большое банное полотенце, Алькарас-старший решил тоже сходить к морю и окунуться после долгого и жаркого дня. Еще надо бы поблагодарить хозяйку дома за заботу о мальчике... но наверное она уже спит, так что с этим придется обождать до утра.
Покинув имение и спустившись на пляж, Агустин успел снять только свои ботинки и расстегнуть рубашку, как его глазам предстало поистине прекрасное зрелище. Такого он совершенно точно не мог ожидать и первые несколько минут, даже и не представлял, что ему делать...
А на пляже было вот что: сеньора Веласкес, собственной персоной, что-то искала на берегу и судя по всему не могла найти. И все бы ничего... но при этом она была совершенно обнаженной, что вполне могло бы заставить бывшего адвоката присвистнуть от восторга, если бы он не боялся, что это сказочное видение может исчезнуть. Смотря за тем как кромка воды приближается все ближе и ближе, испанец догадался в чем дело - видимо, Долорес забыла про прилив, который коварно утащил всю ее одежду? Смотря на Лолу, Агустин вновь поймал себя на той мысли, что его дядя полный кретин... как вообще можно было игнорировать такую женщину?!
Тем временем, поиски Долориты не увенчались успехом и она смачно чертыхнулась - не сдержавшись, Алькарас рассмеялся и тем самым выдал себя. После этого, ему не оставалось ничего, кроме как взяв свое полотенце подойти к сеньоре и замотать (в прямом смысле этого слова) ее в мягкую и приятную на коже ткань. Естественно, при этом Агустин не смог отказать себе в удовольствии обнять Долориту и провести ладонью по ее спине... и пусть даже она потом залепит ему оплеуху за такие вольности.
-Знаешь... а я ведь искал тебя, чтобы поблагодарить за Лучи. Он уже очень давно так не улыбался.., -он вновь берет Долориту за руку - но на этот раз задерживает ее ладонь в своей намного дольше чем утром. -А еще... я не видел никого красивее тебя.
Долорес аккуратно отстраняется от него и уходит, так что Агустину остается только сесть на теплый песок и посмеяться над самим собой. Он еще не успел приехать, как уже принялся за старое, совершенно в духе дяди Луиса? Но... черт возьми... даже сама мысль о том, что Лола могла бы ответить на его объятия, была весьма заманчивой. Помечтав, Алькарас быстро окунается в море, как и собирался и затем возвращается в имение и заваливается спать. Завтрашний день по праву принадлежит его непослушному чертенку, так что надо бы хорошенько отдохнуть...

Отредактировано Agustin Velazques (2016-12-03 22:07:36)

+1

5

К ужину Лола и маленький Лукас приступили, не дожидаясь, пока из города вернутся Луис со своим племянником. Не в новинку молодой сеньоре Веласкес были «опоздания» супруга из-за массы дел, которые ждали его в канторе. Возможно, будь она немного наивнее, то поверила в это «опоздал», но как бы то ни было – ей было плевать. К тому же, у нее и без нужного старика хватало развлечений этим днем – Лукас оказался на удивление милым и не вредным ребенком, которому, по всей видимости, не хватало самой обычного материнского внимания и ласки. На удивление самой себе, Долорита была рада не только присмотреть за мальчишкой, но и уделить ему времени, пока он не уснет.
- А ты умеешь петь? – внезапно спросил Лукас, когда Долорес на мгновение подумала о том, что мальчик уже уснул, устав с дороги.
- Совсем немного, - скромно ответила сеньора Веласкес. Когда-то давно она не просто пела, но и танцевала на самых разных праздниках, которые устраивались в ее родном городе, ну или на праздниках ее семьи, куда неладная и привела Луиса. Но, что было в прошлом, то было и его не изменить – главное, теперь денежные вопросы ее семьи были улажены, а со всем остальным гордая испанка должна была как-то смириться. – Спеть тебе что-то? Только что-то простое и не сложное… - предлагает Лола, после чего, практически сразу пытается опробовать знакомые нотки старой колыбельной, которая держалась на одних лишь детских воспоминаниях, благодаря младшему брату и сестре, которым покойная мама также пела разных колыбельных.
- Ты перепутала! Это идет уже в самом конце, а не в середине… – сонно смеется Лучи, после чего пытается исправить ошибку сеньоры, но у него тоже не очень хорошо получается.
- Я же предупреждала, что не умею хорошо петь. Но в следующий раз, я обязательно попробую что-то придумать, ладно? – предлагает Долорита, прежде чем коснуться пальцами высокого лба мальчика, чтобы убрать с него прядки слегка влажных от умывания волос. – Спи, если хочешь завтра пойти к морю, - последние слова были уже лишними, поскольку темноволосый мальчишка уже задремал и даже не моргнул, когда Лола поднялась с края его кровати и покинула спальню.
Мало помалу сумерки быстро превращались в вечер, тогда как в травах и кустах продолжали петь своих песен самые разные насекомые и жуки. Решив не откладывать купание на утро, сеньора решает таки спуститься к воде, наплевав на прилив и возможные опасения. Сегодня весь день ей так хотелось освежится в свежей морской волне, что она мало не в припрыжку помчалась к пляжу. Сначала женщина не смело ковыряла ногами влажный песок, что быстро вбирал отпечаток ее ступни, и лишь когда на небе появился серебренный лунный диск, решилась снять с себя одежду и погрузиться в воду.
Долорес любила плавать мало не больше всего на свете. Только в воде можно почувствовать приятную невесомость и забыть обо всем на свете, покачиваясь на морских волнах. Странно даже подумать, что для большинства такое вот ночное, да и еще обнаженное купание считается неприемлемым – но, разве кто-то увидит? Вот уже на протяжении семи лет Долорес продолжала ходить поздними вечерами на пляж, и ей так и не приходилось ни с кем повидаться, что было в действительности хорошо. Ведь если бы хоть кто рассказал Луису о том, что его законная жена любит ночные купания, вряд ли бы в доме обошлось бы без скандала. Уж чего-чего, а очередного скандала Лоле не хотелось – жизнь и так совсем недавно набрала хоть какой-то стабильности. Луис делал все, что только мог пожелать, а она жила в своем маленьком и скучном мире, не пытаясь переступить его границ.
Долго или всего немного наслаждалась плаванием женщина, сама Долорес не могла сказать – постоянно теряла счет времени, когда погружалась в собственные мысли и ныряла с головой в морскую воду, которая то и дело отталкивала ее на поверхность. Только, когда сеньора вышла на берег там, где еще недавно оставила свои одежды, их она там не обнаружила. Панически осмотревшись по сторонам, Веласкес было подумала о том, что кто-то решил с ней пошутить, и прячется где-то неподалеку, наблюдая за ней несчастной. Но никого не было и лишь только шум прибоя, ударяющегося о песчаный пляж, нарушал ночной покой. Пройдя вдоль берега, Лола пыталась найти хоть что-то из предметов собственного гардероба, но ничего у нее не получалось – и от досады Лола была готова топать ногами. Не может ведь она вернуться в имение в таком виде! Что скажет прислуга? Какие пойдут о ней слухи по округе после такого, и что тогда с ней сотворит ужасный Луис? Обо всем этом ей не хотелось даже думать, ведь выглядело все очень мрачно и не весело.
- Вот же черт! – чертыхнулась вслух Долорес и сразу же об этом пожалела. Кто-то таки был неподалеку, так что женщина лишь предприняла попытку прикрыться руками, хотя и не сразу заметила того, кто нарушил тишину своим смехом. «Неужели это можно считать смешным?!», - от стыда Лолита была готова провалиться под землю и даже подумывала вернуться в воду, лишь бы никто ее не узнал. Но, вновь таки, поздно убегать, когда к ней приближался племянничек Луиса.
Долорита даже не знала, почему стоит как вкопанная на месте и не шевелится. Почему позволяет обернуть себя полотенцем практически незнакомому ей мужчине? Ее сердце участило свой ритм, когда Лола ощутила, скользящее движение руки вдоль спины, не говоря уже об совершенно неуместных объятиях. Судорожно сглотнув, женщина лишь настороженно посмотрела на Агустина, совершенно не представляя себе, как повестись дальше. В подобной нелепой и недопустимой ситуации ей не доводилось еще бывать!
- Теперь мы в расчете, я думаю,- только и отвечает смущенная сеньора, указывая на полотенце, которое взялась придерживать обеими руками, дабы не предоставить больше возможности наблюдать никакой подобной картины этому мужчине.
Отстранится от мужчины, и зашагать в ускоренном темпе прочь из пляжа заставили последовавшие за тем слова сеньора Алькараса. Никто уже давно не говорил ей комплиментов, тем более в подобной ситуации. От Луиса вообще не дождешься ни единого доброго слова, единственное, что его интересовало – наследники, а еще собственные деньги, которые он продолжал копить, неизвестно только для кого. Возможно, ей стоило залепить Агустину пощечину? Не пристало ведь обнимать мужчине чужих жен, да и еще говорить им всякие комплименты – церковь запрещает и осуждает подобное поведение.
Добравшись до имения, Долорита быстро пробралась во внутрь дома, надеясь, что никто ее не заметил. Слуги, уставшие от работы, уже давно спали, когда их хозяйка вернулась. В первую же очередь Долорес оделась в ночную рубашку и уложилась в постель, словно опасаясь того, что кто-то может проверить, не ходила ли она на пляж одна ночью. Но пока она пыталась уснуть внутри нее нарастало праведное негодование, которое немного позже все же сместило чувство собственной вины – если бы только она не купалась одна, да и еще обнаженной … если бы позаботилась о своей одежде лучше, а не оставила в легко доступном для наступающих волн месте.
За завтраком Лоле было чертовски неловко находиться в обществе Агустина, и лишь отсутствие Луиса делало эту пытку хоть немного легче. В точности, как и детская непосредственность Лукаса, что расспрашивал свою тетю буквально обо всем. И как тут было не согласиться на просьбу мальчишки пойти вместе с ним к морю? Мысленно, женщина уже корила себя за то, что не смогла найти в себе сил отказать мальчишке, и не нашла себе никакого срочного занятия, когда пара карих глазок просила ее согласиться:
- Ну, пожалуйста, пожалуйста!...
- Если ты этого хочешь… - тихо отозвалась Долорес, покосив свой взгляд на отца маленького сорванца, что с самодовольным видом продолжал завтракать, и казалось, даже не помнил неловких событий вчерашней ночи. Что же, она также может играть в такую игру и сделать вид, что это была не она вовсе! Хотя те воспоминания и заставляли ее сердце вновь участить свой ритм…
- Извините. Я не хотела вам мешать и вторгаться в вашу компанию, Агустин, но не смогла отказать ребенку, - обращается к племяннику мужа,  как только стол покинул маленький озорник, дабы навестить шумных котят. – Вам достаточно только намекнуть, я оставлю вас наедине с сыном…

+1

6

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Утром следующего дня Агустина разбудил довольный сын, который по привычке бухнулся к отцу на кровать и треснул его подушкой, требуя срочно вставать и собираться на прогулку. Собственно говоря, бывший адвокат ничего не имел против, так что выполнил приказ Лучи так быстро как только мог - хорошее настроение маленького чертенка не могло не радовать, плюс к тому Алькарас вспомнил веселое событие вчерашнего вечера. Такое зрелище пожалуй не скоро позабудешь... и чего уж греха таить, Агустин был бы не против увидеть Лолу в таком виде еще раз - и наплевать на то, что думать о чужой жене для хорошего католика попросту недопустимо.
Собравшись, оба Алькараса пришли в столовую, где уже был накрыт стол к завтраку - и смотря на то как Лола краснеет под его взглядом, Агустин не мог не улыбнутся. Сеньора судя по всему никогда даже мысли не допускала чтобы последовать примеру Луиса и поискать себе веселых развлечений на стороне? А вот один блестящий, в недавнем прошлом юрист, совершенно не отказался бы от ночи со столь красивой женщиной... к тому же, предыдущую интрижку Агустину пришлось забросить из-за вспышки ревности со стороны Лукаса.
Итак, завтрак проходит вполне позитивно - и конечно же Лучи не упускает возможности попросить Долорес составить компанию на прогулке к морю. Естественно, она не может отказать ребенку в этой невинной просьбе... что не может не радовать Агустина, который уже начал подумывать о том, как бы уговорить Лолу прийти на небольшое свидание вечерком. Он уже успел понять, что дядя мало интересуется своей женой, когда бывает дома, да и она не пылает к нему страстью, так что вполне можно как бы случайно столкнутся вечером у моря. Надо бы все проделать так, чтобы Лукас снова не "застукал" своего отца - поэтому Агустин пойдет охотится на Долориту, когда уложит свое драгоценное чадо почивать.
-Пап, я сейчас приду! Только посмотрю как там мой котенок, ладно? -Лучи выскакивает из-за стола и убегает, ну а его отец не тратя зря времени, придвигает свой стул поближе к тому на котором сидит хозяйка дома.
-Извините. Я не хотела вам мешать и вторгаться в вашу компанию, Агустин, но не смогла отказать ребенку... Вам достаточно только намекнуть, я оставлю вас наедине с сыном…
-Давайте перейдем уже на "ты"? -улыбнулся Алькарас в ответ на слова Лолы. -Если вчера я был слишком фамильярным и чем-то обидел вас, то прошу прощения. Но все что я сказал - чистая правда... и я буду очень рад, если вы пойдете с нами.
Агустин не успевает узнать, что могла бы ответит Лола - именно в этот момент нелегкая принесла дядю Луиса, веселого и довольного, к тому же с отличнейшими новостями. Как оказалось, он собирался ехать в Малагу, как минимум недели на полторы - и это известие подняло и без того отличное настроение Алькараса на самую высшую отметку. Бывший адвокат согласно кивает всем ценным указаниям сеньора Веласкеса, мысленно желая лишь одного: чтобы старый хрыч уже сел в свою новую машину и катился уже ко всем чертям.
Попрощавшись с дядей и подождав его отъезда, Агустин, Лола и Лукас отправляются к морю... при этом Алькарас не может не заметить, что сеньоре Веласкес до сих пор как-то неловко и наверное надо бы себя одернуть и перестать уже раздевать ее взглядом. На пляже вся компания устраивается на песке и принимается за постройку большого замка - Лучи командует взрослыми и судя по всему отлично проводит время. Собственно говоря, о лучшем можно было даже и не мечтать... и Агустин очень рад тому, что его сын наконец-то перестал грустить и снова ведет себя как самый обычный счастливый ребенок. После того как замок построен, а Лукас успевает вдоволь побарахтаться в воде под отцовским присмотром, пожалуй можно вернутся к коварному плану соблазнения дядюшкиной супруги? Усадив сына на одеяле под зонтиком, старший Алькарас вручает ему захваченную из дома бутылочку с его любимым сладким чаем, после чего протягивает руку Лоле.
-Не хочешь поплавать? -вполне себе невинное предложение, на которое было бы странно ответить отказом, так что после того как Долорита поднимается на ноги, Агустин обращается уже к сынишке. -Лукас, посиди спокойно и подожди нас, хорошо? Мы только сплаваем до тех камней и сразу вернемся.
Лучи согласно кивает и, слава тебе господи, пока что и не думает злится... ну а Алькарас вместе с Лолой плывет к торчащим неподалеку нескольким серым камням - купаясь вчера в одиночестве, он обнаружил, что там есть небольшая отмель, так что куда удобнее будет поговорить именно там.
-Послушай, Долорита... давай встретимся сегодня вечером на берегу? Я никого ведь здесь еще не знаю... и не хочу сидеть один, когда сын уснет.., -произнося эту фразу, Агустин делает такой же просящий взгляд как и Лучи, когда уговаривал Лолу пойти на прогулку. -Ты только не говори сразу "нет"... я буду тебя ждать на том же месте, что и вчера.
Несколькими часами позже, все происходит так, как и планировал Агустин... до вечера, все свое внимание он отдавал только сыну, придумывая для него самые разные развлечения - можно было и почитать, и поиграть в прятки, благо дом был просто огромным и доделать воздушного змея, который почему-то отказывался летать. Когда довольный ребенок наконец сладко уснул, коварному испанцу осталось только смыться на берег и дождаться Лолу... и она все-таки пришла.
Теперь оставалось лишь усыпить ее бдительность и дождаться подходящего момента?
-Луис говорил, что ты раньше жила в Малаге.., -начинает разговор Алькарас, решив что самой лучшей темой для безобидной беседы, будет сама Долорита. -Твои родители живут там?
Болтая, они сидят на песке, расспрашивая друг друга о том, о сем - и конечно же Агустин тоже рассказывает сеньоре Веласкес о себе. О том как не знал, что делать с сынишкой, который был просто убит горем и о прочих неприятностях, что свалились после этого... ну а когда Лола поворачивается к хитрому испанцу, как раз и наступает тот самый благоприятный момент, когда можно попытаться ее поцеловать. При этом, Алькарас готов был поклясться, что в какую-то минуту Долорите хотелось ему ответить (да и поцелуй пока что был всего лишь легким прикосновением губ, ничего такого), но она быстро одумалась и последовал вполне закономерный финал.
После смачной оплеухи, Агустин остался на берегу один, что называется, считать звезды. Однако, одно неудачное сражение вовсе не означает проигрыш в войне, к тому же кое-кто упрям как сам черт и теперь еще больше хочет заполучить желаемое. Пока что один-ноль, а что будет дальше - увидим?

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-08 00:21:29)

+1

7

Наверное, когда со всем присущим любой представительнице слабого пола интересом, Долорита вышла встречать, прибывшего к ее супругу племянника, то даже не могла предположить, что с тех самых пор в ее размеренной и скучной жизни произойдут перемены. Теперь, похоже, в ее будни ворвался не только радостный смех ребенка и иллюзия того, что она может позаботиться хоть немного о маленьком ребенке, но и коварный сеньор Алькарас, совладать с которым будет крайне не просто. Или лучше было бы сказать – с собой? От одного воспоминания о вчерашних столь ненавязчиво аккуратных и нежных объятиях, когда сеньор придвигается ближе к ней, по коже начинают бегать мурашки. Женщине не хотелось бы выдавать себя как-либо, да и собиралась облегчить душу, ответив как-то небрежно и прохладно на слова Агустина, но не успевает, поскольку в столовую врывается Луис и сообщает о том, что дела отнимают его на какое-то время. Честно говоря, Долорес было плевать – как долго будет отсутствовать ее муж дома, ибо давно ее не заботили его дела. Главным было соблюдать правилам приличия и демонстрировать своим гостям примерную жизнь добропорядочного испанского семейства.
То ли супруги забыли о своей искусной игре на публику, все же у них были посторонние  в гостях (временно или нет, не важно), то ли решили сразу отбросить маски, но никаких прощаний так и не состоялось. С полным равнодушия взглядом Долорес проводила Луиса, что так бы и не зашел, если он не был бы уверен в том, что в доме застанет Агустина. Что же… ко всему и даже этому можно привыкнуть, и как только дверь за хозяином имения закрывается, свой завтрак Лола считает законченным.
- Мерседес, можешь убрать со стола, когда сеньор Алькарас закончит. Я так полагаю, что сеньор Веласкес не голоден и торопится, - только и произносит Долорес, поднимаясь из-за стола. Сразу же женщина направляется на кухню, чтобы распорядиться на счет перекуски для них у моря. Она просит кухарку упаковать немного закусок и обязательно чего-то попить и сложить все это в небольшую корзину, и только после этого поднимается к себе в комнату, где никто не тревожит ее, пока Долорес переоденется в годное дл пляжа платье.
Ничто не напоминало на пляже о том, что случилось там при лунном свете накануне. Ничто, кроме памяти Долориты, которая быстро осмотрелась и лишь сильнее вцепилась в свой зонтик, который должен был ее спрятать от жарких лучшей солнца и любопытных глаз Агустина, который изредка посматривал в ее сторону.  И … черт его подери, ей чертовски не нравился этот взгляд. Хотя, правильней было бы сказать, ей чертовски не хотелось, чтобы он на нее так смотрел, поскольку это было далеко от грани приличия… желать, чтобы на тебя так смотрели. Но могла ли запретить? Возможно, но не стала.
Как только они пришли на пляж и устроились на теплом песке, Долорес ощутила себя несколько неловко, хотя и во всей этой ситуации не было ничего … ТАКОГО. Они просто пришли, чтобы повеселить малыша Лукаса, у которого пока больше не с кем было поиграть. Сеньора наблюдала с пляжа за тем, как мальчишка барахтался в теплых морских волнах, прыгал и смеялся. Он казался очень живым и жизнерадостным мальчишкой, и был так не похож на того тихого ребенка, которого увидела в нем вчера. Что же, свежий воздух и море способны заставить улыбнуть буквально любого, не говоря уже о маленьком мальчишке, который только выйдя с моря пожелал строить замок.
Изредка Лола поглядывала и в сторону Агустина, пока его внимательный взгляд был направлен на сына. Он был весьма привлекательным мужчиной, с какой стороны на него не посмотреть. А то, с какой любовью и нежностью он поглядывал за своим сыном – уж тут было трудно не воздержаться от далеко не застенчивой улыбки, адресованной именно этому виду, что открывался перед ее глазами. Когда Лукас наконец-то надурачился в воде и Агустин повел сына туда, где их уже ждала Долорес, женщина попыталась придать свому поведению более беззаботности и обыденности, словно для нее это не в новинку, такие вот походы на пляж с родственниками супруга. Пускай и вдовцами. Но надо сказать, что Лолите получилось забыть об инциденте предшествующему этому дню и хорошо провести время в компании обеих Алькарасов, вплоть до того момента, когда мужчина не предложил им немного поплавать.
Изначально Лола хотела отказаться – после того, как мужчина видел ее в непристойном виде ночью на этом пляже, женщине не хотелось, чтобы он вздумал воспользоваться ситуацией или чем-то еще… В любом случае, он не выглядел на того, кому стоило бы доверять. Или все же она поспешила с выводами? Как бы там ни было, но Долорес быстро поднялась и последовала за мужчиной в воду. Пока Лукас купался, женщина успела снять с себя свое платье, под которым прятался весьма скромный и несколько старомодный купальный костюм, который прикрывал буквально все. Сделанный из шерсти он быстро промокал, и в нем было не так удобно плавать, как нагишом, но все же … это было куда лучше того, чтобы отказать себе в удовольствии охладиться при помощи прохладной морской воды.
Когда ее ноги касаются отмели у камней, женщина в первую очередь бросает взгляд в сторону мальчика, который даже не обращает внимания на то, что происходит в воде. Он играет с замком, который они построили под его чутким руководством и про себя Лола тихо улыбается: - У тебя замечательный сын, - сама не знает, для чего это она сказала, но ей не хотелось молчать. Но, когда Агустин предлагает встретится вечером, женщина только смотрит на него своими большими карими глазами, не зная, что может на это ответить. Если Агустин так хочет поговорить, почему обязательно разговаривать при лунном свете, да и еще на пляже? Она далеко не так глупа и наивна, но взгляд, которым одаривает мужчина, заставляет ее допустить подобную возможность.
- Я подумаю над твоим предложением, - сглотнув, только и произносит сеньора, первой отправившись к берегу. Не могла сказать наверняка, что придет поговорить на пляж, но и не хотела отказывать. Хорошо это или плохо? Один только бог знает, так что дождавшись ужина, Лола еще раз вернулась в своих воспоминаниях к предыдущей ночи… Уже давно ей не делали таких комплиментов, не то чтобы смотрел на нее таким взглядом. Во-первых, в этой глуши было просто некому, а во-вторых, Луису было, кажется, давно плевать, как выглядит его супруга. Вопреки всему Долорес пришла на пляж, где ее уже ждал Агустин. Она устроилась рядом с ним на еще теплом песке и ни о чем, не подозревая, предалась беззаботной беседе.
- Да, я там жила и там мы с Луисом познакомились, - вообще, Долорите меньше всего хотелось вспоминать те причины, которые привели ее в этот брак, так что она сразу приступает к рассказу о своих родных. - В Малаге живет только мой отец и брат, у них есть своя лавка – давнее семейное дело, а сестра уехала из Малаги к его родственникам в Мадрид, как  только вышла замуж. Ее муж военный, - охотно начала отвечать на вопросы мужчины, а после и сама стала задавать подобные. Конечно, от Луиса ей было известно о том, что жена Агустина умерла вовремя эпидемии гриппа два года назад, если она не ошибалась, так что не стала расспрашивать у мужчины подробней о жене. Хотя… ей так и хотелось спросить о том, почему же тот так и не женится снова, зачем ему эта глушь – неужели он так сильно любит свою покойную жену?
Но от таких вопросов уберег ее сам мужчина, легонько коснувшись ее губ своими – вопиющее преступление против норм этикета и морали! Как он посмел наглец?! В шоке от происходящего, Лола тут же отвесила наглецу звонкую пощечину, как и подобало любой добропорядочной женщине. Может быть, стоило что-то еще сказать, чтобы устыдить мужчину за такое поведение, но не стала, надула губки и умчалась прочь, куда видели глаза. Опомнилась Лола, когда заперла за собой дверь в комнату, а ее сердце рвалось вон из груди. До сих пор она ощущала вкус губ Агустина, особенно, когда закрывала свои глаза. Давно ее никто не целовал, а что если все это вышло нечаянно? Найти оправдание доброму родственнику мужа оказалось не так уж и трудно. Но стоит ли таить греха в себе, если ей снова хотелось ощутить на себе прикосновения его губ?
С желаниями бывает трудно бороться, но Лола не попыталась остановить себя, когда вернулась на просторную веранду имения Луиса, где устроилась на одной из скамеек, что подпирали стены дома. Она не слышала, чтобы кто-то входил или выходил из дома, из чего сделала вывод, что сеньор Алькарас так и не вернулся из своей вечерней прогулки. Посидев так с полчаса, женщина уже сомневалась в том, правильно ли поступает, но именно тогда и вернулся мужчина, которого она одарила смачной оплеухой. Было уже зябко, и она сожалела, что не набросила на плечи хотя бы легкую шаль, но так и не отступила, не уцепилась за возможность вновь скрыться.
- Извини за… - начинает тихо, поднявшись из скамейки, на которой сидела до сей поры. Долорес прикасается к тому месту щеки, куда пришелся удар ее руки, а после быстро опускает ее. Все выглядело так глупо, и если только кто-нибудь их вот так увидит… Правильным было бы только уйти, что и пытается сделать Веласкес, быстро развернувшись к мужчине и направившись в сторону входной двери.

+1

8

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
После того как Лола сбежала, Агустин завалился на песок, смотря в бездонное звездное небо и вспоминая о вчерашнем вечере... было так чертовски приятно представить себе, что сеньора Веласкес могла бы ответить на его объятия, забыв обо всем на свете. Нехорошо думать о чужой супруге, тем более что она принадлежит родному дяде - но черт возьми, она совершенно не заслуживает такого отношения с его стороны... Все эти любовницы, совершенное безразличие к ней и постоянные укоры относительно наследников, которых так и не появилось. Возможно, жизнь Лолы была бы куда радостнее, будь у нее ребенок - но детей не следует заводить от человека, к которому ничего не испытываешь и может быть именно поэтому, дядя и оставался бездетным столько лет?
Как бы то ни было... Агустин всерьез потерял голову и уже не мог не думать о Долорите. Плевать на то что это совершенно недопустимо и греховно, как по светским, так и по церковным законам... но такая женщина как Лола заслуживает настоящей любви, а не старого хрыча (как бы хорошо Алькарас не относился к Луису... но назовем вещи своими именами) под боком.
-Получил за дело.., -усмехнулся своим мыслям Агустин, усевшись на песке и вытащив из кармана часы на цепочке - пора было уже возвращаться в имение, Лучи мог проснуться и начать искать своего непутевого папашу. Поднявшись на ноги, испанец потер ладонью свою побитую щеку и направился к дому... и конечно же, он даже и не подумал о том, что надо бы прекратить подкатывать к дядюшкиной жене. Наоборот, после этой пощечины на пляже, все становилось еще интереснее - ведь награда, которую трудно добыть, в сто раз слаще той, что достается без какого-либо труда.
Когда Алькарас подошел к дому, его окна уже давно погасли и значит вся прислуга отправилась спать, чтобы с утра, с новыми силами приступить к выполнению своих обязанностей. Достав сигарету, бывший адвокат решил было перекурить, прежде чем зайдет в дом... но тут он замечает Долориту, которая судя по всему решила дождаться его на веранде. От неожиданности, Агустин уронил сигарету в мокрую от вечерней росы траву и сделал несколько шагов навстречу Лоле - прикосновение ее руки к его щеке длится всего лишь пару секунд... а затем сеньора вновь решает спастись бегством, видимо решив, что извиняться было не самой лучшей идеей.
-Долорита... не уходи.., -он успевает схватить Лолу за руку и не дать ей сбежать, притянув ее ближе к себе. К черту старого хрыча и вообще все на свете... и уже даже не задумываясь о последствиях, Агустин жадно целует Долорес, не собираясь так просто ее отпустить. Она могла бы снова ударить его или даже позвать кого-то из прислуги, чтобы прекратить все это... но ничего подобного не происходит. Получая ответные поцелуи, от которых по телу проходит сладкая дрожь предвкушения, Алькарас не тратя времени зря, прижимает Лолу к стене дома и избавив от ненужного в данный момент белья, начинает неторопливо-плавные движения...
Вообще, все произошедшее, иначе как сладким безумием не назовешь... не самое романтичное место для занятий любовью, плюс еще риск быть обнаруженными - ведь существовала вероятность, что кому-то из прислуги могло понадобится зачем-нибудь выйти из дома. Однако, именно в этот вечер двоим грешникам повезло и после финала, Агустин неохотно отстраняется от Долорес, наконец позволив ей нормально встать обоими ногами на веранду и привести себя в порядок.
-Лола..? -тихо произносит испанец, немного отдышавшись и снова делает попытку обнять Долориту... но тут замечает в ее глазах то же напуганное выражение, которое было на пляже, перед тем как она залепила ему по физиономии. Она ловко уходит от его объятий и снова сбегает - неужели это та же самая женщина, что еще несколько минут назад, более чем дала понять, что желает Агустина ничуть не меньше чем он ее? Алькарасу приходится вернутся к себе и надеяться, что он ничего не испортил, устроив эту спонтанную близость. Однако, теперь в любом случае, ему ничего не остается, кроме как ждать наступления нового дня, чтобы расставить все точки над "и"...
Наступившим утром, Агустину и Лучи пришлось завтракать в гордом одиночестве - одна из горничных извинилась за хозяйку дома, сказав что той нездоровится. Алькарас в ответ на это лишь вздохнул, а вот его сын по-настоящему расстроился... мальчик ожидал, что снова проведет еще один отличный день вместе с отцом и Долоритой. А что если она серьезно заболела?? Не слушая Агустина, насчет того, что якобы все хорошо, Лукас помчался к спальне Лолы и ему она просто не смогла не открыть дверь.
-Ты ведь не заболела??? -испуганно спросил Лучи, крепко обняв Долориту и буквально вцепившись в нее. -Пожалуйста... только не болей...

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-10 17:11:53)

+1

9

На этот раз вновь сбежать Долрес не получилось, и ей пришлось осознать, что у нее нет ни желания противиться прикосновению руки Агустина, что легко вернула ее в расположение мужчины, ни отстраняться от последующего поцелуя, на который внезапно для себя самой с готовностью ответила. Вместо того, чтобы, как и подобает добропорядочной католичке и замужней женщине завопить на помощь и поднять на ноги мало не весь дом, устыдить наглого мужчину хоть каким-то словом или движением, ну или попытаться хоть как-то противиться столь захватывающему действию, Долорес только попрощалась с остатками реальности, что взывала к ее совести. Было трудно думать о совести, порядочности и тем, что могут подумать люди о ней, если узнают, когда Агустин находился так близко, а его дыхание щекотало щеку и шею.
Сладкое безумие, безрассудство и помешательство… Как бы не называть происходящее между ними, все равно по утру все растает, словно утренняя роса под солнцем. Но соблазн ощутить на себе прикосновения мужчины, осознать факт своей желанности и привлекательности был настолько велик, что ему Лола не стала противиться. Ощутив за спиной стену дома, что стоял здесь не один десяток лет и молчаливо наблюдал и переживал со всеми своими жильцами их маленькие радости и трагедии, молодая сеньора поняла, что ее ловушка захлопнулась и отступать ей больше некуда. Но зачем отступать, да и зачем убегала из пляжа – это все уже было без разницы.
До боли приятной оказалась близость, которую допустила Лола. Но как только ее ноги вновь коснулись земли, и она попыталась выровнять свое дыхание, пришло понимание своего проступка… Никогда она не думала, что сможет опуститься к кому-то из тех легкодоступных женщин, на которых в приличном обществе не принято даже смотреть, не то что обсуждать. И никогда не думала, что будет также, как и ее дражайший муженек забывать о данных однажды в церкви клятвах. Для нее они не были пустым звуком. К тому же, это была единственная вещь, которой могла в пылу ссоры укорить Луиса. Но какая теперь разница между ними? Оба они прелюбодействовали, оба нарушили данные клятвы, хотя … разве они когда-нибудь были правдивыми и чистосердечными? Все скорей было похоже на сделку «куплю-продам» между Луисом и отцом. Вместо долгов он быстро избавлялся от старшей дочери и мог спокойно продолжать свою жизнь, на которую зарабатывал тем, что продавал в своей лавке. А что из этого всего получила Долорита?
Вывод просился сам и давно был известен молодой сеньоре, которая уже не могла скрыть откровенного страха за свое шаткое положение в этом жестоком и таком не справедливом мире. Стыд за свою доступность и податливость быстро оттеснил полученное удовольствие от близости с Агустином, который, словно бы почувствовав перемену настроения своей внезапной любовницы, тут же обратился к ней по имени.
Мужчина вновь попытался сократить между ними и так неприлично маленькую дистанцию, но этого уже Долорес не позволила ему. Взамен лишь испугано посмотрела на него и теперь таки поспешила скрыться в темноте дома, где все его жильцы продолжали мирно спать. Одной только сеньоре Веласкес не спалось. Женщина никак не могла выбросить из головы то, что случилось. И никак не могла примириться с тем, как ей было хорошо с ним. Ведь чувствовала себя так, как никогда красивой и желанной, а не свиноматкой, долг которой выносить наследников от старого развратного мужчины. Пока Лола вертелась в своей кровати из стороны в сторону, так сбежала не одна минута и не один час – и, осознав, что, по всей видимости, забыть или выкинуть из головы то, что не должно было случиться, не получится, наконец-то уснула.
Выйти к завтраку у Долорес не хватило смелости и желания. Она только поймала одну служанку, что проходила мимо ее комнаты в коридоре и попросила ее извиниться перед сеньором Алькарасом и его сыном, а также принести ей завтрак в комнату. Не заподозрив  ничего странного, прислуга выполнила все так, как и требовала от нее сеньора, только никто не мог ожидать того, что маленький Лукас так расстроится и тут же помчится к доброй сеньоре – и не открыть маленькому Лучи Лола не смогла.
В первые две минуты, когда маленький мальчик, вцепившись цепкими объятиями в нее, Долорес беспомощно осмотрелась по сторонам. Кого она не желала или все-таки хотела увидеть, женщина конечно же знала. Ожидала где-то заметить его отца – но, похоже, мужчина все еще завтракал и не торопился вторгаться в комнату сеньоры Веласкес при свете дня. Пока все же на горизонте было чисто, Долорита только присела напротив своего маленького друга, с которым так быстро сумела подружиться:
- Ну, же… все в порядке. Я не заболела, просто… плохо спалось мне ночью, - женщина постаралась улыбнуться ребенку и даже приласкала его, а когда подняла глаза, то заприметила на безопасном расстоянии Агустина. Тут же Долорита и вспомнила с досадой, что не была одетой, как того требует приличе, а сеньор… только и пользуется ситуацией. Снова. - Ты уже позавтракал, малыш? – стараясь не замечать сеньора Алькараса, женщина обратилась только к его сыну, который тут же кивнул. – Давай, ты меня подождешь на улице – посмотрим, как там твои котята, ладно?
Оказавшись вновь наедине в своей комнате, Долорес прикрыла обеими руками лицо – как ей пережить этот по истине длинный день? Все было известно одному лишь только богу, который находился сегодня где-то очень далеко отсюда. Сегодня Долорес выбрала одно из своих самых скромных платьев из обычной ткани. Это платье не должно было давать никому никаких намеков и скрывать буквально все, за что только мог зацепиться взгляд мужчины. И, как на зло, Долорес совсем забыла о том, что еще в начале недели должна была выйти в город, чтобы сделать кое-какие покупки – купить некоторые продукты, пару лент и ткани на новое платье. Об этом ей напомнила одна из служанок, которой также зависело на этой поездке – ей Долорес обещала отвести на почту письмо родным.
- Как твои котята? – интересуется Долорита у мальчишки, который нагнулся над корзиной с котятами. Уже за несколько дней, что он живет здесь, а котята так быстро выросли! Они уже даже успели подраться между собой и теперь мирно спали, пока их мама отошла поесть на кухню, где всегда для нее находилось молоко или еще что-то вкусное.
- Они все спят уже. А мой только один, вот этот – тычет маленьким пальчиком в разномастного котенка, что в скором будущем обещал быть очень большим и пушистым.
- Хороший выбор, - только и похвалила Долорес, не зная, как и сказать маленькому озорнику о том, что не сможет она с ним погулять, как бы ему того не хотелось. Не хотела она гулять, пока его отец был где-то рядом, да и еще вынуждена была ехать по делам… - Извини, Лучи, но мне не получится с тобой погулять сегодня – мне нужно ехать в город. Скажи, тебе что-нибудь оттуда привести? – на подобный вопрос ребенок всегда реагирует непредсказуемо. Оставив в покое спящих котят, мальчик тут же просится в поездку – ведь в городе уже побывал его отец, а теперь туда едет и Лола. К тому же, он совсем не успел рассмотреть городишко, пока дулся на своего папу…
- Можно я поеду, ну можно?! – к этому семейному и коронному взгляду семейства Алькарас, видимо Долорес испытывала некую слабость. Иначе, как еще объяснить то, как быстро она сдалась?
- Ладно, иди, спроси разрешения у своего отца… - и ведь надеялась, но знала точно, что никто одного Лукаса с ней не отпустит и уже спустя какое-то время трое садились в добротное авто (первое приобретение сеньора Веласкеса) и уже отправлялись в Марбелью.

+1

10

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Отлично позавтракав, Алькарас-старший встал из-за стола и направился на поиски своего озорного чада - и гадать не надо, что Лучи помчался к Лоле, испугавшись за нее... такие слова как "болею" и "плохо себя чувствую" уже давно вызывают у мальчишки весьма неприятные ассоциации... Агустин выждал несколько минут, прежде чем заглянуть в спальню Лолы, где и нашел Лукаса - тот вцепился в нее так, словно боялся, что она вот-вот исчезнет. Однако, именно в тот момент, испанец не стал заходить в комнату, решив что для разговора о вчерашнем приключении на веранде еще будет время. Собственно говоря, удача всегда благоволит тому кто умеет ждать, так что примерно полчаса спустя, Лукас примчался в гостевую комнату, где его разместили с отцом, веселый и довольный и запрыгнув на кровать к Агустину, попросил разрешения поехать в город вместе с Долоритой.
-...она едет что-то купить и я хочу поехать... можно, пап??
У бывшего адвоката не было причин отказывать любимому чертенку в этой просьбе, тем более что это был отличный повод снова встретится с Лолой. К тому же совершенно незачем было ходить по городу пешком, когда дядина новенькая машина прохлаждалась в гараже - уезжая, Луис разрешил своему племяннику пользоваться ею. В результате, на прогулку в город отправились со всем комфортом, если не считать того, что Долорес старалась даже не встречаться взглядом со старшим Алькарасом и уселась на заднем сиденье, рядом с Лучи. Когда Агустин обратился к ней, насчет того куда ему ехать в первую очередь, она ответила максимально коротко и сухо, по всей видимости решив выкинуть из головы вчерашнее приятное времяпровождение...
Но как бы не так? Если Лолита решила соблюдать все приличия, то Алькарас наоборот не хочет отказываться от того сладкого безумия, которым они занимались наедине, наплевав абсолютно на все. Пока что сеньора Веласкес явно чувствует себя в безопасности, но она еще не знает насколько упрям ее любовник, тем более что он намерен продолжать в том же духе, что и накануне вечером.
А еще... Агустин был просто уверен, что и Лоле хочется продолжения, но она наверняка успела уже убедить себя, что не следует этого делать. Однако, если женщина говорит "нет" это еще не значит, что ее нельзя переубедить?
Купив все что было нужно, Алькарас, Лучи и Лола устроились за столиком небольшого летнего ресторанчика, чтобы немного перевести дух - день был чертовски жарким. Лукас отпросился сбегать за мороженым, пока взрослые заказали по стакану ледяной минералки... и пока мальчишки не было рядом, Агустин не стал долго раздумывать и взял Долорес за руку. Конечно же, она постаралась тут же убрать свою ладонь, чего никто не собирался ей позволять: Алькарас сжал пальцы и решил что необходимый для разговора момент наконец наступил.
-Лола... посмотри на меня? Пожалуйста.., -сеньора Веласкес сделала вид, что не расслышала этих слов, продолжая смотреть в ту сторону, куда убежал за мороженым Лучи. Похоже она решила, что если будет игнорировать чрезмерно пылкого испанца, то избавится от его... как бы сказать-то поприличнее? - домогательств? -Ладно... но я все равно скажу то что хотел. Я не жалею о том, что было вчера и нам было хорошо вместе... ты очень нравишься мне и даже более того. Прошу тебя... не веди себя так, словно ничего не было...
Увы, но Лучи возвращается даже слишком быстро, не позволяя своему отцу продолжить разговор, а Лолу избавив от необходимости отвечать. До возвращения на виллу, Долорита снова вежливо-сухо говорит с Агустином, если есть необходимость отвечать ему... и судя по всему считает себя виноватой в том что случилось вчера после разговора на пляже? Но почему, черт возьми, она должна хранить верность старому развратнику, которому на нее совершенно наплевать?? Ее продали Луису, для того чтобы решить проблемы с деньгами... и Алькарас очень сомневается в том, что его дядя женился на Лоле из-за каких-либо пылких чувств. Она нужна ему лишь для того чтобы родить ребенка и не более того - и разве для этого должны заключатся настоящие браки?
Долорита играла вежливо-холодную сеньору до самого ужина, а затем ушла к себе, пожелав Агустину и Лучи спокойной ночи. Мальчишка немного расстроился, когда понял, что Долорита не почитает ему и не посидит рядом, пока он не начнет засыпать... так что все это пришлось проделать его отцу. Когда Лукас наконец-то начал дремать, Алькарас решил ненадолго выйти покурить - и уже спускаясь со второго этажа виллы, заметил Лолу, которая наверняка снова собралась пойти на свой любимый пляж. Свет в доме уже не горел, так что сеньора Веласкес была уверена, что ее никто не заметит... ну а Агустин и думать забыл про свои сигареты и потихоньку направился следом за Лолой - и сегодня он постарается не выдать себя, чтобы снова оказаться в выигрыше.
Итак, все проходит почти по такому же сценарию, как и пару дней назад - только на этот раз совсем не шаловливые морские волны утаскивают легкое платье неосторожной сеньоры. После того как Лола заходит в воду, это быстро проделывает Алькарас, спрятав всю одежду прекрасной испанки в траве неподалеку (и не забыть бы куда именно?) - после этого, он усаживается на песок и с нетерпением ждет возвращения своей обнаженной Венеры из пены морской. Звучит немного пафосно, но зато правдиво, от первого и до последнего слова... и выражение лица Долориты, после того как она находит вместо своей одежды весьма довольного собой Агустина, просто не передать словами. Бедняжка явно не знала, что ей делать - то ли прикрыться, то ли вернутся в воду..?
-Я не отдам твое платье, пока ты не поговоришь со мной нормально, -тихо произносит Алькарас, с удовольствием наблюдая поистине прекрасное зрелище. И может быть он хотел бы поболтать еще... но желание снова прикоснутся к Лоле было сильнее - так что пока она собирается с мыслями (думает, не врезать ли ему??), Агустин приподнимается на коленях и проводит ладонями по ее бедрам. -Сегодня ты не убежишь от меня...
Он прикасается губами к животу Долориты, начиная потихоньку опускаться ниже... если она захочет его снова ударить, то пусть бьет - но никакая сила в мире не заставит хитрого испанца остановится.

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-14 03:10:30)

+1

11

Игнорировать человека, который то и дело вертится где-то рядом с тобой и пытается начать разговор, явно забавляясь твоим смущением, по известной только вам двоим причине, бывает не так-то и просто, как могло бы показаться в самом начале этой не хитрой, казалось бы, истории. Назвать интрижкой все то, что произошло накануне ночью, Долорес не решалась. По дороге в Марбелью, когда Лукас развлекал ее своими рассказами и расспросами, а его отец был занят тем, что следил за дорогой и вел автомобиль, Лола уже в десятый раз для себя все решила – завтра она пойдет на мессу и исповедается в содеянном грехе. Она забудет обо всем после мессы, словно это был лишь сон, что-то далекое, не реальное и, произошедшее с совершенно другими людьми, но не с ней и Агустином.
Каждый раз, когда только Агустин пытался начать с ней более-менее невинный разговор о чем-то обыденном, Долорита ограничивалась только коротким и конкретным ответом, что не предполагал продолжения разговора. «Знаю я, ваши эти невинные разговорчики…» - мысленно шипела в ответ, каждый раз, прежде чем резко повернуть голову в сторону, чтобы в который раз продемонстрировать свое нежелание разговаривать.
Достаточно быстро ей удалось избавиться от дел и сделать все необходимые покупки. Знала, что все это заняло куда больше времени, если бы только не Агустин со своим желанием помочь – каждый раз, когда мужчина решался как-то приблизиться к прилавку, где стояла Лола и выбирала, к примеру, ленты, словно летней грозе мужчина надвигался незаметно медленно.  Так что женщине приходилось забыть о том, что она так и не определилась между двумя видами лент одного цвета и выбрала совершенно то, что не хотела. Наконец, когда они устроились за одним из столиков в летнем кафе, чтобы передохнуть, Долорес с долей жалости наблюдала за тем, как Лукас отпрашивается у своего отца, чтобы пойти купить себе мороженного. Практически все время Долорес смотрела именно на мальчика, не желая вновь заглядывать в глаза его отца и смотреть в то лицо, которое еще накануне ночью во тьме покрывала короткими поцелуями.  Была уверенна, что изучила детально это лицо, и даже сейчас, не глядя на сеньора Алькараса, могла угадать, какое было выражение его лица в тот момент – наверняка, это был тот же взгляд, что и тогда, в море, когда они невинно плавали при дневном свете.
Но маленький Лучи очень быстро спас тетю Лолу от ненужного ответа его отцу. Ну, а что еще могла она ответить этому мужчине, если он так и не понял по всем этим красноречивым намекам, которые оставляла ему на протяжении всего дня? И если мужчина не жалел о содеянном, то Долорес очень сожалела, что так легко дала к себе прикоснуться. И теперь, целый день ей из головы не вылетали все эти приятные воспоминания, которых и не должно было быть.
Пожелав доброй ночи Агустину и Лукасу после ужина, Долорес отправилась в свою комнату, где отсиделась до тех пор, пока свет потихоньку не угас по всему дому, и не воцарилась иллюзия тишины и покоя, которую нарушало лишь журчание насекомых в ближайших кустах. Сеньора Веласкес не стала изменять своей привычке этой ночью, уверенна в том, что на этот раз в ее ночное купание никто не вмешается. Осторожно открыв дверь, а потом, также тихо прикрыв ее за собой, женщина тихо, словно преступник какой-то спустилась вниз, минуя те скрипучие доски в полу,  о которых помнила. Никогда так тихо не ходила, даже когда дома был Луис, а сейчас, кого ей было бояться? Трудно объяснить все вслух, но без того знала ответ. Не было похоже на то, чтобы сеньор Алькарас понял и принял ее тонкие намеки. Да и не был похож на того мужчину, от которого так просто избавиться.
Оказавшись на пляже, женщина быстро избавилась от одежды. На этот раз, женщина позаботилась о том, чтобы никакие волны не коснулись ее платья и не унесли его прочь в море, и только после этого погрузилась в еще теплые морские волны с головой. Пыталась там отмыть свой грех, но где там – мысли, воспоминания и даже соленая вода не допускали ничего подобного. Лола не собиралась долго купаться, так что не слишком долго наслаждалась той легкостью и умиротворением, которое дарила ей вода обычно. И выйдя на берег, мгновенно замерла, поскольку даже не знала, куда ей деться. Словно какое-то дежавью, правда! На том месте, где она оставила платье и белье, уже сидел и самодовольно ухмылялся Агустин.
Первой мыслью Долорес было – сбежать. Она осмотрелась на море, и поняла, что не сможет все время прятаться в воде, ведь рано или поздно ей придется вернуться в имение. Ну, а вторая заставила ее с полным сарказма голосом обратиться  к нахалу: - Значит, и в первый раз это было твоих рук дело?! – в ее интонации можно было прочитать даже горечь, горечь от того, что знала – никто ее не спасет от него, от ее самой. - Нельзя разговаривать в таком виде, какие тогда будут разговоры? - пыталась возмутиться Долорес, в то же время, прикрывая руками все самые сокровенные места своего тела. – Верни мне платье, - нервно настояла Лола, но взамен, мужчина только прикоснулся к еще влажному животу, щекоча его своим дыханием.
- Это все не правильно… Так нельзя, - говорила она, прежде чем поддаться снова тому безумию, в котором утонули они оба. Снова и снова она пыталась себя одернуть, когда ее пальцы зарылись в волосах мужчины, а после начали помогать и ему избавиться от одежды. Вчера все произошло непозволительно быстро, так что сейчас у женщины было достаточно времени для того, чтобы изучить своего любовника и насладиться его прикосновениями. Ей хотелось сделать по совести и правильно, но что поделать, когда запретные правилами приличия и нормами общественной морали бывают столь сладкими?
- Пойдем в дом, не хочу на мессе выглядеть так, словно я только что с пляжа, - предложила Лола своему любовнику, и даже не пыталась его остановить, когда тот переступил порог ее комнаты, а все безумие началось с новой силой.
На мессу они едва не опоздали. Долорита отыскала в своем гардеробе крайне скромное платье и то и дело не могла решиться поднять взгляд от пола – все ее планы избавиться от греха не увенчались успехом, а в результате, она еще больше в него влезла. Словно болото оно затягивало – как и говорил падре во время своей долгой и поучительной проповеди, а когда Лола подвела взгляд и повернула его в сторону. Тут же встретилась взглядом с Агустином, от чего ей вспомнилось каждое мгновение не только от вчерашних грехов, но также вспомнились и сравнительно невинные грешки предыдущего дня.
После мессы, как и обычно, пришлось пообщаться с почтенными дамами Марбельи, с которыми обычно и беседовала Долорес. Но сегодня женщина не имела никакого настроения хоть как-то поддерживать разговор. Женщина представила почтенным сеньорам Агустина и его сына, а после очень обрадовалась, когда мальчик сообщил громко и четко, что устал и жаждет поскорей оказаться дома и покушать.
- Долорита, а сеньор уже давно вдовствует? – прежде чем Долорес присоединится к Агустину и Лукасу в машине, ее решает расспросить одна почтенная сеньора Гарсия, что живет в противоположном конце Марбельи.
- Где-то года два, а то и больше – я не помню уже, - честно созналась Долорес почтенной старухе.
- Может быть, ты бы нас с дочкой пригласила к себе на следующее воскресенье? Сеньор очень милый и наверняка ищет себе новую жену, а мне так нужно выдать поскорее дочь замуж. Сама знаешь, хорошей кандидатуры тут не так просто найти, - на эту вполне, казалось бы, невинную просьбу Долорес как-то слишком сильно разозлилась. Хотя и попыталась скрыть тот факт, что она ее возмутила и задела за очень свежее и живое – не хотела никого с ним знакомить. Плохо это, ну и пусть!
- Я посмотрю, что могу сделать и напишу вам письмо, - вежливо улыбнувшись сеньоре, Лола тут же поспешила к Агустину и Лукасу, на этот раз присев рядом со своим любовником спереди, хотя и не спешила начинать новый разговор.

+1

12

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Как гласит известная поговорка - следует послушать женщину и сделать наоборот. Однако, в пикантной ситуации на пляже, сама Лола сделала наперекор собственным же словам - хотя и не без помощи одного талантливого во всех отношениях юриста из столицы.
-Это все неправильно... Так нельзя.., -почти умоляет Агустина Долорита и в то же время послушно подчиняется его рукам, начиная новый раунд их совместного сладкого безумия. Алькарас естественно и не думает сопротивляться, когда его возлюбленная раздевает его... на этот раз он может позволить себе не торопится, так что новая близость становится еще ярче и конечно же приятнее для обоих.
-Пойдем в дом, не хочу на мессе выглядеть так, словно я только что с пляжа, -предлагает Лола, судя по всему успев войти во вкус - и нетрудно догадаться, что Агустин не спорит, позволив своей пассии ненадолго одеть недавно припрятанное им платье. Одетой Долорита остается ровно столько времени, сколько нужно чтобы дойти от пляжа до имения и потом подняться в спальню хозяйки дома. Заперев дверь, Алькарас не тратя времени даром, раздевает Лолу и снова позволяет себе забыться в ее объятиях... а наутро его будят и буквально приказывают собираться идти в церковь - сначала Агустин пытается поворчать на тему того, что делать там совершенно незачем... но все-таки сдается и послушно идет собираться. Кстати говоря, Лучи в эту самую ночь спокойно спал в гостевой комнате до самого утра и по счастью ему не понадобилось зачем-либо искать своего непутевого папашу.
Наконец одевшись и приведя себя и сына в порядок, Агустин готов сопровождать сеньору Веласкес на мессу, хотя с куда большим удовольствием поспал бы еще часика два после довольно-таки бурной ночи. Усевшись в церкви рядом с Долоритой, нацепив очки на нос и взяв молитвенник в руки как и все добропорядочные прихожане, бывший адвокат изо всех сил старался не уснуть пока падре бубнил со своей кафедры о различных добродетелях. Лола слушала его очень внимательно, а Алькарас еле удержался от соблазна потихоньку положить руку ей на колено - однако ее взгляд, мельком брошенный на него, удержал испанца от подобных проявлений чувств. К тому же и Лучи сидел рядом, еле сдерживая зевки, но из уважения к Лоле, тоже старался делать вид, что ему очень интересно.
После того как падре закончил говорить, Алькарас поздоровался со знакомыми Долорите дамами, которые наверняка теперь будут его обсуждать, буквально сразу как вернутся домой. Агустин решил подождать свою возлюбленную возле дядиной машины - а когда разговор Лолы со старыми перечницами слишком затянулся, подослал к ней Лучи, который прекрасно справился с заданием, заявив что очень устал и хочет кушать. Естественно, такое заявление Долорита не может проигнорировать, так что быстро возвращается к авто и на этот раз садится рядом с Агустином - очень удобный случай, чтобы по-быстрому чмокнуть ее в щечку, пока Лукас устраивается на заднем сиденье. И... если Лола думает, что после посещения святого храма кое-кто угомонится и задумается о своей грешной душе, то очень сильно ошибается... Алькарас принимается за свое, сразу как только вся компания возвращается на виллу.
-Пап, я сбегаю посмотрю как там мой котенок! -сообщает отцу Лучи, прежде чем умчаться проверить своего маленького любимца. Долорита тоже делает попытку покинуть авто, но вместо этого вновь оказывается в объятиях Агустина и "нарывается" на новый жадный поцелуй. В буквальном смысле вырваться из рук Алькараса сеньоре удается только после того как она просит его умерить свой пыл до наступления ночи... и конечно же, господин адвокат совершенно не собирался проводить ее за чтением скучных местных газет или разгадыванием кроссвордов.
Дальнейший день проходит достаточно весело и позитивно - Агустин и Лола вместе с Лучи снова гуляют у моря, так что у маленького сорванца больше нет причин дутся на своего отца. После ужина мальчишка вырубается, едва только его голова касается подушки, тогда как старшему Алькарасу совершенно точно не придется побывать в царстве Морфея... ну часа так три-четыре точно. Сеньора Веласкес делает слабую попытку вразумить своего любовника, когда он нагло заявляется на порог ее комнаты после того как прислуга отправляется спать - однако, можно даже и не думать чем в результате все заканчивается.
После очередной веселой ночи, наступает время идти на работу... чего Алькарасу конечно же не хочется, но надо, раз уж обещал дяде. Он еле-еле заставляет себя открыть глаза, когда Долорита будит его наутро: сонно целуя ее в ответ, Агустин конечно же не может не попросить ее позаботится о Лучи - ведь неизвестно сколько придется проторчать в конторе.
-Присмотри за ним пожалуйста, хорошая моя... только благодаря тебе он снова не начал грустить, как бывало раньше, -прежде чем вылезти из постели и начать собираться на работу, Алькарас крепко обнимает Лолу, притягивая ее ближе к себе. Было бы просто здорово, если старый хрыч задержался бы в Малаге дольше чем предупреждал... но в любом случае, Агустин не собирается прекращать встречи с Долоритой, даже когда его дядя вернется. Как оказалось, у старого развратника давно уже не возникало желания навестить спальню своей прелестной жены - и слава богу, что тут еще можно сказать? -Пойду... заставлю себя поработать.
Оказавшись в конторе и занявшись делами, Алькарас даже и предположить не мог, что зависнет там на целый день... однако, за последнее время накопилась чертова уйма неразобранных документов, а жмот-дядюшка видимо не хотел нанимать никого со стороны. Плюс еще некоторым арендаторам надо было помочь составить иски для страховой компании, после того как на их землях случались различные неприятности. За всеми этими делами, Агустин даже и не заметил как быстро промелькнул его первый рабочий день... и возвращаясь домой, он надеялся, что Лола и Лучи провели время куда веселее. Старый дом встретил испанца темными окнами, так что поднимаясь по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж, он был уверен, что и Долорита давным-давно уже спит... но заметив полоску света в коридоре, которая явно была приглашением зайти "на огонек", Агустин улыбнулся. Все в доме действительно давно уже видели десятый сон, а вот его прекрасная женщина ждала пока он вернется...
-Я чертовски скучал по тебе.., -только и успевает произнести испанец, прежде чем окажется в объятиях своей возлюбленной, отвечая на ее поцелуй. И начиная с этого самого момента весь мир может лететь ко всем чертям... да и чего он может стоить без нее?

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-14 18:36:16)

+1

13

И что такого сказала сеньора Гарсия? Кажется, это был всего лишь вежливый разговор после мессы между добропорядочными сеньорами… Хотя, в своих собственных глазах Долорита уже не раз себя  казнила и не считала себя такой, как прежде. Но, пока никто не знает о тех скандальных проступках, которые свершила молодая сеньора Веласкес, стало быть, можно расслабиться? За короткий поцелуй в щеку, Лола была готова влепить новую пощечину  наглому любовнику, что совсем потерял внимательность и осторожность – а что если их увидят? Ничего подобного Долорита не могла себе позволить, но сдержалась, поскольку подобное поведение еще насторожит бедного Лучи, которому и так было не просто до переезда.
По приезде домой ничего не меняется. Лукас снова быстро сбегает к своим котятам, едва автомобиль останавливается в гараже, где по счастью никого не оказывается, и оставляет Долорес наедине со своим отцом. Женщина не успевает скрыться так же скоро, как и ребенок, оказавшись вновь в плену губ настойчивого испанца, который и не думал сдерживать свой пыл. Или даже одуматься – они все же были в церкви, но не было похоже, чтобы поход на мессу справил хоть какое-то впечатление на Агустина, словно бы они вновь ездили в город за очередными покупками, а не молиться и просить бога простить им все грехи.
- Нет, так нельзя, Агустин, - панически пыталась образумить своего любовника. Хотя, она и знала, что если у нее совсем скоро не получится, вряд ли она станет продолжать в том же духе. – Что же люди скажут, что мы тут так долго делали? Нет, если тебе так неймется, приходи вечером, когда все будут спать, - шепотом обращается к мужчине, и при этих словах, к счастью, он ее отпускает, так что и женщина в ту же секунду забежала в дом, де уже накрывали на стол самый обычный праздничный завтрак, который бывает каждое воскресенье.
За завтраком почему-то Долорес от бесстыдства не умерла, наоборот поддерживала разговор с Лукасом и, конечно же, с Агустином. Конечно, ее еще беспокоило то, что кто-то мог заприметить какие-то изменения в поведении молодой госпожи, но все же расслабилась, поняв, что напрасно себя накручивает. День прошел отлично, и кто бы мог подумать, что проводить время с племянником Луиса и его сыном будет куда веселее, чем продолжение своих обычных серых будней, в которых хотя и был свет яркого солнца и голубое море, но не ощущалось Долоритой все так остро и приятно.
После ужина она снова нервничала. Уже жалела о том, что вновь подарила надежду и обещала что-то двухзначное сеньору Алькарасу, который еще до полночи тихо приоткрыл дверь в ее спальню. Сегодня прислуга не засиделась допоздна, что подарило куда больше времени для греховной близости. Хотя, Долорес и попыталась вновь образумить и себя, и своего любовника в том, что так поступать не хорошо.
- Может не стоит? – с надеждой спросила она у мужчины, который не был намерен давать задний ход тому, что стало разворачиваться между ними за те несколько несчастных дней. Долорес так и чувствовала, как она погружается в темную пропасть греха следом за своим любовником. Но что самое главное, этой ночью она уже не корила себя за грех, а лишь опасалась того, что их могут увидеть вместе и просто сопоставить факты.
Мало не впервые в жизни, проснувшись, едва рассвело в Марбелье, Лола не торопилась давать начало очередному дню, а лишь лениво наблюдала за спящим любовником, что даже во сне пытался ее обнять. Что-то новое в тот момент поселилось внутри Долорес – никто ранее ее так не обнимал. Да и что говорить, разве ей было так хорошо с Луисом, когда им еще приходилось задумываться о тех наследниках, которые так и не появились на свет? Аккуратно и нежно постаралась разбудить сеньора, чтобы тот успел покинуть ее покои до того, как прислуга начнет деловито бегать по дому и выйти не замеченным у сеньора не получится.
- Мог бы и не просить меня об этом еще раз, - хихикнула в ответ не столь на просьбу, сколь на объятия, что последовали вместе с ней. – Конечно я присмотрю за Лучи. Он хороший мальчик и заслуживает на счастье, - она напрочь игнорирует благодарность Агустина, считая, что ничего особенного для ребенка не сделала. Даже наоборот, обнаглела настолько, что впустила в свою постель его отца. И как она не сгорит со стыда? – Иди, только осторожно… не попадайся никому на глаза, - остерегает мужчину, хотя все еще нежится в постели после его ухода. Оказывается, грех бывает не только сладким, но и таким приятным, что отказать себе в этом будет крайне не просто…
Весь день Лола и маленький Лукас проводят вместе. Лола повела мальчика снова на море, где они построили еще один песчаный замок, прыгали в воде и ловили морские волны, и когда устав они оба устроились на берегу, очень осторожно Долорес поинтересовалась его прежней жизнью. Казалось бы, ей известна вся история со слов Луиса и того короткого разговора, что состоялся между ней и Агустином на этом пляже в ночь, когда он осмелился ее поцеловать. Но ничего нет хуже женского любопытства? Маленький доверчивый мальчик… он быстро рассказал обо всем Долорес, которой в пору было лишь опустить глаза и спрятаться куда подальше. Лукас не желал возле своего отца видеть никакую постороннюю женщину, а она… она оказалась слишком близкой к нему и теперь чувствовала снова на себе вину. Но не слишком долго. Вина закончилась вместе с днем, когда они оба поужинали, и женщина уложила мальчика в его кровати спать, в то время, когда сама дожидалась возвращения его отца. Нарочно приоткрыла дверь в спальню, надеясь заметить, когда он вернется, и сама не сразу увидела, когда он появился за пороге ее комнаты. Долорес только услышала, как сработал надежный замок на двери, что покрывал их грех.
С удовольствием целует мужчину, которому никогда не принадлежала и не должна была позволять все то, что уже случилось. И как говорится, к черту все? Бездна такая глубокая, а запретный плод так сладок, что они еще успеют получить свое удовольствие от жизни. В этот раз, ожидание сделало Лолу не терпеливой, так что женщина спешит избавить своего любовника от одежды, и лишь где-то в перерывах между порывами страсти рассказывает о том, как прошел день с Лукасом.
Указать ему сразу на дверь не смогла и не захотела, впервые дав себе возможность расслаблено и обессилено провалиться в сон, будучи в объятиях уже и не постороннего ей мужчины, а кого-то значительно ближе. Ей было непозволительно хорошо, и это должно было насторожить ее… но она уже сладко спала и просто не хотела думать обо всем том, что опускало ее на землю. Когда человек наконец-то получает хоть часть того счастья, которого у него никогда не было, он теряет голову… и похоже, ее потеряла и Долорес.
Резкий стук в дверь этим утром заставил молодую сеньору Веласкес проснуться. Это был очень робкий стук, за которым лишь минуту после последовало короткое сообщение о том, кто беспокоит хозяйку. Паника быстро накрыла Долорес мало не с головой, когда она резко поднялась и попыталась, как можно тише разбудить своего любовника. Приложила указательный палец к губам и прошипела – никакого лишнего звука, никто ведь не должен знать, что он был здесь. И что понадобилось Мерседес у нее в такую рань, Господи?!
- Прячься куда-нибудь, тебя не должны тут видеть! – это не просьба, а скорее указ, который женщина  оставляет бывшему успешному юристу. Уже пожалела о том, что позволила ему остаться на всю ночь у себя в постели, а не отправила к сыну. Видимо, эти сражения с совестью никогда не прекратяться?!

+1

14

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Примерно неделю спустя...

Агустин сидел в дядиной конторе в выходной день, чисто по доброте душевной - пришлось, после того как он помог нескольким арендаторам правильно составить документы для страховых компаний и не взял с них денег... все-таки люди они небогатые и большую часть того что имеют отдают Луису за пользование его землей. Теперь в контору словно не "зарастала" народная тропа... и как оказалось, местный стряпчий оказался тем еще сутягой и заламывал высокую цену за юридическую помощь. Алькарасу вполне хватало тех денег, что платил ему Луис, так что он в один день лишил орла юриспруденции из Марбельи его привычной клиентуры. Дядя ведь просил чтобы люди были довольны? Похоже Агустину удалось отлично выполнить его поручение и он уже успел даже немного устать от всех изъявлений благодарности от арендаторов.
-Благослови вас Господь, дон Агустин.., -произнес очередной посетитель и похоже что эта фраза стала неким девизом сегодняшнего субботнего дня? -Вы хороший человек... не то что сеньор Рейес, которому надо буквально за все платить. Даже чихнуть бесплатно в его конторе и то нельзя...
-Не стоит благодарности, сеньор Моралес, -улыбнулся Алькарас, поднявшись из-за стола и пожав на прощание руку старику фермеру. -Мой дядя для того и взял меня к себе на работу, чтобы никто не смел обдирать людей, что работают на него. Если что-то еще понадобится - заходите без стеснения.
Этакий альтруизм и человеколюбие в высшей степени их проявления? Если бы старик знал, что его благодетель весь свой незапланированный трудовой день думал о супруге своего дяди, а вовсе не о пользе для общества, то наверняка очень бы удивился... Ну а Агустину было по сути наплевать на то что о нем могли подумать - дядя похоже погрузился в пучину развлечений в Малаге, а Лола... что тут можно сказать? Похоже что ей начало нравится грешить без оглядки, так что почти все ночи в отсутствие своего муженька она провела в объятиях Алькараса, чему тот естественно не противился и не собирался прекращать это сладкое безумие.
Итак, закончив со всеми делами, герой субботнего дня возвращается в имение, где его встречает Лучи... но кажется мальчик чем-то расстроен, так что Агустин поначалу даже испугался, увидев расстроенное выражение лица своего сына.
-Что случилось? -Алькарас присаживается на скамейку в саду, поставив Лукаса перед собой и желая узнать в чем дело, здесь и сейчас. -Сынок??
-Дедушка приехал сегодня... и из-за него Лоли не пошла со мной гулять.., -обиженно пожаловался отцу маленький озорник. -Он сказал чтобы я сам шел играть... а я не хочу без нее....
Я пожалуй могу сказать тоже самое.., -подумалось Агустину и он направился в дом, чертыхнувшись на старого хрыча, которому вздумалось неожиданно нагрянуть домой. Неужели он успел наскучить своим любовницам в Малаге? Или, не приведи Господь, у него просто закончились деньги? Последняя мысль мало не заставила Алькараса фыркнуть от смеха, когда он вместе с Лукасом пришел в столовую, где прислуга уже накрывала стол к ужину. Луис, весьма довольный собой, что-то рассказывал Долорите и увидев племянника, радушно пожал ему руку.
-Я уже наслышан о том как хорошо идут дела в конторе... что же - я в тебе нисколько не сомневался, дружище. Вот что я придумал... а что если нам завтра устроить небольшой прием и позвать гостей? Уверен, что мои друзья будут рады познакомится с тобой, Агустин - правда ведь, моя дорогая? -произнеся последнюю фразу елейным голосом, дядюшка накрыл ладонь Долорес своей... и от этого Алькарасу стало немного не по себе. Лучи по счастью был занят своей тарелкой и по сторонам не глазел, а вот живое воображение его непутевого отца тут же нарисовало картину того, что будет дальше: сейчас они все поедят и мило разойдутся по своим комнатам. Вот только Лолы сегодня Агустину не видать... и представив, что ей придется пустить в свою спальню дядю, который был уже изрядно навеселе, бывший адвокат понял, что у него окончательно пропал аппетит.
-Как скажешь, дядя... праздник так праздник.., -как-то механически произнес Агустин и когда Луис поднялся наконец из-за стола, его самые худшие опасения начали сбываться... потому как старый развратник, пожелав племяннику и внуку спокойной ночи, взял свою жену за руку и повел за собой - а на лестнице даже приобнял. Алькарас очень надеялся на то что старикан не задержится надолго в спальне у Лолы - или она выставит его пьяного ко всем чертям... ведь она же говорила, что они уже скоро год как не спят вместе?? Однако вечер миновал, а дядя так и не вышел из спальни своей жены, так что кое-кому пришлось лечь спать, как говорится в народе, не солоно хлебавши. Вообще, не одно, так другое - то служанка заявляется рано поутру, так что приходится прыгать из окна, как неделю назад, а теперь еще блудный муженек неожиданно решил вернутся?
А на следующий день Агустина ждало еще более незабываемое зрелище, которого он никак не мог ожидать... потому как с самого начала приема, Луис не отходил от Лолы не на шаг, то и дело обнимая ее. Пару раз дело дошло до того, что он не постеснялся поцеловать ее при своих друзьях, что окончательно и конкретно выбесило Алькараса. Похоже что любящие супруги успели наладить отношения за эту ночь?!
Ладно... мне тоже никто не запрещает отлично проводить время.., -зло подумал бывший адвокат и как раз тут к нему и подплыли старая перечница, что была на мессе утром вместе с более молодой - по всей видимости, с дочкой. -Сеньора Гарсиа, чем могу быть полезен вам?
-Дон Агустин, давайте без лишних церемоний - сегодня ваш дядя решил нам всем устроить праздник, -улыбнулась старушенция, после чего представила свою дочь. -Знакомьтесь, это Пенелопа... она только-только вернулась из поездки за границу и уже успела утомить меня рассказами о Париже - быть может вы составите ей компанию?
Пенелопа мило улыбается Агустину, когда он целует протянутую ему руку - она конечно довольно-таки мила, не в последнюю очередь из-за модного наряда и дорогих украшений... и раз путь к Долорите закрыт, почему бы не поболтать с этой сеньоритой? Тем более, что она кажется не из стеснительных и тут же предлагает ему прогуляться и поболтать - рискует правда при этом нарваться на взбучку от Лукаса, но пока что он занят вкусным мороженым.
-Так значит вы ездили во Францию? -Агустин улыбается в ответ собеседнице, которая судя по всему получила четкие инструкции от своей матушки, охмурить интересного сеньора. -Вам понравилось там?
Пока Пенелопа щебечет что-то о вечном и прекрасном городе любви и романтики, Алькарас как бы мельком бросает взгляд в сторону Лолы - она улыбается Луису и после того как он что-то говорит ей сама (!!!) целует его в щеку, непозволительно долго задержав это простое касание губ...
Ах вот значит как.., -недобро усмехается Агустин и посмотрев на свою спутницу, решительно притягивает ее ближе к себе. -Знаете... я никогда не был во Франции - только в Англии - но это было в студенческие годы, а учеба дело очень скучное. И... вам говорили когда-нибудь, как вы красивы?
Он легонько проводит большим пальцем по губам испанки, продолжая улыбаться ей самым наглым образом... и эта "игра" в кошки-мышки с Лолой продолжается до самого вечера - при этом хозяйка дома, казалось, не видит никого кроме своего драгоценного муженька. Покинув праздник чтобы уложить спать Лучи, Агустин некоторое время спустя идет на свой любимый уже пляж, прихватив для настроения бутылку отличного токайского из дядюшкиного погреба. Ему совершенно не хотелось бы продолжать знакомство с дочкой той старой кошелки, но раз Долорита вдруг решила вернутся на путь добродетели, ничего другого и не остается? Тем более, что эта самая Пенелопа похоже не прочь как-нибудь познакомится поближе...

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-15 19:13:42)

+1

15

Ко всему хорошему, и тем более приятному привыкать не приходится. Очень быстро все входит само собой в привычку и, лишившись своей любимой сладости хоть на короткий миг, буквально сразу чувствуешь острую потребность в ней.  Сдаться на милость судьбы и греховных утех для сеньоры Веласкес оказалось не так уж и сложно. Целую неделю, ночь за ночью творила она грех, и уже даже привыкла не чувствовать за собой вины перед мужем, которому всегда была безразлична, перед богом, которому видимо тоже не было дела до ее скромной персоны, раз уж допустил ей такой неприятный брак, да и перед собой не было стыдно.  Пойти на компромисс со своей совестью было, пожалуй, самым не простым – ведь ее воспитывали совершенно не в таких фривольных традициях, а скорее в рамках жестких моральных ценностей, о которых было слишком трудно забыть. Те моменты, которые не вкладывались самостоятельно, помогали в детстве вложить розгами, так что забыть, о чем-либо было не столь простой задачей.
Но вместе с совестью от Долорес так и не ушел страх того, что их могут увидеть или застать на «горячем». Всегда осматривалась, впускала к себе в комнату любовника только тогда, когда спали все и в первую очередь болтливые слуги. Ей хватило того одного раза, когда бедолаге Агустину пришлось уйти в окно, чтобы никто часом не заподозрил между ними какой-то связи. Хотя, Долорита тогда по взгляду служанки поняла, что та могла что-то заподозрить – слишком долго госпожа не открывали дверь. Но, в конце концов, Долорес оставила свои опасения – они были достаточно осторожны, чтобы оставить все и дальше тайным и столь же приятным.
И если ночным досугом сеньоры Веласкес занимался почтенный юрист и племянник сеньора Веласкеса, то дневной всецело принадлежал лишь маленькому Лукасу, который каждый день заставлял Долориту выдумывать для него что-то новенькое. Женщина быстро полюбила мальчишку, в первую очередь, наверное, потому что тот нуждался в самой обычной материнской заботе, которую так ненавязчиво начала ему давать – то пуговицы пришила, то подлатала брючки, то просто обняла и сказку прочитала. Лучи был настоящим лучиком солнца, который появился в серых буднях сеньоры, что была всегда окружена пустым солнцем, которое не приносило ей столько радости, сколько маленький озорник. Лукас был готов принять ее заботу и теплоту, которой у Лолы было нерастраченной в избытке – своих ведь детей у нее не было.
Но, в один прекрасный (а может и наоборот) день на пороге дома оказался сеньор Луис Веласкес. Радости от его вида у Долорес не возникло ни на грамм больше, чем в день свадьбы или первую брачную ночь – боялась его и чувствовала легкую тошноту от того, что ей предстояло любезничать с этим стариком. И ко всему этому стоило бы еще добавить несносный характер старика – жуткая смесь и весьма горькая пилюля, которую за семь лет брачной жизни успела распробовать Долорес.
- Пойдем, поговорим, - только и произнес Луис, обращаясь к супруге, которая в то время возилась с маленьким Лукасом.
- Я занята сейчас. Можно ведь это сделать потом? – настаивала на своем Долорита. Желания разговаривать с мужем не было, тем более знала, каким он бывает приставучим, когда выпьет лишнего. Лола пыталась прикрыться тем, что была занята с мальчиком, но это не было уважительной причиной для Луиса.
- Если я говорю, что мы поговорим – это не значит, что потом. Иди, Лукас, найди себе сам какое-то развлечение, - небрежно оставил хозяин имения, который сейчас себя считал мало не хозяином вселенной, или, по крайней мере, убогой Марбельи. Больно сжав руку Долорес чуть выше локтя, Луис повел ее в дом, где они собственно и поговорили.
Наверное, одно только возможное возвращение Агустина заставило Веласкеса разговаривать шепотом. Но даже в этом его «шепоте» читались слишком агрессивные нотки и одни только указания: как придут гости, когда придут и как стоит себя вести, когда рядом чужие люди. Никто ведь не обязан знать о том, что творится дома – простой народ слишком любит поговорить о чужих бедах.
Агустин вернулся уже к ужину, когда за столом сидели сеньор и сеньора Веласкес. От одного прикосновения руки Луиса, Долорес мало не передернула, но она сдержалась. Одно не осторожное движение и вполне могла попасть «под горячую руку» - для несчастья много не нужно, а с выпившим тем более. Смотреть сейчас на Агустина женщина запретила себе. Не хотела, чтобы он видел ее такой, надломленной, а еще хорошей такой женой доброго сеньора. Во-первых, сеньор Веласкес был не так уж и добр, а во-вторых, никогда не могла быть доброй женой ему. Тем более, сейчас, когда успела во время всего его отсутствия наставить ему настоящие, ветвистые рога.
Боялась того, что могло произойти наедине с Луисом, потому что порой был он крайне непредсказуемым. Особенно, в таком жутко пьяном состоянии, как этим вечером. Не противилась, когда он положил руку ей на талию и решил провести ее в комнату – в конце концов, имел на это полное право. Был хозяином дома, а еще был ее мужем. Законным мужем, черт его подери. С облегчением выдохнула Долорес, когда Луис уснул, не сказав ей и слова, едва успел присесть на край ее кровати. Но этой ночью женщина не рискнула покинуть своей комнаты, дабы не придумывать объяснений, почему отсутствовала в своей комнате в ночное время. Риск дело совершенно не благодарное.
Когда в воскресенье после обеда начали сходиться гости, которых созвал Луис, Лола уже желала, чтобы они как можно раньше покинули имение. Гроза или шторм были бы очень кстати. А еще эта сеньора Гарсия, таки подсунула Агустину свою дочь. Сеньора Веласкес не могла не заметить, каким оценивающим взглядом окинул ее мужчина, и не удержавшись, решила также насолить любовнику – поборов себя, прикоснулась губами к щеке супруга, который и без того обнимал и держал ее слишком близко к себе. Это был ад, иначе бы Долорес не решилась назвать свою пытку и метания между какой-то неосмысленной ревностью к любовнику и безразличием к мужу, к которому пыталась заставить ревновать любовника. Но где там?! Похоже, все было безрезультатно, и сеньор Алькарас неплохо проводил время с молодой сеньоритой, забыв о жене своего дяди, которую осыпал комплиментами и нежностями.
К счастью, Луис был так вымотан гостями, что быстро отправился в свою комнату и уснул сном младенца, тогда как Долорес оставалось проконтролировать уборку в гостиной и мало не по всему дому, где успели намусорить любезные и достопочтенные гости. Когда, наконец, в доме воцарилась тишина, сеньора не дождалась прихода любовника, но быстро отправилась на пляж, где и застала с бутылем вина своего… в прочем, даже не своего мужчины.
- Бабник! - с этим словом, Долорес не чувствуя никаких огрызений совести залепила мужчине пощечину. Никак иначе назвать его не могла, а простить то, что видела своими глазами (и пусть все было более чем прилично, фантазия испанки уже все нарисовала куда более красочно). На этом продолжать разговор с Агустином не стала, просто сбросила свою одежду и отправилась на привычное купание – сегодня в этом имела особую потребность. Не беспокоилась об одежде или том, что кто-то может ее увидеть – тот, кто сейчас стоял на пляже уже все и так видел.

+1

16

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Те же декорации... море, звездное небо, полная луна и тихий плеск волн. Лунная дорожка на воде и все еще теплый песок - все так мило и романтично, вот только недавний настрой Агустина полетел ко всем чертям еще накануне вечером, когда Лола впустила в свою спальню этого похотливого старого хрыча... Да, он был ее законным мужем и все такое - но кое-кто еще совсем недавно уверял, что не спит с Луисом и вообще все разговоры с ним заканчиваются эпичной руганью.
Если то что Алькарас видел вчера в столовой, а затем и на празднике было похоже на ругань... то пожалуй мир точно перевернулся, раз уж все настолько встало с ног на голову, а бывший адвокат как-то прозевал этот момент. И кто бы мог подумать, что Лола окажется настолько хитрой?? Агустин даже не знал, какое определение подобрать своей неверной (да, именно так!) возлюбленной - он ведь был уверен, что она действительно стыдится того, что между ними произошло... но и дорожит, тем что так спонтанно возникло между ними. А если так, то Лола могла бы выставить своего старикашку из спальни ко всем чертям, но что же мы видим? Сеньора весьма умело играет на два фронта и при этом еще мастерски играет роль святоши, которую коварный змей-искуситель склонил к греху...
Агустин отпил глоток дядиного любимого токайского прямо из горла и не удержавшись чертыхнулся - ощущать себя дураком было чертовски обидно. К тому же рога теперь не только у старины Луиса, но и у него самого, как бы глупо это не звучало. Надо же было такому случится как раз именно в тот момент, когда Алькарас позволил себе поверить в то, что у него и Долориты не просто приятная интрижка, а что-то нечто большее?
Мудрая поговорка гласит, что мечты хороши только для полных кретинов и дураков... и Агустину было совершенно не на что надеяться с Лолой. Она несвободна и всегда будет существовать возможность, что Луис придет и так же как вчера вечером, просто возьмет ее за руку и уведет куда ему захочется. И он имеет законное право быть с ней в постели сколько угодно... и если кто-то постучит в дверь, старому хрычу не придется прыгать из окна и приминать своей задницей колючие кусты роз и потом несколько дней подряд хромать как последнему идиоту. Алькарас развлек себя и скучавшую сеньору у которой целый год не было близости с мужчиной, а теперь можно отвалить, потому как вернулся ее блудный муженек...
Да и плевать... как будто я не смогу найти себе, как говорил дядя - хороших развлечений?? -мысленно спросил у самого себя Агустин, отпив еще вина. -Эта крошка Пенелопа была на все согласна как только меня увидела... а Лола пусть развлекается со старикашкой, жалко что ли?
-Бабник! - за своими размышлениями и умозаключениями, Алькарас не заметил появления Лолы - и получив новую оплеуху, пару минут немного ошарашенно смотрел как она быстро разделась и пошла к воде. Все это было так, словно ничего и не произошло... и не было той волшебно прекрасной недели, во время которой Долорес безраздельно принадлежала только Агустину.
Испанец недолго размышлял над ответом и решительно грохнув бутылку о ближайший камень, пошел следом за сеньорой Веласкес. Пусть она даже не надеется, что сегодня сможет сбежать...
-Позволю себе спросить, что это ты тут делаешь?? Твой старый хрыч нажрался в хлам и отрубился и ты решила поискать меня? Судя по всему, его пыла не хватает надолго... как ты любишь.., -догнав Лолу, он рывком разворачивает ее к себе и едва не нарывается на новую оплеуху, но успевает перехватить руку своей строптивой любовницы. -По-твоему, я должен был просто стоять и наблюдать как он лапает тебя на глазах у всех?! Хотя о чем это я... он же твой муж и похоже вы неплохо провели предыдущую ночь?? Твое выражение лица, когда вы целовались с ним, говорило само за себя... просто сущая идиллия и воссоединение счастливого семейства. А что делать мне, Лола, может подскажешь??? Я не хочу отказываться от тебя!
После вспышки ярости обычно наступает некое опустошение... которое сейчас в полное мере и ощутил Агустин, смотря Долорите в глаза. Последняя произнесенная им фраза сорвалась с языка словно бы помимо его воли... но была правдивой на все сто процентов. В тот самый момент когда Луис повел Лолу в спальню, по-хозяйски взяв ее за руку, а потом и приобняв, Алькарас ощутил самую настоящую горечь потери. Все было иллюзией, которую он и Долорес сами себе и навязали... но иллюзия эта была такой прекрасной, что за нее хотелось бороться до последних сил.
-Делай что хочешь, Лола... с этой минуты мне все равно, -отпустив Долориту, Агустин развернулся и пошел к имению - ему надо возвращаться к сыну, а не витать в облаках, думая о том, чего никогда не будет. Глупо было увлечься, но еще глупее - поверить в то, что у связи с дядюшкиной супругой возможно какое-то будущее. Наклонившись за своим пиджаком, Алькарас задевает ладонью один из осколков от разбитой бутылки токайского и отдергивает руку, ощутив резкую боль... так ему дураку и надо и давно уже пора бы проснутся? -Ну что за... твою ж мать!
Буквально на пару секунд он оглядывается на Лолу... а затем все-таки направляется к дому. Собственно говоря, вот и все?

Отредактировано Agustin Velazques (2016-11-21 17:13:10)

+2

17

Вода всегда действовала успокаивающе на Долорес. В воде всегда можно было забыть обо всех горестях, неприятностях и что самое главное, почувствовать приятную невесомость и полностью подчиниться течению. Хоть на миг, не бороться с приливом, который подступал понемногу к берегу и подчинял себе сушу. Кстати говоря, именно привычка купаться при свете звезд и луны пришла к Долорес только после года жизни в замужестве, что не принесло никаких радостей в и так не простую жизнь  женщины. Единственной радостью, если можно так сказать, была радость, что отец смог избавиться от долгов, а там, в скорее пришла и радостная весть о том, что ее младшая сестра сможет выйти замуж – хоть одна из дочерей Густаво сможет жить той жизнью, на которую заслуживала…
Но этот вечер, видимо не был создан для купания. Видимо этот день и вечер были кровной расплатой за ту каплю счастья, которую получила сеньора Веласкес в эту последнюю неделю, когда ее благоверный отсутствовал в имении. Мысленно женщина проклинала его уже давно, но сегодня была готова пойти и удушить старика, такой сильной была ее ненависть. Но не она сюда ведь ее привела. От одного греха до следующего не широкая тропинка, только… Долорите крайне важно было увидеть Агустина, чтобы ей хоть немного от сердца отлегло. Но что взамен? Нагородила его пощечиной, но на сердце так и не стало легче. Теплые морские волны уже касались ее ступней, когда слышит звонкий стук о ближайший камень. Что разбил Агустин, Лола не имела ни малейшего представления, но и не хотела знать. Как бы то ни было, но кошки так тоскливо скребли на душе, что ей совершенно не хотелось… Но в этот момент все желания разбежались в самые разные стороны. Словно шаловливые кошки, которых разогнали в один миг громким «брысь!». Смотрела на мужчину широко раскрытыми глазами и не понимала сначала, почему это он так себя с ней ведет. Обиженная сторона ведь она! К ней вернулся муж, которому не могла перечить! И это ее любовник мило беседовал с какой-то молодой и весьма свободной сеньоритой.
Только не долго предстало Долорите удивленно смотреть на Агустина, очень быстро возмущение по капли собиралось внутри нее, хотя ни слова женщина так и не сказала. Не могла только понять одного – если Агустин не мог просто смотреть на то, как они с Луисом показывают представление, зачем же любезничал с той молодой сеньоритой?! Она была готова вновь влепить ему по физии – не просто руки чесались, очень хотела дать ему понять, что не даст играть с собой или водить за нос. Вовремя не допустил этого мужчина, сдержав порыв испанки, чья разгоряченная в жилах кровь бежала и не собиралась останавливаться и лишь подталкивала ее на необдуманные и такие безумно глупые действия.
Словно бы под дых пришлись последние слова, на которые не знала вновь, что ответить – решить, что все это ложь, или таки поверить, уцепиться когтями в надежду на то, что мужчина не только с ней развлекался в последнюю неделю. Не могла никак понять, а потому продолжала стоять и только наблюдала за тем, как он уходил… и знала точно, что не может ему этого позволить.
- И это все?! И так ты хочешь сейчас просто... уйти?!– громко, не стесняясь своей наготы, как и того, что их могут услышать, кричит ему в спину. Ладно, она не такая уж и гордая и может догнать упрямца, что вздумал с ней играть. – Сначала ты говоришь, что не откажешься, а теперь просто уходишь – хочешь просто избавиться от меня, потому что на горизонте появилась молоденькая сеньорита, что только примчалась из Парижа и горит желанием выскочить замуж?! – каждое слово было сказано слишком быстро, а потому все слилось в одну массу. Тем более сеньора все же пыталась нагнать мужчину. Меньше всего хотела оправдываться, ведь он знал, что она не свободна, хотя от брака теперь осталось лишь одно название.
- Ты знал, что я замужем. Знал с первого дня! Но, побей меня гром, если я позволю этому старому развратнику хоть раз притронутся к себе, как раньше – я не врала тебе ни разу. Неужели ты можешь поверить, как и эти глупые селяне в то, что у нас все хорошо?! Думаешь, я испытала хоть долю радости за то, что мне пришлось терпеть его прикосновения?! Это только иллюзия, и показуха! Отвратительная игра на публику, которую приходится играть каждый раз, когда в доме гости, – последние слова произносит с самым холодным выражением лица. Не хотела показывать мужчине тот синяк, что ей остался на память о том разговоре, к которому ее принудил Луис, когда заставил ее отложить планы на прогулку с Лучи.
Долорес пытала разглядеть в глазах мужчины хоть что-то похожее, если не на понимание, то хотя бы на какую-то теплоту, которая была у них на протяжении этой чудесной недели. Как будет теперь она жить, если не будет у нее того, чем успел ее наградить Агустин? Теперь без его нежности, комплиментов и ласки было невыносимо представить себе ночь… Да и какая это была без него вчерашняя ночь? Почти и не спала, и как только выглянуло на небе солнце, сразу же сбежала из своей же комнаты, где уснул ненароком старик.
- Мне не хватало ночью тебя, Агустин, очень не хватало, - совершенно неожиданно для себя лепечет она. – Не оставляй меня сейчас. Мы не можем так закончить... - Долорес уже забыла о том, как была красива этим вечером юная сеньора и как на нее смотрел Агустин. Единственное чего ей хотелось сейчас, так это хоть какой-то гарантии на то, что они не станут разбегаться просто так. Ну, или малейшей надежды на то, что ей не придется его видеть с другой, а его взгляд будет нежно касаться только ее. Не встретив видимой агрессии, Лола осмелела и обхватила обеими руками лицо мужчины, прежде чем поцеловать его со всей жадностью на которую была только способна: - Ничего так не хотела, как тебя…

+1

18

[NIC]Agustin Alcaraz[/NIC]
Агустин на всю свою жизнь запомнил именно эту ссору с Долоритой... потому что ничего более фееричного до этого у него совершенно точно не было. Хорошо что маленький пляж все-таки на достаточном расстоянии от имения, иначе нежелательные зрители могли бы стать свидетелями просто недопустимой по меркам того времени сцены - мужчина и женщина весьма бурно выясняют отношения, притом что дама совершенно не одета. Прибавим к этому, что сеньора в некотором роде чужая жена и ругается со своим любовником и получим самый настоящий скандал, если не сказать больше...
Однако... Алькарас надеялся услышать от Лолы, что у нее ничего не было с развратным старикашкой - пусть скажет, что врезала ему по голове стулом или сделала еще что-то, лишь бы не отдаваться ему. Пусть даже соврет, Агустин и это готов проглотить, лишь бы знать, что нужен Долорес... совсем как во время всех этих восхитительно-прекрасных ночей, когда она не хотела отпускать его от себя, обнимая так крепко, как только было возможно. Да и как после всего что было, Лола могла подумать, что ее пылкому ухажеру может понравится та девица, которую подсунула старая перечница?
Он в очередной раз забывает буквально обо всем на свете, когда Долорита оказывается на опасно близком расстоянии... забыв про разрезанную осколком стекла ладонь, Агустин притягивает свою возлюбленную ближе к себе, отвечая на ее поцелуи. Собраться с мыслями, когда Лола рядом ему и раньше бывало трудно, особенно после того как она снимала всю ненужную одежду - сейчас же бывший адвокат малость нетрезв, но нисколько не противится, когда с него ловко стягивают рубашку. Пиджак валяется на песке с той самой минуты как Лолита оказалась рядом... и после небольшой паузы, во время которой руки прекрасной испанки занимаются ремнем на брюках Алькараса, он все-таки делает попытку придумать какой-то вразумительный ответ. Собственно говоря, он может быть всего один?
-Лола... ты знаешь, что с тех пор как я тебя увидел, мне просто нет покоя. Я не оставлю тебя ни за что на свете.., -он делает шаг в сторону, подальше от тех самых осколков от бутылки, которую стащил из дядюшкиного погреба. -Когда я увидел Луиса рядом с тобой, меня словно громом ударило... хочу чтобы ты была моей, пусть даже и тайком, наплевать. Без тебя ничего не имеет смысла - как для меня, так и для Лучи - и ты ведь знаешь об этом?
Сколько лет сеньора Веласкес прожила в этом огромном, но холодном доме, даже не зная собственной "цены"? Надо думать, дядя не уставал упрекать ее в отсутствии детей, в этом можно было даже не сомневаться... но только увидев грустного и будто потерянного ребенка, именно Лола сумела найти подходящий ключик к его маленькому сердцу и заставила все краски жизни засиять по-новому для малыша Лукаса.
-Ты нужна мне... очень, -пожалуй это был финальный аккорд эпичной ссоры и начальный - для последующего долгого примирения. Хорошо что дядюшка был эту ночь спал сном младенца и не видел как его жена и племянник возвратились в имение уже перед рассветом. Недоразумения были забыты, а от острых углов не осталось и следа после этой чудесной ночи, но надолго ли?  Завалившись на кровать немного подремать, Агустин успел помечтать о том, чтобы старый хрыч как можно скорее снова свалил искать себе приключений в Малаге...
Несколько дней спустя...
...и наверное провидение решило немного побаловать Алькараса, так как надолго в своем имении сеньор Веласкес не задержался. Но даже когда он еще не уехал, безумная феерия чувств Лолы и Агустина продолжилась, как говорится, на всю катушку - и по счастью, вредный старикан предпочитал отсыпаться в отдельной от жены спальне, что не могло не радовать.
Работа в день отъезда Луиса однозначно спорилась, так что уже к обеду Агустину нечего было делать в конторе... говорят, что труднее всего бездельничать, так что бывший адвокат уже собирался найти себе какое-то дело, как вдруг в комнату влетел довольный Лучи.
-Пап! А мы гуляем с Лоли и решили зайти к тебе! -разбежавшись и хихикая, сын специально врезался в Агустина, а потом подпрыгнув, обнял его за шею. Алькарас лишь рассмеялся на эту проделку мальчишки, подхватив своего любимого чертенка на руки - Лукас просто обожает говорить, что уже большой, но сейчас не отказался снова посидеть немного на отцовских руках. -Может быть ты пойдешь с нами?? Ну пожалуйста...
-Хорошо, почему бы и нет? -после того как Лучи первым убегает на улицу, у Агустина есть минутка на то чтобы подойти к Лоле и поцеловать ее. Они расстались всего несколько часов назад, когда Алькарасу пришлось как обычно потихоньку смыться из спальни хозяйки дома - ему предстояло идти в контору, а ей возится с Лучи. Впрочем, судя по довольным лицам обоих, эти двое как и всегда отлично проводили время вдвоем. -Я пожалуй могу на сегодня закончить и пойти домой вместе с тобой и Лукасом. Хорошо что вы пришли...
Они выходят на улицу, где уже совершенно точно нельзя будет позволить себе каких-либо нежных вольностей... и вообще, от очередного перемывания костей, Агустина и Долорес спасает только присутствие Лучи - все почтенные кумушки в этом городе знают, что сеньора Веласкес очень добра к милому мальчику, оставшемуся без матери. Естественно, никто из этих старых кошелок не мог бы даже допустить саму мысль о том, что добрая сеньора давно уже пошла дальше и дарит свое внимание не только маленькому Лукасу. Но, увы - гуляя по улицам маленького южного городка, Агустин не может позволить себе роскоши обнять Лолу или даже просто взять ее за руку... но он обязательно отыграется, сразу как только вернется на виллу.
-Мы пойдем просто пройтись или нам надо покупать что-то? -поинтересовался Алькарас у Лолы и тут заметил как какая-то женщина помахала им рукой в белой перчатке, сидя за столиком летнего кафе. Этой дамой оказалась сеньорита Гарсия и как только Агустин, Лола и Лукас подошли ближе, она пригласила всю компанию присесть и выпить чего-нибудь освежающего. По правде говоря, Алькарас-старший предпочел бы смыться от этой девицы куда глаза глядят - взгляды, которыми одарили Пенелопу Долорита и Лучи, явно не обещали ничего хорошего...
-Сегодня отличный день для прогулки и я очень рада, что встретила всех вас, -лучезарно улыбнулась сеньорита Гарсия, посмотрев на Агустина, которому впору было отодвинуть свой стул от нее подальше. Двое самых дорогих и близких бывшему адвокату людей в данный момент просто зверски ревновали его к этой девушке... а она смотрела на него таким взглядом, что впору было пожалеть о тех вольностях, которые Агустин позволил себе на празднике в доме своего дядюшки. -Как ваши дела, сеньора Веласкес? Моя матушка говорила, что надеется встретится с вами на мессе в воскресенье... кажется, она хочет что-то с вами обсудить. А еще она просила передать вам приглашение посетить наш дом, дон Агустин...
Все бы ничего, если бы произнеся свою финальную фразу, Пенелопа не накрыла руку Агустина своей ладонью, все так же мило улыбаясь ему. Лучи, следивший за нахалкой с недовольным выражением лица, решил ее судьбу быстро и без каких-либо прикрас - дернув тонкую скатерку, он быстренько опрокинул чашку кофе, заказанную Долоритой прямо на модное белое платье сеньориты Гарсия.
-Ах ты, негодный мальчишка! -вскрикнула Пенелопа, поспешно вскочив и мигом унеслась спасать свое платье, на котором теперь красовалось огромное пятно от капучино. Лукас уселся на свое место с видом человека, знающего, что и зачем делает, тем более что эта сеньорита не понравилась ему еще на празднике... и если отец для виду пожурил мальчика за его проделку, то Лоли наоборот - ласково погладила его по голове.
-Лучи... не надо было.., -вздохнув, произнес Агустин, прежде чем сопроводить Долориту и сына в имение. Но по крайней мере теперь назойливая сеньорита точно не станет навязывать свое общество, увидев младшего Алькараса рядом с его отцом? В общем-то, уже хорошо, тем более что любимая женщина у адвоката уже давно появилась и почти постоянно была рядом.
Вернувшись домой, все трое застают там непривычную для дня тишину - утром Лола как и обычно отпустила прислугу на выходной день. Едва переступив порог дома, маленький озорник мчится проведать своего котенка, тогда как его отцу кажется снова предстоит выяснение отношений?
-Милая, послушай... я даже не хотел к ней подходи..., -начинает было оправдываться Агустин, но тут в буквальном смысле оказывается прижатым к стене гостиной. Обнимая его, Лола не дает возможности еще что-либо добавить, закрыв своему любовнику рот очередным жадным поцелуем - и Алькарас отвечает на него и начинает новый ровно до того момента как совсем рядом не раздается следующее:
-Лоли...? Папа...
Удивленный и наверное немного напуганный Лучи мигом сбегает из гостиной, тогда как Агустин понятия не имеет как можно объяснить ребенку случившееся. И тут еще вся фишка состоит в том, что инициатива в этом поцелуе принадлежит вовсе не ему...

+1

19

Трудно сказать, какие чувства переполняли ревнивую испанку в данный момент времени, когда она жадно касалась своими губами губ мужчины, что также быстро поспешил ей ответить на этот не скромный и довольно красноречивый поцелуй. Ее руки машинально сползли с его лица и опустились ниже, блуждая по груди, плечам и спине, словно подчеркивая все ее права именно на этого мужчину – никакой сеньорите не стоит даже питать призрачных надежд, ведь тут может быть только одна хозяйка, и этой персоной была сеньора Долорита. Как в прочем и все, что у них было, этот поцелуй не давал времени на размышления, заставляя подчиняться исключительно своим инстинктам и желаниям. Ощутив прикосновение рук Агустина к уже обнаженной коже, Долорес только поспешила и его избивать от одежды. Этой ночью ревность выжгла любые ее страхи и опасения, заставив погрузиться в тот мир, который она делила только с этим мужчиной, формально не ее мужем, которому не должна была принадлежать не сейчас, не когда бы то ни было.
Вообще, имела ли она право ревновать или выставлять хоть какие-то претензии Агустину, что был давно свободным от любых данных обетов своей покойной супруге. Ничего он не обещал Долорите, так что, кто его знает? Но было поздно думать о содеянном. Как и о том, что уже происходило под молчаливым взором звезд и луны, которая этой ночью светила так ярко, как никогда ранее на памяти Лолы. Ее единственное желание этой ночью сбылось – мужчина снова смотрел на нее так, словно она была единственной в его жизни женщиной.
Это можно было назвать одержимостью, самым обычным чувством собственничества, а быть может и чем-то совершенно другим, что пускает свои корни так далеко вглубь души, что искоренить все это не представится возможным ни времени, ни кому-то другому. В этом страшно признаться себе, не говоря уже о людях, которые уже давно, если бы только узнали обо всем, поставили бы крест на репутации доброй сеньоры Веласкес и вычеркнули падшую женщину из любого общества. Что бы сделал со своей неверной женой Луис? Об этом  Долорес не желала думать, хотя определенно знала – ничего хорошего ее не ждет. Как в прочем и доброго сеньора, который не желал уже искать себе развлечений с кем-то другим, более свободным и доступным.
- Я твоя, только твоя, - шептала женщина своему любовнику, отзываясь на каждое его прикосновение и на каждую его ласку. Обнимала его так крепко, как никогда, тем самым, давая ему понять, как сильно в нем нуждалась, но не имела сил озвучить это. Не хотела  возвращаться в имение, как никогда ранее, и было ей не важно, что с первого же взгляда любой сможет определить тот факт, что для сеньоры Веласкес эта ночь была бессонной.
«Ну и пусть», - отбрасывала свой разум каждый раз, как тот стучался обратно, и рискуя всем, не постеснялась у двери своей спальни наградить своего любовника последним поцелуем, который оставался на губах даже во время завтрака, что прошел в безумной тишине. У Луиса не было ни желания, ни настроения продолжать играть представление о доброй семейной паре, которое разыгрывал накануне вечером перед добрыми горожанами, тем более все то лишнее вино, которое жадно пил сеньор Веласкес оставило свой след на его самочувствии, словно в наказание за все грехи.
- Завтра с рассветом я снова поеду в Малагу. Так что, сделай  нужные распоряжения прислуге, пока мы с Гуто будем заняты делами, - в один из дежурных солнечных дней сообщил Луис своей жене, что успела уже покончить со своей трапезой, и раздумывала о том, как бы выделить больше времени для своего любовника. Знала точно, что и сегодня днем Луис отнимет Агустина у нее и Лучи, так что оставалось довольствоваться только ночью, которую крали оба у сна. Если бы только … ее не вывел из раздумий голос супруга, который умел преподносить новости в очень необычайный способ.
- Конечно, - коротко ответила сеньора, пытаясь сдержать при себе довольную ухмылку, как и короткий, но полон надежды взгляд в сторону Агустина. К счастью, сеньор Веласкес все еще был занят своей едой и не глазел по сторонам, так что и на этот раз миновала опасность разоблачения.
Конечно, в первый же день отсутствия своего супруга, Долорес почувствовала себя так, словно смогла наконец-то снова расправить собственные крылья и насладиться свободу. Прислугу отпустила практически сразу, как только убедилась в том, что из оставшихся продуктов сможет приготовить для них троих, как обед, так и ужин – сегодня им с Гуто не обязательно будет прятаться и бояться разоблачения. Никто, даже Мерседес, не смели подозревать добрую сеньору в греховной связи с родственником ее супруга, что было ей только на руку.
- А куда мы пойдем сегодня? – спросил нетерпеливо маленький Лучи, когда добрая сеньора одела его в чистую одежду, а на ней самой красовалось новое платье. Мальчишка знал, что к морю они, вряд ли пойдут в таких одеждах, а в гости к каким-то сеньорам ему точно не хотелось идти – все они скучные и наверняка не разрешат ему играть в те игры, что нравились мальчишкам его возраста. Только Лолита одна его понимала и позволяла баловаться в саду или на пляже, и даже более того, часто сама придумывала ему различные и интересные игры.
- Ммм, мы пойдем в город, - словно раздумывая над тем, стоит ли мальчишке рассказать маленький свой замысел, или нет, проворковала Долорес. – Тебе ведь понравилось, когда мы ездили за покупками? – словно проверяет свою идею, спрашивает сеньора у своего подопечного, взяв его за руку.
- Да, мне тогда понравилось. Но тогда еще был папа… - честно сознался ребенок, на что Лола не могла не ответить мальчику теплым сжатием маленькой ладоши в своей, а еще и мягкой улыбкой.
- Мы обязательно что-нибудь придумаем, Лучи, - спешит пообещать ребенку интересное приключение, пока они выходят на одну из центральных улиц Марбельи. Память молодой сеньоры еще помнила родную Малагу, где улицы были намного более заполнены людьми, а уличные торговцы то и дело, предлагали купить товар именно у них. В сравнении с Малагой, Марбелья и правда заслуживала на звание деревушки, а не города, как бы гордо о своем родном крае не отзывались горожане.
Найти контору сеньора Веласкеса оказалось не так уж и сложно, ведь теперь туда дорогу знал каждый второй, кому успел помочь с тем или иным делом его добрый племянник. Отпустив маленькую ладошку мальчика, женщине оставалось лишь наблюдать за тем, как Лукас забегает в кантору к своему отцу. В этот момент ее сердце больно сжалось – никогда раньше в контору не заглядывала просто так, без надобности. К тому же, бурная фантазия испанки уже позволила ей представить себя на месте счастливой сеньоры Алькарас и позавидовать ее счастью, пускай, как оказалось и не долгому. То, что они устроили с Агустином было не законно и аморально, и к сожалению, никак исправить эту ситуацию без ущерба для каждой стороны было крайне не реально.
В контору, тем не менее, Долорес вошла с улыбкой на лице – была рада повидать Агустина, пусть и не могла себе позволить его поцеловать или пусть даже взять его за руку. Пользуясь случаем, Лола не отстраняется от любовника, который дарит мгновенное наслаждение, тем самым, возвращая ее к сладкому пробуждению этого утра, прежде чем они выйдут из канторы.
- Почему бы нам просто не пройтись? – пожимает плечами Долорита, даже не подозревая о том, что совсем скоро пожалеет о своем желании, прогуляться городом, в который ей не так часто получалось вырваться из имения. Всегда выходила сюда только с покупками и делами, поскольку не хотела видеть лиц тех сеньор, что стремились ей позавидовать – такого желанного жениха получила, ведь сеньор Веласкес так богат!
Отказаться от приглашения молодой сеньориты, что уже успела их заметить, было бы невежливо, тем более, оба они не могли сделать вид, что не заметили этого жеста Пенелопы. У Долорес не было времени подготовится к этому визиту вежливости. Но она тут же последовала именно туда, крайне сожалея о том, что не может вжать руку Агустину или хоть как-то продемонстрировать этой сеньорите, что мужчина принадлежит ей и только.
- Непривычно видеть тебя Пенелопа в городе, все никак не привыкну, что ты уже вернулась из Франции, - Лола вежливо и с улыбкой на лице сообщает сеньорите. Не считала ее уже себе достойной конкуренткой, но все также не могла принять того факта, что ее так быстро заинтересовал именно Агустин. То как она смотрела на Агустина, чрезвычайно злило Долорес, а когда молодая сеньорита накрыла своей ладонью руку мужчины, тут же сцепила челюсти мало не до скрипа. Была готова расцарапать ей глаза, а мысленно уже перебирала те слова, которыми собиралась ее устыдить.
«Неужели вы в таком отчаянном положении, дорогая? Побойтесь бога и людей, на улице ведь еще день, а за столом сидит маленький ребенок!», - вертелось в голове и на кончике языка у Лолы, готовой высказать нахалке все в глаза. И… как только женщина опустила взгляд на мальчика, тот уже опрокинул чашку так, что все капучино останется в памяти сеньориты еще надолго.
- Как она посмела так отозваться про Лучи?! – возмутилась Долорес, нежно проведя рукой по его растрепавшимся волосам. И пусть Агустин пытался сейчас хоть как-то пожурить мальчишку, Лола тут же постаралась исправить эту ситуацию. Почти всю дорогу бедному сеньору Алькарасу пришлось слушать о том, какие пошли в это время наглые сеньориты, а еще … как не хорошо журить мальчика за неосторожность. Была готова защищать Лукаса, хотя никто и не старался мальчика отругать за проделку. Отпустила мальчика у порога дома, что уже манил своей прохладой, тогда как Лучи пожелал повидать своего маленького пушистого котенка. Когда они, наконец, остаются с Агустином наедине, сеньора Веласкес не дает ему возможности продолжить, настойчиво целуя и не заботясь о равновесии, подталкивает его к ближайшей стене. Все время с тех пор, как покинули кантору, мечтала именно об этом очередном порыве страсти. Но страсть отнимает разум и делает человека в своем безрассудстве неосторожным. И если не было прислуги, которая могла стать свидетелем столь недопустимой сцены, оставался в имении один маленький мальчик, обидеть которого меньше всего хотела Лола.
Но что же получилось в итоге?
Женщина не отстранилась, она мало не отскочила от мужчины, когда услышала голос мальчика. Ее рука машинально потянулась к губам, на которых застыло удивление и страх того, что она наделала. Ну и зачем она целовала Агустина?! Совсем потеряла страх и контроль над собой и над ситуацией в целом.
- Господи, что я наделала? – с ужасом осознала Долорес, когда мальчика и след простыл на пороге гостиной дома. Боялась, что теперь нарушила буквально все то, за что еще недавно так жадно цеплялась. – Гуто, верни его в дом. Не позволь ему уйти, скажи, что я не хотела... - мало не шепотом говорила, едва решившись посмотреть в сторону своего любовника, который был, похоже, также шокирован, как и она сама. – Я пока накрою на стол… победаем… - это было решение машинальное и спровоцированное не столь желанием поесть, как желанием занять себя чем-нибудь толковым. Лишь бы он не отвернулся от нее… Лишь бы я не потеряла все… - а ведь в этом «все» было далеко не страх потерять репутацию или надежный брак; боялась потерять именно обоих – Лукаса и Агустина.

+1

20

[NIC]Agustin Alkaraz[/NIC]
Пару минут, Агустин немного ошарашенно смотрел вслед убежавшему Лукасау после чего вздохнул, приобняв за плечи Лолу... и при этом ему совершенно не было стыдно и даже наоборот - если бы Долорес не была так напугана реакцией Лучи, Алькарас бы снова поцеловал ее и притом не один раз. Единственное чего бывший адвокат опасался на данный момент, это как бы Лукас снова не разревелся как было в прошлый раз... тогда его долго не удавалось успокоить и в результате мальчишка дулся на своего отца больше недели, пока рядом не появилась Долорита. И чертовски не хотелось испортить этим поцелуем сложившиеся хорошие отношения Лолы и Лучи... ведь в последнее время, что уж там говорить, сеньора Веласкес заботилась о мальчике так словно он был ее родным сыном.
-Не волнуйся, я сейчас с ним поговорю.., -улыбнувшись Лоле, Агустин ласково касается губами ее щеки - и если она думает, что маленькое недоразумение с Лучи может как-то помешать их отношениям, то очень ошибается. -Все будет хорошо, я уверен в этом.
Покинув гостиную, Алькарас достаточно быстро нашел своего сына в саду - тот сидел на скамейке, играя со своим котенком длинной и сухой травинкой. Увидев отца, мальчик нахмурился и скрестил руки на груди, давая понять, что не желает разговаривать и очень сердит. Но по крайней мере, Лучи не плакал как было в прошлый раз, что уже было хорошо?
-Сынок... ты злишься на меня? -Агустин присел перед своим маленьким чертенком, но тот демонстративно отвернулся, смотря как котенок пытается поймать жука на садовой дорожке, но побаивается, когда насекомое начинает жужжать. -Не надо так, Лучи... Лола очень красивая женщина и я просто не удержался - даже не знаю как это вышло. Но я уже извинился и пообещал, что больше такого не повторится... Пожалуйста, не злись.
Что вообще можно соврать семилетнему ребенку в такой вот, пикантной ситуации? Увы, но Лукасу подобное зрелище уже было знакомо и сейчас он не знал как реагировать, ведь Лоли он успел полюбить, тогда как прежних отцовских пассий знать не знал и они даже не пытались как-то расположить к себе его.
-Значит... она не любит дедушку? -неожиданно произносит Лучи, посмотрев отцу в глаза и теперь приходит черед Агустина немного растеряться. Его сын еще маленький, но совсем не глупый и конечно же очень наблюдательный как и все дети - не заметить как Луис общается со своей супругой, мальчик просто не мог.
-Это сложный вопрос... и он касается только Лолы и ее мужа, сынок, -после недолгого раздумья, решает ответить Агустин и усаживается рядом с мальчиком. -Гораздо важнее, что ты ее любишь, а она очень любит тебя. Это ведь так?
Лучи кивает с самым серьезным выражением лица. Он прекрасно помнит как дедушка грубо потащил Лоли в дом, а его прогнал, чтобы не мешал разговаривать. Похоже что все время пока оба Алькараса жили в имении, его хозяин имел обыкновение портить все им обоим?
-Дедушка злой... и он ее обижает, -тихо произносит маленький озорник, после чего вскочив со скамейки и прихватив своего полосатого друга, бежит в дом. Ну а Алькарасу-старшему остается лишь подумать о том, что сейчас устами младенца действительно говорила истина... а Луис мог бы и посдержаннее, когда рядом был ребенок. Ну а Лучи, найдя в доме Лолу, как обычно обнял ее, уткнувшись ей в бок и поинтересовался, когда уже можно будет покушать - на свою любимицу, мальчишка сердится не мог, тем более что был уверен, что первым целоваться полез его отец.

Пару недель спустя...

Время в Марбелье шло своим чередом - Агустин продолжал работать в конторе, Лола занималась Лучи и делами поместья, ну а Луис собственными удовольствиями. Инцидент с поцелуем в гостиной был забыт и теперь Алькарасу и Долорите приходилось держать себя в руках, когда рядом вертелся Лучи... но естественно, это не означало что они забыли о своих отношениях. Агустин по-прежнему проводил в объятиях своей возлюбленной каждую ночь, даже если его дядя был дома - по счастью, старый хрыч даже и не думал играть примерного семьянина. Нередко, после очередной прогулки на пляж, бывший адвокат и его пассия нагло устраивались в ее спальне, даже когда Луиса не было в отъезде. Ну а когда его не было, они порой совершенно забывали о какой-либо осторожности, но пока что им невероятно, просто чертовски везло.
Сегодняшняя ночь тоже не должна была стать исключением, тем более что Агустин успел запарится на работе, разбирая очередные накопившиеся бумаги и различные дела. После того как он целый день не видел Лолу, ему особенно хотелось побыть с ней, позабыв обо всем на свете. Вернувшись в имение и проверив, что Лукас давно уже крепко спит и видит десятый сон, бывший адвокат направился прямиком в спальню Лолы, но к его удивлению, она не обняла его сразу же как он появился на пороге... только лишь оглянулась, на несколько минут оторвавшись от пейзажа за окошком на который любовалась со странно-серьезным выражением лица. Быть может что-то случилось, пока Алькараса-старшего не было на вилле?
Не тратя даром времени, Агустин подошел к своей пассии и обняв ее со спины, несколько раз жадно коснулся губами ее шеи - целый день мечтал о том как они снова получат возможность побыть вдвоем и конечно же не собирался от этого отказываться.
-Я соскучился по тебе.., -развернув Лолу к себе лицом, Алькарас начинает расстегивать ее платье - раз уж не разделась сама, придется ей немного помочь? Но тут происходит нечто совсем уже странное: Долорес мягко останавливает его руки и ловко уйдя от очередного поцелуя, объявляет, что им нужно серьезно поговорить... -А это обязательно? Мы можем поговорить и потом...
Обычно, все разговоры между Агустином и Лолой происходят во время небольших передышек между очередными взрывами чувств и эмоций - и сейчас бывший столичный юрист хочет совсем другого времяпровождения. Он снова делает попытку обнять Долориту и даже успевает почти что стянуть платье с ее плеч, отвлекая очередным поцелуем... однако, ответив на него, Долорес вновь отстраняется и отойдя от своего любовника, садится на постель, смотря куда-то в сторону - совсем как Лучи, когда сердится.
-Ладно... пусть будет по-твоему. Давай поговорим сейчас.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » appassionato