vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Научи меня?


Научи меня?

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Арендованная студия | 15.02.2015 | 19:00

Sylvie Lefebvre & Krista Wanger

выбора нет

http://1ul.ru/upload/file/publication/_БДСМ.jpg


А вы думали, первый раз всегда бывает честным в БДСМ-порно?

Отредактировано Sylvie Lefebvre (2016-11-03 17:23:19)

0

2

Если бы кто-то спросил меня, зачем я это делаю, почему согласилась, то я вряд ли смогу ответить. Я и сама не знаю, как так получилось, что я оказалась в машине, эм, госпожи Джессики, которая решила отвезти меня к своей подруге, чтобы та научила меня основам. Но стоит начать по порядку, с того первого “да”, которое здорово изменило мою беспечную жизнь. Я не считаю те разы, когда я соглашалась с тем, что предлагает Меган, это было не чем-то нелегальным, в отличие от того, что мне предстояло. Мне просто предложили сняться в порно, один из фотографов, который снимал меня в достаточно откровенной фотосессии, был знаком с режиссером, который как раз искал похожий на меня типаж для съемок. Вопрос был в моём возрасте, к которому я прибавила два года, через месяц мне должно было исполниться 17, а там и до восемнадцати не очень далеко, верно? Кажется, я так понравилась режиссеру настолько, что он не стал много задавать вопросов про документы. Или Филипп ему честно рассказал, или ещё что-то, я не хотела об этом задумываться, честно говоря. Эти съемки должны были принести достаточно денег, чтобы не чувствовать себя иждивенцем Меган, но подруга об этом совершенно ничего не знала. Это ведь была моя проблема, а не её. Режиссер познакомил меня с Джессикой, мы даже изобрели мне псевдоним во французском стиле, Эммануэль. Длинно, конечно, но какая разница, Джессика тоже не очень короткое имя. Но дел у моей будущей коллеги по съемкам было много, учиться меня она не хотела, но нашла выход, который устраивал всех, и меня, и режиссера, и Джессику. Её подруга поможет с обучением, чтобы я хотя бы имела представление, с чем столкнусь, потому что никому не нужны истерики перед камерой. Не знаю, в чём был плюс для этой подруги, но и я могла не бояться, что провалюсь в съемках. Тут уже в дело вступала совесть, пусть я и согласилась на такое, не особо подумав, соблазнившись деньгами, отсутствием мужчин и чем-то новым, что я ещё не пробовала, но я пообещала, так что интересы были задействованы многих людей.
Поэтому я и ехала в машине Джессики, которая припарковалась у арендованной студии где-то у черта на рогах, судя по долгой дороге. Уже запоздало задумалась, что никто из знакомых не знает, куда я поехала, так что если я пропаду, искать меня будут долго, не по горячим следам. Но ведь режиссер был другом Филиппа, так что всё должно быть хорошо, верно? Я надеялась на это.
Джессика приказным тоном говорит мне следовать за ней, и я иду в здание, испуганно озираясь по сторонам, пока никто не видит. Но это был не заброшенный завод или подвал с цепями, а вполне себе чистое и светлое место, внушающее доверие. Она открыла дверь одной из комнат, подождала, пока я зайду, и закрыла за собой дверь.
- Привет, а вот и мы, - Джессика поздоровалась с находившейся в комнате девушкой, хотя на первый взгляд та напоминала парня своей фигурой и даже манерой одеваться. Но кто я такая, что судить людей? Тем более, каждый волен одеваться и выглядеть так, как захочет.
- Спасибо ещё раз, я тебе должна, - Джессика смотрит на часы и чертыхается, - Так, у меня съёмки, сами всё обсудите же? Олененок умеет разговаривать, если что,  - она смеется и подталкивает меня в спину, чтобы я подошла ближе, а потом исчезает за закрытой дверью, оставляя только ненавязчивый аромат своих духов. Я нервно улыбаюсь и поднимаю глаза на ту, кто будет меня подготавливать к съемкам, надеясь, что они не кажутся совсем уж большими и напуганными.
- Спасибо за помощь. Как мне к тебе обращаться? Я не очень хорошо разбираюсь во всём этом, но Джессика сказала, что им важно зрелище, а не точное соблюдение правил. Меня можно звать Силь, - я зачем-то называю сокращение от реального имени, скорее всего, просто сильно нервничаю. Пальцы всё это время никак не могут найти место, я то поправляю свой наряд - юбку с теплым свитером, то волосы, которые мешаются жутко, то облизываю губы, которые почему-то пересыхают. И куда делся мой самоконтроль? Хотя, разве он когда-то был?
- С чего мы начнём? - осторожно спрашиваю я. Мда, я бы точно устроила истерику, будь тут хоть одна камера.

+2

3

Судьба преподносит сюрпризы. И не всегда они неприятные. Иногда, в самом деле, они могут радовать и заставлять если не улыбаться, то сгорать от нетерпения даже такого человека, как я. Не смотря на то, что я привыкла ничему не удивляться и относиться ко всему спокойно, то иногда все-таки случаются события из ряда вон выходящие. Например сегодня меня попросили провести тренировочную сессию для девочки, которая собирается сниматься в БДСМ-порно, но опыта не имеет. И черт возьми, такого поворота событий я не ожидала не смотря на то, что кручусь около этой тематики довольно давно. Сама я в порно не снималась никогда ни в роли верхнего, ни тем более в роли нижнего, но это не значит, что у меня нет опыта. Если бы его не было, то Джессика не позвонила бы именно мне, чтобы просить о подобном. Я прекрасно понимала, почему она не хочет возиться с новенькой сама, ведь время - деньги. С другой стороны она прекрасно знает, как сильно я люблю неопытных девочек, которые гораздо более сентиментальные и откровенные, чем уже прожженные жизнью опытные барышни. Меня интересует юность во всех ее проявлениях. Я ценю эту некоторую невинность и совсем другой взгляд на жизнь, которым наделены лишь те, что едва ступили на порог своей взрослой жизни. Всегда стараюсь поймать, уловить этот момент, ведь на деле миг слишком короткий и большинство этих нимфеток скоро превращаются в тех, к кому я не захочу прикасаться, чьи стоны я не захочу ловить и слезы в чьих глазах я не захочу видеть, потому что они больше не могут разжалобить.
Я люблю портить, но не люблю испорченный товар.
Размышляю об этом сидя в студии и ожидая Джессику и ее новенькую девочку. Специально приехала заранее, чтобы была возможность осмотреться и привести мысли в порядок, заодно проверить что из реквизита у нас тут есть и чем можно воспользоваться. На беглый осмотр мне хватило двадцати минут. Но для того, чтобы понять, что я буду использовать сегодня мне надо познакомиться с самой девочкой и, желательно, поговорить с ней.
И всего через пять минут открывается дверь и передо мной предстают две девушки. И если одну из них я знаю довольно хорошо, то со второй мне только предстоит познакомится. И первая мысль, которая приходит мне в голову "милая, сколько же тебе лет?". Но на самом деле это не имеет абсолютно никакого значения в данный конкретный момент. Скорее всего сегодня я совершаю преступление, но мне все равно. В своей жизни я совершила уже столько "преступлений" с юными девочкам, что уже даже не страшно.
- Привет, - я сдержанно улыбаюсь обоим девушкам и подымаюсь с кресла, в котором сидела предыдущие пятнадцать минут ожидания.
- О, не переживай, мы с Олененком отлично разберемся и без тебя. И попрактикуемся тоже, - ухмылка касается тонких губ, - а ты пока можешь наказывать своих плохих девочек перед камерой.
Мы обе ждем, когда захлопнется дверь. Мне даже кажется, что ты вздрагиваешь, когда она ударяется о косяк с характерным звуком.
- Я Криста, - произношу, когда мы остаемся в комнате одни. Подхожу к двери и закрываю ее изнутри, чтобы нам никто не мог помешать. Наверное, это пугает тебя, но у нас нет другого выбора, девочка.
- На камеру тебя могут попросить называть Джессику госпожой или как-то еще, но у меня таких требований нет, - я пожимаю плечами, при этом хожу по комнате туда-сюда, иногда разглядывая девочку весьма оценивающим взглядом, но никаких претензий у меня и быть не может - стройная, красивая, с огромными выразительными глазами, за которые ее и прозвали олененком.
- Раздевайся, - командую я, глядя в упор на малышку. И надеюсь, что повторять не придется. Да, я понимаю, что ты можешь растеряться, замяться, засмущаться, но к неожиданным поворотам событий ты должна быть готова больше, чем ко всему другому, - и пока раздеваешься, придумай стоп-слово. Оно нужно всем. Тебе в том числе, потому что никто не застрахован. Всегда надо держать в уме, что тебе может стать плохо или слишком больно, или что-то еще, - я не собираюсь запугивать тебя, но предупрежден - значит вооружен.
- А еще расскажи мне, какой у тебя опыт, если он есть вообще.

+2

4

Она самоуверенная, кажется достаточно опасной, но одновременно с этим почему-то этой уверенности хочется доверять. Жизнь ещё недостаточно потрепала меня, чтобы потерять ту наивность, что обычно сопровождает всех милых девочек из маленьких городов Соединённых штатов Америки. Ведь с ними за всю их жизнь ничего страшного не происходит. Даже маньяки, что орудуют в подобных городках, кажется, совсем далеко. Одна мысль бьётся в голове девочек, мальчиков и их родителей - “ Со мной и моими детьми никогда такого не произойдет”. Чаще всего они жестоко ошибаются, и их ошибка порой может стоить жизни. Я в Сакраменто не так давно, но ещё верю в лучшее в людях. Кто знает, может быть, большой город не сможет напугать меня так сильно, чтобы я захотела вернуться домой, к маме. Наверно, моя мать просто не та, к кому хочется возвращаться.
Девушка представляется Кристой, а потом проходит ко мне за спину, я слышу звук запираемого замка. Значит, отрезан путь к бегству, но я уже собралась, чтобы не ринуться к двери и колотить в неё с просьбами выпустить.
- Хорошо, - ты не требуешь, чтобы я называла тебя госпожой, но я запоминаю твой совет, он потом мне наверняка пригодится. Ты ходишь по комнате, осматривая меня во время непродолжительного монолога, а я ощущаю, что передо мной движется хищник в облике человека. Так обычно львы или тигры перемещаются по клетке, когда смотришь на них в зоопарке. А мне, видимо, пока отходит роль олененка, которым меня прозвала Джессика и подхватила теперь ты. Звучит команда раздеваться, от которой я невольно вздрагиваю, ведь только что мы говорили, но ты не даешь мне забыть, зачем мы собрались здесь. Уж точно не разговаривать. Учиться? Изучать себя? Одного пока не могу понять, что тебе с этого? Любишь напуганных оленят?
Но я не первый раз слышу такие слова. Пусть из других уст, но звучали они тогда с очень похожей интонацией. Ты права, нужно уже начинать, студия ведь оплачена на какое-то ограниченное время. Я стягиваю с себя свитер через голову, ищу глазами, куда его можно положить, подхожу к стулу рядом с дверью и вешаю на спинку. Ты говоришь про стоп-слово, об этом Джессика тоже упоминала. Можно придумать какое-то своё, а можно воспользоваться стандартным. Но в порно, как она говорила, обычно используют систему жестов или звуков, которые не мешают съемкам, но могут помочь понять, что что-то идёт не так.
- Я выберу “красный”, не могу придумать ничего оригинальнее, - я расстегиваю молнию на юбке и позволяю ей упасть на пол, а потом переступаю через неё, поднимаю и кладу на тот же стул. Мне очень неловко, кажется, что одежда не заканчивается, но спустя пару минут я уже переступаю с ноги на ногу, абсолютно обнаженная. Это не сложно, я позировала в таком виде не один раз, но от осознания того, что мне предстояло, я как будто в первый раз стояла в таком виде и испытывала страх. Да, я боялась, я ведь не знала, что ты мне приготовила.
- Я не девственница, - решаю сообщить об этом сразу же, - у меня не было анального секса, но Джессика предупредила, чтобы я подготовилась к нему на всякий случай, - почему-то это здорово смущает меня, так что я опускаю глаза вниз. Просто в голове мой голос звучал гораздо увереннее, чем получился сейчас.
- Мне приходилось долго стоять в одной позе, когда работала натурщицей у художника. Я не очень понимаю, какого рода опыт тебя интересует. Я не очень люблю боль, она меня немного пугает, но я постараюсь не разочаровать, учитывая, в каком порно буду сниматься.
Я машинально складываю руки на груди, как будто это поможет спрятать меня от твоего пристального взгляда. Усилием воли удерживаю себя от того, чтобы прикрыть что-то ещё, вместо этого впиваясь ногтями в свои плечи - это отрезвляет. Согласись, художники и фотографы смотрят на модель совершенно иначе.

+2

5

Я впиваюсь в тебя взглядом, когда ты снимаешь с себя свитер, стараясь при этом быть уверенной и спокойной. Я отмечаю про себя, что действие дается тебе в принципе легко, хоть и руки немного подрагивают, а взгляд мечется от одного предмета к другому, но ты не тормозишь, не устраиваешь истерик и сцен, не пытаешься сказать о том, что еще не готова и не можешь так просто раздеться перед чужим человеком. Все по той простой причине, что ты - можешь. И это плюс, девочка. Это пусть небольшой, но уже шаг к победе над собой и к съемке в бдсм. Понятия не имею, почему ты выбрала именно такой сложный жанр, вместо того чтобы сниматься в куда более легком лесби-порно, с которым бы наверняка справилась почти без подготовки, ведь стоило бы научиться только играть на камеру, манерно стонать и кончать, когда за тобой наблюдают.
Но ты выбрала то, что выбрала. Или тебя заставили выбрать. На самом деле меня это мало интересует, но я по-настоящему попытаюсь помочь тебе. Во-первых привыкнуть к тому, что с тобой делают абсолютно незапланированные и, возможно, не слишком приятные для тебя вещи. Во-вторых, было бы просто чудесно, если бы я смогла показать тебе, что от этого в самом деле можно получить удовольствие, при том по силе абсолютно несравнимое с удовольствием от обычного ванильного секса.
- Красный, - повторяю я следом за тобой, словно впервые слышу это слово. В самом деле это очень универсальный знак, потому что почти у каждого доминанта реакция на него доведена почти до автоматизма, - одна моя саба использовала слово "апельсин", - я стараюсь показать тебе, что со мной не опасно и даже можно разговаривать в те моменты, когда мы еще не увлечены процессом. Потом разговаривать просто так будет нельзя. На съемках это тоже запрещено в большинстве случаев. Послушные девочки говорят только тогда, когда их спрашивают.
- Хорошо, что подготовилась, - произношу я вслух, а сама думаю, что лучше если твой первый раз в этом плане будет не перед камерой. Плохо, если придется останавливать съемку - будет неловко и тебе, и все остальные скорее всего будут не в восторге. Однако, будет еще хуже, если съемку не остановят, забивая на твои ощущения. Тогда конечно в кадре видны будут твои настоящие эмоции и страдания, что особо ценно, но... скорее всего в таком случае ты получишь психологическую травму. Мне бы этого не хотелось.
Да и к тому же, как я могу не воспользоваться шансом стать первой хоть в чем-то?
Надеюсь, ты запомнишь меня. Запомнишь холод моих глаз, мою сдержанную улыбку и ловкие пальцы. Я не собираюсь быть твоим кошмаром, но и едва ли стану самым приятным воспоминанием в твоей жизни. Тем не менее мне, как обычно, хочется занять в твоем сердце и в твоей памяти абсолютно особенную нишу, в которой не будет никого, кроме меня.
- Выносливая, значит. Это прекрасно, - я подхожу к тебе ближе и заглядываю своими темными узкими глазами в твои большие и светлые. А затем своими ладонями накрываю твои, опуская наши руки вниз, тем самым окончательно обнажая твою грудь, - красивая. Не стесняйся. О стеснении перед камерой придется забыть. Тебя будут снимать во всех возможных ракурсах и едва ли не в тебя камеру засовывать, - говорю спокойно, продолжая смотреть в твои глаза, - и не думай, я говорю все это не для того, чтобы напугать лишний раз тебя, Силь. Просто хочу, чтобы ты была готова ко всему. Или почти ко всему.
Если честно, сама не знаю откуда вдруг во мне просыпается такая своеобразная "забота" об этой девчонке, ведь я могла обойтись без разговоров и объяснений, а просто сделать с ее телом то, что сделает любая другая на съемках. Но вместо этого я вдаюсь в подробности, описывая варианты.
Отпускаю твои руки, продолжая гипнотизировать взглядом. Мне хочется поцеловать тебя, но я знаю, что в наши планы это не входит и, скорее всего, ты будешь против. К тому же опять таки поцелуи губы в губы это не для бдсм, это для того лесби-порно, в котором ты почему-то не участвуешь.
- Олененок, а почему такой сложный жанр, если ты боишься боли? Испытание на прочность? - я подымаю руки и накрываю ладонями твою грудь, легко сжимая ее, ощупывая и наслаждаясь мягкостью кожи под пальцами. Маленькая вольность.
- Почему не просто лесби-порно? Тебе бы не пришлось терпеть как тебя связывают, шлепают и заставляют заниматься анальным сексом, используя игрушки с током, - на секунду задумываюсь, - игры с электричеством есть в списке твоих табу?
Я знаю, что мы исключаем проколы, раны и любые видимые повреждения твоей кожи, потому что перед съемкой ты должна быть идеальной и привлекательной, словно маленькая невинная девочка.
Пальцами сжимаю твои соски, проверяя чувствительность. Сжимаю до тех пор, пока с губ не срывается легкий вскрик, и только потом отпускаю, напоследок поглаживая, чтобы успокоить.

+2

6

Меня кидает из крайности в крайность. Я то хочу сбежать отсюда подальше, чтобы никогда не испытывать больше такого, то благодаря во многом адреналину в крови хочу остаться, чтобы понять, что же будет дальше? И любопытство во мне по какой-то причине побеждало испуг, побеждало нервозность и придавало больше не сил, нет, безбашенности и безрассудства.
Этого всегда во мне было много, но с помощью Меган я открыла в себе новые грани. Кто знает, что я узнаю о себе благодаря твоим действиям, твоим словам, тебе.
Ты повторяешь моё банальное стоп-слово, но не смеешься над ним, а вдруг рассказываешь, что одна твоя Саба использовала слово “апельсин”. Это так разряжает обстановку, что я еле сдерживаю смешок, рвущийся с моих губ. Как будто я сейчас не стою перед тобой полностью обнаженной, а мы пьём чай в английской манере и беседуем о чём-то совершенно приличном. Потом я представляю себе, как в разгар чего-то тематического Саба говорит “апельсин”. Это кажется смешным, но по сути единственное, что отличает БДСМ от грубого секса или изнасилования. Доверие и возможность остановиться.
Ты хвалишь меня за подготовку, и от этого мне почему-то очень приятно. Как будто я была хорошей девочкой, теперь меня не будут ругать?
А потом ты движешься ко мне, сокращая расстояние, это пугает немного, то как ты резко бросаешься от разговоров к действиям, но мне нельзя расслабляться, иначе не смогу среагировать верно. Мне так кажется, но тебе же лучше знать? Я уже начинаю жалеть, что не попробовала что-то подобное сама, прежде чем напрягать тебя своей неопытностью. Я не жалею, что встретила именно тебя, хоть твои глаза затягивают подобно омуту. Я выдерживаю твой взгляд, хоть дыхание и перехватывает ненадолго, а пальцы на плечах подрагивают. Но ты накрываешь мои руки своими, опуская их вниз и обнажая мою грудь полностью. От этого я тихо выдыхаю, но воздух всё равно немного свистит сквозь губы, как я ни стараюсь вести себя тихо и спокойно. Вспоминаю о том, что нужно же глаза опускать, но не сразу это делаю, не могу оторвать от тебя взгляда. Почему-то сейчас я забываю о том, что ты не совсем женственна на вид, что у тебя короткие волосы, хоть я привыкла больше к длинным в своих пальцах. Но я ведь не сексом с тобой пришла заниматься, чтобы фокусироваться на том, привлекаешь ли ты меня физически. Привлекаешь, к неожиданности моей.
- Да, я понимаю, - всё равно поднимаю глаза, снова встречаюсь с твоим пронзительным взглядом и еле заметно улыбаюсь, - я просто немного… нервничаю, извини.
Почему-то я уже не первый раз думаю о тех неудобствах, что причиняю тебе своей неопытностью. Я пытаюсь храбриться, но мне кажется, ты чувствуешь мой страх, как любой хищник. Но почему-то не нападаешь, хотя могла бы. У тебя все карты в руках, даже те, что в рукавах обычно прячут, но ты проявляешь… заботу, что очень неожиданно. Но мне кажется, я не устану удивляться тому, что ты приготовила для меня.
Ты отпускаешь мои руки, а мне почему-то хочется потянуться за ними, будто твои пальцы придают уверенности. Как будто ты уже успела прошить подушечки толстой нитью, пока я была загипнотизирована твоим взглядом.
Но вопрос, который ты мне задаешь, застает врасплох, я удивленно смотрю на тебя и вдруг ощущаю обжигающее прикосновение к груди. Наверняка твои пальцы не такие уж и горячие, но они жгут меня подобно клейму, хоть и это всего лишь психологическое.
- Почему БДСМ? - переспрашиваю я, пока ты исследуешь мою грудь пальцами, рождая совсем уж неприличные ощущения где-то внизу живота. Не желание, а просто “бабочки”, но все приличия остались за дверью, пусть мы и говорили до этого момента, как две английские леди.
- Я не совсем боюсь боли… у меня высокий болевой порог, но мне так проще. Лесбийское порно мне кажется, вызовет быстро неприязнь к сексу в принципе, а БДСМ я вряд ли буду практиковать дальше, - я надеюсь, что смогла объяснить тебе причину, потому что о стоимости такого вида порно ты наверняка в курсе. Ты спрашиваешь про электричество, отчего я вздрагиваю.
- Я бы не стала, если можно. Электричество меня пугает больше боли, наверное. Я не то чтобы не доверяю тебе, - ты прерываешь мою мысль, но я недосказала достаточно, чтобы можно было понять. Моей груди все же достается немного боли, но только в самом конце, совсем легкой, когда я тихо вскрикиваю. Эти ощущения необычные, почему-то раньше ни до кого не доходило проверить, насколько чувствительна моя грудь, но твои ловкие пальцы находят соски очень быстро. Я облизываю губы непроизвольно и поднимаю на тебя глаза, когда ты поглаживаешь ноющие слегка, но почему-то приятно, соски, будто награждая за их поведение. Кажется, мы начинаем? Или это всего лишь проверка, за которыми я пропущу начало?
- Моя подруга как-то связала мои руки. Так что терпеть не придётся. И… Джессика не устраивает порку ремнём, она так сказала, - порой важно на то, что ты говоришь, а то, что остаётся за этими словами. Я не боюсь порки, если она без ремня? Я готова выдержать анальный секс? По-крайней мере, сейчас я пока уверена в этом, но не знаю, сохранится ли эта уверенность до конца.

+2

7

И ни за что не доживем до пенсии,
Как Сид и Ненси

Я киваю головой, выслушивая твои объяснения, принимая их к сведению и складываю на отдельную полочку в своей голове все, что о тебе удалось узнать. Я чувствую себя так, словно пытаюсь изучить тебя, понять как можно лучше, чтобы не навредить, а помочь тебе распуститься подобно удивительному цветку, который смогут увидеть и другие. Трогать же тебя все же будут единицы. И какое же это счастье - быть одной из первых, кто сорвет этот цветок, но при этом поможет ему распуститься и цвести пуще прежнего.
Скорее всего, ты не понимаешь, какой мне толк от всего происходящего и что я получу от этого процесса, ведь денег мне никто не предлагал. Но мне и не нужны деньги. Сейчас мне нужна ты, твоя юность и энергия, твои эмоции и твой страх, который я надеюсь увидеть на дне твоих больших раскрытых глаз, когда ты будешь терпеть все то, что я захочу с тобой сделать.
- Хорошо, тока не будет, - я снова киваю тебе, чтобы ты поняла - ничего не угрожает твоему телу и твоей психике, если ты думаешь, что не сможешь этого вынести. Тем не менее, местами переступать через себя придется, иначе тебе просто нечего здесь делать. Я не говорю об этом, ведь надеюсь, что столь очевидные вещи ты понимаешь без слов.
- Но больно все равно будет. Ты же понимаешь? Надо будет терпеть боль, хотя кричать можешь сколько угодно - зрители это любят, - и я это тоже люблю. Люблю настолько, что кружится голова, темнеет в глазах и удовольствие захлестывает волной, сметая все на своем пути. Именно в этом все и дело - я люблю слушать, как кричат девочки, не способные справится со своими эмоциями, со своими чувствами. Люблю видеть, как они осознают, что оказались гораздо слабее, чем думали до этого.
- Знаешь, - я усмехаюсь, - ремень не самое болезненное, что может быть. Розги гораздо больнее. К тому же оставляют следы на долго, потому впиши их в свой список табу, если в студии он предусмотрен, - произношу довольно холодно, надеясь, что ты запомнишь эти слова, намотаешь их себе на ус и не дашь никому так с собой обращаться, раз уж не слишком жалуешь боль, потому что в мире бдсм розги очень даже любят и ценят - как раз таки за сразу же расцветающие на коже алые полосы, которые причиняют массу дискомфорта, боли и привлекают к себе внимание.
Разрывая наш зрительный контакт я поворачиваюсь к тебе в пол оборота, мимолетно проведя холодными пальцами по мягкой коже твоего бедра. Рука взмывает вверх и я показываю жестом на кресло в углу комнаты, которое чертовски точно копирует кресло в кабинете всеми нелюбимого врача.
- Садись туда, - командую я, а сама подхожу к раковине, чтобы вымыть руки перед началом - в таким вещах я всегда соблюдаю правила. Возможно, что это вообще единственные правила, которые я соблюдаю. Но кого это волнует, олененок? Пока я вытираю руки полотенцем, ты как раз добираешься до кресла. Краем глаза смотрю за тем, как ты застыла в нерешительности, а потом все-таки выполнила то, что требуется.
- Хорошая девочка, - произношу я, подходя к тебе. Стоит только мне оказаться совсем близко, как я склоняюсь над тобой, заглядываю в больших испуганные глаза и едва удерживаюсь оттого, чтобы не поцеловать тебя. Нет. Я не сделаю этого. Это может изменить наши отношения, но кому это надо? Но черт возьми, если ты вдруг попросишь утешить тебя подобным образом, то я абсолютно точно не удержусь. Вот правда... скорее всего ты ничего подобного не попросишь. Поэтому вместо твоих губ я облизываю свои губы.
- Руки на подлокотнки, - и как только ты выполняешь команду, я поочередно застегиваю ремешки сначала на одном запястье, а затем на другом, - как себя чувствуешь? Напугана? - девочка, я не знаю как на счет тебя, но меня чертовски заводит твой доступный вид и твоя невинность, о которой ты даже не подозреваешь.
На очереди твои лодыжки, которые я тоже фиксирую, чтобы ты уж точно никуда не делась и не могла свести ноги вместе. А еще это поможет почувствовать себя более беззащитной и ощутить мою власть. Если в тебе есть хоть какие-то задатки мазохизма, то чужая власть над тобой вскружит голову и поможет возбудиться. А если возбудишься, то проще перенесешь наш небольшой урок.
- Ты готова к большему, Сильви?

+2

8

There's a new game
We like to play you see
A game with added reality
You treat me like a dog
Get me down on my knee
Depeche Mode - Master And Servant

Ты успокаиваешь меня относительно тока, я не сдерживаю вздоха облегчения после этого. Я вообще думаю, что стоит быть с тобой максимально откровенной, ведь от этого зависит моё самочувствие, как физическое, так и моральное, как мне кажется. Ты зачем-то говоришь со мной о боли, хотя не обязана, но я благодарна тебе за это, ты учишь меня тому, как я должна себя вести. Мне больше всего хочется сейчас быть послушной, чтобы ты была довольна, я же понимаю, что и для тебя не просто так всё сейчас происходит. И тебе нужно настроиться, ведь Тема - это не просто отшлепать милую девушку. Это эмоции, это стиль жизни для кого-то. Я не знаю, для тебя ли, но понимаю, что точно не буду спрашивать. Чем меньше я знаю тебя настоящую, тем меньше будет делания узнать больше. Мы должны просто встретиться на одну ночь и разойтись дальше, больше не пересекаясь, если только случайно.
- Я понимаю, я буду терпеть, насколько смогу, и не буду сдерживать крики, - ты говоришь про зрителей, но это и тебя может... заводить? Честно говоря, я не знаю, как действуют на тебя крики девушек, садист ты или кто там ещё бывает? Я почему-то хочу, чтобы ты тоже получила максимум удовольствия, ведь ты хочешь этого тоже, да? Ты очень добра ко мне, даже я это понимаю, хоть и не знаю, почему я вызвала такую реакцию в тебе.
Ты с такой усмешкой говоришь про ремень, что я непроизвольно вздрагиваю. Спасибо, что ты говоришь мне про розги, я их обязательно включу в стоп-лист, мы его ещё не составляли, но сейчас я понимаю, что если бы не ты, я могла бы в свой первый раз на камеру облажаться очень сильно.
- Спасибо, да. Такой список есть, но он очень маленький, - я переступаю с ноги на ногу и прикусываю губу непроизвольно, ведь и правда, почему такие ограничения? Потому что иначе на камеру пришлось бы делать всего пару вещей, остальное было бы запрещено? Раз ты спрашиваешь, есть ли список табу, я понимаю, что у Тематиков он точно должен быть, а вот в порно его может и не быть. Спасибо за это, буду по этому пути выбирать студии.
Ты перестаешь смотреть на меня и проводишь пальцами по бедру. Я так напряжена, оказывается, что это легкое прикосновение отдается неожиданным возбуждением внизу живота. Как будто током простреливает и тут же затихает. Ты показываешь мне в сторону кресла, отдаешь первую команду, а я иду к нему, останавливаюсь рядом, рассматривая его. Похоже на гинекологическое, причём я понимаю прекрасно, какой вид откроется, когда я усядусь на него по всем правилам. И это, чёрт возьми, меня заводит. Не то, чтобы я возбуждалась в кабинете врача, но и ты ведь не доктор совсем, не будешь проводить сухой осмотр и выносить диагноз.
Я залезаю в кресло и откидываясь головой на спинку. Мне немного холодно, но я знаю, что скоро согреюсь, просто нервная дрожь. Ты моешь руки, я слышу шум воды, а потом подходишь ко мне и нависаешь сверху. Мне хочется вжаться в кресло сильнее от твоего взгляда и от неожиданности, но вижу только то, как ты облизываешь свои губы, машинально повторяя твой жест.
Я кладу руки на подлокотники инстинктивно, не задумываясь над тем, что исполняю твой приказ. тело действует само, подчиняясь тебе без моего ведома.
- Хорошо, только немного холодно... Пока нет, если чуть-чуть, - я отвечаю честно, меня немного пугает то, что мои запястья пристегнуты, но это ведь часть игры, верно? Мда, реши ты что-то со мной сделать сейчас, я бы не смогла сопротивляться, но я доверяю тебе сейчас. И эта вера прогоняет страх.
Когда ты пристегиваешь и ноги, а я оказываюсь в беззащитной и бесстыдной позе, возбуждение возвращается, сжимаясь где-то внизу живота, а дыхание перехватывает. Я не знаю, что ты будешь делать, но это меня тут волнует ещё сильнее. Если я так и буду заводиться от ощущения власти над собой, то может быть и боль не будет для меня слишком сильной?
- Да, Криста, - ты говорила, что требований нет, поэтому я называю тебя по имени, впечатывая им свою покорность и согласие, подписывая им, будто контракт с дьяволом. Ты не дьявол, но ты точно собираешься показать мне что-то, что я о себе пока ещё не знаю.
Я готова к этому большему, возможно, сильнее, чем думаю. Чем дальше мы от ремня, тем дальше детские страхи. Сейчас я вижу перед собой властную женщину, которая хочет научить меня чему-то новому. И это дико меня заводит. Хорошо, что я выбрала именно такой вид порно. Хотя, сейчас я думаю о том, не прогадала ли? Может быть, БДСМ - это то, что действительно меня заводит?
А ещё я думаю о том, как же ты целуешься, потому что не могу оторвать взгляда от твоих губ. С них будут срываться приказы, их ты облизываешь зачем-то, привлекая моё внимание к ним так сильно, что я не могу думать ни о чём другом.
Но я послушная девочка, я знаю, что не стоит говорить о своих желаниях. Я хочу, чтобы ты показала мне, что хочешь от меня.

+2

9

Я стану тем из двух зол, которое победит.

Большие широко распахнутые глаза. Они манят гораздо больше, чем твое полностью обнаженное и теперь такое доступное для меня тело. Доступное во всех смыслах этого слова, ведь я могу делать сейчас с тобой все, что угодно. Я могу воспользоваться тобой так, как этого захочу я, но... Я не такая уж сука, Сильви. Напротив, с тобой мне хочется быть мягче, податливее. Мне хочется объяснять тебе, предупреждать в попытках оградить от всей той боли и грязи, в которую ты готова окунуться. Если бы была не готова, то едва ли сейчас сидела бы передо мной на кресле полностью обездвиженная и такая невинная в этой пошлой позе. Черт возьми, девочка, ты хоть представляешь как такие, как я, любят причинять боль и сколько удовольствия получают оттого, как эта самая боль плещется на дне раскрытых глаз, срывается с покусанных губ, слышится в каждом стоне и новом вскрике. Черт возьми, девочка, знаешь ли ты, на что на самом деле способны люди, которых ты собираешься подпустить к себе настолько близко? В какой-то момент мне хочется забрать тебя и спрятать от всего этого гребаного мира, который толкает тебя на подобные поступки. Ведь и дураку понятно, что ты делаешь это не потому, что тебе нравится жестокость. Если бы она нравилась тебе, то учить едва ли пришлось бы. Если бы она нравилась тебе, то ты бы уже испробовала это на себе и едва ли боялась бы ремня так, словно это действительно что-то страшное.
Я начинаю осторожно, словно ступаю по хрупкому льду - кончиками пальцев правой руки касаюсь твоего плоского живота и осторожно поглаживаю, словно теряюсь в нерешительности куда сначала отправить свою руку - на твою грудь или тебе между ног. Еще немного колебаний и рука все же ползет вверх. Я накрываю ладонью твою небольшую и очень красивую груду, для начала легко ее сжимая. Соскальзываю пальцами и они впиваются в сосок, чуть оттягивая его. Я же в этот момент гипнотизирую тебя взглядом глаза в глаза, пытаясь в них прочитать твои чувства. Мне кажется, если я вдруг увижу в них отвращение, то отпущу тебя и попрошу никогда больше не возвращаться к этому. Но вместо этого я читаю в твоих глазах такой естественный страх. Второй рукой я тянусь, чтобы погладить тебя по щеке.
- Хорошая девочка, Сильви. Умница, - я прекрасно знаю, что никто другой не станет так с тобой возиться, но все равно не могу поступить жестче. Почему-то считаю своим долгом успокаивать тебя хотя бы словами.
Перехожу к другому твоем соску, который точно так же сначала сжимаю пальцами, а затем оттягиваю, чтобы посмотреть, как ты зажмуришься, а затем легко вскрикнешь, немного дернувшись в своих путах. Эта боль еще совсем легкая, невесомая, но может хорошо завести, если действовать верно. А я хочу действовать верно, потому что хочу увидеть, как твои глаза заволочет пеленой вожделения, которую невозможно спутать ни с чем другим. И потому позволяю себе непозволительное - склоняюсь к тебе и обхватываю своими губами твой сосок, посасывая и иногда проходясь по нему зубами.
Криста, ты дура! Какая же ты дура!
Но желание показать тебе, что быть в таком беспомощном положении иногда приятно оказывается гораздо сильнее здравого смысла, которым я собиралась сегодня руководствоваться. И все пошло по пизде. Все пошло по пизде из-за этих красивых глаз, такой юной и милой мордашки и такого красивого тела. Я не могу быть настолько жестокой, какой должна быть.
Губы накрывают второй сосок, с которым я проделываю все те же нехитрые манипуляции, которые помогают немного расслабить твое тело и подготовить к дальнейшему. С одной стороны я делаю тебе одолжение, с другой стороны это весьма медвежья услуга. Дотягиваюсь до зажимов для сосков, которые предусмотрительно подготовила заранее.
- Боль в сосках будет усиливаться со временем, Силь. Сначала покажется, что терпеть это совсем не трудно. И первые несколько минут будет правда довольно просто, - спокойным голосом рассказываю тебе, погружая в атмосферу, а сама тем временем цепляю зажимы. Отхожу на пол шага, чтобы полюбоваться тем, как хорошо они смотрятся на тебе, - ты очень красивая. Ты не можешь не нравится, - щелкаю пальцами сначала по одному соску, потом по другому, ожидая, что ты вскрикнешь от резких и довольно болезненных ощущений, - больнее всего будет, если тебя заставят стоять на четвереньках, когда на сосках зажимы. В положении когда ты лежишь они не оттягивают грудь и она фактически не двигается, потому так гораздо проще, - поясняю, хоть и понимаю, что едва ли такие разговоры способствуют твоему возбуждению и спокойствию. Но лучше, чтобы ты была готова, когда это случится. Лучше, чтобы ты рассматривала все возможные варианты, которые предстоит пережить девочке, что решила сниматься в бдсм-порно.
Тянусь рукой к твоим разведенным ногам, осторожно поглаживаю по бедру, а потом вхожу пальцем внутрь, чувствуя, что не смотря на весь испытываемый тобой страх ты все-таки течешь. Подымаю глаза, чтобы снова поймать твой взгляд.
Есть!
Я вижу, как их заволокло туманом возбуждения не смотря на то, что ты все еще выглядишь напуганной и явно не слишком расслаблена. Надо было все-таки налить тебе стаканчик чего-то спиртного. Я думаю об этом, пока мой палец настойчиво исследует тебя изнутри, лаская. Ты не девственница, хотя надо признаться что все еще очень узкая. Любой мужик бы просто обкончался, если бы ты ему досталась. Но насколько я поняла, мужикам тут ничего не светит. И на том спасибо.
- Как ощущения, Сильви? Потерпишь зажимы еще? - спрашиваю я, когда мой палец покидает влажную глубину. Я без слов подношу его к твоим губам, одним взглядом прося открыть рот и облизнуть. Посмотрим сможешь ли ты проявить покорность и побыть хорошей девочкой без лишних фраз и намеков.

Отредактировано Krista Wanger (2016-11-28 18:58:48)

+1

10

Я не знаю, с какой стороны мне ожидать боли, когда именно ты начнёшь действовать, но я жду этого. Ожидание звенит в воздухе, срывается с губ дыханием, плещется в моих глазах. Но я всё равно оказываюсь совершенно не готова к тому, что ты касаешься меня. Это так забавно, что на миг губы изгибаются в улыбке, когда моя живот непроизвольно вздрагивает от неожиданности, но привыкает к чужим поглаживаниям. Я стараюсь не думать о том, что сейчас полностью в чужой власти, что я не смогу сбежать, даже если захочу - мои руки слишком хорошо держат эти ремешки. Они не тугие, они дают мне возможность двигать рукой, но не так уж много свободы, чтобы вывернуться и расстегнуть их.
От медленных поглаживаний я постепенно расслабляюсь и слежу за твоим лицом. Ты не запрещала мне смотреть, не говорила опускать глаза, поэтому я веду себя так, как хочу сейчас. Твои пальцы перемещаются чуть выше, сжимая мою грудь, а я задерживаю дыхание на миг, когда ты оттягиваешь мой сосок и смотришь прямо в глаза. Мне страшно от того, что можешь причинить боль таким нежным участкам моего тела, я не могу сдержать его, но от прикосновения к щеке мне становится немного легче. Страх отступает, сменяясь тянущими ощущениями от твоих действий с моей грудью. А твои слова вызывают странное чувство гордости за то, что я не стала истерить, а спокойно вынесла такое легкое издевательство. Кажется, дальше будет больше?
Ты оправдываешь мои ожидания, повторяя те же самые действия с другой грудью, но в этот раз сжимаешь сосок чуть сильнее, отчего я зажмуриваюсь, пытаясь таким образом убежать от изучающего взгляда, а потом вскрикиваю, непроизвольно дергаясь и пытаясь убежать от боли. Я надеюсь, что ты не разочарована, я действительно очень стараюсь побороть страх. Но пока это сильнее меня. От твоих манипуляций груди горят, пусть боль уже ушла, соски немного ноют, как будто жалуясь мне на то, что же с ними сотворили. А потом происходит то, чего я уж точно не ожидала от тебя, Криста. Твои горячие губы накрывают мою грудь и ласкают, пусть и цепляя сосок зубами, но от этого я начинаю медленно плавиться и сходить с ума. Это странное сочетание грубости и ласки, боли и удовольствия не может оставить меня равнодушной, так что я не сдерживаю стона, когда ты творишь ту же самую магию с другой грудью. И что-то подсказывает мне, что Джессика уж точно не будет так себя вести со мной. Чем же вызваны твои действия? Ты всегда так ведёшь себя с теми, над кем доминируешь? Над теми, кого бьёшь, Криста?
Я киваю на твои слова про зажимы, показывая, что прекрасно понимаю тебя. Зажимы немного пугают меня своей необычностью, я хоть и смотрела порно, но не знаю, как это вживую ощущается. Кажется, у меня появился шанс это понять? Я так отвлекаюсь на твой голос, что упускаю момент, когда зажим оказывается на соске, сжимая его. Я чувствую небольшое давление, как от пальцев. А потом ты цепляешь и второй, отходишь недалеко и смотришь на меня, явно любуясь. Под твоим пристальным взглядом я ощущаю, как сворачивается в клубок моё возбуждение внизу живота, умоляю тебя мысленно не смотреть между ног. Потому что я, кажется, ощущаю, как медленно стекает прямо между ягодицами что-то очень неприличное. Я никогда не смущалась этих проявлений своего возбуждения, но в такой позе почему-то ощущала себя маленькой девочкой, которую застали за чем-то бесстыдным.
- Спасибо, - благодарю за комплимент, хоть меня и смущает то, что ты считаешь меня красивой, когда я так выгляжу. Нет, я прекрасно знала, что некоторые находят меня очень привлекательной, но я никогда не получала таких комплиментов, будучи привязанной к похожему на гинекологическое креслу.
Я запоминаю то, что ты говоришь, впитываю твои слова подобно губке, хоть это и сложно, ты отвлекаешь меня, щелкая по зажимам, и это больно. Я вскрикиваю от этого и понимаю, что давление на соски постепенно возрастает, мне немного больно, но одновременно с этим и горячо там же. И от подергиваний зажимов боль усиливается, но тут же исчезает. Пока я прислушиваюсь к своим ощущениям, прикрыв глаза, ты возвращаешься ко мне, но на этот раз твоим вниманием завладела не грудь, а что-то ниже. Я шумно выдыхаю от прикосновения к бедру твоих пальцев, а потом тихо вскрикиваю от того, что ты проникаешь в меня пальцем. Понимаю, что ты если не видела то, насколько я возбуждена, то теперь ощущаешь это, но не могу и не желаю тебя останавливать. Я подаюсь навстречу твоим пальцам, бесстыдно двигаясь, насколько позволяет мне фиксация. Это действительно настолько сладко, ощущать тянущую боль в сосках и одновременно с этим твои приятные прикосновения. Чёрт возьми, если ты сейчас трахнешь меня, я кончу за пару минут, я почему-то уверена в этом.
- Да, Криста. Ещё немного потерплю, - с сожалением говорю это, когда ты вынимаешь палец. Но тут он оказывается рядом с моими губами, и я приоткрываю рот, захватываю его и погружаю в свой рот. Скольжу по нему языком, ощущая свой собственный вкус. Это совпадение, или ты действительно знаешь, как меня это заводит? Или у меня какие-то стандартные желания?

0

11

Ты должна была стать моей очередной. Должна была. Но стала особенной буквально за тот крохотный промежуток времени, что мы провели вместе, так близко друг к другу. И сейчас, когда я могу сделать с тобой все, что мне только захочется, что мне только взбредет в голову, я осознаю, что не так уж хочу переходить грани, стирать границы, подталкивать тебя к краю пропасти. Но точно так же я осознаю, что тебе это просто необходимо, иначе бы тебя здесь просто-напросто не было. Иначе бы мы не делали с тобой всего этого. Иначе бы мы просто скорее всего никогда не познакомились.
Но ты здесь.
Я здесь.
И мы дружно шагаем по тонкому льду, протягивая друг другу руки, надеясь, что удастся не провалиться под лед, ведь ни одна из нас не хотела бы оказаться в ледяной воде. И создается такое ощущение, что пройти по этой тонкой поверхности мы сможем только если будем отчаянно хвататься друг за друга, заглядывать друг другу в глаза, слушать биение сердца и улавливать каждое изменение в состоянии. Мы же сможем, детка?
Мне только кажется или тебе в самом деле нравится облизывать мои пальцы? Нравится, как я скольжу им по твоему теплому податливому язычку, позволяя играть с ним столько, сколько тебе захочется. Мне кажется, или это нехитрое действие дарует тебе и успокоение и возбуждение, связанное в один крепкий узел, который невозможно расплести. А еще, ты можешь об этом даже не догадываться, но это заставляет смириться с тем, что кто-то контролирует тебя, имеет над тобой власть. Ведь ты уже делаешь то, что я хочу, пусть пока это совсем невинная игра на которую ты бы с легкостью пошла и вне этого помещения. Хотя, надо признаться, что некоторым ужасно не нравится пробовать себя на вкус, а кого-то просто до безобразия смущает и выбивает из коли тот факт, что им так наглядно демонстрируют их же возбуждение. Но как я вижу, у тебя с этим проблем нет.
Я смотрю в твои затуманенные возбуждением глаза, вижу как в них уже проблескивают нотки покорности, чувствую, что еще немного и ты будешь мечтать, чтобы я снова оказалась в тебе и сделала приятно. И это греет душу. Это греет разум. Мне просто становится хорошо от этого осознания, хотя это так непрофессионально. С другой стороны, кто сказал, что секс хоть как-то связан с моей профессией? Не связан. Моя профессия хоть и связана с обнажением тела, но сутью является нанесение на него рисунков, а секс...
Секс это просто то, что я очень люблю.
Власть это то, что я очень люблю.
И маленькие беззащитные девочки тоже гораздо больше в моем вкусе, нежели опытные девушки или степенные дамы. Потому Сильви именно мой вариант. И будь у меня возможность, я бы никогда и никуда ее не отпустила, не позволила бы сниматься во всем этом, потому что порно может калечить. Но я не имею права давать указаний. Я могу только попытаться предупредить ее о подводных камнях, потому что несколько раз была свидетелем съемок и часто общалась с людьми, которые имеют к этому непосредственное участие.
Палец выскальзывает из твоего рта и я провожу им по твоей щеке, оставляя влажную дорожку словно метку. Как бы мне хотелось в самом деле поставить на тебе метку, набить татуировку. Что-то такое, что идеально бы смотрелось на твоей нежной коже.
Тем временем я возвращаюсь в тебя двумя пальцами, сразу же приводя их в движение и заставляя тебя застонать, надеюсь, что от возбуждения. Ты такая теплая, мягкая, податливая, что я рискую сорваться и в самом деле запечатлеть поцелуй на твоих полураскрытых и таких манящих губах. Я рискую сорваться и отойти от своего первоначального плана.
Ты не просишь меня, но я чувствую, что зажимы на сосках причиняют тебе ощутимый дискомфорт, а потому собираюсь их снять. Пока ты еще не знаешь самого главного - если ласкать их после того, как снять зажимы, то будет очень больно. Тем не менее, эта боль не сравнится ни с одной другой. И мне интересно посмотреть, как ты к ней отнесешься, потому что я встречала девочек, которые ее терпеть не могли, но так же были и те, для кого это было подобно наркотику. К кому же относишься ты, Сильви?
Снова приходится покинуть тебя, но на этот раз я мимолетно стираю твою влагу о край простыни, которой застелено кресло, а затем обоими руками тянусь к твоим соскам, чтобы снять зажимы. Я могла бы их сдернуть и сорвать с твоих губ такой крик, от которого наверняка заложит уши, но почему-то не делаю этого. Вместо того просто снимаю зажимы, позволяя крови прилить, а потом осторожно кончиками пальцев касаюсь твоих сосков, поглаживая, потому что знаю, что даже самое мимолетное прикосновение отзовется в сосках болью, а вот если их сильно сжать, то такого эффекта не будет.
- Расскажи мне, что ты чувствуешь. Какие ощущения? Это возбуждает тебя или нет? - мне важно услышать и сделать выводы, хоть и не я буду работать с тобой в дальнейшем. Пальцы по прежнему касаются твоих сосков, приводя их в чувство и разминая, - И не переживай, скоро это ощущение сверхчувствительности пройдет.

+1

12

Тебе ведь явно нравится, как я себя веду, иначе ты бы не улыбалась так. Я хоть и охвачены тягучим возбуждением, но вижу по твоему лицу, как тебе хочется. Вот только пока не могу понять, чего именно, оставляю это на твоё усмотрение. Ведь это я пришла учиться, а ты - учишь меня. Это я здесь привязана к гинекологическому креслу, бесстыдно разведя ноги без возможности спрятать своё возбуждение от тебя. Мне кажется, что если бы за нами сейчас кто-то наблюдал, я была бы ещё больше распалена, хотя куда уж. Но от того факта, что кто-то мог бы видеть, как со мной делают такие вещи, я истекаю желанием, с сожалением выпуская твой палец изо рта.
Ты ведёшь им по щеке, оставляя влагу, а я поворачиваю голову набок, чтобы снова поймать его, но ты не даёшь мне этого. А потом я забываю обо всём, что желала, потому что твои пальцы оказываются внутри. Я ведь и позабыла совершенно о том, что это я связана, а твои обе руки целиком и полностью свободны творить со мной весь тот разврат, что ты желаешь. Я не пытаюсь сдержать стоны, хоть потом и закусываю нижнюю губу, но движения твоих рук внутри вырывают их прямо из моего рта, прорывают все преграды. Я на секунду задумываюсь своим замутненным сознанием, что хотела бы действительно сняться в чём-то таком. Но мне почему-то кажется, что это только твоё на меня действие. Что не будет так круто, как в первый раз. Мне захочется всё больше, всё чаще, больнее, возможно. И я точно не пойду дальше пары раз, я уже сама решила для себя. Но если раньше это было обусловлено страхом, что я не выдержу столько, то сейчас уже опасением, что я захочу снова и снова.
Но я не готова в свою жизнь включать что-то такое, я не готова жить по другим правилам. Я не готова искать ту, что поймёт меня в этом, потому что не все могут быть такими, как ты, Криста. Я уверена, что не все. Я ведь не девственница по части женщин, поэтому знаю, что не каждый партнер тебя радует, далеко нет. Не с каждым ты испытываешь такое единение, только встретившись.
Ты выходишь из меня, и с губ срывается разочарованный стон. Пока я желала, чтобы это продолжалось и думала о том, какая же ты классная, как мне не хватает этой перчинки, ты решила прекратить доставлять мне удовольствие. Точно, я же не за этим пришла сюда, чтобы меня просто трахали, пусть и в такой беззащитной позе.
Когда ты снимаешь зажимы, я охаю от ощущений, я не думала, что мне будет так странно, чуть покалывать. Так бывает, когда руку перележишь, кровь отливает, а потом возвращается с легкой болью. Но когда ты касаешься моих сосков пальцами, я сжимаю подлокотники пальцами и закусываю губу, потому что не могу удержать стона.
- Да, это возбуждает, - мне сложно привести голос в порядок, после того, как я стонала практически до криков в твоих руках, - Мне кажется, я только и могу сейчас, что возбуждаться от любого действия. Как ты это делаешь? - мои слова перемежаются тихими стонами от прикосновений к груди, но одновременно с этим мне хочется, чтобы ты продолжила меня мучить этой смесью боли и удовольствия.
- Ещё я очень хочу... - я поднимаю глаза на тебя, а потом почему-то отвожу взгляд и глубоко вдыхаю воздух в легкие. Мне почему-то стыдно о таком говорить, так что щеки начинают алеть, - Мне мало, - наконец, выдавливаю из себя и снова смотрю в твои глаза. Плевать, как ты это поймешь. Мало мне двух пальцев, мало мне боли, мало чего ещё. Мне тебя мало, я хочу тебя больше.
Таким образом, каким ты этого хочешь.
Ещё я хочу, чтобы ты поцеловала меня, но это ведь лишнее?

+1

13

Ты такая чувствительная, такая милая, такая искренняя и настоящая. Никакой фальши, никакого притворства. И мне хочется спросить тебя, что ты вообще забыла в этом бизнесе, милая. Мне хочется побыть строгой, поиграть в доминанта и взять с тебя обещание, что ты никогда больше даже не подумаешь сниматься в порно. Особенно если это БДСМ. Особенно в таком возрасте. Мне чертовски хочется показать тебе как это бывает больно, плохо, мерзко, до слез и тошноты. Но я не могу. Не стану. Ты не заслужила, Сильви. И, конечно, ты имеешь право поступать со своей жизнью так, как хочется тебе. Мне только остается надеяться, что ты правда хорошо подумала. Если в твоем возрасте вообще возможно хорошо подумать.
Меня терзают противоречивые чувства, когда я смотрю на тебя, девочка с глазами невинного олененка. Я хочу защитить тебя, спрятать от всего мира, показать лучшую его сторону, но одновременно мне до одури хочется сделать тебе больнее, показать, как от этого может быть хорошо и заставить испытать оргазм. И черт возьми, наивно надеяться, что он будет лучшим в твоей жизни на сегодняшний день. Конечно в твоем светлом (я надеюсь) будущем, у тебя будет сотни шансов перепрыгнуть эту планку, но сейчас я хочу быть лучшей. И в этом вся я.
Мне хочется целовать твои губы, хочется терзать твое тело, заставляя дрожать и стонать так, что кружится голова. Но я даже думать об этом забываю, когда ты так просто и бесхитростно сообщаешь о том, что тебе мало. Мало, милая моя! Ты не просто поддалась азарту, ты возбудилась, загорелась и жаждешь большего. И это вызывает во мне улыбку. Это вызывает во мне желание продолжать до тех пор, пока ты не станешь умолять меня остановиться и оставить тебя в покое.
Ухмылка касается моих губ, а я шепчу тебе что-то вроде "хорошо, моя милая. Ты получишь то, чего хочешь". И ты действительно получишь, хотя это будет небольшое отступление от плана, по которому я собиралась действовать, но теперь мне все равно. Мне все равно, пока я вижу эти затуманенные страстью и желанием глаза. И потому я поступаю так, как не должна - наклоняюсь и накрываю твои губы своими, страстно целуя. В этом поцелуе мало нежности, зато безмерно много нашего общего желания. Я беззастенчиво кусаю твои губы, срывая тем самым с них стоны. К утру они припухнут, будут болеть и саднить, но имеет ли это значение сейчас? Нет. И я думаю, что ты готова со мной согласиться. И я думаю, что ты тоже хочешь пройти этот путь до конца, хоть мы и сбились с курса, милая.
Я целую тебя до тех пор, пока у меня не начинает кружиться голова. А когда чувствую, как разум затуманивается, то отрываюсь от твоих сладких губ и заглядываю в твои глаза, ища в них подтверждение тому, что ты готова продолжить. И ты готова, черт возьми! Для того чтобы это понять не нужны слова. Вообще ничего лишнего не надо.
Опускаю руку и пальцами уверенно провожу у тебя между ног, ощущая, насколько ты влажная. На прикосновения ты отзываешься дрожью и жалобным возбужденным стоном.
- Потерпи еще немного, милая, - пальцем касаюсь твоего клитора и осторожно его поглаживаю. Мои движения дразнящие и не интенсивные, от чего ты пытаешься приподнять бедра, но ремни держат тебя крепко и ты не слишком-то можешь ерзать. В тот момент, когда ты ожидаешь этого меньше всего, я шлепаю тебя по лобку, стараясь задеть пальцами разгоряченный клитор.
Крик.
Еще удар.
И снова крик.
Боль помноженная на возбуждение кружит голову нам обоим. Я бы хотела слушать тебя еще и еще, но боюсь пересечь грань, за которой больше не будет удовольствия, а будет только страх. Важно не переборщить, а потому после третьего шлепка я останавливаюсь и смотрю на тебя, останавливая взгляд на блестящих глазах и покрасневших щеках.
Толчком ноги я убираю лесенки, на которые ты вставала, чтобы забраться на это кресло и оказываюсь ровно между твоих ног. Нажатие на волшебную кнопку и кресло становится ниже. Ровно так, чтобы я могла беспрепятственно в тебя войти. На этом месте нам обоим надо поаплодировать тем людям, которые это придумали. Еще немного времени уходит на то, чтобы расстегнуть ширинку на своих джинсах, которые я не собираюсь снимать, и извлечь наружу страпон - сегодня я решила побыть мальчиком.
- Ты готова? - спрашиваю я, приставляя игрушку ко входу и глядя тебе в глаза. Если ты скажешь мне нет, то все прекратится прямо сейчас, Сильви.

+1

14

Твои губы обещают мне дать то, что я хочу. И от этого по телу разливается нега ожидания, кажется, даже кончики пальцев чуть покалывает от нетерпения. Я не знаю, что именно ты хочешь делать со мной, но так даже лучше. Я самая любопытная девочка в мире с богатым воображением, но сейчас я на совершенно неизведанной территории нахожусь, так что совершенно не подозреваю, что же меня ждет. И это заводит ещё сильнее, чем если бы ты говорила мне на ухо, что будешь делать. Хотя кому я вру, и это тоже делало бы меня такой мокрой между ног, что смазка бы стекала по коже. Чёрт, неужели меня действительно можно довести до такого бесстыдного состояния, чтобы я текла и просила о чём-то большем? Почему мне кажется, что в порно я не получу такого?
Кажется, мне стоит опасаться не того, что мне понравится БДСМ, а того, что я не захочу отпускать Кристу от себя далеко. Что мне понравится с ней, а не с абстрактной доминантшей. Но, конечно же, сейчас меня очень мало волновали какие-то опасения.
А ещё меньше их стало в моей голове, когда ты поцеловала меня, страстно и настойчиво закрепляя своё право делать со мной всё, что ты захочешь. И откуда ты узнала, что мне нравится, когда меня кусают во время поцелуя? Я ощущаю твоё желание в нём, которое, кажется, еле сдерживается сейчас, готовится выплеснуться. Интересно, это только мне срывают крышу и заставляют плавиться от удовольствия твои поцелуи, или это взаимно? Или я получаю их только потому, что ты жаждешь меня настолько сильно, что ты уходишь  от своей линии поведения изначальной из-за меня? Нет, я не считаю себя достойной того, чтобы и у тебя сорвало крышу, но, может быть, сегодня ты оставишь мои губы искусанными именно поэтому? Потому что неистово хочешь меня трахнуть, но не можешь?
Ты проводишь пальцами между моих ног и я срываюсь стоном, тело будто пронзает электрическим разрядом. Так хочется, чтобы мои руки были свободны, так хочется помочь себе или хотя бы заставить тебя сделать мне хорошо. Поэтому я поднимаю вверх бедра, пытаясь намекнуть на то, чтобы ты не убирала пальцы, но ремни крепко меня держат, так что я начинаю тихо стонать уже от неполученного удовольствия, когда ты просишь потерпеть. Да, я потерплю, я буду послушной, чтобы ты была довольна, Криста. Мне деваться уже некуда, я привязана к креслу, а ты правишь балом. И в тот момент, когда я теряю голову от твоих нежных поглаживаний, ты бьёшь меня прямо по самому нежному месту, так что я вскрикиваю от легкой боли и неожиданности. Кажется, шлепки разогревают кожу и из-за этого кровь приливает к месту удара, но я теряюсь в ощущениях, потому что ты бьёшь меня ещё раз и ещё. Я жалею, что ты не засунула мне кляп в рот, потому что я кричу, не сдерживаясь, но с каждым ударом завожусь ещё сильнее. Они не пугают меня, хотя будь я не настолько возбуждённой, точно бы не была рада такому обращению с клитором. Но почему-то сейчас я практически кончаю от этих шлепков, хоть в этом и стыдно признаться. Мои краснеющие щёки говорят сами за себя, когда ты останавливаешься и заглядываешь мне в глаза.
Ты этого ждёшь? Пока я буду изнемогать от возбуждения настолько, что буду униженно умолять тебя взять меня? Я даже не понимаю, как ты вдруг оказываешься у меня между ног, ведь до этого ты держала дистанцию. Хотя, о какой дистанции можно говорить после таких поцелуев? Я ощущаю, как кресло понижается, но я всё ещё привязана к нему, так что могу только взирать на тебя, Криста, когда ты вдруг приставляешь что-то к входу в моё тело. Когда ты спрашиваешь, готова ли я, мне хочется истерично засмеяться. Неужели ты не видишь, насколько я готова? Неужели ты не слышишь моего протяжного тихого стона, когда я ощущаю что-то твердое рядом со мной? Моей гибкости хватает на то, чтобы чуть двинуть бедрами и потереться об искусственный член клитором, закусив губу, а потом честно и откровенно сказать тебе.
- Возьми меня? - вопросом на вопрос, приоткрыв глаза, изнемогая от желания. Мне кажется, даже смазки добавлять не нужно, я так бесстыдно теку, что наверняка буду хлюпать похлеще, чем порноактрисы в некоторых фильмах. Не знаю, нравится тебе это или нет, но, наверное, тебя должна радовать такая моя реакция на твои действия. Тебе льстит то, что я так возбуждена, Криста? То, что я практически насаживаюсь на игрушку. Честно говоря, со страпоном у меня раньше не было опыта, так что я была заинтригована. Думала, что будут просто вибраторы или что-то подобное.

+1

15

Реакция твоего тела сводит с ума. Ты просто нереальная, деточка. И неужели ты правда хочешь чтобы пузатые толстосумы со своими короткими членами смотрели и дрочили на порно с твоим участием. Они не заслужили этого, черт возьми! И вообще пусть идут и трахают своих молоденьких жен, которые согласились выйти за них не по любви, но по расчету. Меня почему-то до ужаса бесит мысль, что кто-то еще увидит вот такую искреннюю, настоящую, желающую тебя, которая готова попросить о том, чтобы ее трахнули, стоит лишь довести до нужной кондиции. Еще час назад мне было абсолютно все равно, а теперь такое ощущение, что я раскопала бриллиант, отшлифовала его, обтерла тряпочкой и, естественно, ни с кем не хочу делиться своим сокровищем.
Но это все лишнее.
У меня нет никакого морального права так поступать с тобой. Да и физического в принципе тоже. Я не собираюсь тебя удерживать или пытаться промыть мозги, потому что уверена - ты в состоянии решать сама. Хотя когда я смотрю в твои большие, такие детские глаза, то моя уверенность куда-то теряется. Если однажды я узнаю, что с тобой на съемках сделали что-то плохое, мучили тебя или заставляли через силу, я прибью этого идиота собственными рукам. Честное слово, девочка, такие как ты могут служить причиной из-за которой не жалко испачкать руки в крови. Даже по локоть. Даже по плечо. Можно вообще с головой во все это дерьмо окунуться, милая.
Но от мыслей обо всем этом меня так удачно выдергивает твой почти умоляющий голос, в котором мольбы больше, чем в самой произнесенной и очень красноречивой фразе "возьми меня". Я киваю головой и губы расплываются в очень искренней улыбке, потому что ты ведешь себя так мило, так по-настоящему, что мне сносит крышу. Мне, черт возьми, сносит крышу! И весь мой опыт летит по пизде в тот момент, когда я вижу, как мило ты пытаешься податься вперед в сторону игрушки, чтобы поскорее почувствовать что-то внутри себя. Это лучшая похвала, девочка. Это самое откровенное признание, моя дорогая.
И я больше не заставлю тебя ждать.
Кладу левую руку тебе на талию, осторожно поглаживая и придерживая одновременно. Левой же рукой поправляю игрушку, чтобы она вошла в тебя, а не съехала, что вполне возможно, ведь я не мужчина и не могу ощущать полностью движения этой хреновины. Резким и плавным движением я вхожу в тебя почти на всю длину и тут же слышу как ты стонешь от удовольствия, прогибаясь в своих путах. Беззащитная, невинная, жаждущая. Я знаю, что тебе хочется прикасаться ко мне, ощутить меня ближе, впиться в меня пальцами, обвить ногами, но даже не смотря на то, что я так безбожно отошла от плана, который себе намечала, я все еще помню, что мы действуем в рамках темы, а потому...
- Тебе придется почувствовать себя маленьким беззащитным оленёнком, Сильви. Можешь даже представить, что я не спрашивала тебя готова ты, хочешь ли...
С этими словами я начинаю двигаться в тебе. Сначала плавно, почти безобидно, ласково скользя, давая привыкнуть, потому что понятия не имею, когда у тебя последний раз был секс и все такое. Но с каждым толчком внутри тебя мои движения становятся более быстрыми, более рваными, я наращиваю темп, выбиваю из тебя стоны и крики, а затем, когда подвожу близко-близко к границе оргазма, останавливаюсь и жду, когда ты придешь с себя, а возбуждение немного схлынет. Да, это очень жестоко, девочка моя, но такое тебе придется пережить ни раз и ни два. Впрочем, я не буду особо изощренной и все же позволю тебе испытать удовольствие, потому что на этом мы не закончим.
Я снова вхожу в тебя глубоко, руками держа за талию, будто бы ты можешь куда-то сдвинуться или что-то вроде того. Ты не можешь. Все что сейчас ты в состоянии - принимать меня. И это распаляет только больше. Твою ж мать, как мне нравится твоя беззащитность. Я почти рычу от восторга, вдалбливаясь в тебя сильнее и буквально заставляя испытать оргазм.
Я не покидаю твоего лона до тех пор, пока ты не затихаешь, перестав биться в агонии удовольствия. Мои руки дрожат, когда я отрываю их от твоего тела. Я сама вся дрожу, когда выхожу из твоего теперь очень плотно обхватывающего игрушку лона.
- Умница, - наклоняюсь к тебе и целую в лоб. Поцелуй настолько целомудренный, что это должно быть выглядит просто смешно, черт возьми.
- Расслабься, приходи в себя. Сейчас я отпущу тебя с кресла, - сначала я отхожу на шаг назад и освобождаю твою правую ногу, но тут же кладу руку на место, где она была зафиксирована и легко разминаю пальцами, чтобы не было неприятных ощущений. Тоже самое я проделываю и со второй твоей ногой. Добираюсь до правой руки и пальцами как можно нежнее массирую запястье на случай, если оно вдруг затекло и ты испытываешь дискомфорт. Через пятнадцать минут я уже полностью убираю все крепления, а ты, кажется, до сих пор не слишком пришла в себя. Потому я подхватываю тебя на руки и несу на кушетку.
- Отдохни немного. Хочешь пить?

+1

16

Мне было бы ужасно, если бы ты решила дразнить меня в такой момент. Но мои слова, кажется, как раз то, что ты ожидаешь услышать,  потому что я ощущаю, как твои пальцы оказываются на моей талии. Ты вдохишь в меня плавно и практически нежно, это не очень сильно вяжется с тем образом Темы, о котором ты говорила, но я благодарна тебе за это. Нет, я подготовилась к чему-то подобному. Знала бы ты, как долго я сидела перед зеркалом в своей комнате, примеряя с каждым разом всё больший диаметр игрушки. Наверно, тебе было бы интересно послушать об этом, но я не расскажу, пока ты не спросишь. Мне кажется, сейчас ты завелась настолько, что тебя хоть и волнует то, достаточно ли я растянута, ждать ты больше не можешь.
Но когда ты входишь в меня так плавно, я изгибаюсь и не могу сдержать стона. Одно дело - самостоятельно ласкать себя, другое - когда это делает кто-то другой, а ты привязана к креслу, не можешь пошевелиться. Что такое, у меня фетиш на лишение подвижности? Или просто ты такая охуенная, Криста, что я теряю голову уже который час? Я не знаю, сколько прошло времени с того момента, как мы с тобой познакомились, но мне кажется, что моё тело ты успела изучить практически везде.
Оказывается, со страпоном может быть не хуже, но мне так хочется обнять тебя, впиться ногтям в плечи и оставить на спине несколько царапин. Так что хорошо, что ты меня связала, я не слишком похожа на милого напуганного олененка в сексе. Совсем не похожа, если только первые несколько минут.
- Хорошо, - только и успеваю ответить я тебе, потому что мне и представлять не нужно, ты начинаешь двигаться во мне без предупреждения, отчего я охаю и прикрываю глаза, прогибаясь в спине, чтобы почувствовать тебя сильнее. Ты не очень долго меня мучаешь плавными нежными движениями, скоро темп возрастает, и если бы я не была такой мокрой между ног, могло бы быть больновато. Но сейчас мне абсолютно плевать, что ты со мной делаешь, даже если потом будет всё саднить, сейчас я могу только кричать от удовольствия, когда ты вбиваешься в меня.
Нет, самой такой темп повторить невозможно, не получится и этого ощущения присутствия в одиночестве, когда ты бы кусала пальцы, лишь бы не стонать, но не можешь. Когда ты приоткрываешь глаза и встречаешься с тёмным взглядом, полным желания, и от этого внизу живота сводит от удовольствия.
Когда ты останавливаешься, с моих губ срывается разочарованный стон, ты не можешь быть такой жестокой. Я же была послушной, Криста, за что ты так со мной? Я чуть не начинаю умолять тебя, чтобы ты дала мне кончить, но ты будто слышишь мои мысли, входишь снова, придерживая меня, будто я могу куда-то сбежать. Но это так заводит, быть беспомощной в твоих руках, быть зависимой от твоих желаний, твоих игр.
Если бы я не хотела кончить, мне пришлось бы, потому что теперь от нежности не осталось и следа. Даже того малого, что был в начале самом. Ты буквально впечатывала меня в кресло, как будто пыталась порвать мне всё внутри, лишь бы собственнически заклеймить своей. Мне оставалось только кричать от удовольствия, шептать "ещё", звать тебя по имени. Я хотела бы тянуть к тебе пальцы, но не могла этого делать. Мир вокруг сузился до нас с тобой, когда ты вдруг вошла особенно глубоко, а я сжалась в нетерпении. Оргазм похож на вспышку, ты не можешь контролировать себя, ты кричишь, ты плачешь, ты задыхаешься и снова кричишь.
И когда я прихожу в себя, не понимая, что только было, ты уже массируешь мои затёкшие слегка от ремней конечности, а потом и вовсе поднимаешь на руки, чтобы уложить на кушетку. Я могу только обнять тебя за шею, наконец-то получив возможность коснуться тебя, отчего испытываю моральное удовольствие и ощущение безопасности. Ты за короткий срок смогла научить доверять тебе.
- Да, я себе, кажется, голос сорвала, - смущенно говорю тебе, уже оказавшись на кушетке. Казалось бы, чего стесняться, когда только что я кончила от твоих действий на кресле, но я почему-то именно этого боюсь. Что ты посчитаешь меня совсем уж легкомысленной.
- Ты довольна? - я тяну к тебе руки, мне ужасно нужно касаться тебя, даже просто поглаживать твои пальцы, которые несут и боль, и удовольствие одновременно. Мне хочется смотреть на тебя сейчас, пока ты отвечаешь на этот вопрос.
- Немного отдохнуть? Это намёк, что будет что-то ещё? - Сильви, Сильви, ничему жизнь тебя не учит, не стоит совать свой длинный любопытный нос и задавать такие вопросы. Впрочем, было ружьё, которое пока не выстрелило.

+1

17

- Да, я довольна тобой, - вижу, как ты тянешься ко мне, как подрагивают твои пальцы, когда ты пытаешься прикоснуться ко мне, почувствовать тепло настоящего живого человека, который контролировал тебя всего десять минут назад, а теперь кажется таким доступным. Наверное, тебе сложно переключиться и осознать, как все это поведение укладывается в рамки одного человека. Но я могу быть разной, Сильви. Если хочешь, я покажу тебе всё.
Я подаю тебе стакан с водой не смотря на то, что ты игнорируешь мой вопрос. Тем не менее, раз тебе кажется, что голос сорвала, то попить точно будет не лишним. Я даже помогаю придерживать его за донышко, пока ты пьешь, потому что твои пальцы дрожат и мне кажется, будто ты в любой момент можешь выпустить стекляшку из рук, а она в свою очередь разобьется о пол и разлетится тут сотнями осколков. Осколки нам ни к чему, оленёнок. Ты слишком хороша, чтобы я могла и хотела отвлекаться на какие-то там еще глупости.
- Конечно, Сильви, - я не могу скрыть усмешки, когда говорю об этом, - а ты уже сдалась? Решила, что с тебя хватит? - это откровенная провокация, но мне нравится тебя провоцировать. Нравится смотреть, как ты на секунду замираешь в нерешительности а потом, кажется, решаешь, что не хочешь показаться в моих глазах такой слабенькой.
- Разве тебе не понравилось? Не хочешь еще? - я забираю у тебя стакан, в котором больше не осталось воды и встаю, чтобы убрать его на какую-нибудь безопасную поверхность. Например, подоконник. Да, думаю подоконник отлично подходит. По крайней мере я сегодня не собираюсь использовать его никаким образом и даже приближаться к нему.
Возвращаюсь к тебе и сажусь на край кушетки. Протягиваю руку и глажу тебя по щеке, нежно лаская словно маленького котенка, к которому так хочется прикасаться. И мне кажется или ты в самом деле откровенно наслаждаешься этим и неожиданной близостью? Девочка, нельзя же быть такой искренней в этом весьма грубом и жестоком мире взрослых людей и шизанутых извращенцев. Придется признать, что я, кажется, отношусь к разряду шизанутых извращенцев. Но сегодня моя совесть чиста, ведь ты сама пришла ко мне и, можно считать, попросила сделать с тобой все это и даже больше. Поэтому в ближайший час я собираюсь открыть для тебя еще несколько граней специфичного удовольствия. Ты нравишься мне, а потому я буду нежной и осторожной.
- Ты готова продолжить? - я улыбаюсь тебе и рука соскальзывает с щеки на грудь, которую я просто осторожно лаская, будто это не я всего час назад поступала с ней довольно жестко, заставляя тебя возбуждаться от подобного с тобой обращения, - если да, то переворачивайся на живот.
Я отхожу от тебя в поисках какого-нибудь стека, который мне понравится больше, чем остальные. Чтобы двигаться дальше, мне надо разогреть тебя снова, вскружить голову опять, заставить чувствовать себя одновременно беззащитной и такой желанной. На самом деле именно такая ты и есть - беззащитная и желанная. Не знаю, осознаешь ли ты это, понимаешь ли, но факт от этого не меняется. Думаю, у тебя легко получится вскружить голову как мужчине, так и женщине.
- Ты опасная девочка, Сильви, - произношу я, подходя к тебе ближе, а в руке держа стек, - в порно любят, когда девочки считают удары. Посчитаешь их для меня? - я встречаюсь взглядом с твоими глазами и подмигиваю тебе. Подхожу совсем близко, рукой касаюсь ягодиц, поглаживая их и разминая, будто бы стараясь подготовить к дальнейшему. Правда в том, что нельзя быть до конца готовой к этому. Ты все равно не расслабишься и с замиранием сердца будешь ждать каждого удара, ожидая новой порции обжигающей боли. Потому я решаю долго не томить тебя и шлепаю первый раз, ожидая, что ты сообщишь об этом вслух. Давай, милая, не заставляй меня ждать.
- Раз, - слышу я твой голос, который заставляет меня улыбнуться. Легко касаюсь пальцами твоего бедра и наношу следующий удар на вторую ягодицу. Я специально не стала давать даже намек, сколько это продлиться, чтобы сильнее держать тебя в напряжении. За вторым ударом следует сразу третий, после которого я останавливаюсь, но только для того, чтобы просунуть руку между твоих ног и нагло вторгнуться в тебя двумя пальцами, проверяя, есть ли реакция. Несколько грубых толчков внутри до тех пор, пока ты возбужденно не застонала, а потом я покидаю тебя, чтобы продолжить нашу небольшую порку.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Научи меня?