Как только он тебя отпустит - ты упадёшь, ты искренне уверен в этом, просто сползёшь по стенке обратно в грязь прямо к его ногам, не сможешь стоять, всё тело окутывает дикая слабость и почему-то безумно хочется смеяться, несмотря на то, что ты не видишь в этой ситуации совершенно ничего смешного. Кажется к горлу подкатывает нервная истерика, ты отмечаешь этот факт как-то совсем уж отстранённо, закусываешь губу, не отводя взгляд - по позвоночнику всё ещё разливаются остатки тепла, но постепенно, хоть и очень медленно, возвращается холодный страх. Боже, чем ты вообще думал, как ты мог позволить себе, как он мог позволить тебе? Как ты вообще мог этого захотеть? В голове немного проясняется, но мир пока не торопится терять краски, всё какое-то мутное, выпуклое, как будто ты смотришь на реальность через огромное увеличительное стекло, тебя слишком шарахнуло оргазмом - так, что ты до сих пор не можешь прийти в себя. Дыхания не хватает, ты пытаешься ухватить остатки воздуха между вами, лёгкие горят, сознание пытается куда-то ускользнуть, но ты кое-как держишься на чистом упрямстве, сжимаешь пальцы, считая секунды до того момента, когда он наконец опомнится и выпустит тебя из хватки.

Непослушные пряди волос видимо по привычке лезут в глаза, стремятся закрыть тебя, спрятать от всего мира, но ты встряхиваешь головой ещё раз, хотя от каждого движения где-то за расширенными зрачками и потемневшей до черноты радужкой взрываются яркие фейерверки.

Ты должен был почувствовать облегчение в тот самый момент, когда он вдруг оказался на расстоянии целого шага от тебя - ты не замечаешь, как это происходит, его рваное движение отпечатывается в памяти двумя несклеенными кадрами старой плёнки, на которой неохотно проступает его злость и твоя растерянность. Ты должен был почувствовать облегчение - вместо этого тебе сразу же становится холодно, но это ведь естественно, это нормально, ты ведь совсем не тянешься за его телом, надеясь продлить этот очень странный контакт, верно? Да, Айк? Ты просто покачиваешься, почти сразу вжимаясь спиной в изрисованную маркером и какой-то хернёй стенку туалетной кабинки, не хочешь снова стоять перед ним на коленях, хотя каждая кость ощущается такой мягкой и растянутой, что кажется невероятным, что ты ещё в состоянии держаться на ногах. Сейчас-сейчас-сейчас, сейчас он уйдёт и ты получишь свои две или три минуты наедине с самим собой и пачкой сигарет, просто собери остатки своих сил - и перестань пялиться на него, идиот.

Это всё ещё Джей Уокер - кретин, с азартом и удовольствием избивающий тебя ещё со средней школы.
Это всё ещё Джей Уокер - мудак, который никогда не пройдёт мимо без того чтобы доебаться до тебя.
Это всё ещё Джей Уокер - старше тебя на пару лет, слишком редко появляется в школе, зачем-то подрабатывает грузчиком в окрестных магазинах...
Это всё ещё Джей Уокер - эти вот веснушки и тёмная рыжина коротких волос, и синие глаза, и сильное тело, вжимающее тебя в стену.

Ох твою мать, кажется ты попал - не потому что тебе нравится именно он, нет, дело не в нём, совсем не в нём, просто что-то щёлкает и ты резко осознаёшь, что если бы тебе пришлось выбирать между Кэрри, официально признанной первой красавицей школы, на которую дрочат все старшеклассники и половина преподавателей, и Джеем, вот этим самым Джеем с кривыми зубами и ебанутой улыбкой, ты бы выбрал его. Как-то это... Нехорошо, да? Ну то есть правда, вот абсолютно ничего хорошего, зачем он вообще к тебе полез, ты не готов вот так вот что-то там осознавать, тебе хочется сплюнуть и прополоскать рот, и закурить; ещё больше тебе хочется чтобы этого всего никогда не происходило, но так ведь не бывает, значит тебе придётся как-то с этим жить.

Ты вздрагиваешь всем телом - слово звучит неожиданно громко после тишины, в которой ты мог уловить биение собственного сердца, но ты не удивляешься, разве он может сказать что-то другое даже после того как... Ты всё-таки наклоняешь голову, прячась за спутанными волосами, слышишь звук плевка и тихо радуешься, что плюнул он не в тебя, тебе хватает перепачканной его спермой куртки и влажного пятна на джинсах - как ты вообще думаешь отсюда выбираться в таком виде? Мысли уже бегут дальше, но у Уокера конечно свои планы - он словно спохватывается, резкий удар застаёт тебя врасплох, сразу же начавшая кровоточить губа становится завершающим штрихом сегодняшнего ебанутого дня, дверь громко хлопает от его пинка - ты наконец оседаешь прямо на грязный пол и издаёшь короткий смешок, которым пугаешь сам себя.

Дрожащие пальцы с трудом выковыривают сигарету из полупустой пачки, ты знаешь, что тебе пора убираться отсюда, но тебе нужно хотя бы немного времени - как раз хватит, чтобы... Тебя трясёт, зажигалка щёлкает далеко не с первого раза, но ты всё-таки подкуриваешь - густой белый дым поднимается к потолку аккуратными клубами, ты глубоко затягиваешься и всё равно тебе приходится с силой сжать зубы на разбитой губе, останавливая истерику. Давай, Айк, сейчас ты докуришь, поднимешься на ноги, постаравшись не упасть, смоешь засохшую кровь с лица, аккуратно застираешь следы на куртке, прополощешь рот, пригладишь волосы - и свалишь отсюда к херам чтобы никогда больше не возвращаться.

(Ты вернёшься меньше чем через неделю.)
[NIC]Ike Lewinsky[/NIC]
[STA]and it's the thousandth time and it's even bolder[/STA]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2jNFG.png[/AVA]
[SGN][/SGN]
[LZ1]АЙЗЕК «АЙК» ЛЕВИНСКИ, 15 y.o.
profession: школьник;
sister: Sasha.
[/LZ1]