Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Сука, ну какой пиздец, а.
Дверцу машины ты захлопываешь с такой силой, что звук рассыпается по всей улице, звенит в ушах, вспугивает парочку пиздецки нервных подростков с банками пива, которое...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Chapter 1.0. Tearing up the sky


Chapter 1.0. Tearing up the sky

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://66.media.tumblr.com/e7f4dded6826be05391f077188ad3305/tumblr_nhnxdnSMqz1rkmofxo5_400.gif

Chapter 1.0. Tearing up the sky
Ellen Blackrose & Kyle Davidson
Казалось бы, обычная тренировка, которая могла закончится разве что небольшой ссорой на почве уже хронической усталости. Никто даже представить не мог, что все обернется подобным образом. Столь печальным образом...

[NIC]Kyle Davidson[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/uyX5o.gif[/AVA]
[LZ1]КАЙЛ ДЭВИДСОН, 29 y.o.
profession: артист балета

[/LZ1]

Отредактировано Harvey Malone (2016-11-12 14:24:53)

0

2

внешний вид

Она устала.
Эллен устала. Болела каждая мышца, которую она снова и снова заставляла растягиваться. Болел каждый сустав, который она снова и снова заставляла работать. Ныло всё тело, требуя отдыха, требуя хоть маленького, но перерыва. Но прерываться было некогда. Эллен практически переселилась на работу. У неё не было сил, чтобы сменить тренировочный костюм на обычную повседневную одежду, не было сил, чтобы возвращаться домой, преодолевая несколько сотен метров пешком.
Просто не было сил ни на что.
А на улице светило яркое солнце, прыткими зайчиками перепрыгивая с одной пальмы на другую. Облака, подобные мягким подушкам, плыли  по небу, подгоняемые холодным ветром. Люди спешили по своим делам, ходили в кино и встречались с друзьями. И Элли им завидовала. Завидовала их работе в душном офисе и скучным друзьям, бесконечно обсуждающим свои семьи и проблемы своих мужей и детей. Завидовала их оплаченному больничному и тихим вечерам дома в компании книжки и пледа. У неё не было времени ни на скучных друзей, ни на обсуждения проблем, ни на больничный… И уж тем более не было времени на плед и книжки. Всё её время съедала работа. Её день начинался в половину седьмого и заканчивался ближе к полуночи. Бесконечные тренировки и сцена, которой можно было грезить в шестнадцать, но не в двадцать шесть. Бесконечный счет тренера. Счет, который снится даже ночью. Счет и музыка. Быстрая, напряженная, отдающаяся где-то в затылке. Едва слышный ритм, подстроится под который практически невозможно. Бесконечная усталость и мысли, которые обещают, что ещё пару дней и всё это закончится. Но всё не заканчивалось… Ни усиленные тренировки ради солирующей партии, ни концерты, которые никто не отменял из-за разучивания новой программы. До отпуска оставалось слишком много времени.
А она устала уже сейчас. Но едва ли это кого-то волнует, правда?

В зале темно и тихо. Последние ребята ушли отсюда ещё двадцать минут назад. Элли же только пришла. Время восьмой час, а впереди ещё три часа напряженной работы. Элли включила свет, который окрасил скучную комнату в нежные кремовые цвета. Кажется, этот цвет называется слоновая кость. Зеркала отражают комнату, придают ей какую-то необыкновенность. Но то, что казалось очаровательным в шесть, в двадцать шесть таким уже больше не кажется. Кажется лишь очень привычным, отпечатанным в голове на долгие, долгие годы.
С глухим стуком ключи падают на деревянный стол, задвинутый в самый угол. На нем валяются ноты, валяется забытая кем-то резинка для волос и баночка с тальком. Магнитофон молчит, подмигивая кнопкой выключения. Блестят в ярком свете мелкие камешки в сережках. Бутылка с водой опускается на стол к остальным вещам. Элли стягивает с себя кофту, вешает её на балетный станок, усаживается на пол и меняет балетки на пуанты. Ноги отзываются болью. Какая это тренировка за сегодня? Третья? Хорошо, что балет – давно не хобби, а самая настоящая работа. Хорошо, что школа балета давно осталась позади. Хорошо, что слёзы на тренировках остались позади.
Элли негромко включает музыку и уже под неё начинает разминаться. Легкие и плавные движения, полностью повторяющие переливы классической музыки, льющейся из колонок. Через несколько минут Эллен забывает об усталости и напряжении, сковавшем каждую мышцу. Она целиком и полностью уходит в музыку, уходит в эти движения. Элли всегда любила танцевать. Девочка, родившаяся в Санкт-Петербурге, колыбели балета. Девочка, всю свою жизнь отдавшая танцам. Танец – один из немногих языков, на котором она умеет говорить. Танец вторит её мыслям и от того кажется таким завораживающим.
Эллен не замечает, когда оказывается в зале не одна. Она продолжает танцевать, забывая отмечать в голове, когда музыка сменяется на более быструю. Её тело само привычно реагирует на неё и ускоряет темп. Слишком много времени отдано балету. Слишком много времени… Плавные и быстрые взлёты, плавные и быстрые падения. И вдруг Элли останавливается, захватывая взглядом в зеркале отражение вошедшего. Она оборачивается, отпускает станок и улыбается другу и партнёру в одном лице.
- Привет, - они сегодня уже виделись, но это было слишком давно, словно в прошлой жизни. Элли подбегает к Кайлу, импульсивно обнимает его и смущается. Мама всегда ругала её за эту импульсивность. Ей двадцать шесть лет, а она всё ещё думает о том, что бы сказала мама… Индия бы одобрила проявление искренни эмоций, мать же – никогда, - как прошла сегодняшняя дневная тренировка? – пока не пришел руководитель, можно спокойно поговорить. Потом же все три часа говорить будут лишь из тела, говорить в танце с идеально отточенными за время движениями. Сегодня они должны показать отрывок, над которым так старательно работали.
Эллен подходит к столу, открывает бутылку, жадно пьет воду. На самом деле она хочет есть, но нужно пережить ещё три - три с половиной часа. На улице стремительно темнеет. А музыка в очередной раз меняет темп. Теперь она медленная, успокаивающая. Но это мнимое спокойствие. В середине она снова упадет бурным потоком, снова поселит в зале напряжение и тревогу. В этом вся музыка. В смене настроения.
- Будем начинать? Или ну его и сбежим домой? – Элли смеется, искорки прыгают в светлых глазах. Усталость прячется, пропуская вперед хорошее настроение и тепло, исходящее от всего тела, - у нас ещё где-то минут пятнадцать, мы успеем, - шутит, а сама же идет ближе к станку, параллельно осторожно потягиваясь. Она слишком ответственна, чтобы сбегать с работы. По пути Эллен захватывает Кайла, тянет его за собой, заставляя ловить свой темп и темп музыки. Всё меньше минут остается на то, чтобы подурачиться. Всё меньше минут до того, как в зал войдет художественный руководитель и попросит показать свои наработки, а затем расскажет, что требуется от них дальше. Выучены лишь две показательные сцены, впереди ещё… Ещё всё впереди.

+2

3

   Ступенька.
   Вторая. Третья.
  Остановка, чтобы перевести дух. Четвертый пролет. Слава Богу, последний. Еще совсем чуть-чуть, буквально несколько усилий и цель будет достигнута.
  - Дьявол! - раздраженный удар кулаком по перилам и разнесшийся эхом грохот. Все это было неправильно. Несправедливо.
   Скинув с плеча спортивную сумку, Кайл опустился на ступеньки и накрыл ладонями лицо. Выдохнул, пытаясь избавиться от угнетающих мыслей. Потер уставшие и не видевшие больше суток сна глаза. Он устал, был измотан. Не столько тренировками, сколько попытками убежать от неизбежного. Достал из сумки бутылку воды, сделал из нее несколько освежающих глотков, после чего вернул обратно. Ничего страшного, с ним такое бывало. Особенно в последние дни, когда не только тело, но и нервы находились на пределе своих возможностей. Сейчас он посидит минуту и придет в норму. В запасе было около четверти часа, поэтому в спешке не было необходимости. Единственное, на что молодой человек очень надеялся, так это на то, что его партнерша уже находилась в зале. И словно в подтверждение тому за спиной заиграла тихая, спокойная музыка. Эллен начала разминаться. Пожалуй, в их тандеме она единственная была пунктуальной, ответственной, последовательной, словно являла собой здравый смысл. Кайл же - ее полную противоположность. Кто знает, может именно поэтому полтора месяца назад эти двое исполняли главное соло фестиваля   международного фестиваля. Две стихии, сошедшиеся в неумолимой буре.
  Нужно было встать. Подняться и идти на тренировку, вторую за сегодняшний день. После утренней Кайл поехал домой, выпил снотворное и лег спать, игнорируя звонки тренеров и всяческие попытки друзей вытащить его из квартиры. Он не мог сказать когда именно, но в какой-то момент ему стало наплевать на все то, что происходило вокруг. Ему стало безразлично на долг и обязательства, данные когда-то кому-то обещания, которые мгновенно обесценились, стоило только взглянуть на рентгеновские снимки и поставленный онкологом диагноз. Однако сейчас, в эту чертову секунду Кайлу нужно было подняться. Там, в зале на втором этаже его ждала Эллен. Он должен был пройти еще один круг персонального ада. Он готов был это сделать ради Элли, ибо не мог ее подвести.
  Остановившись в дверях, парень облокотился на косяк, перед этим аккуратно положив сумку на пол. Наблюдая за разминкой партнерши, Дэвидсон улыбался. Искренней и довольно таки широкой улыбкой, надеясь, что этот момент растянется на долгие-долгие минуты.
  Ему нравилась Эллен. Несмотря на то, что они были практически полными противоположностями. Мгновенно найдя общий язык, они воссоединились в буре, против которой никто не мог устоять. Между этими двумя завязалась настоящая дружба, даже при всей ее невозможности существования между мужчиной и женщиной. Глядя на Элли, Кайлу хотелось лишь восхищаться, ну и хорошенько откормить эту прекрасную девушку после очередной вечерней тренировки. Ему нравилось наблюдать за тем, как она ест, как шутит и смеется над ним, как без тени сомнения отдается в его руки.
  - Привет, - рассеяно ответил Кайл, ловя девушку в свои объятья. Да, вот именно об этом и шла речь. - Ну как тебе сказать... - Парень задорно усмехнулся, высвобождая Эллен из плена своих рук. - Господин Морган сегодня был как всегда любезен и заявил, что будь у меня протезы вместо ног, я б и то лучше танцевал. - И плевать этот старик хотел на то, что Кайл был не только самым перспективным учеником академии, но и восходящей звездой классического балета. Для Моргана все были равны, а значит все должны были работать, работать и еще раз работать. Как же иначе.
  Скинув с себя верхнюю куртку и стянув штаны, под которыми практически 24 в сутки находилось балетной трико, парень сел на пол, и впихнул отекшие ноги в тряпочные кроссовки, которые за несколько лет стерлись до такой степени, что походили скорее на старые чешки, не раз и не два реанимированные иглой с нитками и лейкопластырем.
  Предложение Элли о побеге с занятия настолько задело Кайла за живое, что он было хотел согласиться и утащить партнершу в ближайшее кафе, где смог бы выпить чашку горячего кофе и съесть сочный стейк. Вот только развлечения развлечениями, а эту тренировку отменить было невозможно. Они оба это знали, а потому оба пошли к станку. Нужно было хорошенько размяться перед тремя часами настоящий каторги. Девушка потянула Дэвидсона за собой, а он что? Он не против. Он поймал ее ритм, через пару секунд уверенно перехватив инициативу. У них в запасе оставалось всего несколько минут. И было бы глупо ими не воспользоваться по полной программе. Они кружились, синхронно выполняя самые различные элементы. Не думали, не пытались угадать, что партнер выполнит следующим, просто танцевали, становились одним целым с музыкой, позабыв об усталости...позабыв обо всем на свете.
  Кайлу крайне не хотелось отпускать Элли, но этого требовала музыка. Девушка выполнила серию фуэте, так изысканно и грациозно, что на момент Дэвидсон забыл, что хотел сделать далее. Он забыл как дышать. Потребовалась пара секунд, чтобы вернуть себе самообладание. В один шаг он оказался рядом с партнершей, которая, кажется, сразу поняла его без слов. Два полных оборота и вот она уже кружит над его головой. Мелодия взорвалась, после чего в мгновение угасла. Они замерли всего на секунду, а казалось - на целую вечность. Вечность, которой Кайл был рад. Опустив Эллен, он нежно улыбнулся и хотел сказать (как и всегда) как она прекрасна, но вот в зал зашли тренера...и мир померк, став снова серым и угрюмым.

[NIC]Kyle Davidson[/NIC]
[AVA]http://s7.uploads.ru/uyX5o.gif[/AVA]
[LZ1]КАЙЛ ДЭВИДСОН, 29 y.o.
profession: артист балета

[/LZ1]

Отредактировано Harvey Malone (2017-01-02 14:51:51)

+1

4

Водопад музыки. Переливы, бесконечное журчание, лёгкий флирт. Коридорный шум, органично вливающийся в трек. Звук машин за окном, протяжное гудение дороги. Голоса, удаленные и приближающиеся одновременно. Всё это тонет, тонет в теплом и густом воздухе, тонет в тяжелых движениях, сделанных с такой лёгкостью, тонет в учащенном дыхании, в контроле, сжимающим сердце и голову, стремящуюся остановится, передохнуть. Всё это тонет, утягивая за собой, словно воронка. Не остается сил даже на то, чтобы улыбаться. Но Элли старается. У Элли не может не получится. Элли не может опустить руки и бросить то, за что боролась так много лет. Элли просто не может…
Заученные с детства движения, тело, словно у гуттаперчивой девочки. Радость от того, что получается. За то время, что Элли работала с Кайлом, она научилась его чувствовать. Научилась ощущать его всеми частями своего тела, чтобы не тратить время на оборачивание, на выстраивание траектории собственных движений. Она научилась быть с ним одним целым на сцене и вне её. Он стал её другом. Тем человеком, в котором Эллен так отчаянно нуждалась. Дружелюбная, улыбчивая и одинокая. Он был ей нужен. Не на сцене. В жизни.
- Веселье кончилось, - в зале загорелись дополнительные лампочки, музыку и фоновый шум приглушили. Ощущение какого-то неясного благополучия, радости и света прошло. Иногда Элли казалось, что балет – это её собственный наркотик. Балет был не просто частью её жизни, он был ею. Она любила его больше всего на свете, хотя и понимала, что любить ей его осталось ещё максимум семь лет. При самом лучшем раскладе. Попасть на пьедестал, чтобы уйти красиво. Доказать матери, что ты можешь добиться всего и без её помощи. Доказать матери, что не ошиблась в выборе профессии, яростно отметая её предложения уйти в модельный бизнес. Доказать кому-то и что-то. Ради пяти минут эйфории.
Элли остановилась, чтобы перевести дыхание. Её взгляд пробежался по художественному руководителю. Худая женщина сорока пяти – пятидесяти лет с волосами, крашенными в ярко-рыжий и собранными в нелепый пучок. Она неизменно чмокает губами и стирает большим пальцем размазавшуюся помаду. Когда Элли смотрит на неё, её посещает страх, что когда-нибудь она тоже станет такой. И тоже будет тыкать пальцами танцорам, гонять их не то что до седьмого, до двенадцатого пота, и бдить за девчонками, норовящими засунуть в рот лишнюю конфету. Её пугает эта перспектива до чертиков. Быть миссис Вудхаус она точно не хочет. Может лучше тогда рисовать? Но вот сама миссис Вудхаус, кажется, страшно довольна сложившимися обстоятельствами. Она поправляет рукава кофты, кладет на стол ноты, принесенные для музыканта, который как обычно опаздывает, и подзывает ребят к себе. Она никогда не говорит лишнего. Она вообще мало говорит для женщины. Лишь сегодня решила изменить своим принципам. Да с чего бы это?
- У меня для вас хорошая новость, - ни тени радости в голосе. Эллен переглядывается с Кайлом. Миссис Вудхаус изображает трагичное лицо (по ней плачет сцена драмтеатра), тяжело вздыхает. Тянет время. Два тренера, пришедшие погонять своих подопечных, грустно переминаются в углу с ноги на ногу. Стоят у музыкального центра, перебирают в руках диски, делают вид, что их совершенно не интересует, получат ли ребята ведущие партии. Миссис Вудхаус загробным голосом произносит, что случилось непредвиденное обстоятельство, мол, ребята, которые тоже претендовали на главные партии, не справились, кто-то из них то ли заболел, то ли просто забил на всё, то ли ещё что-то случилось.  Эллен охотно верит в это вот всё, она сама последнюю неделю мечтает отказать от всего и просто поспать. Помимо нового спектакля на ней висит ещё несколько. Через вечер приходится выходить на сцену, улыбаться и танцевать. Вечером после нескольких изнуряющих тренировок. Может они с Кайлом тоже устали и не справляются? Слишком тяжелые соревнования им устроили. Сейчас им расскажут, как нашли в группе кордебалета несколько самородков и Элли с Кайлом придется приложить ещё чуточку усилий, чтобы заслужить эти чертовы роли в этой чертовой постановке. Но, странно, этого не случается. Всё таким же загробным голосом миссис Вудхаус сообщает, что, в принципе, уход Вайлетт и Зака не играет никакого значение. Всё равно ещё неделю назад решили, что партии получат Эллен и Кайл. Им не сказали лишь для того, чтобы поддерживать их боевой дух и что-то там вроде тонуса. В обычной ситуации Блэкроуз бы прыгала от радости. Прыгала бы она от радости и скажи им эту новость пару дней назад. Сейчас же у неё в зубах застрял лишь один вопрос: какого черта? Какого, мать его, черта их заставляли работать как проклятых, если решили всё ещё неделю назад? Дух они поддерживали, боевой, ага. Себе пусть его возьмут.
- …теперь вам остается только выучить всё от начала и до конца. Я думаю, вы справитесь. Новое расписание тренировок я принесу вам позже. Занимайтесь, больше не буду вам мешать, - трагично закатив глаза и махнув рукой на все вопросы, миссис Вудхаус удалилась в коридор.
- Что это было сейчас? – Эллен посмотрела на Кайла, - то есть вот серьезно, да? Мы тут пахали, как две лошади, чтобы нам сейчас сообщили, что ещё неделю назад они всё решили? Обожаю свою работу, - Эллен устало опустилась на лавочку, - неделя просто на вылет. Неделю протоптались на месте. Вот  увидишь, через три дня она прибежит с воплями, почему мы ещё не выучили весь первый акт, - как-будто когда-то было по-другому. Эллен и хотела получит главную роль, и не хотела одновременно. Теперь вот получила. И поняла, что однажды просто умрет прямо на тренировке. Пора начинать нормально питаться, на листах салата далеко не ускачешь, в смысле, много не протанцуешь.
- Можно мы сегодня пойдем домой? – Эллен посмотрела на тренеров, уже мечтающих их загонять до гробовой доски. Пока у тебя в руках есть танцоры – пользуйся, - учить мы сегодня всё равно не в состоянии, да и не собирались. А так мы бы отдохнули и завтра с новыми силами приступили к изучению нового материала. Давайте пойдем домой, а? Кайл, хочешь домой? Лично я мечтаю о горячем душе и кроваааааати, - нотки сомнения на лицах. Ещё пять минут и Элли сбежит и утянет за собой Кайла. Нет, заниматься они сегодня точно не будут. Как же празднование? Пижамная вечеринка… в кровати вповалку.

+1

5

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Chapter 1.0. Tearing up the sky