Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Adrian
[лс]
Застоявшаяся дневная духота города, медленно приближающегося к сумеркам, наконец-то сменялась... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Дипломат роет себе яму ложкой, вилкой и рюмкой.


Дипломат роет себе яму ложкой, вилкой и рюмкой.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Дом семьи Мёрфи | Октябрь 2016 | Вечер

Guido Montanelli & Diana Murphy
Подковерные игры - особенность политики. И вот иногда даже самый обычный ужин может превратиться в ту еще партейку.

[NIC]Diana Murphy[/NIC][AVA]http://s7.uploads.ru/VuBid.png[/AVA][SGN]http://s3.uploads.ru/Jj8yz.gif[/SGN]

+1

2

Званный ужин... Званный ужин... А где жаркое? А пирог готов? А напитки привезли?
Одни и те же мысли крутились у меня в голове с самого утра и до момента, пока не прозвучал первый звонок в дверь. Этот ужин был не простым, я прекрасно осознавала это, так же, как представляла размер ответственности, который лежал на моих плечах. Сегодня должны были собраться коллеги Чарльза, с которыми он бок о бок не первый год, которых сложно удивить, с учетом всех предыдущих встреч, а потому хотелось снова сделать эту встречу особенной и приятной, чтобы мальчики могли поболтать и перекусить в расслабленной обстановке, а мы девочки обсудить свои дела.
Запах свежей выпечки медленно, но верно заполнял залитую светом лампы кухню, переплетаясь с ароматами других приготовленных мною и моими помощниками из кофейни блюдами. Ох, если бы не обстоятельства, ради которых был испечен этот пирог, я бы давным-давно с упоением пробовала новый десерт. Но не все было так просто. Сегодняшний вечер был особенным не столько для меня, сколько для Чарльза, предупредившего меня о грядущем событии задолго до него самого, а если быть точной, то за три недели. Все, как мы и договаривались, разъезжаясь по разным домам в тот летний вечер, когда мое терпение кончилось. Признаюсь честно, я думала, что оно будет безгранично, если дело касается моего мужа, но у всего есть свой предел. Наша жизнь изменилась, окончательно скрывшись за ширмой от любого постороннего. Теперь мы были вместе, если это было необходимо, наши жизни уже несколько лет шли параллельно друг другу, практически не пересекаясь, лишь изредка сближаясь и создавая иллюзию, что это одна сплошная прямая. Но как обманчива, бывает картинка, если художник ставит перед собой цель обмануть зрителя. Мы улыбались, обнимались и даже целовались, если это было необходимо для совместного выхода, но стоило часам пробить двенадцать, как в той всеми известной сказке, наша «любовь» превращалась в тыкву, не имея ничего схожего с красивой картинкой. Я до сих пор задаюсь вопросом, хоть и глупым, когда все кончилось? Когда между нами исчезли чувства, так сильно переполнявшие нас и державшие рядом, позволяющие гореть огонькам в глазах? В глубине меня сидит обида, которую я стараюсь не показывать, ведь я отдала ему всю свою жизнь, всю себя, да и что уж скрывать, до сих пор на коротком поводке у него, как бы ни старалась вкусить свободы и самостоятельной жизни…. Спокойствие… Тише, Диана.
Подхватывая несколько тарелок и приборов, я иду в столовую, где уже на столе лежит лучшая скатерть, которая доставалась только для особенных случаев, часть столового серебра уже была разложена рядом с посудой, другая же была у меня в руках. Замерев на несколько секунд в дверях, перед моими глазами словно калейдоскоп картинок промелькнули события давно минувших дней, когда ребята носились по кухне и выбегали в столовую, кружа вокруг стола, строя друг другу преграды, когда смех был настолько громким, что порой их было сложно угомонить. Беззаботное детство, хорошая пора.
- Миссис Мерфи, я приготовила закуски, куда их поставить? – обратилась ко мне Кэти, моя главная помощница этим вечером. Эта хрупкая на первый взгляд девочка справлялась за двоих, а то и за троих на кухне, показывая отменные навыки и любовь к готовке. Она всегда умела удивить меня по-хорошему, открыть что-то новое и позволяла взглянуть на все с другой стороны. Милая девочка. Вот и сейчас, заглянув в комнату, одна ее довольная улыбка, искрящийся от нетерпения взгляд, отвлекли меня от грустных и тягостных мыслей, возвращая в реалии, которые не терпели пренебрежения.
- Поставь их пожалуйста на столик в гостиной, он между кресел. Думаю там им самое место. – улыбнулась я ей в ответ, продолжая раскладывать столовые приборы. Закончив с сервировкой стола, я оглянула свое «поле боя», убедилась, что все в порядке и только после очередной проверки готовности напитков и закусок, отправилась наверх, чтобы переодеться к приему. К сегодняшнему вечеру я выбрала неброское сдержанное светло-бежевое платье с цветочным контрастным узором, дополнив образ небольшим браслетом. Прежде чем спуститься обратно на первый этаж, я еще около минуты простояла у зеркала, вглядываясь в свое отражение и пытаясь найти там женщину, некогда радовавшуюся подобным вечерам.
Улыбка. Не забывай улыбаться.
Вернувшись обратно я услышала в холле голоса, узнавая в одном из них Чарльза.
-Милый, ты тут! Я и не слышала, как ты приехал, - улыбаясь достаточно счастливо, я подошла к мужу и оставила едва заметное касание своих губ на его щеке. – Томас! Рада тебя видеть! – переключила я внимание на одного из помощников Чарли, с которым мы не виделись уже достаточно. – Проходите, в гостиной есть все, чтобы скрасить время, - продолжала я в своей заботливой и обходительной манере встречать друзей мужа. На минутку мне показалось, что вся наша игра настолько правдива, что я даже начала верить, что у нас все хорошо. Чарльз всегда умел быть заботливым, а в последние годы хорошо научился включать эту черту характера на людях. Дом ожил, наполняясь голосами гостей, громкими обсуждениями последних совместных поездок куда-то за город и негодования, что этого давно не было.
Я поспешила на кухню, чтобы проверить, все ли готово к подаче, когда в дверь позвонили.
-Милый, ты не откроешь? Мне нужно на кухне задержаться… - извиняющиеся я посмотрела на мужа, и он тут же направился к двери, извиняясь перед Грегом, с которым беседовал.
[NIC]Diana Murphy[/NIC][AVA]http://s7.uploads.ru/VuBid.png[/AVA][SGN]http://s3.uploads.ru/Jj8yz.gif[/SGN]
вв

+1

3

Трудно входить в зону перемен - были ли они хорошими или плохими, это всегда непросто, расставаться с чем-то старым; особенно если это старое размеров достаточно внушительных, чтобы занимать в твоей жизни какую-то часть, хотя бы чуть большую, чтобы являться просто заметной. Ничто внушительное не уходит легко. Как, впрочем, и не приходит... и с годами - воспринимать перемены становится на самом деле ещё тяжелей. Монтанелли прямо чувствовал сейчас эту... нет, нельзя назвать это "тяжестью"; но это был вес, и вес немалый. Учитывая его линию работы - куда больший вес, нежели имеет один избирательный бюллетень, хотя бремя выбора тоже накладывало особую печать.
Президентские выборы. Выборы мэра города. Время перемен, но это не просто выборы чиновников на своих чиновничьих местах; за агитациями, лозунгами и демонстрациями, за речами и обещаниями, всё это сильнее и сильнее напоминает выборы новых друзей. Немного какая цена в этом мире может сравниться с ценой дружбы, разве не так? Цена любви, быть может - впрочем, в политике и дружба слишком сильное слово, не говоря уже и про любовь.
И в конечном итоге, ты просто надеешься, что время само всё расставит по своим местам, вернёт ту плату, которую придётся выложить, залечит раны, заполнит все пустоты. Время... всё, что остаётся в итоге. Река, текущая в русле Истории. Твоей воды в которой становится всё меньше и меньше, с каждой секундой, чем бы ты ни был занят или занят ли вообще чем-либо. Вот оттого с годами, вероятно, и становится всё труднее и труднее привыкать к переменам: они, впрочем, как и сама привычка, тоже требуют времени.
Ещё не предатель; но тот, кто получил мотив для предательства. Ещё не предатель, но уже получивший возможность. Чувства Монтанелли - если исключить, конечно, все примеси в качестве попыток себя оправдывать, можно было бы обрисовать именно таким образом. Неприятные чувства, стоит сказать, и... Гвидо надеялся найти что-то, что будет твёрже любых оправданий; что-то такое, что позволит ему поступить по совести - хотя бы по его совести. Надеялся на то, что Чарльз сам даст ему более хороший повод отвернуться, чем уже дал некоторыми из своих решений... создаст и какую-то личную предпосылку - избавив от необходимости вести какую-либо политику и оправдывать себя в собственных глазах вовсе.
Нет... Гвидо никогда не верил в политику. Не как во что-то, что есть, отрицая её существование в принципе - а не верил, как во что-то настоящее, на чём действительно можно построить что-то хорошее. Верил, разве что, как в цирк - но омерзительный в той сути, что он не имеет целью развлечение, а проникая в жизнь зрителей - в меньшей степени, чем считается с самой арены, но в большей, чтобы не сказываться вовсе. Сложив это впечатление однажды - Монтанелли перестал верить в силу любых политических выборов, кроме тех, с которых мог бы поиметь что-то, если и не повлиять на них, хотя одно, в принципе, не мешало другому - и политику превратив тем самым в бизнес. В средство навариться самому - воспринимать всё это с такой позиции ему действительно было легче.
Конечно, любые отношения предполагают взаимодействие обеих сторон... потому нельзя сказать, что Гвидо никогда не шёл навстречу политикам. Не любил их - но... если подумать - а так ли много людей вообще любят свою работу? Никто и не обязан её любить. Работать приходится, надо на что-то жить.
Движение навстречу - не самым плохим примером этого, пожалуй, тем примером, которым он мог бы даже гордиться - была его встреча с теми грабителями год назад; и общение с миссис Мёрфи, довольно краткое, было даже приятней, чем, насчитывающее свой пробег, с мистером Мёрфи. Диана... была человеком более понятным ему, наверное - человеком деловым, а не политиком; и человеком, соприкасающимся с политикой, но не вовлечённым в неё - в прямом смысле этого слова, во всяком случае. И восхитительной кухаркой, к слову... очень вероятно, что она и была вдохновительницей того, что Гвидо в итоге вложился в кое-какое кофейное предприятие - если можно назвать это "вложился", на деле - он просто сделал пару ссуд под проценты. Вне налоговой системы, разумеется.
Ну а что до того паренька, который стоял на коленях на этой лужайке, которую Монтанелли пересекает сейчас - год назад он угодил в колонию для несовершеннолетних, спустя некоторое время, когда ему исполнилось восемнадцать, его перевели в тюрьму для взрослых, и если всё пройдёт удачно - меньше, чем через месяц, парень выйдет условно-досрочно; Гвидо знает это, поскольку общение с ним не прекратил с тех пор - если, конечно, можно это назвать общением, лично он его не видел как раз с тех пор, все новости передавали его знакомые "внутри" - они же и передавали горе-грабителю весточки от него. Для криминального авторитета - проще провернуть нечто подобное, нежели продвинуться по-настоящему далеко в том мире, где "срок от четырёх до восьми" означает ответственность, как привилегию, а не как наказание.
- Здравствуй, Чарльз.
Кажется, мистер Мёрфи улыбался, когда открывал дверь - но сейчас его улыбка как будто померкла...

Внешний вид

0

4

- Сколько еще до дома? - спрашиваю водителя, поглядывая на часы, замечая, что уже на полчаса задержался.
- Пять минут и мы на месте, сэр. - отвечает мне Генри, сворачивая с главной дороги. Черт меня дернул пообещать Диане, что приеду пораньше и поговорю с ней о происходящем, теперь еще нотации прочитает в своей нудной манере с обязательным упоминанием того, что краду ее драгоценное время и заставляю ее выглядеть глупо перед гостями. Забавно, раньше это меня веселило, а сейчас по большей части злит и надоедает даже на уровне предположения. Конечно, я понимаю, что наш разлад по большей части моя вина. Но если ей движет желание склеить разбитую чашу, то мной движет желание подняться выше и получить желаемое без лишнего баркаса и груза за плечами. Когда-то Диана была мне верной женой, главным идейным вдохновителем и помощницей в осуществлении задуманных планов, но ключевым словом будет "когда-то", а все это заменила ее роль собственницы, проснувшаяся в столь далеком от юношеских переживаний возрасте. Разные дома, разные планы, нас давно ничего не связывало и вряд ли что-то изменится. Пройденный этап, оборачиваться на который нет желания. Я смотрю в окно, вижу квартал, по которому проезжаю каждое утро только теперь направляясь совсем по другому адресу. На улице безлюдно. Наверняка в очередной раз какое-нибудь школьное мероприятие, где собралась вся округа.
Когда машина останавливается у дома, беру портфель и спешно покидаю автомобиль. Повернув голову вижу, что следом за нами у дома паркуется машина, из салона которой неспешно выходит мужчина - Томас Флетчер, друг, чья поддержка помогла мне протолкнуть не одну инициативу выгодную нам обоим.
- Я уж думал ты здесь, - усмехаюсь, поправляя пиджак.
- Того же мнения был и я. - подходит он и легко хлопает меня по плечу.
- Сумел договориться с Калебом? Он явится? - мы оба стоим у машины, поглядывая на фасад дома, замечая движения в окнах, через которые едва заметно из-за густой растительности перед домом пробивался свет.
- Нет, пошел на попятную. Не хочет вкладывать такие крупные деньги. Хотя на его месте именно это и нужно сделать, чтобы совсем не прогореть, - закуривая сигарету дымит Томас. Чувствую, как в кармане вибрирует телефон. Достав его вижу на ярком экране смартфона имя Трейси и тут же сбрасываю звонок. Эта девчонка порой донимала похуже Дианы, но это можно было стерпеть, учитывая то, какая послушная и нужная она бывала порой.
- Устрой ему встречу с Хэнком, пусть пообщаются. К концу недели мне нужна его доля. - недовольно бросаю я указание, и двигаюсь к двери, предвкушая недовольство жены, в очередной раз надевая маску примерного и любящего мужа.
Стоило только войти, как сразу ощутил запах еды, доносившийся с кухни, небрежно перебиваемый ароматами духов милых дам, которые сопровождали своих мужей сегодня и были буфером между делами и беззаботными беседами старых друзей. Здороваюсь с прибывшими гостями, отвешивая комплименты девушкам, пожимая руку парням, вспоминая какие-то нелепые забавные ситуации из прошлого. Буквально через мгновение появляется Ди, радостно приветствуя Томаса и мимолетно касаясь губами моей щеки. На секунду мне даже становится не по себе от того, как легко ей дается это умение изображать радость и доброжелательность ко всем этим людям.
- Да, только что зашли с Томасом. Извини, пришлось задержаться, поздно документы вернулись. Все нормально? Твои ребята здесь? - интересуюсь без особого интереса, но по долгу положения и обязанности. Она что-то говорит поглядывая на людей в гостиной, но я пропускаю это мимо ушей, убирая портфель в шкаф. Из размышлений о грядущих сделках и подписании важных документов меня отвлекает звонок в дверь, которую теперь нужно открыть, так как Диана опять умчалась в свою обитель. Я попутно отвечаю еще что-то Тому, усмехаясь над тем, что он опять высказал какой-то бред, но стоило мне открыть дверь, как вся беззаботность происходящего улетучилась тут же. На пороге стоял сам Гвидо Монтанелли. И первое, что пронеслось у меня в голове, так это какого черта он тут делает?!
- Здравствуй, Гвидо. Чем обязан? - без особой любезности, но с искренним интересом спрашиваю у итальянца, чей визит сейчас был весьма не кстати. Некоторым из присутствующих вовсе необязательно было знать о нашем знакомстве и уж тем более о том, что Монтанелли может являться ко мне в дом без приглашения.

[NIC]Charles Murphy[/NIC][AVA]http://cps-static.rovicorp.com/3/JPG_170/MI0004/094/MI0004094201.jpg?partner=allrovi.com[/AVA][SGN]https://31.media.tumblr.com/1c2c57da241aa01821754416dc1ae226/tumblr_n0ekepVmw91s5jeldo5_r1_250.gif[/SGN]

Отредактировано Carolina Hoffmann (2017-03-05 20:53:30)

+1

5

Суматоха, потихоньку усиливающийся звук разговоров в доме, все это давало понять, что гости прибывают к тому времени, когда все усядутся за стол и смогут попробовать ужин, приготовленный с особым трепетом к этому вечеру. Так было всякий раз, когда наш дом оказывался в центре внимания друзей и коллег Чарльза, с которыми нужно было провести встречу без галстуков, в расслабленной и спокойной обстановке. На моей памяти это был, кажется, пятнадцатый ужин с того момента, как Чарльз решил реализовать себя на политическом поприще, взяв меня на главную роль второго плана. Мне нравилось именно такое сравнение своего положения, потому что именно так можно было описать весь тот вклад, который я порой приносила мужу через отстраненные беседы и налаживание отношений с некоторыми из его коллег. Тот, кто недооценивает роль жены политика, считая ее мебелью, очень быстро проигрывает, ведь многие крупные игры ведутся за спинами мужей.
Этим вечером я не планировала быть героиней закулисных игр, поскольку давно отошла от этого, да и Чарльз уже давно решал вопросы немного иначе, другими способами, о которых, как он говорил, мне лучше не знать. Но ощущение того, что нужно контролировать всех, следить за беседами, шутками любого, кто был более или менее важен Чарли, никак не покидало меня. Привычка, которую смело можно было назвать вредной, от которой не так-то легко отделаться и стать нормальной домохозяйкой.
- Сначала подай этот сырный суп, а к нему нужны были гренки... Они же готовы? Не вижу их тут... - взволнованно проговариваю, осматривая кухню и отдавая последние указания Дени, работающей на пару с Кэти.
- Я их поставила в духовку ненадолго, чтобы подать чуть теплыми, не беспокойтесь, миссис Мерфи, все готово. - ободряюще проговорила моя помощница, и я, сделав еще раз глубокий вдох и столь же глубокий выдох, снова осмотрела кухню, мысленно проверяя все, что на ней находилось, успокаивая себя. Почему-то именно сегодня мне вспомнился один ужин, который мы готовили с мамой, сколько всего она тогда сделала на нашу честную компанию. Тогда мы устроили барбекю, переходящее в домашние посиделки с нашими соседями, которые также были и нашими хорошими друзьями. Мама была так взволнованна, но ей удалось это скрыть за шутками и веселыми историями из их с отцом прошлого. Было весело и каждый чувствовал себя на месте. не лишним, а своим. Мама всегда умела разряжать обстановку, сбавлять градус накала страстей, которые периодически разгорались между папой и мистером Россом, ох уж их споры о спорте, почти всегда они доходили до черты, но умелыми манипуляциями мамы сводились на нет. Я всегда надеялась, что умение сглаживать углы, на фоне всех остальных, также предастся мне и станет хорошим бонусам к итак покладистому характеру.
-Вы так перед открытием новой кофейни не волновались, как сейчас. Диана, все хорошо, правда, - накрыв мою ладонь снова обратилась ко мне Даниэлла, после чего я не смогла не улыбнуться.
- Хорошо, убедила. Если что, обязательно зови меня. Я помогу.
После этого я поспешила вернуться к гостям, но проходя по коридору к гостиной заметила Чарльза, до сих пор стоящего в дверях. Что это, кто-то ошибся адресом?
Быстрыми шагами я преодолела небольшое расстояние между кухней и прихожей, и оказавшись рядом с мужем замерла, чувствуя удивление и одновременно некоторую радость от столь приятной встречи.
- Мистер Монтанелли! - восторженно произношу я фамилию гостя и протягиваю ему руку, чтобы поздороваться. - Какая неожиданная встреча. Чарли не говорил, что Вы тоже приглашены. - на моем лице радостная улыбка, то ли потому, что я давно не видела этого мужчину, который в нужный момент помог мне настолько, что я еще долго отходила, то ли в его лице я нашла для себя приятного собеседника, которому интуитивно доверяла и чувствовала, что в его компании мне точно не будет скучно, если, конечно, он тоже не будет вовлечен в какие-нибудь важные переговоры Чарльза.
- Что же вы тут стоите? Чарльз, нельзя гостя держать на пороге, - не понимая, почему же Гвидо до сих пор не приглашен в дом, я решила исправить эту оплошность, хотя краем глаза заметила, что мистер Мерфи совсем не доволен, а даже я бы сказала рассержен. Выяснять причину происходящего не входило в мои планы, поскольку это бы означало лезть на рожон, а этого мне хотелось меньше всего.

[NIC]Diana Murphy[/NIC][AVA]http://s7.uploads.ru/VuBid.png[/AVA][SGN]http://s7.uploads.ru/ESQRs.gif
[/SGN]

Отредактировано Carolina Hoffmann (2017-03-05 20:52:26)

+1

6

Соприкосновение с политической сферой - по-своему, это увлекает, это, своего рода, тоже адреналин - какого-то действительно своего, определённого, рода; имеющий нечто очень общее со стремлением сделать карьеру в серьёзной компании, возможно, только ещё масштабнее - это увлекает; как любое стремление к успеху увлекает немногим меньше, чем сам успех, и некоторые привыкают к этому почти так же легко, как к богатству и благополучию, и Гвидо не то, чтобы не понимал тех людей, которым политика, со своим содержимым внутри, со своими движениями, нравится - просто всё это было не совсем его сортом адреналина. Не означало, впрочем, что он совсем не был способен от этого определённый кураж... что чувствовал к этому отвращение совсем уж фатальное, непрошибаемое и непреодолимое - если такая плотина и существовала, в ней были свои течи; про которые Монтанелли прекрасно знал, и которые не собирался заделывать - намеренно давая потокам двух рек смешиваться там, где они должны были оказаться смешаны, чтобы два водоёма могли подпитать друг друга чем-то, чего не хватает в их экосистемах. Подпитать - но не насытить, и уж точно - не пресытить.
К слову о питании, Гвидо имел определённую веру в вещи вроде тех, что, к примеру, повар способен не только приготовить пищу, но и наделить её своей энергетикой, передать своё настроение, частичку даже своей души, если будет угодно называть так - и поэтому был осторожен в источниках, из которых питается - что не означало, впрочем, что он ел только из своей тарелки и употреблял только свои еду и питьё, нет, работало несколько по-другому... скорее просто он видел, какая пища принесёт ему пользу, какая - удовольствие, какая - годна просто для насыщения, а какая - не подходит ни для одного, ни для другого, ни для третьего.
Вряд ли Чарльз что-либо трогал на кухне в этом доме, скорее всего - эта часть обязанностей лежала на плечах его жены... и сам по себе этот факт придавал внутренней уверенности. И этот факт был частью какой-то такой энергетики, которая была для Гвидо понятной и приятной. И знакомой, хоть и нельзя было сказать, что знакомой досконально - но... "познанной", вот, пожалуй, неплохое слово для определения - он познал кухню Дианы в своё время, он остался доволен.
- Обязан? Ты мне? - приподнял Гвидо брови в театральном жесте удивления, чуть развёл руками, ненавязчиво демонстрируя Чарльзу открытые ладони ,играя в непонимание, немного фальшиво, но и - оттого не менее уверенно, Чарльз понимал эту игру; и уж чего бы с ним следовало бы сделать - но точно не обманывать. - Ты чего, старый друг? - усмехнулся, с таким выражением, словно бы это он стоял на пороге дома, видя перед собой непрошеного гостя. Крыльцо на эти несколько секунд превратилось в сцену. Монтанелли уважал актёрское мастерство, хоть и редко играл какие-то роли, кроме своей собственной - но отличительной особенностью его "игры" была способность почти в каждое движение вкладывать и что-то абсолютно искреннее - потому что это что-то было неизменно своим собственным. И на самом деле - называли друзьями они с Чарльзом друг друга очень нечасто; куда реже, чем некоторые склонны были их так называть, когда не слышат ни тот, ни другой... да и виделись друг с другом изредка. Видимо, всё же стоило это делать чуть-чуть почаще, раз Чарльз считал, что у них вовсе атрофировалось эта способность. Его ладони были пустыми, да и сам Монтанелли не был вооружён сейчас, хотя кое-кто в городе мог бы подтвердить, что эти руки могут быть опасны и голыми.
- Миссис Мёрфи!.. - и вся эта сцена разбивается, как оконное стекло, в которое угодил булыжник, со всей своей драмой - бессмысленной практически, отчего имеющей ещё более обособленный вкус, - лицо Гвидо подбирается, расцветая в широкой и тёплой улыбке. И он мягко берёт её ладонь в свою, позволяя Диане накрыть её сверху, чуть-чуть сжимая пальцы, чтобы женщина почувствовала их силу, хоть это и не было рукопожатием, и склоняясь, коротко касаясь её тыльной стороны губами. - Кажется, я не был приглашён - но в этом и есть, видимо, какая-то... ошибка. - последнее слово прозвучало с немного изменённой интонацией, так, чтобы это больше понял мистер Мёрфи, чем миссис. Он войдёт в этот дом так или иначе. Он повернул голову к Чарльзу - улыбка на короткий момент стала победной, и блеск в глазах - жёстким. Плотины и течи, мистер Мёрфи, плотины и течи... и Гвидо шагнул внутрь, так и не разрывая прикосновения её руки со своей - как будто бы это она его втянула в дом, хотя на самом деле - получалось почти в точности наоборот. Диана сама не понимала, как стала брешью в защите мужа; впрочем, сложно сказать, чья это вина - возможно, что просто Чарльзу стоило бы почаще оглядываться на собственный тыл. Типично, для всех тех, кто смотрит в будущее.
- А как вы, миссис Мёрфи? Как дела? - выпустив её ладонь, когда они прошли внутрь дома, Гвидо взглянул в её глаза, поправив очки на своём лице. Словно бы продолжая разговор, начатый с её мужем - но под "делами" имея в виду скорее, или и в том числе, её бизнес - на тему кофе он вообще говорил бы с куда большим удовольствием, чем на тему политики. Как с деловой стороны, так и со стороны вкуса...

0

7

Вечер перестает быть томным...
Эта была первая мысль, после приветствия Гвидо, которое было настолько обыденным и само собой разумеющимся, что я даже подсознательно совсем опешил от его явления к нам в дом, не говоря уже о беззаботности, с которой он вел беседы у меня на пороге. Этот человек был куда сложней и хитрей, чем могло показаться на первый взгляд. Он был куда опасней, чем о нем ходили слухи, и куда влиятельней, чем любой политик или приближенный к политике человек в этом маленьком городишке, где вся власть давно поделена между тем, кто находится в тени, а не сияет в лучах славы и под раскаленными солнцем. Конечно, я не отнекивался от того, сколько было пройдено бок о бок и сколько всего было сделано, реализуя наши маленькие наполеоновские паны, перевоплощающиеся в грандиозные политические операции по лоббированию выгодных интересов. Но это все был бизнес, и его было принято решать вне стен дома, где никто не в курсе того, что творится за их спинами.
- Есть вопросы, которые нужно обсуждать здесь? Разве... - не желая разводить ненужную полемику и переливать из пустого в порожнее, я попытался выяснить все-таки причину визита этого человека этим вечером. Но, как, собственно, бывает по закону жанра самой нелепой комедии, в этот момент на сцене этого малого драматического театра появилась та, что умела перевернуть все с ног на голову и выстроить все иначе, под свою дудку. Раньше это было нужное и выгодное для меня умение, которым я поначалу пользовался чисто из благородных намерений скрасить вечер и ненужные переговоры, но сейчас эта привычка Дианы появляться не кстати, сыграла против меня. А это я любил меньше всего, ведь режиссером всех этих представлений погорелого театра был я.
- Челси снова все проворонила. Уволю эту мелкую к чертям собачьим, никакой пользы от нее, - негодующе произношу очередную фальш, сдобренную гневом и ворчанием по поводу того, что нельзя брать на работу родственников друзей и знакомых, толку от их прибывания ноль, а уволить неудобно. Конечно же, не обошлось от презирающего взгляда женушки, которая наверняка уже мысленно обвинила меня в том, что я трахнул эту девчонку у себя на столе, а может быть и еще где-то. Отпираться не буду, дело было, но масштаб бедствия был не настолько велик, чтобы строить страдалицу сейчас. В итоге не пустить незваного гостя не вышло, он уже медленно проходил в дом, держа под руку Диану, радостно встретившую итальянца. Честно признаться, я как-то упустил момент, когда эти двое смогли поладить настолько, что появление Монтанелли на пороге было сродни празднику. Мне же лишь осталось захлопнуть дверь и наблюдать, как эта парочка двигается в сторону кухни, а не в гостиную.
- Гвидо здесь? Ты охренел приглашать его сюда? Разве Патрик не должен был порешать все вопросы с его людьми сам? - раздался неожиданно голос Томаса, наполненный негодованием, на которое сейчас мне было плевать. Как будто я сам не понимал, что будет и к чему это может привести. Такие гости не приходят просто так, тем более, не в канун предвыборной гонки.
- В том-то и дело, что должен был. Иди к остальным. - резко отправил я Флетчера в зал, чтобы он следил за обстановкой там.
Выудив из кармана телефон, я нашел номер Патрика и решил выяснить, какого черта творится вообще.
[NIC]Charles Murphy[/NIC][AVA]http://i.imgur.com/cKmqQTRb.jpg[/AVA][SGN]https://31.media.tumblr.com/1c2c57da241aa01821754416dc1ae226/tumblr_n0ekepVmw91s5jeldo5_r1_250.gif[/SGN]

Отредактировано Carolina Hoffmann (2017-03-06 23:03:19)

+1

8

Есть люди, чье присутствие делает некоторые мероприятия веселей, интересней и легкими на восприятия, нежели в их отсутствие. Увидев Гвидо на пороге, Диана мгновенно подумала, что вечер, который по плану должен был быть скучными посиделками двух разных компаний людей (мужья и жжеными по разные стороны баррикад), превращался в нечто иное, поскольку с кем-кем, а с мистером Монтанелли ей было о чем поговорить. Миссис Мёрфи так и не получила вразумительного ответа от мужа, каким образом он пересекался в работе с мистером Монтанелли, однако отказываться от столь интересного знакомого, с которым можно было обсудить и кухню, и многие другие вещи, поделиться планами, поинтересоваться мнением, а главное, получить интересный ответ, от такого Диана ни за что не отказалась бы. Беседы с Гвидо были для нее бальзамом на душу, потому что не были похожи на умело завуалированный допрос детективов, расследующих дело о твоем «грязном белье» или слухах, которые ходили среди знакомых. Этот мужчина умел заинтересовать не только своим взглядом на нечто очевидное, но и позволял самой Диане взглянуть на все привычное по-другому, с другого ракурса, открывая для себя нечто новое.
- Здорово, что Вы пришли! Чарли никогда не отличался хорошей памятью, не говоря уже о его сотрудниках, не знаю, где он их берет… Вы уж простите, что так вышло, - виновато проговорила женщина, провожая гостя в гостиную, оставляя мужа и его помощника болтать на пороге. Сейчас ей меньше всего хотелось видеть Чарльза, потому что он задел больную рану, да еще и с нескрываемым удовольствием посыпал на нее соль, чтобы уж совсем жене не сладко было. – Дела хорошо, очень даже. Полностью восстановились после происшествия… Хотите чего-нибудь выпить? У нас приличный бар, правда, открывается он не для всех, - продолжала любезно общаться с гостем миссис Мёрфи, поглядывая между делом на гостей, на Чарльза, недовольно что-то обсуждающего по телефону в прихожей. То, как он себя вел, дало понять миссис Мёрфи, что приход Гвидо, а может быть нечто другое, совсем не входило в планы мужчины, который мягко говоря. Привык все контролировать и строить всех под свою дудку. То, как он вел себя сейчас, походило на зверя, загнанного в угол, оскалившегося и обозлившегося от беспомощности. Женщине было интересно, чем вызвано подобное поведение, потом она обязательно выяснит, где же слабое место этого железного робота, незнающего ничего, кроме своих желаний и амбиций.
Держись, Ди, все будет хорошо. Не нервничай, не обращай внимания на то, что он себе позволяет. Все равно будет разговор, там все и выяснишь.
Мысленно успокаивала себя хозяйка вечера, отлучившись на минутку за дорогим напитком, которым решила угостить Гвидо. И делала она это не просто из вежливости, а где-то назло мужу, потому что открыла одну из трех бутылок, над которыми он трясся словно они достояние республики.
- Кстати, я планирую расширить свое дело и объединить усилия по захвату кондитерского рынка с одним хорошим кондитером, специализирующимся на выпечке других стран и открыть еще одну кофейню с непростыми десертами. Надеюсь увидеть Вас в гостях. Загляните на открытие? – не сомневаясь в положительном ответе, поинтересовалась Диана.
[NIC]Diana Murphy[/NIC][AVA]http://s7.uploads.ru/VuBid.png[/AVA][SGN]http://s7.uploads.ru/ESQRs.gif
[/SGN]

+1

9

Ещё один забавный виток на этом наборе узоров, в которые сплетаются человеческие судьбы, характеры и мысли - Гвидо никогда не считал себя самого душой компании, да и не будет неправильным сказать - он таковым никогда и не являлся, не слишком-то даже и жалуя какие-то шумные посиделки, вечеринки, не говоря даже и про места, где это и является самой основой времяпрепровождения, вроде ночных заведений, клубов, чего-то вроде... Конечно, он не мог не присутствовать на таковых, время от времени, даже и с определённой периодичностью, тот тип деловых встреч, на которых ему нужно было присутствовать, зачастую предполагали именно такие места - но в том-то и дело, это был просто бизнес, работа; Монтанелли никогда не считал, что нельзя получить удовольствие от работы - однако чтобы так складывалось и в этом случае, его настроение должно было быть подходящим к случаю. Случалось такое довольно редко, - с другой стороны, весьма метко; как какой-нибудь столетний кактус, Монтанелли расцветал только несколько раз в году, вкладывая в это всё своё умение цвести, бережно сохраняемое остальное время под плотной шкурой и шипами. Впрочем, в отличие от кактусов, в этот момент он не окружён безмолвными песками, и спокойствие вокруг него далеко не пустынное, так что - порой этот перепад настроений Гвидо оказывается и вовсе не замечен почти никем. На шумных вечеринках, Гвидо чаще всего предпочитал бы остаться где-нибудь в стороне, занимая такую позицию, откуда мог бы видеть всё, или почти всё, происходящее, и откуда было бы видно его самого, чтобы можно было обратиться к нему запросто, но - не быть вовлечённым во что-то постоянно, либо - слишком уж явно. Он считал за везение, если на таких событиях ему удавалось проникнуть на кухню - там всегда можно было найти, чем заняться, будучи притом вовлечённым в общий процесс и в общее настроение. Но везло так не всегда, конечно.
Куда больше Монтанелли были по нраву такие вот домашние посиделки, более взрослые, семейные, гораздо менее шумные; душевные - где не пришлось бы вот так создавать себе зону комфорта... но и оставаясь на той позиции, где не приходится быть у компании "душой". По мере того, впрочем, как он проходил вглубь дома - вся задушевность растворялась прямо на глазах, лица собравшихся чиновников, когда Гвидо попадал в их поле зрения, становились сосредоточенными, делая и уютную гостиную жилого дома Мёрфи похожей на комнату-планёрку в каком-нибудь офисе, происходящее переставая делать праздником. Впрочем, Монтанелли и не рассчитывал сегодня на то, что ему придётся отдохнуть - для него этот вечер был деловым; и в какой-то мере и степени - видеть такие перемены на лицах было даже приятно. Что-то сродни тому, как чувствует себя токарь за станком, когда сложная деталь удаётся, возможно... однако рабочий завода вряд ли чувствует при этом ту долю злорадства, которую ощущал Монтанелли, видя, как оступается высокопоставленный чиновник. Правда, и укол совести чувствовал - из-за того, что это и под ногами его жены почву делает зыбкой; уж кого ему хотелось бы видеть твёрдо стоящей на ногах - так это миссис Мёрфи.
- Не бывает бесполезных людей, бывают те, кто не слишком хорош для занимаемого им места. - улыбнулся Гвидо в ответ обоим супругам, мягко, по отношению к миссис, с лёгким металлическим блеском в глазах, когда перевёл взгляд на мистера, для которого в этой случайной поговорке существовал и другой скрытый смысл, к Челси имевший отношения мало. На самом-то деле, Монтанелли и не знал никого из его окружения по имени Челси, да и приглашённым действительно не являлся, но это и был далеко не первый случай из его жизни, когда он появлялся где-то без приглашения; вот кто-то радовался ему в этом случае не часто. Диана это делала совершенно искренне, и значит, он уже и на роль незваного подходил не так уж хорошо.
- Если только немножко. - показал двумя пальцами Гвидо; и он был за рулём, он приехал сюда один - и произвёл такой эффект, а что было бы, покажись он тут с кем-то вида более сурового - с Алексом, например, которого Диана видела тогда? Впрочем, в этом необходимости не было. Страх - штука более тонкая, чем многие представляют, более гибкая: и тот, кто не знает этих его свойств - на самом деле, тот и является первым трусом; но с другой стороны, со страхом можно легко перегнуть. В их случае - это случится в том случае, если он коснётся Дианы слишком сильно. А она его не боялась, во всяком случае - не боялась панически, и многое держалось именно на этом сейчас. Со своей стороны, Гвидо это тоже было даже приятно - и он охотно последовал за ней туда, где ему понравилось бы в любом случае - на кухню.
- Вот как? - Гвидо приподнял брови, на короткий момент даже и позабыв и про Чарльза, и про остальных - настолько оказался удивлён, - и заинтересован, - словами Дианы. Выпечка - для любого итальянца, вообще очень важный жизненный аспект, профессия пекаря всегда пользовалась у их народом особенным почётом, что в Италии, что в США, что в других странах, куда бы итальянцы не приезжали, оставаясь жить и объединяясь в диаспоры; Гвидо же, связанный с многим, что касалось пищи в Сакраменто, оказывался с происходящим в соприкосновении - которое вполне мог бы превратить и во что-то большее. - Как я могу не заглянуть? Обязательно загляну. Вообще-то, я многих знаю в кондитерском бизнесе... - Гвидо принял из её рук бокальчик с напитком, на короткое время поднеся к глазам, оценивая его цвет сквозь кристально-прозрачное стекло. И снова встретился с Дианой взглядом. - У этого кондитера, случайно, не Картер фамилия - миссис Картер?.. - подкрепил свои заявления об осведомлённости словами более конкретными. - Она ещё открывает французский ресторан, буквально на днях... - и Гвидо собирается и туда пойти; только на этот раз уже действительно в качестве желанного гостя...

+1

10

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Дипломат роет себе яму ложкой, вилкой и рюмкой.