Вверх Вниз
Это, чёрт возьми, так неправильно. Почему она такая, продолжает жить, будто нет границ, придумали тут глупые люди какие-то правила...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru

Сейчас в игре 2016 год, декабрь.
Средняя температура: днём +13;
ночью +9. Месяц в игре равен
месяцу в реальном времени.

Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Alexa
[592-643-649]
Damian
[mishawinchester]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Если вам надоело все, попробуйте развлечь себя чем—то другим.


Если вам надоело все, попробуйте развлечь себя чем—то другим.

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

САКРАМЕНТО | 12.11.2016 | ПОЛДЕНЬ

Evie Morel, Aidan Daniel Hall
http://funkyimg.com/i/2jCTt.jpg

Это была третья по счёту встреча Эйдана с психотерапевтом. Один неожиданный вопрос от Холла вызвал целый поток новой информации от мисс Морель. На время им пришлось поменяться местами: Эви стала пациентом, а Эйд её психотерапевтом. Ничего хорошего из этого определённо выйти не может, или может?

Отредактировано Aidan Daniel Hall (2016-11-14 16:25:01)

+2

2

Mylène Farmer - Je Te Dis Tout
Извечный человеческий страх — стать убийцей самых родных людей. Ибо те, кто нам ближе всего, — в особенности и зависят от нас. От наших слов, сказанных осознанно или в порыве. От нашего внимания или невнимания. Даже — от нашей собственной судьбы: ведь и собственной несложившейся судьбой можно насмерть ранить.

   У каждого человека есть какой-нибудь страх, который по силе затмевает собой все остальные. Это совершенно не та тема для разговора, которой бы мне хотелось касаться, но скорей всего именно в этом и скрывалась главная моя проблема. Как говорят, чтобы победить страх, необходимо его озвучить. А для этого мне необходимо вернуться на девять лет назад и вновь пережить весь тот ужас, что всё ещё имел власть надо мной. Страх становится неким рычагом для появления другой эмоции - гнева. И уже с этим мне было сложно бороться, контролировать себя и оставаться благоразумным.
   Ещё одним поводом для гнева было идиотское замечание Кристиана. Никогда не понимал людей, способных испытывать сексуальное влечение к родственникам, будь то сестра или брат. Это на мой взгляд настолько отвратительно, что одна лишь мысль способна вывернуть наизнанку не только желудок, но и всё твоё существо. Я был очень привязан к сестре, только причина для этого была несколько в другом. Думаю, что люди, способные увидеть в трогательном отношении брата и сестры что-то грязное, тем самым пытаются оправдать свои собственные отклонения от привычного. Никто не виноват в том, что вам хочется вступить в связь с родной сестрой. Не стоит искать себе оправдание, обвиняя в этом совершенно посторонних людей. Такого было моё личное мнение, с которым кто-то согласится, кто-то нет - какое мне дело.
   Третий поход к психотерапевту казался мне столь же бесполезным занятием, как и первая встреча с этим Кристианом, которому неплохо было бы научиться подбирать выражения, ведь кроме своего письменного стола однажды он может лишиться чего-то более стоящего.  Стоит лишь подумать о нём, как я снова чувствую раздражение от чего кажется, что эти консультации лишь добавляют мне новых проблем, хотя должно было быть с точностью до наоборот.
   Припарковав взятую напрокат "Тойоту" возле съёмного, как я понял, офиса, я вышел из машины и какое-то время просто постоял на улице, пытаясь слегка прояснить сознание, отмахнувшись от тяжёлых мыслей, что въелись в меня подобно яду, отравляя моё и без того нелёгкое существование. Кстати, насчёт яда. Залезаю в салон автомобиля, чтобы вытащить из бардачка пачку сигарет. Сам я терпеть не мог, когда кто-то курил рядом, потому что от одного только запаха мне становилось плохо. Однако, сейчас это было единственным вариантом, чтобы расслабиться и перестать думать. Лёгкое головокружение и ощущение, словно ты куда-то поплыл от одной лишь дозы никотина. Хотя позволял я себе подобное крайне редко.
   Не имея права и дальше затягивать, я выбросил окурок в урну и смело зашёл в здание, тихо ступая по коридору, держа свой путь к кабинету мисс Морель, которой передали меня, как говорится "из рук в руки", всё же с дамой я вёл себя поспокойнее, да и надо отдать ей должное, она не задавала мне дурацких вопросов, а если таковые и были, то настолько лёгкие, что не доставляли особо неудовольствия от прикосновений к тому, что являлось моей личностью. Постучавшись и получив разрешение, я прошёл в кабинет сразу же к кушетке, на которой было через чур удобно лежать, а при том головокружении, что я до сих пор испытывал - то был лучший из вариантов.
- Добрый день, мисс Морель. Уже набросали себе вариант тем, которыми вы помучаете меня сегодня?
   Блаженно закрываю глаза, вытягивая ноги. О да, я чувствовал себя почти что дома, позволяя себе, наверно, немного больше, чем любой другой пациент, но она ведь изначально понимала, что со мной будет тяжелее, чем обычно из-за того, что я не любитель делиться собственными чувствами или рассказывать посторонним людям о своих эмоциях. Хотя бывало, что Эви каким-то непостижимым образом удавалось вытащить из меня что-то, я и сам и не понимал, как у неё это получается. Магия.

Отредактировано Aidan Daniel Hall (2016-11-14 17:22:48)

+1

3

ВВ

Yuna - Lullabies (Adventure Club Remix)
let nature have its way
predator and prey
that's the way we're made

Я не любила ноябрь.
Это было по нескольким причинам. Я могу их привести, но все они покажутся вам несущественными. Это мой личный ассоциативный ряд, так уж сложилось, поэтому критика будет восприниматься… да никак не будет.
Прежде всего, ровно год назад я впервые узнала о существовании Голоса. Точнее, тогда, перед декабрьскими праздниками, Дестер лишь упомянул, что договаривается о встрече с неким Каррасом. И потом, сразу после Нового Года, началась затяжная… болезнь. Моя личная локальная эпидемия. Точка была поставлена лишь в августе. Жирная. Густая. Окончательная. Не точка, а черная дыра, в которую жадно высасывался весь позитив, тщательно мною собираемый из более менее приятных вещей или событий. Тот же вечер в «Каннах». Звонки Эйнару. Или новая персона в кругу друзей по имени Мартин Манцони.  И все равно все это куда-то уплывало… подхватываемое безжалостной волной в виде упрямого профиля грека.  Кристиан уставал от моего нежелания признавать победу. В последний раз пару дней назад назад он сказал мне об этом открыто - до сих пор в ушах стоят слова привычно бархатным баритоном: «Ева, тебе нужно принять факт и отпустить. Просто отпустить. Я не могу тебе больше помочь» Мой близкий друг и коллега…
К черту.

Вторая заноза – это дни рождения близких, их как-то многовато, и мама, и Эрик, и даже горячо любимый племянник Матье – почти все родились под знаком изящного хвостатого Скорпиона, и весь месяц был словно предрождественская репетиция семейных посиделок. Давайте я сразу обозначу круг тем для разговоров за столом, вокруг которого собираются все семейные и друзья. «Эви, ты слишком много работаешь…», «Лилиан, ты подумала о втором ребенке? Вам с Эриком не нужно затягивать ради диссертаций…», «Эви, какие у тебя… планы на следующий год?..». Я не знаю, чего они от меня хотят… наверно, надо уже приходить с транспарантом, как у пылающего нездоровым энтузиазмом руководителя липовой финансовой пирамиды, на котором жирными цветными маркерами будут расписаны все цели на ближайшие пять лет, как-то – найти очень достойного мужа, забеременеть сразу же после свадьбы, купить дом в Кармайкле, родить двойню, через год - еще двойню… Мамины подруги – кстати, бездетные через одну – все наперебой хвалят каких-то докторов и шарлатанов, многозначительно посматривая на мою родительницу… ересь. Слишком узко. Монохромно.

Третье – это ежегодный ремонт хромировано-стеклянного сити-центра, в числе прекрасных долгосрочных арендаторов которого я пребываю. Недешевая аренда подразумевает месячный косметический ремонт всего здания в четырнадцать этажей, и на это время клиентам в качестве компенсации предоставляют другие помещения в лотерейном порядке. По всем ощущениям, я временно принимаю пациентов в бывшей резиденции какого-нибудь лихого римского сенатора. Не знаю, что там у ребят из финансового выше, а лично мне не хватает только булькающей термы в угол обширного персикового зала и какую-нибудь кадку с развесистой пальмой. Мой строгий офис был отражением моего же квартирного стиля – крем, горький шоколад, местами металлический декор. Я чувствовала себя уютно и дома, и на работе… но здесь…

И еще в этом ноябре был Эйдан Даниэль Холл.
Отдельная тема, за которую нужно благодарить прежде всего родителей. И Кристиана. В последнее время собрат по призванию все чаще отходил от дел или совершал ошибки. Звонок, в котором последовала просьба принять клиента, был полным досады не за развороченный стол, а за свое поражение с теорией эроса-инцеста. Я мечтала об отпуске. Дестер в нем уже остро нуждался. Не удивлюсь, если в следующем звонке мой друг сообщит, что купил билеты в любимую Доминикану.
***
Он войдет с минуты на минуту…
Так и есть.
Сразу к кушетке. Свободные движения. Невозмутимое, я бы даже сказала – насмешливое выражение лица. Словно музыкант не на встречу по управлению гневом собрался, а пришел на чашку дынного чая.
Я слежу за ним с пристальностью хищника. Я впитываю малейший жест, но как только понимаю, что молодой человек смотрит на меня – привычно вежливо и мягко улыбаюсь.
- Добрый день, мистер Холл. Сегодня вы должны максимально расслабиться. – Никакой иронии в голосе, упаси меня от этого Пресвятой Профессионализм, но что-то на миг искрит. Что-то неуловимое. Это предложение, которое воспринимается не сознание, а его -под- частью. И это меня выбивает – на ту же микродолю. – Я не буду пока что задавать вопросов. Я попрошу вас лишь прокомментировать несколько моментов, предельно честно.
«Да, посмотри на меня. Я хочу, чтобы ты поверил мне. Я должна сделать так, чтобы ты мне поверил»
Только впервые за все время неуютно чувствую себя под взглядом Холла я сама. Он как-то уж слишком собран.  Я вспоминаю факт из досье Кристиана – «занимался тхэквондо». Забавно. Это для меня сейчас минус или плюс?.. Что сейчас движет этой сосредоточенностью – цель ума или мышечная память?..
Ты – крепкий орешек, Эйдан Холл. Однако я обязана найти брешь.
- Мы будем говорить о вашей сестре, точнее, я буду представлять вам картины, в которых она может так или иначе фигурировать.
«Смотри на меня… но не так…»
- Но вас в этих картинах не будет. Будет лишь Надя,   - очень интересное имя для жительницы Британии, ведь кажется, оно русское. Я пишу его в который раз на специальной бумажной ленте, которая легко отрывается от картонной основы – и листочек можно скомкать и выкинуть. Мысли вслух, не требующие занесения в ту же историю сеанса или досье. Обычно за день таких бумажных шариков набирается с четверть корзины. Полезная вещь. – Надя и ситуации, в которые она задействована. Без вашей помощи. Без вашего участия. Но сначала мне нужно, чтобы вы описали свой идеальный… отдых. Время года. Время суток. Место. Спутника или спутников.  Что вы делаете сами или всей компанией. За отдельные яркие детали буду очень признательна… рассказывайте все, что приходит в голову.
Я договариваю и радуюсь, как ребенок, тому, что эти слишком темные глаза скроются за веками (потому что он обычно так и делает – во всяком случае, на предыдущих сеансах так и было) и перестанут изучать мое лицо. Ловлю себя на этом воодушевлении. И неожиданно хмурюсь… что для меня совершенно недопустимо. 
Третий сеанс.
«Что происходит, Морель?»

Отредактировано Evie Morel (2016-11-14 20:26:25)

+1

4

Вивальди - Времена Года - Весна

   Справившись наконец-то с лёгким головокружением, я вновь открыл глаза, чтобы взглянуть на своего психотерапевта, что вела себя сегодня немного не так, как было в прошлую нашу встречу. Я понятия не имел из-за чего же вдруг произошла столь странная перемена в восприятии меня, но делать какие-либо выводы было слишком рано. Остаётся лишь затаиться и понаблюдать, хотя я и сам ещё не понимал, что именно высматриваю. Всё это казалось какой-то игрой, но хотел ли я ввязываться в неё, не зная правил. Впрочем, было бы неплохо узнать какое-то слабое место мисс Морель, чтобы она и не думала будто безнаказанно сможет вытаскивать из меня моих личных демонов, о нет - они жаждали чего-то взамен.
- Расслабиться?
   Лёгкая усмешка появляется на моём лице быстрее, чем я смог бы это проконтролировать. Легко пожимаю плечами, никак более это не комментируя, лишь слушая приятный женский голос, который звучал бы намного ярче в несколько иных аспектах, но это мнение безопаснее оставить при себе. Честность... Способен ли я быть честным с посторонним человек, даже зная, что эта беседа останется конфиденциальной. Не хватает чуть больше доверия, или может быть если это будет правда за правду, но мог ли я чего-то требовать в своём положении. Определённо - нет, но что мешает мне хотя бы попытаться.
- Хорошо, мисс Морель, я охотно поделюсь с вами своим видением идеального на мой взгляд отдыха, но у меня будет одна просьба.
   Даже приподнимаюсь и сажусь ровно, чтобы это не казалось чем-то обыденным, то действительно было важно для меня, хотя со стороны могло показаться полной ерундой. Скрещиваю ноги, вытянув их теперь в сторону Эвелин, сцепив руки в замок. Как бы ни было удобно просто лежать, сейчас я по каким-то причинам не мог себе этого позволить.
- Вы могли бы не называть мою сестру Надя, пусть это имя отчасти и заимствовано французами, как уменьшительная форма полного русского имени, впрочем, Надия так же считается женским именем арабского происхождения, но задумка моей милой мамы была всё же в другом. Надя - как-то режет слух, звучит грубовато. Я зову её Ди или Дани, думаю, что в наших приватных беседах мы могли бы пользоваться именно этими сокращениями, как вы считаете?
   Не дожидаясь ответа, ложусь обратно, хотя кушетка явно не была рассчитана под мой рост. Было бы неплохо приобрести сюда нечто подлиннее, чтобы я мог с комфортом вытянуть ноги и на самом деле расслабиться, а то сейчас это получается не очень хорошо. С другой стороны сидеть в кресле под пристальным взглядом мисс Морель было бы куда хуже.
- Так, идеальный отдых. Пусть будет весна, я люблю это время года, оно как пробуждение после долгого сна... Мисс Морель, вам нравится Вивальди? Времена года. Пусть играет на заднем фоне. Помещение в тёплых тонах, или быть может это мята с шоколадом... Я лежу на кушетке, на которой мои ноги умещаются полностью, так намного удобнее, а передо мной сидит некая мисс психотерапевт, желающая услышать ответы на вопросы, которые я мечтал бы проигнорировать.
   Под конец приоткрываю один глаз и слежу за реакцией Эви, в тот момент, когда взгляды наши пересеклись, моя нижняя губа предала моё сосредоточенное серьёзное выражение лица, дёрнувшись в лёгком подобии улыбки. Иногда я просто не мог позволить себе обойтись без какой-нибудь шуточки, наверно, как одно из средств самозащиты, когда мне не хотелось выходить из своей зоны комфорта, к которой я слишком сильно привык. Что такого в вопросе про отдых, где там подвох.
- У меня есть загородный дом - это единственная моя недвижимость. Там очень умиротворённо, тихо и тепло. В камине потрескивают поленья, я сижу облокотившись спиной о диван, что стоит напротив, но на безопасном расстоянии от огня. Фоном действительно играет музыка, но это не обязательно классика, это может быть что угодно, лишь бы от мелодии перехватывало дыхание, а по рукам бегали мурашки. У меня в руках чай или глинтвейн, а может быть и что-то покрепче. Там я по-настоящему расслаблен, ведь даже свежий воздух, словно вытягивает из меня тревоги, там почти что дом, но скорее убежище. Место, где можно укрыться от действительности. Такой ответ вас устроит, мисс Морель, или это кажется слишком скучным? Могу добавить пару красоток в бассейн.

+1

5

Kannamix ft. Veela- Cerulean (Elliot Berger Remix)
There is a patience of the wild — dogged, tireless, persistent as life itself.

В тесном кругу вуайеристов и эмпириков, которых в миру именуют психотерапевтами и прочими представителями бесчисленной «мозгоправной братии», бытует поговорка, честно украденная у гения Эйнштейна и переделанная безымянным коллегой по призванию на наш лад.  «Бытие первично, как и язык тела; и то, насчет бытия я все еще в сомнениях…» Сейчас как никогда я могла оценить эту милую остроту по достоинству.
Только что этот уверенный и насмешливо-сосредоточенный гхола выдал себя в первый и единственный раз, причем настолько явно, что мне не требовалось никаких тренингов по изучению поведения клиента. Вопрос коснулся сестры – и Холл моментально "закрылся". Значит, хоть в чем-то Дестер был прав: связь, теоретически берущая начало еще до рождения, на интуитивном уровне. Моя задача – разобраться, с какой стороны к ней ближе подступают два извечных антагониста – эрос и танатос – которые в тот же момент являются вытекающими одно из другого.
Мне приходится вернуть улыбку Эйдану – нельзя не восхититься тем, как мастерски он «расслабил» сам себя и вновь улегся на кушетку; финт с губой – это нечто даже для меня. Весь офис в одно единственное мгновение вызывает сюрреалистический прилив эмоций – в тандеме насмешки и фрустрации - настолько сильный, что я даже пугаюсь на какой-то момент. Создается ощущение, что с Холлом я могу сработаться только потому, что топчусь возле одной детали, которая все время скрывается за дымовой завесой, что подлежит развеиванию. Я должна ее познать.
- Ди. Прекрасно. – Уверенно вырисовываю завитушкой букву N на «одноразовых мыслях», а затем вношу в запись сеанса первые два слова «Сестра = самоконтроль». Вот и база. Фундамент. Большой взрыв личной вселенной Холла. От нее начинаем вести вектор.
- Да, конечно, пусть будут девушки у бассейна, если вам так комфортнее видеть всю картину, мистер Холл. Меня она устраивает более чем. Представьте на миг, что вы сейчас там, вдыхаете сосновый флюид дерева в камине и слушаете переливы Вивальди. – Признаться честно, Эйдан меня удивил описанием нетипичного логова холостяка и своего времяпровождения, и я бы могла с живостью дополнить детали, как обычно делаю, однако не в этот раз. Прежде всего меня останавливала необходимость раскрыть молодого человека эмоционально. Знаете… курсы управления гневом - вещь вторичная, пока вы не разберетесь в первоисточнике; можно бесконечно отстегивать за весьма недешевый «спуск пара» только для того, чтобы возвращаться снова и снова.
Надиа.
Это не банальный эрос-танатос... это самый настоящий уроборос из противоречивых сил, которые не могут друг без друга.
- Итак, мистер Холл, вы расслаблены, сейчас вы настроены на свою особую волну, и даже размер кушетки не может увести вас от приподнятого настроения, потому что для следующего акта я попрошу вас поддерживать контакт взглядом. – Черт, Морель, ты хоть как-то абстрагируйся от этого магнетизма, иначе вы снова перейдете к почти светским беседам прошлых встреч ни о чем, и когда вечером по просьбе матери Эйдана позвонит твоя собственная, тебе снова будет нечего сказать. Конфиденциальность – это святое, однако не в кругу семьи, где односложными ответами не отделаешься, и за каждыми осторожными расспросами стоят надежды нескольких человек.
- Давайте теперь я представлю вам различные ситуации; ваша задача, мистер Холл – честно прокомментировать описанные мной картины теми словами, что первыми приходят на ум... и можно не стесняться в выражениях. Приступим. Действие первое. В таком вот атмосферном настроении вы неторопливо гуляете по безымянному городу и неожиданно узнаете в числе прохожих Ди. Она не видит вас и даже не заметит, потому что нетерпеливо смотрит куда-то в сторону. Судя по выражению лица, Ди вполне довольна жизнью, можно сказать - счастлива, и неожиданно она широко улыбается, потому что через мгновение после того, как вы ее заметили, к ней подходит некий молодой человек – вообразите себе такого достойного – обнимает и целует ее. Все это происходит явно по обоюдному согласию, возможно, ваша сестра влюблена, доверяет и испытывает очень яркие и искренние эмоции, так же, как и подошедший. Что вы чувствуете, глядя на них обоих?
Хищник во мне напрягается – как той же акуле, сейчас мне нужна лишь маленькая капелька «крови» эмоций, чтобы «повести» след к тщательно спрятанному исходнику проблемы. Иногда я напоминаю сама себе неторопливого ткача ковров где-то в Южной Америке… нить к нити, узор к узору, чтобы в итоге получить единое целое.

+1

6

Mylène Farmer - Pardonne-Moi
   Представить себя в своём домике в Швейцарии, что может быть проще. В какой-то момент мне даже захотелось там оказаться сейчас, чтобы привести свои чувства и мысли в подобие некоего порядка. Только вот красоток у бассейна нужно было заменить на мисс Морель, которая отчего-то ассоциировалась у меня с маленьким ёжиком, что пытается выставить иголки и закрыться от моего взгляда каждый раз, когда я пытался её мысленно "пощупать" что ли. В чём кроется причина для такого поведения и понимает ли сама Эви, как это явно выглядит со стороны.
   Открываю глаза, взглянув на своего психотерапевта, что сама попросила меня сделать это. Взгляд блуждает по её лицу, пытаясь оставить в памяти этот образ строгой всезнающей особы, которая будто заглядывает внутрь тебя, хотя я и пытался этого не допустить. Кому нравится, когда в нём мысленно ковыряются? Уж точно не мне. Ложусь на бок, согнув руку в локте и подставив её под голову, чтобы мне было удобнее. И пусть Эви сказала не обращать внимание на кушетку, будь она подлиннее я бы устроился с большим комфортом и не отвлекался на свои ноги, которые так и намеревались съехать на пол.
- Я весь в внимании, мисс Морель и смотрю исключительно вам в глаза.
   Бесстыжая ложь, но это даже начинает немного забавлять. В какой-то момент вектор угла разговора сменил своё направление и казалось, что наша дальнейшая беседа вот-вот может пойти не по тому пути, который для этого был избран моим психотерапевтом. Разговоры в целом доставляли мне лёгкое чувство удовольствия, как бывало когда ты находишься в приятной компании интересного человека, который пытается что-то скрыть от окружающего мира, а мне подобно гончей ищейки хочется найти этот "клад".
   Слушаю размеренную речь мисс Морель, касающуюся моей сестры, на губах появляется лёгкая улыбка, ведь я уже слишком отвлечён от смысла нашей беседы, навострив собственные "локаторы" в сторону женщины, сидящей в своём удобном кресле за столом. Снова появляется ощущение, будто меня пытаются подловить на чём-то, но тут же отпускает.
- Ревность? Да, есть немного такое чувство, ведь я слишком привязан к своей малышке, с которой почти всю жизнь мы пробыли вместе. Но это чувство очень слабое и его почти полностью перекрывает другое. Я счастлив. Вы верите в некую ментальную связь между двойняшками, мисс Морель? Когда счастлив один из нас, другой испытывает схожее чувство. Если какому-то мужчине удастся наконец завоевать доверие Ди, значит, что мы оба сможем наконец-то отпустить призраков прошлого. В тот день, когда я нашёл её с осколком от зеркала в руке, что-то сломалось не только в Дани, но и во мне самом.
   Даже спустя почти десять лет событие того времени слишком яркое в моей памяти, ведь слишком часто я переживаю всё это вновь и вновь в своих ночных кошмарах, просыпаясь от того, что мне кажется будто страх вцепился мне в глотку, намереваясь меня задушить. Это было невыносимо и я хотел избавиться от него раз и навсегда. Появись у моей сестры спутник, уже на нём бы лежала часть ответственности за близкого мне человека, а я бы тем временем смог устроить свою собственную жизнь, не боясь, что однажды вечером моя близняшка останется дома одна, пока я отыгрываю где-то концерт, находясь от неё за тысячи километров.
- Встретив её на улице с достойным господином, я порадуюсь за них обоих и пойду дальше. Ди знает, что я всегда на подхвате, готовый поддержать её в любой ситуации. Сейчас пока мы живём вместе в Сакраменто я по-своему наблюдаю за ней и радуюсь, что она стала намного сильнее, чем то было раньше. Думаете, что проблема именно в этом? Вот так просто, без всей той ерунды, что с порога начал нести ваш коллега? Где он, кстати? Всё ещё переживает за свой письменный стол или задумался, что не всегда стоит вываливать на клиентов свои умозаключения прямо с начала первого сеанса?
   Не смешно, но я не могу перестать улыбаться, вспоминая тот день в офисе Кристофера. Можно ли считать, что тот "облажался" со мной по полной программе, от чего я сейчас находился в руках другого специалиста, к которой испытывал разную гамму чувств, вплоть до некоего интереса и желания немного раскрыть эту строгую дамочку, что порой наблюдала за мной, как за каким-то мечущимся по клетке хищным зверьком.

+1

7

Arkasia - Pandemonium
Experienced predator never shows his fangs in advance.

Итак, пациент следует моей просьбе и комментирует ситуацию, демонстративно непринужденно и расслабленно; однако любая маска – это маска лишь наполовину, абсолютное сосредоточение – это прерогатива тибетских монахов или йогов с их системами дыхания и вхождения в транс. Мне же выпадает прекрасная возможность наблюдения за мимикой лица и руками.
Мало кто подозревает, как безжалостно нас в первую же секунду реакции могут выдать глаза и собственные пальцы. Не зря на всех дополнительных факультативах уставших донельзя студентов все время просили обращать внимание именно на подобного рода вещи – уход взгляда вправо или влево, ход кадыка (если клиент – мужчина), частое моргание ресниц (в случае, когда клиентка – женщина), движения ладонями или фалангами. Последние часто выдавали те или иные эмоции, что берут буквально на крохотное мгновение верх, иногда даже приливая краской к щекам.
Восемь из десяти патологических ревнивцев («- Я должен был убедиться, что она ни с кем не спит в моем отсутствии!»), жутких собственников («-Послушайте, мисс, я купил этой твари последний Астон Мартин, какого хрена она такая неблагодарная?!») и просто неконтролирующих свой эгоцентризм людей («Он должен меня носить на руках за то, что я его терплю, а сам смотрит на других баб!») при каждой брошенной на воздух фразе слегка поджимают губы и сводят в кулаки пальцы, особенно мужчины. Собственнический жест, пришел из таких древних времен, что просто невозможно дать ему какой-то определенный возраст. Примитивное «мое».
Опять-таки, подобные моменты нас учил подмечать Профилактика. Для преподавателя это было таким же обязательным обрядом, как, к примеру, поклонение Ницше и Фрейду, которого Кристиан посоветовал бы мне применить на практике по отношению к Эйдану Холлу... На самом деле, следовало подойти проще и оттолкнуться от самых примитивных реакций.
В данном случае, в корне агрессии Эйдана наконец-то определился вектор, который четко вел к страху-танатосу. За сестру, которую он пообещал сам себе защищать от всего, что только можно, что только способно навредить его Ди. Я внесла несколько строк в запись сеанса, а затем вернула все внимание к темноволосому певцу, который впервые поднял эту тему – инцидент, который произошел довольно давно, однако оставил чудовищной силы откат, который до сих пор мучил брата возможно даже сильнее, чем сестру еще и по той простой причине, что они были двойняшками. Психофизически такая связь если и не была доказана диссертационными работами, но представала само собой разумеющимся фактом среди всей нашей братии.
Теперь мистер Холл смотрит с таким неопределенным выражением в темных глазах, что мне снова становится не по себе. Если пойти чуть дальше, то может показаться, что Эйдан готов поменяться со мной местами.  В фигуральном значении. Такое на моей памяти было впервые. Одно дело – поползновения со стороны Самого Мартинеза, но там все просто: у сенатора слишком большой аппетит, и его интересует любая незамужняя (во имя исключения скандала, аминь) молодая  брюнетка от двадцати до сорока с «ммм, такой фигуркой» и «божественной улыбкой». Это два сомнительных комплимента, которые я уже успела поймать в свою сторону. До августа они меня веселили, однако затем ситуация изменилась в негативную сторону…
Что бы ты сказал о своем психотерапевте, если бы узнал его основную слабость, мистер Холл? Сапожник без сапог – самое мягкое из определений. По всем законам жанра, я уже могу лишиться права практики на ближайшее время, пока не «закрою» все свои трудности. Но тот же Дестер прекрасно понимает, что они не мешают мне вести сеансы, я умею абстрагироваться от самой себя.
Умела. До появления тебя, Эйдан Холл.
Мы выдерживаем паузу оба, но смотрим друг на друга буквально несколько мгновений, и при этом мой пациент не может сдержать улыбку. Короткое ощущение «смены объекта изучения» усиливается до зуда на нёбе – и я касаюсь его кончиком языка - а затем стихает.
- Прекрасно. Тогда давайте перейдем к следующей картине.  – Внутренне собираюсь для второго акта театрализованного представления «Убереги свой стол от Холла, сексолог». – Вы остаетесь незримым наблюдателем, и вдруг через буквально пару минут ситуация внезапно меняет свою окраску. Ваша сестра напряжена, она что-то с обидой выговаривает этому прекрасному молодому человеку, а он в ответ явно повышает голос, потому что через секунду на ее глазах видны слезы, - я вновь выдерживаю паузу. Это опасно, это чревато рикошетом, однако, снова-таки согласно практике, ничто не лечит рану с осколком лучше, чем первоочередное извлечение этого осколка. -  Через мгновение, с бурной жестикуляцией, они оба расходятся в стороны, причем, молодой человек идет на вас, и у него явно разозленное и вместе с тем огорченное лицо, а вот сестра удаляется в противоположную сторону и явно плачет. – Я не договариваю банальное «выберите ваше действие», как какой-нибудь раздражающий банкомат на Роуз-стрит, а просто опускаю голову и одновременно выгибаю бровь. Не отводя взгляда от скульптурных черт лица своего пациента – эти новые эмоции и комментарии тоже очень важны, не менее, чем те, что я с облегчением приняла несколькими минутами ранее.

+1

8

Ed Sheeran - I See Fire
Антонио Вивальди. "Лето". "Гроза"

   Внимательно слушаю психотерапевта, когда та выстраивает перед моим мысленным взором новую картинку. Увы, но внимание это никоим образом не касается темы нашего разговора. Удивительно, но именно в эту нашу встречу я стал ощущать внутри себя какое-то новое чувство, что по-своему даже слегка "щекотало" мне нервы. Был ли то интерес к мисс Морель как к женщине, или как к человеку, который явно что-то ото всех скрывает - я пока не мог определить. Хотя даже не так. Явный интерес сексуального характера с моей стороны присутствовал точно.
   Боюсь только, что моё слишком лёгкое отношение к этому удовольствию и девушкам, которые когда-то побывали в моей постели вряд ли понравится строгой и утончённой Эви. Сложно судить о человеке, которого слишком мало знаешь, предполагать что в этот момент может твориться у неё в голове, но мне уж очень захотелось вдруг заглянуть туда. В её мысли, которые вихрем проносились в голове женщины, или же они были размеренны и легки. О чём она думала сейчас? Обо мне, как маленькой подопытной мышке, что никак не могла справиться с собственными страхами и эмоциями. Или всё же её интересовало помимо этого, нечто совершенно другое.
   Скольжу кончиками пальцев по шероховатой поверхности кушетки, делая вид, что задумался над тем, как бы я мог поступить в той ситуации, что была нарисована для меня Морель. Первой мыслью было снести подлеца с ног одним единственным ударом в голову, но смог бы я затем остановиться? Причинить человеку физическую боль в замен душевной, какой в том был смысл. В этой вариации, где моей сестре не угрожала смертельная опасность, я оставался по-своему спокоен и сдержан. Причина моего страха за Ди была не в этом, она крылась в осколке зеркала и бордовой крови вокруг неё. Страх потерять её был моим неразлучным спутником вот уже почти десять лет. За эти годы я успел весь пропитаться им, даже не делая попыток бороться. У каждого есть своя ахиллесова пята - моей была сестра.
- Я не стану трогать этого господина. Оставаясь лишь сторонним наблюдателем их ссоры, я не знаю в чём кроется её причина. Моим единственным желанием в тот момент будет оказаться рядом с Дани и помочь ей успокоиться. Я не в силах укрыть её от всей жестокости или несправедливости этого мира. Жизнь течёт - всё вокруг меняется. Я стараюсь быть тем, кто всегда поддержит её. Я могу вспылить лишь услышав что-то неприятное, брошенное в её сторону. С этим мне на данный момент действительно сложно бороться. Хотя она и сама может постоять за себя в определённых ситуациях. Я прошёл некий ваш тест, Эви? Или это только самое начало? Будете мучить меня своими картинками до тех пор, пока мой гнев не вылезет наружу?
   Разговаривать лёжа перед будущим оппонентом становится неудобно. Продолжая следить за женщиной, я начал более детально подмечать некоторую напряжённость, что повисла между нами в воздухе. Ещё немного и её можно будет потрогать руками, такое у меня создавалось впечатление. Для таких встреч не плохо было бы иметь под рукой стаканчик виски или хотя бы бокал вина. Думаю, что после одного единственного вопроса, что назойливо вертелся на кончике моего языка, Морель он бы не помешал.
   Сосредоточенное выражение лица, серьёзный взгляд, в глубине которого я явно вижу незримую проблему, что по какой-то причине крепко держала Эви в своих тисках. Как давно это произошло, ведь если это практикующий специалист, то она должна была отлично скрывать собственные чувства. Только лишь я один смог разглядеть в ней это, что за глупцы тогда были рядом с ней, если кто-то вообще был. Я ведь ничего не знаю о личной жизни Морель, у меня на руках нет волшебной папки с её именем и краткой биографией внутри. Хотел бы я взглянуть на неё? Ответ будет положительным и я даже не стану думать на этот счёт.
   Сажусь прямо, облокотившись на спинку кушетки и стараясь не прерывать наш зрительный контакт. Я не могу сказать с точностью добавили ли мои действия дополнительных поводов для переживаний Эви, но атмосфера в кабинете очень резко менялась прямо на глазах. Я не был хорошим специалистом в плане психологии и не умел подходить к проблеме осторожно, подобно моей собеседнице, потому спросил, как есть.
- Как давно вы сторонитесь мужчин, Морель?
   По какой-то неведомой причине я был почти уверен в своей правоте, потому вопрос был задан лишь как уточнение времени. Сколько уже продолжается этот процесс, который вцепился в психотерапевта, почти как мой собственный страх в меня. Если бы она сейчас послала меня, то лишь убедила в моих мыслях.

+1

9

Trifonic - NightRun (feat. MindBuffer)

Experience is the name every one gives to their mistakes. Even predators.

Есть такое понятие, как точка невозврата. Как окончательно пройденная граница между «до» и «после».
У любого – сенатора, стоматолога, преподавателя пения, проститутки, декоратора, специалиста по кpeдитам или даже сексолога – есть такая точка. Люди в основной своей массе –  вполне предсказуемое стадо, которое если собрать в общее статистическое целое, то даже наметанного взгляда не требуется для определения подобных точек, они срабатывают сами по себе.
Как осознание факта.
Нам просто нужен катализатор для этого осознания. Небольшой толчок для личного Большого Взрыва.
***
Мистер Холл продолжает лежать, послушно демонстрируя свою неудобную «расслабленность», однако ответ молодого мужчины говорит за себя. Он все же переступил через прошлую боль во имя избавления от будущей. Особенно вдохновляет на полуулыбку фраза про готовность и дальше мучить подобными расстановками разум музыканта. Какая-то часть его разума хочет этого, как ни странно, иначе кареглазый не заострял бы на этом внимание.
Между тем, я все больше ощущаю себя не в своей тарелке. Честно говоря, начинает казаться, что после сегодняшнего сеанса я просто отдам ключи от «резиденции Цезаря» пульту охраны, не переодеваясь, поеду в аэропорт и свалю куда-нибудь на самую крайнюю точку материка Южная Америка… кажется, это мыс Горн, чтобы заливаться там местной дешевой текилой до восхитительного умопомрачения. Для меня подобное состояние впервые настолько дискомфортно, а с профессиональной точки зрения оно должно быть категорически исключено, потому что я попросту не имею права проводить встречи, находясь вне зоны привычного личностного восприятия действительности.
Это всего лишь наша третья встреча.
Всего лишь третья.
Боже, храни Эвелин…
- Будем считать, что вы прошли тест, мистер Холл. Я… хм…  я должна принести извинения за своего коллегу, который не совсем верно воспринял суть ваших приступов агрессии. В них лежал эрос-страх за сестру… не путайте с тем словом, которое употребил доктор Дестер. – И я его тоже не произношу, потому что атмосфера между нами не просто густеет, она съеживается и уплотняется в искрящееся нечто…
«Не смотри на меня так»
«Нет… смотри»

… набирающее силу независимо от нас обоих. Ведь на самом деле даже я не могу найти этому объяснение. Это выше понимания усталости, выше осознания факта огромной разницы между нами в возрасте или в самом взгляде на жизнь – Эви Уходящая От Факта Своей Проблемы По Касательной и Эйдан Который Уничтожит Весь Мир Ради Сестры. Я бы очень долго смеялась, если бы мы не совпадали в этом – и только в этом.
- Я не буду внушать радужные перспективы того, как быстро вы избавитесь от него. Но начало уже положено – вы произнесли вслух очень важные вещи, которые станут установкой для вашего же сознания. В качестве первых мер по борьбе с агрессией я попрошу вас представлять себе лицо Ди, когда она улыбается, ведь наверняка ваша память таит в себе бесчисленное множество подобных моментов, и вы бережно храните их.
«Смотри на меня…»
И вновь музыкант принимает правильно мои слова как лекарство, «раскрывается», садясь гораздо удобнее, чтобы видеть меня всю – и ни один чертов сенсор не подсказывает мне, что же будет дальше, потому что вся моя компасная система начинает «сбоить» от одного лишь присутствия мистера Холла в этой репродукции роскошной жизни какого-нибудь античного вельможи. Коротко говоря, я похожа на заблудившегося капитана, у которого на руках вместо кучи нужных инструментов оказался секстант – и тот начинает выделывать фокусы, указывая совершенно «левые» координаты. Я даже несколько удивлена, что сумела довольно быстро дойти до сути проблемы этого пациента, меня на миг охватывает нечто, схожее на смесь гордости за себя и радости за него… или наоборот…
Однако, затем происходит то, чего я не ожидаю никак, и все положительные эмоции стремительно растворяются в небытие.
Мистер Холл не просто «бьет на поражение», он удивительным, очень верным образом задает вопрос. Не так, как Кристиан «что ты чувствуешь?», «что ты будешь делать?», ведь мой коллега принял факт того кошмара, что со мной произошел, тогда как я упорно сопротивлялась ему. Эйдан пошел напрямик. Он спросил - как давно я не впускаю мужчин в свою жизнь? Просто. Безыскусно. В точку.

У меня перехватывает дыхание; кровь приливает к лицу, так стремительно, что кажется – еще немного, и она попросту вскружит мне голову горячей волной. Как психотерапевт, я обязана знать обходные пути, которые мне доступны благодаря знаниям профессиональной сферы. Я могу улыбнуться и непринужденно ответить, что «мы отошли от темы, мистер Холл, давайте теперь…», я могу попросту проигнорировать этот вопрос – и это полное право, как владелицы кушетки, на которой сейчас некий музыкант без малейшего стеснения изучает черты моего лица.
Но я не могу отвести взгляда.

Когда я начинаю говорить, то не узнаю своей голос. Мне кажется, что искусно подведенные алые губы существуют вне меня – потому что они не имеют права произносить, выплескивать в мир подобного рода откровенность.
- Время и доверие многогранны, не так ли, Эйдан? Вы больше не доверяете этому миру свою сестру, но вы приспособились жить со своей болью и даже нашли ей выход, круша все вокруг или наоборот, замыкаясь в ментальной клетке…
Что это касается моего виска? Это мои пальцы? Что я делаю? Почему я говорю ему это?..
- … куда вы запираете сами себя и ваше прошлое, чтобы перестать опасаться будущего, но ведь это не вариант, не так ли? Так жить невозможно, это не жизнь, это существование…
«Это лишение права практики, Морель»
- Это то, о чем мне говорит доктор Дестер. Я отвечу – в августе я неожиданно для себя самой доверилась…
«Замолчи»
- Одному мужчине, надеясь на то, что смогу обуздать темноту, в которой он пребывал…
«Замолчи!»
- И вытащить его оттуда. Но я ошиблась. И в ту ночь он взял верх.

Мои губы, которые, как оказалось, способны жить отдельной жизнью от меня, сексуальные, по мнению мужской половины бара «Геликс», в который я ходила на Охоту по пятницам в прошлой девятой и последней жизни, проклятые алые губы все же смыкаются, через них больше не проходит и звука. Я понимаю, что не просто «хватанула лишку», как обычно предпочитает изъясняться мой коллега – я нарушила основной принцип конфиденциальности, я предала табу «говорит только пациент», в конце концов – я открылась человеку, которого видела всего лишь третий раз в своей жизни.

И вот тут наступает моя личная точка невозврата.
Перед глазами начинает все плыть, но я не плачу, я не способна на это, по крайне мере – прямо сейчас. Просто где-то внутри меня начинает рушиться плотина, которую очень долго и малоэффективно подтачивал Кристиан… чтобы пришел катализатор по имени Эйдан Холл и одним вопросом, всего одним чертовым вопросом, сломал фундамент, основание… мою ментальную клетку. Почувствовала ли я себя легче? Нет. Свободнее? Возможно. Под обеими ладонями, поднесенными к лицу, становится темно и прохладно; я глубоко вдыхаю, а затем отнимаю руки, чтобы вновь открыться миру и темноволосому молодому мужчине, с которым окончательно поменялась ролями.

Отредактировано Evie Morel (2016-11-22 17:32:34)

+1

10

Помогли ли мне три эти встречи справиться со своим страхом? Думаю, что ничего подобного, хотя я и дошёл до того, что смог озвучить свои мысли. Смог открыться постороннему человеку, в котором видел что-то знакомое. Было ли это потому, что я мог когда-то давно видеть Эви на какой-нибудь семейной встрече, или же это было из-за чего-то другого. Я сейчас словно пропускал все её слова про тест и прочее мимо себя, меня это не трогало. Я навострился, как ищейка, почувствовав нечто иное.
   Глаза женщины передо мной. На миг мне кажется, что я способен и сам почувствовать все те эмоции, что я видел в них. Чего я никак не ожидал, так это того, что Морель прорвёт. Плотина, что сдерживала её собственную бурю эмоций, пропускаю лишь малую часть из них вперёд, неожиданно дала трещину. С каждым новым предложением трещина становилась больше и я даже начал испытывать некое чувство беспокойства, что психотерапевт может не справиться с этим стремительным течением, вырывающимся на свободу.
   Пусть она и говорит вначале обо мне, но я чувствую, что речь сейчас идёт больше о самой Эви. Мы оба были лишь пленниками собственных переживаний, с которыми никак не могли справиться. Я бы и хотел сейчас попробовать улыбнуться, чтобы это напряжение немного спало, но уж слишком живыми были те слова, что сорвались с губ женщины передо мной. Мне бы очень хотелось помочь ей, но я не знал, каким образом это можно сделать.
   В разговоре вновь проскальзывает имя человека, которого сам я окрестил, как полного болвана, не способного увидеть реальное положение вещей. Так было со мной, так же было и с Морель. Не с ним ей стоило бы говорить о своих проблемах, она бы и сама прекрасно справилась со всем, будь то посторонний пациент, а не она сама. Я и жалел, что затронул эту неприкосновенную тему, и радовался, что Эв не стремиться всё отрицать, закрываться, выгонять меня из кабинета. Неожиданно для самого себя я стал геморройным клиентом для обоих практикующих специалистов.
   Морально приготовившись к тому, что уже к вечеру мне сообщат о том, что от меня вновь отказался психотерапевт, передав меня на руки кому-то третьему, я всё ещё не мог позволить себе встать и уйти. Что за самоотверженный поступок и желание помочь всем и каждому. Или же в этом отдельно взятом случае вмешивалось что-то ещё. Личная заинтересованность в человеке, которому так глупо доверился.
   Ещё не зная наверняка, что же могло произойти у Эви, я представлял себе худшее. Что-то, чему чуть было не подверглась Ди в ту страшную ночь, когда я впервые потерял контроль над самим собой, полностью отдавшись во власть гнева. Отчего-то я испытывал его яркие отголоски и сейчас. Будь передо мной тот самый мужчина, о котором идёт речь, перевёрнутым столом дело бы не ограничилось.
   Это было немного странно, ведь Морель не была мне даже родственницей, но её внутренняя боль нашла отражение во мне самом. Я слышал слишком много подобных историй, чтобы по-своему научиться не обращать на это внимания, пока это не касалось кого-то из близких. Так в чём проблема сейчас?
   Наблюдая за Эви, которая на какое-то время укрылась от всего мира и меня в том числе за своими ладонями, я сдерживался, чтобы не подойти к ней. Просто обнять, дать почувствовать, что она не одна - я не имел на то никакого права. Она бы скорей всего не приняла подобного порыва, как яркое подтверждение тому, что есть вещи, с которыми она не в силах справиться.
   Я в это не верил. Это интуитивная подсознательная мысль, что появилась сама по себе. Я видел перед собой сильную женщину, которой нужно было выползти из этого болота самой. Я мог лишь подать ей руку, когда она будет к этому готова. Но очевидно, что не в этот момент.
   Я даже не знал, что сказать. А психотерапевт тем временем отняла ладони от лица и я встретил её взгляд. Женщины с их мировосприятием и слишком сложно устроенным мышлением. Против этого у меня ничего не было.
- Не все мужчины одинаковы. Как вы сами считаете, отчего этот так сильно повлиял на вас? В чём причина, что вы до сих пор не отпустили эту ситуацию? Он сделал вам больно? Физически или это душевная боль за предательство в ответ на доверие? Нельзя помочь тому, кто сам отказывается принять помощь. Это не проигранный бой, просто ваш оппонент вёл грязную игру. Это не повод закрываться в себе и прятаться от действительности.

+1

11

Evocativ - The Lovers

A man is the most skilful predator. But his woman is the most dangerous.

[indent] Есть что-то по-своему волнующее и вдохновляющее в самоконтроле.  «В эту пятницу я впервые не напился», «Это реально была моя последняя сигарета, бро!», «Я решила больше не отвечать на его звонки». Горделивое чувство собственного превосходства, которое греет душу почти тщеславным теплом,  поднимает самооценку, без которой все мы – действительно стадо, вне разделения на касты и какие-то свои интересы.
[indent] Однако, согласитесь, еще больший «приход», своеобразный эстетический оргазм, мы получаем, когда пытаемся успешно контролировать тех, в ком заинтересованы.  И не стоит возмущенно поднимать ладони и с презрением отрекаться от этой попытки собственничества и доминирования. Мы – хищники по своей натуре, не зря тот же Фрейд лихо и круто и очень правдиво завернул о виде Хомо Сапиенс: «Человек – скотина, мразь». Философ не брал отдельные примеры, о нет, он смотрел вглубь выборки или целой массы. Можно быть альтруистом от бога, Далай Ламой и Матерью Терезой  в одном лице, проповедовать мир и любовь – и все равно таить в себе эту темноту, в своей величине и степени разную у каждого индивида. Кто-то лицемерит и скрывает ее сам от себя, тщательно запирая соблазнительный мрак за особой дверью в душе и лишь прислушиваясь к тому, как скребут щупальца по ментальному полотну. А можно почти открыто признавать и даже сосуществовать со своим альтер-эго, пропуская через себя свои же ошибки и делая выводы.
[indent] Возможно, грек относился ко второй категории.
[indent] Возможно, я - к первой.
***
[indent] Я не знаю, как это произошло и не  понимаю – как продолжается, но мистер Холл, который видит меня третий раз в жизни, уточняет очень важные моменты и  правильные вещи. Кристиан шел тем же путем, но параллельно все время пытался растормошить меня, подталкивая к будущему, в котором я была обязана четко сложить с себя весь принятый ментальный груз за инцидент в августе. На самом деле, такая методика – вроде как она зовется «активная расстановка» - весьма неплоха при работе с клиентами, которые уж слишком сильно ушли в себя, которые действительно потеряли путь к восстановлению «Я» в окружающей среде и социуме. Но со мной она не прокатила по одной простой причине – отчасти, я признавала и свою вину за грека. Ведь это я тогда в баре сделала первый шаг… наивная дура, которая повелась на Голос, излагающий то, что Дестер хотел бы услышать. Мистер Каррас не лукавил – о нет. Просто недоговаривал. В психологии второе гораздо хуже, чем первое, потому что… да вы и сами прекрасно понимаете, почему.
[indent] - Он не сделал ничего такого, на что бы я не согласилась заранее. Просто я переоценила свои силы. – Смотрю на него открыто, без малейшей попытки уйти от контакта взглядами. И чувствую, как начинают полыхать скулы. – Что-то вроде сабмиссива чистой воды. Сейчас я признаю, что хотела проволочным заграждением защититься от горной лавины. – Приподнимаю ладонь и шевелю фалангами, будто растираю нечто невидимое меж кончиками пальцев, которые неожиданно стали влажными. И при этом по-прежнему рассматриваю темную радужку собеседника, изучаю всю живую мимику этого скульптурного лица. Выдох. – Эйдан… вы понимаете, что я сейчас в зоне огромного риска? Мы не должны говорить обо мне, мы должны говорить о вас.
[indent] Я опираюсь обоими локтями о столешницу, отодвигая в сторону ставшие ненужными записи – мы оба попали в болевые точки друг друга, удачно, правда, я с третьего раза, а мистер Холл – с первого. Чуть прогибаюсь вперед – жест не специалиста, который намерен холодно изучать своего любимого подопытного кролика, но истинно женский, почти расслабленный.
[indent] - И то, что я возможно… – Выделяю последнее слово особой интонацией и повторяю его. – Возможно прячусь от своей действительности, не мешает мне вести вас как клиента. И даже делать это с удовольствием.
[indent] Становится легче дышать. Среди всей этой роскоши патриция лишь одна я по-прежнему смотрелась немного чуждо в деловом костюме. Эйдан уже давно чувствовал себя в своей тарелке. Мы определенно поменялись местами, но я перестала испытывать от этого дискомфорт. Сейчас я скорее ощущала себя освободившимся от треклятого камня Сизифом… или получившим отпущение грехов прихожанином, который только что переступил порог исповедальни с просветлением в глазах. Все оказалось более чем банально – я призналась себе в том, что я хотела ту ночь, желала полную власть, мечтала о приручении. И моя же ошибка вернулась ко мне огромным  рикошетом. Но естественно, говорить Холлу об этом было совершенно необязательно. Достаточно того, что от его слов и взгляда у меня все еще где-то екает под ложечкой...
[indent] - Да, не все мужчины одинаковы. – Пауза, чтобы Эйдан понял, что я цитирую именно его. И при этом даже чуть улыбаюсь. Мы по-прежнему смотрим друг на друга, однако теперь я не желаю надевать маску специалиста. У русских есть чудесная поговорка «Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец» Мне все еще сложно и смешно представить, как можно закусывать текилу маринадом, но общую суть выражения я уловила. – Давайте вы теперь расскажете о своих планах на будущее, мистер Холл. В них есть место Ди и общим перспективам?

0

12

Сабмиссив... О, я прекрасно знал значение этого слова, просто не мог представить себе в этой роли Морель. Хотя... Хотя безопаснее было бы этого вовсе не делать, но перед мысленным взором уже вовсю неслась вереница интересных откровенных картинок, так любезно "подкинутая" мне моей неуёмной фантазией. Кроткий взгляд из-под длинных ресниц - мне было интересно возможно ли вообще такое. В данный момент тот взгляд, что остановился на мне нельзя было назвать ни кротким, ни каким-либо ещё, где смысл сводится к подчинению.
   Неудачный сексуальный опыт, после которого любые отношения с мужчинами вызывают... Что? Какие чувства? Об этом я не услышал ни слова, но то не было презрением или ненавистью. Я хотел бы верить в это, сам не понимая почему. Я ни на что не рассчитывал, даже не питал иллюзорных надежд, я просто был наблюдателем.
- Вы переживаете, что я могу рассказать кому-то историю о том, как некая мисс психотерапевт, копаясь в моей голове, никак не могла по полочкам разложить собственные мысли, эмоции? Мы можем абстрагировать вас от этой ситуации, рассматривая её на примере кого-то отдалённо похожего на нас самих.
   Примерно так я иногда пытался делать сам, хотя получалось не очень хорошо. Излишняя эмоциональность была и роскошным даром в какие-то моменты, например, если нужно было полностью погрузиться в песню, что я исполнял и передать её должным образом. И так же это огромный недостаток, ведь унять гнев, заполняющий каждую клеточку тебя и отравляющий способность трезво оценивать ситуацию, крайне сложно.
- С удовольствием?
   Слово цепляется за меня, я повторяю его несколько раз про себя, пытаясь правильно истолковать его смысл. Какое может быть удовольствие, если перед тобой сидит вспыльчивый малый, что совсем недавно учинил погром в кабинете твоего коллеги. Или же это ощущение ведёт свой путь от осознания того факта, что со мной у Морель что-то получается. Я тот, кто не отвергает помощь, ведь меня и самого уже заметно взвинчивает вся эта ахинея, что происходит вокруг. Пока это не касалось карьеры, всё было в порядке. Сейчас я на самом деле боялся потерять то, что приносит мне некое наслаждение. Но теперь и Ди была рядом со мной, отчасти становясь моими успокоительными пилюлями. Странно, что психотерапевт не предложила мне пропить курс какой-нибудь бестолковой химии, что должна была притупить моё мироощущение. Или то, наоборот, было совершенно нормально?
   После последнего вопроса я вижу перед собой не врача, а скорее кого? Друга? Нет, такое определение нам явно не подходит, но появляется некая теплота что ли в восприятии мной специалиста и своего отношения к оному. Поднимаюсь на ноги, чтобы пройтись по кабинету. Мне чертовски надоела уже треклятая кушетка, какие-то безликие стены без милых женским сердцам безделушкам на стеллажах. Очень жаль, что мы не можем поговорить обо всём этом в каком-нибудь другом месте, более уютном.
- Я уговариваю Дани вернуться в группу. Она испытывает сомнения, но я знаю, что ей и самой бы того хотелось. Может ли быть так, что двойняшкам тяжело переносить разлуку и расстояние? Я не знаю, но когда она рядом всё словно встаёт на свои места.
   Подхожу к столу, за котором по прежнему сидит женщина и ставлю на него руки, чтобы немного нависнуть над ней. Эти переглядывания путают мои мысли, ведь я до сих пор не понимаю, что на самом деле происходит здесь и сейчас. Слишком непредсказуемая ситуация, в которой всё неправильно, но в тот же момент идёт слишком гладко и плавно.
- А что насчёт вас, Эвелин?
   Я прекрасно знал, что её зовут Эви, и если обычно принято сокращать имена, мне захотелось наоборот его дополнить. Возможно, это помогло бы ей посмотреть на себя другими глазами, ведь Эвелин - это не она. Умело переворачиваю её же слова, но теперь оборачивая их в сторону говорившей.
- Каким вы видите своё будущее? В них есть место мужчине и общим перспективам?

+1

13

Hurts - Evelyn

A hunted predator is dangerous in the corner
[indent] Иногда мне кажется, что все наши представления о моменте настоящей близости в реальном мире в большинстве своем надуманны и даже отчасти примитивны. Она – близость - редко бывает такая, как в кино, диаметрально разнится с преподносимым нам миром розовых тонов со страниц журналов и прочитанных книг. Достаточное количество историй настоящей связи начинается в своем фундаменте с антагонизма – это вполне своеобразная аксиома. Еще некоторым способствует случайность. Это тоже факт.
[indent] В третьем случае отлично срабатывает карма.
[indent] Да, я в эту вещь все же поверю.
[indent] В рикошет от скрывающего тьму Карраса к неконтролирующему себя Холлу.

***
[indent] Следуют признать честно - я не ожидала, что во мне проснется это ощущение тяготения к человеку, который своим стилем, возрастом и образом жизни подходил мне примерно с таким же успехом, как попытки прима-балерины освоить станок на заводе где-нибудь в Техасе.
[indent] Не смотря на провоцирующее в отдельных моментах поведение, Эйдан Холл вызывал искренний интерес – он не походил на большинство моих клиентов, зачастую в отношении ко мне сразу делившихся на две категории – «Я буду изображать из себя Казанову в пошлых попытках смутить» и «Вы всего лишь второй час пытаетесь добиться от меня ответа, не сдавайтесь, продолжайте!» Музыкант честно и без особых заминок отвечал на вопросы, не грубил – но все же морским бризом волновал мое личное пространство, как метко выразился бы Кристиан; последняя же попытка представить, что же случилось с Эви Морель в августе, так живо отразилась в его взгляде и на лице, что я с трудом удержалась от улыбки. Что там вообразил себе кареглазый? Пытки с плетьми и наручниками?..
[indent] Да-да, пусть обстановка и воспоминания не особенно вдохновляли, но после явного «каминг-аута от сексолога», я чувствовала себя… легче. В какой-то степени теперь смотреть на произошедшее было проще – особенно, в виду признания себя недееспособным автократом.  Подмывало проявить эмоции после уточняющего вопроса об удовольствии и улыбнуться в полную силу – но я не могла себе позволить такую роскошь, потому что даже если записи не ведутся – сеанс все равно продолжается, и мне следует держать себя в руках.
[indent] О… да. Эйдану все же надоедает «патрицианская софа» - ноги мужчины действительно для нее длинноваты, и он решается на короткий променад, чтобы безошибочно выбрать направление ко мне.
Хочу ли я этого приближения?
Почему у меня подрагивают пальцы рук?
[indent] Я прячу обе ладони под столешницу, смыкаю плотно в замок на колене, плавно откидываюсь на удобную кожаную спинку кресла-стула и внимательно слушаю мистера Холла. Особенно радует откровенное признание насчет упорядоченности дальнейших действий и планов в целом в тандеме с Ди. Это хороший знак. Правда, в какой-то момент мне даже кажется, что все это  - часть некоего сюрреалистического представления, своеобразного спектакля лично для меня, единственного зрителя, что Эйдан нашел путь и выход  еще на первой встрече, и сейчас просто удачно доигрывает роль, потому что вошел в образ.
[indent] Кто из нас психотерапевт? Кто находится под изучением?
So, if you go I don't know what to do…
[indent] Последний вопрос темноволосого мужчины… ожидаем. Теперь – ожидаем. Интуиция, наконец-то проснувшаяся под давлением внешних чувств, упрямо настаивала ответить честно. А чтобы сделать это, мне нужно открыться. Готова ли я?
Согласна ли?
[indent] Не меняя позы, я тем не менее смотрю прямо в карие глаза, которые кажутся очень темными из-за зрачков. Его ноздри словно вот-вот дрогнут, чтобы втянуть аромат волнения, флюид откровенности, горьковатую нотку поражения. Со стороны мы составляем идеальную скульптурную композицию – молодая женщина, чьи плечи чуть напряженно сведены, а лебединый взгляд отвечает на пытливый мужской, пока руки последнего властно опираются о темно-красное полированное дерево стола.
[indent] - В чем суть вашего интереса, Эйдан? – Вновь не без внутреннего удовольствия пробую имя на вкус. Что-то в нем есть от мантры, особенно теперь, когда власть Голоса в далеком прошлом. А ведь Холл помимо тхэквондо успешно использует микрофон – точнее, в этом и состоит его основное призвание. Меня в который раз норовит увести с ментальной почвы, и без того шаткой от одной лишь близости брюнета, мысль о том, что было бы неплохо услышать несколько песен. И еще… Эвелин. Так меня называла только бабушка, в далеком теплом детстве. – Вы так беспокоитесь о моем душевном состоянии, или это праздное любопытство? Впрочем… я отвечу на ваш вопрос утвердительно. Этого достаточно?
[indent] «Я закрою офис к чертовой матери и поеду в ближайший паб, как только ты уйдешь»
[indent] «Не уходи»
[indent] «Или сделай это прямо сейчас»

+1

14

Стоит лишь подойти ближе, как Эви тут же пытается увеличить между нами расстояние. Я бы не был удивлён, узнай, что она сцепила пальцы в замок и перекрестила лодыжки. Сам частенько ловлю себя на этом, когда мне не хочется отвечать на какие-то вопросы или в целом ситуация выходит из-под моего контроля. Ещё слишком рано. Нельзя напирать, но я чересчур нетерпелив. Чем быстрее женщина расправиться со своими тяжёлыми мыслями, тем скорее... Что?
   Я ведь даже не думал об интрижке, или чём-то схожем до определённого момента. И кажется, что я его пропустил, потому как стоял сейчас совершенно ошарашенный всплывшей словно из ниоткуда мысли об этом. Что такого могло произойти за пару встреч, что я увлёкся своим врачом. Только лишь мной руководило ощущение тягучего желания по отношению к ней, или я хотел стать для неё кем-то. Тем, кто выпустит Эви из её клетки на свободу, поможет задышать полной грудью.
   Мне определенно хотелось стать тем, кто вернёт яркость красок, очарование запахов и вкус к жизни некой Морель, которая по каким-то причинам отвернулась от этих маленьких радостей бытия. Хотя это всего лишь мои наблюдения, на самом деле всё могло быть несколько иначе и эта отрешённость касалась лишь взаимоотношения с противоположным полом. Эви была слишком прекрасна, чтобы быть одной.
- Я пока и сам не знаю, в чём его суть, Эви.
   Пристально вглядываясь в глаза женщины напротив, я неожиданно для себя увидел в них нечто хорошо знакомое, но давно позабытое. Это как вспышка парамнезии, которой я, к счастью, никогда не страдал. Что-то похожее на deja vu, как говорят на родине моей мамы. Я даже почувствовал некие образы, которые выудили из моей памяти огромный ассоциативный ряд, связанный с запахами, звуками и моего собственного восприятия.
   Это был довольно жаркий летний день, чистое голубое небо без облаков. Огромное бескрайнее поле с какими-то цветами, травой и, кажется, ягодами. Зной раскрывал приятный аромат этого разнотравья, делая воздух насыщенным и по-своему пряным с лёгкой ноткой созревших плодов. Тогда я так же смотрел в глубины янтарных глаз, но взгляд был несколько иным. В нём переплетались лукавое веселье с показной строгостью. И Ди не было рядом, но я не беспокоился на этот счёт. Я знал, что она в безопасности и ничто не в силах нарушить эту гармонию.
   Воспоминание было очень ярким, но я не мог ухватиться за его суть. Игра воображения или далёкое прошлое, о котором я забыл спустя много лет. Может всего лишь отголоски какого-то яркого сна.
- Не думаю, что это любопытство можно назвать праздным. Считайте это моим исключительным интересом к некой персоне, которое мне и самому пока не понятно.
   Откровенность. Не мой конёк, но в присутствии Морель я просто не могу и не хочу увиливать, врать или придумывать некую правду, удобную для восприятия. Медленно выпрямляясь, я чувствую непреодолимое и сильное желание обнять женщину, что сидела напротив меня, наплевав на кричащие доводы рассудка и трезвые мысли. Я знал, что мой порыв скорей всего обернётся для нас обоих чем-то не совсем хорошим. Но в тот же момент я испытывал отголоски надежды, что меня не отвергнут.
   Каждое наше решение способно изменить ход течения жизни. Вот и я стоял на распутье перед тяжёлым выбором, как же стоит поступить. Я прекрасно видел, что Эви не готова пока принять никаких тактильных порывов с моей стороны, но и дальше держаться в стороне мне было не по силам. Её глаза манили меня, очаровывали и заставляли что-то внутри трепетать от нетерпения.
   Обогнуть стол мне ничего не стоило, я подошёл к Эви достаточно близко, чтобы дотянуться до подлокотников её кресла и развернуть его в свою сторону. Это было похоже на безумие, всё то, что я делал, но стоп-сигнал сломался. Чтобы не нависать, словно хищник перед запуганной жертвой, я присел перед ней на корточки и взял её руки в свои.
- Дай себе возможность обрести свободу и вспомнить, что такое быть счастливой. Потому что даже сейчас ты выглядишь чертовски зажатой передо мной. Ты можешь расслабиться? Я не сделаю тебе ничего из того, что ты сама не захочешь получить.

+1

15

Nero - Promises

[indent] Язык тела.
[indent] Он многое означает для каждого из нас, ведь заложен в человеческой природе изначально. Первые реакции обусловлены импульсами. На всех сеансах я внимательно слежу за каждым движением клиента – возбужденное подрагивание старческих фаланг сенатора во время откровений о молодой любовнице, откровенное возложение ладони на ширинку от известного телеведущего, страдающего навязчивыми идеями о своем боссе, расширившиеся зрачки и ерзание ягодицами топ-модели, принимающей наркотики и только под ними испытывающей оргазм. Эротическое бессилие просится наружу, оно зачастую давлеет, неосознанно подчиняя себе мучимое сознание.
[indent] Все это как можно более тщательно фиксируется; я вношу такие мелочи в «одноразовые мысли», чтобы потом обязательно отметить в записях сеанса. Я – наблюдатель, моя поза почти всегда закрыта. Руки, особенно если правая не занята письмом – чаще всего сомкнуты в замок на колене ноги, перекинутой через вторую, или отдыхают на подлокотниках. Я принципиально не допускаю тактильных контактов, хотя бы потому, что попросту не имею на это права – и не имею такового желания априори. Моя задача – сделать жизнь человека напротив, в кресле или на кушетке, проще и легче, помочь разобраться со своими демонами, чтобы не допустить их агрессии во внешний мир или полное подчинение внутреннего самой личности.
[indent] Даже моя собственная проблема зачастую отступает перед «заданием дня». Мне проще отложить все в сторону, по мнению Кристиана – «не принимать факт», позорно сбегать от своей же занозы. Не то, чтобы до Карраса я светилась и любила весь мир, но хотя бы признавала себя его частью, особенно – в сексуальном плане.
[indent] Я должна признаться себе, что Эйдан Холл  - второй мужчина, который переворачивает мою жизнь. И я так хочу верить, что в лучшую сторону.
[indent] Его язык тела – это укрытие моих прохладных от волнения ладоней своими, безумно теплыми, обещающими откровение и поддержку. Кто сказал, что поцелуи куда чувственнее? Они не пробовали такого касания, они не переступали за грань табу.
Они не преодолевали себя.
***
[indent] Яростный пульс в висках. Нёбо отчаянно зудит, настойчиво прося хотя бы одну затяжку. Такое бывает крайне редко – почти «наркотическая» роскошь выкурить полсигареты и выбросить большую часть в специальную пепельницу, которая смахивает на старинную высокую вазу, фальшиво-роскошную, как и все здесь… как и я здесь.
[indent] Мир наконец-то перестает делиться на белое и черное. Я не могу себе позволить это чувственное тепло – и я делаю это, чуть шевелю фалангами пальцев в «замке» из кистей мужчины, глядя сверху вниз на Холла, на человека, чья основная проблема – страх за сестру и агрессия при малейшей провокации внешнего мира. Ирония в том, что сегодня мы разобрались с двумя конфликтами. Выиграли джек-пот. Нашли друг друга по касательной траекторий своих личных орбит.
[indent] Темно-карий, уверенный взгляд молодого музыканта так близко притягивает и попутно вызывает странные, словно не мои, ассоциации. Он, как и сумасшествие ладоней, обещает гораздо больше, чем просто близость. По всем параметрам, по всем социологическим и общественным меркам я сейчас делаю одну большую ошибку – я соглашаюсь с этим взглядом внутренне, так как тяготение действительно есть, и меня – меня, Эви – может смутить разница в возрасте и взглядах на жизнь, а вот мисс Морель категорически против, как сексолог и психотерапевт.
You got me so wild,
How can I ever deny…

[indent] Боже мой… Эйдан… Я и так уже чувствую себя обязанной тебе. Но ты не останавливаешься. Хотела бы я продолжения? Да. Нет.
[indent] Да.
[indent] Не знаю.
[indent] Мне нужно что-то ответить, мне следует перестать гипнотически всматриваться в черты лица брюнета и признать свое поражение. Мне нужно разомкнуть пересохшие, вновь ставшие не моими, губы и что-то сказать. Оттолкнуться от его слов, вернуть хоть какое-то подобие обратно. «Соберись, Эвелин»
[indent] - Я уже расслаблена. И если я что-то захочу получить, то будь уверен – я сделаю это. – Раз уж мы перешли на «ты», раз уж я решила себе это позволить. – Твой интерес… он может угаснуть так же быстро, как и возник. Его исключительность предсказуема, как и вся его внезапность.  Я – та, кто обязана тебе помочь, пойми это. Все что свыше для меня в профессиональном плане недоступно.
[indent] Почти вынужденная пауза. Боги, как же сложно подбирать слова, когда они просятся из самой глубины души и разума, который с каждой секундой ощущает себя все легче, продолжая стряхивать остатки былого кокона, скорлупы самоизоляции. Мягко отнимаю ладони, кожу которых еще покалывает от запредельного ощущения комфорта и близости конкретно мистера Холла.
[indent] - Думаю, что еще один сеанс – и мы закончим. Я предупрежу доктора Дестера о том, что основной порог проблемы преодолен. – Стоит говорить спокойнее, увереннее, но так не получается. – Пятнадцатое число, вторая половина дня, я ставлю отметку о встрече. И… спасибо за разговор, Эйдан.
[indent] Создается впечатление, что музыкант окончательно принял для себя какое-то решение; он прощается почти безэмоционально, но по-прежнему вежливо, и оставляет меня  наедине с целым ворохом мыслей и остатками клетки, в которую я добровольно себя загнала, а теперь впервые за три месяца пытаюсь вдохнуть воздух полной грудью. И наконец-то это происходит, в унисон с той самой ментолово-дынной сигаретой, чей сладковатый дым уносится прохладой ноябрьского ветерка в раскрытое окно. Мне действительно хватает одной затяжки. И глоток виски все же не помешает.
[indent] Я свободна.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Если вам надоело все, попробуйте развлечь себя чем—то другим.