Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Моя рики, нежно тики, просто тави.


Моя рики, нежно тики, просто тави.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Участники: Агнесс Гейл, Занзас Нортон
Дата, время, место: 25 июня, понедельник, 11.43 am и далее, квартира Гейлов и далее
Погодные условия: На улице тепло, в разгар дня синоптики обещают жару, +29, +31
О флештайме: Первая и роковая встреча Агнесс с Занзасом при очень странных обстоятельствах.

0

2

Агнесс не ладила с братом с самого детства. Сколько она себя помнила, Гаррет никогда не питал к ней теплых чувств, как это было в среднестатистических семьях, в которых глава семейства читает свежую утреннюю газету, мать хлопочет у плиты, стараясь угодить каждому домочадцу с завтраком, старший брат помогает сестренке с домашним заданием, а старый лабрадор нежится на солнце, заглядывающем в кухонное окно с песочными занавесками. Вот только у Агнесс и Гаррета не было такого даже в воспоминаниях, а вместе с этим не было ни родственного тепла, ни взаимопонимания, ни поддержки, которой Агнесс порой очень не хватало, ведь, как любил говорить сам Гаррет, семьи она лишилась, как только родилась. История семьи Гейл была трагичной: мать скончалась при родах, а убитый горем отец повесился ровно через год, оставив двоих детей на воспитание бабушке, сумевшей воспитать и вырастить их, пусть даже и совершенно разными людьми. Агнесс всегда воспринимала потерю родителей, как должное, в душе она верила, что раз жизнь отняла у нее родителей, то она обязательно когда-нибудь даст что-то в замен, и не обязательно в идентичном проявлении. Но Гаррет с этим мириться не хотел, иногда Алгнесс казалось, что брат готов положить жизнь на то, чтобы не дать ей забыть, что во всем случившимся виноват не случай, не поворот злодейки-судьбы, а именно она, Агнесс, с появлением которой начался весь этот кошмар. Всю жизнь девочку преследовали оскорбления и унижения, сдержать которые не могла даже их бабушка, но Агнесс терпела, терпела и верила, что со временем злоба Гаррета пройдет, и буря, бушующая в нем, утихнет, ему нужно только время. Время шло, возраст Гаррета медленно, но верно приближался к тридцати годам, но его отношение к сестре не изменилось. Агги мечтала, чтобы Гаррет чуточку поумнел и чтобы вовсе не замечал ее, но этого не происходило, пока не появился Он.
Проснулась Агнесс по обыкновению рано. Выпавший на понедельник выходной не помешал ей наспех почистить зубы, собрать волосы в пучок, надеть кроссовки и отправиться на утреннюю пробежку в парк, где девушку знали не только местные, такие же как она, любители здорового образа жизни, но и собачники, совершающие утренний променад со своими питомцами. Отбегав положенное время, Агнесс купила в ларьке кофе и сэндвич и уплела свой завтрак по дороге домой. Этот утренний ритуал она проделывала ежедневно, наряду с пробежкой, привыкнув к активному образу жизни вне дома. В отличие от своего брата, которого она заметила на кухне, стоя перед холодильником в одних трусах, он вытаскивал оттуда бутылку с пивом, водившееся там регулярно. Чтобы не портить себе настроение, девушка проигнорировала брата и сама осталась незамеченной, но успела отметить, что у того опухшее лицо, рассечена бровь и губа, а это значило, что вчера ему неплохо досталось. Гаррет уже несколько лет занимался боями без правил, получал за это деньги и существовал на них, спуская все на выпивку и девочек, который Агги заставала по утрам время от времени, уходя на работу. Не то, чтобы она не одобряла увлечение брата, ей уже было радостно от того, что тот занимается и преуспевает хоть в чем-то, но такой спорт (если это вообще можно было назвать спортом), ей никогда не нравился, и от окровавленной раковины в ванной ее тошнило каждый раз, когда приходилось брать в руки тряпку, оттирая весь этот ужас.
Смыв запекшуюся кровь со дна ванной, Агнесс приняла душ и переоделась, готовая посвятить день домашним делам, ведь уборка и готовка лежали на ней одной. Вернувшись на кухню, она составила список того, что необходимо купить, заметив, что Гаррет переместился в гостиную, упав всей своей тушей на диван, неизменно потягивая пиво большими глотками и даже не удосуживаясь умыться или хотя бы одеться. Скривившись от отвращения и закатив глаза, девушка отправилась в ближайший супермаркер, где купила продуктов и бытовой химии, задумав генеральную уборку на кухне. По ее возвращению, Гаррета на диване не оказалось, тот уже сидел на кухне, пьяный и мерзкий, бормочущий ругательства себе по нос.
- Что случилось? - Участливо, почти шепотом, поинтересовалась Агнесс, аккуратно укладывая два полных пакета на разделочный стол и смахивая выбившуюся из пучка прядь со лба. Она развернулась к брату, требуя ответа и уже ожидая поток оскорблений, к которому привыкла.
- Собирай свои тряпки, коза, - развязно и пьяно протянул Гаррет, запивая слова пивом. Его никогда не тянуло на откровения, но сейчас, изрядно перебрав, он, похоже, был готов признаться, собирая мысли в одно связное предложение, - сейчас пойдешь отсюда...и не вздумай возвращаться, пока я не скажу, поняла?
- О чем ты говоришь? - Но Агнесс не поняла ничего из сказанного, куда ей следует собираться и идти? Она ведь дома и ее ждет уборка. - Что ты несешь, Гаррет? - Девушка нахмурила и отобрала у брата полупустую бутылку, решив, что так он быстрее все расскажет.
- Отдай мне, шлюха! - Громко выругался он и Агги вернула бутылку, взглядом требуя ответов, - вчера был бой. - Выдавив из себя фразу, Гаррет замолк, сжал бутылку и скривился так, будто хотел раздавить плотное стекло голыми руками. - Я проиграл. - Слова давались ему с трудом. Агнесс слушала, но не понимала, почему она должна куда-то уходить. - Проиграл, понимаешь?
Вскричал Гаррет, заставив сестру вздрогнуть, а потом резко подался вперед, перегибаясь через стол и хватая ее за руку.
- Понимаю, я понимаю... - тихонько прошептала Агги, попытавшись погладить брата по коротким волосам, но тот дернулся, наклоняя голову на бок, будто ему были неприятны ее прикосновения, - мне очень жаль, Гарри, правда...
Она хотела быть участливой, она попыталась представить, что он чувствует, ведь знала, как для него это важно, но он дернулся снова, отпустив ее и оттолкнув от себя, снова пренебрежительно, будто она больна чумой.
- Ничего ты не понимаешь, тупая шлюха! - Выругавшись, Гаррет наконец поднимаясь с места и упираясь обеими кулаками в столешницу, - мне не нужно твое сочувствие, поняла? Собирай шмотки и вали, пока я сам тебя не прибил. У меня вчера не было денег и я решил поставить на кон задницу своей сестры, - Гаррет расхохотался, но Агнесс было не до смеха. Шокированная, она стояла перед ним, не понимая верить ему или нет, не зная, что делать и готовая ему врезать. - Как видишь, я повержен, - продолжал он, разводя руки в сторону, - сижу здесь и пытаюсь напиться, а ты не обмани мои ожидания, я сказал ему, что ты чертовски классно сосешь, и плевать я хотел, если ты не умеешь.
Гаррет с грохотом опустился на свой стул и перевел усталый взгляд в окно, кивком давая понять, чтобы Агнесс тоже посмотрела. За окном, на подъездной дорожке стоял черный байк. Очень красивый. Агги не разбиралась ни в машинах, ни в мотоциклах, но сразу поняла, что этот блестящий стальной красавец очень дорогой.
- И мне плевать, выебет от тебя или поведет кормить мороженым, катись отсюда, пока я тебя не прибил, - он снова повторил свою излюбленную фразу, а за входной дверью как раз в это время послышался шум - кто-то приблизился к их двери. Через две секунды раздался мелодичный звонок.
Агнесс сглотнула, не решаясь сделать и шага. Она в миг ощутила, как ее собственные ноги стали ватными и не послушными, на большие глаза навернулись горячие слезы обиды, а в горле застрял ненавистный комок, который она не могла проглотить.
- Чего встала? К тебе пришли, - Гаррет нарушил повисшее молчание первым и подтолкнул сестру в сторону входной двери. Не осознавая, что делает, Агнесс не спеша пошла вперед, всхлипывая, боясь и не представляя, кто и что ждет ее за собственной дверью.
Приблизившись, девушка наспех смахнула крупные слезы с глаз и протянула к дверной ручке трясущуюся руку, спиной чувствуя, как Гаррет прожигает ее злым и пьяным взглядом. Чуть помедлив и собравшись с силами, она опустила ручку вниз, открывая дверь во внутрь и неосознанно, на автомате, будто в целях самосохранения делая несколько несмелых шагов назад. За дверью стоял мужчина, очень крупный и высокий, головы на две или три выше ее самой. Лицо у него было серьезное, сосредоточенное и грубое, темные, почти черные глаза прищурены, а одну бровь рассекал шрам. Он выглядел безумно устрашающе, что заставило Агнесс вздрогнуть и ощутить, как мурашки поползли по позвоночнику. Но в тот момент, вздрогнула не только Агнесс, но и ее женская сущность, еще не до конца осознавшая и понявшая, ч т о произошло.

Отредактировано Agyness Gale (2012-06-26 15:52:51)

+1

3

Занзас никогда не думал, что бои из увлечения превратятся в средство для выживания. Ещё лет в пятнадцать, когда пошла футбольная истерия, было круто носиться со старшими ребятами и молотить противников: благо, кулаки у него всегда были крепкими. С тех пор прошло двенадцать лет, а ничего не изменилось. Занзас все так же получал удовольствие от вида чужой крови на кулаках и ноющей сладкой боли в челюсти по утрам, после долгого восстанавливающего сна.
Аптечка с дезинфицирующими средствами всегда была под рукой. Нортон перестал обращаться к врачам с тех пор, как один из них заявил в полицию, увидев изувеченного парня. С редкими переломами обращался к бывшей подружке, работавшей в неотложке, а простые ушибы и раны обрабатывал сам, и вполне сносно – многолетний опыт позволял делать это аккуратно и почти профессионально.
Наложив на опухший участок кожи под ребрами охлаждающую мазь, Занзас лег на диван, и с блаженством закрыл глаза. Время между шестью и семью часами утра было самым приятным, когда можно было забыться на несколько часов, не думая ни о чем, будучи уверенным, что никто не будет беспокоить. Тело сладко ныло после душа, и он расслабился, погружаясь в неглубокий сон, впрочем, из которого через пару часов его выдернул звук входящего звонка… от противника по «рингу» с прошлой ночи.
Еле разлепив тяжелые веки, и щурясь от лучей солнца, льющихся в окно, на ощупь потянулся к мобильнику, оставленному на полу, под диваном, наряду с пультами от телевизора, DVD-проигрывателя и кондиционера. Все ещё находясь в полудреме, он пытался понять, где находится, и в какое время суток проснулся. Нервно вибрирующий мобильник отыскался сразу. На дисплее мигало имя «Гаррет», но Занзас не сразу вспомнил, кому оно принадлежит. Протерев глаза рукой, он прищурился, и моргнул, припоминая события, имевшие место несколькими часами ранее.
«Бойцовский клуб» был не по обыкновению полон зрителями, поговаривали, что приехали файтеры из Сан-Франциско, с которыми намечался турнир в следующем месяце. Клайтон Мастерс, известный в своих кругах, как Клит Черный, прибыл со своими ребятами, чтобы устроить небольшой спарринг с местными. С самим Клитом пообщаться не удалось, но один из его парней, некий Рэнди, предложил Нортону бой после завершения основной ежедневной программы. Закрепив договоренность рукопожатием, Занзас вышел к своему противнику, местному парню по имени Гаррет, такому же высоком и широкоплечему, как он сам, с которым ранее несколько раз доводилось встречаться на арене. Гаррет был одним из ветеранов клуба, появился здесь около пяти лет назад, и ещё ни разу не пропадал надолго, как это часто бывало с другими. О нем было известно только то, что он с детства рос без родителей, а так же временами уходил в запой, но это мелочи. Гаррет ставил относительно небольшие суммы, когда был не уверен в своей победе. Занзас не знал, что двигало им на этот раз, потому что на кон он поставил…
- …сестру, - азарт в светлых глазах парня сменялся предвкушением. Все, кто когда-либо приходил сюда, подсаживались на регулярный выплеск энергии и адреналина, как наркоманы на иглу. Гаррет не был исключением.
- Да пиздит, - хохотнул кто-то из стоящих рядом.
Занзас жестом попросил его успокоиться, и прищурившись, вглядывался в лицо соперника, решая, соглашаться или нет. В случае проигрыша он должен был отдать пять купюр с изображением Бена Франклина, а в случае выигрыша…
- Сестра-то хороша? – уточнил он, наматывая на кулаки эластичные бинты.
- Агнесс просто конфетка, не пожалеешь… если выиграешь, - самоуверенности в Гаррете было хоть отбавляй. – В зад даст без проблем, и сосет, как пылесос… Ещё в детстве от рук отбилась, тяжело воспитать хорошую девочку без матери, сам понимаешь.
- Лично проверял? – спросил кто-то, и за спиной снова заржали.
Занзас нахмурился, и кивнул, принимая ставку. Какой брат станет так говорить о собственной сестре?..
- Наебешь с сестрой – будешь платить в двойном размере с моей ставки, - бросил он, становясь напротив него.
- Не волнуйся, - улыбкой Гаррета только зубную пасту рекламировать.
Тонкая цыпочка с красивым именем Делия объявила о начале боя, и соперники пожали друг другу руки.
Бой закончился спустя пятнадцать минут. Взмыленный Занзас тяжело дышал, возвышаясь над лежащим на грязном полу противником, и сплюнул кровь изо рта. Чужой кулак пришелся аккурат в правую челюсть: Гаррет был левшой. Он бы успел отдохнуть до следующего поединка с Рэнди, если бы не полиция, приехавшая на шум, устроенный пьяными гостями из Сан-Франциско…
Принимая вызов, Нортон был уверен в том, что Гаррет предложит деньги. Разговор состоялся коротким, менее двадцати секунд. Два слова: «забирай суку», и адрес.
Швырнув телефон под диван, он перевернулся на живот и, заложив руку под подушку, закрыл глаза. Заснуть снова уже не получалось, то ли поза была неудобной, то ли мешало солнце, то ли терзало непонятное назойливое чувство, которое требовало немедленно подняться и ехать по названному адресу.
Выругавшись, он тяжело встал с дивана и отправился умываться, заранее зная, что день полетит к чертям из-за недосыпания. Он редко выходил из дома днем, чаще вечером, либо ночью, основательно выспавшись и отдохнув, и теперь сильно щурился даже через солнцезащитные очки, испытывая дискомфорт.
Нужный дом он нашел почти сразу, но вот только, подъехав, задумался о происходящем. Зачем ему чужая сестра? Судя по описанию Гаррета, от этой бабенки ждать хорошего не приходилось, это означало лишь одно: Нортон будет требовать деньги в качестве выигрыша. Обуза в качестве шлюховатой девушки никак не вписывалась в привычный ритм жизни мужчины.
Оставив байк на подъездной дорожке, Занзас поднялся на крыльцо и сильно надавил на кнопку звонка. Дверь открыли не сразу. За порогом оказалась симпатичная девчушка лет шестнадцати на вид, явно расстроенная чем-то: на побледневших щеках отмечались влажные дорожки от слез, кулачок, сжимавший дверную ручку был сильно стиснут, взгляд был одновременно отчаянный и испуганный. Увидев гостя, девочка вздрогнула и побледнела ещё сильнее.
- Привет, - пробасил Занзас, догадываясь, что это и есть та самая «сука», за которой он приехал. Его трофей. – Я к Гаррету.
Постояв немного за порогом, он указал внутрь дома, и вошел, проходя мимо ошарашенной хозяйки квартиры. Гаррет нашелся на кухне сидящим с бутылкой в обнимку. Нортона он увидел сразу, и заулыбался шальной улыбкой.
- Нортон! Приехал за выигрышем, да? – он икнул, проливая на себя немного пива. – Забирай, она готова! Надеюсь, не разочарует… Она у меня доходчивая, только тупая временами, сучка маленькая, - пьяный хохот заполнил кухню; казалось, Гаррет впал в истерику. – Ну ты будь с ней пожестче, сам понимаешь…
Занзас, с отвращением глядевший на вчерашнего противника по бою, и молча слушавший его пьяную речь, обернулся назад и бросил короткий взгляд на дрожащую девочку. Уважение, которое он испытывал к Гаррету, как к участнику их клуба и как к товарищу, растаяло как снег на солнце. Желания спорить с ним, и что-то доказывать, так же не было.
- Проспись, - посоветовал он, выходя из кухни, и сталкиваясь с его младшей сестрой.
Первое впечатление о ней – примерная девочка из образцовой семьи. Вот только брат говнистый, а в семье, как говорится, не без уродов. Занзас вспомнил о Лайзе, своей младшей сестре, которую убили несколько лет назад, и отвел взгляд, ловя себя на том, что разглядывает её.
- Собирайся, - коротко сказал он, выходя из дома, про себя решив, что с братом её сейчас оставлять нельзя. Хотя бы до вечера.

+1

4

Не понимая, что делает, Агнесс проглотила слезы и послушно направилась в свою комнату за сумкой. Непрошенный гость одновременно так испугал ее и восхитил, что она не смогла сказать и слова против, неожиданно поймав себя на мысли, что забыла как это, говорить. Словно в бреду, девушка взяла свою летнюю сумку на длинном ремне, лежащую на кровати, засунула в боковой карман несколько смятых купюр и монет – кошелька у нее не водилось, проверила на месте ли документы. Шокированная и потрясенная, она даже не спросила себя, что делает и зачем, в ее голове все еще ясно и четко слышался Его голос. Грубый и надрывистый бас раз за разом говорил ей, будто приказывая: «собирайся», и сопротивляться ему она не могла, не умела и не хотела. Захватив джинсовку и неаккуратно затолкав ее на дно сумки, Агнесс вышла из комнаты, прошла по гостиной, украдкой заглядывая на кухню, где все еще зверствовал Гаррет. Увидев сестру, он громко и похабно выругался, схватив пустую бутылку со стола и с силой швырнув в нее. Инстинкт самосохранения не подвел, Агги выскочила за дверь прежде, чем стеклянная бутылка наткнулась на преграду и разлетелась вдребезги. Два поворота ключа и Агнесс почувствовала себя в безопасности, понимая, что готова пойти куда угодно и с кем угодно, лишь бы не быть дома, не видеть брата и не терпеть его грязных выходок. Отворачиваясь от двери и пряча связку ключей в сумку, Агнесс наткнулась взглядом на мужчину, уже сидевшего на своем байке и поджидавшего ее. Девушка неспеша двинулась к нему, решив не делать поспешных выводов, ведь мучитель из короткого рассказа брата стал настоящим спасителем, а упрекать его за это было бы как минимум невежливо. Идя к нему, Агги поймала себя на мысли, что смотрит на него с интересом, и отмечая, что сидя верхом на мотоцикле, Он смотрится совершенно роскошно. Роскошно и величественно, как нерушимая могучая скала, которой нет дела до людских забот и страданий. Подойдя ближе, девушка скромно встала рядом, очень стараясь не показывать того, что она напугана, а тем более, смущена. Врать самой себе Агнесс не умела и, взглянув на него, робко призналась в своих мыслях. Это он. В таких тонких материях, как чувства и симпатия, Агги была несильна и неопытна, но с собой она была честной и ей не составило большого труда почувствовать, что что-то внутри ее шевельнулось, иначе она не стояла бы здесь и не стыдилась бы всего происходящего, как пятнадцатилетняя девчонка, хотя, от пятнадцатилетней она мало чем отличалась, разве что только школу уже закончила. Чувствуя, что начать разговор ей придется первой, для начала она решила извиниться, ведь Он увидел слишком много, самое сердце ее семьи, а ведь не должен был.
- Прости его, - проговорила Агнесс, с трудом перебарывая в себе незримый барьер, - мне стыдно, что ты увидел его в таком состоянии. Он редко напивается, правда, - даже сейчас она пыталась оправдать Гаррета и отбелить его репутацию. Она всегда это делала и будет делать, сколько бы грязи он на нее не выливал. – Он просто очень расстроен, воспринял все близко к сердцу. Прости.
Девушка поджала губы и на секунду глянула на Него оленьим взглядом, пытаясь через него выразить всю свою искренность. Помолчав еще немного, Агги наконец спохватилась: она ведь забыла даже представиться, и устыдилась еще больше.
- Совсем забыла, я – Агнесс! – Выпалила она, смахивая тонкую прядь волос с собственного лица и протягивая ему свою тонкую руку, в надежде, что и он назовет ей свое имя. Ей вдруг представилось, что его имя должно быть грубым и режущим слух, но пока она даже не представляла себе, насколько права окажется. 
- Что вчера произошло? – Вдруг спросила девочка, надеясь немного прояснить ситуацию. – Я спрашивала его, но он толком ничего не объяснил, только орал, и я не очень-то в курсе, что я…и ты…мы с тобой… - Она указала на себя, а потом на него, запинаясь и не знаю, как точнее сформулировать свою мысль так, чтобы это выглядело не так похабно, как это преподнес ей брат.

+1

5

Занзас вышел на улицу, и немного постоял на крыльце. Мятая пачка крепких сигарет нашлась в кармане джинсов, там же нашлась и зажигалка. Повинуясь многолетней привычке, он закурил, пропуская через легкие раскаленный воздух утреннего Сакраменто вместе с терпким дымом. В голове прояснилось, мысли из ленивых и тягучих превратились в быстрые и четкие. Что он собирался делать с девчонкой? Везти домой, само собой, казалось самым простым вариантом, но одобрит ли она?
Занзас знал, какое впечатление производил на незнакомых людей, в частности, на девушек, помешанных на напомаженных  метросексуалах. Для начала, следовало хотя бы узнать её имя, а затем – мнение насчет происходящего. В том, что пьяный брат сумел ей все рассказать, он уверен не был. Более того, Занзас видел их отношения, и хорошего в них было мало. Вряд ли Гаррет понимал, на что идет, принимая такое решение.
Докурив сигарету до фильтра, и обжигая пальцы, он поспешно затушил окурок о железный край урны, и выбросил внутрь. К моменту, когда младшая сестра Гаррета вышла из дома, он уже сидел на своем байке, перенося вес машины на левую ногу.
Вопреки его ожиданиям, страха в глазах девочки более не было. Напротив, она смотрела со смущением и… интересом, подходя ближе и крепко стиснув в руке ремень сумки. Зрительно оценив, Занзас решил, что вещей она взяла с собой по минимуму, если вообще-то взяла. Значит, надолго уходить из дома не рассчитывала, и он взял это на заметку.
Разговор с ним она начала сама. Причем, заговорила о том, чего Нортон вообще не ожидал услышать – просила прощения за своего старшего брата. Он в очередной раз удивился тому, насколько разными могут быть близкие родственники. Не то, чтобы он раньше не слышал о манере Гаррета выпивать и буянить, но слышать за это извинения от постороннего человека было как минимум странно.
Она смотрела на него во все глаза, словно боясь, что он не поверит, не поймет. Занзас молча переваривал сказанное ею, думая, что никогда не поймет подобные порывы: на её месте, он бы давно послал брата и нашел иной способ к выживанию, нежели терпеть такое отношение к себе, а он защищала его!
Занзас беззастенчиво разглядывал её, наконец, получив эту возможность, и отметил про себя, что Гаррет был прав, она была хороша. Ещё пара лет – и станет настоящей красоткой, вот только уж слишком стеснительная. Она представилась и протянула тонкую руку с узкой ладошкой, которая была раза в два меньше его лапищ. Агнесс – так её звали, - уставилась на него со странной смесью уважения и смущения во взгляде. Очевидно, девочка храбрилась, потому что Занзас видел, как она волновалась, и это было нормально в этой ситуации. Он сам чувствовал себя неловко, потому что не имел опыта общения с девушками младше себя более пяти лет.
- Агнесс, я – Занзас, - представился он, и пожал маленькую ладошку, полностью заключив в свою ладонь. – За Гаррета не переживай, с кем не бывает.
Пожалуй, успокаивать он умел меньше всего, и чувствовал, что его слова прозвучали неубедительно, но если учесть, что не это беспокоило девочку в целом, то можно было не обращать внимания на эту мелочь.
- Я тебя выиграл в бою, - Нортон умел рубить с плеча, и говорить без предисловий. – Гаррет выдвинул тебя в качестве ставки, но я хочу сразу разъяснить кое-что… - Он задумался, подбирая слова. – Я не собираюсь тебя неволить и заставлять жить у себя, ты – не вещь, которую можно передавать из рук в руки, сама знаешь. – Он сделал паузу, внимательно вглядываясь в её лицо. – Не думаю, что возвращаться в дом сейчас – это хорошая идея. Поэтому, я предлагаю тебе сходить куда-нибудь, отвлечься… - Он похлопал по сиденью позади себя и протянул ей шлем.

+1

6

Агнесс выслушала его, поджав губы. Гаррет не обманул, и от этого на душе стало еще гаже. Она всего могла ожидать от собственного брата, но это стало крайней точкой. Он действительно считал ее ничтожеством, шлюхой, как часто и называл, что смог запросто отдать кому угодно, как какую-то вещь, купленную на базаре. Сдвинув брови и нахмурившись, на секунду Агнесс задумалась о том, а что, если бы Занзас оказался таким же, как Гаррет. Что, если бы он не стал церемониться и все объяснять. Что, если бы не стал входить в ее ситуацию. Что бы тогда произошло? Девочка похолодела и поскорее отмела от себя эти мысли, ведь Занзас не был таким, она почему-то сразу это поняла, хоть ее небольшой жизненный опыт еще не научил ее стопроцентно разбираться в людях. Он не должен был быть таким, даже несмотря на его внешнюю непривлекательность, он не должен был оказаться подлецом, Агнесс это чувствовала и ей хотелось ему верить, очень. Она закивала головой, соглашаясь, домой действительно сейчас лучше не возвращаться, Гаррет зол, и неизвестно, что он еще может натворить, если Агнесс вернется также внезапно, как и ушла. Она недолго раздумывала над предложением мужчины, быстро соглашаясь и принимая шлем из его рук.
- Ты не голоден? Может быть перекусим? - Спросила она в нерешительности, параллельно обдумывая еще какие-нибудь подходящие варианты. Но время близилось к обеду и поесть сейчас бы абсолютно точно не помешало, Агнесс почувствовала, как голос обострился еще и на стрессовой почве. - Я знаю один небольшой ресторанчик на пересечении Пятой и Шестой улицы. Он замечательный и очень уютный и курицу там очень вкусно готовят, - с улыбкой пообещала девушка и оглядела байк. Она еще никогда раньше не имела дела с мотоциклами и фактически сегодня, прямо сейчас, должен был состояться ее первый дебют. Быстро сообразив, как лучше залезть на железного красавца, Агнесс уперлась одной ногой в выступ, а вторую перекинула на другую сторону, усевшись на удобное кожаное сиденье.
- Я еще ни разу не каталась на мотоциклах, - скромно призналась она мужчине и водрузила себе на голову черный и, похоже, единственный шлем, который Занзас по-джентельменски отдал ей. - Порядок! - Показав ему большой палец, похвасталась Агнесс и завела руки за собственную спину, ухватившись за края сиденья. Сделав это преднамеренно, девочка хотела показать ему, что она независима и сможет удержаться без его помощи, тем более обхватывать его и прижиматься сзади были слишком по-личному и как-то интимно, она этого не хотела, потому что стеснялась.
- Можем ехать! - Проговорила девочка, стараясь придать своему голосу как можно больше решительности, давая понять ему, что готова, и поправив съехавший на лоб большой шлем.

+2

7

Признаться, Занзас никому не позволял садиться на свой байк, и редко кого катал на нем. Протягивая девочке свой шлем, он ни на минуту не задумался о том, что делает, лишь терпеливо дожидаясь, когда та зафиксирует его на подбородке. Агнесс смотрелась смешно в огромном для её головы мотоциклетном шлеме, и он едва сдержал улыбку.
- Я со вчерашнего дня ничего не ел, - честно ответил он, заводя двигатель.
Его пассажирка уселась на сиденье позади него, но вопреки всем законам мелодрам, обхватывать сзади не стала. Зато призналась, что никогда раньше не каталась на таких машинах. Нортон критично осмотрел её позу и учел предупреждение о дебюте, решив особо не гнать на улицах: гордая девица могла и упасть, пытаясь держаться за сиденье.
- Когда-то надо попробовать, вдруг понравится, - улыбнулся он, собирая волосы в хвост, чтобы не мешали при езде. – Держись крепче… - предупредил он, отталкиваясь от земли ноги и трогаясь с места. – Лучше бы ты за меня держалась, - последнюю реплику унес встречный ветер, и Занзас не знал, слышала ли она его.
Набрав приличную скорость, Нортон стал лавировать в густом потоке автомобилей, проскакивая перекрестки на последних секундах зеленого сигнала светофора, и лихо сворачивая на поворотах. При первом же вираже живот обхватили тонкие ручки. Занзас почувствовал тепло чужого тела, прижавшегося к своей спине, и широко улыбнулся. Испугалась, маленькая.
Наконец, доехав до нужного пересечения, мотоцикл замедлил ход и плавно остановился. Руки, обхватывавшие его поперек живота, тут же исчезли, словно их обладательница смутилась. Выключив зажигание, мужчина повернулся к своей спутнице и ловко расстегнул застежку шлема.
- Ну, как себя чувствуешь? – с улыбкой поинтересовался он, помогая снять шлем, и поправляя растрепавшиеся волосы девушки.
Обычно, скорость способствовала хорошему аппетиту у Занзаса, однако ему встречались впечатлительные особы, которых долго мутило после езды. Он пристегнул шлем к мотоциклу и помог ей сойти с него.
- Я угадал? Это то место, в которое ты хотела? – уточнил он, указывая на вывеску и засовывая в карман ключи. В ресторанах он разбирался плохо, несмотря на то, что дома практически не ел, и сегодня решил полностью довериться вкусу девочки. В конце концов, когда ещё удастся выбраться из дома днем? Занзас глубоко вздохнул, думая о том, что впервые за много месяцев нарушается привычный распорядок дня.

Отредактировано Xanxus Norton (2012-06-28 15:39:41)

+1

8

Как только байк набрал нужную скорость, у Агнесс тут же захватило дух. Подобное с ней случилось только в парке аттракционов в детстве, когда она, крепко держась за поручень, неслась на огромной пиратском корабле, раскачивающемся из стороны в сторону. Она уже не помнила, как назывался аттракцион, но те ощущения, испытываемые тогда, вернулись к ней снова: в животе что-то медленно заворочалось и по венам начал растекаться адреналин. Выглядывая из-за спины мужчины, Агнесс вглядывалась в начало улицы, стараясь дышать полной грудью. Ей бы хотелось, чтобы ветер бил в лицо и развивал волосы, но шлем препятствовал этому, не давая девочке насладиться поездкой сполна, но как только она подумала об этом досадном ощущении, мотоцикл вильнул в сторону, делая вираж. Агнесс с трудом подавила в себе крик и схватилась обеими руками за талию Занзаса, обнимая и прижимаясь к его спине, позабыв от страха о своей независимости, про которую напомнила себе перед поездкой. Прижав обе ладошки к его широкой груди, Агнесс невольно почувствовала, как бьется его сердце. Забывшись, она начала считать удары, переставь следить за дорогой. Мужчина оказался очень теплым, огромным и теплым, как настоящий медведь, что Агнесс тут же почувствовала себя в безопасности. К концу поездки шлем, оказавшейся ей велик, закрыл девочке весь обзор, сдвинувшись на глаза, поправить его она боялась и не хотела, и с неохотой отпустила мужчину, почувствовав, что тот разворачивается и помогает ей от него избавиться.
- Высший класс! - Радостно объявила девочка, имея возможность снова видеть своего сегодняшнего спутника. - Это было просто...просто потрясающе! Ты хорошо с ним управляешься, - похвалила она и искренне улыбнулась, беря его за руку и слезая с байка, похлопав напоследок кожаную сидушку, будто это был не стальной, а самый настоящий конь.
Оглядевшись, Агги проследила за рукой мужчины, тот как раз указывал на вывеску того самого ресторанчика, про который она ему говорила. В нем Агнесс часто бывала и даже числилась постоянной клиенткой, потому как здесь всегда была тихо и уютно, полным он никогда не был, музыка полностью удовлетворяла ее вкус, курица и бекон были хорошо прожарены, салаты и выпечка всегда свежие, а хозяйка, что крутилась за стойкой, мила и приветлива, словно добрая тетушка-фея.
- Ага, - кивнув, Агнесс схватила одной рукой свою сумку, а второй запястье Занзаса. Потащив его ко входу, она не уставала тараторить, начисто забыв про свое стеснение перед ним, решив, разве такой медведь, как он, может быть злым? - Пошли скорее, тебе тут точно понравится. Ты обязательно должен попробовать курицу с яблоками! И пирог! Пошли-пошли.
Поторопив его, Агги наконец затащила Занзаса внутрь. Колокольчик над дверью мелодично прозвенел, возвестив хозяйку о приходе новых посетителей. За широкой стойкой тут же появилась женщина лет сорока, добродушная, с широкой улыбкой, она поприветствовала гостей и обратилась к Агнесс по имени.
- Здравствуй, Магда! - Поздоровалась Агги. Между женщиной и девушкой тут же произошел зрительный контакт: хозяйка удивленно, но по-доброму вздернула брови, а Агнесс с широкой улыбкой отрицательно мотнула головой, и это все могло означать лишь:
- Когда ты успела завести парня, а мне не сказала?
- Что ты, нет!

- Это Магда, - объяснила Агнесс Занзасу, когда она отошли от стойки на безопасное расстояния, устраиваясь за угловым столиком друг на против друга, - она тут хозяйка, но особо важным гостям, таким, как мы с тобой, - с широкой и искренней улыбкой, девочка указала сначала на него, а потом на себя, - она приносит заказы сама. Я с ней познакомилась, когда мне было шестнадцать, брат напился и ударил меня, я расстроилась и ушла из дома на какое-то время, забрела сюда и познакомилась с ней. Она очень хорошая. И добрая. Иногда я мечтаю, чтобы у меня была такая же мама, - сделав тихое признание, Агги пожала плечами и пододвинула к мужчине одно из двух меню, лежащих на столе.

+1

9

Изнутри ресторан оказался довольно уютным, нежели снаружи – обычная неоновая вывеска, небольшие клумбы с цветами – все как у тысяч подобных ресторанчиков, словом, если бы в обычный день Занзасу довелось проезжать мимо, то вряд ли он остановился бы. Мягкий приглушенный свет, льющийся из красных ламп, тяжелые, но не тяжелящие вид портьеры, удобные кресла, стены в тон интерьеру – все выглядело гармонично. Нортон вспомнил десятую годовщину свадьбы родителей, отмеченную в кругу семьи в подобном заведении. Тогда он впервые в жизни попробовал курицу с ананасами, объелся торта и выпил больше газировки, чем его желудок мог принять. С тех пор он особо не баловал себя приятной обстановкой при потреблении пищи, чаще забегая в закусочные с соблазнительными вывесками «домовая кухня», или фастфуды.
Девочка явно приободрилась, бойко рассказывала о ресторанном меню и собственных предпочтениях. Очевидно, скорость и новые ощущения начисто выбили из её головы утренние события. Занзас успел позабыть о том, какими впечатлительными могут быть юные девушки: а ведь раньше из кожи вон лез, пытаясь поразить их воображение. Отметив про себя вкус Агнесс, он с удовольствием осматривался вокруг, не сразу заметив хозяйку, вышедшую им навстречу.
- Привет, - поздоровался он с женщиной, махнув свободной рукой, и почувствовал, как пальчики, крепко сжимавшие его запястье, быстро разжались.
Он успел уловить изменение в выражении лица хозяйки ресторана, но не увидел ответной реакции Агнесс. Подавив в себе усмешку, он пошел за ней, кивая на её реплики. У него не было причин не верить ей: Магда действительно казалась добродушной и простой женщиной, способной найти подход к любому клиенту. Занзас любил такое отношение, так как сам зачастую старался общаться с людьми, как со старыми знакомыми. Так было проще установить нужный контакт, да и просто наладить общение.
Из всего сказанного девочкой, Занзас заострил внимание на двух вещах, о чем незамедлительно спросил:
- Я слышал, что вы росли без родителей… Мои развелись, когда мне было 13. – Он сделал паузу, вспоминая, как считал, что это круто, когда жизнь хоть в чем-то повторяет судьбу кумира, ведь у Курта Кобейна родители так же развелись, когда будущей звезде было 13; неважно, что в последующем стыдился неполноценности семьи. – Маму я видел редко, я жил с отцом. Немного понимаю тебя в этом плане, - добавил он, беря меню в руки, пролистывая, но не останавливаясь ни на одной странице. – Гаррет бьет тебя?.. – хмуро спросил он, посерьезнев.
В уме не укладывалось, как можно поднимать руку на такое хрупкое создание. Гаррет был крепкого телосложения и с чугунными кулаками, и редко проигрывал в боях. Страшно было представить, что он мог творить с девочкой, не способной остановить его. Нортон вспомнил о своей погибшей младшей сестре, и попытался представить, как кто-то её бьет. Кулаки под столом разом сжались и разжались: он никому не позволял трогать её.
- Я буду курицу с яблоками, о которой ты говорила, - он захлопнул меню и улыбнулся ей. – И вишневый сок. А ты?
Он бы с удовольствием заказал пива, однако его ждал байк на ресторанной парковке, которого никак нельзя было подводить.

Отредактировано Xanxus Norton (2012-07-01 15:55:24)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Моя рики, нежно тики, просто тави.