Вверх Вниз
+22°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Представьте себе пригород Сакраменто ранней весной? Когда округа расцветает ...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Чем позже подписываешь договор, тем выше взносы


Чем позже подписываешь договор, тем выше взносы

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Офис компании "Symmetra" | 17 октября | Около полудня

Guido Montanelli, Philipp Castaldi, Caroline Castaldi
http://s6.uploads.ru/JVHI3.jpg https://66.media.tumblr.com/fce6596a49dec31d8e95a849991797d4/tumblr_njeyj87h3u1rruuyro5_250.gif http://66.media.tumblr.com/2f624ef9f68f24a99f056b60eaa739d1/tumblr_neuy04MFLg1sm8qcpo6_250.gif

Кэролайн, после беседы с Гвидо в его игорном клубе, приглашает его в офис страховой компании чтобы обсудить его деловое предложение вместе с её совладельцем, Филиппом Кастальди. Заподозрит ли что-нибудь Филипп? Станет ли эта деловая встреча первым шагом к примерению?

Отредактировано Caroline Castaldi (2016-12-15 16:16:45)

+2

2

После смерти отца Филипп был довольно долгое время занят саморазрушением. Мужчина много пил и не чувствовал никакой поддержки, потому что с самого начала отвергал ее, а теперь он остался практически один. Как и ожидалось, у друзей были свои заботы, чтобы проверять, не сдох ли он, каждый день, с семьей был разлад, девушки у Филиппа сейчас не было, да и кто бы его такого терпел. Но прошло уже пять месяцев, и Кастальди, конечно, за это время оправился, хотя дела у него в агентстве шли неважно. Прослышав о том, что владельца могут посадить, многие крупные компании перестали иметь с ним дело, а сотрудники стали увольняться. Филипп держался, он был уверен, что сможет все исправить, хотя иногда очень хотелось опустить руки, тем более, что он вполне мог бы перейти к управлению страховой компанией отца. Но дело было во-первых, в том, что собственное агентство было его дорогим детищем, а во-вторых, он очень мало знал о финансах и юридических делах. Хотя у него было много близких ему юристов, к которым он мог бы обратиться за помощью - например, Декстер, который был его адвокатом в деле об убийстве его отца, или Мэриен, адвокат Кэролайн и его бывшая девушка. Но у Кастальди все руки не доходили до компании, бразды правления взял в свои руки старый друг отца. первый после него там человек, имеющий, конечно, меньшее количество акций, чем было у них в наследстве. Филипп плохо его знал и не мог ему доверять, но получал стабильный неплохой доход каждый месяц, и поэтому его все устраивало. Что касается убийства его отца, полиция закрыла дело (было вложено очень много средств, как со стороны Кэролайн, так и с его). Слава Богу, большой огласки не было, все удалось замять, а полиция пометила дело как "нераскрытое" - считалось, что Бенвенуто застрелил наемный убийца, и это было связано с бизнесом. Хорошо, что бизнесу это не навредило. Филипп был счастлив, что Кэролайн тоже пришлось помучиться: он нанял огромное количество частных сыщиков, чтобы узнать о ее любовнике, но Кэролайн, видимо, была очень осторожна - никаких сведений, что таковой вообще существовал, не было. Но Филипп очень активно проталкивал эту идею полиции, только благодаря этому ему удалось уйти об обвинения. Дело в том, что в большинстве дел об убийстве богатого мужчины убийцей оказывается жена, это прекрасно известно полиции. И хоть прямых доказательств не было, Кэролайн вполне могла это сделать. В какой-то момент, поняв, что они сами загоняют себя в тупик, Филипп и Кэролайн перестали настраивать полицию друг против друга и стали прибегать только к защите. Это спасло их обоих, хотя Филиппу очень не хотелось думать, что они объединились. Он уже не ненавидел Кэролайн так сильно, как в первое время, злость поутихла, но он не был готов к примирению. Он все еще ей не верил.
Но сегодня он получил необычное приглашение на встречу в офисе страховой компании от их управляющего. Это было официальное письмо, которое он абсолютно случайно обнаружил в куче других писем 17 октября с утра (а отправлено оно было еще 14-го). Филипп долго и мучительно смотрел на него, чувствуя небольшое похмелье после вчерашнего. Кажется, суть письма была в том, что его знакомый Гвидо Монтанелли предлагает им крупную сделку. Филипп нахмурился: он знал, что Гвидо и его отец были друзьями, но вот не догадывался, был ли связан его отец с мафией реально. Было реально странно, что он никогда даже об этом не задумывался. Все-таки, почему бы нет - его отец итальянец и друг Гвидо Монтанелли, этого вполне достаточно. Возможно, в компании даже проворачивались какие-то темные дела... Это ему и предстояло сегодня узнать.
Филипп нечасто появлялся в офисе компании, но на ресепшн его, конечно, знали в лицо. Милая девушка проводила его в офис, в котором Филипп находился в первый раз (может быть, стоило действительно немного разобраться, чем же он владеет?). Филипп поскреб щетину - побриться не успел, он еле костюм-то смог погладить и от перегара избавиться. Как здорово, что сейчас в моде борода и щетина. Очень удобная мода для мужчин.
Тут Филипп подумал, а не придет ли сюда еще и Кэролайн. Она тоже владеет большим количеством акций. Кастальди совсем не хотелось видеть мачеху, в доме которой он так и не появился - в своем старом доме, в котором всегда был любим дорогой семьей.
"Спасибо тебе, милая Кэролайн, что я теперь даже не могу перешагнуть порог дома, в котором появился гораздо раньше тебя и которым считал родным".

Отредактировано Philipp Castaldi (2016-12-17 09:17:12)

+2

3

Внешний вид

http://funkyimg.com/i/2mM5y.jpg

Прошло три дня с тех пор как она вернулась после путешествия в Сан-Диего. Поездка, расчитаная только на развлечения, оказалась очень полезной для Кэролайн. Во-первых, она познакомилась с Бруно Кови, владельцем компании «Coscienza» и адвокатом. Точнее, их познакомил Гвидо. Сама Катальди ещё точно не знала чем ей может быть полезен этот юрист, но сохранила его визитку, предполагая что может быть его помощь понадобится при новых судебных разбирательствах с Филиппом, хотя, откровенно говоря, Кэролайн искренне надеялась что таковых больше не будет. Она же как маленький ребёнок в Новый год, верила что всё можно решить быстро и легко, просто надо найти этот способ...
       Во-вторых, она, как уже ясно, увидела Гвидо, вспомнила про разговор с ним в её последний вечер в игорном клубе итальянца и решила что пора бы и поторопится с изучением того как сейчас дела в «Симметре». Всё равно она ничего в этом не понимает и только зря время тратит. Так что уже в машине, по пути в Сакраменто, она решила наначить встречу итальянцу семнадцатого числа. А приехав домой, отправила приглашение Филиппу. Другого способа не было – с пасынкой она вообще не разговаривала довольно давно.
       В-третьих, вечер в клубе Сан-Диего, подтолкнул Кэролайн к решению заняться фирмой мужа, как бы сложно и непонятно ей не было. Она решила что если с помощью неё «Симметра» расширится и станет сильнее в страховом бизнесе, Кэролайн искупит свою вину перед Филиппом, Орсино и Рикардой.
        Так она стала появлятся в офисе каждый день и целыми днями сидеть в кабинете Бенвенуто до поздна, пока охранники не начнут намекать на то что пора бы и закрыть офис. За работой она сама не заметила как настало семнадцатое число. К слову, ответа на приглашение она так и не получила. И что ей оставалось делать? Только надеятся на то что Филипп придёт!
Кастальди весь вечер шестнадцатого собиралась позвонить Филиппу, но не решалась. Так она заснула очень поздно, проснулась рано, не позавтракала и отправилась в «Симметру», появившись в офисе раньше всех. Такое рвение было, наверное, подозрительно. Она часто ловила на себе недовольные взгляды подчинённых, видимо не один Кастальди-старший винит в смерти Бенвенуто, только Кэролайн не было никакого дела до мнения других. Что и отличало её всегда, так это целеустремлённость. Она всегда была упрямой и раз что решила...
     - Скажи мне, если Филипп появится. Да, и проводи его в  зал для встреч! – Кастальди ещё не знала всего, говорила немного просторечно, но то чему учили её родители в юнности, помогали даже сейчас, в деле далёком от обольщений.
    - Дева Мария! Наконец-то! – воскликнула она, узнав что Филипп уже ждёт в конференц-зале. Кэролайн тут же поспешила туда и войдя в кабинет широко улыбнулась тому, решив оставить все обиды и недопонимания в прошлом. – Я рада что ты пришёл! Сейчас тут будет Гвидо и, если честно, мне без тебя не справится. Я тут ничего не понимаю, а он ждёт какого-то решения. Он предлагает много денег «Симметре», а я даже не знаю хорошо это или плохо...
     Кэролайн говорила всё совершенно искренне. Врать у неё всегда не очень хорошо получалось, да и потом, ей правда нужна была помощь Филиппа и потому она решила быть с ним честной.

+2

4

Его друг Бруно Кови был талантливым адвокатом по уголовным делам и бракоразводным процессам; прозвучит несколько цинично, пожалуй, но - в деле Кастальди достаточно и того, и другого... другими делами Кови почти никогда не занимается, впрочем - а учитывая тот факт, что дело закрыто без предъявления каких-либо обвинений, ни вдове, ни сыну убитого, и то положение вещей, которое было связано со смертью Бенвенуто, но - не было с тем, чтобы найти виноватого в этом (напрямую, в любом случае), "Симметре" пригодились бы юристы других направленностей, пожалуй... из тех, кто пореже распаляется в зале суда. Гвидо знал немало и таких, приходилось иметь дело с ними; и личности это обычно были, конечно, не такими яркими, как адвокаты-защитники, уж тем такой перец, как Кови, но свой хлеб они отрабатывали, понемногу Монтанелли и перепадало с этой работы - понемногу от каждого, вернее, от организаций, которую они представляли; но в целом, сумма получалась довольно внушительной. Проблема в том, что большая её часть - была "чёрной", эти доходы нельзя было декларировать, и нельзя было и пустить на что-то легальное без привлечения внимания властей, вложить во что-то подобное "Симметре" - крупной фирме, способной кормить тебя долгие годы. В бандитском мире, преодолев моральную сложность зарабатывания лёгких денег, встречаешь сложность следующую: ты не можешь толком эти деньги потратить. Вот потому-то гангстеры не могут быть по-настоящему богатыми - они могут кушать с богачами за одними столами, носить одежду, как у них, даже кататься на дорогих автомобилях, но - никогда не могут почувствовать вкуса роскоши по-настоящему. И у некоторых из них, это может вызвать определённый сорт голода... другие предпочитают смириться с тем, кто они есть. Легализоваться же - удаётся немногим, и это, пожалуй, можно назвать редким талантом. Таковым Гвидо не обладал, понимая, что никогда не сможет узакониться полностью, выйдя из всех криминальных дел - не по каким-то там их внутрипринятым законам даже, традициям мафии; даже если отбросить всё это - Монтанелли банально не сможет приспособиться. Он может жить, вращаясь в криминальных кругах, даже если это означает постоянный риск для собственной жизни, но - в среде, привычной Кастальди, быстро сгинет в любом случае. Даже если она и является более "благоприятной для жизни" средой. Впрочем, учитывая опыт Бенвенуто... всё-таки, видимо, не такой уж.
И, входя в офис страховой компании Кастальди, Гвидо снова чувствовал это ощущение - какое, может быть, для сравнения, ощущает рыба, заплывающая в чужие воды; хотя - с годами оно переставало быть таким уж сильным. Перестало отравлять со временем; если, конечно, не ощущать его слишком долго - не позволять себе находиться в таких "водах" больше, чем сможешь выдержать, не нырять слишком глубоко. Испытывать свои способности - но не слишком усердно. Так ты научишься подстраиваться под окружающую среду со временем... Это не будет означать иммунитета. Вот и это тоже важно помнить: способность выживания не означает иммунитет.
Монтанелли пришёл на встречу вовремя - без опозданий, но и не урывая себе запаса времени на ожидание обоих Кастальди: не было особого смысла в этом, это они здесь - хозяева, а он - гость, и для гостя приходить задолго до назначенного времени - это даже невежливо. К тому же, временем вообще не стоит разбрасываться - это одна из тех, довольно немногих в этом мире, вещей, которую уже никак и никаким образом невозможно вернуть, утратив. Так что... возможность у Кэролайн и Филиппа встретиться до его появления здесь была. Хотелось бы надеяться, что они ей воспользуются правильно, если, конечно, вообще воспользуются...
- Buongiorno. - с этим словом Гвидо переступил порог конференц-зала. Провожавшая его девушка скрылась по ту сторону двери, оставив их втроём - и никаких адвокатов на сей раз, чтобы можно было поговорить спокойно, без посредников, без лишних ушей... как хозяева - с хозяевами. Как люди. Как старые знакомые даже, пожалуй, если и не старые друзья... Монтанелли любил решать подобные дела таким образом, лично. Он вообще считал, что адвокаты представляют интересы уже тех, кто не способен представлять себя самого самостоятельно: как в случае с доктором и пациентом, только, пожалуй, гораздо более унизительно... когда за тебя, за твои интересы, говорит кто-то другой - пожалуй, да, это унизительно. Словно перестаёшь быть человеком вовсе. Перестаёшь отвечать за себя.
Адвокаты и другие компаньоны Монтанелли поработали кое над чем - но это выражалось только в присутствие небольшого кейса в его руке. Там была небольшая стопка документов, но вряд ли способная претендовать на звание серьёзного договора - настоящая работа только предстоит... в зависимости от результата встречи.
- Кэролайн... - поприветствовал лично единственную даму в помещении, протянув ей руку, коснувшись, по обыкновению, губами её пальчиков. Кажется, они уже условились называть друг друга по имени?.. - Филипп... - или как раз в этом случае правильнее было бы "мистер Кастальди"?.. В общем-то, Филиппу уже давно пора именовать себя именно так, на сколько он старше его сына, Лео, лет на десять?.. Кажется, что когда они с ним, вот так, близко, имея возможность пообщаться, виделись в последний раз - Филипп был моложе на порядок. Даже похороны Бенвенуто Гвидо пропустил из-за наложенного домашнего ареста. Монтанелли пожал руку Филиппа, вглядываясь в его глаза - почти что подсознательно, стараясь найти в них что-то общее с глазами его отца... а пока находил только следы вчерашнего алкогольного блеска.
- У вас славный офис. Может быть, немного яркий, как по мне... но у меня на такие вещи довольно старомодные взгляды. - улыбнулся. Видели бы они его кабинеты в "Маленькой Сицилии" или на мясокомбинате - они отделаны деревом изнутри, так уже лет пятнадцать или уже двадцать, наверное, никто не делает. Нынче в моде экологичность и минимализм...

Внешний вид

+2

5

Конечно же, она не замедлила появиться. От Кэролайн не могло укрыться, как скривился пасынок на ее воодушевленную речь.
- Боже мой, и ты здесь, - ответил Кастальди вместо приветствия. - Так красива и так порочна... - пропел мужчина, оглядывая светлый наряд мачехи, который очень гармонировал со смуглым оттенком кожи Кэролайн. Филипп чувствовал небольшую алкогольную эйфорию, которая бывает с утра и обычно предшествует наступлению болезненного состояния и тошноты. Но эту эйфорию, когда ты становишься веселым и болтливым, Филипп очень ценил и считал, что она стоит того.
"Естественно, ты ничего не понимаешь, - с презрением подумал он. - "Деньги упали на тебя с небес, и ты даже не знаешь, что с ними делать".
Гвидо Монтанелли Филипп уважал, и единственное, что остановило мужчину от того, чтобы просто взять и уйти, было только нежелание устраивать сцену перед Гвидо. Интересно, на то и был расчет Кэролайн? Но, каким бы авторитетным человеком не был для Филиппа Гвидо, Кастальди в любом случае не собирался создавать видимость прекрасной семьи, которая стоит за свое дело и обеспечивает надежную Монтанелли не заставил себя ждать, и это порадовало Кастальди - возможно, все пройдет быстро и безболезненно. Резко обсудят дела и разойдутся. Вот только Филиппа пугало, что по работе придется видеть Кэролайн все чаще. Может быть, к черту продать все акции? Хотя нет, Кастальди слишком упрям для этого. Упертость Филиппа не позволит отступиться от законного наследства, тем более, что тогда полноправной владелицей отцовской компании станет мачеха.
- Добрый день, - Кастальди пожал Монтанелли руку - не то чтобы горячо, но доброжелательно. Монтанелли посмотрел Филиппу в глаза внимательным взглядом - и Кастальди понимал, почему Монтанелли стал таким уважаемым мафиози. Такому взгляду невозможно было лгать, он мог бы приковать к стулу, если бы Монтанелли хотел, и Филипп был внутренне очень рад, что они по одну сторону баррикад. Очень не хотелось бы иметь этого человека своим врагом.
- Спасибо, - ответил Филипп, тут же перенимая на себя права хозяина компании. - Ни разу здесь не был после ремонта двухгодовалой давности, так что могу согласиться. Дизайн ярковат.
Кастальди закинул ногу на ногу, узкий стул под мужчиной из-за резкго движения угрожающе дернулся. Было бы очень весело, если бы он так и свалился в этой позе. Но стул устоял, а Филипп поднял немного замутненный взгляд на Монтанелли:
- Расскажете мне, по какой причине мы собрались такой замечательной компанией? Мне кажется, вы двое знаете что-то, чего не знаю я. - Он шутливо погрозил мачехе пальцем.
Вошла секретарша и предложила им чай и кофе. Филипп подмигнул ей:
- Дорогуша, я уверен, у отца в запасах найдется бутылка виски. Принесешь со льдом и, конечно, чистый? Мне и гостям.
"Гостям" сказал он не нарочно, но тут же про себя порадовался такой оговорке, которая, казалось ему, ставит на место Кэролайн. Филипп вел себя как капризный мальчишка, а не как владелец крупной компании, но он и не старался выглядеть ответственно.
Посмотрев на Кэролайн, он переспросил:
- Что? Мне нужно похмелиться.

Отредактировано Philipp Castaldi (2017-01-07 18:06:51)

+2

6

Кэролайн, которая с самого утра не могла не думать ни о чём другом кроме предстоящей встрече с Монтанелли очень удивилась услышав ответ пасынка, прозвучавший вместо приветствия. Конечно же, она заметила его гримассу, услышала отвращение, или что-то схожее, в его голосе, но что было по-настоящему обидным – так это слова Филиппа.
          Он снова и снова намекал на непорядочность Кэролайн Кастальди, хотя после смерти Бенвеннуто она не дала ни одного повода так считать. У неё не было любовника, ни молодого, ни старого. Она никогда не изменяла ни одному своему мужу и уж тем более не убивала ни одного из них. Совесть Кастальди была чиста и поэтому нападки пасынка, в которых она всегда была порочной расчётливой дамой, изменявшей мужьям направо и налево, вызывали обиду.
            - Послушай, Филипп! – мгновенно вспыхнула она, забыв о всём дружелюбии и доброжелательности что планировала излучать весь день, особенно в адрес пасынка. – Я...
         Но тут хлопнула дверь и им сообщили что пришёл долгожданный гость – Гвидо Монтанелли. И хотя женщина ещё не отошла от оскобления Кастальди, в голове вертелись  все самые обидные, и не очень, слова что она так хотела высказать, но ей ничего не оставалось как спрятать все свои эмоции подальше и тепло встретить гостя, пусть даже улыбка будет очень наигранной и фальшивой.
       Видит Бог, она была бы очень рада опозданию Гвидо. Тогда бы она успела всё высказать Филиппу и успокоится перед важными, и надо отметить первыми в её карьере, переговорами. Но как назло итальянец явился вовремя. Так что если Кэролайн до появления Монтанелли обижалась на слова Филиппа, то после прибавилось недовольство пунктуальностью итальянца.
       - Здравствуйте. Рада вас видеть... – Кэролайн понимала что сейчас не время давать волю чувствам, но поток мыслей было невозможно остановить. – Проходите, располагайтесь.
          Пригласив гостя присесть, она посмотрела на пасынка, изо всех старавшегося не упасть со стула. Она редко видела его в таком состоянии, но пристмотревшись заметила – Филипп Кастальди явился на переговоры в нетрезвом виде.
          «Боже, он пъян!» - если бы Кэролайн могла себе такое позволить, она бы схватилась за голову, высказала всё пасынку, а потом разрыдалась бы. Но в присутствии Гвидо она не могла себе позволить что либо подобное. Поэтому оставалось только вежливо улыбаться и следить за тем чтобы улыбка не превратилась в оскал.
        «А я ещё рассчитывала на его помощь разобраться во всех бумагах! Ему наплевать даже на дело его отца... О каком тогда перемирии можно говорить?!» - от потока мыслей отвлекла секретарша. Уже через пару мгновений, после её появления, новую бурю негодования вызвал Филипп, попросивший виски.
         - Стакан воды, пожалуйста... – тихо сказала Кэролайн, сгорая от стыда.
        «Жаль, что нельзя попросить яду...»

+2

7

Вывод вряд ли станет новым, но Гвидо не казалось удивительным, что дела в "Симметре" идут так себе, хотя он и не мог сказать, что много соображал в мире "большого бизнеса" - тут даже его младшему сыну, которому восемь с половиной лет, всё с порога показалось бы вполне очевидным: заросший тёмной щетиной наследничек приходит в офис с натурального бодуна, хоть на часах нету ещё даже полудня, и не думая этого ни стесняться, ни как-то скрыть, либо извиниться за это не очень подобающее состояние - даже при учёте, что в офисе находятся не только "свои" сотрудники, у которых нету особого выбора, кроме как это наблюдать, но и лица со стороны, потенциальные партнёры (можно ведь обозначить себя самого таким образом?), - и вдовушка, которая со своей стороны стыдится, казалось бы, за них двоих разом, что румянец заметен даже поверх её смуглой кожи, но демонстрирует удивительную покладистость, боясь одёрнуть Филиппа или хотя бы сделать ему выговор, хотя была старше его на порядок, удивительное одновременное сочетание безволия и выдержки. Та ещё парочка... два наследника, не способные управлять не то, что компанией, или чем-то, но даже и самими собой, почти по-шекспировски. Монтанелли сжал губы - мимический жест, где-то на границе между сосредоточенным напряжением перед осуждающим сарказмом.
Подкрепить это словами Филиппа о том, что сегодня был первый раз, когда он пересёк порог компании, половина которой приносила ему доход - всё становится и вовсе кристально ясным; Кэролайн, не имя опыта как такового, хотя бы честно пыталась что-то сделать и в чём-то разобраться, Кастальди-младшему же большого дела и вовсе до компании явно не было. Впрочем, у него было ещё и эвент-агентство, может, там дела шли получше - этого Гвидо не знал наверняка, но если это было так, он не останется ни с чем, если "Симметра" прекратит своё существование вовсе - в этом случае у разбитого, разбитого в прямом смысле, корыта останется Кэролайн... не стоит подавать Филиппу идею превратить превратить тут всё в руины, пожалуй. Потому как он может ей воспользоваться... жаль, что он не ценит то, что сделал его отец. Бенвенуто уже ничего не сможет сказать по этому поводу, но Монтанелли прямо слышит, как итальянская гордость отца и мужа Кастальди трещит по швам. Хотя бы Филипп сохранил в себе достаточно того джентльмена, который не позволял пить в одиночестве, распорядившись, чтобы виски принесли всем. Гвидо сжал пальцы, жестом показав, что ему стоит налить только чуть-чуть - он вообще спиртного употреблял немного, и редко притрагивался к чему-то крепче вина; не признавая, впрочем, и пивных напитков тоже. Но, раз уж Филипп предложил - отказываться не стал, просто обозначив свою меру.
Может, не так и плохо, что он был немного пьян и расслаблен - легче будет договориться, алкоголь - самый лучший и самый популярный у людей советчик неосмотрительных и скороспелых решений, и возможно, Филиппу так будет и проще согласиться на то, что ему собираются предложить. Немного потерпеть запах перегара - испытание не особенно тяжелое, Гвидо приходилось выдерживать вещи и куда более неприятные, алкогольное амбре после которых - пустяк. Про это он не станет рассказывать Кастальди, конечно - ни одному из них.
- Не что-то такое, о чём Вы, возможно, подумали, Филипп... - заявил Гвидо, приняв его открытый жест по отношению к Кэролайн несколько на свой счёт. Они не спали с бывшей женой его отца, ничего такого - хотя об этом, пожалуй, и можно было бы подумать. В силу своей, так сказать, испорченности, в силу того опыта, через который он проходил, Монтанелли вот подумал. Пожилой гангстер и уже не очень молодая, но всё ещё хорошенькая собой вдова-наследница - сочетание наталкивает на мысль. - ...но да, есть кое-что, о чём нам стоит рассказать. - переглянулся с Кэролайн; слишком серьёзно, чтобы это могло бы натолкнуть на мысли о флирте, и сложил руки перед собой, так же взглянув и на Филиппа. Чувствуя ногой дипломат, который стоял на полу, рядом с его креслом - было приятнее ощущать его физически, чем думать о той связи, что дают бумаги внутри; возможно, поэтому Гвидо не очень годился для той игры, в которую играл Кастальди - бумажные связи ему не нравились, он больше привык действовать осязательно. Всю жизнь так действовал.
- Прежде всего, я бы хотел выразить соболезнования по поводу Бенвенуто. Знаю, очень запоздало, но... Это стыд, что я пропустил его похороны; у меня в тот момент тоже были своего рода трудности с законом. Я подавал федералам запрос, но они его отклонили... bastardi. - с особой искренностью в голосе коротко выругался Гвидо на итальянский манер, сочтя, что его антипатию к представителям закона и Филипп, и даже Кэролайн могут разделить. Они ведь тоже не так давно пострадали от следователей в какой-то степени - правда, полицейских, а не федеральных, как Гвидо, но очевидная разница не так важна. Впрочем, если копы всё-таки найдут убийцу - это отношение может и измениться... тут ключевое слово "если". Этого ждать можно десятилетиями, прожить целую жизнь, и так и не дождаться.
- Насколько я понимаю, дела в "Симметре" сейчас не идут так хорошо, как... - при жизни Бенвенуто. Гвидо не хотел произносить этого вслух, не желая нагнетать и без того не слишком позитивную, совершенно не в тон краскам офиса компании, обстановку. - ...раньше. Я слышал, клиенты от вас уходят, и всё такое... Возможно, с моей помощью положение получится улучшить. - Монтанелли не собирался вливать в "Симметру" капитал - не в прямом смысле этого слова, денег он не предлагал; во-первых, у него и не было столько денег, разве что он вывел бы из своего бизнеса всё остальное, превратив это в голую наличку, и то - не факт; во-вторых, это, судя по тому, что он увидел, было бы и бессмысленно. Любое денежное вливание сейчас - бессмысленно, и, может, продлит существование фирмы, но вряд ли её работу, и не принесёт дохода. - Скажем так - я сейчас говорю от имени целого ряда заинтересованных лиц, желающих застраховать свои бизнесы у "Симметры". Большая часть из них - итальянцы. Представители нашей диаспоры должны поддерживать друг друга. - Гвидо тихо улыбнулся, незаметно шевельнув ногой, снова соприкасаясь с кейсом. Документы, подтверждающие их желание работать с "Симметрой", лежали внутри - кое-что было там и от самого Монтанелли, на этом он хотел остановиться чуть подробнее, позже.

+2

8

Филипп поднял перед собой руки и замотал головой, словно оправдываясь.
- Ничего такого я не подумал! Гвидо, я Вас очень уважаю, поэтому никогда не решился бы предположить, что Вы спите с Кэролайн.
Он послал язвительную улыбочку мачехе. Продолжал вести себя как маленький мальчик - кажется, Гвидо сейчас поставит его в угол или вообще отшлепает. Он отметил то, как Гвидо и Кэролайн переглянулись. Гвидо посерьезнел, и Филипп тоже нехотя попытался сосредоточиться.
Соболезнования принял, кивнув и не ерничая.
- Понимаю Вас, мне тоже пришлось столкнуться с полицейскими в это неприятное время. - Взгляд с намеком на Кэролайн - ее ведь вина. Именно мачеха дала копам такие веселые показания против Кастальди, что мужчина еле избежал тюрьмы.
Секретарша принесла два виски и воду для Кэролайн. Филипп с удовольствием взял стакан виски с подноса, вдыхая резкий запах.
- Спасибо, милая, можешь быть свободна, - улыбнулся он секретарше.
Гвидо тем временем перешел к делу. Про то, что от них уходят клиенты, Филипп даже не знал, но Гвидо он верил, потому что легко было догадаться, что немногие захотят продолжать иметь дела с осужденным сынишкой убитого владельца компании и его женой, которая не разбирается в бизнесе. На самом деле, они должны были хвататься за любое более-менее выгодное предложение от Гвидо и не выпендриваться. Так что в его интересах было начать вести себя прилично, все-таки он бизнесмен, а не ярмарочный клоун. Если Гвидо предложил бы купить компанию - Филипп уже решил, что согласился бы и не стал бы сильно торговаться. Лишь бы Кэролайн не была против. Хотя и она наверняка не будет, и наконец-то они смогут разбежаться, и больше ничего их не будет связывать. Смогут просто никогда не видеться. Ведь они оба хотят этого, верно?
Но Монтанелли не предоставил мачехе и пасынку возможности больше не делить общую компанию и не встречаться, возможно, никогда.
Деловое предложение мужчины было интересным и, на самом деле, просто спасительным - это была огромная щедрость, просто подарок с его стороны. Видимо, дань уважения отцу Филиппа и помощь их семье в воссоединении и становлении на ноги - только вот разве Кастальди хотел, чтобы кто-то помог им с Кэролайн спокойно существовать вместе? Филиппу доставляло садистское удовольствие брызгать ядом в ее присутствии, доводить мачеху чуть ли не до слез и одновременно жалеть себя. Из взрослого мужчины, владельца успешного агентства, Филипп превращался в подростка. Смерть отца так подкосила Филиппа, что он уже не чувствовал себя зрелым мужчиной. Бенвенуто никогда не вытягивал старшего сына и не помогал ему встать ноги, Филипп все делал сам, но без отца почему-то Кастальди ощутил себя беспомощным, как никогда. И в это время им бы объединиться и стать опорой друг для друга... Как же глупо получилось.
- Это на самом деле очень выгодное предложение, Гвидо. И это будет очень большим шагом, если множество богатых авторитетных людей застрахуются у нас, это буквально не даст нам упасть. Это будет новый виток для компании! - Говоря, он все больше распалялся, и в его глазах уже было ого утреннего без различия, он, казалось, даже немного похорошел на глазах слушателей, и даже его щетина и помятый вид уже не привлекали внимания. Это была очень выгодная сделка, и, пусть не сразу, но он, как бизнесмен, не мог унять в себе поднимающуюся волну возбуждения и предвкушения.

Отредактировано Philipp Castaldi (2017-01-31 18:07:23)

+2

9

Кэролайн слишком волновалась чтобы заметить какой-то подвох в словах Гвидо Монтанелли «Не что-то такое, о чём Вы, возможно, подумали, Филипп». Так что если бы Филипп промолчал, или ответил не так подробно, Кастальди ничего бы не заметила не заподозрила. Более того, она бы пропустила слова двух мужчин мимо ушей, считая что они там говорят о своём о мужском. Она так часто делала когда вдруг переставала понимать о чём беседовали её мужья с друзьями или колегами. В таких случаях она просто вежливо улыбалась, делая вид что слушает, всё понимает, но предпочитает не вмешиваться. Вот и сейчас она хотела поступить по годами отработанной схеме, но до той поры пока Филипп Кастальди не ответил.

«Спите?! Бог ты мой, что он обо мне подумал?!» - Кэролайн ничего не сказала, но всё её удивление и возмущение можно было прочесть на лице. Точнее она хотела сказать, но Гвидо не слишком долго молчал и поэтому она резко встала со стула, на котором сидела прямо напротив Филиппа и наклонившись вперёд, подловила момент когда стакан с виски пасынок поставит на стол, схватила его и бутылку и также не говоря не слова подошла к окну выбросила «набор алкоголика» в окно, вместе со стаканами и бутылкой.

- Прошу прощения, мистер Монтанелли... – вмешалась Кэролайн, возвращаясь на место. На Филиппа даже не взглянула, но надеялась что он достаточно воспитан чтобы не начать кричать, требуя свой алкоголь назад .

«Пусть считает как хочет – ребячество, вред экологии или что там может придти ему в голову, но вести себя так на переговорах с важным человеком тоже нельзя! Это предупреждение... предупреждение тебе, Филипп» - в этот момент она пристально посмотрела на пасынка, как будто надеялась что тот вдруг прочитал её мысли. Через  несколько секунд она перевела взгляд на Гвидо и вспомнила что не закончила свою мысль.

«О чём это я?» - тут Кастальди поймала себя на мысли что забыла о том что хотела сказать. Она принялась судорожно вспоминать. – «Что же я хотела спросит?! Ведь помнила же когда выбрасывала бутылку – такая умная мысль! Вспоминай! – Это связано с тем вечером... Мы были в кабинете и он сказал... Что он сказал? – Что хочет застраховаться! Но...»

- Гвидо, в покерном клубе вы сказали что хотите сами застраховаться на крупную сумму, а теперь предлагаете застраховать у нас целую кучу влиятельного народа, но... – Кэролайн замолчала, чувствуя что снова теряет мысль. Она зажмурилась, словно стараясь ухватить уходящую мысль в голове, потом открыла глаза, вздохнула и решила что если она не может сказать всё красиво, то будет говорить напрямик. – Но если вы будете всем предлагать страховаться в «Симметре», или как вы там будете на них влиять – я не знаю, вы скорее всего не будете делать это просто так. Вы захотите чего-то взамен... Какого-то процента, верно?

Она бросила косой взгляд в сторону Филиппа, а потом пристально посмотрела на Гвидо. То что в жизни никто не делает ничего просто так и обязательно рано или поздно требует что-то взамен – она усвоила очень рано, лет в семнадцать. Ещё мама рассказывала об этом чтобы не быть «дурочкой», которой как она считала, была Кэролайн в те годы. Правда, она помнила ещё одно – не стоит никогда спрашивать вот так, как спросила сейчас Кастальди. Но женщина оправдала себя тем что нервничала, боялась совсем забыть про это, да и от Филиппа помощи никакой.

- Вы простите, если я так прямо спрашиваю.
– Поспешила извиниться Кэролайн. – Просто хочется сразу это уточнить.

+2

10

От того, чтобы не усмехнуться на слова Филиппа, Гвидо всё же не сумел - но честно попытался, отчего выражение, появившееся на его лице, искривив его часть, обострив множественные морщины с одной стороны, напоминало скорее ухмылку, чем улыбку, полную сарказма; но не по отношению к Кэролайн, впрочем, да и отношение к Филиппу было лишь частичное... если бы такую шутку Монтанелли услышал бы по телевизору, или в ещё где-то, наблюдая ситуацию, схожую с этой, со стороны - она определённо бы ему понравилась больше. Но ситуация была далеко не вымышленной (какой уж тут вымысел - нарочно не придумаешь), а он сам становился её участником, причём на вполне добровольных началах, так что - смеяться впору было скорее над самим собой. Интересно даже, Филипп что именно имел в виду - что он слишком хорош для Кэролайн, что его мачеха - женщина недостойная его постели, или даже того, чтобы он просто посмотрел в её сторону? Или Гвидо самого считал человеком нравов слишком чистых?.. Какая-то часть его криминальной совести не соглашалась с тем, что такое могло бы быть комплиментом - когда кто-то не может тебя представить в одной постели с привлекательной (а Кэролайн Гвидо таковой считал) женщиной, это может быть принято за что-то вроде сомнения в его силах, однако - в этом Кастальди был всё-таки прав: Монтанелли не стал бы спать с Кэролайн, даже если бы это было возможно, и не стал бы предпринимать шаги к тому, чтобы сделать это возможным, несмотря на то, что чувствовал себя вполне способным это сделать. Просто Гвидо был женат. И это был так себе аргумент для большинства, или даже подавляющего большинства, людей его круга, но в собственные моральные принципы это попросту не укладывалось. Ему было приятно находиться в компании взрослой, но красивой Кэролайн - но и не более того. Удовольствие от общества красивых женщин Гвидо получал скорее эстетическое; нравственным такое, может, и не назовёшь - но в его сознании это изменой не выглядело.
Он уже собирался что-то ответить, когда миссис Кастальди сделала ответный ход, пролетев от своего места к столику, затем - так же стремительно переместившись к окну, вышвырнув почти непочатую бутылку дорого виски прямо туда. Что снова заставило выражение Монтанелли перемениться - теперь, поднявшись наверх, седоватые брови наморщили его лоб, заставив глаза слегка расшириться от изумления. И некоей доли восхищения - не поступком Кэролайн, хотя и это было довольно зрелищно, и принял он это, как нечто вроде циркового номера, и существующего изначально для того, чтобы впечатлять публику - а всей ситуацией в целом, в которую он начинал потихоньку входить; действительно получая некоторую странную долю удовольствия от созерцания общения сына и жены покойного Бенвенуто. Это было... захватывающе. Не в очень хорошем смысле, но хотя бы из-за этого впечатления он никак не стал реагировать на поступок Кэролайн, приняв его с внешним спокойствием.
Было бы у него денег столько, чтобы он смог позволить себе выкупить компанию целиком... хотя - такую сумму, Монтанелли скорее потратил бы на что-то другое; в страховом бизнесе, как практически и в любом другом легальном бизнесе, он понимал не так хорошо, для него страховая компания была бы занятием слишком интеллектуальным, и определённо - слишком бумажным. Бюрократии он не любил; да и в целом, любил такую сферу деятельности не настолько, чтобы заниматься ей постоянно, он привык к другим рискам - которые, возможно, покажутся людям вроде Кастальди слишком высокими, но для Гвидо вещи вроде угрозы жизни или здоровью были привычными и знакомыми. И в этом разобраться он мог бы... в отличие от дел "Симметры" или любого другого "легального" бизнеса. Но он знал, как убедить кого-то подписать нужный контракт - это тоже означало деньги, но не обязательно в собственный карман. Впрочем, если Кастальди-сын воспринял всё происходящее даже с неожиданным для Гвидо восторгом, Кастальди-вдова быстро сообразила, что своего Монтанелли не упустит.
- Нет-нет, вопрос как раз хороший... - улыбнулся Гвидо в ответ женщине. - Я хотел, и всё ещё хочу, застраховаться самостоятельно, но об этом я скажу чуть позже. К тому же, большинство этих людей... - нагнувшись в кресле, он похлопал ладонью по своему кейсу, имея в виду всех тех, кто предоставил ему эти договоры. - ...мои личные знакомые и партнёры, так что, можно сказать, что страхуя их - вы страхуете и меня. - неправды в этом не было, и это уже само по себе было тем плюсом, который Монтанелли с этого получал. Кастальди была, в целом, права, но вся соль финансовой схемы заключалась немного в другом. Гвидо поднялся с кресла, и,  сложив руки на груди, неторопливо прошёл в том же направлении, какое проделала женщина только что, приоткрыв ладонью занавеску. - Верно, кое-чего я хочу взамен. - выглядывая в окно, куда улетела бутылка со стаканами, продолжил Гвидо. Так ведь и убить кого-то недолго... - Если у меня или кого-то из этого списка договоров произойдёт... как это правильно называется, страховой случай? - я хочу, чтобы он был покрыт полностью и незамедлительно, без долгих проверок и судебных разбирательств. - отпустив занавеску, Монтанелли снова следует к своему месту, усаживаясь в кресло и придвигая к себе свой дипломат. И вот те, кто получит страховую выплату - и буду платить ему, как Кастальди сказала, процент. Со стороны "Симметры" тут даже не произойдёт ничего криминального - выглядит всё так, как и должно: люди просто делают свою работу.

+2

11

- Кэролайн... - Оставшийся без алкоголя Филипп выглядел обескураженным, но не разозленным. - Ты так поступишь с каждой новой откупоренной секретаршей бутылкой? Мы так растратим весь фонд отца на выброшенный в окно алкоголь! Надеюсь, ты не попала по голове какого-нибудь несчастного. И могу только порадоваться за бомжа, который обнаружит эту замечательную находку. Его и его друзей сегодня ждет элитный вечер.
Он вздохнул, раздумывая, продолжить ли концерт и с его фирменным упрямством позвать секретаршу за новой бутылкой или прекратить клоунаду. И все-таки сделал правильное решение. Эх, если бы не Гвидо, он бы продолжал третировать мачеху и смеяться над тем, что она ничего не может поделать с его ядом, но ему было очень совестно делать все это под взглядом Гвидо, как будто он был нашкодившим школьником под разочарованным взглядом преподавателя.
"Главное, чтобы Кэролайн не узнала о моем сдерживающем факторе, а то будет на все встречи со мной ходить под ручку с Гвидо".
Кэролайн вернулась к деловому разговору, и Филипп бы, наверное, был восхищен стойкостью женщины, если бы она была для него посторонним человеком, к которому он не имел негативных чувств. Все-таки держалась она отлично и не боялась его выходок, хотя они ей были явно неприятны. И уж ему было совестно так себя вести перед Гвидо, а она как будто чувствовала себя еще хуже, он видел это по ее мимике и тому, что она, нервничая, теряла свою мысль. С удовольствием Филипп мог констатировать, что он будет стоит женщине как минимум пары новых морщин, а если повезет, то и седых волос.
Гвидо, кажется, был просто мертвенно спокоен - видимо, за свою долгую жизнь и не такое повидал. Хотя Филиппу казалось, что он в любой момент может встать, ударить кулаком по столу и так рявкнуть, что Филипп просто обделается со страху.
А Кэролайн оказалась гораздо предусмотрительнее его, Филиппа - не стала бездумно радоваться предложению Монтанелли, а отнеслась к нему с нужным руководителю компании скепсисом и сразу спросила о выгоде в этом Гвидо. Видимо, для Кэролайн эта компания все-таки представляла большую важность, чем для Филиппа, а может, у нее было время подумать о сделке, раз уж она, не как Филипп, узнала о ней загодя. И Кэролайн уже предполагала наличие подводных камней.
И Гвидо явно сделал им предложение не только ради благородного спасения компании. Но Филипп в упор не видел, чем предложение могло бы для них обернуться и как они могли бы прогадать. Идеальным было уже то, что кто-то решил их вытащить на поверхность.
Ну и еще Кастальди хотелось поскорее подписать необходимые документы и отправиться наконец-то домой на продолжение своих невеселых алкогольных приключений. Возможно, даже подобрать бутылочку под окном здания... Шучу.
Кастальди слабо представлял вообще работу страховых компаний и не догадался даже погуглить, над чем конкретно работает его компания. Так что в принципе то, о чем говорил Монтанелли, казалось Филиппу вполне выполнимым. Не хотелось бы давать мужчине ложных обещаний... Но их и не будет. Дальше уж они как-нибудь разберутся.
Без лишних слов он подтвердил:
- Я готов на сделку. Кэролайн?

Отредактировано Philipp Castaldi (2017-02-15 14:14:52)

+2

12

- Филипп, - тут же ответила Кэролайн точно таким же тоном каким говорил её пасынок несколько минут назад . – Мы не растратим фонд Бенвенутто, если ты не будешь пить так много. О! И да, если ты будешь продолжать налегать на алкоголь, то мы растратим фонд вдвое быстрее, потому что я буду так делать с другими бутылками.

Она вздохнула, подумав о том что вряд ли пасынка заденут её слова и, совершенно точно, что он не задумается и не поймёт что Кэролайн не всё равно и она волнуется за него и беспокоится о том что тот так много пьёт последнее время. Похоже, пьянки не прекращаются с момента смерти отца...

Иногда Кастальди думала о том что даже она взяла себя в руки и перестала тратить состояние покойного супруга на покер. Так не пора ли теперь Филиппу сделать тоже самое и остановиться? Она пыталась понять причины столь продолжительного «запоя», последнее время ей даже показалось что пасынок перестал топить горе в вине, но нет... Сегодняшний день доказывает обратное. Кэролайн грустно посмотрела на Филиппа, сожалея о том что не может прямо сейчас поговорить с ним наедине о его пьянках.

«Может быть, потом, когда Гвидо уйдёт!» - подумала она. – «И, о Боги, если он захочет со мной говорить! Я же не могу его заставить?! Он уже не мальчик, а мужчина... Взрослый, самостоятельный...»

Разумеется, как правильно разговаривать с мужчинами и заставлять их делать то что ей нужно, Кэролайн учили с лет, эдак, четырнадцать. Кастальди прекрасно могла заставить какого-нибудь поклонника подарить ей серьги с огромными бриллиантами, настолько огромными, что их даже носить неприлично, при этом этот мучжина будет считать подарок своим собственным решением...

Но Филипп, это другое! Её никогда не готовили к разговорам с детьми, а Филиппа Кэролайн, в первую очередь считала сыном, пусть даже он был ей не родным, да и вообще, если разобраться, они даже дальними родственниками не были. Так что Филиппу не получится заморочить голову теми проверенными приёмами что обычно пользуется Кэролайн в обществе других мужчин. Но и ребёнком он уже не был, так что классические методы воспитания, которые Кэролайн помнит с детства, тут тоже не сработают...

Кастальди ещё раз грустно глянула на пасынка, а потом просто заставила себя перевести взгляд на Гвидо и обдумать его слова. 

От итальянца женщина ожидала короткого и лаконичного ответа с указанием размера процента. Не тут-то было! Гвидо дал довольно таки развёрнутый ответ и объяснил что ему нужно от «Симметры» -  не деньги, (хотя казалось бы, что может быть лучше денег?) а услуга.

«Что же, это вполне в духе итальянцев...» -  подумала Кэролайн, припоминая кино о Вито Карлеоне, которое её покойный супруг смотрел каждое Рождество. – «Но услуга, вроде как не такая уж страшная, на первый взгляд... Платить, не разбираясь особо в чём там дело. Но... Стоп! А почему ему это так надо? Там что, будут такие случаи... не знаю... Криминальные, что ли?»

- Послушайте, - серьёзно сказала Кэролайн. Её собственные догадки не понравились Кастальди и она очень надеялась что это домыслы и, вообще, неправда. – Что плохого в проверках и разбирательствах, кроме того что они долгие? Иногда они просто необходимы... Послушайте Гвидо, во-первых, я не знаю как вести переговоры, и ни разу не видела как это делает Бенвенутто. Во-вторых, я не хочу вас обманывать. Именно поэтому я скажу всё как есть – мне не нравится ваше условие. Я точно не знаю, но всё это попахивает каким-то криминалом... Почему нельзя всё сделать как положено? Там где нужны проверки – они будут. Где не нужны – нет. А вы будете получать свой процент за то что пригласили столько людей. Или не знаю... Можете же выкупить часть акций "Симетры" и получать эти... как их? Деньги.  Какое-то странное условие у вас, ей-богу!

Отредактировано Caroline Castaldi (2017-02-26 21:48:13)

+2

13

Чрезмерное увлечение алкоголем не оканчивается хорошо ни для кого - хотя, какое-то время, при определённых условиях даже и время довольно длительное, может считаться скорее приятным... если ты имеешь возможность позволить себе это злоупотребление - одна из бед не только проблемы со здоровьем; куда раньше, чем цирроз или почечная недостаточность, пьяницу вполне может прикончить банальная бедность. Алкоголь стоит недёшево. Тем более - если говорить о бутылках вроде той, которую на его глазах в распадающемся семействе Кастальди появилась традиция выбрасывать в окна - трудно было не согласиться с тем, что так деньги покойного Бенвенуто уйдут ещё быстрее, в этом они оба были правы. Впрочем, это можно сказать не только об алкоголе, и не только о сигаретах, или наркотиках, или чем-то ещё, слишком сильное пристрастие к чему-либо вообще не ведёт к хорошему: Гвидо всегда считал, что в большинстве случаев, человека губят его собственные привычки, и жизнь, как он её видел, только продолжала это доказывать. Хотя, некоторые привычки "вредными" действительно называют вовсе не спроста... С другой стороны - есть одна привычка, которая тоже к хорошему не приводит: это совать нос в чужую жизнь... и потому - Монтанелли не стал бы указывать Филиппу, как поступать; даже при том условии, что к семье Кастальди он явно стал в последнее время ближе. Мог бы посоветовать, впрочем... но встретились они сегодня не затем, чтобы он начал делиться какой-то жизненной мудростью, или стыдить кого-то, тем более. Оба Кастальди - уже слишком взрослые люди для этого, в любом случае; да и Филипп, даже по возрасту действительно годясь ему в сыновья - сыном его не является. Запретить он ему что-либо не может... будь то алкоголь, будь то согласие на его же собственное предложение. Как не может запретить Кэролайн устраивать дожди из бутылок, или даже из виски прямо и без бутылок, из окна её собственного офиса.
Но, однако же - списать ли это на трезвость, или на женскую хитрость, жизненный опыт, или на проявившиеся амбиции, с нежеланием потерять компанию - Кэролайн проявила больше предусмотрительности, чем Филипп, даже больше, чем Гвидо от неё ожидал, признаться - явно она действительно не просто так в "Симметре" просиживала последние дни; если у леди, бывшей замужем два раза, определённой хватки не могло не появиться - сейчас эта хватка становилась понемногу определённо-деловой... и Гвидо, кивнувший Филиппу, и переведя взгляд на Кэролайн вслед за ним, заметно посерьёзнел, когда она начала говорить - но, как она и попросила, слушал действительно внимательно.
- Если я выкуплю часть акций - как именно это позволит компании остаться на плаву? - когда она закончила, задал Гвидо вопрос, чуть изменив позу в кресле - переместив руку на подлокотнике и сместившись чуть влево, глядя на Кэролайн, на Филиппа. Часть акций компании, которая в ближайшее время рискует уйти в глубокие убытки, если не разориться полностью? Не надо быть серьёзным бизнес-аналитиком - которым он и не является, в общем - чтобы понять, что это не будет выгодной сделкой; без каких-то ещё движений, во всяком случае... к тому же - оба обладателя акций находятся перед ним: кто из них готов продать свои? Филипп? Кэролайн?.. - Я бы тоже не определил самого себя, как талантливого дипломата, так что - давайте по-простому. Итальянец в дорогом костюме, пришедший в офис страховой компании - и ушедший с процентом от неё, капающий в его карман - а это не... попахивает каким-то криминалом? - выразился Гвидо таким же тоном, как и миссис Кастальди, серьёзно взглянув на неё. Весь бизнес, который он вёл, был пропитан криминалом, если уж начистоту, и этого она тоже не могла не понимать, посещая игорный клуб - и имевший-то не вполне легальное положение, Кэролайн не могла быть настолько наивной. Впрочем, вполне могла не подумать о другом - о том, что Монтанелли задумается не только о том, как получить деньги, но и как "отмыть" их, или, по крайней мере - увести от слежки соответствующих органов. Он не сможет отчитаться перед налоговой, откуда у него столько денег, на покупку тех же акций компании - даже если сможет в действительности найти достаточную сумму... - И долгие проверки... знаете, как говорят: время - деньги? Я не всегда способен разбрасываться временем. - слово "способен" Монтанелли выделил голосом особенно, посчитав, что так будет звучать более подобающе в таких стенах, как офис серьёзной страховой фирмы. - Если будет нужна проверка - пусть компания её проведёт, это ваша работа; но по результатам - страховка должна быть выплачена. В кратчайший срок, в соответствии с тем, что указано там... - Гвидо указал на свой дипломат. В документах указано большинство нужных данных, цифр, и случаев, от которых застрахован бизнес, или имущество, было даже несколько людей - здоровье и жизнь; вполне конкретных случаев, и в целом, даже Монтанелли сам не знал содержания документов наизусть - составлял он их, естественно, не сам и не один. - Миссис Кастальди... - мужчина вдруг поднялся, шагнув к ней - такой уверенной, тяжёлой, но и несколько тяжкой, походкой, глядя ей в глаза, не моргая. И остановился у самого кресла, где сидела женщина, продолжая так же внимательно и напряжённо глядеть на неё, сверху вниз: - ...я не хочу вас обманывать, со своей стороны, тоже: я сам не так хорошо понимаю, как именно работает страховое дело. Поэтому, давайте условимся: я не буду учить Вас, как вести ваш бизнес, а Вы... - он протянул руку, коснувшись подбородка Кэролайн пальцами - мягко, почти ласково; но в то же время - уверенно. Смотря в её глаза с тем же самым взглядом... - ...не будете учить меня, как вести мой.

+2

14

Кастальди наблюдал за разворачивающейся на его глазах сценой со сменяющими друг друга чувствами. Сначала Филипп поморщился и начал нервно ломать пальцы, когда Кэролайн вдруг решила придираться к Монтанелли и копаться в его словах, пытаясь найти подвох. Давайте будем честными - ни Филипп, ни Кэролайн... ну вообще не шарили. Их можно было легко обмануть, но Филипп не думал, что Монтанелли этим будет заниматься. А они с Кэролайн сидели, как два профана, не пригласили даже экспертов в этом деле, каких-то доверенных юристов, чтобы те помогли им с заключением сделки. С другой стороны, Монтанелли вполне мог отказаться заключать договор при третьих лицах.
В общем, Филиппу ситуация виделась следующим образом: надо брать. Так что он только открыл рот, чтобы поставить на место Кэролайн, но Гвидо сделал это за него. С удовольствием Филипп наблюдал, как Гвидо спокойно отвечал Кэролайн, а потом встал и подошел к ней, видимо, для пущего убеждения. Когда Гвидо взял Кэролайн за подбородок, Филипп еле удержался от того, чтобы присвистнуть (а раз ему удалось сдержаться, видимо, алкоголь и вправду выветрился из крови). Он подумал, как отнесся бы к этому, будь он по-прежнему в семейных отношениях с Кэролайн. Неужели дал бы отпор Монтанелли? Сейчас было сложно судить, учитывая, что любое оскорбление мачехи до сих пор могло принести ему удовлетворение.
В то же время, теперь Кастальди ясно видел, что в этом жесте Монтанелли не было никакого намека на секс между ним и Кэролайн. Если бы у них с Кэролайн что-то было, им стоило бы быть прекрасными актерами, чтобы выдержать этот напряженный момент. Хотя Кастальди и изначально в это не верил - Филипп не лгал Монтанелли, когда заверял его в этом. Слишком это бы походило на историю из книги, если бы Гвидо оказался тем самым любовником Кэролайн. Да и то, что Монтанелли таким образом решил утешить Кэролайн, потерявшую мужа, Филипп тоже не думал.
Когда Гвидо пообещал не учить их вести бизнес, Филипп усмехнулся - а было бы неплохо получить пару советов, а то дела были не очень.
- Боже, Кэролайн, да все же в порядке, - решил он обратить внимание на себя. Хотелось поговорить с мачехой искренне, но рядом был Гвидо, а Филипп не чувствовал себя в положении попросить его выйти, чтоб они обсудили вопрос. Ну и плюс они не в тех отношениях, чтобы через минуту наедине не начать швырять друг в друга стулья. Поэтому он просто переместился поближе к мачехе, присев на стул рядом и зашептал (скорее всего, обдавая ее неплохим таким перегаром): - Слушай, нам очень нужны выгодные предложения от проверенных людей. Чего еще нам ждать? Гвидо нас не обманет, ты же понимаешь, что он - не тот человек. Мы - не мой отец, мы оба не хотим всерьез этим заниматься, так ведь? Мы можем рискнуть этой компанией. Даже если был бы риск потерять ее, могли бы. А тут такого риска даже нет! Никакого криминала. Мы подпишем договор и забудем, передадим это специалистам и отойдем от темы. Я буду заниматься своим агентством, а ты ходить по маникюрно-педикюрным салоном, пить мартини с подругами, ну и что ты там еще делаешь в свободное время, а?
Закончив монолог, Филипп перевел дыхание. Скорее всего, Гвидо это слышал - да ну и ладно. Все всё прекрасно понимают и так.

Отредактировано Philipp Castaldi (2017-03-01 18:56:38)

+2

15

Говорить чо-то неприятное или плохое всегде труднее. Это требует большей храбрости и силы духа, так как обычно, говоря совсем не то что собеседник хочет услышать, реакция и ответ могут быть совсем непредсказуемыми. С Гвидо Монтанелли именно так и получилось. Стоило Кэролайн заикнуться о том что ей условия итальянца не нравятся, как он тут же изменился в лице и показал что он на самом деле тот человек, которого стоит бояться.

Собственно, сцена, произошедшая далее, напомнила Кастальди любимый фильм Бенвенутто. Кэролайн стало немного не по себе. Она даже почувствовала лёгкую дрожь, стоило итальянцу взять её за подбородок и посмотреть в глаза. Очень хотелось сбежать, ну или, отойти от мужчины на шагов, эдак, пять, а лучше, десять! Так что она вздохнула с облегчением когда Монтанелли отступил и вернулся на место.

"Я так перепугалась, что почти ничего помню из того что он сказал!" - испуганно подумала Кэролайн, чувствуя как ситуация выходит из под контроля. Хотя, постойте-ка! Когда это Кэролайн управляла ситуацией? - "Единственное что я поняла - ему не интересна "Симметра"... Он не хочет прибрать фирму к рукам. По крайней мере, сейчас. А если захочет, то сделает это каким-нибудь своим способом! Так что я даже глазом не успею моргнуть..."

Возможно, Кэролайн преувеличивала. Возможно, Гвидо не так уж плох, каким старается казаться... Тут много всего можно было предоложить, да ещё Филипп ("Предатель!"), вместо того чтобы поддержать мачеху  и задуматься о будущем компании, встал  на сторону Монтанелли! А ещё, от него так несло перегаром, что Кэролайн закашлялась. Она быстро встала и отошла от мужчин на несколько шагов назад. Так она не только смогла снова дышать свежим воздухом, но и почувствовала себя несколько вне зоны психологического давления с обоих сторон.

Кэролайн испуганно взглянула на Гвидо и Филиппа, понимая что они ждут только её ответа и терпение у них может быть небезграничным. Особенно она опасалась какой-нибудь выходки со стороны пасынка и поэтому сильно занервничала. Она попыталась обдумать слова Монтанелли и его предложение, но нервы не позволяли этого сделать. В конце-концов, Кэролайн выдохнула и вернулась к месту переговоров, в этот раз выбрав место подальше от Филиппа.

- Хорошо, хорошо, Гвидо. - наконец заговорила Кэролайн. - Показывайте свои бумаги! Только, перед подписанием, я могу всё прочитать, посоветоваться со специалистами "Симметры"? Вы можете оставить бумаги, я всё прочитаю, проведу совещание, посоветуюсь и отправлю вам подписанные бумаги с курьером....

Она слабо и наигранно улыбнулась, опасаясь что и этот ответ не устроит итальянца. А если так и будет, выдержит ли она нового напора?

+2

16

Прибрать фирму к рукам? Отобрать её у наследников Кастальди - грубой силой, угрозами, вымогательством? Гвидо мог бы это сделать, если отставить всю полемику - технически не так уж сложно направить оружие в чью-либо сторону, самый тяжёлый пистолет весит порядка килограмма, не так это и много; тот, кому выпадает шанс однажды это попробовать, может даже удивиться тому, насколько это на самом деле бывает легко, насколько невесом страх в такой момент, если ты - по правильную сторону заряженного ствола, насколько незаметен бывает вес ответственности в этот момент... фактически - это многих толкает на неправильные поступки. Власть, обретаемая вместе с взведенным курком, склонна подталкивать к рисковым действиям, зачастую - фатально рисковым; это... тот же самый блеф - когда при неудачной комбинации карт ты идёшь ва-банк, ожидая, что противники спасуют; Кэролайн ведь играла в покер  = знала, как это бывает. Но речь сейчас об этом, впрочем. И Монтанелли был и впрямь способен на многое, одно только это могло бы обозначить его как человека, которого стоило бы бояться - но быть способным не означало хотеть... и он не хотел отнимать "Симметру" - именно такое, простое и честное чувство, он этого делать не хотел. Не понимая, зачем нужна ему страховая компания, и что он будет с ней делать - прекрасно понимая другое: что он её, скорее всего, развалит, даже ещё быстрее законных наследников, возможно - и роль следственных органов в этом тоже будет не последней, когда человек с его историей прикладывается к такой компании, как "Симметра", да ещё таким образом - это очень привлекательно для них. И фактически, в итоге всё может привести и к тому, что его не только обвинят в убийстве Бенвенуто, но и засудят за это, и посадят - и неважно, было ли это правдой; если при таком раскладе Кастальди окажутся в числе его врагов - они с этим правосудию могут и помочь. Так что получится в итоге? Если Гвидо и завладеет страховой компанией - то, скорее всего, это будет ненадолго; он потеряет её в итоге - тем или иным образом, больше разрушив, чем приобретя, и нажив врагов - в лице Филиппа и Кэролайн, которых лишит прибыли.
Вкладываться в них двоих, и в их компанию - было выгоднее и надёжнее; не стоит недооценивать полезность проверенных людей - коими Филипп и Кэролайн являлись, отчасти, только из-за одной своей фамилии; а отчасти - потому что, если и не Филипп, то Кэролайн была в поле его зрения уже какое-то время, и выпускать её из него было бы неосмотрительно. В конце концов, не стоило бы и разбрасываться знакомыми людьми, занятыми в страховом бизнесе - их не так много, а тех, кто доверия заслуживает, и ещё меньше. Именно так - доверия: с его стороны по отношению к Кэролайн и Филиппу оно тоже подразумевается. Они становятся партнёрами, в конце концов, - и в вещах чуть более значимых, чем просто бумага... разорвав прикосновение, Гвидо отошёл, возвращаясь на своё кресло, давая возможность Филиппу высказаться - он слышал часть того, что он говорил, но не то, чтобы пытался вслушиваться в его речь; приняв, казалось бы, даже скучающую позу, выжидая решения Кэролайн - пасынок, если корректно так назвать парня моложе женщины менее даже, чем на десять лет, убеждал её в согласии даже лучше него, похоже; и определённо, приятнее - для самой женщины. Да, может, от него несло перегаром - но он ничто по сравнению с запахом угрозы для кого-то... и в особенности - для леди. Не совсем то, что Монтанелли хотел бы заставлять её чувствовать, впрочем - и отчасти, его даже посетило ощущение вины за это, - не страх он в должен вселять владельцам "Симметры", а уверенность - бояться должны бы начать скорее их конкуренты. Впрочем... хочется надеяться на то, что время сгладит все недопонимания.
- Это займёт довольно долгое время, но будет полезно... вам обоим. - улыбнувшись в ответ явно стушевавшейся Кэролайн, Гвидо перевёл взгляд на Филиппа. И потянулся к своему кейсу, щёлкнув его замочками... - Это довольно... информативное чтиво. - нельзя назвать его интересным, впрочем; оно утомительно скучное, как скучен практически любой перечень чисел, Монтанелли никогда не считал деловые бумаги чем-то в прямом смысле занимательным. Разве что названия некоторых заведений могут развлечь, как, впрочем, и фамилии - итальянцы бывают довольно изобретательными, что касается и того, и другого... - Я оставлю копии. Можете показать их сотрудникам компании, как угодно... - доверить документы ей он не слишком боялся - зная, что даже если они и попадут не в те руки, в них, по сути, нету ничего незаконного, ничего такого, за что его могли бы привлечь - и максимум, чего добьётся любой из двоих Кастальди, принеся их в полицию или ещё куда, приправив рассказом о сегодняшнем разговоре, это длительной судебной тяжбы; о которой они будут главным образом жалеть - вот это Гвидо точно может пообещать. Сам же Монтанелли в этом случае будет всё отрицать, и сделает это с такой искренней физиономией, что они удивятся... - Но, Кэролайн... - вытащив стопку листов из дипломата, Монтанелли стукнул ей о край столешницы, собирая чуть более плотно. - ...никаких курьеров. Мы встретились сегодня лично - и в дальнейшем о том, что касается этих документов, будем разговаривать тоже лично. - он оглянулся на Филиппа снова: его это тоже касалось.

+2

17

Все-таки все эти бумаги навевали на Филиппа смертельную скуку. Вид документов, которые вытащил из чемодана Гвидо, заставил его зевнуть широко, впрочем, он потрудился прикрыть рот ладонью. Его глаза имели странную особенность - когда Филипп зевал, они обычно краснели, как будто он только что плакал. От этого Филипп явно не стал выглядеть лучше и трезвее.
Филипп уже понял, что обязанность волноваться за бумаги он возложит на хрупкие плечи Кэролайн, что она, кажется, вполне готова была принять. Себе он оставлял беззаботную, беспечную жизнь. Может быть, не мультимиллионера, но все же довольно неплохую.
Монтанелли бросил на Кастальди взгляд, говорящий, чтобы и Филипп тоже не трепался и не привлекал в их сделку третьих лиц. Да Кастальди и не собирался, так что с готовностью кивнул. Лишь бы его уже выпустили отсюда, наконец.
Впрочем, Кастальди не собирался долго засиживаться, даже если все остальные участники действа расходиться не спешили, решая свои насущные вопросы. В мире все-таки слишком много интересных мест, которые стоит посетить... Например, ближайший бар.
Филипп поднялся.
- Это все, конечно, хорошо... Приятного тебе чтения на ночь, Кэролайн. А мы уже можем закончить? Дела, знаете ли.
Он неопределенно взмахнул рукой. Вряд ли он сможет этим кого-то обмануть - все участники сцены наверняка понимают что к делам относится пропустить стаканчик в баре.
- Гвидо, был очень рад Вас видеть. Передайте мои сердечные приветы жене и детям, - с этими словами Филипп протянул Гвидо руку для пожатия.
Филипп мало общался с семьей Монтанелли, но был знаком со всеми членами этой итальянской семьи, хотя вот с Сабриной, например, познакомился случайно в парке, подойдя просто к понравившейся девушке и еще не зная, что она - дочь Гвидо (а то бы, наверное, не сунулся). Все-таки на семейные обеды он к ним приглашен не бывал  и знал только о существовании у Гвидо некой дочери. Но вот потом был сюрприз! Впрочем, их знакомство ничем не обернулось, с Лео они знали друг друга чуть лучше, но тоже не были друзьями.
Филипп уже устремил свой многозначительно-мечтательный взор на дверь, естественно, не попрощавшись со своей милой мачехой.
Все это в очередной раз убедило Филиппа, насколько он далек от юридических вопросов. Все-таки хорошо, что в его фирме был собственный юридический консультант, а также бухгалтерия, и Филиппу не приходилось возиться с документами. Обычно мужчина подписывал, не глядя, то, что приносил ему секретарь. Главное было для него - набрать хорошую честную команду, и, видимо, в этом Филипп все-таки преуспел. Хоть Кастальди и не был идеальным начальником и мог завестись по пустяку и начать череду увольнений без особых на то причин, почему-то подчиненные любили его и, наверное, даже уважали. Наверное, потому что в остальное время Филипп был очарователен и выписывал премии чуть ли не каждый месяц - совсем как избивший жену муж-алкоголик тащит ей бриллианты и шубу на следующий день. Да, это было довольно похоже на Филиппа. Возможно, будь Филипп женат, так бы и было в реальности. Так что, может, и хорошо, что он так и остался холостым и не мучает ни себя, ни какую-то несчастную женщину.

Отредактировано Philipp Castaldi (2017-03-28 16:19:58)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Назад в будущее » Чем позже подписываешь договор, тем выше взносы