Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Claire
[panteleimon-]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Джо никак не мог заставить себя отвести взгляд от девушки, невольно ища в ней прежние знакомые черты. Когда они познакомились, Пейшенс напоминала маленькое солнце; её улыбка...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Zauberstab ‡Ich dich kriege, zeigt dir mein Zauberstab die Liebe.


Zauberstab ‡Ich dich kriege, zeigt dir mein Zauberstab die Liebe.

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

Zauberstab   
Ich dich kriege, zeigt dir mein Zauberstab die Liebe.

http://funkyimg.com/i/2kZaa.png

Denivel Simon & Jason Sean Westwood
_____________________________
february 10, 2013
Sacramento
National 9 Inn Placerville
_____________________________

Сюжет.

Код:
<!--HTML--><center><b><font size="2" color="#000000" face=Palatino Linotype">Oomph! - Zauberstab</font></b> <br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">  <param name="bgcolor" value="#3d001e">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/cdb68f5f-6deb-4a64-8945-73e11f23f879/Oomph!_-_Zauberstab.mp3"> </object> </center>

• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •
«Ich werd dich heut noch kriegen.
Ich werde bei dir sein.
Und du wirst dich verlieben.
Ja dann gehört dir mein
Zauberstab»*

———
* Сегодня ночью я тебя заполучу
Я буду с тобой
И ты влюбишься
Да, и тогда тебе будет принадлежать моя
Волшебная палочка.
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

+4

2

Наша культура видит детей слабыми и беззащитными,
мы забываем об одном нюансе, который должен
оставаться в памяти у каждого с малых лет:
дети знают, что этот мир может больно ударить по ним,
больнее, чем по взрослым.
*
———
Сквозь слабую дымку помутненного рассудка, холод медленно поднимался по позвонкам к черепу.
Метания, частая смена картинок и легкий страх. Время стремительно убегало прочь. В попытке его словить, я повел головой и едва слышно застонал. Ощущение страха подобно вою пса, получившего палкой по спине. Он скулит не от боли, а от понимания, что не смог избежать наказания.
Я чувствовал примерно подобное состояние, когда невидимая рука хлопнула по плечу. Промычав ей в ответ и дернувшись, прогнал неизвестного из своего эфемерного мирка. Виски отдавали тупой болью, сковывая холодом. Казалось черно-белые сны слились с красочной картинкой реальности. Между молотом и наковальней.
- Сэр, сэр, очнитесь.
- Отвали, - перевернувшись на другой бок, я пытался свернуться в позу эмбриона.
- Эй, сэр! Очнитесь наконец, - чья-то рука упорно трясла и возвращала к реальности.
Холод отрезвил на какое-то время. Пытаясь поднять чугунную голову, я застонал и схватился за виски. Медленно моргая, обернулся в сторону непрошеного гостя. Неосознанно выдохнул: оу! Первое открытие после пробуждения: я не был дома. Перед до мной стоял человек в рабочем костюме. Он облокачивался о лопату и взволнованно смотрел на меня. Наш безмолвный разговор продлился несколько секунд. Я моргнул ему, он ответил тем же.
- Вы пьяны, сэр. Понимаю, до сих пор скорбите по брату.
Я сделал усилие равнозначное подвигу Геракла и наконец приподняв голову, увидел надгробную статую. Ее сделали на заказ по наитию Сьюзен. Ангел охраняющий покой моего старшего брата. В божественных руках всегда горела свеча, а надпись на камне гласила: любимому брату, отцу и другу. Прищурившись, пришел к выводу, что в этот раз на ладонях каменного посланника небес стояла бутылка недопитого виски. Остатки свечи валялись у подножья в компании окурков и выпотрошенного кощунственной рукой букета лилий.
- Твою, сука, мать, - вцепившись в статую и пытаясь встать, я рявкнул в сторону работника кладбища, - fuck off!
- Не мое, конечно, оно дело. Но вам бы обратиться за помощью. Например, к психологу?! - он не отставал, словно наконец нашел достойного собеседника среди каменных плит и мертвецов.
Cхватив бутылку и обернувшись к нему, я вяло пролепетал:
- Я сам психолог.
- А по виду не скажешь. Вы больше похожи на уличного музыканта, поющего Rammstein за пятьдесят центов...
Сквозь похмельное состояние смешанное с недосыпом и отсутствием неких паззлов памяти, больше всего хотелось, чтобы он заткнулся и вырыл себе могилу. А вместо того, я приложился к горлышку бутылки. Отвратительное человеческое качество: верить, что алкоголь способен спасти, особенно, когда болезнь была им и вызвана. Я пил не первый месяц и уже в третий раз просыпался на городском кладбище. Правда, в прошлый раз меня разбудил какой-то бродяга, спросив нет ли нескольких баксов на корм его собаки. Когда я того послал, то позже обнаружил, что и кошелька не было. Низкий и отвратительный век...
Процедив виски сквозь зубы, выдохнул с презрением:
- Ненавижу Rammstein.
- Надеюсь, вы найдете выход?!
Раскинув вальяжно руки в стороны и убираясь прочь, проскрипел в ответ:
- Ночью же как-то вход нашел.

Я хотел бы вспомнить, да не мог. Душевная боль и одиночество довели до состояния отчаяния, когда Дьявол смог искусить меня. Он дал в одну руку бутылку, а в другую - пачку сигарет. Что толку с молитвы, когда обида не проходит, а лишь накапливается? К чревоугодию можно смело добавить и гнев. Вслед за яростью следует жестокий рок. В человеке всегда есть и от беса, и от ангела. Мой святой пал, едва я начал терять самых близких людей.
Сигаретный дым, извиваясь, стремился к грязному и потасканому, словно уличная шлюха, небу. Я стоял несколько минут возле собственной развалюхи и смотрел на отражение в стекле. Слышал, как заорал мобильный телефон. Слегка повернув лицо, прислушался:
- Серьезно? Rammstein? - очередное неудачное открытие утра.
Стоило задуматься. В последнее время, я не помнил, как менялась мелодия на звонке. Например, в прошлый раз когда Сьюзен звонила, привычный dark juzz исчез. И вместо него истерические голоса прокричали: Are You Ready?** Сейчас вместо легендарной группы AC/DC, был нашумевший хит Раммов "Pussy". Все так же рассматривая свое лицо, я ответил подруге со студенческой скамьи:
- Сьюзен, а как давно я проколол подбородок?
- Мне плевать, Вествуд, даже если ты сделаешь пирсинг на своем члене! Но вот как давно ты начал запирать в комнате Райден? - разгневанный голос миссис Олридж, как ни странно, в этот раз идеально сочетался с мелодией стоящей на ее номере, - серьезно? Я звонила тебе несколько раз. Где тебя носило всю ночь? Ты, что пьян?
Заваливаясь в машину, я включил громкую связь, хотя в том нужды особой не было. Заводя мотор авто, наконец прервал ее красноречивый монолог:
- Я лечусь, Сьюзен!
- Чем? Бутылкой виски и жестоким обращением с падчерицей?
- Я застал вчера Райден возле школы, курящей травку в компании местных ублюдков. Мне бы очень не хотелось, чтобы они, ...блядь.
Стукнув ладонью по рулю, я опять выругался. При одной мысли о подобном голова разболелась сильнее. Тошнота начала подкатывать к горлу, а женский голос из трубки отпарировал:
- Не ругайся! Даже если так. Ты можешь найти более демократичные методы воспитания? Она выпускница и имеет право на личное пространство!
Облизнув потресканные губы, смотрел на ограждение городского кладбища по ту сторону улочки.
Наши методы всегда были противоположными. Мать Тереза - Сьюзен считала, что любовью можно спасти кого угодно. Но моя скудная жизнь показала совершенно другой пример. Порой именно любовь настолько балует людей, раскрывая в них монстра. Когда я любил брата больше Бога, тот позволил своим дружкам скинуть меня ночью с моста в реку, с привязанным камнем к ногам. Я помню, как говнюки кричали: молись своему Богу! Пусть он сделает чудо и спасет тебя! Когда я любил отца, тот избивал мать, называя ее грязной сукой. Любовь для меня была всегда благом, хоть и несла страдание. Именно крест, что нес Иисус на Голгофу - яркий пример бескорыстной любви. Христа казнили за его откровенность, и я получил нечто подобное. Сколько лет прошло, когда моя безграничная любовь скрылась за бакенбардами, татуировками и пирсингом? Агония в чистом виде, ради спасения собственной души, которая прогнила настолько, что исповедь вряд ли помогла бы.
- Мне звонила миссис Мори. Ты забыл?
На удивление, это я помнил. Миссис Мори. Истеричная мамаша со своей дочерью, любящей смотреть порнушку. Насколько жестокими мы можем быть с собственными детьми и испытываем при этом жалость к другим. Я не считал отклонением естественный сексуальный интерес у малютки Денивел, и при этом зверел, когда тоже самое коснулось Райден. Я помнил как вчера тащил племянницу к машине и грозился отвести ее к гинекологу. Говорил, что если она растратила свою невинность, то будет наказана вплоть до своего полного совершеннолетия.
Моргнув несколько раз, я смотрел на дорогу. Не слышал, как Сьюзен закончила разговор. На соседнем сидении лежала все та же бутылка виски. А салон машины наполнился запахом табака. Это уже была третья сигарета подряд.

Дорога больше не двоилась в глазах, лишь изредка петляла. Мне просто был необходим душ, кровать в доме Кевина и болеутоляющие таблетки. Я перезвонил матери Дени. Удивительно, что эта женщина продолжила доверять своего ребенка человеку, с которым у нее был не самый лучший разговор однажды. Порой мы - взрослые забываем, что дети не лгут. Я знал о сексуальных похождениях миссис Мори, а сегодня хотел убедиться, что мамаша не оставила отпечаток на ребенке. Лесбиянство, гомосексуализм. Каждый делал свой выбор. От этого я не лечил, а впрочем, что мог дать алкоголик своим пациентам? Разве что язвительное отношение к миру и убеждение, что любовь, ...это всего лишь сексуальная тяга и не более того.
Я добился в разговоре возможности забрать девочку со школы. Душ отрезвил быстро. Мне пришлось в сжатые сроки снять номер в мотеле, так как мой кабинет находился в состоянии ремонта, впрочем как и весь этаж клиники. Я не хотел на этот раз, чтоб девочки столкнулись в доме. Райден пугала. В последнее время я часто слышал, как она говорила сама с собой. У нее была воображаемая подруга. Райден, Фелисити. Я начал путать эти имена. Да, я боялся того, что моя племянница могла дурно повлиять на Дени. С другой стороны сыграл страх наследственности. Никто кроме Сьюзен не должен знать о трагедии Вествудов.
Облокотившись о капот машины, я ждал юную мисс Мори. За эти несколько лет крошка значительно выросла, как впрочем и изменилась моя племянница. Когда мелькнула на горизонте знакомая голова, махнул девушке рукой.
- Здравствуй, Дени. Я заберу тебя сегодня. Твоя мама предложила мне провести с тобой время, - склонив голову набок, добавил, - вместо бассейна. Надеюсь, ты не против.
———
* Дин Кунц - Судьба Томаса, или Наперегонки со смертью;
** AC/DC. The Razors Edge. [1990]

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2016-12-17 12:45:24)

+3

3

внешний вид, сверху черная кожанка.

Не могу сказать, что я люблю школу. Особенно если учесть, что в начальную школу я не ходила в принципе, потому что учителя приходили ко мне на дом – деньги родителей сделали свое дело. Из-за этого потом, когда я все-таки пошла в школу, социализация давалась мне довольно тяжело –я не привыкла общаться с другими детьми. Можно даже сказать, что в итоге меня недолюбливала, ведь у всех уже давно были свои друзья и сформированный круг общения. Я же была напрочь лишена возможности выбирать друзей с самого  начала и моим самым лучшим другом стала любовница матери – Франческа. Но не могла же я сказать об этом остальным детям, которые упорно обходили меня стороной, поглядывали как на ненормальную и не упускали возможности задеть каким-нибудь едким замечанием в мою сторону. Со временем ситуация изменилась, я научилась находить общий язык со сверстниками и даже могла сделать вид, будто бы я одна из них. На деле же мне всегда было скучно. Что могли мне дать эти подростки, чего бы не могла Френки? Что могли мне поведать эти детки, чего нет в интернете и социальных сетях? Вот и я думаю, что едва ли находясь рядом с ними и слушая глупые шуточки на тему буферов нашей училки можно далеко шагнуть. Тем  не менее, быть изгоем мне никогда не хотелось, а потому я все же нашла лучших из лучших и общалась с ними. Иногда мы ходили вместе гулять, иногда отмечали чье-то день рождения, но я никогда не пыталась стать для кого-то лучшей подругой, полагая, что в моей жизни еще будут люди, для которых я по своей воле захочу стать чем-то особенным и большим.
И сейчас ровным счетом ничего не изменилось. В школе я по-прежнему натягиваю на себя необходимую социальную маску, стараюсь ни с кем не говорить о чем-то личном, ограничиваясь обсуждением новой коллекции от какого-нибудь именитого дизайнера. Даже когда подростки вокруг меня начинают обсуждать такую животрепещущую для меня тему, как секс, я стараюсь не вступать в дискуссии, ведь их рассуждения слишком глупы и находятся на уровне детского сада. Я не могу слушать все это ничтожное хвастовство о том, как очередному моему однокласснику мастурбировала старшеклассница. Более того, я не верю во все эти приукрашенные истории, основанные на безмозглых эротических фантазиях, ведь на таких малолетних неудачников едва ли кто-то позарится. Ну, по крайней мере мне бы такое в голову не пришло и не приснилось бы даже в самом страшном сне. Но я стабильно задаюсь вопросом, что мешает этим деткам взять и воспользоваться интернетом, чтобы их рассказы звучали правдоподобнее, а идиотские выдумки не противоречили здравому смыслу и физиологии. В дискуссии я не вмешиваюсь именно по этой причине - не могу хихикать и делать вид, что я верю в этот бред. Если я начну говорить, то буду злиться и вывалю на свет опровержение всех их дебильных рассказов и историй. Вот только я абсолютно не желаю красоваться тут своими знаниями, а потом напрасно доказывать кому-то, что это всего лишь теория.
Сегодняшний день мог бы ничем не отличаться от десятков других дней. Он мог бы стать обычным, банальным и не представляющим для меня ничего интересного. Он мог бы не отпечататься в моей памяти и сгинуть в лету, оставаясь в тени более ярких событий. Мог бы. Но не стал.
Когда я выхожу из школы с небольшим рюкзачком на плечах, в котором, если по правде, косметики больше, чем учебных принадлежностей, то вижу, как мне кто-то машет. Сердце в груди делает сальто, потому что я сразу узнала Джейсона Вествуда. Не могла не узнать. Даже если бы я отчаянно пыталась, мне бы все равно никогда не удалось стереть из своей памяти воспоминания о наших сеансах. Джейсон Вествуд и правда помог. Вот только помог мне явно не так, как того ожидала моя мать. Помог явно не так, как вообще должен помогать психолог - это я понимала даже своим детским разумом. Очевидно, что моя мать не понимала даже этого. Очевидно, что она оказалась настолько недалекой, что вообще едва ли позволительно для взрослого человека.
- Привет, - мои губы расплываются в приветливой улыбке, потому что я заинтригована. Не уверена, что Вествуд обрадуется моему фамильярному приветствию, но находясь вне стен его кабинета, я чувствую себя гораздо увереннее. А еще я не чувствую гнетущей атмосферы, которую обычно испытываю, общаясь с человеком, который настолько старше меня. И выше. Черт возьми, всегда пугает то, насколько Джейсон Шон Вествуд выше меня. Рядом с ним я просто маленькая таракашка, которую он может прибить одним щелчком.
- А у меня есть выбор? - я усмехаюсь и поправляю лямки рюкзака, подмигивая тебе, - но если серьезно, я на самом деле не против.
Пока мы стоим тут перед школой я чувствую, как в меня упираются взгляды одноклассников, слышу их перешептывание за моей спиной и нелепые смешки. Разница в возрасте между мной и Вествудом бросается в глаза, но они точно знают, что это не мой отец, ведь меня с ним они видели много раз. Я знаю точно, что завтра по школе поползут слухи, что малышка Денивел встречается со взрослым мужиком, который забирает ее из школы на машине.
- Куда мы поедем? - я сознательно делаю шаг вперед, сокращая между нами расстояние настолько, что наша беседа теперь кажется почти неприличной. Задираю голову вверх, заглядывая своему психологу прямо в глаза, - На нас все смотрят. Завтра они будут рассказывать, что я с тобой сплю. Подыграешь? - понимаю, что мое предложение звучит неприлично, но раз уж слухи все равно будут, почему бы не сделать их до неприличия правдоподобными? - Пожалуйста, - я смотрю на тебя умоляюще, а затем вкладываю свою руку в твою, давая почву для еще больших перешептываний за моей спиной.

Отредактировано Denivel Simon (2016-12-21 19:05:44)

+3

4

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#000000" face=Century Gothic">Blutengel - She tries</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/5f6d18c8-ca00-4ff8-ae70-877556725ac9/Blutengel_-_She%20Tries.mp3"> </object> </center>

She tries to feel her freedom and the beauty of the night
She tries to break the chains
and to realize that she only got this life
*
Я всегда лелеял мечту спасти хотя бы частичку, погрязшего вот тьме, мира. Безнадежные романтики вроде меня обречены на провал.Чем больше я испытывал необходимость изменить что-то в системе, тем меньше людей оставалось рядом. Я смотрел на хрупкое создание в коем уже начала активно проявляться та исконная женственность, что будет сводить мужчин с ума. Так или иначе Зигмунд Фрейд был прав: сексуальность оплот человеческих отношений. Я не был согласен с последним его мнением. Еще во время обучения в университете, спорил и доказывал, что все зависит от выбора человека, а не генетической наследственности или воспитания. Человек всегда делает сам выбор.
Но чем больше я жил, тем менее верил в это. Людям проще не думать, делать выбор. Человечество привыкло плыть по волне и выполнять приказы тех, кто сильнее их. Рабство вот чему люди подчиняются и радуются тому, что кто-то решил за них в какой позе трахаться и включать при этом свет, или нет. Я разочаровался в человечестве, питая лишь надежду на будущее поколение...

[float=left]http://funkyimg.com/i/2mcza.gif[/float]She's waiting much too long for a sign
She's tired and helpless and she's to weak to carry on
**

Она стояла рядом. Маленькая и хрупкая крошка. В ее глазах я не видел наивной детской мечты такой привычной для американских детишек. Они быстро взрослеют и меняют игрушечных пони на секс, косметику и свободу от родительских пут. Дени была так похожа на Райден, за исключением болезни.
- Выбор всегда есть, милая, - я никогда и никого не заставлял, за этот постулат и был ненавидим многими.
Вы всегда можете уйти, сделав свой выбор. Именно этому я учил людей. Из меня был хреновый психолог по среднестатистическим рамкам. Я не говорил им, что делать и как. Давал выбор, наталкивал на мысли, и если человек хотел спрыгнуть с крыши, у него так же был выбор, а не приказ свыше: не делай этого!
Никогда. Ничего. И. Ни у кого. Не. Просите.
Ее маленькая и хрупкая ручка коснулась моей с той нежностью, легкой стеснительностью на которую способны лишь подростки. Ей не хватало любви, внимания той мамаши, что трахалась и забывала о дочери. Отец - я окрестил того заведомо диванным созданием. Зачастую в семьях существует один доминант. Женщина или мужчина, не важно. Но другому всегда суждено уйти на второй план. Чем сильнее внутренний стержень одного, тем бесполезнее другой. Окинув беглым взглядом интимный жест крошки и улыбнувшись уголками губ, я аккуратно и нежно сжал маленькую ручку в своей.
- Люди всегда несут чушь. Так проще жить, крошка, - подлые и низкие поступки.
Человечество преуспело во лжи, лицемерии и уничтожении. А такие мизерные жесты, порой способны спасти маленькую душу, дав ей надежду на что-то более стоящее. Я подыграл мисс Мори. Согнулся почти пополам, чтобы обнять ребенка и оторвать малютку от земли. Она повисла на моей шее, словно мы были и правда любовниками. Не скрывали данной связи, абсолютно наплевав на законы. Беглым взглядом я оглядывал реакцию детишек, вычислял корень проблемы малютки Дени. То звено с чего все и началось. Дети, как никто другой подвержены насмешкам. Их так легко спровоцировать.
В их глазах я выглядел рок-звездой с кризисом среднего возраста и ледяным взглядом. Многие считали, что я как и другие фрики подвержен наркоте, но никому не следовало знать истины. Люди любят говорит о страданиях и не более. А я привык с этим разбираться сам. Слегка наклонив голову в сторону, я коснулся губами волос малютки. Это была не игра на публику, по просьбе самой Дени. Что-то взыграло внутри. Будь то аромат юного тела и ощущение невинности в окружении грязного мира или одиночество с коим я жил более тридцати пяти лет. Поцеловав подростка далеко не отцовским, целомудренным поцелуем, я отпустил малютку и приоткрыл дверцу машины со стороны пассажирского сидения.
- То что мы не поедем в бассейн, это однозначно, - садясь рядом, я сделал одну глупую вещь, над которой никогда ранее не задумывался.
Кофеин. Таблетки коими я иногда злоупотреблял. Они пробуждали мозговую активность, активизировали адреналин. Но в состоянии похмельного синдрома, я не видел другого выхода и сбивал варварским методом подобные состояния. Смотря в окно заднего вида, наблюдал за толпой жестоких подростков, чьи взгляды преследовали мою развалюху.
- Прости, конечно, машина у меня оставляет желать лучшего. Но для байка далеко не сезон, - покосившись в сторону юной девушки добавил, - как насчет заказать кофе и пончики с клиновым сиропом? Я, конечно, не знаю запрещает их тебе мама или нет. Но я чертовски люблю кленовый сироп.
Я далеко упустил из виду, что вез ребенка далеко не в сторону дома. В последнее время мне порой казалось, что я говорил такие важные вещи людям, хотя на самом деле только думал об этом. Метаморфозы в сознании, усталость. Половое воздержание. Я не испытывал сексуальной тяги уже долгий период. По большому счету виной тому была Райден. Однажды увидел ее в домашней одежде, слишком короткой и облегающей, я только тогда осознал, что малютка Фелисити не ребенок. Долгий период копался в причинах пробудившегося либидо на фоне подростковой незрелости. Меня не возбуждали более зрелые женщины. Воспаленный мозг будоражили девицы возраста племянницы или, к примеру, Дени. Как я не смотрел на дорогу и не задавал ей нелепые вопросы касательно школы, не мог вырвать из головы, то насколько крошка повзрослела и как преобразилась.
- Твоя мама сказала, что у тебя некие проблемы в школе, что-то случилось? - я отвлекал себя преднамеренно.
Свято верил, что преодолев барьер, навсегда избавлюсь от греховной тяги. Я нуждался в любовнице, во избежание кощунственного падения. Но еще более я хотел приложиться к горлышку Джека Дэниэлса и забыться после сеанса с Дени до самого утра, где смерть и сон станут одним целым.
- К сожалению, мой кабинет в клинике сейчас не в лучшем положении, а в доме наводить порядок дом-работница, - я лгал, хоть и только насчет последнего, - поэтому нам придется провести несколько часов в одном мотеле. Так что выбирай, чем бы ты хотела подкрепится, и мы обсудим все сплетни, что завели за твоей спиной.
Подмигнув крошке, я сделал неосознанный жест. Необъяснимый никем. Коснулся ее хрупкого колена, хоть и осекся вовремя.
———
* Она пытается познать свою свободу и прелесть ночи,
Пытается разорвать цепи
и осознать, что эта жизнь лишь ее.
** Она так долго ждала знака,
Устала и беспомощна, чтобы держаться...
(англ.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2016-12-20 19:10:39)

+2

5

Я смотрю на тебя из под длинных, ярко окрашенных в черный, опущенных ресниц, словно боюсь смотреть прямо и встречаться взглядом. Я смотрю на тебя и жду вердикта, который ты вынесешь. Согласишься сыграть по моим правилам? Поведешь себя так, чтобы вызвать доверие и сократить между нами дистанцию? Дашь мне шанс забыть о том, как мы расстались в предыдущий раз?
И я срываю куш. Ты идешь у меня на поводу, соглашаешься помочь мне. Я чувствую это раньше, чем ты начинаешь действовать, а потом твоя рука сжимает мою маленькую хрупкую ладонь и, черт возьми, от осознания, что я сейчас делаю огромную, но такую приятную глупость, у меня начинает кружиться голова. И именно в этот момент ты обнимаешь меня, легко отрывая от земли, будто бы я не вешу вообще абсолютно ничего. Мои руки сами инстинктивно обвивают твою шею и я легко смеюсь. Смеюсь не потому, что этого требуют обстоятельства, а потому, что мне неожиданно становится легче дышать, хотя спиной я так отчетливо чувствую сверлящие нас взгляды и разнообразный шепот.
Сплетни.
Сплетни.
Сплетни.
Приходится прикрыть глаза, потому что голова кружится от осознания. Ощущение того, что обо мне говорят, меня обсуждают взрывает мое сознание диким всплеском. Я сама удивляюсь своему поведению, потому что это так несвойственно, так не характерно для меня, но... Джейсон, почему рядом с тобой хочется совершать глупости? Творить что-то непоправимое, иррациональное и такое, от чего потом не избавиться так просто. Однажды ты уже подтолкнул меня к тому, что я должна быть самой собой, даже если ты пытался донести что-то другое. Однажды ты сверкнул на моем небосклоне, оставшись очень противоречивым воспоминанием. А сейчас я просто очень заинтересована, что принесет нам встреча на этот раз?
А еще я абсолютно не в курсе, почему мать решила, что мне снова нужен психолог. Я ведь старалась быть аккуратной и не вызывать у нее опасений и лишних подозрений. Я старалась как можно меньше с ней контактировать, ведь все равно она не считала, что создана для материнства. Честно говоря, это абсолютная правда. С ее стороны завести ребенка было не просто оплошностью. Это была катастрофа, сломавшая жизнь если не ей, то мне.
И за своими мыслями я не придаю значения твоему невесомому поцелую, в котором ты так легко и невесомо касаешься моих волос, что я с легкостью могла бы вообще пропустить обстоятельство поцелуя мимо. Но я не пропустила, а поставила его на ту полочку, на которой тебе уже стояла награда за отличный артистизм, ведь ты согласился помочь мне и сыграть роль кого-то очень близкого. Настолько близкого, что этот внешне целомудренный поцелуй был объясним и вообще не предвещал беды.
- Окей, я легко обойдусь без бассейна, - особенно учитывая, что моя мать сама дала на это добро. Особенно учитывая, что она не особо считает деньги, потраченные на меня, да и на что либо другое - тоже.
Я сажусь в машину Джейсона, легко соскальзываю на сидение и улыбаюсь во все тридцать два зуба, чувствуя себя неожиданно счастливой. Я же даже подумать не могла, что счастье может быть так близко! Я даже подумать не могла, что встречу поддержку в лице Джейсона Вествуда.
- Пончики? - я секунду раздумываю, игнорируя информацию о машине и твои извинения на этот счет. Мне плевать, ведь машина ездит, а ты выглядишь как долбанный рок-музыкант, а потому имеешь право ездить на такой или любой другой машине. В глазах этих идиотских подростков ты имеешь право на все. Даже иметь малолетку.
- Хорошо, я люблю поничики, - спокойно киваю и расслабляюсь. Возможно, что именно в этот момент я делаю фатальную в своей жизни ошибку, которая приведет к чертовски нежелательным последствиям и затяжной депрессии. Возможно,. я сделала ошибку еще раньше, в тот момент, когда повисла на шее профессора Вествуда, усыпляя в нем бдительность и пробуждая инстинкты.
- А ну...- я немного теряюсь, когда ты так скоро спрашиваешь меня о проблемах в школе, которые в последнее время и правда чертовски навалились на меня, пытаясь задавить своим грузом, - ты же их видел, - я как и прежде обращаюсь к тебе на ты, сознательно избегая этого идиотского "Вы", которое бы не позволило мне говорить все то, что я собираюсь произнести сейчас и в ближайшие пару часов, - они ненавидят всех, кто отличается от них хоть немного, кто не пляшет под общую дудку и отказывается следовать придуманным ими правилам, - я бессознательно морщусь и закатываю глаза, вспоминая тупые шуточки одноклассников и нелепые подкаты, - не хочу быть такой как они. Не хочу делать то, что по их мнению правильно. Я не буду дразнить слабых, отбирать и выкидывать их еду и говорить некрасивым девчонкам, что они уродливые жабы, - прикусываю губу и откидываю голову на спинку кресла так, что волосы, разметавшись по креслу, оголяют голую беззащитную тоненькую шейку, которую до этого скрывали.
- Хорошо, - я верю Вествуду, когда он приводит свои доводы на счет кабинета и дома. Я верю, потому что как глупый ребенок не жду подвоха от человека, которому меня доверила мать. С моей стороны это вдвойне глупо, потому что однажды я уже видела, каким неадекватным может быть Джейсон Шон Вествуд. Так почему я забываю об этом сейчас? Почему я не вспоминаю об этом даже тогда, когда чувствую прикосновение руки к своему колену. Мимолетное, словно неосознанное, оно заставляет вздрогнуть и опаляет кожу. Но я лишь легко трясу головой и отбрасываю подальше забрезжившие на грани сознания опасения.
- Ты вроде бы говорил о пончиках? Я не против. Но вообще можно заехать банально в мак и съесть пару гамбургеров. М? - случайно провожу языком по контуру своих пересохших губ и в то время, как смотрю на Вествуда, желая получить у него ответ и узнать, куда мы отправимся дальше.

+2

6

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#000000" face=Century Gothic">Oomph! - Dreh dich nicht um</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/8e0eebea-2b19-47a7-947e-69607b447989/oomph_dreh_dich_nicht_um_(NaitiMP3.ru).mp3"> </object> </center>

Крошка, славная и милая девочка, лишенная любви матери. Искаженные понятия сексуальной любви, родственных уз и дружбы. Удивительный возраст, но именно он не скрывает от человечества своего истинного отношения. Подростки ненавидят или любят. Они не лгут, не улыбаются лицемерно тем, кто держит за спиной нож. Наивность в самой ее чистой форме.
Изредка я поглядывал на белокурую головку и видел, как бутон медленно распускался на фоне извращенного мира, привыкшего к стоячим хуям, текущим вагинам и истошным воплям во время оргазма.
Отвратительная часть моей сущности никогда не разделяла понятия между подростками, зрелыми женщинами или детьми. Что-то было во мне и далеко не от Дьявола, скорее то исконное начало, данное природой любому индивидууму. Я не мог вспомнить, с каких пор в моем плеере играл немецкий индастриал. Малютка Дени включила звук, но вместо олдскула, немецкий сиплый голос воспел о страхе, страсти и разбитых стереотипах. Поведя удивленно бровью, я выкрутил неожиданно руль. Это была не моя музыка.
- Ничего не понимаю.
В моей голове вскипал мозг от изобилия той информации, которую я не мог собрать воедино. Пончики. Короткие шортики мисс Мори. Ее объятия и умопомрачительный аромат волос крошки. Долгое половое воздержание, за исключением онанизма и то ради снятия стресса. Сьюзен с ее никчемными попытками сделать минет, тогда, когда мне было на это срать. Юная племянница с торчащими сосками под облегающим топом, и ее чертов патлатый дружок, коему я бы с удовольствием прострелил яйца, будь на то возможность.
- Если хочешь, я выключу, - облизнув пересохшие губы, довольно нежно добавил, - хочешь в макдак. Я не против. Мне нравится десерты, которые они подают. А еще фри. Я чертовски люблю картофель фри.
Я знал. Ее мамаша была против таких мест, как и большинство американских дамочек. Мы запрещаем детям, лишаем их обычных человеческих удовольствий. Заковываем в рамки и ставим в угол за обычное любопытство. Поворачивая в сторону ближайшего макдака, я спросил крошку:
- Что бы ты хотела сделать из того, что тебе запрещали родители? - подмигнув ей, ухмыльнулся, - ты же знаешь. Профессиональный этикет. Я не скажу твоей матери ничего.

Komm…denn es ist schon so spät
Schau noch mal unters Bett
Knie dich hin zum gebet
*

Рядом с малышкой я начал забывать о раздвоении личности Райден. Я не думал о метаморфозах утра, напрочь выбив из головы то, что произошло со мной. Я не болен. Все дело в алкоголе. Но даже сейчас, ведя машину, я неосознанно достал флягу с виски и отхлебнув немного, уставился на дорогу. Мы стояли в очереди к тест-драйву макдака. В тянучке мы слушали биты из магнитолы, а я на удивление завел ту тему на которую вообще не следует говорить с подростками:
- Ты уникальна, Дени. Ты прекрасна именно тем, что отличаешься от них. Наплюй на мнение людей. Люди зачастую несут дерьмо и не имеют собственного мнения. Дело не в порнушке, которую ты смотришь или в том, что твоя мамаша трахается женщиной. Дело в тебе. Именно уникальность всегда пугает массу людей. Хочешь знать правду? - делая очередной глоток из фляги, я сипло продолжил, - я фрик. Я не гожусь ни в психологи, ни в отцы или друзья. Меня обходят стороной, бояться или просто хотят трахнуть из-за повышенной импульсивности и агрессивности в сексе. Но знаешь? Мне срать на общественное мнение. Я делаю то, что считаю нужным. Мне не нужно прятать свой хер в штаны только потому, что этого хочет общество. Страх - вот самое страшное, что мешает людям быть счастливым. Я не буду тебе рассказывать, какой ты должна быть. Ты сама выберешь правильный путь. И поверь, он будет твоим и только.
Наша очередь подошла, и мне все же пришлось спрятать флягу с виски, во избежание встречи с копами. Я не хотел очередной нелепой встречи с чифом, старым другом покойного брата. Опуская стекло, я опять погладил колено юного создания. Совершенно интимно и нежно, невесомо проводил пальцами по коленке, едва зацепив острием когтя нежную кожу:
- Заказывай, милая. Все, что пожелаешь. А мне просто двойной эспрессо без сахара.
Я не смог отпустить ее колено. То ли от нехватки нежности, а может просто исконное мужское начало не делит на возраст и статус. Какая-то невидимая часть моей души питала необузданные чувства с коими справляться было гораздо сложнее с каждым новым днем. Сегодня я не смог воспротивится, чтобы не коснутся девственного тела, даже просто ради некого аморфного удовольствия, ...ощущения того, что ты не один.
———
* Давай... так как уже так поздно
Посмотри ещё раз под кровать
И преклони колени в молитве
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2016-12-22 22:46:39)

+1

7

Лолита, свет моей жизни,  огонь моих чресел.  Грех  мой,  душа
моя.  Ло-ли-та:  кончик языка совершает путь в три шажка вниз по
небу, чтобы на третьем толкнуться о зубы. Ло. Ли. Та.

Музыка в машине успокаивает. Кажется, что она успокаивает нас обоих. Или мне просто хочется так думать? По не объяснимой причине находится рядом с тобой в этот раз не в тягость. И я не понимаю, что послужило причиной к такой метаморфозе. Возможно, что степень моего любопытства увеличилась с прошлого раза? Возможно, что мне просто чертовски интересно, чем закончатся наши сеансы на этот раз. Возможно, я просто довольна тем осознанием, что моя мать совершает чудовищную ошибку, когда доверяет меня такому человеку как Джейсон Шон Вествуд. Неужели она сама этого не видит? Неужели она настолько слепа и предает значение только вагинам, на которых помешана? Ведь я не могу сказать, будто бы ей абсолютно на меня плевать. Если бы ей было плевать, она бы не делала всех этих ничтожных попыток. Тем не менее, у нее не получается ни наладить отношения со мной, ни исправить меня. Очевидно, что у нее не получается вообще ничего, кроме как раздвигать ноги, получать и давать удовольствие. В такие моменты я думаю, что психолог нужен ей, а не мне. В такие моменты я думаю, что возможно сеансы Вествуда поставили бы ее мозга на место сильнее, чем мой.
Судя по обстановке в машине и словам профессора, мы таки направляемся в макдоналдс, чтобы купить что-нибудь из еду. Ну, типа, подрастающему поколению надо сытно питаться, чтобы правильно расти и все такое. На деле же, если бы моя мамаша узнала, чем мы собираемся питаться, то сожрала бы мне весь мозг на тему, что я должна была отказаться от этой гадкой еды или, на крайний случай, заказать салат. Но кто вообще заказывает в маке салат? Не я точно.
В мои мысли врывается монолог Джейсона и я прикрываю глаза, когда слушаю его. Четкая, агрессивная и одновременно такая завораживающая речь. Речь, свойственная человеку, который пытается вырваться из рамок системы. Речь, свойственная человеку, которому без разницы, что о нем думают другие. Речь человека, который провоцирует общественность. Речь человека, который хочет поставить на колени весь мир, а затем сделать ему горловой минет. Речь человека, который ставит свои желания выше общественной морали. Речь, которая безусловно цепляет подростка, потому что в этих словах звучит потрясающее "ты уникальна" вместо привычного "будь как все и не выебывайся".
Я хотела ответить тебе. Я хотела сказать что-то столь же дерзкое и цепляющее, что показало бы - я не разочарую тебя, Джейсон. Я хотела сказать то, что крутилось у меня на языке, что засело у меня в мозгах, что сжирало меня день ото дня. Но не успела.
Мне показалось, что наша очередь слишком быстро подошла. И когда я, облизнув пересохшие губы, собралась сделать заказ, то снова почувствовала, как моего колена касается чужая рука. Твоя рука. Холодная, тяжелая рука в абсолютно не свойственном ей легком, невесомом, но таком откровенном прикосновении. Обнаженное колено. Казалось бы, в этой части тела нет никакой интимности. Но разве не с острыми коленками люди всегда ассоциируют переходный возраст от ребенка к подростку, а затем и к взрослому? Разве не обнаженные девчачьи коленки служат маячком? Разве не их хотят целовать педофилы? Разве не за них они хватаются для того, чтобы развести в стороны стройные девчачьи ножки?
Я стараюсь абстрагироваться от прикосновения, хотя ощущение неправильности происходящего вклинивается в мой мозг жестким осознанием. Но я готова отодвигать от себя неизбежное осознание так далеко, как только смогу. Я готова пройтись по острию ножу, хотя уже чувствую в своей положении какой-то подвох. Возможно, что мне кружит голову осознание того, что я, кажется, нравлюсь. Нравлюсь мужчине, который, грубо говоря, в отцы мне годится.
- Картофель фри и чизбургер, пожалуйста. О, а еще молочный коктейль.
Все нимфетки пьют молочный коктейль, правда?
Если бы кто-то в эту секунду мне сказал, что я совершаю ошибку, я бы рассмеялась. Если бы кто-то в эту секунду намекнул мне, что я должна бежать сломя голову так далеко, как только могу, я бы лишь усмехнулась, уверенная в собственной правоте и в том, что мне нечего опасаться. В мире, в котором я живу, взрослые мужчины не причиняют вреда маленьким девочка.
Возможно, что мой мир слишком иллюзорный и далеко от реальности?
Мы проезжаем дальше, чтобы получить свой заказ. Я стараюсь удобнее устоится вместе со всей той едой, которую заказала. Как только в моих руках оказывается стаканчик с молочным коктейлем, я тянусь к нему и обхватываю губами трубочку. Неосознанно поворачиваю голову в сторону Вествуда и смотрю на него в тот момент, как делаю несколько глотков, а потом привычным движением языка облизываю свои губы. Медленно. Так, что это может свести с ума кого угодно. Только в моей голове нет таких мыслей. В моей голове это не выглядит как-то по особенному или пошло.
- Куда мы дальше?

+1

8

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#000000" face=Century Gothic">Blutengel - Am Abgrund</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/3d1933df-eb67-40f8-a08b-ade17048ef9f/Blutengel%20-%20Am%20Abgrund.mp3"> </object> </center>

Ein Sturm kommt auf
Wir stehen am Abgrund unserer Zeit
Wir schauen zurück auf das, was war
und sehen die Welt in Flammen untergehen
*
Я начал слишком много употреблять алкоголя в последнее время. Получив свой кофе, вместо того, чтобы его выпить, подлил в него виски из фляги. Столько времени изучая психологию поведения людей, за собой следил гораздо меньше, чем даже за этой малюткой, что сидела рядом. Сапожник без сапог, что называется. Я не раз слышал о том, как кардиологи умирали от сердечного приступа, а психиатры сами сходили с ума. Столько совпадений, а человечество не удосужилось даже сделать какие-то выводы.
Я не понимал  откуда в моей жизни взялась фляга с виски. А главным образом, как так умудрился проколоть подбородок и не помнил этого. А еще новый перстень-коготь в готическом стиле. Период готики я прошел еще, когда проходил практику в Германии и думал, что более не вернусь, но сейчас, ...этот чертов перстень царапнул коленку моей юной пациентки. Убирая резко руку и положив ее на руль, отчего-то испытал стыд перед Дени за свое далеко не профессиональное поведение. Хотя в прошлый раз, помнится я шагнул гораздо дальше, держа ее за горло. От одного воспоминания что-то дрогнуло внутри. Смесь приятного возбуждения и отвращения одновременно. Сейчас выезжая на трассу, ведущую за город в мотель, я хотел провести некий эксперимент и проверить учла ли урок малютка. По правде говоря, от моих сеансов было примерно столько же толку, как и от того, что я запирал Райден в комнате. У каждого свои монстры, катализаторы всех их бед. У Дени была мать, а у Райден - я.
Кидая мимолетные взгляды на девочку, в моей голове проносился целый вихрь мыслей. Она напоминала Лолиту, повзрослевшую столь несвоевременно и быстро. Меня пугала акселерация юного поколения, но и пробуждала внутри глубокий интерес. Где-то в области паховой зоны. Любой мужчина, даже если и не скажет вслух, но обязательно представит в своей постели юное создание, ибо чем старше мы становимся и испытываем больше сексуальных утех, тем более нуждаемся в чем-то новом. Постулаты Маркиза де Сада, как нельзя лучше, раскрыли истинные язвы на тле общества.
- Ты всегда так пьешь коктейли? - нервно сглотнув, я чуть не свернул на встречную полосу, смотря на девочку.
Ее поведение было далеко не детским. Так как она облизывала губки, говорило о том, что одна сучка в жизни малютки научила ребенка немного не тому, чему должна учить мать. А впрочем, что было правильным или нет?! Я начал путать праведность с искаженными, выдуманными постулатами пуританского общества. В последнее время что-то происходило в моем сознании, но я не мог уловить что конкретно.
- Сделай так еще. Мне нравится, как ты облизываешь губки, - по правде говоря, какая-то часть меня резко представила, как малютка делает мне минет.
Резко затормозив перед светофором, я прогонял прочь саму мысль, ибо она всегда зарождает семя действия. Я боялся больше того, что откровенное поведение малютки заведет ее в пучину и однажды какой-нибудь ублюдок использует эту слабость. В тот момент, когда зажигался желтый свет на табло, моя интуиция впервые подсказала, что я делаю катастрофическую ошибку, но она была необходима.
- Мы едем в один отель. Надеюсь он не покажется тебе дырой. Представишь, что это мой кабинет. Ну или включишь TV, и мы поговорим о чем ты пожелаешь. Скажем так, я даю тебе карт-бланш. Любая тема которую ты заведешь, будет мною принята. Обещаю.
Я хотел понять суть ее мыслей, чтобы извлечь из этого возможный урок, ...и в первую очередь, для ее же матери. Кажется, в скором времени я встречусь с миссис Мори и далеко не для того, чтобы выпить чашку кофе да раскрыть тайны малютки Дени. У меня есть много вопросов, точнее впервые в жизни мне захотелось поднять руку на женщину и отвесить ей оплеуху, ибо вся проблема девочки крылась в распущенности собственной матери. Смотря на нее, она повторяла ту же ошибку. Я боялся, что это зайдет еще дальше.
Сбавляя скорость, мы подъезжали к мотелю. Я видел его впервые в своей жизни, но знал, что здесь не зададут лишнего вопроса. А какой идиот поверит, что маленькая Лолита и большой фрик далеко не любовники. Я бы не поверил. Имея в голове четкий план нескольких экспериментов, я открыл дверцу машины со стороны малютки и подал ей руку. Первая часть была запущена...
Положив руку на ее хрупкое плечико и ведя вперед, шепнул:
- Подумай на какую тему ты хочешь поговорить больше всего. Все, что угодно, - понизив тон, искоса наблюдал за реакцией подростка, - любое твое желание мы обсудим, и твоя мать никогда об этом не узнает.
Но если малютка попросит подержать ее опять за горло, что тогда, доктор Вествуд? Что будет, если я уже рассмотрел в этом юном, еще не до конца сложившемся теле женщину? Мысль можно гнать постоянно, но некоторые из них имеют свойство возвращаться. А то что Дени начала возбуждать мужское либидо было ясно, как день божий.
Под любопытными взорами горничных я вел подростка в наш номер, ощущая спиной то, к чему привык. Я всегда был фриком в обществе. И даже моя сильная любовь к миру не изменила ничего. Горбун из Нотр Дама остался им. Я стал Франкенштейном, удерживающим рядом с собой ребенка и открывая при этом ключом дверь номера для семейных пар. Пропуская ее вперед, обернулся и смотрел на то, как горничные резко обрывали свои взгляды, возвращаясь к привычному делу. Мир не изменился, и мне было его искренне жаль.
———
* Надвигается буря,
Мы стоим на краю пропасти нашего времени,
Оглядываемся назад на то, что прошло,
и видим, как мир погибает в огнях.
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2016-12-27 01:16:39)

+1

9

«Беги!» - брезжит мысль на грани сознания, но я не обращаю внимания на этот природный зов, на инстинкт самосохранения.
«Беги!» - снова раздается в моей голове, но я настолько не чутко отношусь сейчас к выпадам собственного разума, что игнорирую вполне разумный призыв, через который подсознание пытается донести мне информацию – ты в опасности.
Ловушка захлопнулась.
Но я сижу на переднем пассажирском сидении рядом с Джейсоном Вествудом и отчего-то не чувствую опасности. Не чувствую даже настороженности. Игнорирую призывы разума настолько, насколько это вообще возможно. Я сижу расслабленно, без напряжения, без ложного шарма и не пытаясь создать иллюзию взрослой девочки, как обычно делаю это в школе или рядом с подругами. Сейчас я не пытаюсь казаться настоящей, я и есть настоящая. Откровенная, искренняя, немного смущающая, наивная и не понимающая эротизма своего поведения, потому что оно и есть я.
- Всегда, – спокойно отвечаю и перевожу взгляд в окно. Я не вижу в твоем вопросе скрытого подтекста или мотива. Откуда мне знать, может быть ты проводишь какие-то исследования на тему изучения характера подростков в зависимости оттого, как они пьют молочные коктейли. Нет? Ну тогда ты просто любопытный. Наверное.
От следующей твоей просьбы я едва не подавилась тем самым молочным коктейлем и тут уж даже мне пришлось признать, что в этом есть что-то… что-то такое, что может нравится только взрослым мужчинам. Я не могла уловить грань, ведь сама являюсь всего лишь подростком, а значит, по большому счету, все еще ребенком. Я не слишком понимаю какой от этого толк, но просьба выглядит безопасно и потому я повторяю все те действия, что совершала парой минутой раньше. А затем решаю, что этого достаточно и принимаюсь поглощать картофель фри, который всегда любила и который мамаша не разрешает мне есть не потому, что это вредно, а потому, что боится, будто бы я располнею. Нелепые опасения помешанных на внешности мамочек делают из таких как я невесть что. Нелепые опасения помешанных мамочек мешают наслаждаться жизнью и учат считать калории вместо того, чтобы как другие подростки есть все то, что вкусно.
Я киваю, когда ты говоришь про отель. Киваю, а в голове опять позорно брезжит то самое «беги». В голове крутится «позвони Франческе, она заберет тебя, и ты больше никогда не вспомнишь об этом и не вернешься к Джейсону». Но я почему-то, увлеченная тем, что мной очарован взрослый мужчина, веду себя абсолютно безрассудно. Я подвергаю саму себя опасности, еще до конца не осознавая всего этого, ведь стандартные установки «никогда не ходи с незнакомыми мужчинами» тут не действуют – мы знакомы. Общество навязывает стереотипы и отбирает у нас возможность думать собственными мозгами, производить анализ. Или просто Джейсон Вествуд действует на меня магнетически? Так, что мне хочется пройти дальше и узнать, что произойдет.
Ты опасная девочка, Денивел Мори.
Моя опасность в моей красоте. Она оборачивается проклятьем не только для остальных людей, но и для тебя самой. Кто там говорил, что быть хорошенькой одно сплошное удовольствие? Так вот, этот человек просто не знал, о чем говорил.
Когда мы подъезжаем и машина останавливается, то ты так галантно, словно пытаясь усыпить мою бдительность, открываешь дверь, чтобы подать мне руку и помочь выйти. Жест, который каждый раз совершает Франческа, когда мы едем куда-то вдвоем, окончательно сбивает меня с толку и ставит на Джейсоне Вествуде клеймо «безопасный». Поспешные решения так характерны для маленьких девочек, что потом они не видят даже очевидного, уверенные в своей собственной правоте.Точно так же я не вижу и не слышу косых взглядов, странных перешептываний и всего остального. Я не задаюсь вопросом, почему мы не поехали в парк или не поговорили в машине. Меня не удивляет, что для сеанса со мной ты выбрал мотель. Я должна была что-то заподозрить.
Но я не заподозрила ничего даже в тот момент, когда вошла в номер, который ты закрыл за нами. Я даже не обратила на этот жест никакого внимания. Просто начала оглядываться по сторонам, прикидывая, что мебель тут хоть и выглядит старенькой и поношенной, на все вполне чисто и опрятно. Для себя я выбираю старое продавленное кресло около окна, из которого дневной яркий свет льется на паркет номера. Я сразу отмечаю, что в номере нет ковров, и это немного удивляет. С другой стороны от того помещение выглядит более уютным что ли. Мне почему-то хочется снять кеды и посидеть в кресле, забравшись в него с ногами. А потом можно пройтись по паркету, чувствуя под ногами то, как он приятно нагрелся в том месте, где его нагрело солнце.Я скидываю кеды с маленьких ножек, и они остаются валяться около кресла, которое я тут же окрестила своим. Я ждала, куда приземлится Джейсон. Я ждала, потому что по необъяснимой причине это было важно.
- В каком возрасте, по-твоему, формируется сексуальная ориентация? Из чего, как ты думаешь, она складывается? Врожденная? Приобретенная? – я говорила медленно, взвешивая слова и я готова была ждать мнения Вествуда. Не то чтобы это что-то меняло. Нет. Я просто хотела знать чужое мнение.

+1

10

Малютка Дени выбрала именно то место о котором я предполагал, едва окинув взглядом комнату. Она тянулась к свету и чего-то боялась одновременно. Подросток со мной не был замкнут, как большинство, коих притаскивали ко мне на сеансы. При всем своем виде, некоторым я далеко не внушал доверия. Но по большому счету именно в этом периоде молодежь менее всего настроена на контакт с кем бы ни было из взрослых. Они редко доверяют свои тайны нам, опасаясь быть непонятыми, или еще хуже того - отвергнутыми. Я сам был таким. Только в моей жизни существовал брат Сэмюэль, а в последствии - мой ментор и личный психолог. Мне не повезло с отцом и братом, но жизнь все же дала худощавому, бледному подростку надежду. Возможно, не будь рядом тех людей тот я из далекого прошлого - слабый и одинокий, повесился бы, как моя прародительница Фелисити.
Обведя беглым взглядом комнату, я увидел стул в противоположном от окна углу. Взяв его за спинку и перетащив к девочке ближе, я сел на него, как на коня. Упирался локтями о спинку, точь-в-точь напротив малютки. Мои руки были раскрыты для нее. Жесты и мимика, порой, говорят гораздо громче, нежели любые слова. Мы сидели друг напротив друга на том расстоянии, что ни она, ни я при всем желании не могли даже прикоснутся друг к другу. Как бы мне не хотелось большего, и какие безумные мысли не порождало мужское воображение - я продолжал отсекать на корню любые порывы. Но так же и знал, что в какой-то момент часть моего личного эксперимента потребует абсолютно противоположной реакции. Нестандартный подход, не более того. Но за такое меня могли не только лишить права работать, и я надеялся, что к моменту следующей части своих тестов, уцеплюсь за нужную ниточку, во избежание недоразумений и, главным образом, катастрофических ошибок.
- Ориентация? - да, подростки часто задавали подобные вопросы, для меня это было далеко не новостью, - довольно противоречивый вопрос. Многие психиатры, психоаналитики и прочие мне подобные специалисты будут тебе говорить абсолютно противоположные вещи, считая их истиной. Одни начнут цитировать Фрейда, другие - Юнга.
Поведя головой и закатывая рукава рубашки до локтей, я приоткрыл часть своих татуировок, как полное доверие перед этой девочкой. Мало кто из специалистов подобных мне, набивали тату на всю грудь или, черт возьми, прокалывали подбородок и уши.
Я долго наблюдал за ней. Рассматривал хрупкие и маленькие ножки, которые она подогнула под попу. Любимое положение всех подростков. Я не винил их. Им не понять нашего столь жестоко обращения с ними, но уж мы то должны понимать детей, ведь когда-то ими сами были. А они - нами еще не стали.
- Я считаю, что существует исключительно одна сексуальная ориентация - она либо есть, либо ее нет. Сексуальность зарождается у каждого по разному. Это нормальный ход вещей, - пожал плечами, вспоминая себя самого, - гораздо хуже, когда человек НЕ интересуется ни одним из полов. На мой взгляд такие люди либо являются маньяками, ...а впрочем, больными так точно.
Я не успокаивал ее, хотя и это тоже. Моя божественная миссия - сломать систему глупых нравов и научить людей любить и принимать себя такими, какие мы есть. Слегка подавшись вперед, я проговорил тише, рассказывал ей свой самый страшный секрет:
- Хочешь знать когда зародилась моя сексуальность? - улыбнувшись уголками губ, сцепил пальцы в замок на спинке стула и продолжил, - мне было четырнадцать, когда я лишился невинности в исповедальной кабинке вовремя мессы. Я видел ту женщину в первый и последний раз, но запомнил на всю жизнь, ибо после нее передумал принимать целибат и становится священником.
Пытаясь вспомнить свою первую, мне начало казаться, что она была какой-то эфемерной в моей жизни. Словно она никогда ранее не существовала. Ни имени, ни адреса. Я не знал о ней ничего, не считая того, что она мило картавила и годилась мне в матери. У нее была очень маленькая грудь, длинные ресницы и пухлые губы. Это все что я запомнил, не считая целого вороха эмоций, которые испытал впервые в жизни.
- Ты не можешь об этом поговорить с матерью, так ведь? - все так же смотря в сторону окна, я продолжил, - тебе нравятся девочки? Или какой-то мудак тебя просто обидел?
Пододвинув стул ближе к крошке, я смотрел на нее в упор, ибо суть нашей беседы начала переходить некую грань. Мы двигались по тонкому льду, от которого зависело провалится малютка под него в леденящую воду или нет.  То что я ушел с головой под лед было ясно и так. Отхлебнув виски, я держал флягу в руке, и слегка оправдывающимся голосом добавил:
- Я надеюсь, ты не скажешь никому, что я, - указывая на флягу, повел плечом.
Чем больше я на нее смотрел, тем сильнее желал задать некие вопросы, которые, ...к слову, на Райден вот вообще не подействовали. Время прошло и многое изменилось. Но насколько сильно извращенный ум матери малютки подействовал на саму Дени? Они так хорошо впитывают всё, что делают взрослые. Слегка прищурившись и сделав еще один глоток обжигающего напитка, я облизнул губы и спросил:
- У тебя были интимные связи с кем-либо?
Это было начало второго этапа. Точнее его переходный период, ибо в момент вопроса я целенаправленно коснулся опять ее колена и сжал его совершенно не как родитель. Мне была интересна ее реакция. Насколько юная Лолита повзрослела. Что-то иное во мне, инородное подтолкнуло пододвинуть стул еще ближе и при этом погладить ее  хрупкую ножку.
- Ты можешь сказать мне всё, она никогда об этом не узнает, - пронзая ее взглядом, я дал понять крошке насколько серьезно отношусь к тайнам.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-07 06:02:33)

+1

11

Я смотрю на открывшиеся мне татуировки Джейсона, которые он демонстрирует будто бы сознательно, специально, пытаясь увлечь меня замысловатыми рисунками на своих руках, сокращая между нами расстояние, втираясь в доверие. И я смотрю. Я смотрю увлеченно, заинтересованно, с детской непосредственностью и любопытством. И мне приходится повторять себе, что я не должна прикасаться к чужому взрослому мужчине, потому что меня посещает желание провести подушечкой указательного пальца по рельефу татуировок на руках Джейсона Вествуда. Мне интересно, смогу ли я почувствовать границу между татуированной кожей и обычной? Получится ли без помощи глаз понять, где кончился рисунок на теле?
Но я одергиваю себя, потому что где-то на краю сознания еще плещутся мамины слова о том, что нельзя прикасаться ко взрослым мужчинам. Где-то на краю сознанию плещутся обрывки документальных фильмов про маньяков. И мне подсознательно становится не очень комфортно, особенно когда я осознаю где мы находимся.
Упс.
От тяжелых мыслей о том, что, кажется, я попала не в очень хорошее положение меня сбивают слова Вествуда о сексуальности. И мне интересно. Я абстрагируюсь от внутренних ощущений и превращаюсь в слух. Я вникаю в информацию, которую он вываливает на меня, пропускаю ее через себя, впитываю, словно губка. Мне интересно каждое слово, потому что как бы не выглядел Джейсон Вествуд, я знаю, что он умный и начитанный человек. Остальные его грани меня не касаются. Меня не касается его грехопадение и все остальное, если оно конечно есть. Меня не касается даже то, плохой или хороший он человек.
- Хочу, - я старательно киваю головой и тут же слышу слова "мне было четырнадцать". И это самое лучшее, что я слышала от взрослого. Самое потрясающее признание перед подростком. Мне пятнадцать и я понятия не имею, можно ли считать то, что у меня было, первым сексом. В классическом понимании это слова - нет. Скорее это прелюдия. Петтинг. Мастурбация. Не секс. Наверное. А потому меня несколько поражает рассказ Джейсона. Нет, дело не в том, что ему было четырнадцать. Дело в том, что четырнадцать ему было, наверное, добрых пятнадцать лет назад. Ну, приблизительно, конечно. И не надо быть гением, чтобы осознать - было другое время. Было другое время, а он умудрился трахаться в церкви. Даже сейчас за такое можно стать самым безбашенным и крутым парнем в школе. Интересно, как обстояли дела тогда?
- Меня никто не обижал, - я по-прежнему мало смотрю в глаза Джейсону, заинтересованная узорами на его руках, которые мне хочется осязать. Чувствовать. Если их вообще можно почувствовать. Потому что, скорее всего, вязь татуировок на коже невозможно ощутить с закрытыми глазами. Татуировки деликатны, это не шрамы.
- Но ты прав, - секундное молчание перед откровенным признанием, хоть я и стараюсь держать свою ориентацию в секрете от других подростков. Не думаю, что они способны понять меня, - мне нравятся девушки, - с этими словами я вскидываю взгляд на Джейсона, готовая к продолжению. Если понадобится, я даже могу начать защищать свою позицию. Но, кажется, в этом нет необходимости.
- Не скажу, - я безразлично пожимаю плечами. Взрослые пьют.  Это не новость. Некоторые взрослые пьют много. Да что уж там, даже некоторые подростки пьют много. Я не вхожу в их число, но под чутким руководством Франчески могу попробовать что-нибудь спиртное, если это покажется мне достаточно интересным. Ну или если она намекнет, что это вкусно.
- Интимные связи... - вторю я Джейсону вслух полушепотом и прикрываю глаза на последнем слоге,- что ты имеешь ввиду, Джейсон? - я открываю глаза, а потому натыкаюсь на прямой взгляд Вествуда, в котором больше не вижу профессора, а вижу мужчину. Мои мысли подтверждаются в тот момент, когда его рука сжимает мое колено так, что я вскрикиваю от неожиданности и жесткой хватки. Это не больно, но порочно. И я знаю, что сдави он пальцы чуть сильнее, я закричу уже от боли.
- Половой акт с проникновением? Этого не было, - я качаю головой в подтверждение своих слов и думаю о том, что я все еще девственна, - Петтинг. Мастурбация. Это было. Тебе же не надо объяснять, да? - я снова неосознанно облизываю губы, чем совершаю очередную ошибку, но говорят о таких вещах не волнуясь выше моих сил, черт возьми!
- В смысле, ну... я делала это не одна. И испытывала оргазм, - упс, это признание было лишним? - но по факту я все еще девственница. Не хочу торопиться, - слышу, как в комнате размеренно стучат часы, когда мы оба замолкаем. Молчание кажется мне неловким, а потому я совершаю еще одну ошибку - подаюсь вперед и провожу указательным пальцем по руке Джейсона, обводя контур татуировки. Как я и думала - его невозможно прочувствовать, только просмотреть.

+1

12

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#000000" face=Century Gothic">Nachtmahr – Sklave</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/3d07553c-22af-41b8-9818-ba42f3f7fa2a/Nachtmahr%20-%20Sklave.mp3"> </object> </center>

Inhaliere meine Liebe,
werde wer ich will.
Ein Spielzeug meiner Triebe,
das tut was ich will.
*
Падре, где же ты так накосячил то в жизни, а?
Что ты несешь, гнилая половина? Взгляни на поросенка, ты напугал его. А страх я всегда чую. Ты, как долбанная мамаша милосердия, томился под любопытством маленькой лесбиянки. Засунь она руки тебе в штаны и небось забыл бы на кой хрен ее сюда привез. Я вынужден делить существование с тем, кто настолько сильно помешался на подростках, что в пору было перестроить под "пряничный домик" свое убежище! Но чем больше ты пил, тем менее чувствовал реальность. Ты никогда не видел меня, и даже не догадывался на что бывал способен после добротной доли алкоголя. В последнее время мне нравилась твоя жизнь. А сегодня я опять встретился с розовым поросеночком. Ты не дал нам договорить в прошлый раз, и я хочу узнать, как малютка живет сейчас!?
Мне было плевать, что ты пообещал ее мамаше рассказать все. Из нас двоих ты умудрялся всегда сдавать тайную часть информации без зазрения совести. И где только этому нахватался? Вы сидели друг напротив друга, но с каждой каплей алкалоидов ты становился ближе, во всех смыслах этого слова. Твои гребанные эксперименты над доверием людей. Я хотел свернуть тонкую шейку или трахнуть ее мамашу? По правде говоря, когда я открыл глаза не мог выбрать, что лучше.
- Спасибо за твою откровенность, детка! - о да, свиноматка будет счастлива услышать правду о своей дочери!
Маленькие пальчики коснулись моей гордости. Надо же. Сначала я слегка наклонил голову вбок, наблюдая за маленькой паршивкой. Прищурившись и убрав нахрен твое дебильное выражение с лица, я играл штангой во рту. Все-таки хорошо иметь под рукой собственных мастеров. Ты нажираешься, а я потом глядишь еще соски проколю или на члене что-нибудь набью. Чем больше ты морально уничтожал нас, тем сильнее мы стали походить на Франкенштейна.
- Что-то не так, Дени? - например, всё.
Сколько может быть откровения в таком маленьком тельце? Пока малютка скребла коготками по нашей коже, я улавливал твои слабые порывы, падре. Ты ныл и крестился. Ничего нового, всё как обычно. Я даже не прервал её. Да мне нравилось, что нами может восхищаться хоть кто-нибудь. Но в какой-то момент твоя гнилая часть души прониклась ситуацией и лишь наполовину. Падре, иди нахрен! Ты пьян. Но нет. Именно под твоим дебильным контролем наша рука легла поверх ее, и мы пожали плечами:
- Расскажешь подробнее? - чтобы тебе было что поведать ее мамаше.
Ты был настолько мелочен и жалок, что даже к этой девочке относился по-скотски. Прикусив металл шарика, я избавлялся от твоих тупых замашек и сжал ее руку слишком сильно. Ты никогда не пойдешь на то, что способен я. Все очень просто, святоша. Вот есть Дени. Маленькая сучка с кучей проблем. Одна из них, кстати, ты сам. Так вот. Есть Дени. Она балуется с другими девочками, ласкает себя и в общем то на этом заканчиваются мелкие грешки. Но нет! Вы возвысили сексуальную жизнь подростка до уровня Содомы и Гоморры!
А вот в этом я помогу вам. Возможно, придет время, доктор Вествуд, когда ты скажешь мне спасибо. За девчонку не ручаюсь, мне на нее плевать.
Выпятив нижнюю губу и слегка прищурившись, я наклонился вперед к твоей пациентке. Смотрел на нее глазами-хамелеонами с желтеющей радужкой. Только не знал, чего хочу больше: схватить ее за глотку или дать оплеуху? О! Это ведь были твои скрытые желания, не так ли? Так вот мораль этой истории была только одна: чем больше люди забивают в себе истинное лицо, тем отчетливее монстры, вроде меня, проступают наружу. Когда наши глаза встретились на несколько секунд, я действительно отвесил звонкую оплеуху поросенку. Не потому, что она лесбиянка. Нет, к ним я питал особую страсть. Ты этого хотел. И ты же поднял наше тело с сидения, не ради того, чтобы извинится.
Вцепившись пальцами в хрупкое плечико, и вдавив малютку в кресло, зажал ей рот рукой. Сквозь твой вихрь эмоций, я отчетливо услышал твои слова:
- Ты издеваешься надо мной, твою мать? - падре, она просто ласкала себя на досуге, а ты уже включил паранойю!
Обхватив лицо крошки, уперся ладонью в ее глотку. Да ты озверел на глазах. Но мне нравилось это. Не смог простить ни одной женщине, которая предпочла другую, а не тебя. Эгоизм нашей сущности был настолько велик, что даже подросток вызывал в тебе сначала благоговейное чувство, потом агрессию и наконец пренебрежение или отвращение. Когда я почувствовал подушечками пальцев ее мягкую кожу, ты уже не смог остановится. Схватив ребенка за руку и потянув на себя, ты перекрывал медленно поступление кислорода к легким. Глазки, милые глазки. Сколько живого в них страха и любопытства одновременно. Падре, она не все тебе рассказала...
- Не смей мне лгать, я не твоя истеричная сучка-мать.
Оттолкнув от себя крошку и упираясь руками в подлокотники, мы цокнули языком. Что еще она тебе не сказала, что утаила? Может ей нравится боль, падре? Тогда я помогу и ей. Например, ты уже начал выкручивать ее запястия. Провокация, доктор Вествуд. Она провоцировала тебя тогда и сейчас. А потом ее мать начнет трахать твой мозг. Я бы разозлился! А впрочем именно это ты и сделал, подняв Дени с кресла и отвесив еще одну звонкую оплеуху. А вот как получилось так, что ребенок уже оказался на полу, ...без сознания?
———
* Вдыхай мою любовь,
стань тем, кем я хочу.
Игрушка моих инстинктов,
делай то, что я хочу.
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-07 13:28:30)

+1

13

Я не уверена, что готова сказать тебе что-то большее, чем уже сказала, Джейсон, потому что... потому что ты стал другим. Я улавливаю колебания воздуха, частоту твоего дыхания, ведь мы сидим достаточно близко, чтобы это можно было уловить. Я улавливаю даже то, что вообще сложно осязать - просто у меня зарождается предчувствие. Нехорошее. Мерзкое. Отвратительное. Предчувствие охватывает мое тело скользкими лапами, обхватывает склизкими щупальцами, когда я смотрю в твои глаза. Я смотрю в твои глаза и они уже не кажется такими спокойными, а запах спиртного таким уж безобидным. Все это выглядит... совсем иначе, чем всего несколько минут назад. Совсем иначе чем тогда, когда ты самозабвенно обнимал меня на школьной стоянке, играя со мной безумную парочку, любовь рок-музыканта и малолетней Лолиты. Если бы наша история любви существовала, она могла бы стать хитом, Джейсон! Но ее нет. Так же как больше нет созданной нами самими иллюзии. Сейчас мне кажется, что ты начинаешь излучать опасность, она исходит от тебя волнами и растворяется жидким страхом в моих венах.
И я молчу, придавленная своими неожиданными эмоциями и тем, что, кажется, снова в тебе ошиблась. Люди не меняются. Мне надо было бежать с самого начала. Мне надо было бежать, когда я увидела тебя на парковке около школы. Мне надо было выскочить из машины, когда ты положил руку на мое колено. Надо было! Но мне казалось, что это часть игры. Мне казалось, что это чертовски интересно и увлекательно. Мне казалось, что я смогу прожить хотя бы еще один особенный день в своей жизни. А теперь я просто физически ощущаю, что налажала.
Тебя будто подменили. И когда наши глаза встречаются, я вздрагиваю от неожиданности. Не могу понять, какую из эмоций я вижу. Презрение? Похоть? Раздражение? Или все вместе, стянутое в один тугой узел, присыпанное побочными ингредиентами? Иногда мне кажется, что ты сам не знаешь, что чувствуешь. Будто не можешь выбрать одну эмоцию из нескольких и потому они мелькают в твоих глазах по очереди, пока одна из них не решит, что править бал сегодня будет она. На секунду это выбивает меня из колеи, и я не могу оторвать взгляда от твоих глаз.
Зря.
Абсолютно, совершенно зря! Щеку обжигает пощечина, голова по инерции склоняется на бок, а я от шока даже вскрикнуть забываю. Только ощущаю, как алая роза распускается на моей щеке, а кожа горит.
Стыд.
Непонятно почему, но я испытываю именно его. Видимо в этом вся сущность пощечины - не важно, за что ты ее получил, все равно будет стыдно. А еще страх внутри меня становится только сильнее, явственнее. Он грозится разрастись и стать огромным, необъятным. Так и случилось, когда ты поднялся, монументально возвышаясь надо мной, внушая не просто страх, а уже почти ужас. Я инстинктивно прижала руку к щеке, но тут же опустила ее, когда твоя рука впилась в мое плечо.
Больно.
Я хотела сказать об этом, а возможно даже закричать, мысленно думая о том, что неплохо было бы делать ноги, но ощутила, как вторая твоя рука зажимает мне рот, вдавливая меня в кресло. Сердце в груди зашлось раненной птичкой, которой я трепыхалась в твоих крупных сильных руках. На твои слова отрицательно закачала головой, хотя едва ли это было похоже на отрицание, учитывая тот факт, как безбожно твоя рука закрывала мне рот и вжимала в кресло.
Я старалась дышать носом и воздуха даже хватало, но я все равно задыхалась. Задыхалась от эмоций, а не от недостатка кислорода, Джейсон. Только тебе показалось этого мало, правда? Чертовски мало. Ты видишь перед собой невинность и беззащитность, а потому звереешь на глазах, желая стереть все это навсегда - поставить метку.
Успеваю кротко вскрикнуть, когда ты дергаешь меня за руку. Я даже не понимаю что происходит, а только потом осознаю, что теперь ты по-настоящему лишаешь меня способности дышать, заставляя брыкаться в твоих руках от ужаса ситуации. Паника ударяет в сознании, но вместо того, чтобы пытаться бороться дальше, я почему-то замираю. Капитулирую почти без боя.
Если это станет моим последним приключением, Джейсон, то знай, оно было интересным.
Умение дышать возвращается так же резко, как мной была осознана невозможность осуществлять это простое действие. Кислород ударяет в мозг и кружит голову так, что я снова оседаю на кресле, прикрывая глаза.
- Я не... - ты не даешь мне договорить, вместо этого я получаю еще одну пощечину. Да такую, что голова кружится только сильнее. Начинаю хватать ртом воздух, как рыбка, выброшенная на берег. Мне кажется, что если я подымусь с кресла, то мне станет легче. Мне кажется, что я смогу это сделать в период твоего секундного замешательства, но стоит мне подняться на ноги, как я осознаю, что картинка смазывается, теряет очертания, раздваивается.
Я падаю на пол, ударяясь при этом головой, когда сознание окончательно ускальзывает от меня, позволяя погрузится в спасительную тьму и безболезненной не знание.

+1

14

... Именно стремление к власти является
наиболее характерной формой проявления садизма.
*
———

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#000000" face=Century Gothic">Eisbrecher – Noch zu retten</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/deb965c6-6bac-4638-b631-4d2ac11afa6c/Eisbrecher%20-%20Noch%20Zu%20Retten.mp3"> </object> </center>

Wer weiß, was von uns bleibt
Und wohin es uns treibt?
Ist es richtig?
Ist es wichtig?
**
В состоянии Вертиго ты пялился на подростка несколько секунд. Стихла канонада, пульсирующая в груди. Как жаль, что мы вынуждены делить одно сердце. Я отдал бы все на свете, лишь не слышать твое унылое скуление. Я стоял и с презрением смотрел вниз, ...смотрел на жалкий кусок личности. Ты кинулся к малютке и припал к ней, как дрянная свиноматка. Поднимая Дени и прижимая к груди, рыдал над ее тельцем и всё восклицал:
- Oh, mein Gott! - смотря на свою руку, я ощущал отвратительную дрожь.
Мне в пору было дать вам обоим пинка, да такого, чтобы никогда больше не встали. Тупиковая ветвь развития. Вы обнищали настолько, что причиняли боль слабым и рвались сразу же замаливать свои долбанные грехи перед ликом выдуманного Бога. Давай!
Но ты не велся. Ты целовал ее прохладный лоб, и я чувствовал собственными губами прикосновение к юной коже. Я перебирал вместе с тобой ее волосы и поднимал с пола. Громко рассмеявшись, я смотрел на то, как ты укладывал девчонку на кровать. Носился с ней и опять блеял на языке предка спасительные речи. Жаль, что ты был настолько слеп, падре, что не смог даже увидеть истину. Она всегда лежит на поверхности. Я прислонился лбом к ее головке и скалился, пока ты пытался привести ребенка в себя. Ты был напуган, но правда, ...не я ее бил. Ты не мог контролировать собственные порывы, срывался и бум!
Прикрыв глаза, я слушал твои сопливые извинения и дико хохотал. Признайся, тебе понравилось. Мы оба почувствовали примерно те же эмоции, что и несколько дней назад, когда давали затрещину Райден. Правда потом ты ныл у ее кровати и целовал плоский живот племянницы, не сумев совладать с собственными страстями. Ты настолько жалок, что умел брать лишь силой!
- Дени, - и я вторил следом за тобой.
Наш голос менялся. Он играл и скакал от жалости к презрению. Ты встряхивал малютку, а я проносился нервными импульсами по телу. Я и есть твой загнанный страх быть отвергнутым, жалким и одиноким. Я твой персональный агнст, доктор Вествуд! Нет ничего страшнее добровольного самобичевания и садизма во имя любви. Твой самоанализ породил самые дрянные пороки, отвратительные мысли, а вседозволенность всегда порабощает людей. Ты был рабом инстинктов, неконтролируемых чувств.
Целуя хрупкие ручки, стоял на коленях перед кроватью. Вот только, блядь, не рыдал еще, как на похоронах! Жива сучка, угомонись! Гребанная плакальщица. Я решил вмешаться во избежание твоих соплей, что норовили перерасти в истерику. Каждое прикосновение наших потресканных губ к сладкой и невинной коже. Дьявол, ты даже не представлял, какие дикие мысли скрывались на моей половине. Положив руку на ее бедро, ты по привычке уткнулся лбом в живот подростка. И где ты этого нахватался?
Но когда открыл глаза уже я, наблюдал за тем, как малютка медленно приходила в себя. Я смотрел на нее твоим печальным взглядом, но не испытывал ни капли стыда, или сожаления. Дрянной девчонке давно пора было задать трепку, чтоб больше не подглядывала за мамашей. Ну а в следующий раз тоже ждало и миссис-лесбиянку.
Крошка быстро моргала, когда я приподнялся над ней. Я смотрел на очаровательное личико, впитывая гнилыми фибрами души каждую ее эмоцию. Поглаживая ее бедро, цокнул языком и довольно жестко проговорил:
- Давай приходи в себя, мы не закончили! - просыпайся, мать твою!
Я хочу видеть твое лицо, дрянная сучка! Сжав пальцами личико, довольно грубо встряхнул подростка, оставляя на коже белесый след от перстня-когтя. Моя рука с силой сжала бедро в районе тазобедренной кости, я чувствовал под напором пальцев остов хрупкого организма и хотел разорвать кожу.

Когда ты очнулся, падре?
Ты, как муха, налетел на мёд. Не я испытывал возбуждение, нависая над подростком. Что ты увидел или кого? Тебе мерещилась Райден, не так ли, набожный ублюдок? Все время проведенное в доме Кевина, ты изредка посматривал на племянницу, забивая похоть глубоко внутри. Так задолбал, что сейчас ее прорвало вместе со мной. Малютка Дени хотела вскрикнуть, а ты тем временем впился в ее маленькие и пухлые губки своими огненными и потресканными, по прежнему удерживая личико в цепких пальцах.
Наши ногти царапали кожу плоского живота. Ты не смыкая глаз, смотрел на нее холодным взглядом. А в какое-то мгновение резко поднял с кровати и насильно перевернув подростка на живот, швырнул ее как куклу. Перекрывая девичий рот рукой, я вдыхал запах волос девчонки. Твоя больная фантазия шикала и твердила девчонке, что все будет хорошо. Ты, как истинный маньяк, успокаивал жертву, пока моя рука бесцеремонно пробралась под ткань джинсовых шортов и замерла на девственном лоне. Сжимая с силой промежность дрянной девчонки, я скалился ее затылку.
Твой отвратительный голос продолжал ныть, вместе с нарастающим чувством эрекции:
- Тише, тише, mein Kind! - только не вздумай лишить ее невинности!
Можешь трахнуть маленький ротик, но за порванную вагину нас отправят на плаху и снесут голову с плеч.
———
* Э. Фромм - Бегство от Свободы
** Кто знает, что от нас останется,
куда нас приведет?
Правильно ли это?
Важно ли это?
(нем.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-12 04:56:32)

+1

15

Реальность растоптана, разбита на части, разложена на мелкие составляющие - я не хочу приходить в себя. Разум играет роль буфера, роль защиты, он пытается выкинуть меня за пределы сознания на какое-то время, чтобы у меня появились силы двигаться дальше. Если мне, конечно, дадут двигаться. Если силы вообще понадобятся. Уверенности ни в чем нет, когда мир переворачивается на 180 градусов. И я могла бы догадаться, что все будет именно так и никак иначе. Я могла бы! Но я так наивно и слепо поверила, будто прошлое было не со мной. Будто Вествуд в прошлом напугал не меня, а какую-то другую маленькую блондинку, рассказ которой я слышала краем уха, а потом решила его проверить на собственной шкуре. Правда в том, что прошлое на самом деле кажется очень далеким и иногда я даже не связываю себя с той девочкой, что была раньше. Возможно поэтому я решила, будто тоже самое может произойти с Джейсоном. Уверовала в гребаную метаморфозу, которой на самом деле не было! Да и не могло быть, черт возьми. Сколько раз Франческа говорила мне, что люди не меняются. Сколько? Но все разговоры бессмысленны, пока не проверишь это на собственной шкуре. Все разговоры бессмысленны, если хочешь верить в лучшее. Хочешь верить в людей. Но, кажется, люди это последнее, во что надо верить. Люди лгут друг другу. Но самое главное в том, что даже сами себе люди врут. Обожают самообман как средство от многих болезней, как физических, так и духовных.
Я приходила в себя, медленно и болезненно. Голова почему-то раскалывалась, возможно, что я довольно сильно приложилась ей, когда падала на пол. А может это просто гребаная реальность давила на виски так, что мне хотелось повеситься прямо на месте, чтобы прекратить то, чему мы положили начало. Или правильнее сказать, что его положил ты? Бросил к моим ногам словно ковер из лепестков роз, чтобы я прошлась по нему легко ступая, а потом попала прямо к тебе в лапы. Я не знаю, было ли все это в твоих планах или просто что-то пошло не так. Я не знаю, думал ли ты об этом с самого начала, когда увидел меня или зверя в тебе разбудили мои голые острые коленки и едва сформировавшаяся грудь, которую скрывает под собой тонкая полосатая футболка. А может тебе вообще крышу от подростков рвет, профессор Вествуд?
Я с огромным трудом разлепляю веки, взирая на мир затуманенным взглядом. Но на мир взирать не получается, потому что все что я вижу - Джейсон. Его рука больно обхватывает мое лицо. Ощущение не из приятных, потому я стараюсь не рыпаться. Да и коготь впивается в нежную кожу очень угрожающе - я не хочу зацепиться за него в неожиданном порыве. Я боюсь того, что может произойти дальше, но еще больше я почему-то боюсь, что этот самый коготь может испортить мое хорошенькое личико. А я знаю, что оно хорошенькое. Я знаю, что на этом можно срубить куш, да и вообще едва ли кому-то в пятнадцать хочется стать уродиной со шрамом на щеке.
- Не закончили? - тупо переспрашиваю я, хотя прекрасно осознаю, что все только начинается. Только начинается, черт возьми! Желудок скручивает узлом и меня начинает подташнивать от происходящего. В твоем взгляде я читаю угрозу и потому чувствую прямую опасность.
- Отпусти меня... - робко прошу я, но ты игнорируешь мои слова целиком и полностью. Мне даже кажется, что ты вообще не слышишь меня. Или слышишь, но как-то искаженно и не то, что я на самом деле говорю. Потому что я понимаю - твои губы приближаются к моим с недвусмысленным намерением. Попытка вскрикнуть оборачивается тем поцелуем, в котором нет нежности - похоть, в порыве которой ты терзаешь мои губы. И я не могу думать ни о чем кроме того, что никогда раньше не целовалась с мужчинами. И едва ли захочу, но... насильственность действия пьянит мой разум, играя со мной в злую игру. Насильственность действий туманит рассудок и я становлюсь еще более беззащитной, покорной, идеальной жертвой идеального преступления.
Поцелуй обрывается резко и я получаю возможность втянуть воздух ртом, вот только длиться это считанные секунды - пока я прихожу в себя и борюсь с желанием вытереть рот рукой, ты переворачиваешь меня на живот, швыряя на кровать словно тряпичную куклу. Я коротко вскрикиваю, но ты тут же зажимаешь мой рот рукой, заставляя нелепо сдавленно мычать так, что я предпочитаю за благо заткнуться. Но когда твоя рука проникает под мои шорты, накрывая рукой лобок, я просто забываю, как дышать, а потом начинаю нелепо дергаться в твоих руках и слезы сами стекают по щеке. Не надо. Ты не должен делать этого. Ты не можешь стать моим первым. И если бы я могла говорить, то умоляла бы тебя не делать этого. Черт возьми, я не хочу!

+1

16

Быть жертвой — это выбор,
который человек делает сам.
*
———

Код:
<!--HTML--><center><b><font size="2" color="#000000" face=Palatino Linotype">Dracul - Wahle die Freiheit [Apologie remix by Pain]</font></b> <br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">  <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=http://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/b3740c44-1e61-411c-bdf9-64afd71ba790/Dracul_-_Wahle_Die_Freiheit_Apologie-remix_by_Painbastard_(xMusic.me).mp3"> </object> </center><br>

Я презирал человечество столь сильно, насколько может человек.
В цивилизации не было, ровным счетом, ничего хорошего, кроме пары фильмов, фастфуда и ви́ски. Так презрительно относиться к собственному и чужому существованию могли лишь люди. Даже обезьяны и те поднялись на ступень выше, и я склонялся к тому, что от них уж точно не пошли. В эгоизме и тщеславии скорее напоминали созданий извне, которые с удовольствием свершали одни и те же ошибки раз за разом. Скажи, мой гадкий друг-перфекционист, чему научились вы, если в каждой эпохе всегда происходили идентичные и ужасающие события? Вы научили детей или быть жертвами, или жрать слабых без зазрения совести. Что ждет первых, и как далеко способны зайти вторые? Ты никогда не думал над тем, что вы сами создаете монстров и роете могилу всей цивилизации?

Маленькая жертва не билась, не сопротивлялась. Она словно принимала, как должное то, что с ней произойдет. Я ненавидел эту покорность в вас, больше чем глупость или подлость. Рабы. Вы подчиняетесь тиранам, а в конечном счете, уже не можете существовать без агонии и страха. Тупиковая ветвь развития.
Я хотел трахнуть ее рот, порвать его и повредить связки глубоким проникновением. Ты и мечтать не мог кончить в глотку собственной племянницы, довольствуясь сексуальными фантазиями во время убогого минета Сьюзен. Не меня несло. Я всего лишь подтолкнул тебя. Порой одного толчка достаточно, чтобы изменить судьбы многих. Мой личный эксперимент с человеческими душами. Ты больше не ныл, а шипел как змея, облизывая ядовитым языком жертву. Твое червивое сердце качало зараженную особым вирусом кровь. Рядом с маленькой сучкой ты заряжался энергией, упиваясь властью над маленьким тельцем. Царапая девственную и нежную плоть половых губок, закатывал глаза и хохотал:
- Тихо! - сквозь смех приказ больше походил на кощунственную насмешку.
Ты убеждал себя, что акселерация юного поколения и погубила Дени, а я прикусив до боли мочку уха подростка, урчал в тебе вместе с поднимающейся волной возбуждения. Один из нас всегда будет искать оправдания своим гнилым поступкам, а другой пользоваться этим. Даже веди она себя в тысячу раз наглее или вызывающе, ты всегда мог пройти мимо. Только человечество было слабым к легкой сексуальной наживе. Еще одна причина моего презрения.
В жалкой возне над девчонкой, наша плоть вынуждена была томиться, пока твоя больная фантазия рисовала себе оправдание, а мои пальцы щупали и сдавливали еще не сформированные до конца груди школьницы. Трепетное сердечко билось быстро, но далеко не от возбуждения. Страх - не подходящее слово, но первое что приходило на ум. Только истинный маньяк может наслаждаться мыслью о самом насилии перед воплощением его в реальность. Шпионя за тобой, я знал, что ты хотел порвать и ее нетронутое влагалище, разорвать его и кончить в крови школьницы. В своих фантазиях ты измывался над ней. Кусал, бил и наконец душил. Но все это время представлял Райден, пока я сдавливал грудную клетку ребенка и вновь поднимал ее с кровати. Я вторил за тобой лживые, успокаивающие слова, шипел и смеялся одновременно:
- Все будет хорошо, милая, - все закончится быстро, но ты можешь этого и не узнать.
В наших руках она была всего лишь жалкой куклой, которой в конце оторвут голову. Встряхивая девчонку, и схватив ее за волосы, мы хрипели:
- Будь хорошей девочкой, и всё закончится быстро! - схватив за подбородок малютку, и насильно разжав челюсти, я впился в губы поцелуем.
Наш язык норовил проникнуть в глотку, а пальцы не давали даже возможности сопротивляться. Я смотрел на нее стеклянным взглядом, испытывая на прочность рот Дени. Ты предвкушал, как заставишь ее глотать сперму. А потом тебя резко накрыло волной от одних поганых мыслей. Ты прикусил ее славный язычок и резко отстранившись, фактически швырнул на пол возле кровати. Обхватив голову подростка и сжав сильно затылок, наша рука расстегнула ширинку. Дрожащими от возбуждения пальцами достали твердеющий член и сделав несколько фрикций собственной рукой перед лицом Дени, болезненно прошипели:
- Не вынуждай меня быть грубым, детка, - и мы не собирались дрочить у нее на глазах.
Разжав ее губы и при этом удерживая силой в одном положении, я коленями сжал хрупкие плечики, во избежание попытки дернуться. Сквозь белый туман и звонкие сирены, силой заталкивал головку члена в маленький рот. У меня получилось это лишь с третьей попытки, но нежные прикосновения губ будоражили плоть, она твердела и от приятного раздражения ты норовил кончить, но я не давал никакого права на быструю капитуляцию вас обоих! Надавив на затылок и одновременно сжав коленями сильнее ее плечи, я учил маленькую сучку ублажать сильных мира сего. Оскалившись, с лихорадочным и больным взглядом, напоминал безумца, которого впору было сжечь на электрической стуле. Тихо шикнув, и опять заставлял силой заглотнуть каменеющую плоть. От ее спазма и рвотных позывов, что больше раздражали нежную кожу головки члена, я прошипел:
- Не сопротивляйся, и всё будет хорошо.
После нескольких неудачных фрикций с давящими на ствол стенками горла, я зарычал. Это было больше с досады. Ты хотел кончить слишком быстро, а мне всегда было мало. Вытащив пульсирующий член и дав звонкую пощечину маленькой сучке, я прикусил нижнюю губу до крови. Сквозь общие галлюцинации видел слезы на юном личике. Они бесили меня и возбуждали еще сильнее! Схватив за плечи ребенка, я оторвал Дени с пола и зашвырнул обратно на кровать, лишь для того чтобы навалиться на нее всем телом и стянуть шорты вниз. Перекрывая рот рукой, сплюнул на ладонь и смазал головку члена. В пыхтении, возне и давке нет ничего страшнее полнейшего безумия. И если ее рот был так мал, то каков же анус?
———
* Дин Кунц «Очарованный кровью»

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-16 00:27:11)

+1

17

Твой смех вскрывает мне вены.
На самом деле ничего такого не происходит, но у меня абсолютное ощущение того, что я истекаю кровью. Я физически чувствую, как кровь струится по запястьям, оставляя позади себя оболочку, искалеченное и опустошенное тело. Ничего этого нет, но ощущения столь реальны, что мне кажется, я могу сойти с ума от этого.
Твоя жестокость заставляет мою душу биться в агонии.
Я как загнанный зверек, маленький белый кролик, который попал в капкан и поранил лапку (ладно хоть голову не оторвали). У меня еще есть шанс выбраться из этой ситуации живой, а вот у невинной девочки внутри меня - нет. У меня еще есть шанс остаться нормальным человеком, но вернуться в детство я больше не смогу. Никогда. Осознанием бьет молотком по моему мироощущению, когда ты до боли кусаешь мочку моего ухо, заставляя нелепо дернуться. Глаза наполняются слезами, но я почему-то все еще не плачу, не захлебываюсь в твоих руках рыданиями, словно не могу поверить в происходящее. Словно еще не до конца осознаю, что это не твой хитрый метод выбить из меня желание заниматься сексом, а на самом деле изнасилование. И едва ли то что происходит здесь и сейчас просьба моей матери. На такое она не способна.
Твои грубые прикосновения к моей детской, едва сформировавшейся груди, напоминают жалящие укусы. Боль расплывается из под твоих кончиков пальцев, заставляя меня извиваться. В глазах время от времени темнеет, дыхание сбито. Страх окутывает меня большой влажной пеленой, в которой так трудно дышать и оставаться собой. Страх выбивает у меня землю из под ног. Страх заставляет меня заткнуться и молчать, потому что ты советуешь вести себя тихо. Какая-то часть меня говорит, что надо закричать и, возможно, кто-то услышит и придет. Но вторая часть советует мне заткнуться и потерпеть, пережить этот ад, который кажется никогда не закончится.
Успокаивающие слова не успокаивают. От них в жилах стынет кровь. Но удивительное всегда рядом, а потому я чувствую какую-то необъяснимую силу этих слов. Ощущение такое, будто мне вкололи парализующий яд, пустили его по венам и теперь я смотрю за собой со стороны, ощущая необъяснимое желание не просто перетерпеть, а подчиниться. Выработанные непонятно как и кем инстинкты оказываются сильнее здравого смысла и я почти не сопротивляюсь, когда ты насильно раскрываешь мой рот, чтобы впиться в него жадным поцелуем. Однако едва ли я в этот момент испытываю что-то кроме разочарования и отвращения, неистово борясь с желанием укусить тебя за язык или хотя бы за губу. В голову неосознанно лезут воспоминания о Франческе и о том, как целуется она - нежно и трепетно. В каждом движении ее губ сквозит подтверждение того, что я ее принцесса. И от этого поганого сравнения становится так невыносимо паршиво, что меня мутит.
Когда мне кажется, что меня вот-вот стошнит, ты прикусываешь мне язык и почти без особых усилий отталкиваешь от себя так, что я падаю на пол около твоих ног. Секундная передышка, я успеваю вытереть рот рукой, но только для того, чтобы дальше ты осквернил его. Когда ты расстегиваешь ширинку прямо перед моими глазами и я впервые в жизни вижу член, у меня начинает кружится голова и кажется, что я вот-вот упаду в обморок. Но сознание не ускользает, бросая меня в объятия жестокой реальности, в которой ты держишь меня так, что я даже сопротивляться не могу.
Попытка плотно сжать зубы и губы не приводит к успеху - ты нажимаешь на болевые точки, заставляя меня взвыть от боли и раскрыть рот, в который тебе наконец-то удается втиснуть свой член. Жалость к самой себе достигает апогея и слезы наконец-то катятся из глаз, оставляя влажные дорожки на моих щеках. С каждым своим всхлипом я только облегчаю тебе задачу по изнасилованию моего рта, потому что у тебя получается протолкнуть член глубже, раздражая глотку и заставляя меня давиться. Болезненные спазмы и присутствие инородного предмета раздражают горло, заставляя его сокращаться. Мне кажется, что ничего хуже я никогда не испытывала. Отвратительное действие во всей его красе. Я знала, читала, что надо расслабить глотку, чтобы процесс не проходил так тяжело, но естественно никак не могла применить это на практике - не хватало ни опыта, ни какого-либо желания. Думаю, что выглядела я в этот момент предельно жалко.
В тот момент когда мне кажется, что эта экзекуция уже никогда не кончится, ты достаешь член из моего рта и отвешиваешь мне такую пощечину, что голова склоняется на бок под силой удара. Щека горит. Глаза снова наполняются слезами. К моему счастью теперь я могу рыдать в голос от ощущения собственной никчемности. Я чувствую себя грязной уже сейчас.
Что будет дальше?
Мое замешательство и приступы истерики дают тебе фору - ты закидываешь меня на кровать без лишней возни, словно я и не живая вовсе, а просто кукла, которую ты используешь для удовлетворения собственных потребностей, не заботясь о чувствах. Я вскрикиваю только тогда, когда ты сдергиваешь мои шорты, оголяя белую бледную кожу. Снова накрываешь мне рот рукой, хотя я уверена, это не сильно помогает и мои поскуливания все равно слышно вполне явно.
В тот момент, когда я осознаю, что ты собираешься делать, глаза округляются от ужаса, я кричу в твою руку, пытаясь вырваться, но ты настолько сильнее и крупнее, что у меня нет ни единого шанса остаться не тронутой. Более того, мне кажется, что мои крики только возбуждают тебя, делая меня идеальной жертвой.
Я кричу. И тут не спасает даже твоя рука, которой ты пытаешься заткнуть мой рот. Вся моя коротка жизнь проносится у меня перед глазами, когда ты пытаешься войти в меня, причиняя столько боли, сколько я никогда прежде в принципе не испытывала. Я даже представить не могла, что человеку может быть настолько больно. Ощущение того, что ты просто раздираешь меня, разрываешь, не оставляя шанса на что-то другое, захлестывает с головой и я перестаю дергаться, обмякая в твоих руках. Судорожные всхлипывания и твое тяжелое дыхание сотрясают душный воздух комнаты.

+1

18

Богохульство дает облегчение,
какого не может дать даже молитва.
*
———

Код:
<!--HTML--><center><b><font size="2" color="#000000" face=Palatino Linotype">Mind Vortex - Alive [Radio Edit]</font></b> <br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">  <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/9d95c44b-90e8-464b-995c-9e68b999e97d/mind-vortex-alive-radio-edit-(mp3-crazy.net).mp3"> </object> </center><br>

And If I'm still alive still not scared to die
Please don't be afraid cause I got nothing to hide
**
Кощунство не всегда приходит под покровом ночи. Самые смелые и прекрасные злодеяния свершаются, когда солнце стоит в зените, а люди носятся, как мелкие букашки. Вы настолько поглощены удовлетворением эго, что порой не видите дальше собственного носа.
Я пробудился, едва ты нанес первый десяток ударов плетью, рассекая плоть нашей бренной оболочки. Ты неистово долбил по запретным и самым темным уголкам некогда целостной души, и однажды просто разбил нас, разделив напополам. Тогда ты был ребенком и четко распределил роли между мной – мистером Шоном, и собой – подростком Джейсоном Вествудом. Искаженные, неправильные понятия позволили видеть тьму там, где ее вовсе не было, а паранойю называть божественной миссией. Каждый твой удар до или после не принесет, ровным счетом, никакого успокоения. Только мне ведомо истинное спасение, отрешение и забвение. Выбирай любое слово, смысл останется прежним!
Со временем, мой алчный и гадкий друг, ты перестал чувствовать боль. Твоя плоть окостенела, а шрамы превратились в наросты. Грубость стала нашим спутником, принеся с собой агонию и агрессию. Истинное извращение быть не в ладах с собственной головой и считать это нормой. Сечешь, доктор Вествуд?
Сегодня я ставил ставки на то, что наш эрегированный член разорвет ее анус, а ты пыхтел, как паровоз, набирая скорость и боясь пролить впустую свое "топливо". Но самое поразительное открытие, сделанное мной за несколько часов проведенных с маленькой сучкой Дени, позволило манипулировать тобой, а я любил выстраивать в игре правила. Сначала, ты как сучья мать милосердия, умолял ее расслабиться, обещал, что понравится. Целовал ее затылок, затем опять нес чушь. Когда пришла бессвязная речь, вмешался я. Ты даже не мог в нее войти без моей помощи! Жалкая пародия на человека.
Признайся, ублюдок, нам несказанно легчало, когда маленький поросенок завизжал: уи-уи, уи-уи! Громче, Дени! Разорви свою маленькую и гнилую глотку, пытаясь выжить! Но ты сжимал ее маленький ротик, когда я сначала тихо, очень тихо рассмеялся. Я жалел всех детишек разом вместе с такими выродками, как ты. И те, и другие сдохнут. Всего лишь вопрос времени, падре. Скрипящий и холодный смех приглушал повизгивание подростка. Наш пустой, каменный взгляд мертвого человека с раздробленной душой неспособной сопереживать или любить. Сплюнув на пальцы, и слегка приподнявшись, одной рукой вжимал Дени в кровать, другой увлажнял ствол члена и головку. От прикосновений к нежному и тугому колечку ануса ты норовил кончить, а я хотел большего. Ты слишком медленно пытался взять ее, я разрешил проблему, раздвинув как можно шире ягодицы девчонки и загоняя жадным рывком возбужденную плоть. Не разработанный сфинктер лишь слегка поддался на давление, принеся малютке неописуемую боль, в то время как мы отключились. Наш мозг перестал реагировать на импульсы, подчиняясь целиком острым ощущениям кощунственного акта насилия.
Всунув несколько пальцев в ее рот и придавив ладонью подбородок, я прекратил а капеллу невинности, ибо она раздражала меня и так радовала тебя. Дернувшись опять, не намного то и продвинулся вперед. Внутренний протест вырвался вместе с рычанием из глотки:
- Не сопротивляйся, мать твою! Иначе будет хуже, - сначала я разорву твой анус, затем вагину.
О! И мы оба знали, чем это закончится. Пока ты входил во вкус и долбил ее монотонными рывками, в жажде трахнуть девственный зад, я летал галлюцинацией и бился вместе с тобой. Когда нахлынет волна экстаза ей не выжить. Нет, не выжить, падре! Раззадоренный больными фантазиями, изъятыми из запретных книжек и собственной жажды, ты пробил путь в ее кишку, растянув и одновременно надорвав узкий вход. Наша вторая рука вжимала ее хрупкое плечико в матрас кровати, норовя вывихнуть сустав. Даже если это и произойдет, ты лишь испытаешь блаженство, что кто-то чувствует муку более отвратительную и сильную, чем ты. Истинный садизм всегда сопутствует мазохизму. А самое отвратительное насилие над девственностью и чистотой приносит безмерный экстаз. Ведь ты не зря выбрал ее, малютку Дени. У нее была замечательная жизнь до появления пришибленного на всю голову психолога с пустым и отсутствующим взглядом. Разумеется, еще в прошлый раз ты уже строил планы на ее счет, представляя, как прекрасные слезы будут течь по славным щечкам, как маленькие губки раскроются в момент крика, а тугая плоть надорвется, принимая в себя каменный член.
Давя на нее с двух сторон, я хотел чтобы она задохнулась в момент эякуляции. Пальцы оставляли на коже следы, царапали ее и не позволяли вырваться. Белесая пелена перекрыла махом четкость картинки, принеся искаженность в чистом виде. Я пытался загнать член как можно дальше, даже если бы и наткнулся на дерьмо, тебе было плевать. Ты ведь искал повод ее удушить, не так ли, доктор Вествуд? Но нет. Настолько узкий, тугой проход не мог оставить равнодушным даже самого древнего старика! Наши виски пульсировали словно по голове лупили деревянной битой. Тот же ритм передавался и сосудам под нежной кожицей полового члена. Я рычал вместе с тобой, проклиная на родном немецком языке девчонку. Я клялся ей, что она сдохнет, испытывая все муки Ада и больше никогда не захочет смотреть садистскую порнушку. Ты укусил ее за ухо, да так и замер, впитывая, как губка весь спектр ощущений. Удар плотью, а затем я вышел. Резко и неожиданно. Отпустил ее рот и начал жалеть, лепетал всякую чушь и целовал малютку, едва касаясь тела. Я обещал ей, что все закончилось и больше не будет боли. Никакой боли. Никогда больше.
Обхватив тонкую шейку маленького поросенка, я смотрел пустым взглядом на стену. Она плыла перед глазами и двоилась. Наше больное и кровоточащее сердце, кажется разделилось на два. Оно слишком быстро гоняло кровь, и так же пульсировал член, давя на сознание. Поглаживая девичью кожу и прислонившись губами к затылку подростка, я оскалился. Одним рывком входил в надорванный анус, повреждая его еще сильнее. Я слышал, как она завизжала вновь! Она заорала, как бешеная свиноматка на скотобойне! Все так же скалясь, давил пальцами под челюстью, а ладонью на трахею. Малютка начала давится, пытаясь схватить воздух, а я протаранил ее узкую кишку. Трение вызывало в нас рычание смешанное со свистом и хрипами. Наши семенники затвердели, а головка органа пульсировала, сдавленная плотью со всех сторон.
Я кончал в нее и давил на глотку, а маленькие коготки царапали нашу руку. Изливая сперму в ее надорванный задний проход, я видел перед собой не Дени, ...а Райден. Дернувшись в последний раз, чувствовал как судорожно девчонка глотала. В остаточном и бредовом экстазе я смехом отвечал на ее слезы и царапал кожу, раздирал ее до крови. Едва увидев алые капельки на плече, смотрел жадным взглядом. Наша губа дергалась в ритме пульсации, ниспадающих последних капель спермы. Жадно облизнувшись и наконец разжав ее шею, я прильнул обветренными губами к коже, слизывая кровь. Урчал, стонал и хрипел. Закатывал глаза, жадно давясь последними вспышками экстаза, ...только девчонка не двигалась. Я укусил ее, оставив новый след на тельце, а она молчала.
Падре, да она реально сдохла! Ты взвыл от неописуемого восторга. Но нет, переместив руку под грудь, я прощупал слабое сердцебиение и резко отстраняясь, раздосадованно прорычал:
- Живучая сука, - да только они все в том возрасте, когда легче выжить после нервного потрясения.
Вот только помнить она будет всю жизнь, если конечно не наложит на себя руки, ...или ты не добьешь ее сам.———
* Марк Твен
** И если жив еще я, страха нет умереть,
Мне нечего скрывать, должна ты страх одолеть.
(англ.)

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-01-27 05:30:11)

+1

19

Пелена боли, агонии и отчаяния. Глаза застилает кровавым туманом. Сердце стучит где-то в висках, болезненно разрывая черепную коробку на части. Но все это мелочи по сравнению с другой болью. Все это мелочи по сравнению со страхом, который я испытываю, находясь под Джейсоном Вествудом. Все это такая гребаная ерунда по сравнению с ощущением неминуемой расправы, которая маячит на горизонте и весело машет рукой. Я знаю, очень отчетливо понимаю, что теперь уж точно не удастся сбежать. Я не смогу избежать уготованной мне участи, потому придется пережить ее. Или не пережить. Тут уж как повезет. Как захочет этого Джейсон. Я же не могу залезть к нему в голову и узнать, о чем он думает на самом деле. Хотя, признаться, мне очень любопытно, о чем думают гребаные извращенцы, когда таким особо изощренным образом насилуют пятнадцатилетних девчонок?
Всполохи красного пляшут перед глазами, когда ты рывком пытаешься войти в меня, как можно шире раздвигая мои ягодицы. Боль при этом настолько сильная, то я даже сама не замечаю того момента, когда начинаю кричать. Мне кажется, что я просто не могу остановиться и заткнуться. Мне кажется, что я не сделаю этого, даже если сама захочу этого больше всего на свете. Это просто невозможно, нереально. Замолчать мне сейчас кажется самой невероятной задачей на свете, хотя горло саднит нещадно и оно давно пересохло. Наверное именно поэтому мой крик вскоре перерастает скорее в хрип.
Агония волнами накрывает тело, расплываясь от эпицентра боли до кончиков пальцев на руках и ногах. Голову кружит от ощущений, от боли, от осознания происходящего. Хотя, если честно, мне все еще сложно понять, что все это происходит именно со мной. Я была бы счастлива раскрыть глаза и понять, что это лишь дурной сон. Но сколько бы я ни моргала, ничего не меняется.
Это реальность.
Все происходит именно здесь и именно сейчас.
Со мной.
Осознание плавает в воздухе. Осознание вместо наркотика плывет по моим венам. Наконец-то я вся наполняюсь этим осознанием, пониманием ужаса всей ситуации. Фатальность накрывает с головой - мне не избежать этого. Мне никогда не вычеркнуть этого из памяти, не стереть, не вытравить. Этот случай станет частью меня, сделает меня мной, перевернет мир с ног на голову. Если уже до этого я была не такой как все, то теперь мне точно никогда не влиться в мир других подростков, не стать его частью, не стать обычной. Виной всему этому мое проклятье и имя ему - Джейсон.
Твои пальцы проникают в мой рот, очерняя мою невинность еще больше, заставляя меня растратить всяческие ее остатки под натиском твоей грубости и похоти, которой ты сейчас готов был разукрасить весь мир вокруг себя, вокруг нас. Я стала твоей жертвой, а ты моим маньяком и надо сказать, что эти роли подходили нам обоим, как бы мы не пытались сопротивляться гнету реальности день ото дня.
Мое сопротивление исчезало с каждой твоей попыткой войти глубже, порвать меня сильнее, заклеймить полностью. В какой-то момент я осознала, что не чувствую ничего, кроме боли. Даже отвращения уже не чувствую. Мне не хотелось ничего - ни остановить этот ад, ни продолжать его. Я балансировала на границе бессознательного, полностью отдаваясь в твою власть вполне неосознанно, признавая свое поражение и твою всесильность над столь слабым существом, как пятнадцатилетняя лолита, нимфетка воплоти. В какие-то моменты нашего кощунственного, болезненного соития я была уверена, что произошедшее сегодня будет преследовать в кошмарах не только меня. Тебя тоже. Возможно, ты осознаешь это слишком поздно, но есть вещи, от которых невозможно отмыться и абстрагироваться. Есть вещи, которые накладывают такой отпечаток, что его не смыть ни хорошими поступками, ни литрами алкогольного пойла.
Я уже не жду, что это когда-то закончится, свято уверенная в том, что акт прегрешения будет продолжаться целую вечность, пока мы живы, пока мы можем дышать. Но в какой-то момент ты покидаешь меня, начиная болтать какую-то несусветную чушь от том, что больно и плохо никогда больше не будет. Я не хочу думать о том, какой смысл ты вкладываешь в эти слова. Я не хочу думать, но даже воспаленный мозг пятнадцатилетки отчетливо сознает, что успокоение несет только одна вещь на этом свете -
Смерть.
И я не готова умереть даже сейчас, когда все тело бьется в конвульсиях и испытывает агонию в каждой своей клеточке. Болит абсолютно все. Болит даже там, где твои руки никогда меня не касались. И эта боль сводит с ума, заставляя кружится голову и туманить сознание. Изображение перед глазами то двоится, то расплывается, то окутано пеленой тумана. Я не решаюсь шевелиться, молясь, чтобы ты отпустил меня, но нет.
Ты входишь в меня снова, разрывая, растягивая. И я снова кричу, захлебываюсь своими воплями, тону в своей истерике, чем, несомненно, дарую тебе истинное наслаждение. Можно не спрашивать, откуда я все это знаю, но я уверена - это так. Я уверена, что вид потрепанного, истерзанного ребенка возбуждает тебя, будоражит и тебе хочется вонзаться в мою плоть снова и снова. До твоего оргазма. До того момента, когда эмоции не взорвутся фейерверком внутри тебя.
И пока я мечтала об успокоении, твои руки начали сжимать мою хрупкую шейку, душить меня, лишая единственного в данный момент удовольствия - воздуха. Я впилась тонкими пальчиками с острыми ноготками в твою руку, пытаясь оттащить ее от своей шеи, но у меня ничего не получалось. Ты сильнее. Ты больше. У тебя приоритет в исполнении таких дел.
Паника и страх захлестывают с головой, я судорожно пытаюсь схватить воздух ртом, в тот момент, когда горло уже дерет, а легкие горят от отсутствия кислорода. Реальность смешивается с прошлым, с наивными мечтами о будущем и превращается в одно непонятное месиво, куски из которого я отчетливо вижу перед своими глазами вместо паршивого номера, в котором меня трахает мой психолог.
Реальность разломлена, раскрошена, раскурочена.
Я теряю сознание в самый ответственный момент, когда Джейсон наконец-то заканчивает акт моего осквернения, накачивая меня своей семенной жидкостью. Я теряю сознание и последнее, что я вижу перед собой - глаза Франчески.

+1

20

Глаза у них исполнены любострастия и непрестанного
греха; они прельщают не утвержденные души;
сердце их приучено к любостяжанию:
это сыны проклятия.
*
———

Код:
<!--HTML--><center> <b><font size="2" color="#1C1C1C" face=Century Gothic">Oomph! – Augen Auf! [Freizeichen vs. Oomph-Mix]</b></font><br><object type="application/x-shockwave-flash" data="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf" width="350" height="10">     <param name="movie" value="http://flash-mp3-player.net/medias/player_mp3_mini.swf">     <param name="bgcolor" value="#000000">     <param name="FlashVars" value="mp3=https://content.screencast.com/users/Der_Wind/folders/Default/media/a238e170-6d7b-47a2-91b2-c3e88c89a326/Oomph!_-_Augen%20Auf%20(Freizeichen%20vs.%20Oomph-Mix).mp3"> </object> </center>

C паршивой овцы не жди и клока шерсти.
Перед твоими глазами была ненавистная Райден. Маленькая мразь, вышедшая из гнусного чрева набожной суки. Девчонка впитала в себя все дерьмо Кевина и его жены. Ты ненавидел ее столь сильно, что параноидально видел во всех старшеклассницах одно лицо. Ты мог отправить племянницу к родителям на тот свет, но нет. У тебя был я. Мне нравилось видеть твои страдания на фоне зависти и чувства вины.
А вот такие маленькие поросята, как Дени были побочными эффектами перевоспитания доктора Вествуда. Я просто спустил тебя с поводка. Этого было более, чем достаточно. Всё что не мог взять я, доставалось тебе. Всё чего хотел я, стало плодами твоих искаженных желаний. В состоянии подвешенном и агрессивном человек не способен адекватно расценивать ущербность своих поступков. Но мы были гораздо хуже людей. В какой-то момент наше самоедство дошло до той грани, когда начинаешь требовать от других больше, чем они могут дать. Гораздо больше и еще. Это нормально. Дени, как и любой подросток, захотела поставить планку выше, а мы ее подняли до небес. Она была должна нам, как и мамаша-лесбиянка. Да ты мог спрашивать с каждого дебила, который приходил на сеанс и считал, что кто-то изменит его судьбу и исправит ошибки. Дьявол, люди столь низки, что спихивают свои проблемы на других! Поэтому я и изымал свою плату за твой труд.
Я хотел перерезать глотку девчонке и лишить мир еще одной потенциальной суки, которой, несомненно, станет твоя пациентка через пару лет. Увы, приходилось довольствоваться удушением и укусами. Я ненавидел ее. Мне передались твои ущербные чувства на фоне непризнанности и страха. Ты был очагом агрессии, потому что нас так воспитали! Мы с детства были приучены к оскалу и пренебрежению. Нам показали, что избивать и насиловать женщину хорошо, а не считаться с мнением ребенка - правильно.
Прокусив кожу шеи и оставив след, я был прерван кем-то извне. Судя по всему, старик-маразматик, создавший вас мудаков, решил по-своему. Несколько секунд находился в замешательстве, облизывая потресканные и окровавленные губы. Мы смотрели на дверь так, словно видели ее впервые и не могли понять, что происходит. Долбили настырно. Громко и упорно. На самом деле же, сначала стучали вкрадчиво и аккуратно. А затем чуть сильнее, но далеко без барабанной дроби. Наше, обшарпанное и увлеченное процессом, сознание рисовало ту картину, которую хотело видеть. Если человек обвинял всех в воровстве, на самом деле же, сам грешил на руку. Мы без разрешения ворвались в чужое пространство, хотя сейчас проклинали того, кто вмешался в наше. А как известно, святоша: стучите и вам откроют.
И вот здесь началось мое любимое - паника. Ты не понимал, где находился, почему нас колбасило похлеще, чем от мета. У тебя трещала голова, а металлический и сладковатый привкус крови заполнил вкусовые рецепторы, отдавая легким тошнотворным рефлексом. Откашлявшись, наши начала сместились по кругу, слегка соприкоснувшись между собой. Это был я - твой личный кошмар и тьма, пробудившаяся после падения с моста в реку. А еще был ты - мой личный сорт мазохиста и садиста в одном лице. Чем больше гнобили тебя, тем сильнее отшибало память в момент яркой вспышки злобы. Добро пожаловать в реальность, доктор Вествуд.
Ты смотрел на тельце девчонки. В сознании тикали часики в унисон стуку. Наш ступор был обусловлен непопаданием в одну дорожку событий, воспоминаний и, ...желаний. Она сама просила тебя об этом, когда обняла возле школы. Ты не был согласен с истиной, но не мог противиться из-за пробелов в голове. Скажи, мудак, мы не бились на досуге о стену, например? Если нет, так отчего ты стоял возле двери и не понимал, как оказался на этом месте? В какой момент ты упустил столь существенные факты, как накрытие бессознательного тела покрывалом и скрытие собственного возбуждения? Ты держался за ручку двери и приводил дыхание в порядок. Как так случилось, что прикрывал глаза в номере мотеля, а очнулся в пустом коридоре?
Смотря на длинную ковровую дорожку, я обернулся назад. Тот же длинный коридор. Где-то щелкнул замок. С другой стороны хлопнула дверь, и раздались за спиной шаги. Твоя паранойя обрисовала чудную картинку с монстром и топором, но резко обернувшись, мы увидели отдаляющуюся фигуру одного из постояльцев. Если поросенок отключился, никого не было в коридоре, так кто стучал? Тук-тук. Тук-тук.

Страх накрыл с головой того, кто его и породил. Захлопнув за собой дверь и вернувшись к кровати, рывком сдернул покрывало. Встряхнув девчонку и проскрипев зубами, зарычал в ее сторону. Ударил, пытаясь вложить свой испуг в маленькое тельце:
- Очнись, блядь! - маленький и бедный Джейсон начал ругаться, чем очень разозлил Моргана.
Ее глазки задрожали. Слабо и очень вяло она приходила в себя, а ты смотрел на нее с отвращением, опаской и лютой злобой.
- Давай, поднимайся, - Джейсон спрятался от гнева под кроватью и порезал руку, чтоб унять боль.
Швырнув в ребенка шортами, ты наверняка уже забыл на что способны подростки в столь прекрасном возрасте, когда чесалось в одной точке, а проблемы были потом в другой. Вытирая губы, наш взгляд лихорадочно пробежался по убогой комнатушке. У тебя отвратительный вкус, святоша! Неудивительно, что чердак не выдержал. Здесь у любого крыша съедет. Играя во рту штангой, в тебе не было ни капли сожаления, мой забитый недо-утопленник.
Не пришел за Джейсоном Бугимен, его нашел папочка. Вытащил из-под кровати и спросил, зачем тот порезал кожу?
Признайся, сукин сын, Морган не был столь отвратительным родителем, как ты его красочно подавал. Он даже умел переживать и опекал вас. До первой рюмки. Твой отвратительный ступор прошел с возвращением стука. Только в этот раз над головой. Поднимая взгляд к дешевой лампе с открытым ртом, отчетливо слышал тихое перестукивание. А за ним пришел скрип и шуршание, словно десятки крыс носились в пустотах между этажами. Нервно сглотнув и обернувшись к Дени, ты уже смотрел на нее несколько иначе. Буквально несколько секунд она могла видеть исконный животный страх в наших зрачках. Быстро моргнув и тряхнув головой, мы начали шипеть:
- Ты всегда так собираешься медленно? Очевидно, был дерьмовый пример в лице матери. Собирайся быстрее, мать твою, - ночные часы тикали, а Джейсон смотрел на спящего отца с кухонным ножом в маленькой руке.
Подавшись слегка вперед и склонив голову набок, я слышал, как мелкие грызуны над головой скребли лапками. Их хвостики стучали, словно отбивали адский ритм, приближая час расплаты. Звук сверху соединился с нашей грудной клеткой, и эхом прошел в черепной коробке. Долго смотря на маленькую шлюху, ты тихо и спокойно говорил:
- А если откроешь свой ротик, я разорву его, сделав тебя уродиной до конца дней, - зачем ждать, падре?
Сила всегда была основной причиной насилия, войны и проявления самых отвратительных пороков. И чем сильнее человек, тем ужаснее могут быть его поступки, если в душе нет больше ничего. На самом деле, мы были пусты внутри с самого детства.
———
* Второе Соборное послание св. Ап. Петра, 2:14

[AVA]http://funkyimg.com/i/2kZay.gif[/AVA][NIC]Sean Jason Westwood[/NIC][STA]Zauberstab die Liebe[/STA][LZ1]ДЖЕЙСОН ВЕСТВУД, 36 y.o.
profession: частный психолог.
[/LZ1]

Отредактировано Jason Westwood (2017-02-28 02:18:40)

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Zauberstab ‡Ich dich kriege, zeigt dir mein Zauberstab die Liebe.